Читать онлайн Ночные костры, автора - Кук Линда, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночные костры - Кук Линда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.43 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночные костры - Кук Линда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночные костры - Кук Линда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кук Линда

Ночные костры

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Хыого Жербре опустил деревянный черпак в первый бочонок с морстонским свадебным элем и презрительно фыркнул.
— Вода, — пробормотал он, — вода, которой ополоснули старый котелок из-под эля! Пусть твоя супружеская жизнь, Фортебрас, будет счастливее, чем те, кому придется пить за твое здоровье эти помои. — Он хмуро взглянул на небо. — Холодное сырое утро, скудный свадебный пир… Если опять пойдет проклятый дождь, не стоит укрывать этот бочонок. Пойло и так слишком жидкое — его уже ничем не испортишь, — прорычал Жербре. — Вот попробуй!
Раймон оттолкнул черпак в сторону и махнул маленькой группе своих людей, которые привязывали вьючных лошадей за крепостными воротами. Два самых молодых воина выносили свои седельные сумки из коровника, где спали и стерегли лошадей.
— Когда найдете дамское седло, — крикнул он, — примерьте его на гнедую кобылу.
Жербре хватил кулаком по столу так, что задрожал бочонок с элем.
— Не забирай мою лошадь, Фортебрас! Возьми лучше лошадь молодого Гарета. Если ты бросишь меня в этой нищей лачуге, мне придется ездить на охоту, чтобы добывать еду. — Жербре посмотрел на холм, на котором стоял коровник. — Гарет! Где этот парень? Небось прячет от нас свою кобылу. Мы приехали сюда не затем, чтобы…
— …голодать. Хьюго, я же сказал: я пришлю сюда продовольствие, как только мы доберемся до Кернстоу. Завтра — а может, уже сегодня, если успеем, — я пришлю тебе все, что смогу. Эй ты, мальчик! Уот, кажется? Это седло твоей госпожи? Не волочи ремни по земле… — Раймон выхватил у паренька деревянное седло и хмуро оглядел выцветшую краску на некогда расписных луках, потом покрутил в руках потрескавшуюся кожаную подпругу и легко выдернул ремень из основания. Из шва вылетело облачко свалявшейся пыли. Кухарка, которая несла блюдо с холодной бараниной, попятилась, пробормотав что-то на странном наречии морстонских пастухов. Уот чихнул.
За воротами восемь людей Базена вели лошадей на водопой. Рядом с земляными укреплениями бежал ручей, бурные грязные воды которого, разлившиеся от недавних дождей, ниспадали по скалам в море. Услышав повелительный окрик Раймона, воины подняли головы, но не разобрали его слов из-за шума воды. Гарета среди них не было.
Раймон опять сунул Уоту в руки негодное седло.
— Найди Гарета. Молодой такой, с рыжей бородкой. Скажи ему, что миледи… моя жена… возьмет его седло и лошадь.
Мальчик замялся.
— Вы возьмете меня с собой?
— Нет. С нами поедет только леди Алиса.
— Я хочу с ней. Раймон сдвинул брови:
— Ты можешь приехать позже, со своей мамой.
Уот опустил голову и посмотрел на свои ноги.
— Она погибла, — сказал он, — на холме.
— Где?
— На большом холме — там же, где и Ларе.
Раймон присел на корточки и заглянул мальчику в лицо.
— Твоя мама родилась в Пуатье?
— Нет, здесь. Это леди Алиса научила меня говорить на вашем языке. Вы возьмете меня с собой?
Раймон отвернулся от покрасневших глаз мальчика.
— Не сегодня. А сейчас иди найди Гарета и скажи ему, чтобы привел свою лошадь. — Он поднялся и обернулся к Жербре: — Завтра я пришлю эту кобылу назад вместе с вьючными лошадьми.
Хьюго вздохнул:
— У меня есть план получше. Собери всех морстонцев и возьми их с собой. Оставь это убогое поместье чайкам, и пусть местные жители зарабатывают свой хлеб в Кернстоу. Снеси этот, с позволения сказать, замок, пока не обвалились потолочные балки, найди сокровища старой коро…
— Тише, — пробормотал Раймон.
Жербре замолчал и проследил за взглядом Раймона: в открытых дверях замка стояла Эмма и смотрела на них.
— Старая няня леди Алисы сегодня утром явно не в духе. Вчера вечером она рассердилась, увидев мой тюфяк перед дверью твоей невесты.
— Женщины вышли из спальни?
— Старуха открыла дверь, сказала мне пару ласковых и ушла обратно. Потом я слышал, как она разговаривает со своей госпожой, но из спальни они не выходили. Слов я не разобрал. — Хьюго тяжело вздохнул. — Секреты, черт возьми, одни сплошные секреты! Знаешь, Фортебрас, когда закончится это дело, я больше никогда в жизни не возьмусь за королевские поручения. Как говорит твой отец, доверие Плантагенетов равносильно проклятию. Эти женщины — твоя невеста и старуха — прокляты так же, как и мы все.
— Да, но мой отец говорил и другое, Хьюго: надо быть дураком, чтобы не оправдать доверие Плантагенетов. Что-то ты больно разговорчив сегодня утром. Видно, эль развязал тебе язык.
— Во всей этой трущобе не хватит эля, чтобы развязать язык даже сороке, не говоря уж о том, чтобы как следует отпраздновать твою свадьбу. Здесь можно сдохнуть от жажды, Раймон. Ты пришлешь эль из Кернстоу? Местное пойло годится разве что для свиней. Чтобы я в моем возрасте пил эту речную водицу — благодарю покорно…
— Я пришлю сюда все, что нужно. Копченое мясо, ячмень и вино… если найду его.
Лицо Жербре просветлело.
— Священник сказал, там полный винный погреб. Раймон нахмурился:
— Где же этот мальчишка? Почему он так долго?
— Ты не останешься, чтобы отведать роскошных блюд, которые женщины таскают из морстонских кладовых? Эта баранина была свежей, когда ты еще воевал в Палестине, Фортебрас.
— Замолчи, Хьюго, и слушай меня. Гарет останется с тобой в Морстоне. Алиса возьмет его кобылу, а я в тот же день отправлю ее обратно вместе с вьючными лошадьми. Миледи оставляет свою няню Эмму здесь, чтобы та собрала ее вещи, как она говорит, а скорее всего для того, чтобы приглядывать за тобой и Гаретом. Сначала вы должны потихоньку осмотреть замок, а если ничего не найдете, мы начнем открытый обыск, когда я вернусь из Кернстоу.
— Леди Алиса по-прежнему молчит о том, что здесь спрятано?
— Да. Если честно, сегодня утром она вообще мало со мной разговаривала.
— Зато вчера в церкви ты услышал от нее слишком много. Больше, чем тебе хотелось бы…
— Что ты сказал? Жербре отпрянул.
— Слушай, Фортебрас, у тебя порой бывает такой же свирепый взгляд, как у твоего отца. Можно в штаны наложить от страха.
— Что ты сказал, Хьюго?
— Не секрет, что у вас с леди Алисой не получилось мирной беседы. Вы оба вышли из церкви с такими лицами, что даже у лютого волка застыла бы кровь в жилах. Не спорь, вас видел молодой Эрик. А сегодня утром ты выглядишь ненамного лучше. — Он пожал плечами. — Может, оно и неплохо, что я остаюсь здесь. Не хочу быть рядом с тобой, когда ты будешь ухаживать за этой дамочкой с ледяными глазами. Да, я останусь здесь, и с удовольствием — если конечно, ты пришлешь мне продуктов.
Раймон отвел глаза. Он не сказал Жербре про злые откровения Алисы. Впервые в жизни он утаил что-то от доверенного воина своего отца. Чтобы сберечь честь своей язвительной и непокорной жены, придется научиться врать и изворачиваться. Это было совсем не по душе Раймону.
— Так как насчет продуктов, Фортебрас?
— Ты не будешь голодать, Хьюго, — повторил он. Жербре увидел Гарета, тот вел свою лошадь мимо пустого загона для стрижки овец, недовольно выпятив нижнюю губу, отчего его лицо делалось похожим на морду его кобылы. Раймон вздохнул:
— Парень получит свою лошадь обратно, я обещаю. Береги его.
— А ты береги себя, чтобы мне не пришлось посылать твоему отцу грустную весть о том, что его сын, уцелев на Святой земле, пал жертвой зловредной бабы.
Последняя процессия кухарок вынесла во двор и поставила на три коротких стола рядом с элем черный хлеб и баранину. Позади них шла Алиса Мирбо, одетая так же, как и накануне вечером, когда Раймон разговаривал с ней в церкви. В руках у девушки был небольшой вертел с жареными курами. Положив холодную птицу рядом с бараниной, она скользнула быстрым хмурым взглядом по короткой рубахе Фортебраса и подошла к дверям церкви. Тут же рядом с ней появился священник из Шильштона, а за ним и отец Ансельм. Служанки и крестьяне, высыпавшие из своих хижин, радостно закричали на своем простонародном наречии. Воины Базена, которые в это время поили лошадей в ручье, с топотом ворвались во двор замка, держа наготове мечи.
Леди Алиса покраснела от гнева и повысила голос, чтобы перекричать шум толпы. Раймон прорычал короткий приказ, и воины убрали в ножны мечи, а ликующие возгласы смолкли.
Хьюго Жербре опустил черпак в бочонок с элем.
— Вот тебе и свадебная процессия, Фортебрас. Пойдем-ка к твоей невесте, пока не завязалась драка!
— Ты будешь присутствовать на свадебной церемонии, Хьюго?
— Да. А когда увижусь с твоим отцом, расскажу ему все, что видел. Улыбайся, Фортебрас, а не то эти крепостные подумают, что ты трусишь.
Беспорядочная толпа расступилась, давая дорогу Раймону и Хьюго, которые пересекли двор и поднялись на низкое крыльцо церкви. Раймон взял руку леди Алисы и поднес ее к губам.
— Поговорите с ними на их языке, — попросил он. — Скажите, что сегодня после свадьбы мы уедем в Кернстоу и до наступления ночи я отправлю обратно вьючных лошадей с продовольствием. Скажите, что Хьюго Жербре останется здесь и будет управлять поместьем до моего возвращения. — Маленькая рука, лежавшая на его рукаве, слегка задрожала. — Скажите им это, Алиса.
Она кивнула и начала говорить. Услышав ее первые слова, сказанные хриплым голосом, Раймон испугался, что она сейчас разрыдается и лишит его доверия этих людей. Алиса сделала паузу, прокашлялась, потом снова подняла глаза и взглянула на собравшихся. После этого ее речь стала более размеренной и спокойной. Наконец она замолчала.
— Вы все им сказали?
— Да, я передала им ваши слова.
Ее застывшая улыбка не вязалась с угрюмым взглядом. Раймон опять положил руку Алисы на свою.
— Спасибо, миледи. — Ее пальцы остались на его рукаве — холодные, оцепенелые. — Не бойтесь меня, — прошептал он.
Она сделала вид, что не слышит.
Раймон подвел свою невесту к двум священникам.
— Ведите обряд бракосочетания на французском языке, чтобы поняли мои люди. Они будут свидетелями.
Шильштонский священник ткнул локтем в бок отца Ансельма. Тот шагнул вперед и поднял руки, чтобы успокоить волнующуюся толпу.
— Жители Морстона и воины Базена! — заговорил он. — Вчера в этом храме Господнем леди Алиса и лорд Раймон де Базен объявили, что они жених и невеста. Мы можем обойтись без официального объявления…
— Официальное объявление ни к чему, — продолжил отец Грегори из Шилыптона, шагнув вперед и оказавшись перед широко раскрытыми руками отца Ансельма, — ибо вдовствующая королева Элеанора знает лорда Раймона как холостого рыцаря из хорошей семьи. У него нет кровного родства с леди Алисой Мирбо, которое могло бы воспрепятствовать этому браку. Отец Ансельм подтверждает факт их законной помолвки. Лорд Раймон, прошу вас, произнесите свои обеты.
Раймон набрал в легкие побольше воздуху и заговорил громко, чтобы беспокойная толпа услышала его за шумом морских волн и плеском ручья:
— Я, Раймон, сын Ренульфа де Базена, беру в жены леди Алису Мирбо по законам Господа и королевства. Я разделю с ней мое имущество и земли, а мой меч будет ей защитой. — Он помолчал, оглядывая лица отцовских солдат. — Я даю леди Алисе это морстонское поместье, которое получил от короля Ричарда как ее приданое. Отныне оно будет принадлежать ей и моим будущим наследникам.
По толпе морстонских крестьян зашелестел шепот: те немногие, кто знал французский язык, переводили слова Раймона остальным.
Серые глаза его невесты красноречиво загорелись, когда она взглянула на свою руку, покоившуюся на рукаве Раймона. Не поднимая головы, она издала тихий вздох и прошептала одно слово, которого он не понял.
— Прошу вас произнести ваши обеты, леди Алиса. Она не колебалась ни секунды:
— Я, Алиса, дочь Филиппа Мирбо, беру в мужья Раймона де Базена по законам Господа и короля Ричарда.
Наступила тишина. Отец Ансельм открыл дверь церкви и шагнул в сторону, пропуская внутрь жениха и невесту. Хьюго Жербре и половина воинов встали рядом со своим господином, его супругой и несколькими морстонскими пастухами. Отец Ансельм подошел к маленькому алтарю и начал служить мессу.
Служанка Алисы Эмма сидела среди пожилых пастухов на каменной скамье, которую поставили у стены для старых и немощных. Раймон поймал на себе взгляд старухи, когда преклонил колени рядом с новобрачной, опустившись на свежевымытые церковные плиты. Бледная Алиса, неподвижно стоявшая на коленях рядом с ним, не сводила глаз со святого распятия, перед которым всего несколько часов назад поклялась, что не годится в жены Раймону де Базену.
Он взял ее руку и накрыл своей. Алиса кинула на него удивленный взгляд и снова уставилась на крест Господень, висевший над алтарем, но руки не отняла.
Алиса Мирбо уезжала из Морстона в платье и мантилье своей покойной матери, опасливо восседая на чужой лошади, в солдатском седле, в компании вооруженных до зубов незнакомцев с острыми глазами. И самым устрашающим из этих воинов был человек, за которого она вышла замуж три часа назад.
Свадебная месса была короткой, но приличной, если учесть, что невеста — сирота, а жених — чужеземный рыцарь. Утром, до венчания, Алиса и две кухарки закололи и зажарили семь кур и вынесли к скромному пиршественному столу остатки копченой баранины. Потом Алиса надела свой свадебный наряд — последнее, что оставалось в старом сундуке из Пуатье, — и подошла к дверям церкви, в которой только вчера вечером познакомилась со своим женихом. Раймон появился в тонкой черной рубахе, надетой под малиновый стеганый камзол и кожаную кольчугу, — костюме достаточно нарядном, чтобы выказать уважение к церемонии, но при этом достаточно скромном, чтобы Алиса не испытывала стыда, стоя рядом с ним в старых одеяниях своей матушки.
Не прошло и часа, как свадебный эль закончился, а скромное угощение исчезло со cтолов, расхватанное множеством жадных рук. Раймон пил за здоровье своей жены и отошел от нее только один раз, чтобы поговорить с докучливым пареньком Уотом. Онвелел Алисе дать мальчику куриную ножку, а сам отломил большую горбушку от лежавшей перед ним буханки черного хлеба, сунул ее в руки ребенку и отвел его в сторону. Говорил он с Уотом тихо, неторопливо. В первое мгновение у Алисы появилась надежда, что Раймон все-таки разрешит мальчику поехать с ними, но он не отменил своего решения, которое высказал утром отрывистыми, пренебрежительными словами. Она напрягала слух, пытаясь разобрать, что он говорит ребенку, но Раймон предусмотрительно понизил голос. Как видно, он начал поиски королевских сокровищ с допроса самого доверчивого жителя Морстона.
Вскоре супруг и повелитель вернулся, взял ее за руку и созвал воинов, которые должны были ехать вместе с ними в Кернстоу. Начались прощания, слезы и объятия. В этой суете Раймон провел Алису, держа под локоть, сквозь маленькую толпу морстонцев, посадил на гнедую кобылу, и они начали подниматься на холм, чтобы скакать на восток. Если бы она воспротивилась и попыталась отложить их отъезд, он мог просто схватить ее и увезти силой. Поэтому Алиса поехала по доброй воле, оборвав прощальные объятия Эммы.
— Не серди его, моя овечка, — прошептала старуха. — Делай все, что он потребует. Обещай не перечить ему.
Когда перед ними открылась дорога на Кернстоу, ее муж оставил маленькую колонну всадников и вьючных лошадей и проехал немного вверх по склону скалы, отделявшей горную долину Морстона от болот, после чего развернул своего вороного мерина и вернулся к Алисе.
— Это здесь вы нашли труп? — спросил он громко, чтобы перекричать сильный северный ветер.
Алиса вцепилась в высокую седельную луку, едва держась на широкой спине лошади. Еще мгновение — и она соскользнула бы вниз, но большая рука Раймона сомкнулась на ее предплечье, предотвратив падение. Она вновь просунула оба сапога из бараньей кожи в единственное стремя и взяла у Раймона поводья.
Он поднял руку и указал на скалу.
— Здесь погиб ваш пастух? Алиса кивнула:
— Там, у подножия. Должно быть, оступился на вершине. Раймон коротко махнул двигавшимся сзади мужчинам и вновь поскакал к крутому, поросшему травой склону. Маленькая кавалькада въехала на огибавшую скалу тропинку, а крупный мерин Раймона преодолел короткий подъем на каменистую вершину.
Несколько мгновений спустя Раймон опять был рядом с Алисой.
— Склон не настолько крутой, чтобы можно было разбиться насмерть, — сказал он.
Алиса мысленно согласилась. Когда со скалы сняли труп Ларса, она подумала о том же. В ту ночь возле мертвого тела устроили бдение. Она спросила вдову, говорил ли Ларе о незнакомцах или о врагах. Врагов, разумеется, у него не было. Да и откуда в Морстоне враги? Живые враги…
Раймон внимательно наблюдал за лицом жены, как будто читал ее мысли.
— На теле были следы звериных когтей или зубов? — спросил он.
Алиса сосредоточила взгляд на желтых цветах утесника под скалой, заставив себя отвлечься от мрачных видений.
— Нет. Были только переломы. Видимо, Ларе упал. Он был стариком.
Стариком с острыми голубыми глазами и крепким жилистым телом…
— Не такой уж и дряхлый он был старик, если справлялся с овечьим стадом. Его смерть взволновала ваших людей.
Они подъехали к краю морстонского ущелья и увидели расстилавшиеся впереди бледно-зеленые болота.
— В том году пропал ваш кузнец. Ваши люди до сих пор говорят об этом случае.
«Не торопись, успокой дыхание».
— Я вижу, вчера вечером вы не теряли времени даром, — наконец проговорила Алиса. — Вы владеете этими землями всего одну ночь и одно утро, а уже знаете, о чем сплетничают местные пастухи.
— Да. Это важно.
— Вы понимаете их речь?
— Нет. Отец Грегори был моим переводчиком. У них странный язык, очень похож на бретонский. Наверное, мне будет непросто его выучить.
— Вам не нужно его учить. Я буду передавать вам, о чем они говорят.
На лице Раймона появилась легкая улыбка.
— Вы должны научить меня их языку, иначе я не смогу защищать Морстон и Кернстоу. К рассказам пастухов стоит прислушиваться. — Он обернулся в седле и вновь посмотрел на скалу. — Я не оставлю без расследования ни одну смерть, которая случится в этих краях.
Прежде чем ответить, Алиса сделала долгий бесшумный вздох.
— Я тоже.
Он опять посмотрел на нее.
— Ну ладно, хватит говорить о смерти, миледи. Сегодня день нашей свадьбы, а вы так бледны. — Он погладил ее по щеке. Она вздрогнула. Румянец, возникший от этого теплого прикосновения, начал медленно распространяться вниз, заливая шею и грудь.
Он опять нахмурился и, отдернув руку, сунул ее в тяжелую латную рукавицу.
— Успокойтесь, Алиса. Не надо меня бояться.
Алиса оглянулась на воинов, которые ехали на некотором расстоянии от них и не могли слышать слов ее мужа.
С болота налетел порыв холодного ветра. Мантилья Алисы взметнулась и затрепетала под подбородком. Раймон схватил тонкую шерстяную материю и забросил обратно ей за плечо.
— Если вы будете и дальше вздрагивать от моих прикосновений, леди, наша супружеская постель будет несчастным местом.
Интересно, его крепкое тело такое же теплое, как руки? Когда сегодня ночью они останутся одни, почувствует ли она тот же внутренний жар? Алиса оторвала взгляд от его мускулистых ног и прогнала из головы навязчивые образы. Ей надо быть начеку, ложась в постель с этим мужчиной, иначе он овладеет не только ее телом, но и ее тайнами. И никто не придет ей на помощь в уединении супружеской спальни. Этот человек, которого солдаты зовут Фортебрасом, может убить ее одним небрежным взмахом руки, за силу которой он получил это имя.
Напутствия Эммы были очень разумны: «Не серди его. Делай все, что он потребует». Алиса нагнула голову.
— Я дала супружеские обеты и не обману вас… с совокуплением.
— Это будет не просто совокупление.
Кровь отлила от лица девушки. Ну вот, он уже начал ее мучить!
«Не серди его. Делай все, что он попросит».
— Это не угроза, — мягко добавил он, — это обещание, которое должно быть приятно женщине.
Она не могла унять дрожь в руках.
— Мне не нужны обещания и красивые слова. Я и без них буду честно соблюдать свой супружеский долг.
Алиса так сильно натянула поводья, что кобыла под ней дернулась и захрапела. Раймон подъехал поближе. Она подняла голову и увидела, что он внимательно смотрит на нее, а губы его по-прежнему изогнуты в легкой полуулыбке.
— Я учту ваши пожелания, миледи. Между нами все будет просто — обычное совокупление, как вы выразились. Будем совокупляться, как выдры в том пруду, — он показал на темную линию на севере, где начинался лес поместья Кернстоу, — или как олени в том лесу. Хотите обойтись без красивых слов? Тогда пойдемте, Алиса… — Его рука в перчатке накрыла ее руку, ухватив поводья в кулак. — Где ляжем — в кустах на берегу пруда или в лесу?
— Вы с ума сошли…
Тучи прорезал внезапный крик ястреба. Де Базен отпустил ее руку.
— Значит, вы согласны, леди, что слова нам все-таки понадобятся? И время… — Его улыбка стала шире, потом исчезла совсем. — У вас будет и то и другое. — Он поднялся в стременах и посмотрел вперед, на темную крепостную башню, едва различимую на горизонте. — А теперь расскажите мне все, что знаете про Кернстоу. Я слышал, там каменный замок, обнесенный земляной насыпью. А частокол есть?
Алиса принялась описывать мужу его поместье, радуясь, что он перестал мучить ее разговорами про супружескую постель. Вновь налетевший северный ветер принес густой запах зелени с болота. Ей казалось, что ее голос звучит странно громко. В какой-то момент она поняла: здесь не слышно шума моря. Впервые за целый год — все эти долгие месяцы она не решалась покинуть Морстон — рядом с ней не было мерного рокота океанской волны. Вместо ленивого прибоя Алиса слышала ветер, стук собственного сердца и шум крови в ушах.
Муж не сводил с нее голубых задумчивых глаз. На мгновение Алиса испугалась: а вдруг он тоже слышит ее бешеный пульс?
У солдат Раймона были суровые лица и веселый нрав. Пока они ехали, их шутки и смех перекрывали стройный звон железных уздечек. Кожаные кольчуги и широкие мечи этих воинов были чистыми, но явно повидавшими виды. Новые плащи из добротной, плотной ткани укрывали их плечи от моросящего дождя.
За милю до Кернстоу Фортебрас подозвал воинов ближе. Они разобрали пики из ощетинившихся вьючных мешков. Один солдат поскакал впереди Фортебраса, подняв малиновое знамя с вышитым на нем лучистым солнцем. Теперь Алиса ехала в центре маленькой группы хорошо вооруженных мужчин. Два солдата, которые вели вьючных лошадей, остались позади тесно скучившихся всадников.
Теперь они скакали быстрее, не разговаривая. Тишину нарушали лишь глухой стук железных подков по мшистым камням да шелест мечей, качавшихся в ножнах. Это были воины, хорошо подготовленные на тот случай, если кто-то посмеет оспорить права их господина на земли покойного де Рансона.
Алиса сидела, вцепившись обеими руками в высокую луку седла, и молила Бога, чтобы их прибытие в Кернстоу не встретило сопротивления. Слава Богу, де Базен и его люди не додумались явиться в Морстон во всеоружии. Иначе бы ее люди в страхе разбежались кто куда.
Северный ветер разогнал серые тучи, и холодные лучи солнца тронули острия пик и шлемы, окружавшие Алису. Впервые в жизни она пересекала болото между Морстоном и Кернстоу, не осенив себя крестным знамением, чтобы отвадить древних всадников-призраков, которые подстерегали неосторожного путника. При всей своей свирепости дикая охота не посмела бы напасть на этих воинов и на тех, кто ехал под их защитой.
Когда маленькая кавалькада добралась до Кернстоу, тучи спустились ниже и хлынул ливень. Единственный часовой над крепкими бревенчатыми воротами даже не окликнул всадников, проехавших плотной группой в узкий проем.
Алиса наконец отпустила луку седла, которую судорожно сжимала всю дорогу, и попыталась размять онемевшие пальцы. На сапогах ее лежал грязный подол мантильи, холодный и тяжелый от дождя.
— Я Раймон де Базен, — пробасил ее муж на весь двор, — ваш новый землевладелец! Эти земли мне даровала королева Элеанора именем короля Ричарда. Я хочу поговорить с управляющим.
Часовой спустился с вышки и взглянул на серый каменный замок. За его спиной, возле пустого фургона, застыли с открытыми ртами трое крестьян. Из вьючной корзины выбрался поросенок и, незамеченный, стал носиться у них под ногами.
Дождь лил сплошной серой стеной, косой от ветра. Алиса вынула ноги из стремени и взглянула вниз, на поток воды, бегущий по утоптанной земле.
— Нет, миледи, — громко предупредил воин, стоявший рядом с Алисой, перекрикивая шум ветра, — мы останемся на лошадях, пока милорд не прикажет нам спешиться.
Алиса сунула под плащ распухшие от холода руки.
— И когда же он прикажет?
Воин не ответил. Он отвернулся от нее и посмотрел на широкую спину Раймона. Тем временем страж не выдержал и бегом бросился в замок. Крестьяне тоже исчезли.
Раймон и его воины ждали в тишине, нарушаемой лишь шумом дождя и недовольным повизгиванием мокрого поросенка.
Алиса была удивлена. Почему они ждут? В замке не было никого, кто посмел бы остановить этого человека, которого солдаты звали Фортебрасом. Он наверняка видел, что охраны нет. Однако ее муж не спешил въезжать в Кернстоу, желая обставить свое прибытие с церемонной торжественностью, и его не волновало, что Алиса могла получить воспаление легких и умереть.
Наконец на пороге замка появился упитанный Рольф Неверс. Он одернул рукава своей рубахи и с проворством, удивившим Алису, выбежал из-под укрытия крыльца навстречу де Базену. Мокрое знамя, хлопавшее на ветру, заглушило первые слова Неверса. Наконец Раймон спешился и обернулся к жене.
Конные воины отъехали в сторону. Их господин снял Алису с седла, положил ее руку на свое широкое предплечье и потащил жену к ошарашенному Неверсу.
— Это моя супруга, леди Алиса Мирбо из Морстона. Неверс округлил глаза.
— Алиса? — Он увидел, как де Базен мрачно сдвинул брови, и примирительно махнул рукой. — Леди Алиса. Так вы вышли замуж?
— Да. Сегодня утром.
Рука де Базена напряглась под ее пальцами.
— Миледи нужно согреться и переодеться в теплое. Скажи моим людям, куда поставить лошадей.
Раймон потуже стянул завязки капюшона на ее горле и тихо выругался, услышав, как стучат ее зубы. Он легко поднял жену на руки, не обращая внимания на ее удивленный вздох, и прошлепал по лужам к дверям замка. Его воины вывели вперед вьючных лошадей.
Алиса посмотрела через плечо де Базена и увидела маленького поросенка, который проковылял на высоких тонких ножках мимо суетившихся всадников и вышел со двора. На свободу, подальше от кухонных ножей. Алиса предвидела, что свобода его будет короткой и окончится смертью на серых болотах.
В главном зале, перед камином с резной каменной полкой, собралась шумная толпа молоденьких служанок. Дальше, от узкого проема в толстой стене замка, начинался коридор, ведущий в бревенчатую кухню. Раймон с одобрением отметил, что тяжелая дубовая дверь — в толщину почти такая же, как и в ширину, — может быть наглухо заколочена досками во время осады. Он прошагал к камину и поставил свою жену в мокрых сапогах перед огнем. В двадцати шагах от них, перед кухонным коридором, растерянно толклись служанки.
Рольф Неверс подошел к группке женщин. На миг их глухое бормотание смолкло, потом раздались радостные возгласы. Неверс вышел из толпы.
— Милорд, — сказал он, — эти женщины отведут вашу жену в господскую… в вашу опочивальню и дадут ей сухую одежду.
Алиса содрогнулась и чихнула. Три женщины, каждая из которых была одета теплее и лучше ее, вышли вперед и повели ее наверх по узкой каменной лестнице. Раймон увидел любопытные взгляды и сдержанные улыбки на лицах оставшихся служанок и почувствовал прилив ярости. Алиса Мирбо, представительница знатного, но несчастного рода из Пуатье, прозябала в нищете из-за супружеских неурядиц Генриха Плантагенета и одевалась хуже простых горничных из Кернстоу. Только ее манеры, гордость и пылкое мужество, да еще тонкие черты волевого лица свидетельствовали о благородном происхождении. Бедный холодный дом, который Алиса покинула сегодня утром, и лохмотья, в которые превратилась когда-то богатая одежда, тоже были свидетельством. Они обличали вопиющее пренебрежение вдовствующей королевы к семье своей верной фрейлины.
Доверие Плантагенетов равносильно проклятию. Ренульф де Базен накрепко вбил эту истину в головы всех своих сыновей, и лишь один из них не сумел ускользнуть от внимания королевского змеиного гнезда.
Раймон обернулся к потному Рольфу Неверсу.
— Я видел двух часовых, — сказал он. — Где остальной гарнизон?
— Его нет, милорд. Год назад все уехали в Биддафорд служить лорду Гранавилу. Прошлой весной в наших краях было мало путников, и низкие дорожные сборы не смогли бы откупить от военной повинности стольких солдат. — Неверс помолчал и сделал неглубокий вдох. — А ваши люди, милорд, будут взимать дорожные пошлины?
Если бы на маленьких дорогах к востоку от Нормандии взимались дорожные пошлины, Раймон, наверное, так и не увидел бы земли своего отца.
— Нет, — ответил он, — эти земли богаты и без дорожных пошлин. Но мне понадобится здесь небольшой гарнизон.
— Конечно.
Рубаха Неверса была криво зашнурована под трясущимся розовым подбородком. Раймон с трудом сдержал улыбку.
— Отец Ансельм сказал мне, что ты умеешь читать, — продолжал он. — Я не знал этого и захватил священника с собой, чтобы он удостоверил мою дарственную на поместье. Оказывается, я зря это сделал: ты сам можешь прочесть документ. Сначала ознакомься с дарственной, а потом скажи мне, останешься ли на той же должности и будешь ли служить под моим началом.
Они вместе вышли во двор и достали из вьючного мешка сундучок с деньгами Раймона де Базена.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночные костры - Кук Линда



роман хороший.10 балов.
Ночные костры - Кук Линдатату
23.11.2015, 21.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100