Читать онлайн Потерянный герцог Уиндхэм, автора - Куин Джулия, Раздел - Эпилог в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Потерянный герцог Уиндхэм - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.9 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Потерянный герцог Уиндхэм - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Потерянный герцог Уиндхэм

Читать онлайн


Предыдущая страница

Эпилог

Моя дорогая Амелия!
Неужели прошло всего три недели со времени моего последнего письма к тебе? А у меня ощущение, что новостей накопилось, по крайней мере, за целый год. Дети продолжают расти. Артур так увлечен учебой! Джек утверждает, что это пугает, но все же его восхищение очевидно. На этой неделе мы побывали в «Счастливом Зайце», чтобы обсудить планы относительно деревенской ярмарки с Гарри Глэддишем, а Джек, не переставая, жаловался на то, как трудно теперь будет найти нового наставника для Артура, поскольку тот исчерпал все знания своего последнего учителя.
Гарри не подшучивал над ним. И Джек был чрезвычайно горд.
Мы были рады…
— Мама!
Грейс отвлеклась от своего письма. Ее третий ребенок (и единственная дочь) стояла в дверях очень расстроенная.
— Мэри, что случилось? — спросила Грейс.
— Джон…
— Всего лишь прогуливался, — сказал Джон, скользя по отполированному полу, пока не добрался до Мэри и не встал рядом с нею.
— Джон! — зарыдала Мэри.
Джон смотрел на Грейс с совершенно невинным видом.
— Я всего лишь слегка задел ее.
Грейс боролась с желанием закрыть глаза и застонать. Джону было только десять, но он уже обладал неотразимым очарованием своего отца.
— Мама, — простонала Мэри. — Я шла в музыкальную комнату, когда…
— Мэри хочет сказать, — вмешался Джон, — что я шел в оранжерею, когда она врезалась в меня и…
— Нет! — запротестовала Мэри. — Я хотела сказать совсем не это. — Совершенно несчастная она повернулась к матери. — Мама!
— Джон, позволь сестре закончить, — почти машинально произнесла Грейс. Это предложение она произносила по несколько раз на дню.
Джон улыбнулся ей. Так трогательно. Бог ты мой, подумала Грейс, еще немного, и ей придется отгонять от него девушек палками.
— Мама, — произнес Джон точно таким же тоном, какой использовал Джек, когда пускал в ход свое обаяние, чтобы найти выход из затруднительной ситуации, — я и не думал прерывать ее.
— Но ты прервал! — парировала Мэри.
Джон сложил руки так, словно хотел сказать: «Бедная малышка».
Грейс повернулась к Мэри с явным сочувствием.
— Ты говорила, Мэри?
— Он выжал апельсин на мои ноты!
Грейс повернулась к сыну.
— Джон, это…
— Нет, — быстро сказал тот.
Грейс с недоверием посмотрела на него. Ее вовсе не удовлетворило то, что сын ответил прежде, чем она успела закончить свой вопрос. Она посчитала, что не должна слишком на него полагаться. «Джон, это правда?» — было еще одним предложением, которое она повторяла достаточно часто.
— Мама, — сказал Джон, его зеленые глаза были чрезвычайно серьезны, — клянусь честью, что я не давил апельсин…
— Ты врешь, — возмутилась Мэри.
— Это она раздавила апельсин.
— После того, как ты бросил его мне под ноги!
И тут послышался новый голос:
— Грейс!
Грейс радостно улыбнулась. Теперь Джек сможет уладить это дело.
— Грейс, — произнес Джек, повернувшись боком так, чтобы проскользнуть в комнату мимо детей. — Ты мне нужна…
— Джек! — перебила она.
Он посмотрел на жену, затем оглянулся назад.
— Что я сделал?
Она подошла к детям.
— Разве ты их не заметил?
Джек изобразил улыбку — ту самую, какой его сын пытался воспользоваться чуть раньше.
— Конечно же, я их заметил, — ответил он. — Разве ты не видела, как я обходил их? — Он повернулся к детям. — Разве вас не учили, что неприлично перегораживать дверной проем?
Хорошо, что ее самой не было в оранжерее, подумала Грейс, потому что она непременно запустила бы в него чем–нибудь тяжелым. Каждый раз, когда случалось нечто подобное, она начинала думать, что хорошо бы ей устроить запас небольших, круглых, легко бросаемых предметов в ящике своего стола.
— Джек, — сказала Грейс, проявляя, как она полагала, удивительное терпение, — не будешь ли ты столь любезен, уладив их спор?
Джек пожал плечами.
— Они уладят его сами.
— Джек, — вздохнула Грейс.
— Это не твоя вина, что у тебя не было родных братьев и сестер, — сказал он ей. — Поэтому у тебя нет никакого опыта во внутрисемейных ссорах. Поверь мне, в конце концов все это разрешится. Предсказываю, что нам удастся вырастить всех четверых, по меньшей мере, до пятнадцатилетнего возраста, сохранив их основные конечности неповрежденными.
Грейс пристально посмотрела на мужа.
— С другой стороны, ты сам находишься в крайней опасности…
— Дети! — перебил ее Джек. — Слушайте свою мать.
— Но она ничего не сказала, — указал Джон.
— Пусть так, — согласился Джек. Он на мгновение нахмурился. — Джон, оставь свою сестру в покое. Мэри, в следующий раз не наступай на апельсин.
— Но…
— Я все сказал, — объявил он.
И что удивительно, этого оказалось достаточно. Дети ушли.
— Это было не так уж и трудно, — войдя в комнату, произнес Джек. — У меня для тебя есть кое–какие бумаги.
Грейс немедленно отложила свое письмо и взяла документы, которые принес Джек.
— Они прибыли сегодня днем от моего поверенного, — объяснил Джек.
Грейс прочла первый абзац.
— Это касается строительства Иннигсли в Линкольне?
— Я ожидал именно этого, — подтвердил Джек.
Грейс кивнула, а затем внимательно прочла весь документ. За двенадцать лет брака у них установился некий определенный порядок. Джек лично вел все свои деловые переговоры, а всю приходящую корреспонденцию ему читала Грейс.
Это было даже забавно. На то, чтобы войти в курс всех дел, у Джека ушел примерно год. И из него получился превосходный управляющий герцогством. Его ум был острее бритвы, а его суждения — таковы, что Грейс не могла поверить, что Джек никогда не обучался управлению земельной собственностью. Арендаторы его обожали, слуги боготворили (особенно с тех пор, как вдова была сослана на дальнюю окраину герцогских владений), да и лондонское общество пало к его ногам. Помогло, конечно, заявление Томаса о его уверенности в том, что Джек является законным герцогом Уиндхемом, но, тем не менее, Грейс полагала, что не последнюю роль в этом сыграли очарование и остроумие самого Джека.
Казалось, что единственной вещью, которую он так и не освоил, — было чтение.
Когда Джек впервые рассказал об этом Грейс, то она ему не поверила. О, Грейс полагала, что сам Джек в это верит. Но вероятно, у него были плохие учителя. Конечно это была чья–то явная небрежность. Человек с интеллектуальными способностями и образованностью Джека не мог вступить во взрослую жизнь неграмотным.
Будучи твердо убежденной в этом, Грейс начала заниматься с ним, стараясь изо всех сил. И он все это терпеливо выдержал. Оглядываясь назад, Грейс удивлялась, как Джек сумел удержаться от взрыва разочарования. Это было, возможно, самое необычное проявление его любви — он позволил ей пытаться, вновь и вновь, учить его читать. Сохраняя на лице неизменную улыбку.
Но в конце концов она сдалась. Так и не сумев понять, что Джек имел ввиду, говоря ей, что буквы «танцуют», тем не менее, Грейс верила утверждению мужа, что единственным, что он когда–либо смог извлечь из напечатанной страницы — была головная боль.
— Все в порядке, — сказала она, возвращая документы Джеку. Он обсудил с Грейс дела предыдущей недели, рассказав ей, какие решения им были приняты. Он делал это постоянно. Так что Грейс совершенно точно знала, чего ожидать.
— Ты пишешь Амелии? — спросил Джек.
Она кивнула.
— Не могу решить, следует ли рассказать ей о выходке Джона в церковной колокольне.
— Непременно напиши. Они вдоволь посмеются.
— Но это выставит его таким хулиганом.
— А он и есть хулиган.
Она почувствовала себя уязвленной.
— Я знаю. Но он такой милый.
Джек усмехнулся и поцеловал ее в лоб.
— Он весь в меня.
— Я знаю.
— Ты не должна так отчаиваться, — Он снова улыбнулся, этой своей невероятно дьявольской улыбкой. Она до сих пор действовала на Грейс безотказно каждый раз, когда Джек этого хотел.
— Посмотри, каким милым я оказался, — добавил он.
— Так вот как ты это понимаешь, — сказала она ему, — но если Джон примется за ограбление экипажей, то это сведет меня в могилу.
На что Джек рассмеялся.
— Передавай Амелии мой поклон.
Грейс собиралась ответить, что так и сделает, но он уже ушел. Взяв ручку и опустив ее в чернила, Грейс сделала небольшую паузу, чтобы вспомнить о чем писала.
«Мы были рады видеть Томаса, когда он нас навестил. Он возвращался из своего ежегодного паломничества к вдовствующей герцогине, которая, с грустью могу сообщить, и в старости не стала менее суровой. Она все также здорова, насколько это возможно, и я подозреваю, что она переживет нас всех.»
Грейс покачала головой. Раз в месяц она навещала вдову, жившую на расстоянии полумили от их дома. Джек утверждал, что Грейс не обязана делать даже этого, но она все еще испытывала странную преданность по отношению к вдове. Не говоря уже о сильной привязанности и симпатии к женщине, которую они наняли на должность компаньонки вдовы вместо Грейс.
Вряд ли где–либо еще можно было найти прислугу, которая получала бы большее жалованье, нежели эта новая компаньонка. Этой женщине (по настоянию Грейс) платили двойную плату по сравнению с тем, что когда–то получала сама Грейс. Плюс, они пообещали ей небольшой домик, когда вдова наконец скончается. Все то же самое, что несколькими годами ранее для самой Грейс сделал Томас.
Грейс улыбнулась про себя и продолжила письмо, сообщая Амелии и то и это — все те забавные маленькие эпизоды, которыми так любят поделиться все матери. Мэри стала похожа на белку с ее без вести пропавшими передними зубками. А маленький Оливер, которому только что исполнилось восемнадцать месяцев, совершенно отказался ползать и сразу пошел, сначала нерешительно переваливаясь, а затем — вполне уверенно перейдя на бег. Они уже дважды теряли его в лабиринте живой изгороди.
«Я так скучаю по тебе, дорогая Амелия. Ты непременно должна посетить нас этим летом. Ты же знаешь, как прекрасен Линкольншир, когда все вокруг цветет. И, конечно…»
— Грейс?
Это опять был Джек, внезапно появившийся на пороге.
— Я по тебе соскучился, — объяснил он.
— За пять минут?
Он зашел внутрь и закрыл дверь.
— Это не займет много времени.
— Ты неисправим. — Но свою ручку Грейс положила.
— И это неплохо мне служит, — пробормотал он, обходя вокруг стола. Джек взял жену за руку и мягко поднял на ноги. — И тебе тоже.
Грейс боролась с желанием застонать. Только Джек мог сказать такое. Только Джек мог…
Она взвизгнула, когда его губы…
Хорошо, достаточно сказать, что только Джек мог сделать это.
О. И это.
Она таяла в его руках. И, безусловно, этоМоя дорогая Амелия!
Неужели прошло всего три недели со времени моего последнего письма к тебе? А у меня ощущение, что новостей накопилось, по крайней мере, за целый год. Дети продолжают расти. Артур так увлечен учебой! Джек утверждает, что это пугает, но все же его восхищение очевидно. На этой неделе мы побывали в «Счастливом Зайце», чтобы обсудить планы относительно деревенской ярмарки с Гарри Глэддишем, а Джек, не переставая, жаловался на то, как трудно теперь будет найти нового наставника для Артура, поскольку тот исчерпал все знания своего последнего учителя.
Гарри не подшучивал над ним. И Джек был чрезвычайно горд.
Мы были рады…
— Мама!
Грейс отвлеклась от своего письма. Ее третий ребенок (и единственная дочь) стояла в дверях очень расстроенная.
— Мэри, что случилось? — спросила Грейс.
— Джон…
— Всего лишь прогуливался, — сказал Джон, скользя по отполированному полу, пока не добрался до Мэри и не встал рядом с нею.
— Джон! — зарыдала Мэри.
Джон смотрел на Грейс с совершенно невинным видом.
— Я всего лишь слегка задел ее.
Грейс боролась с желанием закрыть глаза и застонать. Джону было только десять, но он уже обладал неотразимым очарованием своего отца.
— Мама, — простонала Мэри. — Я шла в музыкальную комнату, когда…
— Мэри хочет сказать, — вмешался Джон, — что я шел в оранжерею, когда она врезалась в меня и…
— Нет! — запротестовала Мэри. — Я хотела сказать совсем не это. — Совершенно несчастная она повернулась к матери. — Мама!
— Джон, позволь сестре закончить, — почти машинально произнесла Грейс. Это предложение она произносила по несколько раз на дню.
Джон улыбнулся ей. Так трогательно. Бог ты мой, подумала Грейс, еще немного, и ей придется отгонять от него девушек палками.
— Мама, — произнес Джон точно таким же тоном, какой использовал Джек, когда пускал в ход свое обаяние, чтобы найти выход из затруднительной ситуации, — я и не думал прерывать ее.
— Но ты прервал! — парировала Мэри.
Джон сложил руки так, словно хотел сказать: «Бедная малышка».
Грейс повернулась к Мэри с явным сочувствием.
— Ты говорила, Мэри?
— Он выжал апельсин на мои ноты!
Грейс повернулась к сыну.
— Джон, это…
— Нет, — быстро сказал тот.
Грейс с недоверием посмотрела на него. Ее вовсе не удовлетворило то, что сын ответил прежде, чем она успела закончить свой вопрос. Она посчитала, что не должна слишком на него полагаться. «Джон, это правда?» — было еще одним предложением, которое она повторяла достаточно часто.
— Мама, — сказал Джон, его зеленые глаза были чрезвычайно серьезны, — клянусь честью, что я не давил апельсин…
— Ты врешь, — возмутилась Мэри.
— Это она раздавила апельсин.
— После того, как ты бросил его мне под ноги!
И тут послышался новый голос:
— Грейс!
Грейс радостно улыбнулась. Теперь Джек сможет уладить это дело.
— Грейс, — произнес Джек, повернувшись боком так, чтобы проскользнуть в комнату мимо детей. — Ты мне нужна…
— Джек! — перебила она.
Он посмотрел на жену, затем оглянулся назад.
— Что я сделал?
Она подошла к детям.
— Разве ты их не заметил?
Джек изобразил улыбку — ту самую, какой его сын пытался воспользоваться чуть раньше.
— Конечно же, я их заметил, — ответил он. — Разве ты не видела, как я обходил их? — Он повернулся к детям. — Разве вас не учили, что неприлично перегораживать дверной проем?
Хорошо, что ее самой не было в оранжерее, подумала Грейс, потому что она непременно запустила бы в него чем–нибудь тяжелым. Каждый раз, когда случалось нечто подобное, она начинала думать, что хорошо бы ей устроить запас небольших, круглых, легко бросаемых предметов в ящике своего стола.
— Джек, — сказала Грейс, проявляя, как она полагала, удивительное терпение, — не будешь ли ты столь любезен, уладив их спор?
Джек пожал плечами.
— Они уладят его сами.
— Джек, — вздохнула Грейс.
— Это не твоя вина, что у тебя не было родных братьев и сестер, — сказал он ей. — Поэтому у тебя нет никакого опыта во внутрисемейных ссорах. Поверь мне, в конце концов все это разрешится. Предсказываю, что нам удастся вырастить всех четверых, по меньшей мере, до пятнадцатилетнего возраста, сохранив их основные конечности неповрежденными.
Грейс пристально посмотрела на мужа.
— С другой стороны, ты сам находишься в крайней опасности…
— Дети! — перебил ее Джек. — Слушайте свою мать.
— Но она ничего не сказала, — указал Джон.
— Пусть так, — согласился Джек. Он на мгновение нахмурился. — Джон, оставь свою сестру в покое. Мэри, в следующий раз не наступай на апельсин.
— Но…
— Я все сказал, — объявил он.
И что удивительно, этого оказалось достаточно. Дети ушли.
— Это было не так уж и трудно, — войдя в комнату, произнес Джек. — У меня для тебя есть кое–какие бумаги.
Грейс немедленно отложила свое письмо и взяла документы, которые принес Джек.
— Они прибыли сегодня днем от моего поверенного, — объяснил Джек.
Грейс прочла первый абзац.
— Это касается строительства Иннигсли в Линкольне?
— Я ожидал именно этого, — подтвердил Джек.
Грейс кивнула, а затем внимательно прочла весь документ. За двенадцать лет брака у них установился некий определенный порядок. Джек лично вел все свои деловые переговоры, а всю приходящую корреспонденцию ему читала Грейс.
Это было даже забавно. На то, чтобы войти в курс всех дел, у Джека ушел примерно год. И из него получился превосходный управляющий герцогством. Его ум был острее бритвы, а его суждения — таковы, что Грейс не могла поверить, что Джек никогда не обучался управлению земельной собственностью. Арендаторы его обожали, слуги боготворили (особенно с тех пор, как вдова была сослана на дальнюю окраину герцогских владений), да и лондонское общество пало к его ногам. Помогло, конечно, заявление Томаса о его уверенности в том, что Джек является законным герцогом Уиндхемом, но, тем не менее, Грейс полагала, что не последнюю роль в этом сыграли очарование и остроумие самого Джека.
Казалось, что единственной вещью, которую он так и не освоил, — было чтение.
Когда Джек впервые рассказал об этом Грейс, то она ему не поверила. О, Грейс полагала, что сам Джек в это верит. Но вероятно, у него были плохие учителя. Конечно это была чья–то явная небрежность. Человек с интеллектуальными способностями и образованностью Джека не мог вступить во взрослую жизнь неграмотным.
Будучи твердо убежденной в этом, Грейс начала заниматься с ним, стараясь изо всех сил. И он все это терпеливо выдержал. Оглядываясь назад, Грейс удивлялась, как Джек сумел удержаться от взрыва разочарования. Это было, возможно, самое необычное проявление его любви — он позволил ей пытаться, вновь и вновь, учить его читать. Сохраняя на лице неизменную улыбку.
Но в конце концов она сдалась. Так и не сумев понять, что Джек имел ввиду, говоря ей, что буквы «танцуют», тем не менее, Грейс верила утверждению мужа, что единственным, что он когда–либо смог извлечь из напечатанной страницы — была головная боль.
— Все в порядке, — сказала она, возвращая документы Джеку. Он обсудил с Грейс дела предыдущей недели, рассказав ей, какие решения им были приняты. Он делал это постоянно. Так что Грейс совершенно точно знала, чего ожидать.
— Ты пишешь Амелии? — спросил Джек.
Она кивнула.
— Не могу решить, следует ли рассказать ей о выходке Джона в церковной колокольне.
— Непременно напиши. Они вдоволь посмеются.
— Но это выставит его таким хулиганом.
— А он и есть хулиган.
Она почувствовала себя уязвленной.
— Я знаю. Но он такой милый.
Джек усмехнулся и поцеловал ее в лоб.
— Он весь в меня.
— Я знаю.
— Ты не должна так отчаиваться, — Он снова улыбнулся, этой своей невероятно дьявольской улыбкой. Она до сих пор действовала на Грейс безотказно каждый раз, когда Джек этого хотел.
— Посмотри, каким милым я оказался, — добавил он.
— Так вот как ты это понимаешь, — сказала она ему, — но если Джон примется за ограбление экипажей, то это сведет меня в могилу.
На что Джек рассмеялся.
— Передавай Амелии мой поклон.
Грейс собиралась ответить, что так и сделает, но он уже ушел. Взяв ручку и опустив ее в чернила, Грейс сделала небольшую паузу, чтобы вспомнить о чем писала.
«Мы были рады видеть Томаса, когда он нас навестил. Он возвращался из своего ежегодного паломничества к вдовствующей герцогине, которая, с грустью могу сообщить, и в старости не стала менее суровой. Она все также здорова, насколько это возможно, и я подозреваю, что она переживет нас всех.»
Грейс покачала головой. Раз в месяц она навещала вдову, жившую на расстоянии полумили от их дома. Джек утверждал, что Грейс не обязана делать даже этого, но она все еще испытывала странную преданность по отношению к вдове. Не говоря уже о сильной привязанности и симпатии к женщине, которую они наняли на должность компаньонки вдовы вместо Грейс.
Вряд ли где–либо еще можно было найти прислугу, которая получала бы большее жалованье, нежели эта новая компаньонка. Этой женщине (по настоянию Грейс) платили двойную плату по сравнению с тем, что когда–то получала сама Грейс. Плюс, они пообещали ей небольшой домик, когда вдова наконец скончается. Все то же самое, что несколькими годами ранее для самой Грейс сделал Томас.
Грейс улыбнулась про себя и продолжила письмо, сообщая Амелии и то и это — все те забавные маленькие эпизоды, которыми так любят поделиться все матери. Мэри стала похожа на белку с ее без вести пропавшими передними зубками. А маленький Оливер, которому только что исполнилось восемнадцать месяцев, совершенно отказался ползать и сразу пошел, сначала нерешительно переваливаясь, а затем — вполне уверенно перейдя на бег. Они уже дважды теряли его в лабиринте живой изгороди.
«Я так скучаю по тебе, дорогая Амелия. Ты непременно должна посетить нас этим летом. Ты же знаешь, как прекрасен Линкольншир, когда все вокруг цветет. И, конечно…»
— Грейс?
Это опять был Джек, внезапно появившийся на пороге.
— Я по тебе соскучился, — объяснил он.
— За пять минут?
Он зашел внутрь и закрыл дверь.
— Это не займет много времени.
— Ты неисправим. — Но свою ручку Грейс положила.
— И это неплохо мне служит, — пробормотал он, обходя вокруг стола. Джек взял жену за руку и мягко поднял на ноги. — И тебе тоже.
Грейс боролась с желанием застонать. Только Джек мог сказать такое. Только Джек мог…
Она взвизгнула, когда его губы…
Хорошо, достаточно сказать, что только Джек мог сделать это.
О. И это.
Она таяла в его руках. И, безусловно, это




Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Потерянный герцог Уиндхэм - Куин Джулия

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Обычно, слыша неприятные новости, джек улыбался. конечно, приятные новости он также встречал с улыбкой, но сделать это мог любой. настоящий же его талант заключался в том, чтобы изогнуть губы в улыбке тогда, когда, скажем, требовалось вычистить ночной горшок или рискнуть жизнью, крадясь по позициям врага, чтобы определить его численность.Глава 11Как только джек открыл глаза, у него перехватило дыхание.Глава 12В конце концов, джек нашел свою комнату. и хотя он был уверен, что если бы не его желание присоединиться к грейс за завтраком, то, он до сих пор бы продолжал с удовольствием спать. тем не менее, когда, вернувшись в свою комнату, джек прилег на кровать поверх покрывала, намереваясь хотя бы вздремнуть, оказалось, что он не может сомкнуть глаз.Глава 13Грейс позволила амелии увлечь себя к окну, и как только они пересекли комнату, амелия тут же начала быстро шептать ей о событиях этого утра, о томасе, нуждавшемся в ее помощи, и о своей матери.Глава 14За пять лет, проведенных в белгрейве, грейс, если и не привыкла, то, по крайней мере, осознала, чего можно достичь, имея хоть немного влияния и большое количество денег. тем не менее, даже она была поражена, как быстро планы их путешествия обрели зримые очертания. в течение трех дней была нанята частная яхта, которая должна была переправить их из ливерпуля в дублин, а затем ждать столько, сколько потребуется, пока они не будут готовы вернуться назад в англию.Глава 15Во время ливня, заманившего его в ловушку закрытого помещения, блуждая по белгрейву, джеку удалось набрести на коллекцию книг, посвященных искусству. это было нелегко: в замке были две отдельные библиотеки, и каждая содержала не менее пятисот томов. но книги по искусству, как он заметил, по размеру были гораздо больше остальных, что значительно облегчало его задачу. он просто искал секции с самыми высокими корешками. джек вытаскивал эти книги, просматривал их, и после нескольких безуспешных попыток, он нашел именно то, что искал.Глава 16Джек плохо спал этой ночью. это сделало его весьма раздражительным, и он решил обойтись без завтрака, чтобы не встречаться с людьми, которые потребовали бы от него поддержания разговора. поэтому он вышел из замка и отправился на свою, ставшую уже с некоторых пор обычной, утреннюю верховую прогулку.Глава 17Глава 18— три минуты, — закрыв дверь, произнес джек. он и в самом деле думал, что вряд ли это продлиться дольше. только не тогда, когда она одета в свою длинную ночную рубашку. это была весьма уродливая вещь, грубая, застегнутая от подбородка до пальцев ног, но, тем не менее, это все–таки была ночная рубашка.Глава 19Дорога в батлерсбридж была в точности такой, как джек ее запомнил. деревья, птицы, идеальный оттенок зеленого, когда ветер пригибал траву. все это были звуки и образы его детства. ничего не изменилось. это должно было бы его утешить.Глава 20За пределами кареты атмосфера была значительно менее напряженной. трое мужчин, ехавших верхом, никогда не выстраивались в одну линию. время от времени один из них увеличивал свой темп или отставал, так что одна лошадь всегда находилась позади другой. в результате всадники лишь обменивались небрежными поклонами в знак приветствия.Глава 2 1— не спится?Эпилог

Ваши комментарии
к роману Потерянный герцог Уиндхэм - Куин Джулия



только вчера закончила чтение этого романа.........если честно начела я чтение еще в прошлом году.....пол года не бролась за книгу.....но за это время у меня было много разных любовных историй в личной жизне....и вот вчера я понела....что все герцоги и просто настоящие мужчины уже давно в прошлом или на всегда останутца на страницах книг....спасибо!!!!
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин ДжулияSela
21.07.2011, 9.50





даже читать не стала. просто сравнила...тоже самое что и "Красавица и герцог" по крайней мере начало..
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин ДжулияЛана
25.08.2012, 0.48





очень понравился,от главного героя я просто в восторге)
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин ДжулияЮлёк
4.02.2013, 22.41





"Красавица и герцог" - это другое название этого же романа. Так что неудивительно, что кто-то нашел сходства. А главный герой действительно замечательный. И заботливый, и красивый, и остроумный.... В общем, такой. какой бывает только в книгах,увы.... Ну а роман (как и все у этого автора) замечательный!
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин ДжулияБеллатриса
27.03.2013, 19.55





Роман очень понравился, перечитала раза 3.
Потерянный герцог Уиндхэм - Куин ДжулияОлеся
21.01.2016, 21.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Обычно, слыша неприятные новости, джек улыбался. конечно, приятные новости он также встречал с улыбкой, но сделать это мог любой. настоящий же его талант заключался в том, чтобы изогнуть губы в улыбке тогда, когда, скажем, требовалось вычистить ночной горшок или рискнуть жизнью, крадясь по позициям врага, чтобы определить его численность.Глава 11Как только джек открыл глаза, у него перехватило дыхание.Глава 12В конце концов, джек нашел свою комнату. и хотя он был уверен, что если бы не его желание присоединиться к грейс за завтраком, то, он до сих пор бы продолжал с удовольствием спать. тем не менее, когда, вернувшись в свою комнату, джек прилег на кровать поверх покрывала, намереваясь хотя бы вздремнуть, оказалось, что он не может сомкнуть глаз.Глава 13Грейс позволила амелии увлечь себя к окну, и как только они пересекли комнату, амелия тут же начала быстро шептать ей о событиях этого утра, о томасе, нуждавшемся в ее помощи, и о своей матери.Глава 14За пять лет, проведенных в белгрейве, грейс, если и не привыкла, то, по крайней мере, осознала, чего можно достичь, имея хоть немного влияния и большое количество денег. тем не менее, даже она была поражена, как быстро планы их путешествия обрели зримые очертания. в течение трех дней была нанята частная яхта, которая должна была переправить их из ливерпуля в дублин, а затем ждать столько, сколько потребуется, пока они не будут готовы вернуться назад в англию.Глава 15Во время ливня, заманившего его в ловушку закрытого помещения, блуждая по белгрейву, джеку удалось набрести на коллекцию книг, посвященных искусству. это было нелегко: в замке были две отдельные библиотеки, и каждая содержала не менее пятисот томов. но книги по искусству, как он заметил, по размеру были гораздо больше остальных, что значительно облегчало его задачу. он просто искал секции с самыми высокими корешками. джек вытаскивал эти книги, просматривал их, и после нескольких безуспешных попыток, он нашел именно то, что искал.Глава 16Джек плохо спал этой ночью. это сделало его весьма раздражительным, и он решил обойтись без завтрака, чтобы не встречаться с людьми, которые потребовали бы от него поддержания разговора. поэтому он вышел из замка и отправился на свою, ставшую уже с некоторых пор обычной, утреннюю верховую прогулку.Глава 17Глава 18— три минуты, — закрыв дверь, произнес джек. он и в самом деле думал, что вряд ли это продлиться дольше. только не тогда, когда она одета в свою длинную ночную рубашку. это была весьма уродливая вещь, грубая, застегнутая от подбородка до пальцев ног, но, тем не менее, это все–таки была ночная рубашка.Глава 19Дорога в батлерсбридж была в точности такой, как джек ее запомнил. деревья, птицы, идеальный оттенок зеленого, когда ветер пригибал траву. все это были звуки и образы его детства. ничего не изменилось. это должно было бы его утешить.Глава 20За пределами кареты атмосфера была значительно менее напряженной. трое мужчин, ехавших верхом, никогда не выстраивались в одну линию. время от времени один из них увеличивал свой темп или отставал, так что одна лошадь всегда находилась позади другой. в результате всадники лишь обменивались небрежными поклонами в знак приветствия.Глава 2 1— не спится?Эпилог

Rambler's Top100