Читать онлайн Где властвует любовь, автора - Куин Джулия, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Где властвует любовь - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.81 (Голосов: 96)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Где властвует любовь - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Где властвует любовь - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Где властвует любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Только проснувшись на следующее утро, Колин осознал, что так и не извинился перед Пенелопой. Строго говоря, в этом уже не было необходимости. Хотя они практически не разговаривали на балу у Маклсфилдов, между ними, казалось, возникло молчаливое взаимопонимание. И все же Колин знал, что будет чувствовать себя не в своей тарелке, пока не произнесет слова извинения.
Этого требуют приличия.
Он же джентльмен, в конце концов.
И потом, это неплохой повод навестить сегодня Пенелопу.
Позавтракав с семьей на Брутон-стрит, Колин забрался и свою карету, собираясь по пути домой заехать к Федерингтонам на Маунт-стрит, благо их дом находился недалеко от особняка его матери.
Откинувшись на подушки, он рассеянно смотрел в окошко кареты. Это был один из тех редких дней, когда все радует глаз. Ярко светило солнце, Колин только что отлично позавтракал и ощущал прилив бодрости…
Воистину жизнь прекрасна.
И скоро он увидит Пенелопу.
Почему эта мысль доставляет ему такое удовольствие, Колин предпочитал не задумываться. Он просто наслаждался погожим деньком, солнцем, воздухом и даже видом аккуратных домов на Маунт-стрит, мимо которых проезжал. В них не было ничего особенного, но в такое великолепное утро даже узкие, прижатые друг к другу здания из серого камня выглядели необычайно мило.
Колин остановил экипаж и уже собрался подняться с сиденья, когда его внимание привлекло какое-то движение.
Пенелопа!
Она стояла на углу Маунт-стрит – достаточно далеко от собственного дома – и собиралась сесть в наемную карету.
Интересно.
Колин нахмурился, мысленно хлопнув себя по лбу. О чем он только думает? Это было бы интересно, будь она, скажем, мужчиной. Или если бы экипаж, в который она только что забралась, был каретой Федерингтонов, а не какой-то облезлой колымагой.
Но это Пенелопа, которая определенно не является мужчиной, и тем не менее она села в наемный экипаж, направляясь, по всей вероятности, в совершенно неподходящее место, ибо в противном случае она поехала бы в карете Федерингтонов. Либо в сопровождении сестры, горничной, да кого угодно, но только, дьявол побери, не сама по себе.
Нет, это совсем неинтересно. Это идиотизм!
– Дурочка, – пробормотал Колин, выпрыгнув из своей кареты с намерением ринуться к наемному экипажу, распахнуть дверцу и вытащить ее наружу. Но как только его ноги ступили на мостовую, его поразило все то же безумие, которое вставляло его бродить по свету.
Любопытство.
Колин выругался себе под нос, проклиная собственную глупость. Все это так не похоже на Пенелопу… Зачем ей понадобилось удирать из дома? Он просто обязан выяснить, куда она направляется.
В результате, вместо того чтобы вбить немного здравого смысла в ее голову, Колин велел своему кучеру следовать за наемным экипажем, и они покатили на север по направлению к оживленной Оксфорд-стрит, где Пенелопа, решил Колин, наверняка займется покупками. Мало ли почему она не воспользовалась каретой Федерингтонов. Возможно, та сломалась или захромала лошадь. А может, Пенелопа решила купить кому-нибудь из домочадцев подарок и хочет, чтобы это был сюрприз.
Хотя нет. Пенелопа никогда бы не отправилась за покупками одна. Она взяла бы с собой горничную либо кого-нибудь из своих сестер. Или его сестер. Прогуливаться в одиночестве по Оксфорд-стрит значило бы напрашиваться на сплетни. Леди Уистлдаун не преминула бы высказаться по этому поводу и очередной заметке.
Колин вздохнул. Трудно представить себе жизнь без «Светских новостей». Он даже не понимал, насколько привык просматривать газету за завтраком, когда бывал в Лондоне.
Кстати, к вопросу о леди Уистлдаун… Теперь он более чем когда-либо уверен, что это Элоиза. В сущности, он отправился завтракать на Брутон-стрит с твердым намерением расспросить свою сестрицу, но ему сообщили, что она все еще чувствует себя слишком плохо, чтобы завтракать с семьей.
От внимания Колина, однако, не ускользнул увесистый поднос с едой, который отнесли наверх, в комнату Элоизы. Чем бы ни болела его сестра, это не отражалось на ее аппетите.
Колин не стал говорить о своих подозрениях за завтраком. Зачем? Он не видел причин огорчать свою мать, которая наверняка придет в ужас от подобной идеи. И все же трудно поварить, что Элоиза, чья страсть ко всяческим тайнам могла соперничать только с ее восторгом от их раскрытия, упустила возможность посплетничать о заявлении Крессиды Тумбли, сделанном накануне.
Если только она не леди Уистлдаун. И как таковая сидит в своей комнате, обдумывая следующий шаг.
Все сходится. Это было бы печально, если бы Колин не испытывал некую смесь торжества и возбуждения, выведя ее на чистую воду.
Проехав немного, Колин высунул голову наружу, чтобы убедиться, что его кучер не потерял Пенелопу из виду. Большинство наемных экипажей выглядело одинаково, и ему оставалось только надеяться, что он следует за тем из них, который наняла Пенелопа. Приглядевшись, он вдруг понял, что они проехали гораздо больше, чем ему казалось. Собственно, в данный момент они проезжали Сохо, приближаясь к Тоттнем-Корт-роуд, что означало…
Боже милостивый, неужели Пенелопа направляется к нему домой? Отсюда до Бедфорд-сквер рукой подать.
Колин ощутил восторженный трепет, ибо не мог вообразить, зачем еще она явилась в эту часть города, как не для того, чтобы повидаться с ним. Что еще может делать женщина, подобная Пенелопе, в Блумсбери? Вряд ли ее мать позволила бы ей общаться с людьми, зарабатывающими себе на жизнь. А соседи Колина, хоть и вполне респектабельные, не принадлежали к аристократии или даже к дворянству. Все они каждый день отправлялись на работу, чтобы заняться медицинской или адвокатской практикой…
Колин нахмурился, заметив, что они миновали Тоттнем-Корт-роуд. Куда, к дьяволу, ее понесло? Может, кучер плохо знает город и решил воспользоваться Блумсбери-стрит, чтобы попасть на Бедфорд-сквер, хотя это совсем не в той стороне…
Он услышал очень странный звук и понял, что это скрежет его собственных зубов. Они благополучно миновали Блумсбери-стрит и теперь направлялись в Хай-Холборн.
Вот дьявол, они уже почти добрались до Сити. Что, ради всего святого, могло понадобиться Пенелопе в Сити? Это не место для женщины. Проклятие, он и сам здесь практически не бывает. Мир высшего света лежит к западу отсюда, в Мейфэре, с его роскошными особняками. А не здесь, в Сити, среди извилистых средневековых улочек, в опасной близости от обитателей Ист-Энда.
Удивление Колина возрастало все больше по мере того, как они продвигались все дальше и дальше, пока он не сообразил, что они свернули на Шу-лейн. Колин высунулся в окно. Он был здесь однажды в возрасте девяти лет, когда учитель потащил его с Бенедиктом на экскурсию, чтобы показать место, где начался Великий лондонский пожар в 1666 году. Колин помнил смутное разочарование, которое он ощутил, узнав, что виновником оказался булочник, не загасивший угли. Пожар подобного масштаба должен был начаться с поджога или чего-нибудь не менее интригующего.
Впрочем, тот пожар не шел ни в какое сравнение с чувствами, клокотавшими в его груди. Пенелопе придется придумать дьявольски вескую причину для посещения этого места без сопровождающих! Собственно, ей вообще не следует разгуливать по городу в одиночестве, не говоря уже о Сити.
И тут, когда Колин окончательно убедился, что она собирается ехать без остановки до самого Дувра, экипажи пересекли Флит-стрит и остановились. Колин замер, наблюдая за Пенелопой, хотя каждая клеточка его тела буквально требовала, чтобы он выскочил из кареты и связал ее по рукам и ногам прямо здесь, не сходя с места.
Назовите это интуицией или безумием, но Колин точно знал, что если он обнаружит перед ней свое присутствие сей час, он никогда не узнает истинную причину, которая привела Пенелопу сюда, на Флит-стрит.
Когда она удалилась достаточно далеко, чтобы он мог вы браться из кареты незамеченным, Колин спрыгнул на землю и последовал за ней по направлению к церкви, напоминавшей ему свадебный торт.
– Дьявол, – пробормотал он, ничуть не смущенный близостью святого места, – неужели она не могла выбрать другое время, чтобы помолиться?
Пенелопа исчезла в церкви, и он быстро зашагал следом, помедлив только у церковного порога. Как бы не спугнуть се раньше времени! Вначале он должен выяснить, что именно она здесь делает. Несмотря на ироничную реплику, брошенную им ранее, Колин ни секунды не верил, что у Пенелопы вдруг по явилась потребность посещать церковь посреди недели.
Он осторожно проскользнул внутрь, стараясь ступать как можно тише. Пенелопа шла по центральному проходу, посту кивая рукой по спинкам скамей, словно…
Считала ряды?
Колин нахмурился, не отводя от нее взгляда. Добравшись до нужной скамьи, Пенелопа проследовала до середины ряда и села. Некоторое время она не шевелилась, затем извлекла из своей сумочки конверт. Голова ее повернулась влево, затем вправо, и Колин живо представил себе ее лицо с карими глазами, стрельнувшими в обе стороны, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Колин, притаившийся в полумраке у задней стены, был недосягаем для ее взгляда. Она явно старалась вести себя как можно тише и незаметнее и не решилась обернуться, чтобы посмотреть, нет ли кого сзади.
Позади скамей имелись небольшие карманы, предназначенные для библий и молитвенников, и Колин имел возможность пронаблюдать, как Пенелопа украдкой сунула свой конверт в один из них. Затем встала и двинулась к центральному проходу.
И тут Колин сделал свой ход.
Выступив из тени, он целеустремленно зашагал ей навстречу, испытывая мрачное удовлетворение от выражения ужаса, появившегося на лице Пенелопы при виде его.
– Кол… Кол… – выдохнула она.
– Колин, – подсказал он, схватив ее за локоть. Его хватка была достаточно свободной, чтобы Пенелопа не испытывала неудобств, но вместе с тем твердой, чтобы исключить всякую мысль о побеге.
У Пенелопы хватило ума даже не пытаться вырваться. Но, как умная девушка, она попробовала изобразить невинность.
– Колин! – наконец выдавила она. – Какая… какая…
– Неожиданность?
Она судорожно сглотнула.
– Да.
– Могу себе представить.
Ее взгляд метнулся к двери, к нефу– куда угодно, только не в сторону скамьи, где она спрятала конверт.
– Я ни разу не видела тебя здесь раньше.
– Я никогда здесь не был.
Губы Пенелопы шевельнулись несколько раз, прежде чем она снова заговорила:
– Вообще-то ты оказался здесь очень кстати, потому что… э-э… Тебе известна история прихода церкви Святой Бригитты?
Колин приподнял бровь.
– Полагаю, так называется это место?
Пенелопа явно попыталась улыбнуться, но это больше походило на идиотскую гримасу с растянутыми губами. В обычной ситуации это позабавило бы Колина, но он слишком злился на нее за наплевательское отношение к собственной безопасности.
Но более всего его бесило, что она что-то скрывает.
Конечно, у всех есть свои секреты. И нельзя винить человека в том, что он пытается их сохранить. Но вопреки всякой логике Колину была невыносима мысль, что у Пенелопы есть какая-то тайная жизнь. В его представлении она всегда была открытой книгой.
И вот оказывается, что он ее не знал.
– Да, – наконец ответила она забавно высоким голосом. – Это одна из церквей, построенных Реном
type="note" l:href="#n_3">[3]
после лондонского пожара. Они разбросаны по всему Сити, но это моя любимая. Мне очень нравится колокольня. Тебе не кажется, что она напоминает свадебный торт?
Пенелопа так и сыпала словами – верный признак того, что человек что-то скрывает. Это было очевидно с самого начала, но несвойственная ей болтливость наводила на мысль, что она скрывает нечто весьма серьезное.
Колин выдержал долгую паузу только для того, чтобы помучить Пенелопу.
– И поэтому ты считаешь, – поинтересовался он вместо ответа, – что я оказался здесь очень кстати?
Она растерянно молчала.
– Из-за свадебного торта? – подсказал он.
– О! – Пенелопа залилась виноватым румянцем. – Нет! Вовсе нет! Просто… Я хотела сказать, что это церковь для писателей. И издателей. Хотя насчет издателей я не уверена.
Она явно пыталась выкрутиться. Колин видел это по ее глазам, по лицу, потому, как она нервно теребила пальцы. Она так старалась, что он не стал перебивать ее и ограничился скептическим взглядом.
– Зато насчет писателей это точно, – закончила Пенелопа. И затем ликующим тоном добавила: – То есть для тебя. Ты же писатель!
– Ты хочешь сказать, что это моя церковь?
– Э-э… – Она отвела взгляд. – Да.
– Отлично.
Пенелопа удивленно уставилась на него.
– Правда?
– О да, – вкрадчиво произнес он.
Взгляд Пенелопы метнулся к скамье, где она спрятала конверт. До сих пор она отлично держалась, отвлекая его внимание от свидетельства ее преступления. Колин даже испытал нечто вроде гордости, наблюдая за ней.
– Моя церковь, – повторил он. – Замечательная идея.
Глаза Пенелопы испуганно округлились.
– Боюсь, я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.
Колин постучал пальцем по подбородку, изобразив задумчивость.
– Кажется, у меня возникло желание помолиться.
– Помолиться? – слабо переспросила она.
– Ты против?
– Нет… но…
– Что? – осведомился Колин, начиная получать от происходящего какое-то извращенное удовольствие. Он никогда не был злобным, мрачным типом. Видимо, потому, что не знал, как много теряет. Было довольно приятно наблюдать, как она ежится под его взглядом. – Пенелопа? – окликнул он. – Ты хотела что-то сказать?
Она нервно сглотнула.
– Нет.
– Прекрасно. – Колин вкрадчиво улыбнулся. – В таком случае мне потребуется несколько мгновений.
– Зачем?
Он шагнул вправо, пытаясь обойти ее.
– Хочу воспользоваться моментом.
Она шагнула влево, загораживая ему путь.
– В каком смысле?
Колин склонил голову набок в притворном недоумении.
– Я в церкви и хотел бы помолиться. Вполне понятное желание.
Пенелопа потерянно улыбнулась, но ее челюсти так напряглись, что Колин готов был поспорить, что ее зубы сотрутся в порошок, если она продолжит в том же духе еще несколько минут.
– Я не подозревала, что ты такой набожный, – сказала она.
– Я вовсе не набожный. – Он дождался, пока до нее дойдет смысл его слов, и добавил: – Я хочу помолиться за тебя.
– За меня? – изумилась Пенелопа. – Почему?
– Потому, – провозгласил Колин, невольно повысив голос, – что к тому времени, когда я закончу, только молитва сможет спасти тебя!
С этими словами он отодвинул ее в сторону и решительно направился к скамье, где она спрятала конверт.
– Колин! – крикнула Пенелопа, ринувшись за ним. – Постой!
Колин извлек конверт, вложенный в молитвенник, но даже не взглянул на него.
– Может, объяснишь, что это такое? – требовательно произнес он. – Пока я не посмотрел сам?
– Нет. – Голос Пенелопы дрогнул. Выражение ее глаз разрывало ему сердце.
– Пожалуйста, – взмолилась она. – Пожалуйста, отдай его мне. – А затем, не дождавшись от Колина ничего, кроме сердитого взгляда, прошептала: – Это секрет.
– Секрет, стоящий твоего благополучия? – грозно осведомился он. – Твоей жизни?
– О чем ты говоришь?
– Ты хоть представляешь, насколько опасно женщине разгуливать здесь одной?
Вместо ответа Пенелопа протянула руку к конверту.
– Колин, пожалуйста.
Внезапно Колина охватила такая безумная ярость, что он не узнал самого себя. Он никогда не думал, что способен на подобные эмоции.
Но самое невероятное, что в такое состояние его привела Пенелопа. Что такого она сделала? Проехалась по Лондону без сопровождения? Возмутительное безрассудство! Но его раздражение по этому поводу не шло ни в какое сравнение с гневом, который он ощутил, когда узнал, что у нее есть секреты.
Его поведение совершенно неоправданно. Он не вправе ожидать, что Пенелопа станет делиться с ним своими секретами. Они не имеют обязательств друг перед другом, их ничто не связывает, кроме приятельских отношений и одного, хоть и весьма волнующего, поцелуя. Определенно, он не стал бы показывать ей свои путевые заметки, если бы она не наткнулась на них сама.
– Колин, – прошептала Пенелопа. – Пожалуйста… не делай этого.
Она читала его личный дневник. Почему он не должен читать ее письмо? Может, у нее есть любовник? И вся эта чушь относительно того, что ее никогда не целовали, – действительно чушь?
Боже правый, неужели этот огонь, сжигающий его внутренности… ревность?
– Колин, – снова сказала Пенелопа и накрыла ладонью его руку, пытаясь остановить его. Не силой, разумеется, она никогда бы не справилась с ним, а самим жестом.
Но Колин не мог остановиться. Он чувствовал, что скорее умрет, чем отдаст ей это письмо нераспечатанным.
Он надорвал конверт и вытащил свернутый листок.
Пенелопа издала приглушенный возглас и выбежала из церкви.
Колин пробежал глазами текст.
И рухнул на скамью, бледный и потрясенный.
– О Боже! – прошептал он. – Боже.


К тому времени, когда Пенелопа добралась до наружных ступеней церкви Святой Бригитты, она была в истерике. Во всяком случае, в состоянии, очень близком к истерике. Горло ее горело, дыхание прерывалось, глаза обжигали слезы, а сердце…
Сердце, казалось, готово было выскочить из груди, если такое вообще возможно.
Как он мог так поступить? Едва ли он оказался здесь случайно. Наверняка следил за ней. Но зачем? Чего он надеялся этим добиться? С какой стати…
Пенелопа вдруг выпрямилась и лихорадочно огляделась.
– О Господи! – громко простонала она, не заботясь, что ее могут услышать. Наемный экипаж исчез, хотя она велела кучеру подождать, предупредив, что вернется через минуту.
И виноват в этом не кто иной, как Колин. Если бы он не задержал её, экипаж бы не уехал и она не застряла бы на крыльце церкви Святой Бригитты посередине лондонского Сити – так далеко от ее дома в Мейфэре, что с таким же успехом она могла бы находиться во Франции. Прохожие глазели на нее, и в любую минуту она могла подвергнуться нападению. Чего еще ожидать благородной девице, оказавшейся одной в Сити, не говоря уж о том, что она явно пребывает на грани нервного срыва?
Ну почему, почему она была настолько глупа, чтобы считать его совершенством? Она провела полжизни, обожая человека, которого даже не было в природе. Потому что Колин, которого она знала – вернее, полагала, что знает, – никогда не существовал. И она совсем не уверена, что ей нравится тот, кем он оказался на самом деле. Мужчина, которого она так преданно любила все эти годы, никогда бы не поступил подобным образом. Он не стал бы выслеживать ее… Ну, может, и стал бы, но лишь для того, чтобы убедиться в ее безопасности. Однако он никогда бы не набросился на нее с такой злобой и уж точно не стал бы читать чужую корреспонденцию.
Правда, она прочитала две странички из его дневника, но они же не были в запечатанном конверте!
Пенелопа опустилась на ступеньки церкви, ощущая прохладный камень сквозь ткань платья. Пожалуй, ей ничего не остается, кроме как сидеть здесь, дожидаясь Колина. Надо быть полной дурой, чтобы добираться до дома пешком, да еще в одиночестве. Конечно, можно попытаться нанять экипаж на Флит-стрит, но что, если они все заняты? И потом, какой смысл убегать от Колина? Он знает, где она живет, и ей не удастся избежать встречи с ним, если только она не сбежит на Оркнейские острова.
Она вздохнула. Пожалуй, Колин отыщет ее и там, учитывая, что он бывалый путешественник. К тому же ей вовсе не хочется на эти самые острова.
Пенелопа всхлипнула. Похоже, ей начинает отказывать здравый смысл. Иначе откуда эти навязчивые мысли об Оркнейских островах?
Ее печальные размышления прервал голос Колина, резкий и холодный.
– Вставай, – уронил он.
Пенелопа подчинилась. Не потому, что это прозвучало как приказ, и не потому, что она боялась Колина (так она себе, во всяком случае, сказала). Просто она не могла до бесконечности сидеть на ступенях церкви Святой Бригитты, и, хотя она предпочла бы не видеть Колина ближайшие шесть месяцев, у нее не было другого безопасного способа попасть домой.
Колин дернул головой в сторону своей кареты.
– Садись.
Пенелопа забралась внутрь и услышала, как Колин назвал кучеру ее адрес и велел ехать «окружным путем».
О Боже!
Они проехали в молчании добрых тридцать секунд, прежде чем он сунул ей листок бумаги, который был вложен в конверт, оставленный ею в церкви.
– Полагаю, это твое, – сказал он.
Пенелопа судорожно сглотнула, уставившись на строчки, которые помнила наизусть. Она столько раз писала и переписывала их прошлой ночью, что сомневалась, что они когда-нибудь сотрутся из ее памяти.
Нет ничего, что я презирала бы больше, чем привычку джентльменов снисходительно похлопывать дам по руке, приговаривая: «Женщина всегда вправе передумать». И поскольку я убеждена, что слова не должны расходиться с делом, я всегда старалась быть последовательной и честной в своих решениях и поступках.
Вот почему, любезный читатель, я нисколько не лукавила, когда писала о завершении своей деятельности 19 апреля. Однако в силу событий, от меня не зависящих (и вопреки моему желанию), я вынуждена взяться за перо еще один, последний раз.
Леди и джентльмены, позвольте заверить вас, что автор этих строк не леди Крессида Тумбли, Она не более чем ловкая самозванка, и мое сердце разобьется, если подобная особа присвоит себе мои многолетние труды.
«Светские новости от леди Уистлдаун», 21 апреля 1824 года
Пенелопа медленно сложила листок, пытаясь овладеть собой и собраться с мыслями. Что, скажите на милость, полагается говорить в подобных ситуациях? Она попыталась улыбнуться и, стараясь не встречаться с ним взглядом, произнесла неуверенным голосом:
– Ты догадывался?
Колин молчал, и Пенелопе пришлось взглянуть на него, о чем она тут же пожалела. Он был совершенно не похож на себя. Беззаботная улыбка, неизменно игравшая на губах Колина, веселые искорки, всегда мерцавшие в его зеленых глазах, – все это исчезло.
Мужчина, которого она знала, которого так долго любила, превратился в незнакомца.
– Видимо, это надо понимать как «нет», – тихо произнесла она.
– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – поинтересовался Колин. Его голос прозвучал неожиданно громко на фоне ритмичного постукивания лошадиных копыт.
Пенелопа открыла рот, чтобы сказать «нет», но одного взгляда на его лицо хватило, чтобы понять, что от нее не ждут ответа.
– Пытаюсь решить, что именно меня больше всего бесит в тебе, – продолжил он. – Поскольку таких вещей много – я бы даже сказал, очень много, – мне чрезвычайно трудно сосредоточиться на одной.
Пенелопа чуть было не предложила начать с главного – с ее обмана, но по здравом размышлении решила, что сейчас как раз тот случай, когда лучше попридержать язык.
– Прежде всего, – сказал Колин, неправдоподобно ровным тоном, наводившим на мысль, что он прилагает титанические усилия, чтобы сдержать гнев (что само по себе внушало тревогу, поскольку Пенелопа никогда не думала, что он обладает таким темпераментом), – я не могу поверить, что ты настолько глупа, чтобы отправиться в Сити в одиночку. Да еще в наемном экипаже!
– Ну, едва ли я могла отправиться куда-либо в одиночку в собственной карете, – заметила Пенелопа, прежде чем вспомнила о своем решении хранить молчание.
Колин слегка повернул голову. Пенелопа не представляла, что это значит, но вряд ли что-нибудь хорошее, особенно если учесть, как напряглась его шея.
– Прошу прощения? – произнес он голосом, в котором пугающим образом сочетались шелк и сталь.
Ну теперь-то она должна ответить, не так ли?
– Э-э… ничего, – промямлила она, надеясь, что некоторая неопределенность сгладит впечатление от ее ответа. – Просто мне не позволяют ездить по городу без сопровождения.
– Мне это отлично известно, – отрезал Колин. – И для этого есть весьма веские причины.
– Поэтому, – продолжила Пенелопа, решив не обращать внимания на его последнюю реплику, – я не могла воспользоваться нашей каретой, чтобы отправиться по своим делам. Ни один из наших кучеров не согласился бы отвезти меня.
– Что говорит об их исключительной мудрости и здравом смысле, – резко бросил он.
Пенелопа промолчала.
– Ты хоть представляешь, что могло случиться с тобой? – мрачно осведомился Колин, начиная терять свое напускное самообладание.
– Э-э… весьма приблизительно, – отозвалась она с некоторой заминкой. – Я бывала здесь раньше и…
– Что? – Он схватил ее за локоть, причинив боль. – Что ты сказала?
Повторять сказанное было опасно, и Пенелопа просто сверлила его взглядом, надеясь пробиться сквозь гневную пелену этих глаз к тому Колину, которого она знала и так нежно любила.
– Только в экстренных случаях, когда мне нужно было передать издателю срочное послание, – объяснила она. – Я отправляла зашифрованное сообщение, чтобы он забрал записку в условленном месте.
– Кстати, к вопросу о записке, – буркнул Колин, выхватив сложенный листок из ее рук. – Что, к дьяволу, это значит?
Пенелопа в замешательстве уставилась на него.
– По-моему, это очевидно. Я…
– О да, конечно. Ты, будучи леди Уистлдаун, наверное, неплохо посмеялась надо мной, когда я утверждал, будто это Элоиза. – Выражение, с которым Колин произнес эти слова, чуть не разбило ей сердце.
– Нет! – воскликнула Пенелопа. – Нет, Колин! Я никогда бы не стала смеяться над тобой.
Но по его лицу было видно, что он ей не верит. В глазах Колина светился стыд, выражение, которого она никогда раньше не видела и не предполагала увидеть. Он же Бриджертон! Всеобщий любимец, неотразимый и уверенный в себе. Ничто не могло привести его в смущение. Никто не мог унизить его.
Очевидно, кроме нее.
– Я не могла сказать правду, – прошептала Пенелопа, отчаянно желая, чтобы это ужасное выражение исчезло из его глаз. – Ты же понимаешь, что это было невозможно.
Колин выдержал долгую мучительную паузу, а затем, словно она ничего не говорила и не пыталась ничего объяснить, поднял уличающий листок и яростно потряс им в воздухе, не обратив внимания на ее испуганный возглас.
– Это глупо, – заявил он. – Ты что, совсем лишилась рассудка?
– Что ты имеешь в виду?
– У тебя есть отличный выход. Надо только воспользоваться им. Крессида Тумбли жаждет принять на себя весь позор.
Внезапно он схватил ее за плечи и так крепко стиснул, что она едва могла дышать.
– Почему ты не хочешь оставить все как есть? – страстно произнес он, сверкая глазами. Пенелопа никогда не видела, чтобы Колин проявлял такие сильные эмоции, и ее сердце разрывалось от мысли, что они вызваны гневом на нее.
– Я не могу этого допустить, – прошептала она. – Я не могу позволить, чтобы она выдавала себя за меня.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Где властвует любовь - Куин Джулия



Давно читала этот роман. Перечитала с большим удовольствием.
Где властвует любовь - Куин ДжулияНАТАЛЬЯ
16.06.2011, 23.16





хорошая книга вот только имеет два название, не знаешь, чем они отличеются.
Где властвует любовь - Куин Джулияника
21.11.2011, 17.22





Мне роман очень понравился. Действительно лёгкость стиля автора,своеобразность сюжета,интрига,которую хоть и разгадала сразу, всё же не отпускали, пока не дочитала до конца Моя оценка 10.
Где властвует любовь - Куин ДжулияИрина
2.05.2012, 11.43





замечательный светлый роман. И в жизни такое случаеться))))
Где властвует любовь - Куин ДжулияСветлана
4.07.2012, 18.09





Читала в захлеб, советую всем.rnМоя оценка 10.
Где властвует любовь - Куин ДжулияРоксалана
31.08.2012, 19.44





Ничего интересного,мне не понравился роман.Скучный...
Где властвует любовь - Куин ДжулияНИКА*
31.12.2012, 18.14





очень хороший роман...принадлежит к числу тех, которые хочется перечитать
Где властвует любовь - Куин ДжулияМаруська
27.03.2013, 21.19





Один раз можно прочитать.
Где властвует любовь - Куин ДжулияКэт
23.08.2013, 21.50





читать этот роман было одно удовольствие перечитаю его с удовольствием хотя мне нравится вся серия романов этой семьи
Где властвует любовь - Куин ДжулияНастя
3.09.2014, 23.15





Этот роман в другом переводе называется "Романтическая История Мистера Бриджертона". Там я тоже оставила с вой отзыв. Не поленилась, ибо давно не читала такой легкой, но наполненной смыслом вещи. Не знаю, кому как, но мне интрига с разоблачением леди Уислдаун показалась достаточно интересной, чтобы прочесть, а через год - и перечесть эту книжицу. Многогранные характеры, вполне мотивированные поступки героев, отсутствие надуманных и притянутых за уши проблем вроде незаконного рождения, мутного прошлого, убийств, гувернантского прозябания и прочего нытья. Не затянуто, зато очень-очень остроумно (честно признаюсь, я редко имела возможность насладиться таким чувством юмора, какое проявляет автор в этом романе). Если кто-то ищет страсти и эротики - вам не сюда: всего лишь одна постельная сцена, и та достаточно сдержанная. Но такой подход к изображению чувств я считаю единственно верным, и в нем нахожу очередной плюс! Короче говоря, добротная и не пустая книжка )))
Где властвует любовь - Куин ДжулияЛилу
6.03.2015, 14.24





Неплохой роман. Но растянуто... Герой какой-то нерешительный. 8/10
Где властвует любовь - Куин ДжулияВикки
26.04.2015, 19.04





Хороший роман,без политики коварных родственников...читайте
Где властвует любовь - Куин Джулияирина
1.06.2015, 18.28





хороший роман. прочитала с удовольствием.10 балов.
Где властвует любовь - Куин Джулиятату
19.10.2015, 22.01





Какая скука!6из10 еле дочитала.....
Где властвует любовь - Куин ДжулияТанча
21.10.2015, 17.51





Больше всего интересно о леди Уистлдаун.
Где властвует любовь - Куин ДжулияКетрин
4.11.2015, 13.21





Немного растянуто, но интересно. Правда немного вызывает сомнения чувства, резко появившиеся , героя и 12 лет полной слепоты. Советую прочитать и самим посмотреть
Где властвует любовь - Куин ДжулияЛюдмила
24.01.2016, 23.44





На 100% согласна с Лилу.10 баллов
Где властвует любовь - Куин ДжулияВредина
12.05.2016, 7.44





На 100% согласна с Лилу.10 баллов
Где властвует любовь - Куин ДжулияВредина
12.05.2016, 7.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100