Читать онлайн Серебряный ветер, автора - Кук Линда, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Серебряный ветер - Кук Линда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Серебряный ветер - Кук Линда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Серебряный ветер - Кук Линда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кук Линда

Серебряный ветер

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Симон проснулся, когда совсем рассвело, но люди Кардока все еще спали. Он приподнял одеяло и поцеловал Аделину в лоб. Она уютно устроилась в кольце его руки, и волосы ее сияли, рассыпавшись по подушке, словно золотое озеро. Симон потихоньку, нежно, стараясь не разбудить, высвободил руку и осторожно соскользнул с постели.
На деревянном полу возле кровати спали шесть служанок, завернувшись в одеяла. Симон, стараясь ни на кого не наступить, прошел в угол, где стоял большой сундук, и достал оттуда одежду и меч. В смежном со спальней зале пиршественные столы были убраны, столешницы стояли вдоль стен, а камышовые циновки едва можно было разглядеть: весь пол был завален спящими, народ предпочел переночевать в замке, а не тащиться под ливнем на холм, в свои холодные хижины.
В длинной яме для костра ярко горели угли. Костер не потух, несмотря на ночное ненастье. Большие плоские камни, на которых покоилось святочное полено, были все еще горячими на ощупь. Пар шел от них в тех местах, где сквозь вентиляционные отверстия в крыше капала вода.
Люди Кардока спали у очага, сладко похрапывая. Симон переступил через спящих и в одном из них узнал Хауэлла — по огромной челюсти, покрытой рыжей всклоченной бородой. Петронилла спала возле него и во сне выглядела совершенно невинной, такой, какой она, наверное, была лет десять назад.
Небо расчистилось, в долину снова вернулся зимний холод.
Симон остановился у дверей в нерешительности. Его подмывало вернуться, разбудить Аделину и пригласить ее покататься верхом. Побыть с ней наедине хотя бы для того, чтобы обсудить все без свидетелей, уже будет праздником. После вчерашнего происшествия Симон обнаружил, что избежать внимания со стороны домочадцев не представится возможности.
Симон и Аделина спали, укрывшись с головой, не для тепла, а чтобы хоть как-то отгородиться от нашествия в их спальню. Несмотря на принятые меры предосторожности, тишайший шепот им же самим казался громким. Оставив попытки поговорить, они уснули довольно рано. Симон все же решил не будить жену — пусть поспит, пока спится, — и отправился на конюшню без нее.
Конь его стоял стреноженный, укрытый мягкой шерстяной попоной. Симон пощупал рану — она оказалась чистой и не такой глубокой, как он опасался.
Постояв в нерешительности возле раненого коня, Симон все же снял с него попону и надел седло. Сабля Кардока задела шею довольно высоко, там, где начиналась густая, аккуратно подстриженная грива, и поводья с уздечкой не будут касаться небольшой ранки. Небыстрая езда ничего, кроме пользы, жеребчику не принесет.
Когда Симон вел коня через двор, на кухне уже возились женщины. Одна из них, подобрав юбки, чтобы не выпачкать в слякоти, подошла к нему и протянула краюху свежего хлеба. Он кивнул, улыбнувшись, отвечая на ее застенчивое приветствие, и поблагодарил за еду.
Симон повернул коня в сторону крепостного холма, потом передумал и направился к западу, к поместным полям и озеру. Сегодня за пиршественным столом он еще успеет поговорить с Гарольдом о том немногом, что должны успеть сделать солдаты гарнизона до того, как выпадет снег. Может быть, на этот раз ему наконец удастся найти проход в сплошной скале, отгораживающей земли тестя от прочего мира. Найти выход из капкана — вот что представлялось самым главным на сегодняшний день, а прочее подождет.
Над полями летали два маленьких ястреба. Они то парили, раскинув крылья, высматривая добычу, то, сложив крылья, стремительно падали вниз. Стайка воробьев вспорхнула над обнаженными деревьями леса и устремилась на запад, увлекая за собой ястребов.
Симон откусил кусок хлеба, наблюдая за полетом хищников. Маленькие воробьи уже превратились в едва различимые точки. Когда-то в прежней, уютной и спокойной жизни обласканного судьбой аристократа Симон любил выезжать на соколиную охоту. Ручные птицы служили ему, приносили добычу. Они были заодно. Разве тогда мог представить Симон, что однажды, подняв взгляд к небу, он вдруг увидит в пернатом хищнике врага, а себя — сродни тем обреченным тварям, за которыми велась охота.
Лонгчемп и его шпионы наблюдали за ним. Они читали его мысли и видели его столь же ясно, как зоркий сокол видит свою жертву. Они, как те ястребы, только и ждали момента, чтобы броситься на него с ясного неба и оборвать его жизнь беглеца и изгоя. Каждый день, прожитый им после кровопролития в Ходмершеме, Симон вправе был считать позаимствованным у судьбы, но каждый прожитый день неминуемо приближал его к часу расплаты, к роковому дню и часу, когда он встретится с врагом лицом к лицу. Этот враг посильнее любого из тех, с кем приходилось иметь дело самым доблестным из его предков, вот уже не одно столетие владевших Тэлброком.
Уильям Маршалл, спасая жизнь сыну своего старого друга, всего лишь продлил мучение приговоренного, предоставив Лонгчемпу свободу беспрепятственно запускать своих ястребов — своих шпионов, чтобы те, кружась над Симоном Тэлброком; связавшим себя клятвой и оттого ставшим беззащитным, лишь выжидали удобного момента, чтобы броситься камнем вниз и прикончить свою жертву.
Перед внутренним взором Симона предстали зеленые глаза Аделины. Что сделает Лонгчемп с тем соколом, который откажется вернуться на свой шест? Или шпионкой, чьи зеленые глаза зажглись любовью к тому, кто должен был стать ее добычей? Холодный ветер волновал серые воды озера, лишь по краям подернутые коркой льда.
Злой рок довлел над детьми Кардока. Смертельная тень Лонгчемпа нависла над Аделиной. Тонкий лед заманил на верную погибель Пенрика и Гована. Симон обернулся и окинул взглядом оставшееся далеко позади поместье. Пойдет ли отец Аделины на риск навлечь на себя и своих близких немилость Лонгчемпа ради того, чтобы дочь его успела скрыться? Что-то до сих пор Симон не заметил в нем особой любви к своему первому ребенку.
Симон прищурился. Да, сегодня же он потребует у старого вождя награду за спасение жизни его наследников. Он потребует, чтобы Кардок спрятал свою дочь при первом сигнале о том, что Лонгчемп приближается. И еще он заставит старика поклясться, что он тайно вывезет Аделину из долины и отправит ее на юг, к Уильяму Маршаллу в новый форпост в Стриквиле.
Ветер усилился, по не схваченной льдом части озера прокатилась серая рябь, ветер согнал ледяную крупу с поверхности льда, и он засверкал серебром под синим небом. Симон нахмурился. Кардок говорил, что снег в этих краях ложится до Святок, но в этом году, как назло, снега все не было, и Лонгчемп по-прежнему мог беспрепятственно проникнуть в долину.
С той самой ночи, когда Симон вошел в аббатство Ходмершем, судьба отвернулась от него. Ступив за порог темной часовни, он застал воров на месте преступления. И только благоволение к нему Маршалла спасло Симона Тэлброка от отлучения. Но еще неизвестно, что было бы более милостивым: отлучить его от церкви и изгнать за пределы христианского мира, убить на месте или оставить жить в ожидании смерти.
Симон решительно тряхнул головой. Нечего бередить прошлое! Так он становится похожим на вечно недовольного, живущего старыми обидами Кардока. Что же касается будущего, то ни одному смертному не дано его знать. И на этом пора ставить точку. Симон доел остатки хлеба, бросив крошки птицам. Он видел, как стайка воробьев издали наблюдала за ним, соблазненная лакомством. Высоко над его головой кружились ястребы, предугадав, куда может направиться их добыча.
Симон рассмеялся и погрозил хищным птицам кулаком. Даже тварям бессловесным, ястребам, ничего не стоило надсмеяться над ним. Крошки хлеба, брошенные Симоном голодным птицам, могут стать последним в их жизни угощением. Вместо воробьев он облагодетельствует их злейших врагов — ястребов.
Никому не дано обратить вспять главный закон жизни в надежде изменить конечный результат. Но если действовать осторожно и если удача хоть отчасти будет ему сопутствовать, Симон сумеет вытащить жену из ловушки, готовой захлопнуться вокруг них, и отпустить ее на волю, как птицу из силка. На большее он не смел надеяться.
Симон обогнул озеро и проехал по дороге до самой развилки. Высоко на южном склоне холма, ограничивавшего долину, над лугами в устье ручья пламенела рябина. Мороженые ягоды все еще оставались не съеденными птичьей мелюзгой, должно быть, ястребы любили поживиться в этом месте и редко уходили без добычи.
Симон повернул на юг и, поднимаясь по извилистой тропе, попридержал коня. Позади остался оголившийся лес, почти полностью просматривавшийся. Дорога извивалась среди обросших мхом валунов и зарослей осины. Вскоре осинник закончится и начнется пастбище. Заметно похолодало, резкий ветер дул в лицо.
Конь заржал и тряхнул головой. Симон, дабы успокоить жеребца, потрепал его по холке, стараясь не коснуться ранки.
Тропинка резко свернула вправо, пересекая склон, затем повернула обратно, вдоль остроконечных утесов. Выше простиралась безжизненная пустыня, и только красная, сморщенная от мороза рябина нарушала унылое однообразие серых скал и жухлой травы. На востоке Симон услышал блеяние овец, которых загоняли в овчарни на зиму.
Он проехал еше выше и оттуда, сверху, увидел пастушью хижину. С этой точки она казалась сколоченной еще грубее, наспех прилепленной прямо к скале. Проход в хижину напоминал громадный зев, чернеющий на фоне свежеструганой древесины стен. Похоже, строители — те самые мятежники — не стали заделывать проем потому, что им не хватило дерева, а нарубить еще было недосуг. Но ленью своей они приговорили себя к страданиям зимой, когда ледяной ветер будет задувать в щели.
Ястребы летели на восток, все выше поднимаясь над склоном за Симоном, в надежде, что он приманит еще воробьев на смертельный пир под приглядом хищников. Симон еще раз пригрозил им кулаком. Он едва сдержался, чтобы не прокричать проклятие быстрокрылым убийцам. Симон опустил руку. Если он потеряет власть над собой, то вскоре станет похожим на желчного и гневливого Кардока.
Он поставил перед собой задачу и должен ее выполнить. Пещеры, обнаруженные им ранее, были или слишком низкими, или чересчур узкими для того, чтобы всадник мог провести туда коня. За те несколько дней, что, возможно, остались до снегопада, он должен найти заветную пещеру. Почему бы сегодня не начать поиск с того места, где рос рябиновый куст?
Симон услышал свист, как от летящей стрелы, и инстинктивно пригнулся. Ястреб вновь взвился в небо. Теперь он круг за кругом облетал валуны у подножия склона. Вторая птица по-прежнему кружила у Симона над головой.
Тэлброк решил, что коню его пришла пора отдохнуть. Так почему бы не здесь? Симон направил жеребца к зарослям орешника и соскочил с седла. Обернув поводья вокруг облетевшего деревца, Симон начал спуск. Несмотря на то что овец уже начали загонять в овчарни на зиму, среди валунов могло затеряться животное, отбившееся от стада.
Симон улыбнулся собственным мыслям. Только в безумной долине Кардока ястребам придет в голову охотиться на овец. Старик посмеялся бы над своим новоявленным родственником из пристойного тихого Кента, которому пришло в голову раздумывать над охотничьими пристрастиями валлийских ястребов.
Симон пригнулся к земле и осторожно поднял голову, чтобы еще раз взглянуть на то, что заставило его спрятаться. Впереди, на расстоянии всего в несколько шагов от него, на валуне небрежно развалился человек в темной одежде. Он внимательно смотрел на дорогу. Коричневый плащ, укрывавший дородного наблюдателя, был забрызган грязью, а рядом с ним… лежало шесть красных стрел. Шесть длинных, отлично сделанных стрел, заточенных рукой настоящего мастера. Рукой лучника Люка. И все же не Люк полулежал, облокотясь о покрытый мхом валун, — Люк был гораздо стройнее и выше.
Тетива лука, лежавшего рядом со стрелами, была на совесть натянута. Оружие готово к действию.
Симон приподнялся на локтях, вытащил меч из ножен и положил рядом с собой на холодную землю. Человек внизу видел, как Симон проезжал мимо, но стрелять не стал. Симон оглянулся. Коня его отсюда уже не было видно. Если жеребец будет стоять спокойно в ореховых зарослях и не заржет, лучник внизу не догадается, что Симон не стал продолжать путь. Лучник в темном дожидался иной добычи или прихватил лук на всякий случай, а сам ждал условленной встречи. Место для тайных переговоров выбрано как нельзя лучше — вокруг ни души.
Симон чуть подтолкнул меч и подполз поближе. Стрелы точно принадлежали Люку, и единственный, кто мог получить их от изготовителя, и был тот самый таинственный посредник между Люком и самим Лонгчемпом.
Итак, перед ним очередной шпион канцлера, теперь уже разгуливающий по долине Кардока. Если он сумеет захватить этого человека в плен и допросить, то, возможно, избавит от смерти Аделину и многих ее соплеменников.
Симон подобрался, рукой дотянувшись до рукояти меча. Молниеносный рывок — и он, если повезет, заставит замолчать шпиона, не убивая его. Когда же лучник в темном будет разоружен и связан, Симон получит возможность посмотреть, кто придет к нему на встречу. Симон начал обратный счет на латыни — так его научили поступать перед тем, как принять серьезное решение. Он отпустил рукоять и размял пальцы. Если лучник здесь для того, чтобы убить кого-то, он успеет отвлечь его прежде, чем тот возьмет лук в руки.
Высоко над ним продолжал парить ястреб — комок мощных мышц, вооруженный острыми когтями и смертельным клювом. Лучник пошевелился, взглянул на небо, на парящего ястреба и взялся за лук.
Симон вжался в землю, протянув руку к мечу. Если лучник встанет, чтобы выстрелить в ястреба, Симону придется действовать с нечеловеческой сноровкой. Даже захваченный врасплох, лучник легко сменит цель: вместо птицы выстрелит в человека в нескольких шагах от себя выше по склону. Лучник отвернулся и устремил взгляд на тропу. Симон возблагодарил Небо и, скорчившись, приподнялся. Если действовать, то сейчас, пока удача ему не изменила.
Раздался звон уздечки и неторопливый цокот копыт — невидимый Симону всадник поднимался на холм. Лучник нагнулся, чтобы взять в руки красную стрелу. Не отводя взгляда от тропы, он приладил стрелу. Он видел седока и, должно быть, узнал в нем свою жертву.
Теперь и Симон увидел длинную морду кобылы Аделины. Лучник встал и прицелился.
— Нет! — Рев Симона заставил стрелка обернуться. Лучник посмотрел на меч Симона. Симон сделал выпад. Расстояние между ними оказалось больше, чем казалось Тэлброку. Первая стрела убьет его, Симона. Аделина, быть может, сумеет уйти от второй. — Назад! — заорал Симон. — Поворачивай назад!
Лучник спокойно отвернулся от орущего нормандца. С решимостью самоубийцы стрелок еще раз поднял лук и прицелился в Аделину, подставляя незащищенную спину под меч Симона.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Серебряный ветер - Кук Линда



все три книги мне понравились. прочитала с удовольствием 10 балов.
Серебряный ветер - Кук Линдатату
27.11.2015, 21.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100