Читать онлайн Все в его поцелуе, автора - Куин Джулия, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Все в его поцелуе - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.92 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Все в его поцелуе - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Все в его поцелуе - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Все в его поцелуе

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Следующий вечер в гостиной достопочтеннойледи Плейнсуорт. По какой-то непонятной причине напианино красовались веточки, а на голову маленькойдевочке прикрепили рог.
– Люди подумают, что вы ухаживаете за мной, – сказала Гиацинта, когда к ней, даже не притворившись, что он прежде оглядел всю комнату, подошел Гарет.
– Ерунда, – сказал он, усаживаясь на свободный стул рядом с ней. – Всем известно, что я не ухаживаю за приличными женщинами, а кроме того, это лишь укрепит вашу репутацию.
– Я полагала скромность переоцененной добродетелью.
– Не то чтобы я желал снабдить вас средством защиты, но печальный факт состоит в том, что большинство мужчин – бараны: куда один – туда и остальные. Разве вы не утверждали, что хотите выйти замуж?
– Только не за того, кто поведет за мной стадо баранов. Он улыбнулся ей своей дьявольской улыбкой, и у Гиацинты было такое чувство, что он уже соблазнил легионы женщин. Потом он с таинственным видом наклонился к ней.
Она невольно тоже наклонилась к нему.
– Да?
– Я готов заблеять прямо сейчас.
Гиацинта с трудом удержалась от смеха, неэлегантно хмыкнув при этом носом.
– Как хорошо, что вы не пили молока. – Гарет откинулся на спинку стула с таким видом, будто не сказал ничего необычного. – Иначе оно вылилось бы у вас через ноздри.
– Вам никогда никто не говорил, что это не тот разговор, который мог бы произвести впечатление на женщину? – спросила девушка, когда к ней вернулся дар речи.
– Я не собираюсь производить на вас впечатление, – ответил Гарет, разглядывая публику. – Черт, а это что такое?
Гиацинта проследила за его взглядом. Несколько отпрысков семьи Плейнсуорт появились в зале, одна из девушек была в костюме пастушки.
– Надо же, какое интересное совпадение, – пробормотал Гарет.
– Очевидно, действительно настало время блеять.
– Я предполагал, что здесь будут читать стихи.
– Боюсь, в программе произошли неожиданные изменения.
– Замена ямбического пентаметра? Это уже слишком.
– Думаю, ямбический пентаметр останется, – успокоила его Гиацинта.
– Это будет что-то вроде детской игры в «ку-ку»? Она строго на него взглянула и взяла программку, лежавшую у нее на коленях.
– Это оригинальная композиция, – глубокомысленно заявила она. – Сочиненная Гарриет Плейнсуорт: «Пастушка, Единорог и Генрих Восьмой».
– Все сразу?
– Я не шучу.
– Конечно же, нет. Даже вы не могли бы такое придумать.
Гиацинта решила воспринять это как комплимент.
– А почему мне не дали программку?
– Думаю, их решили не раздавать джентльменам. Надо отдать должное предусмотрительности леди Плейнсуорт. Вы наверняка развернулись бы прямо у входа.
Гарет заерзал на стуле.
– Они уже закрыли двери?
– Нет, но только что приехала ваша бабушка.
Гиацинте послышалось, будто Гарет тихо застонал.
– Она идет не в нашу сторону, – добавила Гиацинта, глядя, как леди Данбери усаживается у прохода сзади.
– Мне тоже так кажется, – пробормотал Гарет, и Гиацинта была уверена, что они подумали об одном и том же. У леди Данбери был вид самодовольной свахи.
Гиацинта посмотрела в зал, чтобы найти мать, для которой она держала место возле себя, но Вайолет сделала вид, что не видит дочь, и села рядом с леди Данбери.
– Ну и ну, – пробормотала Гиацинта себе под нос. Ее мать никогда не отличалась особым тактом, но Гиацинте казалось, что после вчерашнего разговора Вайолет не будет вести себя так откровенно.
Неплохо бы проанализировать этот демарш Вайолет.
На деле же Гиацинта все два дня обдумывала свой разговор с матерью. Она старательно вспоминала всех тех людей, с которыми она встречалась на ярмарке невест. Она почти всегда весело проводила время: говорила то, что ей хотелось говорить, заставляла людей смеяться и радовалась тому, что ее ум оценен по достоинству.
Но было несколько человек, с которыми девушка чувствовала себя неловко. Например, в свой первый сезон она познакомилась с джентльменом, с которым ей было трудно перекинуться хотя бы словом. Он был умен и красив, а когда смотрел на нее, у Гиацинты подкашивались колени. А год назад ее брат Грегори познакомил ее со своим школьным товарищем, который, по признанию самой Гиацинты, был сух, саркастичен и идеально подходил ей. Однако она решила, что он ей не нравится, а матери сказала, что он плохо относится к животным. Но на самом деле... Она многого не знала, как ни старалась произвести обратное впечатление, поэтому Гиацинта избегала таких мужчин. Она говорила, что они ей не нравятся, но, возможно, дело было не в этом. Возможно, она не нравилась себе самой, когда была рядом с ними.
Она посмотрела на Гарета Сент-Клера. Он откинулся на спинку стула с немного скучающим и вместе с тем насмешливым видом, присущим большинству мужчин высшего света Лондона.
– У вас слишком серьезный вид для такого бычьего пентаметра, – заметил он.
Гиацинта посмотрела на сцену в изумлении:
– У нас будут и коровы?
Он отдал ей программку и вздохнул:
– Я готовлюсь к самому худшему.
Гиацинта улыбнулась. Он и вправду веселый и умный. И очень-очень красивый – в этом, впрочем, никто никогда не сомневался.
Она поняла, что он был именно таким, каким она всегда хотела видеть своего мужа.
Боже милостивый!
– С вами все в порядке? – неожиданно спросил он.
– Да. А что такое?
– У вас был такой вид... – Он откашлялся. – Э... простите... Я не могу сказать нечто подобное.
– Даже той, на которую вы не хотите произвести впечатление? – Ее голос прозвучал несколько напряженно.
– Хорошо. Вы выглядели так, словно вас сейчас стошнит.
– Этого со мной никогда не бывает. – Оказывается, Гарет Сент-Клер был не совсем тем, кого она хотела видеть своим мужем. – И я никогда не падаю в обморок, – добавила она. – Никогда.
– Ну вот, вы рассердились.
– Вовсе нет. – Гиацинта была довольна тем, как весело прозвучал ее голос.
У него ужасная репутация, напомнила себе девушка. Неужели она хочет соединить свою жизнь с человеком, у которого были отношения со столькими женщинами? Всего Гиацинта, конечно, не звала, но ей удавалось выпытать у своих старших замужних сестер детали так называемых «отношений». И хотя Дафна, Элоиза и Франческа уверяли ее, что с «правильным» мужем это все очень приятно и доставляет удовольствие, было ясно, что правильным мужем был тот, кто оставался верен своей жене. А у мистера Сент-Клера женщин был не один десяток.
Даже если эти «десятки» были преувеличением и настоящее число было гораздо скромнее, может ли она с ними сравниться? Гиацинта точно знала, что его последней любовницей была не кто иная, как Мария Бартоломео, итальянское сопрано, прославившаяся не только своим великолепным голосом, но и красотой. Даже Вайолет Бриджертон признавала, что Гиацинта далеко не так красива.
Как это, должно быть, ужасно – уже в первую брачную ночь, страдая, сравнивать себя с этой певичкой.
– По-моему, начинается, – услышала она вздох Г-рета.
По залу прошли лакеи и загасили несколько свечей, погрузив зал в полумрак. Гиацинта исподтишка посмотрела на профиль Сент-Клера. Канделябр за его спиной освещал золотистые волосы молодого человека. Из присутствовавших мужчин он один стянул их лентой на затылке. Ей это понравилось, хотя она не могла бы сказать почему.
– Это будет неприлично, – прошептал он, – если я побегу к выходу?
– Прямо сейчас? Это будет ужасно.
Он откинулся на спинку стула с печальным вздохом и остановил свой взгляд на сцене с видом вежливого, хотя и несколько скучающего джентльмена.
Но уже через минуту он, наклонившись к ее уху, проблеял:
– Бэ.
Через отупляющие девяносто минут они поняли, что насчет коров наш герой не ошибся.
– Вы пьете портвейн, мисс Бриджертон? – спросил Гарет, глядя на сцену и аплодируя детям Плейнсуортов.
– Нет, конечно, хотя мне всегда хотелось попробовать. А что?
– Потому что мы оба заслуживаем хорошей выпивки.
– Единорог был довольно мил, – сказала Гиацинта.
Он фыркнул. Единорогу было не более десяти лет, что само по себе было бы ничего, если бы Генрих Восьмой не настоял на не предусмотренной сценарием поездке верхом.
– Странно, что они не послали за врачом.
– Мне тоже показалось, что девочка хромает.
– С трудом не заржал от боли, глядя на нее. О Боже... кто... О, леди Плейнсуорт! – Гарет вскочил и моментально изобразил на лице улыбку. – Рад вас видеть!
– Мистер Сент-Клер! Я так рада, что вы смогли прийти.
– Я никак не мог пропустить такое представление.
– А вы, мисс Бриджертон? – Леди Плейнсуорт явно хотелось посплетничать. – Это вас я должна благодарить зато, что к нам пришел мистер Сент-Клер?
– Думаю, в этом виновата его бабушка. Она пригрозила ему своей тростью.
Леди Плейнсуорт не знала, как ей на это реагировать, поэтому снова обернулась к Гарету.
– Вы знакомы с моей дочерью?
Гарету удалось не скривиться. Именно из-за таких вопросов он избегал светские сборища.
– Э... нет. Я еще не имел удовольствия.
– Она была пастушкой, – подсказала леди Плейнсуорт.
Гарет кивнул.
– И единорогом?
– Да, – немного смутилась леди Плейнсуорт. – Но эта моя дочь еще слишком мала.
– Я уверена, что мистер Сент-Клер придет в восторг от знакомства с Гарриет, – вмешалась в разговор Гиацинта. – С пастушкой, – уточнила она.
– О да! Буду рад.
Гиацинта невинно улыбнулась леди Плейнсуорт.
– Мистер Сент-Клер прекрасно разбирается во всем, что касается пастушек.
– Куда это запропастилась моя трость? – пробормотал Гарет.
– Прошу прощения? – не расслышала леди Плейнсуорт.
– Для меня большая честь быть представленным вашей замечательной дочери. – В данной ситуации это было единственным приемлемым заявлением.
– Превосходно! – воскликнула леди Плейнсуорт и захлопала в ладоши. – Она так обрадуется!
– Не расстраивайтесь так, – сказала Гиацинта, когда они остались вдвоем. – Вы ведь ценный приз.
– Разве о таких вещах говорят так откровенно? Гиацинта пожала плечами.
– Говорят, но не мужчинам, если хотят произвести на них впечатление.
– Ваша взяла, мисс Бриджертон.
– Это мои любимые слова. Он в этом не сомневался.
– Скажите, мисс Бриджертон, вы уже начали читать дневник моей бабушки?
– Я удивлена, что вы не спросили об этом раньше.
– Меня отвлекла пастушка, только не говорите об этом ее матери. Она наверняка все поймет неправильно.
– Таковы все матери, – Гиацинта, оглядывая зал.
– Вы кого-то ищете?
– Хм-м... Нет, просто смотрю.
– На кого?
Она удивленно повернулась к нему.
– Ни на кого в особенности. Разве вам не интересно, что происходит вокруг вас?
– Только если это имеет прямое отношение ко мне.
– Правда? А мне нравится знать все.
– Я так и думал. И что вы узнали из дневника?
– Ах да, – сказала она, расцветая у него на глазах. Это, возможно, было слишком громко сказано, но Гиацинта Бриджертон буквально начинала искриться, когда у нее появлялась возможность говорить уверенно. И Гарет странным образом находил это обворожительным.
– Я прочла только двенадцать страниц. Моей матери потребовалась помощь в разборке утренней корреспонденции, и у меня осталось мало времени на дневник. Я ей не сказала об этом, между прочим. Вдруг это секрет, что я читаю ваш дневник.
Гарет подумал об отце, который, возможно, захочет получить дневник, узнав, что он у него.
– Это секрет до тех пор, пока я не решу иначе.
– Наверное, лучше ничего не говорить, пока вы не узнаете, что в нем написано.
– А что вы узнали?
– Ну...
– Говорите же!
Она немного подумала, собираясь с мыслями.
– Я не знаю, как ответить повежливее.
– В моей семье вежливость не в ходу.
– Ей не очень хотелось выходить замуж за вашего дедушку.
– Да, вы уже об этом упоминали.
– Вы не поняли. Она действительно не хотела выходить за него замуж.
– Умная женщина. Все мужчины в моей семье упрямые идиоты.
Гиацинта улыбнулась:
– Включая вас?
Ему следовало это ожидать.
– Вы не могли не спрашивать?
– А вы?
– Полагаю, что нет. Что еще она написала?
– Не очень много. Ей было всего семнадцать лет, когда она начала вести дневник. Ее родители настаивали на этом браке, и она написала на трех страницах о своих расстроенных чувствах.
– Она была сильно расстроена?
– Должна сказать, что немного больше, чем сильно расстроена, но...
– Остановимся на первоначальном варианте.
– Хорошо, так будет лучше.
– Как они познакомились? Она написала?
– Нет. Похоже, ваша бабушка начала писать дневник уже после их знакомства. Хотя она сослалась на какой-то раут в доме ее дяди, так что, возможно, это произошло именно там.
– Мой дедушка совершал большое путешествие. Они познакомились и поженились в Италии, но больше мне никто ничего не говорил.
– Не думаю, что он ее скомпрометировал, если вы это хотите узнать. Она написала бы об этом в дневнике.
Гарет не удержался и поддел ее:
– А вы?
– Простите?
– Вы бы написали об этом в своем дневнике, если бы кто-нибудь вас скомпрометировал?
Она покраснела, отчего Гарет пришел в восторг.
– Я не веду дневника.
Это ему понравилось еще больше.
– Но все же...
– Но я не веду.
– Трусиха, – тихо сказал он.
– А вы бы доверяли свои секреты дневнику? – парировала она.
– Нет, конечно. Если бы кто-нибудь его нашел, это было бы нечестно по отношению к людям, о которых я писал.
– Людям? – переспросила Гиацинта.
– Женщинам, – сверкнул он очаровательной улыбкой.
Она снова покраснела. Многие женщины при этом выразили бы негодование или, во всяком случае, притворились бы рассерженными, но не Гиацинта. Она лишь слегка поджала губы – наверное, чтобы скрыть свое смущение, а может быть, чтобы не наговорить лишнего.
Гарет неожиданно понял, что получает удовольствие от беседы. В это трудно было поверить, поскольку он стоял рядом с пианино, украшенным ветками, и ему предстояло провести остаток вечера, избегая пастушку и ее честолюбивую мамашу.
– Неужели вы такой ужасный, каким вас представляет молва?
Гарет удивленно воззрился на Гиацинту.
– Нет, но никому об этом не говорите.
– Я так и думала.
Что-то в ее тоне напугало его. Гарет не хотел, чтобы Гиацинта Бриджертон слишком много о нем думала. Потому что, если она начнет задумываться, она, чего доброго, разоблачит его, и тогда...
Бог знает, что ей удастся обнаружить.
– К нам направляется ваша бабушка, – сообщила она.
– Да, вижу. – Он был даже рад сменить тему. – Может, нам попробовать сбежать?
– Не выйдет, слишком поздно. К тому же она ведет за собой мою мать.
– Гарет! – громко прозвучал строгий голос его бабушки.
– Бабушка! – Он галантно поцеловал ей руку, когда она подошла. – Мне всегда приятно вас видеть.
– Естественно, – последовал ехидный ответ. Гарет повернулся к матери Гиацинты.
– Леди Бриджертон.
– Мистер Сент-Клер, – приветствовала его леди Бриджертон. – Сто лет не виделись.
– Я не часто присутствую на подобных представлениях:
– Да, ваша бабушка сказала мне, что ей пришлось вывернуть вам руку, чтобы вы согласились.
Подняв брови, Гарет посмотрел на бабушку.
– Ты испортишь мне репутацию.
– Ты уже сделал это сам, и совершенно самостоятельно, мой дорогой мальчик, – последовал ответ леди Данбери.
– Он имеет в виду, – вмешалась Гиацинта, – что его не будут считать таким привлекательным и опасным, если в свете узнают, как нежно он к вам относится.
Наступило неловкое молчание, и Гиацинта догадалась, что все правильно поняли его замечание. Гарет даже пожалел Гиацинту, поэтому поспешил сказать:
– У меня на сегодня намечен еще один визит, так что прошу меня извинить. Мне придется вас покинуть.
– Но мы увидим вас вечером во вторник, не так ли? – улыбнулась леди Бриджертон.
– Во вторник? – переспросил он, чувствуя подвох.
– Мой сын и его жена устраивают большой бал. Я уверена, что вы уже получили приглашение.
Гарет тоже в этом не сомневался, но он обычно выбрасывал приглашения, не читая их.
– Обещаю вам, что единорогов не будет.
Ловушка мастерски захлопнулась.
– В таком случае как я могу отказать?
– Отлично. Я уверена, что Гиацинта будет рада вас увидеть.
– Я просто в восторге, – пробурчала Гиацинта.
– Гиацинта! – Леди Бриджертон повернулась к Гарету: – Она не имела в виду ничего дурного.
– Я сражен!
– Из-за того, что я вышла из себя, или из-за того, что этого не произошло?
– Выбор за вами. – Он поклонился дамам, собираясь уйти.
– Не забудьте про пастушку, – слащаво улыбаясь, но с оттенком злорадства напомнила Гиацинта. – Вы обещали ее матери.
Черт! Он совсем забыл. Посмотрев в зал, Гарет увидел, что пастушка движется в его направлении. У Гарета появилось неприятное чувство, что когда она подойдет ближе, то зацепит его своей пастушьей палкой с крюком и куда-нибудь потащит.
– Разве вы не подруги? – спросил он у Гиацинты.
– Нет, мы едва знакомы.
– Хотите с ней познакомиться?
– Я? Нет. Ноя буду наблюдать за вами издалека.
– Предательница, – бросил он, отходя от нее.
А потом весь вечер он не мог забыть запах ее духов.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Все в его поцелуе - Куин Джулия



vpolne!!! ponravilsia +9
Все в его поцелуе - Куин Джулияsvitlana
21.06.2012, 12.29





Роман хороший, но конец,почему дочь, не показала колье и браслет маме.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияКтрин
9.08.2012, 20.54





Мило, но не захватывает.Да и кузенов-вредителей нет. Колье и браслет самой доченьке пригодится.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияВ.З.,64г.
20.12.2012, 13.26





История с бриллиантами не понравилась. А герои неплохие.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияКэт
27.08.2013, 16.13





Ожидала много большего
Все в его поцелуе - Куин ДжулияЛюдмила
28.01.2016, 21.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100