Читать онлайн Все в его поцелуе, автора - Куин Джулия, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Все в его поцелуе - Куин Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.92 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Все в его поцелуе - Куин Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Все в его поцелуе - Куин Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Куин Джулия

Все в его поцелуе

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Тридцать минут спустя где-то неподалеку жалобнозавыла маленькая собачонка.
Но, к несчастью, никто ее не услышал...
На свете существовал лишь один человек, ради которого Гарет готов был слушать музыку в очень плохом исполнении, и этим человеком была бабушка Данбери.
– Больше никогда, – шепнул он ей на ухо. Сначала им пришлось прослушать нечто, что должно было быть Моцартом, потом нечто объявленное как Гайдн, за которым последовала пародия на Генделя.
– Сиди прямо, – прошептала бабушка. – Ты ведешь себя невежливо.
– Мы прекрасно могли разместиться в последних рядах.
– И пропустить такое развлечение?
Даже с большой натяжкой подобный вечер нельзя было назвать развлечением, но бабушка испытывала какую-то патологическую страсть к этому ежегодному мероприятию.
Как обычно, четыре девицы Смайт-Смит сидели на небольшом возвышении, причем две из них играли на скрипках, третья – на виолончели, а четвертая на фортепиано. И каждая так старательно пыталась исполнить свою партию соло, что им почти удалось произвести впечатление на публику.
– Хорошо, что я люблю тебя, – бросил он через плечо.
– Ха, – явственно прозвучало в ответ. – Хорошо, что я люблю тебя.
И тут, слава Богу, музыка кончилась, девушки встали и начали раскланиваться. Трое из них были вполне собой довольны, но у четвертой, той, что играла на виолончели, был такой вид, будто ей хочется выпрыгнуть из окна.
Бабушка вздыхала и смотрела на девушек с сочувствием.
Барышни Смайт-Смит были известны всему Лондону. Каждое их выступление непонятно почему было хуже предыдущего. Когда все решали, что хуже исполнять Моцарта уже нельзя, на сцене появлялась новая четверка кузин Смайт-Смит и доказывала, что можно.
Они были приятными девушками – так во всяком случае ему говорили, – и его бабушка в одном из редких приступов необъяснимой доброты настояла на том, что кто-то обязательно должен сидеть в первом ряду и аплодировать, потому что, как она выразилась, «троим из них медведь на ухо наступил, но всегда есть одна, которая может сгореть со стыда».
Бабушка Данбери, которая не стеснялась сказать какому-нибудь герцогу, что у него мозги, как у комара, считала жизненно необходимым аплодировать той барышне Смайт-Смит, чье ухо не было сделано из жести.
Они аплодировали стоя, хотя Гарет подозревал, что бабушке просто потребовался повод, чтобы вернуть свою трость, что Гиацинта Бриджертон и сделала с совершенным почтением.
– Предательница, – шепнул Гарет.
– Так ведь это ваши ступни пострадают, – невозмутимо ответила Гиацинта.
Он невольно улыбнулся. Гарет еще никогда не встречал такой девушки. Она была забавна, излишне раздражительна, но ее умом нельзя было не восхищаться.
В высшем свете Лондона Гиацинта Бриджертон пользовалась необычной репутацией. Она была младшей среди отпрысков Бриджертонов, славившихся тем, что называли своих детей именами, следуя алфавиту. И она, по крайней мере теоретически и для тех, кому это было интересно, была неплохой партией. Она никогда не была замешана, даже косвенно, ни в каких скандалах, а ее семья и связи были выше всяких похвал. Гиацинта была хорошенькой: густые каштановые волосы и пронзительные, умные голубые глаза. А самое главное, подумал Гарет не без цинизма, поговаривали, что ее старший брат, лорд Бриджертон, в прошлом году увеличил ее приданое после того, как во время третьего сезона она не получила ни одного приемлемого предложения выйти замуж.
Но когда Гарет начал наводить о ней справки – не потому, конечно, что его это интересовало, ему просто захотелось узнать побольше об этой девушке, которая проводила так много времени с его бабушкой, – его друзей просто передергивало.
– Гиацинта Бриджертон? – удивился один. – Неужели ты хочешь на ней жениться? С ума сошел!
Ее не то что не любили – в ней было своеобразное очарование, которое многим нравилось. Но по общему мнению, ее можно было терпеть лишь в малых дозах.
– Мужчины не любят женщин, которые умнее их, – резюмировал один из его друзей, – а Гиацинта Бриджертон не из тех, кто притворяется глупой.
По мнению Гарета, она очень напоминала его бабушку в молодости. В мире не было никого, кого он обожал бы больше, чем бабушку Данбери, а других объектов для поклонения ему не требовалось.
– Ты не рад, что пришел? – спросила его графиня, и ее громкий голос был слышен даже в шуме аплодисментов.
Никто так громко не хлопал, как аудитория на концертах у Смайт-Смитов. Все радовались, что мучениям пришел конец.
– Никогда больше не пойду, – твердо заявил Гарет.
– Разумеется, – снисходительно ответила леди Данбери, прекрасно зная, что и на будущий год будет так, как скажет она.
– Тебе придется найти кого-нибудь, кто сопроводил бы тебя в следующий раз.
– Я и не подумаю просить тебя.
– Ты лжешь.
– Как можно говорить такое своей любимой бабушке? Откуда ты знаешь?
Он выразительно посмотрел на трость в ее руке.
– Ты ни разу не махнула ею с тех пор, как тебе удалось обманом заставить мисс Бриджертон вернуть ее.
– Чепуха! Мисс Бриджертон слишком умна, чтобы ее можно было обмануть. Не так ли, Гиацинта?
Гиацинта посмотрела на графиню.
– Простите?
– Просто скажи «да», и этого достаточно.
– Да, – сказала она и улыбнулась.
– И чтобы ты знал, – не смутившись, сказала бабушка словно этого смехотворного обмена репликами и не было, – я воплощение осторожности, когда дело касается моей трости.
– Удивительно, – заметил Гарет, – что у меня ноги еще целы.
– Удивительно, что у тебя целы уши, мой дорогой мальчик.
– Беру свои слова обратно.
– Как хочешь! Я пойду с Пенелопой за стаканом лимонада, а ты составь компанию Гиацинте.
Гарет обернулся к Гиацинте, и ему показалось, что она высматривает кого-то в зале.
– Вы кого-то ищете?
– Нет, просто изучаю публику.
– Вы всегда говорите так, будто вы детектив?
– Мне нравится следить за происходящим.
– А сейчас что-то происходит?
– Нет. – Ее взгляд остановился на споривших мужчинах. – Но никогда ничего нельзя знать заранее.
Что за странная женщина, подумал Гарет и чуть было не покачал головой. Он посмотрел на сцену.
– Мы в безопасности?
Она наконец повернулась к нему.
– Вы имеете в виду, окончен ли концерт?
– Да.
Она нахмурилась, и в этот момент Гарет заметил на ее лице едва заметные веснушки.
– Думаю, что окончен. И зачем только они это делают?
– Вы говорите о Смайт-Смитах?
– Да. – Помолчав, она добавила: – Не знаю, можно подумать, что... Впрочем, не важно.
– Продолжайте, – попросил он, удивившись своему любопытству.
– Ничего особенного. Просто... кто-то должен наконец сказать им о том, что их девушки бездарны. В последние годы публики здесь все меньше. Остались только самые добросердечные.
– И вы относите себя к ним, мисс Бриджертон?
– Меня трудно причислить к добросердечным людям, но, видимо, это так. Так же, как ваша бабушка, хотя она не признается в этом даже на смертном одре.
Гарет вдруг рассмеялся, увидев, как графиня стукнула тростью по ноге герцога Эшборна.
– Я тоже так думаю.
Бабушка со стороны матери после смерти брата Джорджа была единственной, кого он по-настоящему любил. После того как отец вышвырнул его, Гарет отправился в Данбери-Хаус в Суррее и рассказал обо всем бабушке. Кроме, конечно, того, что он незаконнорожденный.
Гарет Сент-Клер всегда подозревал, что леди Данбери страшно обрадовалась бы, если бы узнала, что на самом деле его отец не Сент-Клер. Она никогда не любила своего зятя и, говоря о нем, называла его не иначе, как «этот напыщенный идиот». Но если бы правда всплыла наружу, то мать Гарета – младшую дочь леди Данбери – общество заклеймило бы как прелюбодейку, а этого бабушка не вынесла бы.
Его отец – Гарет до сих пор так его называл – так официально от него и не отрекся. Сначала Гарета это не удивило. Лорд Сент-Клер был гордым человеком, и ему, конечно, не хотелось выставлять себя рогоносцем. Кроме того, он, возможно, надеялся в конце концов обуздать Гарета и подчинить своей воле. Может быть, даже заставить его жениться на Мэри Уинтроп и восстановить свое пошатнувшееся материальное положение.
Но Джордж в возрасте двадцати семи лет подхватил какую-то неизвестную болезнь и умер. И Сент-Клер остался без сына.
А Гарет превратился в наследника. Прошедшие с тех пор одиннадцать месяцев он ничего не предпринимал. Только ждал. Рано или поздно барон объявит всем, что Гарет в действительности не его сын. Сент-Клер так гордился своим генеалогическим древом, восходившим к династии Плантагенетов, что не мог позволить, чтобы его титул перешел к какому-то безродному бастарду.
Гарет был совершенно уверен, что отказаться от него как наследника барон сможет, лишь представив важных свидетелей Комиссии по привилегиям палаты лордов. Но дело будет запутанным и внушающим отвращение и к тому же могло кончиться не в пользу барона. Он был женат на матери Гарета, когда она его родила, и этот факт делал его законнорожденным по закону, независимо от истинного положения вещей.
Вся эта история вызовет страшный скандал и погубит репутацию Гарета в глазах общества. Немало аристократов получило свою родословную и фамилии от разных мужчин, но в свете эта проблема открыто никогда не обсуждалась.
Но пока что его отец молчал.
Гарету часто приходило в голову, что он молчит только потому, что хочет его помучить.
Гарет оглядел зал и увидел бабушку, принимавшую стакан лимонада из рук Пенелопы Бриджертон, которую она каким-то образом принудила ухаживать за ней. Агату, леди Данбери, считали дамой со странностями. Она не стеснялась высмеивать даже августейших особ, а иногда и над собой подтрунивала. Но при всей своей резкости графиня всегда была добра к тем, кого любила, и Гарет знал, что в этом списке он занимает главенствующее место.
Когда он приехал к ней и рассказал, что отец его выгнал, она побледнела, но никогда не пыталась использовать свое влияние, чтобы заставить лорда Сент-Клера вернуть сына.
– Ха, – сказала она, – теперь я буду тебя содержать.
И слово свое сдержала.
Она оплатила расходы на обучение Гарета в Кембридже, а когда он его окончил (не первым, но все же с хорошими рекомендациями), графиня сообщила ему, что его мать оставила ему небольшое наследство. Гарет удивился, что у его матери были свои деньги, но леди Данбери лишь поджала губы и заявила:
– Неужели ты думал, что я позволю этому идиоту прикарманить все деньги? Ведь это я составляла брачный контракт.
Наследство матери давало небольшой доход, что позволило ему снять скромную квартирку и содержать себя. Не так чтобы роскошно, недостаточно, чтобы не чувствовать себя неполноценным. Оказалось, что именно это было для него очень важно. Осознание данного факта весьма удивило Гарета.
Если он все же получит титул Сент-Клера, то унаследует вместе с ним кучу долгов. Барон солгал Гарету, сказав, что они потеряют все, что еще не заложено, если он не женится на Мэри Уинтроп. И все же состояние Сент-Клеров изрядно оскудело. Более того, барон плохо управлял семейным достоянием еще до того, как попытался женить Гарета на Мэри.
Узнав об этом, Гарет вдруг подумал, что барон и не собирается отказываться от него. Оставить своего незаконнорожденного сына по уши в долгах – это, видимо, изощренная месть барона.
Всеми фибрами своей души Гарет чувствовал, что барон желал ему несчастья. Гарет почти не участвовал в светской жизни, но Лондон не был таким уж большим городом, и Гарету не всегда удавалось избегать встреч с отцом. А лорд Сент-Клер никогда не скрывал своей враждебности.
Что касается Гарета, то надо сказать, что и он не скрывал своих чувств. Он придерживался старых привычек, намеренно провоцируя барона. В последний раз, когда они встретились в обществе, Гарет слишком громко смеялся, а потом отправился танцевать с одной веселой вдовой, пользовавшейся не слишком хорошей репутацией.
Лорд Сент-Клер покраснел как рак и прошипел что-то неприятное в адрес Гарета. Гарет не понял, что он имел в виду, к тому же барон был сильно пьян. Однако Гарет постоянно ждал какого-нибудь подвоха. Он не сомневался, что барон нанесет удар именно тогда, когда Гарет меньше всего будет этого ждать. Например, решит изменить свою жизнь. И тогда его мир рухнет.
– Мистер Сент-Клер?
Гарет обернулся. Его окликнула Гиацинта Бриджертон, о которой он, задумавшись о своих делах, забыл.
– Извините, – пробормотал он и улыбнулся так, как обычно улыбался, когда ему требовалось умиротворить женщину. – Я замечтался. – Она посмотрела на него с сомнением, и Гарет добавил: – Со мной такое иногда случается.
Гиацинта не смогла не улыбнуться в ответ, и Гарет мысленно поздравил себя с успехом. День, когда он не сможет заставить женщину улыбнуться, будет его последним днем в Лондоне. Потом ему останется только удалиться в колонии.
– При обычных обстоятельствах, мисс Бриджертон, – сказал Гарет, поскольку требовалось поддерживать вежливый разговор, – я спросил бы вас, понравился ли вам концерт, но сейчас это прозвучало бы жестоко.
Она заерзала на стуле, что было удивительно, поскольку молодых девушек с юного возраста обучали подолгу сидеть прямо и не шевелиться. Это неожиданное движение еще больше его к ней расположило. У него тоже была привычка барабанить пальцами по столу. Гарет ждал ответа, но Гиацинта молчала, явно чувствуя себя неловко. Наконец она наклонилась к нему и прошептала:
– Мистер Сент-Клер?
Он тоже наклонился и заговорщически повел бровью.
– Мисс Бриджертон?
– Вы не могли бы пройтись со мной по залу? – Она чуть обернулась и едва заметно кивнула через плечо. Лорд Соммерсхолл развалился на своем стуле, задевая Гиацинту внушительным торсом.
– Разумеется, – галантно ответил Гарет, поднимаясь и предлагая ей руку. – Надо же спасти лорда Соммерсхолла, – добавил он, когда они отошли на несколько шагов.
– Простите?
– Если бы я был любителем пари, я бы поставил четыре к одному в вашу пользу.
Она на секунду смутилась, но потом улыбнулась:
– Вы хотите сказать, что не любите заключать пари?
– Я для этого недостаточно богат.
– По-моему, большинство мужчин это не останавливает.
– И большинство женщин – тоже.
– Удивительно точно подмечено! Англичане – народ, не правда ли?
– А как насчет вас, мисс Бриджертон? Вы любите биться об заклад?
– Конечно, – ответила она, поразив его своей откровенностью. – Но только если уверена, что выиграю.
– Довольно странно, но я вам верю. – Гарет подвел девушку к столу с закусками и напитками.
– О! Придется. Спросите любого из тех, кто меня знает.
– Вы опять выиграли. А я-то думал, что я вас знаю!
Она второй раз за вечер не нашлась что ответить. Гарет сжалился над ней и протянул стакан лимонада.
– Пейте, по-моему, вас мучает жажда.
Она взяла стакан и стала пить, сердито поглядывая на него поверх стакана.
Гарет откровенно забавлялся. Она была умна – очень умна, – но держалась так, словно знала, что в этом зале она самая умная. Впрочем, это ее не портило. Гиацинта была очаровательна, но он был уверен, что ей пришлось немало потрудиться, чтобы ее мнение услышали в семье – ведь она была самой младшей.
Но ему почему-то было приятно, что она не находит слов для ответа. Было забавно ставить ее в тупик.
– Скажите, мистер Сент-Клер, как вашей бабушке удалось убедить вас посетить этот концерт?
– Вы не верите, что я пришел сюда добровольно? Она выразительно подняла бровь. Это произвело на него должное впечатление.
– Хорошо. Сначала у нее вдруг задрожали руки, потом она что-то сказала о том, что ей необходимо показаться врачу, а потом, кажется, вздохнула.
– Всего раз?
Он сделал выразительную паузу.
– Я из более прочного материала, чем вам кажется, мисс Бриджертон. Ей потребовалось целых полчаса, чтобы сломить меня.
– Какой вы замечательный!
Он наклонился к ней и улыбнулся:
– Вы даже не представляете насколько.
Она покраснела. Он был доволен произведенным эффектом, но Гиацинта тут же сбила с него спесь.
– Я слышала о мужчинах, подобных вам.
– Я очень надеюсь.
– Мне кажется, что вы менее опасны, чем вам хотелось бы казаться.
– Это почему же?
Она ответила не сразу, а, прикусив губу, подумала.
– Вы слишком добры к вашей бабушке.
– Некоторые утверждают, что это она слишком добра ко мне.
– Да, бытует такое мнение.
– А вы прямолинейны!
Прежде чем ответить, Гиацинта посмотрела на Пенелопу и леди Данбери в другом конце зала.
– Я стараюсь. Полагаю, что именно поэтому я до сих пор не замужем.
– Да что вы!
– Правда, – ответила она, хотя было ясно, что он ее успокаивает. – Чтобы мужчина женился, его надо заманить в ловушку, даже если он это понимает. А у меня, поверьте, не хватает навыков.
– Вы хотите сказать, мисс Бриджертон, что вы не умеете жеманничать и хитрить?
– Я не умею этим пользоваться, вот в чем дело.
– Ах, вот как, – буркнул Гарет, но она не поняла, задело его ее замечание или нет. – Но мне любопытно... Почему вы считаете, что мужчину нужно заманить в ловушку, а иначе он не женится?
– А вы охотно пошли бы к алтарю?
– Нет, но...
– Вот видите? Вы утвердили меня в моем мнении. – Гиацинта явно почувствовала себя лучше.
– Стыдитесь, мисс Бриджертон. Не очень-то вежливо прерывать меня на полуслове.
– А у вас есть что сказать? Что-то интересное?
– Я всегда бываю интересным, – улыбнулся Гарет.
– Теперь вы пытаетесь меня запугать. – Откуда у нее взялась смелость? Вообще-то Гиацинта не была застенчивой, но и слишком упрямой тоже. А мистер Сент-Клер не тот человек, которого можно не принимать всерьез. Она играет с огнем – это понимала, – но не могла остановиться. Словно все, что срывалось с его губ, было вызовом и ей надо было не ударить в грязь лицом. Если это соревнование, она должна его выиграть!
– Мисс Бриджертон, вас сам дьявол не испугает.
Она глянула на него в упор.
– Это ведь не комплимент? Или?
Он поднес ее руку к своим губам и поцеловал.
– Выбирайте сами, как вам больше нравится.
Со стороны их разговор был воплощением приличия, но Гиацинта видела смелый блеск в его глазах и почувствовала, как искра проскочила между ними.
Гарет же как ни в чем не бывало поднял голову и сказал:
– Дайте мне знать о своем решении по поводу комплимента. Всегда полезно знать как тебя оценивают. Я жду вашего одобрения.
– Вы...
– Нет, нет. – Он поднял палец, будто хотел приложить его к ее губам, чтобы она замолчала. – Ничего не говорите, а то испортите этот редкий, исключительный момент.
Гиацинта молча стояла и смотрела на него.
– До следующей встречи, мисс Бриджертон, – пробормотал Гарет и исчез.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Все в его поцелуе - Куин Джулия



vpolne!!! ponravilsia +9
Все в его поцелуе - Куин Джулияsvitlana
21.06.2012, 12.29





Роман хороший, но конец,почему дочь, не показала колье и браслет маме.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияКтрин
9.08.2012, 20.54





Мило, но не захватывает.Да и кузенов-вредителей нет. Колье и браслет самой доченьке пригодится.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияВ.З.,64г.
20.12.2012, 13.26





История с бриллиантами не понравилась. А герои неплохие.
Все в его поцелуе - Куин ДжулияКэт
27.08.2013, 16.13





Ожидала много большего
Все в его поцелуе - Куин ДжулияЛюдмила
28.01.2016, 21.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100