Читать онлайн Мистер Кэвендиш, я полагаю.., автора - Куин Джулия, Раздел - Глава одиннадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.86 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Мистер Кэвендиш, я полагаю..

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава одиннадцатая

Час спустя, после вытаскивания с полок четырнадцати атласов и объяснения Амелии различий между Меркатором, синусоидальными и коническими картографическими проекциями, Томас провел ее в одну из передних гостиных и уведомил дворецкого, что там она должна встретиться с мисс Эверсли.
Нужно было предупредить Грейс об утренних событиях, в этом не могло быть никаких сомнений. И если нельзя было ложь подогнать под правду, то, по мнению Томаса, в таком случае следует правду как можно более эффективно подогнать под ложь. Только тогда можно будет сбить с толку всех. Итак, Амелия хотела навестить Грейс, а Грейс, в свою очередь, этим утром прошлась по магазинам в Стамфорде и пригласила Амелию в Белгрейв.
Однако ему нужно переговорить с Грейс до того, как она столкнется с Амелией, поэтому он расположился в дверном проеме другой гостиной, ближе к лестнице, где он мог перехватить ее до того, как она достигнет своего пункта назначения.
Через пять минут он услышал тихие шаги, спускающиеся по лестнице. Безусловно, женская поступь. Он ближе придвинулся к косяку двери и убедился, что это действительно была Грейс, а когда наступил подходящий момент, выступил вперед и потянул ее за собой в комнату.
— Томас! – вскрикнула она, немного отойдя от шока. Ее глаза расширились от удивления – он появился слишком внезапно. – Что с вами случилось?
Он приложил палец к губам и закрыл за ними дверь.
— Вы ожидали кого–то еще? – спросил он, так как ее удивление, казалось, вызвано тем, кто появился, а не самим его появлением.
— Нет, конечно, нет, — быстро ответила она. Но она все равно залилась румянцем. Она оглядела комнату, наверное, чтобы убедиться, что они действительно одни. – Что случилось?
— Я должен был поговорить с вами, прежде чем вы увидитесь с леди Амелией.
— О, тогда вы знаете, что она здесь?
— Я привез ее, — подтвердил он.
Сказанное заставило Грейс замолчать, ее лицо выражало удивление. Она взглянула на часы, стоящие на каминной полке, которые показывали, что еще не было даже полудня.
— Это — длинная история, — сказал он опережающим ее вопросы тоном. – Но, должен сказать, что Амелия сообщит вам, что вы сегодня утром были в Стамфорде пригласили ее в Белгрейв.
— Томас, очень много людей знает, что я не была этим утром в Стамфорде.
— Да, но ее мать в ихьчисло не входит.
— Э–э… Томас… — начала Грейс так, будто не зная, как продолжить дальше. — Чувствую, я должна Вам сказать, что, учитывая, как долго Вы тянули с этим, смею предположить, что леди Кроуленд будет рада узнать…
— О, ради Бога – это совсем не то! – пробормотал он, практически уверенный, что в следующее мгновение услышит негодующее «Совратитель невинных!»
Он скрипнул зубами, ничуть не радуясь необходимости кому–то объяснять свои действия.
– Она помогала мне добраться до дома, когда я был… немного не в форме.
— Это так великодушно с ее стороны, — чопорно произнесла Грейс.
Он впился в нее взглядом. Она же выглядела так, будто собиралась рассмеяться.
Грейс откашлялась.
– А вам…эээ… не приходило в голову немного привести себя в порядок?..
— Нет, — отрезал он, и, полный сарказма продолжил: – Мне нравиться быть похожим на грязного болвана.
Она вздрогнула от этих слов.
— А теперь слушайте, — продолжал он, нетерпеливо игнорируя ее смятение. — Амелия повторит то, что уже сказал вам я, но, что важно, – вы не должны говорить ей о мистере Одли, – он почти прорычал последнее – трудно было произнести его имя и не почувствовать при этом волны отвращения.
— Я бы никогда не сделала этого, — ответила Грейс. – Это не мое дело.
— Хорошо.
Он знал, что может доверять ей.
— Но она захочет узнать, почему вы были э–э…
— Вы не знаете почему, — ответил он твердо. – Скажите ей только это. Почему она должна думать, что вы знаете больше?
— Она знает, что я считаю вас другом, и, кроме того, я живу здесь. Слуги всегда знают все. Она тоже знает это.
— Вы не прислуга.
— И Вы и я знаем это, — ответила она и ее губы насмешливо искривились. – Единственное отличие состоит в том, что мне разрешают носить более красивую одежду и иногда разговаривать с гостями. Но я уверяю Вас, я посвящена во все домашние сплетни.
О Боже, что происходило в этом доме? Было ли хоть одно его действие, никому не известное? Когда–либо? Томас повернул голову и чертыхнулся, затем через какое–то время, успокоив дыхание, снова оглянулся на нее и сказал:
— Ради меня, Грейс, пожалуйста, Вы скажете ей, что не знаете?
Скоро Амелия все равно все узнает, но ему бы не хотелось, чтобы это произошло сегодня. Он слишком устал, чтобы придумывать объяснения, был слишком измучен своим собственным шоком, чтобы еще иметь дело с ее. И кроме того… Впервые в своей жизни он был рад, что она была его невестой. Конечно, никто не выразит свое неудовольствие о его желании продлить такое положение вещей еще на несколько дней.
— Конечно, — ответила Грейс, не глядя на него. А затем, приученная смотреть людям в глаза, она встретила его взгляд и добавила: – Даю вам слово.
Он кивнул.
– Амелия будет ждать вас, — сказал он грубо.
— Да, конечно, — она поспешила к двери, затем остановилась и обернулась. – С вами все в порядке?
Что за вопрос.
— Нет, не отвечайте, — пробормотала она и выскочила из комнаты.
Амелия терпеливо ждала в светло–серой гостиной, стараясь не сломать себе пальцы ног из–за постоянного постукивания ступней в нетерпеливом ожидании. Когда она заметила, что стучит ногой, что было ужаснейшей привычкой (если верить ее матери), то заставила себя прекратить.
Ее пальцы немедленно зашевелились снова.
Она протяжно выдохнула и решила не беспокоиться об этом. Все равно здесь никого не было, и никто не мог ее увидеть, и, несмотря на наставления ее матери, вряд ли это можно считать плохой привычкой, если делать все тайком. Это ведь не то, что кусать ногти (на что она никогда бы не пошла), что чревато корявыми обрубками на пальцах не на один день.
Она пыталась объяснить разницу Милли, которая могла просидеть неподвижно прямо, как палка, в течение шести часов, но при этом не замечала белые пятнышки на своих ногтях годами. Милли, казалось, совершенно не способна заметить разницу. Конечно же, по своим эгоистичным причинам.
Амелия осмотрела свои собственные ногти и заметила, что они не такие аккуратные, как обычно. Наверное, из–за перетаскивания Уиндхема по Стамфорду.
Одним только небесам известно, в какой грязи ему довелось побывать. Она предположила, что он поднялся наверх, чтобы привести себя в порядок. Она никогда не видела, чтобы он был столь неопрятен. Она вообще не думала, что он может быть неопрятен. И в итоге… —
Это не он только что был? Прошел мимо двери? Она подскочила.
— Томас? Это –
Мужчина остановился, обернулся, и Амелия поняла, что это был кто–то другой. У него был такой же рост и цвет волос, но она никогда не видела его раньше. В этом она была совершенно уверена. Он был высок, но не неуклюж, и его волосы были, возможно, на несколько тонов темнее, чем у Томаса. И на щеке был синяк.
Это уже интересно.
— О, простите… — сказала она торопливо. Но любопытство ее раздирало, и потому она шагнула к двери. Если она двинется в его направлении, то он не смог бы продолжить путь, не показав себя грубияном.
— Жаль, что разочаровал Вас, — ответил ей джентльмен, улыбаясь самым кокетливым образом. Амелия чувствовала себя ужасно довольной, несмотря ни на что. Интересно, знает ли он, кто она такая? Вероятно, нет. Кто осмелился бы флиртовать с невестой самого герцога Уиндхема в его собственном доме?
— Нет, — быстро сказала она, — конечно же, нет. Это была моя ошибка. Я просто находилась в гостиной, — она жестом указала на место позади себя. – Я приняла Вас за герцога, когда вы проходили мимо.
И правда, у них обоих был одинаковый большой размашистый шаг. Как странно. Амелия не могла представить себе, как она могла узнать походку Томаса, но в тот момент, когда она увидела этого мужчину, она поняла, что двигаются они совершенно одинаково.
Он вежливо поклонился.
– Капитан Джек Одли к вашим услугам, мадам.
Она слегка присела в изящном реверансе.
— Леди Амелия Уиллоуби.
— Невеста Уиндхема.
— Так вы его знаете? О, ну, конечно же, знаете. Вы же здесь гость, — она вспомнила их беседу в «Счастливом зайце». – О, вы, должно быть, его партнер по фехтованию.
Капитан Одли вышел вперед.
– Он говорил Вам обо мне?
— Совсем немного, — призналась она, стараясь не смотреть на синяк на его щеке. Это не может быть просто совпадением, что и он и Томас показали такие признаки размолвки.
— Ах, это, – пробормотал капитан Одли. Он коснулся пальцами своего синяка, и от того показался немного смущенным. – Это выглядит намного хуже, чем есть на самом деле.
Она пыталась подобрать наиболее подходящие слова, чтобы расспросить его об этом, когда он продолжил самым обыденным тоном. – Скажите мне, леди Амелия, какого цвета она сегодня?
— Ваша щека? – спросила она, удивленная его прямым вопросом.
— Именно. Ушибы имеют свойство выглядеть тем хуже, чем они старее, вы не заметили? Вчера он был совершенно фиолетовым, почти по–королевски, с намеком на синий. Я не смотрелся в зеркало уже довольно давно.
Он повернул голову, предоставляя ей лучший вид для обозрения.
— Он все еще так же привлекателен?
Амелия в смятении уставилась на него, не уверенная в том, что должна сказать. Ей никогда еще не встречался никто такой бойкий.
— Ээ…нет, — наконец ответила она. Не было никакого смысла лгать, когда он находился всего в десяти футах от зеркала. – Я бы не назвала его привлекательным.
Он засмеялся:
— Никаких жеманных слов, да?
— Боюсь, те синие оттенки, которыми Вы так гордились, на данный момент слегка позеленели — улыбнулась она, весьма довольная своим заключением.
Он склонился, озорно ей улыбаясь:
— Подходит к моим глазам?
— Нет, — сказала она, чувствуя себя совершенно неуязвимой к его очарованию, хотя и признавала при этом, что обаяния ему не занимать. К его ногам наверняка падает не одна женщина на каждом шагу, – только не с примесью фиолетового, — пояснила она. – Это выглядит совершенно ужасно.
— Фиолетовый, смешанный с зеленым дает..?
— Настоящую грязь.
Он снова засмеялся:
– Вы очаровательны, леди Амелия. Но уверен, что ваш жених говорит вам это при каждом удобном случае.
Она не знала, что ответить на это. Конечно, не всегда. Но сегодня все было по–другому. Лучше.
— Вы ждете его здесь? – спросил капитан.
— Нет, я только… — она остановила себя, прежде чем проболталась о том, что видела Томаса буквально только что. Она никогда не умела вешать лапшу. — Я здесь, чтобы увидеться с мисс Эверсли.
Что–то заинтригованное блеснуло в его глазах, и потому она спросила:
— Вы встречались с мисс Эверсли?
— Полагаю, что да. Она восхитительна.
— Да, — сказала Амелия, — все так думают, не так ли? – она прикусила язык на некоторое время, достаточно долгое, чтобы скрыть свое негодование, и добавила: — Ею повсюду восхищаются.
— Вы знакомы с мисс Эверсли? – спросил капитан.
— Да. То есть, нет. Я хочу сказать, что больше, чем знакома. Я знаю Грейс с самого детства. Она очень дружна с моей старшей сестрой.
— И с вами, конечно, тоже.
— Конечно. – Амелия утвердительно опустила подбородок. Сделать что–нибудь еще означало бы, что Грейс не так уж любезна, а это неправда. Нет никакой вины Грейс в том, что Томас относится к ней с таким уважением. И этот джентльмен тоже, если его интерес можно рассматривать с этой стороны.
— Но все же больше с моей сестрой. Они одного возраста, видите ли.
— Ах, тяжкая участь младшей сестры, — пробормотал он сочувственно.
Амелия взглянула на него с интересом.
— Вам знакомо такое ощущение?
— Нисколько, — сказал он с усмешкой. – Я был одним из тех, кто игнорировал младшего брата. Я был самым старшим ребенком в семье. Думаю, это произошло случайно. Я должен быть самым недовольным, поскольку отвечал за все.
Амелия хорошо это понимала. Она часто думала о том, что была менее схожа с Элизабет, чем с Милли. – Я вторая из пяти, сказала она. – Таким образом, я могу понять ваши чувства.
— Пяти! – он выглядел впечатленным. – Все девочки?
Губы Амелии растянулись в удивленной улыбке.
– Как вы догадались?
— Понятия не имею, — ответил он, — за исключением того, что это изумительная картина. Было бы досадно запятнать ее мужчиной.
Боже, что за негодяй.
— Ваш язык всегда такой серебряный? (прим. редактора - = «хорошо подвешен»)
И действительно, улыбка, которой он одарил ее, была, безусловно, сногсшибательной.
– Кроме тех случаев, — сказал он, — когда он является золотым.
— Амелия!
Они оба обернулись. Грейс вошла в комнату. – И мистер Одли, — сказала она с некоторым удивлением.
— О, прошу прощения, — сказала Амелия несколько испуганно. – Я думала, что Вы Капитан Одли.
— Так и есть, — сказал он, слегка пожав плечами. – Все зависит от моего настроения. – Он повернулся к Грейс и поклонился. – Я рад видеть Вас снова так скоро, мисс Эверсли.
Грейс сделала реверанс в ответ.
– Я не знала, что вы здесь.
— Вы и не должны были, — вежливо сказал мистер Одли. – Я шел на прогулку, когда леди Амелия перехватила меня.
— Я думала, что это был Уиндхем, — сказала Амелия Грейс. – Ну не странно ли?
— Действительно, — ответила Грейс.
Амелия подумала, что голос Грейс прозвучал несколько неровно, но это, наверное, из–за того, что что–то попало ей в горло. Заострять на этом внимание было невежливым, и потому она продолжила:
– Конечно, я не очень вглядывалась, это и объясняет, почему я ошиблась. Я только заметила его краем глаза, когда он проходил мимо открытой двери.
Капитан, ээ.., мистер Одли повернулся к Грейс.
– Это имеет такое большое, значение, как я здесь оказался?
— Такое большое значение, — эхом отозвалась Грейс. Она обернулась через свое плечо.
— Вы кого–то ждете, мисс Эверсли?
— Нет, я только подумала, что его милость захотел бы присоединиться к нам. Э–э, так как его невеста здесь, конечно.
Амелия неловко сглотнула, счастливая оттого, что никто не смотрел на нее в это мгновение. Грейс не знала, что она провела все утро вместе с Томасом. Или то, что, как предполагалось, в этом время она должна была гулять по магазинам в Стамфорде. И она так бы и не узнала обо всем этом, подумала Амелия, начиная испытывать раздражение, если бы мистер Одли держался своего пути. Он ведь сказал, что собирался прогуляться?
— Он вернулся? – спросил мистер Одли. – Я не знал.
— Мне так сказали, — сказала Грейс. – Сама я его не видела.
— Увы, — произнес мистер Одли, — он некоторое время отсутствовал.
Амелия попыталась привлечь внимание Грейс, но оказалась не в состоянии сделать это. Томас не хотел бы, чтобы стало известно о его слабости прошлой ночью – и этим утром также, если на то пошло.
— Думаю, я должна позвать его, — сказала Грейс.
— Но вы только что вошли сюда, — сказал мистер Одли.
— Тем не менее…
— Мы позвоним ему, — сказал мистер Одли твердо, и пересек комнату, подойдя к шнурку колокольчика. — Вот, — сказал он, сделав довольно сильный рывок, — все сделано.
Амелия взглянула на Грейс, лицо которой выражало неопределенную тревогу, и затем обернулась к мистеру Одли, который был само воплощение спокойствия. Никто из них не проронил ни слова, и при этом, казалось, вовсе позабыли, что она находится в комнате вместе с ними.
И тем удивительнее было, что все это продолжалось и дальше.
Амелия снова оглянулась на Грейс, поскольку знала ее лучше, но та уже спешила через всю комнату по направлению к дивану.
— Пожалуй, я присяду, — пробормотала она.
— Я присоединюсь к тебе, — сказала Амелия, ловя возможность переброситься парой слов. Она села рядом с Грейс, несмотря на то, что на диване было еще полно свободного места. Все, что ей требовалось, так это как–нибудь извиниться перед мистером Одли, и придумать что–нибудь, чтобы они вдвоем с Грейс могли пройтись по комнате без постоянной слежки за ними его зеленых глаз.
— Какую живописную картину представляете вы обе! – сказал он. – И я здесь без своих масел.
— Вы рисуете, мистер Одли? – спросила Амелия. Ей доводилось поддерживать вежливую беседу всегда, когда того требовали обстоятельства и даже тогда, когда такового и не случалось. От некоторых привычек довольно сложно избавиться.
— Увы, нет, — сказал он. – Но я подумывал взять несколько уроков. Это – благородное занятие для джентльмена, вы не находите?
— О, действительно, — сказала она, хотя на самом деле думала, что он бы усвоил намного больше, если бы начал обучения в более юном возрасте. Амелия взглянула на Грейс, так как казалось вполне естественным, если она присоединится к беседе. Когда же она этого не сделала, Амелия аккуратно толкнула ее в бок.
— Мистер Одли – большой ценитель искусства, — наконец промолвила она. Мистер Одли загадочно улыбнулся. Амелии же снова пришлось заполнять паузу в разговоре.
— Тогда Вы должны наслаждаться пребыванием в Белгрейве, — сказала она ему.
— Я с нетерпением ожидаю осмотра коллекций, — ответил он. — Мисс Эверсли согласилась показать их мне.
— Это было очень любезно с твоей стороны, Грейс. – сказала Амелия, прилагая уйму усилий, чтобы не показать, насколько она удивлена. Не то, чтобы было что–то не так с мистером Одли, кроме, пожалуй, его неспособности покинуть комнату, когда она так желала, чтобы он это сделал. Но так как Грейс была компаньонкой вдовы, то казалось весьма странным, что ее попросили сопровождать друга Томаса во время осмотра коллекций.
Грейс проворчала что–то нечленораздельное, что, по–видимому, следовало воспринимать как ответ.
— Мы планируем избегать купидонов, — сказал мистер Одли.
— Купидонов? – эхом повторила Амелия. Боже, он перескакивал с одной темы на другую.
Он пожал плечами.
– Я обнаружил, что они мне не нравятся.
Как кому–то могли не нравиться купидоны?
— Я вижу, что вы не согласны, леди Амелия, — сказал мистер Одли. Но Амелия заметила, что он взглянул на Грейс, прежде чем произнес это.
— Что может не нравиться в купидонах? – спросила его Амелия. Она не собиралась вовлекать его в такую смехотворную беседу, но ведь он первый затронул эту тему.
Он уселся на подлокотник стоящего напротив дивана.
— Вы не считаете, что они довольно опасны? – спросил он, явно разжигая спор.
— Пухленькие маленькие младенцы?
— Со смертельным оружием в руках – напомнил он ей.
— Они не настоящие стрелки.
Мистер Одли повернулся к Грейс. Снова.
– А Вы что думаете, мисс Эверсли?
— Я не часто думаю о купидонах, — ответила она.
— И все же мы уже обсуждали их дважды, Вы и я.
— Только потому, что вы поднимали эту тему.
Амелия отодвинулась в немом удивлении. Она никогда не замечала за Грейс таких проявлений нрава.
— Моя гардеробная полностью заполнена ими, — сказал мистер Одли.
Амелия повернулась к Грейс:
— Ты была в его гардеробной?
— Не с ним! — Грейс практически взвизгнула. – Но, конечно, я видела это раньше.
Все молчали, и Грейс наконец пробормотала:
– Прошу прощения.
— Мистер Одли, — сказала Амелия, решив, что это самое подходящее время, чтобы взять, наконец, ситуацию в свои руки. Это вообще началось с сегодняшнего дня. Она управляла Томасом, значит, сможет управлять и этими двумя, если возникнет такая необходимость.
— Леди Амелия, — сказал он с легким наклоном головы.
— Это будет очень невежливо, если мисс Эверсли и я пройдемся по комнате??
— Конечно, нет, — быстро ответил он, притом, что это действительно было невежливо, так как они были втроем, а сейчас дамы оставляют его совершенно одного.
— Спасибо за понимание, — сказала Амелия, беря Грейс под руку и поднимая их обеих на ноги. — Я действительно чувствую потребность размять свои ноги и боюсь, что Ваш широкий шаг был бы слишком велик для леди.
Боже правый, она не могла поверить, то несет такую чушь, но все же, казалось, достигла цели. Мистер Одли больше не проронил ни слова, и она потащила Грейс прямиком к окну.
— Я должна поговорить с вами, — сказала она, пытаясь идти медленно и даже изящно.
Грейс кивнула.
— Этим утром, — продолжала она, тайком подсматривая за мистером Одли, чтобы видеть, не следил ли он за ними (а он следил), — Уиндхем нуждался в помощи, и я приехала, чтобы помочь ему. Но мне пришлось сказать матери, что я встретила вас, и что вы пригласили меня в Белгрейв.
Грейс снова кивнула, смотря то прямо перед собой, то на дверь, но ни разу не взглянув на нее саму.
— Сомневаюсь, что в этом возникнет потребность, но, если вдруг встретите мою мать, прошу вас не опровергать это.
— Конечно, нет, — сказала Грейс быстро. – У вас есть мое слово.
Амелия кивнула, немного удивленная тем, как легко все получилось. Она не думала, что Грейс нужно будет умалять, но все же ей казалось, что той понадобятся еще какие–нибудь дополнительные подробности. Грейс даже не спросила, почему Уиндхему нужна была помощь. Что само по себе было любопытным. Ведь никто не мог вспомнить, чтобы герцог когда–либо в чем–либо нуждался.
Они замолчали, проходя мимо мистера Одли, который выглядел скорее удивленным тем зрелищем, которое они представляли.
— Мисс Эверсли, — пробормотал он. – Леди Амелия.
— Мистер Одли. – произнесла в ответ Амелия. Грейс сказала то же самое. Они продолжили шествие по комнате, и Амелия возобновила беседу, только когда они оказались за пределами его слышимости.
— Надеюсь, я не перехожу границы? – прошептала она. Грейс была молчалива, и Амелия понимала, что на многое рассчитывает, прося ее о лжи.
Они услышали шаги в зале, и Грейс всем телом подалась к двери. Но это оказался всего лишь лакей, несущий на плече большой сундук, вероятно, пустой, учитывая, как легко он взгромоздил его себе на плечо.
— Извини, — сказала Грейс. — Ты еще что–то сказала?
Амелия хотела было повторить свои слова, но вместо этого сказала:
— Нет.
Она никогда не видела Грейс настолько рассеянной.
Они продолжали прогуливаться по комнате, выбрав, как и в прошлый раз, самый большой периметр. Поскольку они подошли ближе к двери, то услышали уже гораздо больше шагов.
— Прошу меня извинить, — сказала Грейс, высвобождаясь. Она поспешила к открытой двери, посмотрела, а затем вернулась обратно.
— Это был не герцог, — сказала она.
Амелия посмотрела в открытый дверной проем. Еще два лакея прошли по залу, один с сундуком, другой со шляпной коробкой.
— Кто–то куда–то уезжает? – спросила Амелия.
— Нет, — ответила Грейс. — Точнее, я полагаю, что может быть кто–то и собирается, но я об этом не знаю.
Ее голос казался таким резким и вымотанным, что Амелия спросила:
— Грейс, с тобой все в порядке?
Она повернула голову, но недостаточно, чтобы Амелия смогла увидеть ее глаза.
— О, нет… то есть, да… все в порядке.
Амелия оглянулась на мистера Одли. Он отвернулся. Она снова повернулась к Грейс, чье лицо залилось густым румянцем. Этого было достаточно, чтобы снова взглянуть на мистера Одли. Он смотрел на Грейс. Что ж, они обе шли рука об руку, но не было никаких сомнений, кому предназначался этот его пристальный взгляд.
И Грейс тоже знала это. Ее дыхание сбилось, и, ей Богу, ее тело напряглось. Амелия почувствовала напряжение через свою руку.
А затем ее поразила изумительная мысль.
— Грейс! – прошептала она, стараясь говорить как можно тише, — Ты влюблена в мистера Одли?
— Нет!
Щеки Грейс, которые уже начали приобретать свой нормальный цвет, вновь стали пунцовыми. Ее отказ прозвучал весьма громко, и мистер Одли посмотрел на них с веселым любопытством. Грейс слабо улыбнулась, кивнула и сказала:
— Мистер Одли, — даже притом, что он не мог услышать ее с того места, где сидел.
— Я только что встретила его, — шептала Грейс неистово, — вчера. Нет, днем раньше. Я не могу вспомнить.
— Что ж, ты встретила много интригующих господ за последнее время?
— Что ты имеешь в виду?
— Мистер Одли… — дразнила Амелия, — итальянский разбойник.
— Амелия!
— Ах, да, ты сказала, что он был шотландец. Или ирландец. Ты не была уверена.
Тут Амелии пришло в голову, что произношение мистера Одли нездешнее.
— Откуда мистер Одли? У него такой же акцент.
— Я не знаю, — сказала Грейс довольно нетерпеливо, по мнению Амелии.
— Мистер Одли! – позвала Амелия.
Он немедленно повернул голову на оклик.
— Грейс и я задаемся вопросом, откуда Вы? Ваш акцент мне незнаком.
— Ирландия, леди Амелия. Немного севернее Дублина.
— Ирландия! Боже мой, так далеко!
Он просто улыбнулся. Обе девушки добрались до своих прежних мест, Амелия высвободила руку и села.
— Как Вам понравился Линкольншир, мистер Одли?
— Я нахожу его полным сюрпризов!
— Сюрпризов? – Амелия мельком взглянула на Грейс, чтобы убедиться, показался ли ей ответ таким же любопытным, но она стояла около двери, нервно поглядывая в холл.
— Мой визит сюда не принес того, чего я ожидал.
— В самом деле? И чего же вы ожидали? Уверяю вас, мы весьма цивилизованы в этой части Англии.
— Несомненно, — согласился он. – Даже более того, чем я бы предпочел.
— Вот как, мистер Одли, что же это означает?
Он загадочно улыбнулся, но больше ничего не сказал, что Амелия сочла его характерной чертой. И тогда ей в голову пришла мысль, что она знала его всего–то пятнадцать минут; как странно, что она нашла что–то свойственное ему.
— О, — она услышала, как произнесла Грейс, а затем, — Извините меня. – Грейс поспешила выскользнуть из комнаты.
Амелия и мистер Одли посмотрели друг на друга, а потом одновременно повернулись к дверному проему.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулия



что-то как-то не очень. особой любви я тут не увидела (вообще не увидела, если честно). вялотекущее повествование (намного скучнее, чем в первой части), невзрачные занудные персонажи, надуманные проблемы, осточертевшая бабка - всё оставляет неприятное впечатление. юмор джулии куинн, ради которого стоит её читать, тут совсем не прослеживается.
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулияаня
17.05.2012, 0.37





полностью пересказ "Красавица и герцог..." только от лица других главных героев, участвовавших в действии в вышеназванном романе. Впринципе можно прочитать только последнюю главу. Все остальное повторяеться слово-в-слово
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин ДжулияКлер
27.07.2012, 21.03





Явно халтурное произведение. Толстой бы не додумался написать Анну Каренину сначала от лица Анны, а потом тоже действие от лица ее мужа Каренина. Тоже почитала только заключительные главы и только из-за спортивного интереса.
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин ДжулияВ.З.,65л.
10.04.2013, 13.09





И всё таки не так уж плохо.трогательно...
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулияjasm
17.01.2014, 5.41





нда..еле еле дочитала до конца, просто домучила. Действительно пол романа переписано с первой частью, это что, для тех у кого склероз. Скучнейшая вещь, весь сюжет известен заранее, никакой интриги, вообще не понятно зачем было писать целую книгу.
Мистер Кэвендиш, я полагаю.. - Куин Джулияпервая ласточка
20.06.2015, 14.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100