Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

…была рада получить твое письмо. Приятно знать, что дела у тебя идут хорошо. Джон бы гордился тобой. Мне очень его не хватает. Многие цветы до сих пор цветут. Разве это не замечательно, что многие цветы до сих пор цветут?
От графини Килмартин графу Килмартину неделю спустя после получения его первого послания. Черновик письма, так и не законченного, так и не отосланного.
- Ведь Майкл действительно обещал, что придет ужинать к нам сегодня вечером?
Франческа подняла глаза на свою мать. Вид у матери был озабоченный. Франческа и сама недоумевала, что могло так задержать его.
Днем она не без ужаса думала о его приходе. Хотя сама не понимала, отчего она так волнуется из-за того момента в парке. Господи, да он-то, верно, и не подозревает, что был какой-то «момент»!
К счастью, мужчины вообще туповаты.
– Да, он твердо сказал, что придет, - отозвалась она и заерзала в кресле. Они уже довольно долго сидели и скучали в гостиной, поджидая, когда же явится гость.
– И ты сказала ему, во сколько мы будем его ждать? - спросила Виолетта.
Франческа кивнула:
– И даже напомнила ему о приглашении еще раз, когда мы прощались после нашей прогулки.
Она совершенно отчетливо помнила этот разговор, помнила даже, как одолевала ее дурнота во время этого разговора. Ей не хотелось видеть его снова - по крайней мере так скоро, - но что она могла поделать? Приглашение исходило от ее матери!
– Возможно, он просто опаздывает, - заметила Гиацинта, младшая сестра Франчески. - И ничего удивительного. Такие, как он, всегда опаздывают.
Франческа сразу же накинулась на сестру:
– И что, скажи на милость, ты хочешь этим сказать?
– Известно, какая у него репутация.
– При чем тут его репутация? - вспылила Франческа. - И вообще, что ты можешь об этом знать? Он уехал из Англии, когда ты еще под стол пешком ходила.
Гиацинта передернула плечами, воткнула иглу в свое весьма неряшливо выполненное вышивание.
– Ну, о нем и сейчас судачат, - небрежно бросила она. - Дамы млеют как дуры при одном упоминании его имени, если хочешь знать.
– Млеть только так и можно - как дура, - вставила Элоиза, которая хотя и была старше Франчески ровно на год но до сих пор еще была не замужем.
– Может, он и повеса, - сердито сказала Франческа, - но он всегда был очень пунктуален. - Она просто не выносила, когда другие дурно отзывались о Майкле. Сама она могла и вздыхать, и стонать, и браниться из-за его недостатков, но недопустимо, что Гиацинта, которая и знала-то о Майкле только то, что извлекла из разговоров взрослых, выдает такие огульные утверждения! - И ты можешь думать, что угодно, - добавила Франческа довольно резким тоном, и только для того, чтобы не дать Гиацинте сказать последнее слово, - но никогда бы он не стал опаздывать на ужин к нам. Он слишком высоко ценит маму.
– А как высоко он ценит тебя? - спросила Гиацинта. Франческа кинула свирепый взгляд на младшую сестрицу, которая немедленно прыснула в свое вышивание.
– Он… - Нет, не станет она делать это. Не станет она сидеть тут и вести глупейшие споры с собственной младшей сестрой, когда с Майклом и в самом деле могло что-то случиться. Несмотря на свой безнравственный образ жизни, Майкл был всегда безупречно вежлив и учтив, как никто, - по крайней мере в ее присутствии. И никогда бы он, будучи приглашен к ужину, не явился с опозданием - тут она взглянула на часы на каминной полке - в тридцать минут. По крайней мере не послав записку, что опоздает.
Она встала и быстрым движением расправила юбку своего голубовато-серого платья.
– Я еду в Килмартин-Хаус, - объявила она.
– Одна? - спросила Виолетта.
– Одна, - твердо сказала Франческа. - Это ведь мой дом, в конце концов. Не думаю, что сплетницы начнут сразу чесать языками, если я нанесу туда краткий визит.
– Конечно-конечно, - поспешила заверить ее мать. - Но не оставайся там все же слишком долго.
– Мама, я вдова. И я вовсе не собираюсь оставаться там ночевать. Я всего-навсего хочу узнать, как здоровье Майкла. Все со мной будет в порядке, уверяю тебя.
Виолетта кивнула, но по выражению ее лица ясно было, что она сказала не все, что хотела. Так продолжалось уже не первый год - Виолетте все время хотелось вернуть себе руководящую роль матери в отношениях со своей овдовевшей дочерью, но она сдерживалась, стараясь уважать ее независимость.
Ей не всегда удавалось совладать с собой и не вмешаться, но она старалась, и Франческа была ей благодарна за эти старания.
– Хочешь, я составлю тебе компанию? - сказала вдруг Гиацинта, и глаза у нее так и загорелись.
– Нет! - воскликнула Франческа, от удивления даже с большей резкостью, чем намеревалась. - С чего это тебе в голову пришла такая идея?
Гиацинта передернула плечами:
– Так, любопытно. Хочется своими глазами взглянуть на господина Повесу.
– Да ведь ты его видела, - заметила Элоиза.
– Так ведь это было сто лет назад, - Гиацинта испустила театральный вздох, - когда я еще не понимала, что такое «повеса».
– Ты и сейчас этого не понимаешь, - резко одернула ее Виолетта.
– Ахнет, я…
– Нет, ты не понимаешь, - с нажимом повторила Виолетта, - что такое «повеса».
– Очень хорошо. - Гиацинта обернулась к матери с кисло-сладкой улыбкой. - Я не знаю, что такое «повеса». Я также не знаю, как следует одеваться и чистить зубы.
– Вообще-то я видела, как Полли вчера помогала ей надеть вечернее платье, - заметила Элоиза с софы.
– Никто не может надеть вечернее платье без посторонней помощи, - парировала Гиацинта.
– Я ухожу, - объявила Франческа, хотя была совершенно уверена, что никто ее не слушает.
– Что ты делаешь? - воскликнула Гиацинта. Франческа даже приостановилась, но сразу же сообразила, что Гиацинта обращалась не к ней.
– Смотрю, как почищены твои зубы, - сладким голосом отозвалась Элоиза.
– Девочки! - воскликнула Виолетта, и Франческа подумала, что вряд ли Элоизе, которой стукнуло двадцать семь лет, понравится такое обращение.
Но сердитые возражения сестры и ее ответную речь Франческа не стала слушать, а воспользовалась суматохой, чтобы выскользнуть из гостиной и попросить ливрейного лакея вызвать для нее карету.
На улицах было не так уж многолюдно: было еще рано, большой свет отправится на рауты и балы только часа через два. Карета быстро проехала по Мейфэру, и через какие-то четверть часа Франческа уже поднималась по ступеням парадного крыльца Килмартин-Хауса на Сент-Джеймс-сквер. Как обычно, лакей распахнул перед ней дверь еще прежде, чем она успела коснуться дверного молотка, и она поспешила войти в дом.
– Килмартин дома? - спросила она, думая между тем, что вот в первый раз она называет Майкла так. Ей это показалось странно, но было и приятно, что имя это словно само собой сорвалось с ее губ. Давно бы всем пора привыкнуть к переменам. Теперь он был графом и никогда уже не будет для нее просто мистером Стерлингом.
– Кажется, да, - ответил лакей. - Его сиятельство вернулся домой вскоре после полудня и, насколько мне известно, больше не выходил.
Франческа нахмурилась, кивком отпустила лакея и стала быстро подниматься по лестнице. Если Майкл и в самом деле дома, он должен быть наверху; если бы он спустился в контору, лакей в прихожей не мог не заметить этого.
Она добралась до второго этажа и пошла по коридору к графской спальне. Шаги ее обутых в ботики ног заглушал мягкий ковер.
– Майкл? - позвала она негромко, подходя к двери его комнаты. - Майкл!
Никто не откликнулся. Она приблизилась к двери вплотную и тут только заметила, что дверь притворена неплотно.
– Майкл? - позвала она снова, чуть-чуть громче. Нельзя же было кричать на весь дом! Кроме того, если он спит, то вряд ли стоит будить его. Возможно, он еще не отдохнул как следует от своего долгого путешествия, но, когда Виолетта пригласила его на ужин, не стал говорить об этом из гордости.
Не дождавшись никакого ответа, она немножечко приоткрыла дверь.
– Майкл?
– Фрэнни?
Это был определенно его голос, но никогда она не слышала, чтобы он так говорил.
– Майкл!
Она бросилась в комнату и увидела его - он лежал, скорчившись, в постели, и вид у него был такой больной! Никогда в жизни она не видела, чтобы человеку было так худо. Джон ведь совсем не болел. Джон просто однажды вечером прилег отдохнуть и больше не проснулся.
– Майкл! - вырвалось у нее. - Что с тобой такое?
– Да ничего особенного, - прохрипел он. - Простудился, надо думать.
Франческа посмотрела на него с сомнением. Черные волосы прилипли ко лбу, лицо, все в красных пятнах, пылало, и такой жар шел от самой его постели, что у Франчески даже дыхание перехватило.
Не говоря уже о том, что в комнате стоял тяжелый запах болезни. Запах пота, чуть отдававший гнилостным, - ужасный запах, который, имей запахи цвет, непременно оказался бы рвотно-зеленоватого оттенка. Франческа протянула руку и коснулась его лба - и тут же руку отдернула, таким горячим оказался лоб.
– Это никакая не простуда, - резко сказала она. Губы его растянулись в кошмарном подобии улыбки.
– А если очень-очень сильная простуда?
– Майкл Стюарт Стерлинг!
– Господи, ты точь-в-точь как моя мать!
Нельзя сказать, чтобы чувства, которые она испытывала сейчас, были такими уж материнскими, да и как это могло быть после происшествия в парке! Так что вид его, такого сейчас слабого и некрасивого, подействовал на нее успокоительно: это притупило остроту чувства, терзавшего ее сегодня почти весь день, - чем бы там оно ни было, это чувство.
– Майкл, что с тобой?
Он передернул плечами и зарылся поглубже в одеяла, трясясь всем телом.
– Майкл! - Она схватила его за плечо. И не сказать, чтобы очень нежно. - Не смей мне морочить голову своими фокусами! Я ведь тебя знаю. Ты всегда делаешь вид, что все тебе нипочем, все как с гуся вода…
– А что? С гуся вода действительно скатывается, - прошептал он. - Закон природы.
– Майкл! - Она ударила бы его, если бы он не был так болен. - Не смей преуменьшать опасность! Говори сию же секунду, что с тобой такое!
– Завтра мне станет лучше, - сказал он.
– Ну конечно! - воскликнула Франческа, вложив в свои слова весь имевшийся в запасе сарказм.
– Правда станет лучше, - сказал он, беспокойно ворочаясь в постели и постанывая при каждом движении. - Завтра я буду в полном порядке.
То, как он сформулировал свою фразу, заставило Франческу насторожиться.
– А послезавтра? - спросила она и прищурилась. Откуда-то из-под одеял раздался резкий смешок.
– А послезавтра я, само собой, снова буду лежать пластом!
– Майкл! - проговорила она едва слышным от страха голосом. - Что с тобой такое?
– Неужели еще не догадалась? - Он снова высунул голову из-под простыни, и вид у него был такой больной, что она чуть не заплакала. - У меня малярия.
– О Боже! - ахнула Франческа и невольно попятилась. - О Боже мой!
– Первый раз слышу, как ты упоминаешь имя Господа нашего всуе, - заметил он. - Надо полагать, я должен чувствовать себя польщенным.
И как он может быть сейчас таким легкомысленным?!
– Майкл, я… - Она протянула руку, потом руку отдернула, так как растерялась и не знала, что делать.
– Не беспокойся, - сказал он, сворачиваясь снова в клубок и сотрясаясь от очередного приступа. - Ты не можешь от меня заразиться.
– Не могу от тебя заразиться? - Франческа даже заморгала в растерянности. - Ну конечно, не могу.
Даже если б и могла заразиться, это бы ее не остановило, и она стала бы ходить за ним. Ведь он был Майкл. Он был… не так-то легко четко определить, кем именно он был для нее, но между ними существовала нерушимая связь, между ними двумя, и, похоже, четырехлетняя разлука нисколько не ослабила ее.
– Все дело в воздухе, - пояснил он устало. - Заразиться малярией можно, только если дышишь гнилым воздухом. Потому-то она так и называется: «малярия» - «дурной воздух». Если бы ее можно было подцепить иным способом, мы, малярийные, давно бы уже перезаражали всю Англию.
Она кивнула в знак того, что поняла.
– Но ты… но ты не… - Она не в силах была выговорить роковое слово.
– Нет, - ответил он. - По крайней мере доктора говорят, что не умру.
Она почувствовала такое облегчение, что так вся и обмякла и даже вынуждена была присесть. Она не могла себе представить мир без Майкла. Даже когда он был так далеко от Англии, она все-таки знала, что он есть, где-то там существует, пребывает на той же планете, что и она, топчет ту же матушку землю. Даже в первые месяцы после смерти Джона, когда она так сердилась на него за то, что он покинул ее, сердилась едва не до слез, ее очень поддерживала мысль о том, что он жив и здоров и немедленно примчится к ней, стоит ей только Попросить.
Он рядом. Он жив. Теперь, когда не стало Джона… Потерять их обоих - разве в силах она будет вынести это?
Его снова затрясло, очень сильно.
– Не надо ли тебе принять какое-нибудь лекарство? - встрепенулась она. - У тебя вообще-то есть лекарства?
– Я уже принял, - стуча зубами, ответил он.
Но она чувствовала потребность делать хоть что-то. Она не настолько была склонна к самобичеванию, чтобы мучить себя мыслями о том, что она могла бы сделать, дабы предотвратить смерть Джона - даже в самые черные дни своей печали она не предалась этому занятию, - но ей было очень неприятно, что все произошло в ее отсутствие. Это был, собственно говоря, единственный важный поступок, который Джон совершил без нее. И даже если Майкл был просто болен, а не умирал, она не собиралась позволить ему страдать в одиночестве.
– Давай-ка я принесу тебе еще одно одеяло, - сказала она. И, не дожидаясь ответа, поспешила в смежную комнату, то есть свою собственную спальню, и сорвала с постели одеяло. Одеяло было ярко-розового цвета и скорее всего оскорбит его мужской вкус, когда он придет в себя настолько, чтобы снова обнаруживать вкусовые предпочтения. Но с этой проблемой, решила Франческа, пусть он сам разбирается.
Когда она вернулась, Майкл лежал в постели так тихо, что она даже решила, что он заснул, но он шевельнулся и сказал: «Спасибо», - когда она начала подтыкать одеяло.
– Что еще я могу сделать? - спросила она, придвигая деревянный стул к его постели и усаживаясь.
– Ничего.
– Но должно же быть что-то, - не отступала она. - Не может быть, чтобы надо было просто ждать, пока само пройдет!
– Надо просто ждать, - ответил он слабым голосом, - пока само пройдет.
– Не могу поверить, что это правда. Он приоткрыл один глаз.
– Уж не собираешься ли ты поспорить со всей медицинской наукой?
Она скрипнула зубами и сгорбилась на своем стуле.
– Ты уверен, что тебе не следует принять еще лекарство? Он покачал головой и тут же застонал, так тяжело далось ему это движение.
– Пока не надо.
– А где лекарство? - спросила она. Если единственное, что было в ее силах, - это обнаружить местоположение лекарства и быть готовой подать его, то, Бог свидетель, она будет делать хотя бы это.
Он чуть повернул голову влево. Франческа посмотрела туда и увидела маленький столик, на котором поверх сложенной газеты стояла медицинского вида склянка. Она сразу же встала, подошла к столику, взяла склянку и, читая ярлык на ходу, вернулась к своему стулу.
– Хинин, - пробормотала она. - Я слышала про хинин.
– Чудодейственное средство, - отозвался Майкл. - Так по крайней мере говорят.
Франческа с сомнением взглянула на склянку.
– Посмотри на меня, - сказал он со слабой кривоватой ухмылкой. - Я - живое доказательство.
Она снова повертела склянку, пригляделась к порошку, который пересыпался внутри.
– Я по-прежнему в сомнениях.
Одно плечо его шевельнулось в попытке изобразить жизнерадостный жест.
– Я же до сих пор не умер.
– Не смешно.
– Нет, только это как раз и смешно, - поправил он ее. - Следует смеяться, пока можно. Ты только подумай, если я умру, титул перейдет к этим - как там Джанет всегда говорит? - к этой…
– …ужасной дебнемской ветви семейства, - докончили они вместе, и Франческа - кто бы мог подумать! - улыбнулась.
Вот всегда он умел заставить ее улыбнуться. Она потянулась и взяла его за руку.
– Мы с тобой прорвемся, - сказала она. Он кивнул и закрыл глаза.
И когда она уже решила было, что он уснул, он прошептал:
– Хорошо, что ты здесь.
Утром Майкл проснулся, пожалуй, даже отдохнувшим, и если чувствовал он себя нехорошо, то все же значительно лучше, чем прошлой ночью. Франческа, как он с ужасом понял, провела всю ночь у его постели. Она и сейчас сидела на том самом деревянном стуле, свесив голову, как пьяная. Поза ее была очевидно неудобной: и примостилась-то она на сиденье как-то криво, и шея ее была согнута под каким-то странным углом, и туловище скрючено как-то нелепо.
Но она спала. Даже слегка похрапывала, что страшно его умилило. Никогда он не представлял себе ее храпящей, а ведь он, увы, рисовал ее в своем воображении спящей много-много раз.
Конечно, глупо было надеяться, что он сможет скрыть от нее свою болезнь, думал он, она была слишком проницательна, да и любопытна тоже. И хотя он предпочел бы, чтобы она не волновалась из-за него, но, честно говоря, вчера ночью ее присутствие и успокоило, и утешило его. Он не должен был радоваться ее приходу, вернее, не должен был позволять себе радоваться, но вот радовался, и все тут.
Он услышал, что она шевельнулась, и перекатился на бок, чтобы лучше видеть ее. Он ведь никогда еще не видел, как она просыпается, вдруг с удивлением понял он. Хотя чему тут удивляться? Естественно, что он никогда не присутствовал при таких интимных моментах. Может, он удивился потому, что во всех его грезах, во всех фантазиях о ней ему никогда не рисовалось ничего подобного - ни этот тихий хрип где-то глубоко в горле, когда она заворочалась, ни похожий на вздох зевок, ни нежный трепет готовых приоткрыться век.
Она была прекрасна.
Он знал это, разумеется, знал вот уже долгие годы, но никогда прежде он не ощущал это так полно, так глубоко.
Красота была не в ее волосах, не в этой густой, роскошной каштановой волне, которую ему так редко доводилось видеть рассыпавшейся по ее плечам, И даже не в ее глазах, при виде сияющей синевы которых всякий мужчина испытывал желание начать писать стихи - и многие писали, что весьма, как помнилось Майклу, забавляло Джона. И дело было не в очерке ее лица и не в чертах его - иначе он был бы одержим красотою всех девиц семейства Бриджертон, таких похожих друг на друга, по крайней мере внешне.
А вот что-то было в том, как она двигалась.
В том, как дышала.
В том, как она просто была.
И вряд ли, думал он, когда-нибудь он устанет изумляться этому.
– Майкл, - пролепетала она и принялась тереть сонные глаза.
– Доброе утро, - отозвался он, надеясь, что хрипловатость его голоса она спишет на болезненное изнеможение.
– Ты выглядишь получше.
– Я чувствую себя получше.
Она сглотнула, потом, чуть помолчав, сказала:
– Ты привык. Тебе это все не в новинку. Он кивнул.
– Было бы преувеличением сказать, что я вовсе не обращаю внимания на свою болезнь, но да, я привык к ней. Я знаю, что следует делать.
– Как долго это будет продолжаться?
– Трудно сказать. Лихорадка будет трепать меня через день, а потом просто… прекратится, и все.
– А что потом? Он пожал плечами:
– Потом я буду ждать нового приступа и надеяться, что он так никогда и не начнется.
– А такое может произойти? - Она выпрямилась на своем стуле. - Что болезнь просто никогда не вернется?
– Да, такая уж она странная и переменчивая. Франческа прищурилась:
– Только, пожалуйста, не говори, что она «совсем как женщина».
– Мне и в голову не приходило подобное сравнение. Губы ее чуть сжались, затем расслабились, и она спросила:
– А сколько прошло времени с тех пор, как ты в последний раз… - Она растерянно заморгала. - Как ты их называешь?
Он передернул плечами.
– Я называю их приступами. Потому что ощущение как раз такое, словно болезнь пытается взять тебя приступом. А с последнего прошло шесть месяцев.
– Так это хорошо! - Она прикусила зубками нижнюю губу. - Ведь это хорошо?
– Учитывая, что перед тем промежуток был всего три месяца, думаю, что да, хорошо.
– А как давно это у тебя?
– Это третий приступ. В целом это неплохо по сравнению с теми случаями, которые мне доводилось видеть.
– Предполагается, что я должна найти утешение в этом?
– Я - нахожу, - без обиняков заявил он. - Являясь, так сказать, образцовым христианином.
Она вдруг протянула руку и коснулась его лба.
– А жар стал меньше, - заметила она.
– Да, так и должно быть. Это на редкость предсказуемая болезнь. По крайней мере когда она в разгаре. Жаль, что невозможно предугадать ее начало.
– Неужели через день тебя снова будет трепать лихорадка? Вот просто вдруг возьмет и начнется?
– Да. Просто возьмет и начнется, - подтвердил он. Несколько мгновений она обдумывала это, затем сказала:
– Ты, конечно, не сможешь скрыть это от семьи. Он даже попытался сесть.
– Ради Бога, Франческа, только не говори моей матери и…
– Они приедут со дня на день. - Она не дала ему договорить. - Когда я уезжала из Шотландии, они определенно говорили, что выедут не позже чем через неделю после меня, а зная Джанет, можно смело утверждать, что через три дня. Неужели ты и в самом деле полагаешь, что они не заметят, что ты через день прекраснейшим образом…
– Ну уж и прекраснейшим! - вставил он ядовито.
– Не важно! - отмахнулась она. - Так неужели ты думаешь, что они не заметят, что ты чуть не помираешь через день? Майкл, Бог с тобой! Ну нельзя же в самом деле считать их совершенно лишенными разума.
– Хорошо, - сдался он и откинулся на подушки. - Но больше ни одной душе! Я совершенно не хочу, чтобы весь Лондон пялился на меня как на урода.
– Ну, вряд ли до тебя здесь не появлялось ни одного больного малярией.
– Не нужно мне ни от кого жалости, - огрызнулся он. - Особенно от тебя.
Она отшатнулась, словно он ударил ее, и, конечно же, он сразу почувствовал себя полным идиотом.
– Прости меня, - сказал он. - Это так, вырвалось. Она сердито обожгла его взглядом.
– Мне не нужно твоей жалости, - сказал он покаянно, - но твои заботы и твоя доброжелательность будут как нельзя кстати.
Она избегала смотреть на него, но он знал, что сейчас она решает, поверить ему или нет.
– Я говорю искренне, - сказал он, и у него не было сил даже попытаться скрыть изнеможение, звучавшее в его голосе. - Я рад, что ты рядом. Я ведь проходил через это раньше.
Она бросила на него острый взгляд, словно желая задать какой-то вопрос, но вот какой вопрос, этого он и вообразить не мог.
– Я ведь проходил через такое и раньше, - повторил он, - и в этот раз было… по-другому. Лучше. Легче, - поправился он и даже вздохнул облегченно, отыскав подходящее слово. - Легче.
– А, - отозвалась она и заерзала на своем стуле. - Ну… рада это слышать.
Взгляд его скользнул к окнам. Окна были занавешены тяжелыми шторами, но по краям их просачивался солнечный свет.
– А твоя мать не беспокоится о тебе?
– Ах, Боже мой! - воскликнула Франческа и вскочила со стула, да так поспешно, что ударила руку о прикроватный столик. - Ой-ой-ой!
– Ты не ушиблась? - осведомился Майкл из вежливости, так как было ясно, что ударилась она несильно.
– Ах, Боже мой! - Она потрясла рукой, чтобы скорее прошла боль от ушиба. - Я совершенно забыла про маму. Она же ждала, что я вернусь домой вечером.
– Разве ты не послала ей записку?
– Послала, - сказала она. - Написала, что ты болен. Мама прислала ответ, в котором сообщала, что заедет утром помочь, чем сможет. Который сейчас час? Где у тебя здесь часы? Ах, ну конечно! - И она в смятении повернулась к камину, на полке которого действительно стояли часы.
Ведь эта спальня раньше была спальней Джона и по-прежнему оставалась спальней Джона в некотором смысле. Так как же ей было не знать, где здесь стоят часы?
– Всего лишь восемь, - сказала она со вздохом облегчения. - Мама никогда не встает раньше девяти, если только не случится чего-нибудь из ряда вон выходящего, а сегодняшнее происшествие, будем надеяться, она таковым не сочтет. Я старалась, чтобы записка моя звучала не слишком тревожно.
Зная Франческу, можно было быть уверенным, что записка была составлена со всем хладнокровием и всею невозмутимостью, которыми она славилась. Майкл улыбнулся. Не исключено, что она солгала, будто наняла сиделку.
– Нет никаких оснований для паники, - сказал он. Она взволнованно посмотрела на него:
– Ты же говорил, что не хочешь, чтобы знали, что у тебя малярия!
Он даже рот приоткрыл от изумления. Ему и в голову не приходило, что она настолько серьезно отнесется к его пожеланиям.
– Неужели ты бы стала скрывать мою болезнь от собственной матери? - спросил он негромко.
– Ну конечно. Это ты должен решить, говорить ей или нет. - Это было так трогательно, даже, пожалуй, проглядывала в этом какая-то нежность… - Хотя, по-моему, ты ведешь себя очень глупо, - прибавила она.
Да, «нежность», кажется, не совсем то слово.
– Но я с уважением отнесусь к твоим пожеланиям. - Она подбоченилась, и, окинув его взглядом, в котором ясно читалась досада, прибавила: - Как ты мог даже подумать, что я способна поступить по-другому?
– Я и понятия не имел… - залепетал он.
– Право, Майкл, - ворчливо сказала она. - Не понимаю, что это с тобой такое.
– Может, это болотный воздух так на меня повлиял? Она одарила его таким взглядом, вернее, даже Взглядом с большой буквы.
– Я сейчас еду к матери, - сказала она, натягивая свои невысокие серые ботики, - потому что если не сделать этого, мама обязательно объявится здесь сама, да еще притащит с собой все Королевское медицинское общество.
Он поднял бровь:
– Что, она всякий раз так поступала, когда заболевал кто-то из вас?
Франческа издала звук, который был отчасти фырканьем, отчасти хмыканьем и выражал раздражение.
– Я скоро вернусь. Не вздумай выходить из дома.
Он только воздел руки и саркастически скосил глаза на свой одр болезни.
– Ну, с тебя станется, - пробормотала Франческа.
– Я страшно тронут, что ты так веришь в мои сверхчеловеческие способности.
Она приостановилась в самых дверях.
– Майкл, ты самый несносный из всех смертельно больных пациентов, каких мне только доводилось встречать на своем веку.
– Для меня главное - тебя удивить! - крикнул он ей вслед. И хотя ее серые ботики уже топали по ковру коридора, он был совершенно уверен, что, окажись у Франчески сейчас какой-нибудь тяжелый предмет под рукой, она обязательно запустила бы им в дверь. И с большой силой.
Он откинулся на подушки и улыбнулся. Может, он и был несносным пациентом, но и она была сиделкой не из легких. Что его устраивало как нельзя лучше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100