Читать онлайн Кэти Малхолланд Том 2, автора - Куксон Кэтрин, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куксон Кэтрин

Кэти Малхолланд Том 2

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Тереза отдыхала на кушетке возле огня. Справа от нее было окно, и на нижней части рамы лежал толстый слой снега. Все на улице было заметено снегом: уже двое суток снег валил не переставая.
Она посмотрела на белый сверкающий мир за окном, рассеянно теребя страницы книги, которую держала в руках. «Кэти, наверное, поехала по делам в город», — подумала она. Было двадцать минут одиннадцатого, а в это время Кэти, если она была свободна, обычно поднималась к ней, чтобы заняться чтением.
Она знала, что Кэти очень страдает из-за отъезда Эндри и не находит себе места, с тех пор как он уехал, боится, что он больше не вернется к ней. И страхи Кэти были вполне понятны, — кто знает, какие чувства могут проснуться в нем при виде жены и детей. Он мог снова привязаться к ним и остаться жить со своей прежней семьей. А она, Тереза, — обрадуется ли она, если Эндри не вернется? Сейчас Тереза впервые задала себе этот вопрос — и уже знала ответ. Нет, она вовсе не обрадуется этому — она будет, напротив, огорчена. До того как она близко узнала Эндри, она ненавидела этого человека и желала ему смерти. Но, познакомившись с ним близко, она изменила отношение к нему. «Жизнь — очень странная штука», — подумала Тереза. То, что она родилась женщиной, было жестокой шуткой природы — она всегда ощущала себя мужчиной, и все ее чувства были мужскими. Она не только чувствовала, но и мыслила, рассуждала как мужчина. У нее были мужские принципы и моральные кодексы. Женская оболочка не позволила ей найти свое место в жизни, осуществить свои мечты, и она горько страдала из-за этого. Но природа, жестоко подшутив над ней, не забыла, однако, наделить ее большой силой воли. Тереза быстро научилась скрывать свою боль и свои настоящие чувства. Правда, в последнее время она не испытывала боли. Она была полностью удовлетворена своим теперешним положением, ведь теперь она жила в доме у Кэти, а она с незапамятных времен мечтала быть рядом с Кэти. И, живя рядом с Кэти, она чувствовала себя такой умиротворенной и счастливой, что иногда в ней возникал страх, что все это когда-то подойдет к концу, — ничто хорошее в этом мире не длится вечно. Но, если это должно когда-то закончиться, она предпочтет умереть, прежде чем судьба разлучит ее с Кэти.
Впрочем, с чего бы вдруг судьба стала их разлучать? Тереза не видела такой причины, которая могла бы заставить Кэти выгнать ее из своего дома. Скорее всего, все будет продолжаться так и впредь, и Тереза проживет остаток своей жизни рядом с Кэти. Только она ни в коем случае не должна навязывать ей свою любовь, не должна позволять чувствам восторжествовать над разумом. Кэти уже и так была слишком добра с ней, позволив жить в ее доме. Она не может просить о большем.
А Эндри? Какое место занимал в ее жизни Эндри? Она должна была бы ненавидеть его, потому что он — возлюбленный Кэти. Но, как ни странно, она всей душой привязалась к этому здоровенному бородатому норвежцу и сейчас, вместо того чтобы радоваться его отсутствию, замечала, что уже начинает тосковать по нему. За последние годы между ними возникла крепкая, поистине мужская дружба, которая основывалась на молчаливом понимании, на общих чувствах и интересах. Если Эндри не вернется, ей будет очень, очень его недоставать. Она бы никогда не подумала, что у нее может появиться друг среди представителей противоположного пола — она всегда сторонилась мужчин, испытывая к ним сильнейшую неприязнь и физическое отвращение. Тем более она бы никогда не подумала, что сможет питать дружеские чувства к возлюбленному Кэти. Но где-то в самой глубине своей двойственной натуры Тереза осознавала, что если бы она была способна влюбиться в мужчину, то полюбила бы именно такого человека, как капитан Фрэнкель.
Эндри был очень умным и чутким человеком. К тому же на редкость образованным и начитанным. Сейчас, припоминая события последних лет, Тереза понимала, что ее симпатия к нему возросла в тот самый день, когда он предложил ей заняться обучением Кэти. Он стремился сделать Кэти настоящей леди. Почему-то он придавал очень большое значение тому, чтобы Кэти научилась держаться и разговаривать, как дамы из высших слоев общества.
В первое время Терезе нравилось, что он бывает дома лишь день или два в неделю, — в ней все еще была сильна ревность. Но постепенно ревность рассеялась, и вскоре она, к своему собственному удивлению, заметила, что ждет его возвращения с таким же нетерпением, как Кэти. Нет, конечно же, нетерпение Кэти было намного сильнее, поскольку Кэти испытывала к нему чувства несколько иного рода. И все же, заслышав его звучный смех в зале, Тереза ловила себя на том, что невольно улыбается и поворачивается к двери.
В самом деле, жизнь устроена очень странно и полна неожиданностей. Тебе кажется, что ты знаешь от начала до конца, как будет развиваться твоя судьба, — но события поворачиваются совсем иначе, и ты вдруг замечаешь, что живешь вовсе не той жизнью, какую себе представлял и, как ни странно, доволен этим.
Но как почувствует себя Кэти, если все изменится самым неблагоприятным для нее образом и Эндри не вернется? Хватит ли у нее сил смириться с этим? Нет, не хватит — без него она просто зачахнет и умрет. Или наложит на себя руки, узнав, что он остался в Норвегии. Потому что чувство между нею и им было чем-то безмерным, чем-то находящимся за пределами понимания большинства людей. И Терезе вовсе не казалось удивительным, что такой человек, как Эндри, образованный и знающий жизнь, оставил богатую жену и четверых детей ради Кэти, бедной простой девушки, которая до встречи с ним не знала ничего, кроме тяжелой работы и лишений.
А теперь он уехал к жене. Прошло всего лишь три дня после его отъезда, и было еще рано ждать известий от него. Но за эти три дня дом уже успел наполниться скорбью: Кэти скорбела так, словно была уверена, что потеряла его навеки.
На лестнице послышались шаги, но это была всего лишь Бетти. Она вошла в комнату с ведерком угля и направилась к камину.
— Все так завалило снегом, мисс, что скоро будет невозможно выйти из дому, — сказала она, прежде чем Тереза успела заговорить с ней. — Мистер Кении говорит, на рыночной площади сугробы в человеческий рост. Дороги снова заметает снегом, едва их успевают расчистить.
— Мистер Кении здесь, Бетти?
— Да, мисс. — Бетти встала на колени перед камином и высыпала лопатку угля в ярко пылающее пламя. — Он с Кэти… то есть с мадам, в кабинете.
— Он ведь обычно приходит по утрам в субботу, — сказала Тереза, скорее рассуждая с самой собой, чем обращаясь к Бетти. — А сегодня пятница.
— Он пришел насчет нового дома, мисс, — заговорщическим тоном сообщила ей Бетти, оборачиваясь от камина. — Я имею в виду новый дом, в который мы переедем. Вот будет здорово жить в Вестоэ! — Она тряхнула головой. — Дом просто замечательный. Кэти… мадам говорит, там прихожая размером с нашу столовую, и она собирается поставить новую газовую плиту на кухне, чтоб мне было удобнее готовить. А еще она сказала, что рядом с кухней есть комнатка, которую она обставит специально для меня как маленькую гостиную, потому что я теперь буду не просто кухаркой, а экономкой… Что вы на это скажете, мисс? По-моему, это будет просто замечательно.
Тереза мягко улыбнулась.
— Да, Бетти, я думаю, это будет очень мило.
— А ваша комната, мисс Тереза, будет на первом этаже, с выходом прямо в сад.
Лицо Терезы стало серьезным. Она думала, что насчет нового дома еще ничего не решено и это пока только планы. А оказывается, Кэти уже начала готовиться к переезду. Тереза почувствовала себя немного обиженной оттого, что Кэти держит в курсе своих дел Бетти, а не ее, однако промолчала.
Бетти, будучи по-своему проницательной женщиной, угадала мысли Терезы.
— Ах, вот я вам и выболтала все! — воскликнула она и прижала ладонь ко рту. — Я не должна была говорить вам ни слова о новом доме, потому что мадам хочет сделать вам сюрприз. Она рассердится на меня, когда узнает, что я проболталась. Вы сделайте вид, что ничего не знаете, ладно, мисс Тереза? Обещаете?
Тереза с заговорщическим видом улыбнулась Бетти.
— Обещаю, Бетти. Я ничего не скажу Кэти.
«Эх! Мне надо быть осторожнее и поменьше болтать!» — думала Бетти, спускаясь по лестнице. Мисс Терезу огорчило то, что Кэти не посвятила ее в свои дела, о которых, однако, знает она, Бетти. А мисс Тереза была очень милой леди, и Бетти вовсе не хотелось ее огорчать.
Кэти поднялась к Терезе примерно полчаса спустя. Она была бледна, и у нее были такие усталые глаза, словно она не спала несколько ночей. Она села в кресло возле огня и, прежде чем заговорить, несколько раз поворошила угли.
— Прости, что я не поднялась к тебе раньше, но у меня был мистер Кении, — сказала она.
— В пятницу? — Тереза, верная обещанию, данному Бетти, разыграла удивление. — Но ведь он никогда не приходит по пятницам.
— Он приходил насчет нового дома. — Кэти обернулась от огня и в растерянности посмотрела на Терезу. — Я не знаю, что делать, Тереза. Я так и сказала мистеру Кении. Я сказала ему, что пока ничего не решила и хочу повременить. Я… я, конечно, не стала объяснять ему почему.
— Я тебя прекрасно понимаю, Кэти, — отозвалась Тереза. — Но все будет хорошо, вот увидишь. Я уверена, что он вернется к Рождеству.
— Но до Рождества осталось меньше трех недель.
— Что ж, значит, он вернется через пару недель. Попомни мои слова, он будет здесь на Рождество.
Кэти с благодарностью улыбнулась Терезе и, следуя какому-то импульсивному порыву, протянула руку и погладила ее по руке. Тереза с трудом удержалась от того, чтобы не схватить ее руку и не сжать в своих.
— Может, займемся чтением? — предложила она. — Если, конечно, тебе не надо сейчас никуда идти.
— Нет, у меня нет никаких дел в первой половине дня.
— Чудесно. Я думаю, мы можем начать сегодня с третьего тома «Писем» лорда Честерфилда. В этом томе меньше всего французских текстов.
— О, я этому рада.
— Кэти. — Тереза снисходительно улыбнулась. — Ты ведь знаешь, что «Письма» лорда Честерфилда очень помогли тебе в изучении французского. Я… я решила, что тебе не помешает почитать по-французски, поэтому выбрала письмо на странице двадцать девять. В этом письме лорд Честерфилд рассуждает о различных типах правительств и приводит отрывок из книги президента Франции.
Она протянула Кэти раскрытую книгу, и та, с минуту посмотрев на текст, вдохнула в себя побольше воздуха и начала читать:


«Письмо двести двадцать восьмое.


Лондон, 11 июня 1750 года.
Дорогой друг, президент Монтескью (с которым ты, возможно, познакомишься по приезде в Париж), описав в своей книге «Природа закона» основы и принципы трех различных государственных систем — демократической, монархической и диктаторской, в последующих главах рассматривает формы культуры, необходимые для возникновения той либо иной системы. Главу, касающуюся культуры в странах с монархическим правительством, я решил переписать и послать тебе. Она должна тебя заинтересовать — ты сразу же заметишь, что под страной с монархическим правительством президент подразумевает Францию».


Кэти перевела дыхание и, подняв глаза от книги, посмотрела на Терезу.
— Ты хочешь, чтобы я прочла его сразу по-французски или сначала написала транскрипцию?
— Читай сразу.
— Но это очень трудный текст, там так много длинных слов!
— Читай, Кэти, — Тереза говорила тоном учительницы, обращающейся к ученице. — Вот увидишь, у тебя все получится.
И Кэти начала читать французский текст. Когда она запнулась, сомневаясь в своем произношении, Тереза сказала:
— Продолжай, продолжай. Твой французский превосходен. Твое произношение ничем не хуже моего.
— Нет, что ты! Я никогда не выучусь говорить по-французски так хорошо, как ты. — Кэти покачала головой и положила обе руки на раскрытую книгу. — Послушай, если ты не против, давай отложим занятия до следующего раза, — сказала она, с извиняющимся видом глядя на Терезу. — Мне что-то очень трудно сосредоточиться сегодня. Я… мне бы хотелось просто поговорить с тобой.
— Хорошо, давай поговорим, — согласилась Тереза. Протянув руку, она взяла книгу с колен Кэти и положила ее на тумбочку возле кровати. — Рассказывай, что у тебя на душе, моя милая.
Кэти отвернулась и посмотрела на огонь в камине. Она чувствовала себя очень усталой, и говорить ей стоило усилия, но было необходимо облегчить душу, высказать вслух свои страхи. Прошлой ночью она почти не сомкнула глаз. Она долго ходила в темноте по комнате, а около пяти утра спустилась на кухню и приготовила себе чашку чая. В половине седьмого, когда Бетти вошла на кухню, она все еще сидела там. «Что с тобой, Кэти? — удивленно воскликнула Бетти. — Тебя что-нибудь беспокоит?» И Кэти поняла, что почему-то не может рассказать о своих волнениях Бетти. Она могла говорить с Бетти о былых временах, могла смеяться и шутить с ней, но она была не в состоянии признаться Бетти в том, что боится потерять Энди, боится, что он не вернется к ней. Как ни странно, Терезе она могла сказать об этом.
— У меня такое предчувствие, Тереза, что я больше никогда его не увижу, — тихо проговорила она. — Я знаю, он пришлет мне письмо, в котором напишет, что его жена нуждается в нем, что его семья нуждается в нем, и он решил провести остаток жизни у себя на родине.
— Кэти. Посмотри на меня, Кэти. — Голос Терезы звучал твердо, почти резко. Когда Кэти обернулась от огня и перевела взгляд на нее, Тереза с уверенностью в голосе сказала: — Ты знаешь Эндри лучше, чем я, намного лучше — и все же ты сомневаешься в нем. А я бы ни на секунду не усомнилась в том, что никто и ничто не сможет заставить его отказаться от тебя. Потому что я знаю, как много ты значишь для него. Тебя мучают сомнения потому, что ты не отдаешь себе отчета в том, как много ты значишь для людей, которые знают тебя близко. Но ты всегда недооценивала себя, и ты просто не в состоянии понять, какие сильные чувства ты пробуждаешь в людях.
Она не добавила: «Ты не знаешь, какое чувство ты пробудила во мне». Она понимала, что этого она не должна говорить. С минуту помолчав, она продолжала:
— Возьми, к примеру, Бетти, или мистера Кении, или мистера Хевитта. Или даже Альберта Вейра, который в любую минуту готов подать тебе свой экипаж, неважно, если ему приходится аннулировать заказы других клиентов. Эти люди преданы тебе всей душой. Потому что любой человек, узнавший тебя близко, становится твоим другом до конца своих дней и ни за что не откажется от общения с тобой, если только его не вынудят на это обстоятельства.
— Очень мило с твоей стороны, Тереза, говорить мне такие приятные вещи, — Кэти сделала слабую попытку улыбнуться. — Но ты ведь сама сказала: если его не вынудят на это обстоятельства. У Энди в Норвегии жена, и она тяжело больна. Если она попросит его побыть с ней некоторое время, он не сможет ей отказать. Пусть только из жалости, но он выполнит ее просьбу. А пока он будет там, он может привязаться к своей прежней семье, в нем может проснуться вкус к прежней жизни. Ведь его родина там, там живут все его друзья и родственники, люди, с которыми он был тесно связан в течение долгих лет. Кровные узы слишком сильны, ему будет трудно пренебречь ими… Кроме этого, там у него будет возможность стать капитаном большого судна и снова плавать по морям. А он терпеть не может эти маленькие угольные суденышки, на которых вынужден плавать здесь, он презирает реку и любит море — он сам мне об этом говорил. И мы не должны забывать, что в Норвегии у него дети. Это самое главное. Если ничто другое не сможет заставить его остаться, решающую роль сыграют отцовские чувства. Он не найдет в себе силы бросить детей и уехать.
— В этом ты ошибаешься, Кэти, — спокойно возразила Тереза. — Для Эндри дети значат вовсе не так много, как ты думаешь. Ты ведь знаешь, что он никогда не был близок с ними. В любом случае его дети уже давно выросли и, должно быть, сами обзавелись семьями. А теперь послушай меня.
Она подалась вперед и, потянувшись к руке Кэти, хотела сказать что-то еще, когда на лестнице послышались тяжелые шаги Бетти. В следующую минуту Бетти, предварительно постучавшись, открыла дверь и вошла в комнату с письмом в руках.
— Пришла почта, мадам, — сказала она, обращаясь к Кэти. — Письмо для вас.
Она не успела дойти и до середины комнаты, а Кэти уже вскочила на ноги и, бросившись к ней, выхватила письмо из ее рук. Но, взглянув на незнакомый почерк на конверте, она разочарованно покачала головой.
— Спасибо, Бетти, — тихо сказала она.
— Оно не от Эндри? — спросила Тереза.
Кэти снова покачала головой и с рассеянным видом распечатала конверт. Достав оттуда сложенный вчетверо лист бумаги, она развернула его перед собой и без особого интереса начала читать. Но, когда она дошла до середины письма, ее лицо переменилось. Она поднесла руку ко рту так, словно хотела сдержать крик.
— Кэти! — Тереза опустила ноги с кушетки и с беспокойством посмотрела на нее. — Что-нибудь случилось?
Кэти не ответила, пока не дочитала письмо до конца. С заметным усилием она подняла глаза от листка бумаги и посмотрела на Терезу. Та встала с кушетки и поспешила к ней.
— В чем дело, Кэти? Ты уверена, что оно не от Эндри?
— Нет, нет, оно не от Эндри.
— Тогда почему… что тебя так взволновало? Присядь, Кэти.
— Я… я в порядке, Тереза.
— Тогда почему у тебя такое лицо? — Тереза недоуменно приподняла брови. — Почему ты так странно на меня смотришь?
«Потому что ты принадлежишь к семейству Розье», — хотела ответить Кэти, но промолчала.
— Может, ты все-таки скажешь мне, в чем дело? — продолжала обеспокоенно выспрашивать Тереза. — Ведь на тебе лица нет! Может, дурные новости?
— Нет, нет. Это всего лишь… Это одно из тех писем, в которых меня обвиняют, что я зарабатываю деньги нечестным путем. Помнишь, мне присылали такие письма несколько лет назад.
— О, Кэти! Послушай, ты должна отнести письмо в полицию и раз и навсегда положить этому конец. Ну-ка покажи, что там написано.
Тереза потянулась за письмом, но Кэти отпрянула и прижала листок к груди.
— Нет, Тереза, нет. Я не могу… Это не имеет значения. На такие письма лучше просто не обращать внимания, — быстро проговорила она, учащенно дыша. — Нет, я не пойду в полицию. Я лучше покажу его мистеру Хевитту, и он посоветует мне, что делать. Только ты… ты ничего не говори Энди, ладно? Я хочу сказать, когда он вернется, не говори ему о письме. Это только расстроит его.
— Успокойся, Кэти. Конечно, я ничего ему не скажу.
— Я… я сейчас же пойду к мистеру Хевитту. Увидимся за ленчем, Тереза. До свидания.
— До свидания, Кэти.
Кэти вышла из комнаты, быстро спустилась по лестнице и, пройдя через зал, уединилась в маленькой комнатке, смежной с гостиной, которую она использовала как свой кабинет. Там она села за письменный стол и, положив перед собой письмо, снова перечитала его. Она солгала Терезе насчет содержания письма, сказав первое, что пришло ей на ум. Письмо не было анонимкой и не имело никакого отношения к дурным сплетням. Оно было прислано женой Джо и написано округлым полудетским почерком, указывающим на то, что эта женщина не слишком хорошо владеет грамотой.


«Дорогая миссис Фрэнкель, — начиналось письмо. — Я жена вашего брата Джо и должна сообщить вам что-то очень важное. Я пыталась уговорить Джо встретиться с вами, но он не захотел меня слушать. Я решила написать вам, потому что вы должны быть в курсе того, что происходит. Наша дочь Люси служит у Чарлтонов, которые живут в Биддл-Холле. Она рассказала нам о людях, которые гостят у ее хозяев. Этих дам зовут мисс Анн и мисс Роз, и с ними приехала молодая леди по имени Сара. Джо не придал значения словам Люси, пока она не сказала, что за этой юной леди ухаживает молодой мистер Розье, он сейчас проходит обучение на палмеровском заводе. Эти молодые люди уже давно влюблены друг в друга. Мой муж спросил у Люси, как фамилия этих дам, и она ответила, что их фамилия Чапмэн. Джо говорит, это те самые Чапмэны, которые взяли на воспитание вашу дочь.
Вы понимаете, что это значит? Мисс Сара и молодой мистер Розье приходятся друг другу братом и сестрой по отцу. Я уговаривала Джо пойти к вам и рассказать об этом, но он заупрямился. Вот я и решила вам написать, потому что вы мать мисс Сары и должны обо всем узнать. Вы понимаете, что, если они поженятся, это будет грехом перед Господом? Никто, кроме меня и Джо, не знает, что мисс Сара — ваша дочь, и мы никому об этом не скажем. Но мы должны что-то предпринять. Я думаю, Джо сам хотел, чтобы я вам написала, только он слишком гордый, чтобы сознаться в этом. Он пока не знает, что я связалась с вами. Мне очень жаль, миссис Фрэнкель, что мне пришлось сообщить вам такую неприятную новость».


Письмо заканчивалось словами: «С уважением, ваша покорная слуга Мэри Малхолланд».


Было время, когда не проходило и дня без того, чтобы Кэти не испытывала тоски по дочери и почти болезненного желания обнять ее, прижать к себе, пусть только на минуту. В последний раз она видела Сару, когда та была годовалым младенцем, но с каждым прошедшим годом она пыталась представить себе, какой становилась ее дочь, взрослея. В своем воображении она видела дочь шестилетней, семилетней девочкой, потом восьмилетней, девятилетней, десятилетней… После этого наступил период, когда она заставляла себя не думать о Саре, и иногда ей удавалось не вспоминать о ней в течение нескольких дней или даже недель. А когда боль возвращалась, она пыталась убедить себя в том, что должна радоваться за дочь, которая растет в достатке и воспитывается как настоящая леди. Правда, при своем теперешнем положении она смогла бы обеспечить дочери подобающее воспитание, но кто знает, может, если бы Сара осталась с ней, Кэти не достигла бы того, чего достигла. Она разбогатела благодаря счастливому случаю. И это стало возможным лишь с помощью Энди, которого она могла и не встретить. Может, все это — встреча с Энди, ее теперешнее благосостояние — было ей компенсацией за ребенка, от которого пришлось отказаться. В минуты горечи она повторяла себе, что жизнь и так была очень щедра с ней, поэтому грех жаловаться. Ведь жизнь дала ей все, чего она только могла пожелать, а плохие времена навсегда остались позади и больше никогда не вернутся. Ей больше никогда не придется переживать унижения, она навсегда избавлена от страха и от ощущения собственной беспомощности. А Бернард Розье, человек, с которого начались все ее беды, больше никогда не сможет причинить ей боль. Она могла похоронить прошлое и жить только настоящим и будущим.
И вот она получила это письмо, и прошлое воскресло — по крайней мере та часть ее прошлого, которая была связана с Бернардом Розье. Она снова и снова перечитывала письмо, отказываясь верить этим строкам. Неужели Бернард Розье никогда не уйдет из ее жизни? Неужели он будет преследовать Кэти до конца ее дней, тем, либо иным образом разрушая ее покой? Она ошибалась, думая, что избавилась от этого страшного рока, преследовавшего ее с самой ранней юности. Теперь ее дочь встретилась с сыном этого ужасного человека и полюбила молодого Розье, не зная, что он приходится ей братом по отцу.
Саре было сейчас девятнадцать с половиной лет. А сколько лет молодому Розье? Когда Бернард Розье женился, она была три месяца беременна Сарой. Его сыну должно быть сейчас около девятнадцати. Но как, как они встретились? Почему из всех молодых людей ее дочь должна была встретить и полюбить именно его?
Кэти прижала ко рту кулак и впилась зубами в костяшки пальцев. Глупый, глупый вопрос. Оба вращались в одних и тех же кругах — нет ничего удивительного в том, что они встретились. Удивительно скорее другое: как она не предвидела заранее возможность такой встречи?
Но ведь она не знала, что у Бернарда Розье есть сын!
И все же эта встреча была невероятной. Они могли прожить целую жизнь и так и не узнать о существовании друг друга. Или встретиться, но не испытать друг к другу никаких особых чувств… Кэти медленно поднялась со стула и, прижав обе руки к щекам, в отчаянии покачала головой.
— Один шанс из миллиона, — прошептала она.
Впрочем, разве любовь между ними так уж невероятна? Быть может, их потому и потянуло друг к другу, что их связывает кровное родство? Ведь если подумать, подобные случаи не так уж редки. Во все времена заключались браки между братьями и сестрами, которые влюблялись друг в друга, не зная, что в их жилах течет одна и та же кровь. Многие так и не узнавали об этом до конца своих дней… Да, но почему такое должно было случиться с ее дочерью? Почему Сара полюбила сына этого ужасного человека?
Если бы Кэти не была в столь смятенных чувствах, она бы, наверное, поняла, что более всего ее пугает не сам факт кровного родства между молодыми людьми, а то, что он — сын Бернарда Розье. О Саре она никогда не думала как о дочери Бернарда. Для нее Сара была только ее дочерью.
— Нет! Нет! Я этого не допущу!
Этот крик вырвался у нее помимо ее воли, и она тут же зажала ладонью рот, с опаской покосившись на дверь. Бетти могла слышать ее из кухни; Тереза могла слышать ее сверху. Ни Бетти, ни Тереза не должны об этом узнать. Но что же ей делать? У кого спросить совета?.. Если бы только Энди был здесь!
Нет, нет. Слава Богу, Энди сейчас нет дома. Ведь он до сих пор не знает, кто тот человек, от которого она родила ребенка и который подстроил ее арест. И она позаботится, чтобы он никогда об этом не узнал. Потому что, если он узнает, его постигнет та же участь, что в свое время постигла ее отца. Он непременно убьет Бернарда Розье, если только узнает его имя. Сейчас она впервые возблагодарила судьбу за то, что Эндри пришлось уехать.
Тереза тоже ни в коем случае не должна об этом узнать. Ведь уже случалось, что Тереза, желая сделать как лучше, вступалась за нее, но ее вмешательство приносило только лишние беды. К тому же у Терезы слабое сердце, она может не выдержать подобного шока.
Но что она предпримет? У кого попросит поддержки? Обращаться за помощью к Джо было бы бесполезно — он слишком упрям и не станет даже разговаривать с ней. Единственный человек, которому она могла довериться в данной ситуации, — мистер Хевитт.
Она сделает так, как сказала Терезе, — сейчас же поедет к мистеру Хевитту. Быть может, мистер Хевитт сумеет найти выход из положения или, по крайней мере, даст ей мудрый совет.


Прочитав письмо, мистер Хевитт посмотрел на Кэти. Казалось, он на какое-то время лишился дара речи. Он в самом деле не знал, что сказать, как успокоить мисс Малхолланд и как помочь ей. Он всегда принимал близко к сердцу ее проблемы и сейчас был искренне огорчен.
Когда-то мистер Хевитт вел дела семьи Розье, но вскоре после смерти отца Бернард Розье отказался от услуг адвоката. И мистер Хевитт вовсе не сожалел об этом, — напротив, он был рад, что Бернард Розье больше не является его клиентом, поскольку представлять интересы этого человека адвокату затрудняла бы лояльность по отношению к мисс Малхолланд. Впрочем, такой клиент, как Бернард Розье, все равно не принес бы большой прибыли. Насколько было известно, Бернард быстро промотал отцовское состояние и сейчас оказался полностью разорен и во всем зависим от жены. Они с женой жили на доход с небольшого личного капитала, полученного ею от отца при замужестве. Что же касалось огромного капитала Тэлфордов, который и в лучшие времена семьи Розье в несколько раз превышал ее капитал, миссис Розье оказалась очень предусмотрительной женщиной и после смерти отца переписала все его состояние на своего сына, молодого Дэниела Розье, который вступит во владение им по достижении тридцати лет.
Решение лишить мужа доступа к капиталу Тэлфордов было принято миссис Розье в тот день, когда миссис Нобль, узнав о фальшивом обвинении, представленном ее братом мисс Малхолланд, отправилась выяснять с ним отношения. Когда она приехала в Гринволл-Мэнор, у Бернарда были в гостях трое его друзей, которые подслушали ссору между братом и сестрой и разболтали о ней на всю округу. Одному из этих джентльменов, обладающему на редкость чутким слухом, удалось также подслушать разговор, состоявшийся между Бернардом Розье и его женой после визита миссис Нобль, и таким образом тонкости как личных, так и финансовых взаимоотношений между супругами Розье тоже стали достоянием общественности. Все графство уже давно смеялось над миссис Розье, которая была очень терпеливой женщиной и предпочитала закрывать глаза на любовные похождения мужа. Однако злодейство, совершенное им по отношению к мисс Малхолланд, оказалось той самой каплей, которая переполнила чашу ее терпения. После этого миссис Розье отвернулась от мужа и сосредоточила всю свою любовь на сыне, позаботившись о том, чтобы Бернард не смог наложить лапу на капитал Тэлфордов.
Да, мистер Хевитт мог только порадоваться, что ему уже давно не приходится иметь дело с Бернардом Розье. Но теперь он будет вынужден встретиться с ним, и по весьма деликатному вопросу. Мистер Хевитт поморщился при мысли о предстоящем разговоре с этим неприятным человеком.
— Что вы мне посоветуете? — спросила Кэти.
— Мне трудно ответить вам сразу, миссис Фрэнкель. — Адвокат провел рукой по своей лысеющей голове, поправил очки и несколько раз моргнул, прежде чем продолжать. — Ситуация сама по себе очень деликатна, и вы, конечно, это понимаете. Я должен сначала все хорошенько обдумать, а потом… потом я напишу мистеру Розье-старшему. Он должен быть поставлен в известность. — Мистер Хевитт покачал головой и, глядя на бледное, взволнованное лицо Кэти, заключил: — Из того, что вы мне сказали, я понял, что молодой мистер Розье еще не достиг совершеннолетия. Но, конечно, с ним тоже следует переговорить. Будем надеяться, что он не лишен здравого смысла и сам поймет, что брак между ним и вашей дочерью невозможен.
— Вы… вы сейчас же займетесь этим делом, не так ли, мистер Хевитт? Я боюсь, что любое промедление может оказаться роковым.
— Да. Конечно, миссис Фрэнкель, мы не должны терять время. Но, как я вам уже говорил, это очень деликатный вопрос и, прежде чем действовать, надо все как следует обдумать. В любом случае я сегодня же пошлю письмо мистеру Розье. Разумеется, я тщательно обдумаю текст письма и постараюсь выразить все в наилучшей форме. — Мистер Хевитт ободряюще улыбнулся Кэти. — Можете положиться на меня, миссис Фрэнкель. Я буду очень дипломатичен и сделаю все от меня зависящее, чтобы разрешить эту нелегкую ситуацию.
— Я знаю, мистер Хевитт, что могу во всем положиться на вас. Вы помогали мне столько лет! Не знаю, что бы я без вас делала. — Кэти благодарно посмотрела на адвоката. — Сегодня утром, когда я ехала к вам, я как раз думала, что, если бы не вы, я бы никогда не достигла всего того, что есть у меня на данный момент, — продолжала она. — Капитан Фрэнкель, — в разговоре с адвокатом она всегда называла Эндри капитаном Фрэнкелем, — дал мне возможность начать свое дело, но я сомневаюсь, что смогла бы заработать хоть какую-то прибыль без вашей помощи и содействия. В лучшем случае я бы так и осталась владелицей трех домов.
— Что вы, что вы, миссис Фрэнкель! — Мистер Хевитт встал со своего кресла и обошел стол, на ходу снимая и протирая очки. — Это вовсе не так. Вы бы и без моей помощи добились немалых результатов. У вас самой прекрасно работает голова по части бизнеса. Вы чутьем угадываете выгодные сделки и на редкость хорошо разбираетесь в недвижимости. Даже в самом начале, когда у вас совсем не было опыта, вы уже знали, какие дома принесут вам выгоду. Помню, как еще в одна тысяча восемьсот шестьдесят шестом году вы без чьей бы то ни было подсказки приобрели дом в окрестностях Сент-Мэри, в портовой зоне Джарроу. Я тогда сказал мистеру Кении, что у вас особый нюх на хорошие дома. Этот дом, по моим подсчетам, уже успел окупиться вам в трехкратном размере. Так что вы недооцениваете свои способности, миссис Фрэнкель.
— Вы так любезны, мистер Хевитт! Вы всегда были так любезны со мной!
Кэти встала и протянула ему руку. Адвокат взял ее руку в свои и крепко пожал.
— А капитан Фрэнкель будет здесь к Рождеству? — осведомился он, провожая ее до двери кабинета.
Ресницы Кэти едва заметно дрогнули.
— Надеюсь, что да, — тихо сказала она.
Адвокат думал, что Эндри ушел в один из своих обычных рейсов. Кэти не стала рассказывать Хевитту о Норвегии и больной жене Эндри. К чему говорить об этом сейчас? Если Эндри не вернется, у нее будет сколько угодно времени, чтобы рассказать об этом мистеру Хевитту. Стараясь скрыть от адвоката беспокойство, овладевшее ею при упоминании об Эндри, она вежливо осведомилась:
— Вы ведь навестите нас на праздники, мистер Хевитт?
— Конечно, миссис Фрэнкель, с удовольствием.
— Надеюсь, вы не откажетесь поужинать с нами в один из праздничных вечеров?
— О, благодарю вас, миссис Фрэнкель. Можете на меня рассчитывать.
— Вы не против, если мы назначим точную дату немного позднее?
— Конечно, конечно, как вам будет угодно.
— До свидания, мистер Хевитт, и большое вам спасибо. Вы… вы сообщите мне сразу же, как только получите ответ?
— Обещаю, миссис Фрэнкель, что, как только он ответит мне, вы сразу же об этом узнаете. Я немедленно пришлю к вам мистера Кении.
— Вы очень любезны, мистер Хевитт. До свидания.
— До свидания, миссис Фрэнкель. — Мистер Хевитт галантно распахнул перед ней дверь. — Всего вам доброго.
Выйдя из кабинета адвоката, она увидела мистера Кении, поджидающего ее в приемной.
Кении за эти годы успел превратиться почти в старика. Он выглядел намного старше своих лет. Его волосы, длиной до самых плеч, стали совсем седыми, на макушке начинала проглядывать лысина. Длинное худое лицо стянула мелкая сеть морщин, а с кончика носа Кении все время капало, и во время разговора с клиентами ему приходилось постоянно промокать нос платком.
— Было очень приятно повидаться с вами, миссис Фрэнкель, — сказал мистер Кении, открывая для нее дверь.
— Благодарю вас, мистер Кении.
— Вы сегодня превосходно выглядите, миссис Фрэнкель, позвольте мне это заметить.
Сколько бы раз в день мистер Кении ни встретил Кэти, каждый раз он непременно повторял ей, что она превосходно выглядит. Сегодня он говорил ей это во второй раз, — в первый раз он восхитился вслух ее красотой, когда она входила к мистеру Хевитту.
Придерживая входную дверь, Кении слегка наклонил голову и улыбнулся этой женщине, в которую он вот уже четырнадцать лет был молчаливо влюблен. Кэти Малхолланд всегда была учтива и приветлива с ним и называла его мистером, так, словно он не был каким-то жалким клерком; Кэти Малхолланд никогда не забывала о нем на Рождество и одаривала его щедрой суммой, которая ему, привыкшему получать по праздникам в лучшем случае полсоверена от регулярных клиентов, казалась целым состоянием. Но даже и без этого он был бы готов служить Кэти Малхолланд до гроба.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон Кэтрин



очень интересный и познавательный роман. В очередной раз убеждает, что надо жить своей жизнью и не лезть в чужую. Не зря говорят,что благими намерениями вымощена дорога в ад,а также что всё возвращается на круги своя. Эта идея присутствует во многих романах автора.
Кэти Малхолланд Том 2 - Куксон КэтринТатьяна
16.09.2014, 19.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100