Читать онлайн Серебряный ветер, автора - Кук Линда, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Серебряный ветер - Кук Линда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Серебряный ветер - Кук Линда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Серебряный ветер - Кук Линда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кук Линда

Серебряный ветер

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Она проснулась, когда уже наступили сумерки, закутайная в плащ Симона и его тунику, одна на холодном полу пещеры, ставшем ее брачным ложем. Во сне ей чудился запах дыма, и она продолжала ощущать его и когда проснулась, но во сне Симон был рядом, согревая ее своим теплом, а наяву — нет.
Аделина села и тревожно огляделась. Симона нигде не было видно, а звать его она не решалась. Появился ли наконец ее таинственный враг? Ушел ли Симон, чтобы запутать врага, заманить его подальше от их тайного убежища? Затуманенная страстью, утомленная любовью, она упустила возможность последовать за своим мужем, чтобы разделить его участь или привести своих соплеменников, чтобы отбить его у врагов…
Теперь, когда Симон больше не согревал ее своим теплом, холод пробирал Аделину до костей. На другом конце пещеры заржали лошади и отшатнулись от входа.
Симон появился в проеме, нагой по пояс, от тела его и изо рта шел пар, создавая вокруг белесую дымку. Он опустился перед ней на колени и достал из-под мышки кусочек влажной ткани.
— Вот, — сказал он, — я хотел согреть ее для тебя, но, — и тут он засмеялся коротким невеселым смешком, — у меня ничего не получилось. Кожа моя не теплее, чем вода в ручье.
Он начал мыть ее самодельной губкой, и ей было тепло от его прикосновений. Симон стал для нее всем: любовником, защитником, олицетворением силы и ласки — он воплощал все, чем она дорожила в этой жизни.
— Мы одно целое, — сказала она.
Симон улыбнулся. Солнце садилось, день клонился к вечеру.
— Мы одно целое, — согласился он, — если двое и могут стать одним целым, то это мы.
Он положил теплую руку ей на живот.
— Я пойду с тобой, куда бы ни забросила тебя жизнь. Есть там ребенок или нет, я всегда буду с тобой.
Она села и натянула через голову платье. Симон нашел ее тунику и помог надеть ее сверху, потом надел свою. Тряхнув головой, он потянулся к ее щеке.
— Ты будешь осторожна и будешь беречь себя. Правда, Аделина? У нас может быть ребенок. А если нет, я все равно с тобой. Ты никогда больше не будешь одинока.
Она поймала его руку и прижалась лбом к его широкой ладони.
— Я думала, что не смогу жить, если потеряю тебя. Ты тоже этого боялся?
— Эта мысль приходила ко мне. Я не напрасно так думал?
— Возможно, так и было. Только час прошел, а как все изменилось.
Он нахмурился:
— Мы многим рисковали в этот час, но больше мы не будем так безрассудны. Ты не будешь рисковать, если любишь меня, Аделина, ты будешь заботиться о своей безопасности.
— Обещаю, — сказала она, поднимая глаза, — но не жалей об этом часе и той опасности, что мы, быть может, навлекли на себя из-за случившегося. Я хотела тебя, Симон. Никогда не жалей о том, что мы были вместе в этот час.
Симон вздохнул и подал ей руку. Они стояли и смотрели на долину, у крепостных ворот горели факелы.
— Этот час, миледи, мы провели в чертовски неуютном месте даже по сравнению с насквозь продуваемым закутком среди старых руин. Клянусь вам, миледи, что если нам суждено пережить этот день, то вы узнаете, что этот час — ничто в сравнении с ночами, ожидающими нас впереди. — Он погладил ее пониже спины и слегка ущипнул. — Я польщен, миледи, тем, что вы теперь готовы умереть счастливой женщиной, но сделайте мне одолжение и позаботьтесь о том, чтобы смертный час не пришел слишком рано.
Она поймала его руку и повернулась к нему лицом.
— Тогда расскажи мне о том, что произошло в Ходмершеме. Теперь я твоя жена по-настоящему. Я должна знать.
Он кивнул:
— Я собирался рассказать тебе на обратном пути.
— Расскажи мне здесь, где нас не могут подслушать ястребы.
Симон подошел к лошадям и начал отвязывать поводья.
— История не слишком длинная, но из тех, что не многим дано знать. Если ты найдешь приют у Маршалла, ему можешь говорить открыто, поскольку он и так все знает. И Гарольд знает, и мой брат Савар. Они помогут тебе, если наступит время, когда ты сможешь вернуться в Тэлброк без опаски.
— И когда это будет?
Он протянул ей поводья ее кобылы и помог сесть в седло.
— Когда Лонгчемп перестанет прятать третью часть королевских сокровищ в аббатстве Ходмершем.
— Сокровища? Сокровища Плантагенетов?
Симон сел на коня и взглянул на укрытый сумраком холм.
— Да, они хранятся в аббатстве. Мы с братом принесли золото монахам: оплатить расходы на похороны отца и молитвы о спасении его души. В ту ночь в склепе горели факелы. Нам показалось, что кто-то орудует там лопатой. Мы решили, что это воры, и спустились в склеп, чтобы прогнать их. Но, пока факелы не успели загасить, мы увидели там вооруженных людей и кованые сундуки. В наступившей мгле вооруженные люди напали на нас, обнажив мечи. Нас спасло лишь то, что бой проходил в полной темноте. В темноте священник и наткнулся на мой меч.
— Отчего же они не доверили тебе эту тайну? Ведь аббатство стоит на твоей земле.
— Лонгчемп выбрал аббатство потому, что оно расположено по дороге в Дувр, на тот случай, если ему придется бежать из страны. Он не сказал мне, что хочет воспользоваться аббатством, потому что не собирался возвращать сокровища. Несчастье наше состоит в том, что мы застали его на месте преступления с его людьми и узнали его. Но Уильям Маршалл прибыл на следующий день и подписал с Лонгчемпом договор. Мы с братом отказались от наших земель, покуда Лонгчемп сохраняет пост канцлера, и обязались молчать о золоте. Лонгчемп, со своей стороны, согласился использовать свое влияние для того, чтобы нас не судили по всей строгости.
— Маршалл так низко пал, что заключает пакты с мразью типа Лонгчемпа?
Симон покачал головой:
— Мы с братом готовы были убить Лонгчемпа за измену, но Маршалл решил, что это опасно. Он ненавидит канцлера, как и многие другие, но он понимает: пока король за границей, власть в стране принадлежит Лонгчемпу. Если братья короля почувствуют его слабость, войны не избежать. Начнется борьба за трон.
— Значит, ты оставил золото в склепе, людей Лонгчемпа на своих землях, а канцлера отправил вновь управлять страной?
Симон с усмешкой вскинул руки вверх.
— Ради мира, Аделина! Я знал, что мой рассказ придется тебе не по вкусу. Поверь мне, это решение далось Маршаллу нелегко.
— Но Лонгчемп уже нарушил слово!
— Миледи, мы и не надеялись, что он станет его держать. Данное им обещание лишило канцлера возможности открыто действовать против моей семьи. Он боится Маршалла и не станет переходить ему дорогу открыто. Маршалл отправил нас на королевскую службу подальше от центра, Лонгчемп выжидает и подсылает убийц, но при этом делает вид, что он с ними никак не связан. Боюсь, что это нападение должно было послужить поводом для того, чтобы обвинить меня в новом преступлении и тем самым избавиться от меня навеки. Для этого надо было лишь подстроить так, чтобы моя жена погибла якобы от руки солдата моего гарнизона.
Аделина поплотнее запахнула плащ.
— Теперь я понимаю, почему ты не хотел брать жену.
— У Лонгчемпа был серьезный повод отправить тебя сюда из Нормандии. Теперь я думаю, он с самого начала планировал устроить твою смерть от моей руки. Скажем, во время святочного пира.
Солнце закатилось, на небе взошла луна. Теперь уже, глядя на камни, невозможно было сказать, за которым из них лежит тело Амвросия.
— Мы не можем оставить его здесь.
— Мы и не оставим. — Симон махнул рукой в сторону далеких огней у ворот крепости. — Пусть у Люка голова болит, как его похоронить. Полагаю, наш улыбчивый священник стал его головной болью вот уже несколько месяцев назад и продолжал создавать проблемы Люку по сей день. Нам надо спрятать тело на несколько дней, пока ты не уедешь отсюда.
— Почему его смерть необходимо скрывать? Этот человек — будь он священник или нет — попытался меня убить. Я это видела. Я расскажу отцу все в точности так, как происходило. Он был вооружен, он приготовился выстрелить…
— Мы не можем этого доказать. Лонгчемп — верховный судья короля. Он подкупит суд, и они скажут, будто у отца Амвросия был лук лишь потому, что он вышел пострелять кроликов. И вердикт очевиден — еше один невинный человек, священник, погиб от руки Симона Тэлброка, который тем и славен, что убивает помазанников Божьих. — Симон обернулся к Аделине и заговорил с печальной убежденностью: — Перед нами не обычный враг. Ожидая самого худшего, мы можем предсказать лишь половину того зла, на которое способен этот человек.
Глухая боль сжимала грудь Аделины. Они с мужем полюбили друг друга, но ей суждено потерять любимого из-за козней Лонгчемпа. Она потеряет его из-за коварного шпиона, который принял обличье святого отца и предпочел умереть, оставаясь для мира священником, и все для того, чтобы вновь поставить ее любимого вне закона.
— Симон, он не был священником, у него плечи солдата. Он скорее всего и был курьером Лонгчемпа — тем, кто находил в лесу стрелы и отправлял сообщения в Херефорд. Вот откуда у него стрелы Люка.
— Конечно, все могло быть именно так. Но еще он мог быть и священником. Сам Лонгчемп имеет сан епископа, это при всех-то его злодеяниях!
Симон остановил коня и подождал, пока Аделина поравняется с ним.
— Не надо все усугублять. У нас с тобой был наш час. Мне придется скрыться на зиму, может, на более долгий срок, и ты не можешь бежать со мной.
— Но…
— Даже сам Маршалл не спасет меня от суда за второе убийство.
— Тогда оставь его нераскрытым до весны, а лучше навсегда. Никто не знает, что он сюда приходил, никому не надо знать о том, что здесь произошло. Не говори Люку. Я помогу тебе. Мы похороним его вместе.
— Я не стану просить свою жену копать могилу для убиенных мною людей. Сегодня же его хватятся, поиски будут вестись несколько дней. Никто, даже старый разбойник твой отец, не допустит, чтобы о пропавшем священнике попросту забыли. По меньшей мере дважды здесь перевернут каждый камень. Слишком поздно что-либо предпринимать.
— Симон, обещай, что ты ничего не станешь решать до тех пор, пока я не поговорю с отцом. Оставайся здесь, я приведу к тебе Гарольда, а затем отправлюсь к Кардоку. Он обязан тебе жизнью сыновей. Симон, прими ту помощь, которую он должен тебе оказать. У него на западе живет двоюродный брат…
Симон покачал головой:
— Я должен покинуть это место, а ты должна идти к отцу. Я отыщу сподручных священника и позабочусь о том, чтобы они больше не смогли причинить тебе вред. Ты должна исчезнуть, твой отец знает, как это организовать. Аделина, мне и так тяжело, не надо…
— Я ненавижу их: Лонгчемпа, Люка, — я всех их ненавижу.
Симон тихо засмеялся:
— Неужели я слышу свою хладнокровную, на удивление разумную жену? Та ли это женщина, что держит язык за зубами, в то время как в привычке всего прекрасного пола всем и вся выбалтывать первое, что приходит на ум? — Он повернулся в седле. — Это наша любовь так на тебя повлияла?
— Я не могу думать ни о ком другом, кроме как о Лонгчемпе. Это он отнимает у меня мужа. — Аделина не делала попыток остановить слезы, и они ручьями текли у нее по щекам. — Я люблю тебя, Симон Тэлброк, а ты меня оставляешь. Из-за этой обезьяны Лонгчемпа я, быть может, больше никогда не узнаю твоей ласки, ты можешь никогда не увидеть ребенка…
Симон резко остановился и развернул коня.
— Аделина, если в этом мире есть способ вернуться к тебе, я его найду. Но я не могу делать то, что должно, покуда не удостоверюсь, что ты в надежном и безопасном месте, где даже я не смогу тебя найти, пока не подойдет время.
Симон вновь поскакал впереди, петляя между валунами и осинами. Возле освещенного луной озера начиналась широкая тропа. Холодная и величественная луна освещала ледовый наст. Казалось, она следовала за Аделиной, проезжавшей мимо серебристой глади.
На льду озера не было ни снежинки, ни капельки грязи. Аделина горячо взмолилась о снеге.
Она уснула в седле и проснулась, когда Симон взял в руки поводья ее кобылы.
— Мы уже близко, — сказал он, — ты постараешься не заснуть, пока не приедем в поместье? Надеюсь, ванну из нашей спальни еще не убрали и горячая вода найдется.
Аделина протерла глаза и вспомнила…
— Симон, мы не можем спать в доме отца сегодня.
— Обещаю, все будет в порядке.
— Да нет, ты не понимаешь. Я сказала отцу, чтобы он возвращался в хозяйскую спальню, а хижину оставил мышам.
Симон пожал плечами:
— Значит, будем спать в хижине с мышами.
— Я сказала, что мы сегодня заночуем в крепости.
— Почему? Что-то тебя напугало?
— Мы поссорились. Симон рассмеялся:
— Я не узнаю сегодня свою жену. Она ссорится с самым главным местным разбойником, отклоняет гостеприимство отца и расстается с девственностью в пещере. Что же моя женушка скажет завтра, когда придет в себя и обнаружит, что жизнь ее так круто переменилась?
— Она скажет, что ни о чем не жалеет.
— Совсем ни о чем?
— Ну, на кровати, пожалуй, было бы получше.
— В форту нас ждет кровать, но вначале мы поговорим с твоим отцом, если, конечно, он будет в настроении.
— Симон, все очень серьезно. Он отказался сообщить мне, как покинуть долину. Несмотря на все то, что ты сделал для него вчера, он не доверит ни тебе, ни мне свою тайну.
— Я поговорю с ним. Он может хранить свою тайну сколько угодно. Мне все равно. Но он должен вывезти тебя отсюда, если придет беда.
— Только не сегодня.
Симон после некоторого колебания заговорил тихим, проникновенным голосом — впервые за сегодняшний день:
— Нет, не сегодня…
Вместе они въехали в широкие деревянные ворота дома Кардока.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Серебряный ветер - Кук Линда



все три книги мне понравились. прочитала с удовольствием 10 балов.
Серебряный ветер - Кук Линдатату
27.11.2015, 21.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100