Читать онлайн Романтическая история мистера Бриджертона, автора - Куин Джулия, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.73 (Голосов: 41)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Романтическая история мистера Бриджертона

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Колин Бриджертон имел впечатляющую по размерам стайку молодых леди, собравшихся вокруг него на ежегодном музыкальном вечере Смитти-Смит в среду, раболепствующих ему по поводу его раненой руки.
Ваш автор не знает, как была получена рана - фактически, мистер Бриджертон был чересчур раздражающе молчалив об этом. Говоря о раздражениях, рассматриваемый мужчина казался скорее раздраженным оказываемым ему вниманием и почестями. Ваш автор слышал, как он говорил своему брату Энтони, что желал бы поскорее покинуть это… (непроизносимое и непечатное слово) и поскорее уехать домой.
Светская хроника Леди Уислдаун, 16 апреля 1824
Почему, почему, почему она сама по собственному желанию делала это?
Год за годом приходил посыльный с приглашением, и год за годом Пенелопа клялась себе, что она никогда, пусть Господь будет ей свидетелем, не посетит еще одного музыкального вечера Смитти-Смит.
И год за годом, она обнаруживала себя, сидящей в музыкальном зале у Смитти-Смит, отчаянно пытаясь не съеживаться (по крайней мере, не слишком явно), поскольку последнее поколение девочек Смитти-Смит безжалостно убивало бедного Моцарта в музыкальном исполнении.
Это было болезненно. Ужасно, ужасно, ужасно болезненно. Фактически, не было другого способа описать это.
Больше всего озадачивало Пенелопу то, что казалось, она всегда попадает на первый ряд, или довольно близко к нему, что было очень болезненно и мучительно. И не только для ушей. Каждые несколько лет, была, по крайней мере, одна девочка Смитти-Смит, которая понимала, что она принимала участие в преступлении против законов музыки. В то время, как остальные девушки играли с энтузиазмом на своих скрипках и пианино, у одной девушки было странное страдальческое выражение лица, которое Пенелопа знала очень хорошо.
Это было лицо, обладательница которого хотела бы оказаться где-нибудь еще, в другом месте, но только не здесь. Это можно пытаться скрыть, но это всегда выходит в уголках рта, которые сильно напряжены. И конечно это было видно в глазах, если хорошо присмотреться.
Лишь небеса знали, сколько раз такое же выражение появлялось на лице Пенелопы. Возможно, поэтому она не могла остаться дома, во время этих вечеров Смитти-Смит.
Кто- то должен ободряюще улыбаться, и притворяться, что наслаждается музыкой. Кроме того, это, так или иначе, случалось лишь один раз в год.
Однако никто не мог не подумать о том, что было бы довольно удачно сделать осторожные затычки для ушей.
Квартет девушек заиграл разминку со все более возрастающим пылом - беспорядок противоречащих нот и гамм обещал лишь еще больше ухудшиться, когда они начинали играть всерьез. К опасению ее сестры Фелиции, Пенелопа заняла место в середине второго ряда.
– Здесь есть два превосходных места на краю последнего ряда, - прошипела Фелиция ей в ухо.
– Уже слишком поздно менять места, - ответила Пенелопа, усаживаясь на стуле, не намного лучшем, чем музыка в этом доме.
– Господи, помоги мне, - простонала Фелиция.
Пенелопа достала свою программку и начала ее пролистывать.
– Если бы мы не сели здесь, кто-нибудь другой мог сесть, - сказала она.
– Это было мое заветное желание!
Пенелопа наклонилась так, что только ее сестра могла слышать ее шепот:
– На нас можно рассчитывать, что мы будет вежливо улыбаться. Представь себе, ели бы кто-нибудь, подобный Крессиде Туомбли сядет здесь, и будет хихикать, и насмехаться все представление.
– Я не думаю, что Крессида Туомбли может оказаться здесь.
Пенелопа проигнорировала ее заявление.
– Последнее, что им нужно, так это, чтобы кто-либо здесь уселся, прямо перед ними, и делал недобрые и язвительные замечания. Бедные девочки точно будут сильно уязвлены.
– Они все равно будут уязвлены, так или иначе, - проворчала Фелиция.
– Нет, они не будут, - сказала Пенелопа, - По крайней мере, вон та, вон та, и вон та не будут уязвлены, - проговорила она, указывая на две скрипки и фортепиано, - Но вон та, девушка, - она осторожно показала на девушку, сидящую с виолончелью, - уже несчастна. Самое малое, что мы можем для них сделать, так это не позволить кому-нибудь ехидному и жестокому сесть здесь.
– Ну, она все равно будет распотрошена на этой неделе леди Уислдаун, - проговорила Фелиция.
Пенелопа открыла рот, чтобы что-нибудь сказать в ответ, но в это мгновение осознала, что человеком, который только что уселся рядом с ней с другой стороны, была Элоиза.
– Элоиза, - сказала Пенелопа с очевидным восхищением, - Я думала, ты планировала остаться дома.
Элоиза состроила гримаску, ее кожа явно побледнела и немного позеленела. - Я не могу объяснить, но, кажется, я не могу убраться от сюда. Это похоже на дорожное происшествие. Ты просто не можешь не смотреть.
– Или слушать, - сказала Фелиция, - В зависимости от обстоятельств.
Пенелопа улыбнулась. Она не могла ничем помочь.
– Я слышала, вы говорил о леди Уислдаун, когда я пришла? - спросила Элоиза.
– Я говорила Пенелопе, - пояснила Фелиция, наклоняясь довольно неизящно через свою сестру, чтобы поговорить с Элоизой, - Что эти девушки буду выпотрошены леди Уислдаун на этой неделе.
– Я не знаю, - глубокомысленно произнесла Элоиза, - Она не издевается каждый год над бедными девочками Смитти-Смит. Я не знаю почему.
– Зато я знаю почему, - фыркнул голос сзади.
Элоиза, Пенелопа и Фелиция развернулись, как по команде, на своих местах, затем резко отпрянули назад, поскольку трость леди Данбери появилась в опасной близости от их лиц.
– Леди Данбери! - воскликнула Пенелопа, неспособная сопротивляться желанию, коснуться своего носа, чтобы проверить все ли на месте.
– Я вычислила характер леди Уислдаун, - сказала леди Данбери.
– Вы вычислили? - переспросила Фелиция.
– Она слишком мягка, - продолжала старая леди, - Видите, вон ту, - она ткнула своей тростью в направлении виолончелистки, по пути почти ткнув Элоизе в ухо. - Прямо там?
– Да, - ответила Элоиза, потирая ухо, - Хотя я уже не думаю, что способна услышать ее.
– Это для тебя благословение, - сказала леди Данбери, прежде чем вернуться к объекту ее размышлений, - Ты можешь поблагодарить меня позже.
– Вы хотели что-то сказать о виолончелистке? - быстро спросила Пенелопа, прежде чем Элоиза огрызнется на леди Данбери, и скажет что-нибудь совсем неподходящее.
– Конечно. Я хотела. Посмотрите на нее, - сказала леди Данбери, - Она несчастна. И такой она и должна быть. Она явно единственная из них, кто понимает, насколько ужасно они играют. Другие вообще явно не имеют музыкального слуха.
Пенелопа посмотрела довольно самодовольно на свою сестру.
– Запомните мои слова, - сказала леди Данбери, - Леди Уислдаун ничего не скажет об этом музыкальном вечере. Она не захочет повредить чувства этой девушки.
– Но остальные девушки -
Элоиза, Пенелопа и Фелиция резко отклонились назад, поскольку в этот момент трость начала покачиваться.
– Чушь. Она может совсем не беспокоится насчет остальных девушек.
– Очень интересная теория, - проговорила Пенелопа.
Леди Данбери опустилась на свое место с довольным видом.
– Да, это так. Разве вы так не думаете?
Пенелопа кивнула.
– Я думаю, вы правы.
– Хм-пх. Я обычно всегда права.
Все еще сидя повернувшись на своем кресле, Пенелопа сначала обернулась к Фелиции, затем к Элоизе, и сказала:
– Вот почему я хожу каждый год, год за годом, на музыкальные вечера Смитти-Смит.
– Чтобы увидеть леди Данбери? - спросила Элоиза в замешательстве.
– Нет. Потому что есть девушки, такие как она, - Пенелопа указала на виолончелистку, - Потому что я совершенно точно знаю, как она себя чувствует.
– Не глупи, Пенелопа, - произнесла Фелиция, - Ты никогда не играла на фортепиано на публике, но даже если бы ты играла, ты все равно довольно неплохо играешь, и тебе не о чем волноваться.
Пенелопа повернулась к своей сестре.
– Я совсем не о музыке, Фелиция.
Затем случилась самая странная вещь с леди Данбери. Ее лицо изменилось. Изменилось полностью. Ее глаза стали туманными и задумчивыми. А ее губы, сжатые обычно в саркастической улыбке, расслабились.
– Я была точно такой же девушкой, как вы, мисс Физеренгтон, - сказала она так тихо, что Элоиза и Фелиция были вынуждены наклониться вперед, чтобы разобрать ее голос.
Элоиза с фразой: - Прошу прощения?
Фелиция с менее вежливой: - Что?
Но леди Данбери смотрела только на Пенелопу.
– Я тоже из-за этого посещала все музыкальные вечера Смитти-Смит, - сказала старая леди. - Точно так же, как и ты.
И в этот момент, Пенелопа почувствовала странное чувство близости с этой старой женщиной. Что было полным безумием, потому что у них не было ничего общего - ни возраста, ни статуса, ничего. И все же, так или иначе, графиня выбрала почему-то ее, для какой цели, Пенелопа даже не догадывалась.
Но она казалось решительно настроенной зажечь огонь в хорошо-упорядоченной и очень скучной жизни Пенелопы.
И Пенелопа не могла понять почему, но это, так или иначе, работало. Разве это не, приятно - обнаружить то, что мы на самом деле совсем не такие, как мы о себе думаем? Слова леди Данбери с того вечера до сих пор эхом отдавались в ушах Пенелопы.
Почти как наваждение.
Почти как вызов.
– Знаете, что я думаю, мисс Физеренгтон? - спросила леди Данбери, ее голос звучал обманчиво мягко.
– Я не могу даже догадываться, - сказала Пенелопа, с уважением в голосе.
– Я думаю, вы могли бы быть леди Уислдаун.
Элоиза и Фелиция задохнулись от изумления.
Пенелопа приоткрыла губы от удивления. Никто прежде даже не думал обвинить ее в этом. Это было невероятно… невероятно… и…
Фактически, довольно лестно.
Пенелопа почувствовала, как ее губы складываются в хитрую улыбку, она наклонилась вперед, словно собираясь поделиться новостями огромного значения.
Леди Данбери наклонилась.
Элоиза и Фелиция наклонились.
– Знаете, что я думаю, леди Данбери, - голос Пенелопы был неотразимо спокоен.
– Хм, - пробормотала леди Данбери с лукавым блеском в глазах. - Я могла бы сказать, что я затаила дыхание в ожидании, но вы уже сказали мне, что вы думаете, будто я леди Уислдаун.
– А вы леди Уислдаун?
Леди Данбери лукаво улыбнулась. - Может быть и я.
Фелиция и Элоиза громко перевели дыхание.
Живот Пенелопы скрутило.
– Вы признаетесь в этом? - прошептала Элоиза.
– Ну, конечно, я не признаюсь в этом, - буквально рявкнула в ответ леди Данбери, выпрямляясь и ударяя своей тростью об пол с такой силой, что на мгновение остановила игру четверых незадачливых музыкантов.
– Даже, если бы это было верно - но я не говорю, действительно, ли это так - я что, по-твоему, достаточно глупа, чтобы признаться в этом?
– Тогда почему вы сказали -
– Потому, что ты просто простофиля, а я пытаюсь отстоять свою точку зрения, - она начала потихоньку затихать.
Но тут Пенелопа спросила ее: - Какую?
Леди Данбери одарила их всех крайне сердитым взглядом.
– То, что любой человек может оказаться леди Уислдаун, - воскликнула она, энергично постукивая тростью об пол. - Вообще любой.
– Ну, кроме меня, - вставила Фелиция, - Я совершенно уверена, что это не я.
Леди Данбери даже не удостоила Фелицию взглядом.
– Позвольте мне сказать еще кое-что.
– Разве можем мы остановить вас, - Пенелопа проговорила это настолько сладко, что это выглядело, как комплимент.
По- правде говоря, это и был комплимент. Она всегда восхищалась леди Данбери. Она восхищалась любым человеком, кто был способен, по ее мнению, светски разговаривать.
Леди Данбери усмехнулась.
– Роль леди Уислдаун подходит тебе, Пенелопа Физеренгтон, гораздо больше, чем это кажется на первый взгляд.
– Это верно, - сказала Фелиция с улыбкой, - Она может быть довольно жестока. Никто в это не поверил бы, но когда мы были маленькими -
Пенелопа толкнула ее в бок.
– Видели? - проговорила Фелиция.
– Что я собиралась сказать, - продолжала леди Данбери, - Так это то, что высший свет собирающийся принять мой вызов, абсолютно неправ.
– Вы предполагаете, что мы тоже можем быть леди Уислдаун? - спросила Элоиза.
Леди Данбери отрицательно махнула рукой в сторону Элоизы.
– Я вынуждена объяснить, с самого начала думают неправильно, - сказала она. - Они продолжают присматриваться к очевидным людям. Таким людям, как ваша мать, - сказала она, повернувшись к Пенелопе и Фелиции.
– Мама? - эхом откликнулись обе.
– Вот вам, пожалуйста, - сказала леди Данбери, насмехаясь, - Более назойливого человека, этот город еще не видел. Она совершенно точно именно такой человек, которого все будут подозревать.
У Пенелопы совсем не было мыслей, что сказать на это. Ее мать была печально известной сплетницей, но было довольно трудно представить ее в роли леди Уислдаун.
– Которая почему-то, - продолжала леди Данбери, проницательно посмотрев на Пенелопу, - Не может быть леди Уислдаун.
– Хорошо, тогда, - проговорила Пенелопа с сарказмом, - Фелиция и Я могли бы с уверенностью сказать вам, что это точно она.
– Пиф-ф, - фыркнула леди Данбери, - Если бы ваша мать была леди Уислдаун, она нашла бы способ скрыть от вас это.
– Моя мама? - сомнением переспросила Фелиция, - Я так не думаю.
– Что я пыталась сказать, - рявкнула леди Данбери, - До всех этих прерываний -
Пенелопе показалось, будто она услышала смешок Элоизы.
– что если бы леди Уислдаун была бы кем-то очевидным, то вы не думаете, что ее бы вычислили к настоящему моменту?
Последующая тишина требовала от них ответа, и поэтому все три девушки кивнули с соответствующей энергией и задумчивостью.
– Она должна быть кем-то, кого никто не подозревает, - сказала леди Данбери, - Она просто обязана быть таким человеком.
Пенелопа снова кивнула. Точка зрения леди Данбери действительно имела смысл.
– Вот, почему, - продолжала старая леди с торжеством в голосе, - Я не самая вероятная кандидатка!
Пенелопа моргнула, совсем не поняв такой логики.
– Прошу прощения?
– Вот, - леди Данбери одарила Пенелопу своим самым презрительным взглядом. - Ты думаешь, ты первая, кто подозревал меня?
Пенелопа лишь покачала головой в ответ.
– Я все еще думаю, что это вы.
Это повысило уважение старой леди к ней. Леди Данбери одобрительно кивнула и сказала:
– Ты гораздо нахальнее, чем это может показаться на первый взгляд.
Фелиция наклонилась вперед, и произнесла довольно заговорщицким тоном: - Это правда.
Пенелопа шлепнула по плечу сестры: - Фелиция!
– Я думаю, музыка сейчас вот-вот начнется, - произнесла Элоиза.
– Небеса нам помогут выдержать это, - возвестила леди Данбери, - Не знаю почему я -
– Мистер Бриджертон!
Пенелопа обернулась, чтобы посмотреть на небольшую сцену, но услышав это восклицание, она резко обернулась назад, и увидела как Колин пробирается по ряду к свободному месту, рядом с леди Данбери, по пути добродушно извиняясь перед людьми.
Его извинения, конечно, сопровождались одной из его смертельных улыбок, и в результате, не меньше трех молодых леди положительно растаяли на своих местах.
Пенелопа нахмурилась. Это было отвратительно.
– Пенелопа, - тихо прошептала Фелиция, - Ты ворчишь?
– Колин, - сказала Элоиза, - Я и не знала, что ты сюда придешь.
Он пожал плечами и хитро улыбнулся.
– Я передумал буквально в самый последний момент. В конце концов, я всегда был большим любителем музыки.
– Что объясняет твое присутствие здесь, - произнесла Элоиза исключительно сухим тоном.
Колин согласился с ее утверждением слегка кивнув, и повернулся к Пенелопе.
– Добрый вечер, мисс Физеренгтон, - он повернулся к Фелиции, и тоже кивнул, - Мисс Физеренгтон.
Это время потребовалось Пенелопе, чтобы собраться с мыслями, днем они расстались довольно неловко, а теперь он здесь с дружеской улыбкой.
– Добрый вечер, мистер Бриджертон, - наконец-то справилась она сама с собой.
– Кто-нибудь знает, что будет в сегодняшней программе? - спросил он, выглядя при этом ужасно заинтересованным.
Пенелопа вынуждена была восхититься им. Колин умел смотреть на вас так, словно ничего в мире не могло заинтересовать его больше, чем ваше следующее предложение. Это был талант. Особенно сейчас, когда они все знали, что он просто не может быть заинтересованным в том, что же будут играть девушки Смитти-Смит в этот вечер.
– Я думаю, это должно быть Моцарт, - задумчиво произнесла Фелиция, - Они почти всегда играют Моцарта.
– Прекрасно, - ответил Колин, откидываясь назад на своем стуле так, словно он только что приятно покушал, - Я большой поклонник Моцарта.
– В таком случае, - фыркнула леди Данбери, тыча его под ребро пальцем, - Ты должен хотеть успеть сделать от сюда ноги, до тех пор, пока еще открыты двери.
– Не глупите, - сказал он, - Я уверен, девушки сделают все от них зависящее, чтобы играть хорошо.
– Ох, вопрос вовсе не в том, будут ли они стараться или нет, - зловеще проговорила Элоиза.
– Ш-ш, - зашипела на них Пенелопа, - Я думаю, они готовы начать.
Она призналась самой себе, что у нее не было особого стремления услышать музыку Eine Kleine Nacht в исполнении девочек Смитти-Смит.
Она чувствовала себя очень неловко с Колином. Она не была уверена, что ей следует сказать ему - за исключением того, что независимо от того, что она должна сказать ему, это определенно не должно быть сказано перед Элоизой, Фелицией и леди Данбери.
Пришел дворецкий и задул несколько свечей, что служило знаком того, что девочки готовы начать.
Пенелопа приготовилась, и сглотнула таким образом, чтобы забить внутренние ушные канала (правда это не сработало), а затем пытка началась. И продолжалась… продолжалась… продолжалась. Пенелопа не была уверена, что больше заставляло ее мучиться эта музыка или знание того, что Колин сидит прямо позади нее. Ее затылок закололо пониманием, она сидела, волнуясь, и как безумная неустанно мяла пальцами голубой бархат своих юбок.
Когда квартет Смитти-Смит наконец-то закончил, трое девушек просто сияли в ответ на вежливые аплодисменты, и лишь четвертая - виолончелистка - выглядела так, словно хотела провалиться сквозь землю.
Пенелопа вздохнула. Ее, по крайней мере, во всех ее неудачных Сезонах, не вынуждали выставлять напоказ свои недостатки перед высшим светом, как этих бедных девочек. Ей всегда позволялось стоять в тени, спокойно парить у периметра комнаты, наблюдая, как других девушек приглашают на танцы. О, ее мать, конечно, тянула ее туда или сюда, стараясь разместить ее на пути любого приемлемого джентльмена, но это было ерунда - ничто! - по сравнению с тем, что заставляли делать бедных девочек Смитти-Смит.
Хотя, сказать по правде, три из этих четырех девушек, казались блаженно не сознающими свою музыкальную неуместность. Пенелопа лишь улыбнулась и захлопала в ладоши. Она, конечно, не собиралась уничтожать их коллективное заблуждение.
И если теория леди Данбери была верна, леди Уислдаун не напишет ни слова об этом музыкальном вечере.
Аплодисменты прекратились довольно быстро, и скоро все вокруг вежливо беседовали со своими соседями, периодически глазея на скудно заставленный стол с освежающими напитками, стоящий в конце зала.
– Лимонад, - пробормотала Пенелопа сама себе.
Превосходно. Ей было ужасно жарко - что она думала, когда одевала такой толстый бархат этим теплым вечером? - и к тому же прохладный напиток охладил бы не только ее, но и ее разгоряченные чувства.
Следует упомянуть, что Колин как раз попался в ловушку леди Данбери, и ему пришлось беседовать с ней, так что для Пенелопы это был идеальный момент, чтобы спастись бегством.
Но как только Пенелопа взяла стакан с лимонадом в руку, она услышала такой знакомый голос Колина позади себя, бормочущий ее имя.
Она обернулась, и прежде чем подумать, как ей следует вести себя с ним, она сказала:
– Я прошу прощения.
– Ты?
– Да, - заверила она его, - По крайней мере, я так думаю.
Его глаза весело блеснули.
– Беседа становиться все более интригующей.
– Колин!
Он протянул ей руку.
– Пройдешься со мной по комнате?
– Я не думаю -
Он придвинул свою руку поближе к ее руке на дюйм или около того, но намек был ясен.
– Пожалуйста, - произнес он.
Она кивнула, и допила свой лимонад.
– Ладно.
Они молча шли вместе почти в течение целой минуты, затем Колин сказал:
– Я хотел бы извиниться перед тобой.
– Это я грубо выскочила из комнаты, - указала Пенелопа.
Он наклонил голову к ней, и она увидела, как на его губах играла снисходительная улыбка.
– Я едва могу назвать это ‘грубо’, - сказал он.
Пенелопа нахмурилась. Она, вероятно, не должна была убегать в таком гневе, но теперь, когда она это сделала, она даже гордилась этим. Не каждый день женщина позволяет себе такой драматический выход.
– Ладно, я не должна была так сильно бушевать, - пробормотала она, сама не понимая, что бы это могло значить.
Он вопросительно выгнул бровь, но не стал спрашивать.
– Я хотел бы принести извинения, - повторил он, - Что был таким плаксивым маленьким сопляком.
От таких слов Пенелопа споткнулась и чуть было не упала. Она подхватил ее за руку, затем сказал:
– Я понимаю, что в моей жизни есть много, много всего, за что я должен быть благодарен. За что я всегда благодарен, - проговорил он, его лицо не улыбалось, выглядел он при этом немного робко.
– Было непростительно грубо жаловаться тебе на свою жизнь.
– Нет, - сказала она, - Я провела весь вечер, раздумывая над тем, что ты сказал, в то время, как Я…
Она сглотнула, облизнув губы, которые внезапно стали очень сухими. Она провела весь день, раздумывая над тем, что ему сказать, и как ей казалось нашла правильные слова, но сейчас, когда он стоял здесь рядом с ней, она не могла думать об их ужасно неудобном разговоре.
– Стакан лимонада? - вежливо спросил Колин.
Она покачала головой.
– Ты абсолютно прав в своих чувствах, - наконец выпалила она. - Возможно, они совсем не такие, какие ощущала бы я, будучи на твоем месте, но ты прав во всем. Но -
Внезапно она замолчала. Колин почувствовал, что отчаянно хотел бы узнать, что она собиралась сказать.
– Но, что, Пенелопа? - спросил он ее.
– Ничего.
– Для меня это не ничего, - ее рука была в его, и он легонько сжал ее, давая ей понять, что он хочет узнать, что она хотела сказать.
Сначала он не думал, что она отреагирует, а затем, когда он уже начинал думать, что его лицо треснет от вежливой улыбки, которую он так тщательно держал на лице - они все-таки были на публике, и ему не нужны были лишнее внимание - она вздохнула.
Это был чудесный звук, странно успокаивающий, спокойный и мудрый. И от этого он захотел узнать ее поближе, узнать о чем она думает, и услышать ее сердцебиение.
– Колин, - мягко сказала Пенелопа, - Если ты недоволен своей нынешней жизнью, ты должен сделать что-нибудь, чтобы ее изменить. Это, действительно, просто.
– Это то, что я и делаю, - сказал он, небрежно пожимая плечами, - Моя мать обвиняет в постоянных сборах и отъездах из Англии из-за прихоти, но правда в том -
– Ты уезжаешь, когда снова разочаровываешься в своей жизни, - закончила она за него.
Он кивнул. Она поняла его. Он не был уверен, как это произошло, или что это действительно было, но Пенелопа Физеренгтон поняла его.
– Я думаю, тебе стоит опубликовать свои дневники, - сказала он.
– Я не могу.
– Почему?
Он остановился, выпуская ее руку. У него не было нормального ответа, лишь небольшое странное покалывание в сердце.
– Кто захочет читать их? - в конце концов, спросил он.
– Я бы прочитала их, - ответила она искренне. - Элоиза, Фелиция…- добавила она, загибая свои пальцы на каждом имени. - Твоя мать, и, конечно же, леди Уислдаун, - добавила она с лукавой улыбкой. - Она так много пишет про тебя.
Ее светлый юмор был заразителен, и Колин не смог подавить улыбку.
– Пенелопа, если считать, что дневники будут читать лишь те люди, кого я знаю, то не стоит их издавать.
– Почему не стоит? - ее губы задрожали. - Ты знаешь много людей. К тому же, если подсчитать Бриджертонов -
Он схватил ее за руку. Он не знал откуда такой порыв, но он резко схватил ее за руку.
– Пенелопа, прекрати.
Она лишь засмеялась.
– Элоиза говорила мне, что у тебя просто кучи и кучи кузенов, и -
– Хватит, - предупредил он.
Но он улыбался, говоря это. Пенелопа посмотрела вниз на свою руку в его ладони, затем сказала:
– Много людей захотят почитать о твоих путешествиях. Возможно, сначала это будет из-за того, что ты довольно известный человек в Лондоне, но совсем скоро они поймут, какой ты хороший писатель. И тогда, они будут требовать еще.
– Я не хочу, чтобы у меня был успех, лишь из-за того, что ношу имя Бриджертон, - сказал он.
Она выдернула руку, и сердито уперла руки в бока.
– Ты хоть слышишь, что я тебе говорю? Я только что тебе сказала, что -
– О чем это вы тут вдвоем болтаете? - рядом с ними появилась Элоиза.
Выглядела она очень, очень любопытной.
– Ничего, - они оба пробормотали почти одновременно.
Элоиза фыркнула.
– Не оскорбляйте мои чувства. Это совсем не похоже на ничего.
Пенелопа посмотрела на нее так, словно в любой момент могла дыхнуть огнем, как рассерженный дракон.
– Твой брат, просто оказался довольно тупым, - проговорила Пенелопа.
– Ну, в этом нет ничего нового, - сказала Элоиза.
– Э, погодите, - воскликнул Колин.
– Но, почему, - Элоиза потихоньку прощупывала почву, и полностью игнорировала Колина, - он оказался довольно тупым?
– Это личное дело, - прошипел Колин.
– Что делает его все более интересным, - проговорила Элоиза.
Она с надеждой посмотрела на Пенелопу.
– Прости, - сказала Пенелопа, - Я не могу тебе ничего рассказать.
– Я не могу поверить в это! - воскликнула Элоиза, - Ты не собираешься мне ничего рассказывать.
– Нет, - ответила Пенелопа, чувствуя довольно странное чувство удовлетворения, - Я не собираюсь ничего тебе рассказывать.
– Я не могу поверить в это, - сказала Элоиза снова, поворачиваясь к своему брату, - Просто не вериться.
Его губы сложились в немного нахальную усмешку: - Поверь в это.
– У тебя есть секреты от меня.
Он вопросительно приподнял бровь.
– Неужели ты думала, я тебе все рассказываю?
– Ну, конечно, нет, - нахмурилась Элоиза, - Но я думала, Пенелопа сделает это
– Но это не мой секрет, чтобы рассказать его тебе, - сказала Пенелопа, - Это секрет Колина.
– Мне все-таки кажется, будто наша планета сошла со своей орбиты, - проворчала Элоиза, - Или возможно, Англия потерпела поражение от Франции. Все, что я знаю, так это то, что это уже не тот самый мир, в котором я проснулась утром.
Пенелопа ничего не смогла с собой поделать. Она просто глупо захихикала.
– Ты смеешься надо мной! - сердито добавила Элоиза.
– Нет, - сказала Пенелопа, смеясь, - Я, правда, не смеюсь.
– Знаешь, в чем ты действительно нуждаешься? - спросил Колин.
– Я? - удивилась Элоиза.
Колин кивнул.
– В муже.
– Ты такой же нудный, как Мама!
– Я могу быть намного хуже, если по-настоящему возьмусь за это.
– Ну, в это я не сомневаюсь, - выстрелила Элоиза в ответ.
– Стоп, стоп, стоп! - сказала Пенелопа, уже смеясь во всю.
Они оба посмотрели на нее выжидательно, словно спрашивая: - Что, сейчас?
– Я так рада, что пришла сюда, - сказала Пенелопа, слова весело слетали с ее губ, - Я не смогу забыть такой чудесный вечер. Правда, не смогу.
Несколько часов спустя, когда Колин лежал в постели и смотрел в потолок своей спальне своего нового дома в Блюмсбари, ему пришло в голову, что он тоже не сможет забыть сегодняшний вечер.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулия



роман замечательный добрыймвеселый остроумный,продолжение романа "предложение джентельмена",но у меня такой период когда хочется больше страсти и все такое в этом плане роман показался мне скучноватым
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулияася
3.08.2012, 15.19





согласна, не хватает накала страстей) один раз почитать вполне можно
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин ДжулияЮлек
4.02.2013, 22.32





Оооооо, Госпадя! Тоска зеленая, просто сдохнуть можно. rnУ меня рот болел зевать.
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин ДжулияБяка-Кусяка
14.02.2014, 7.15





Роман хороший,но в чего-то не хватает! Не ожидала такого поворота сюжета,что даже перехотелось дочитывать роман!
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин ДжулияОльга
22.07.2014, 20.19





Ne ochen, a zal'. Vsa serija( osgalnie knigi ) namnogo intersnej.
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин Джулияnata
2.11.2014, 22.41





Скучный роман. Нет захватывающей интриги. Подумаешь как интересно, кто пишет светскую хронику. Да хоть бы кто. Что из от этого произойдет интересного в жизни. Видно автора покинула фантазия, как ей женить всех многочисленных братьев Бриджертонов. Слишком их много.
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин ДжулияВ.З.,67л.
2.03.2015, 9.12





Этот роман в другом переводе называется "Где властвует любовь". Не знаю, кому как, но мне интрига с разоблачением леди Уислдаун показалась достаточно интересной, чтобы прочесть, а через год - и перечесть эту книжицу. Многогранные характеры, вполне мотивированные поступки героев, отсутствие надуманных и притянутых за уши проблем вроде незаконного рождения, мутного прошлого, убийств, гувернантского прозябания и прочего нытья. Не затянуто, зато очень-очень остроумно (честно признаюсь, я редко имела возможность насладиться таким чувством юмора, какое проявляет автор в этом романе). Если кто-то ищет страсти и эротики - вам не сюда: всего лишь одна постельная сцена, и та достаточно сдержанная. Но такой подход к изображению чувств я считаю единственно верным, и в нем нахожу очередной плюс! Короче говоря, добротная и не пустая книжка )))
Романтическая история мистера Бриджертона - Куин ДжулияЛилу
6.03.2015, 14.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100