Читать онлайн Mадам придет сегодня позже, автора - Кубелка Сюзан, Раздел - 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзан бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.24 (Голосов: 78)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзан - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзан - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кубелка Сюзан

Mадам придет сегодня позже

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

17

Я с радостью еду в «Бильбоке», питая тайную надежду встретить там Поля.
Я знаю, что это чистейшая фантазия. Он путешествует где-то по Европе, последняя открытка пришла из Лозанны. А потом, по плану, на очереди Италия: Фриули и затерянная где-то в Тоскане экологически чистая деревня, выдающая на-гора не только великолепные урожаи (без ядов и химии), но и выручающая немалые прибыли. Отец непременно хочет увидеть все это собственными глазами.
Поль за тысячу километров от меня. Но с той памятной ночи в середине лета клуб и он соединены в моем сердце, ведь мы были там счастливы.
Мы едем на машине Вово, сером «порше», модели, совершенно ему не подходящей, и поскольку в августе мало машин, уже через десять минут мы прибываем на место.
На этот раз мы не сидим на бархатных табуретках рядом с музыкантами. Как только мы входим в клуб, нам навстречу спешит директор собственной персоной. Он жмет нам руки и ведет к накрытому белоснежной скатертью столику с удобным видом на сцену. Вово заказывает бутылку шампанского, самого дорогого. Его тут же приносят, в красивом серебряном бочонке со льдом.
— Выпьем за нас, — громко объявляет Вово… А это еще что такое? Кто-то гладит меня по ноге! Две секунды я сижу застыв. Прикосновение было таким неожиданным, без всякого предупреждения! Взгляд под стол проясняет ситуацию. Вово сбросил один ботинок и гладит мою ногу тренированными пальцами ноги в тонких шерстяных носках. Очень странный господин. Весь вечер мы говорили только об интерьере, ни одного двусмысленного слова, ни одного жаркого взгляда на мои ноги или иную выдающуюся часть тела — и вдруг такая атака в лоб!
— Нет-нет-нет! — говорю я ему будто ребенку, смотрю в глаза и качаю головой.
— Нет? — ошеломленно спрашивает Вово и убирает ногу. — Но почему нет? Я жажду вас уже не одну неделю, и вы меня, конечно, тоже!
Делаю большие глаза. Откуда у мужчин такая самоуверенность? Никогда не могла этого понять! Но тут появляются музыканты.
— Сейчас начнется самое интересное, — говорит Вово и садится прямо. На сцене пианист, ударник, контрабасист и гитарист. Ни один из четверки мне не знаком. Зал заполнен до отказа.
— Обратите внимание на человека с гитарой! — шепчет мне Вово. Я делаю это. Без особого энтузиазма. Он якобы цыган. Маленький, бледный, невзрачный человечек. Словно согбенный горем, стоит он с опущенной головой в огнях рампы. Что потерял здесь? Один его вид вгоняет меня в сон. Как можно быть музыкантом с такой безобразной внешностью? Вово в своем репертуаре. Вот такие вещи ему и нравятся.
С трудом сдерживаю зевоту. Джаз-банд начинает играть. Гитарист не отрывает глаз от своих ботинок. И вдруг он выдает. Сонливость моментально слетает с меня!
«Ты у меня красивая» — старая еврейская песня. Он играет мелодию, потом начинает импровизировать. Бог ты мой! Какая же у него техника! Он просто великолепен! Как он умудряется играть так быстро и в то же время так красиво?!
Он расцвечивает мелодию бурными пассажами, все время возвращаясь к основной теме. Его виртуозные рулады уносят человека куда-то ввысь, а потом молниеносно обрушиваются вниз. Я сижу как зачарованная! Звуки мурашками пробегают по моей спине, покалывают между лопатками, и мне кажется, что он ласкает меня. Гитарист раскачивается в такт, глаза его закрыты.
Его друзья подходят, машут, кричат ему, но он никого не видит, он отсутствует. Цыган играет настолько живо, что воздух вокруг него вибрирует. Как долго он еще продержится? Неужели у него не болят пальцы? По-моему, уже должна отвалиться рука.
Теперь он играет медленнее, но тем сладостнее. Я вдруг вижу его и себя в постели. Тесно обнявшись. Он целует мою грудь. На лице то же выражение, что сейчас, во время игры: страдание и страсть. Если он не прекратит эту песню, я вскочу на сцену и поцелую его при всех!
В этот миг он открывает глаза и смотрит прямо на меня. Долгим, пристальным, пронзительным взглядом. У меня перехватывает дыхание. Неужели он прочитал мои мысли? Гитарист склоняет голову и кивает мне. Я вцепляюсь в свой стул, чтобы не сорваться и не побежать к этому безумному человеку.
Он набросил пушистый зеленый платок на гитару, на то место, где его правая рука касается дерева. Очевидно, в его квартире полно мягких покрывал, бархатистых подушек, и мысленно я уже нежусь там вместе с ним. Наверное, он целуется как дьявол. Вот уж у кого выносливость и сила, он всю ночь продержится. Прочь такие мысли! Или я просто опьянела?
Вово толкает меня локтем.
— Вы ему нравитесь, — шепчет он, прикрыв рот ладонью. — Заметили его взгляд? — Вово многозначительно подмигивает. — Он сгорает от ревности, что вы тут сидите рядом со мной!
Теперь начинается медленная песня. Неужели это та же гитара. На меня изливается целый поток серебристых звуков. Знакомая мелодия, название только забыла. Все-таки выпила слишком много шампанского? Ах, какая сладкая музыка! Высокие тона поют, обрываются, вибрируют. Меня мороз продирает по коже, от этого можно сойти с ума. Сейчас потеряю самообладание и закричу от счастья.
Песня заканчивается дивными аккордами. Люди вскакивают со своих мест и кричат «Еще! Еще!» Я кричу вместе со всеми. Взрываются оглушительные аплодисменты. Музыканты улыбаются, кланяются и медленно уходят со сцены. Гаснут прожекторы. Через полчаса выступление будет продолжено.
— Ну? Что скажете? — с торжествующим видом спрашивает Вово. — Каков виртуоз, а?
Я молча киваю, вся еще под впечатлением. Я не хочу говорить. Достаточно наговорилась в «Гран-Веву», на десять дней вперед. Теперь не плохо бы отдохнуть.
Гитарист стоит у стойки бара. Абсолютно один. Никто не осмеливается приблизиться к нему. Он пьет кофе, потом апельсиновый сок и ни капли алкоголя. На нем красная шелковая рубашка, волосы черные как смоль, с проплешиной на затылке. Я ее не заметила раньше, и она меня страшно трогает. Он оборачивается и разглядывает многочисленных посетителей, пришедших только ради него. Но это его не радует. На сцене он еще улыбался, сейчас же абсолютно серьезен. Стоило ему уйти от огней рампы, как свет погас и в его глазах.
Нет, уж больно он сложен! Справиться с таким — тяжелый труд. Он, наверное, способен целый день не проронить ни слова. Захочешь узнать, в чем дело, а он будет молчать целую вечность! Влюбиться в него можно только, когда он с гитарой в руках. Отделить его от инструмента — пропала магия! Если только затащить в постель вместе с гитарой. Только не сможет он в одно и то же время играть как безумный и пылко любить. Так что лучше держаться от него подальше!
Пошел второй час ночи. В клубе яблоку негде упасть. Все новые посетители входят в дверь, протискиваются к сцене и к бару. Народ стоит у стены, между столов. Как я узнала, гитарист — большая знаменитость, объездил с концертами весь мир, у него масса пластинок. Он не женат, живет со своим братом, который организовывает турне.
Наконец, перерыв закончился.
Музыканты занимают свои места. Я откидываюсь назад и жду первых аккордов. Вот они! Бурный пассаж да такой, что забываешь дышать. «Тучи» Джанго Райнхардта. Публика узнает мелодию и ревет от восторга. Одна песня красивее другой. Я в упоении! Вдруг, в середине песни Вово встает и ждет, что я последую за ним. Но я и не думаю. Меня десятью лошадьми сейчас не оторвешь от этого волшебного музыканта. А потом, кто знает? Вдруг заглянет Поль?
— Мне нужно обратно в отель, — говорит Вово. — Позвонить! Очень важный разговор!
Ну да, конечно! В это время в Нью-Йорке закрывается биржа, и он желает знать, каков курс. Богаче он стал или беднее, и вернулись ли деньги, потраченные сегодня на меня.
Вово расплачивается. Чаевые вообще не дает.
— Вы идете со мной, любезная мадам?
— Нет. Сегодня нет.
— Жаль! Вы бы не пожалели. Я бы предложил вам, — он понижает голос и наклоняется к моему уху, — ночь, содрогающуюся от оргазмов.
Что он сказал? Я не ослышалась? Делаю изумленные глаза. Вово кивает в подтверждение. Молча трясу головой.
— Может быть, вы подойдете позже, — говорит с надеждой Вово и протягивает мне карточку отеля, — я потрясающий любовник! С нетерпением жду вас, дорогая мадам Сент-Аполл!
Берет мою руку и долго целует ее. Потом протискивается через толпу и исчезает.
Я тут же забываю о нем. Закрываю глаза и наслаждаюсь музыкой. Песня кончается, и от оглушительных аплодисментов дрожит пол. Но уже пошел третий час, и все, кому завтра на работу, разъезжаются по домам. Публика постепенно редеет. Я не имею ни малейшего представления, как будут развиваться события.
Знаю только одно: я хочу уйти подальше от этого дорогого столика, туда, где народ попроще — к бару. Официант освобождает мне место на высокой банкетке, обитой красным бархатом, между стойкой и лестницей, откуда лучше всего видно сцену. Я вдруг замечаю на себе любопытные взгляды и вспоминаю, что одета для дорогого ресторана. Там, наверху, это не бросалось в глаза, а тут я попала в самую толчею. Вдруг кто-то трогает меня за правую коленку. Это гитарист, прокладывающий себе мимо меня путь к бару. С умыслом или случайно? Он оборачивается и нежно проводит рукой по моей правой щеке.
— Вы очень красивая, — говорит он с хрипловатым придыханием, — не уходите. Останьтесь до конца, подождите меня!
Потом он протискивается к бару, заказывает минеральную воду и медленно выпивает ее, не говоря ни слова.
Я сижу как околдованная.
Я знала, что Париж еще преподнесет мне сюрприз. Ах, все-таки ночь обещает быть великолепной. Последней песней я наслаждаюсь вдвойне, у меня такое ощущение, что он играет только для меня. Когда все закончено, в три часа утра, он взбегает вверх по лестнице, в гардероб и возвращается, причесанный и надушенный. Я поднимаюсь, улыбаюсь ему, расправляю юбку и беру свою серебряную сумочку.
Дальнейшее я отказываюсь понимать!
Гитарист проходит мимо меня, как чужой. Он мастерски игнорирует меня! Что случилось? Ослеп он, что ли? Автоматически следую за ним. Он останавливается около портье и начинает с ним долгий разговор. Я подхожу к нему.
— Спасибо за прекрасную музыку, — говорю я и протягиваю ему руку. Она повисает в воздухе.
— Мерси, — бросает он мимоходом, хватает портье за руку и проходит мимо меня на улицу. Более недвусмысленного отказа трудно и вообразить. Остаюсь стоять в полном недоумении.
Зачем он тогда просил подождать его? Зачем гладил щеку, трогал за коленку? Зачем полночи сверлил взглядами? Для чего? Чтобы потом, когда я растаю, послать меня ко всем чертям? Или испугался меня вдруг?
Я выхожу из клуба и почти бегу к стоянке такси. Перед аптекой в Сен-Жермен нет ни одной машины, зато очередь человек в девяносто, до самой улицы Сент-Пер. Теперь придется ждать до умопомрачения, пока подойдет моя очередь. Ненавижу эту стоянку. Здесь можно простоять всю ночь напролет, а идти домой пешком слишком далеко. Неожиданно подходит гитарист, с опущенной головой и в полном одиночестве! Он с довольным видом размахивает инструментом, аккуратно упакованным в темный чехол. Он не замечает меня, смотрит как сквозь стекло и занимает очередь за мной.
Может, он любит мужчин? Наверное, так оно и есть! Может, я ему понравилась, и он подумал, с этой женщиной я мог бы при случае, а потом мужество оставило его? Такое бывало со мной. Или разыгрывал старые шуточки голубых: пробудить любовь из тщеславия, без единой искорки чувства! Флиртовать, пока женщина не начнет пылать, а потом вылить на нее ушат холодной воды!
Ну да ладно! Мы, женщины, играем в эту игру со времен Адама и Евы. Так что мы квиты!
— Добрый вечер, Тиция! — раздается вдруг за мной знакомый голос с сильным американским акцентом. — Вы меня не узнаете?
Я оборачиваюсь. Конечно, я его знаю, этого красавчика-блондина. Это Боб, журналист, мой поклонник на празднике Томми Кальмана. Какая неожиданность!
— Привет! — радостно откликаюсь я. — Что вы здесь делаете?
— Я был в «Бильбоке», так же, как и вы. Но вы меня проигнорировали.
Мы оба смеемся. Он становится рядом со мной. Такси нет и в помине. Мы начинаем болтать по-английски.
— Это продлится не меньше сорока минут, — считает Боб и смотрит на свой дорогой «ролекс». — Тебе уже пора домой? Может, пойдем в «Виллидж» и выпьем еще по бокалу?
— Что это за заведение? — осторожно спрашиваю я.
— Журналистское кафе. Довольно маленькое и тесное, но страшно забавное. Оно открыто до шести. Там есть пианист, а бармен — большой оригинал. Бет роскошное вино. И пиво. Словом, все, что захочешь. Все лучше, чей здесь прозябать,
— Это далеко?
— В ста метрах. На улице Гошон!
— Отлично! Идем!
Боб мне весьма кстати! Я так разгорячилась музыкой, тремя часами эротических видений, всеми этими любовными песнями и страстными мелодиями, что не желаю ехать одна домой! Была бы я мужчиной, отправилась бы сейчас в бордель! Семьдесят девять одиноких ночей! Лучше не думать об этом, а то впору броситься на шею этому красавчику.
Судя по его виду, это то, что ему нужно. Он явно нуждается в нежности. Что-то в его жизни не ладится, хотя он и не говорит об этом. Но мне достаточно одного взгляда.
Мы пересекаем улицу, делаем десять шагов и входим в дверь, из которой доносится музыка и — к сожалению — запах табака.
Клуб симпатичный, народу не очень много. Несколько американцев, англичан, известный австралийский репортер. Все друг друга знают, Боба тоже громко приветствуют.
Мы садимся за свободный столик у стены напротив длинной стойки бара. Заказываем минеральную воду. Я испытываю жажду, а у Боба была «длинной» предыдущая ночь. Пианист доигрывает последние такты «Моей забавной Валентины», захлопывает ноты и уходит домой. Замечательно! Музыки у меня сегодня было предостаточно, и теперь можно поговорить, не напрягая голоса.
Боб опять одет так, будто сошел с мостков салона высокой моды!
Отлично сшитый светлый костюм с широкими плечами, на поясе брюк заложены мягкие складки. Яркий платочек в кармане, явно ручной работы, галстук из того же материала.
Белокурые волосы подстрижены лесенкой, глаза ярко-голубые. Ухожен до кончиков ногтей, хотя ничего изнеженного в нем нет. Его что-то гложет изнутри. Мы беседуем, от личных вопросов он уходит. Но я давно узнала (от Глории), что он в близких отношениях с женой Томми Терезой. В Нью-Йорке. Не исключено, что ради нее он и приехал в Париж!
— Ты все еще живешь в отеле? — спрашиваю я.
— Да, к сожалению! — Он замолкает.
— Дорого — или?.. Боб краснеет.
— Дороже, чем в Нью-Йорке. Но я не могу найти квартиру.
— Я нашла одну. Случайно. Но она еще не готова.
— Разве ты не замужем? — удивленно спрашивает
— Замужем. Но я ушла от мужа. — Он задумывается.
— Тебе иногда бывает одиноко? — Я киваю.
— А тебе?
— Мне тоже!
Мы молчим. Между нами пробегает эротическая искра.
— Париж мне не нравится, — подает голос Боб, — думаю, что скоро поеду домой.
— Ты продвигаешься по службе?
— Нисколько! Здесь самая настоящая мафия, туда и не прорвешься! — Он смотрит на часы.
— Ты хочешь вернуться в отель? — тут же спрашиваю я.
— Ни в коем случае! Это то, чего мне хочется меньше всего!
— Почему же ты все время смотришь на часы? Боб опускает взгляд.
— Потому что… потому что я не хочу, чтобы ночь пролетела так быстро. — Он опять замолкает.
Я быстро соображаю.
— Ты хотел бы посмотреть мою квартиру? — решаюсь я.
— О да! — Он сразу расцветает. Глаза сияют, на губах улыбка. — Ты сваришь мне кофе? У тебя дома есть молоко?
— У меня все есть. Знаешь что, пусть бармен закажет нам такси. Мы больше не будем стоять в очереди. Если повезет, через четверть часа мы у меня.
В полчетвертого мы на улице Копер. Он вдруг становится страшно разговорчивым. Он восхищается квартирой, мебелью, почти готовым фри. Вид из окон спальни приводит его в такой восторг! Он декламирует стихотворение про луну, помогает мне на кухне, приносит кофейник в салон, по-домашнему располагается на моем тибетском ковре и разливает кофе. Я удобно сижу в кресле в стиле ампир, в воздухе электрические разряды. Боб ест меня глазами, полными обожания!
Но как только он выпивает свою чашку, сразу же становится тихим-претихим! Сидит и мрачно смотрит перед собой. Я пытаюсь развлечь его разными темами, все безрезультатно! Он отвечает односложно либо вообще не слышит вопроса. Это тянется какое-то время. Что такое? Кофе парализовал его разум?
Меня вдруг осеняет догадка.
Бог ты мой, все шишки на меня валятся. Еще один уникум! Боб — тихий молчун!
Бывают и громкие молчуны. Они тоже не говорят ничего конкретного, и уж ни в коем случае: «Можно у тебя переночевать?» Нет! Такого они никогда не произнесут, скорее откусят себе язык. Но они напевают и насвистывают, ставят кассеты и пластинки, курят и пьют, барабанят пальцами по мебели, упускают ценное время, и ночь пролетает!
Тихие молчуны не барабанят!
Они только бормочут еле слышно: «Мне нужно идти!» И надеются… на что? На чудо? На невидимый кран, который перенесет их в спальню? Без того, чтобы выглядеть сначала немножко смешным, держаться за ручки, гладить по волосам, говорить нежные слова?
Боб лежит на ковре и не двигается. Лишь бы не показывать чувства! Он хорошо смотрится в моем салоне. Но настроение изменилось. Тихие молчуны всегда привносят такую ноту. Между ним и мной вдруг образовалась глубокая пропасть.
Только что было так уютно, а теперь воздух между ковром и моим вольтеровским креслом почернел, и в нем зависло что-то сковывающее. Мы оба смотрим перед собой и слушаем тиканье часов на камине. Наконец я поворачиваю голову и смотрю на него. Он лежит с закрытыми глазами!
— Ты устал? — нарушаю я тишину и зеваю, ведь уже четверть пятого. Слава богу, утром мне не надо никуда идти!
Он кивает, не меняя положения.
— Вызвать тебе такси?
Никакой реакции. То ли хочет остаться, то ли уйти? Ну и гость! На редкость занимательный! Несколько минут разглядываю мужчину, хранящего гробовое молчание. Что мешает ему признать, что он хочет меня и мечтает остаться? Страх, что его отвергнут? Если так, то он жутко закомплексован! Ведь уже в «Виллидж» между нами было все ясно!
У меня вдруг лопается терпение! Я встаю. Я на пятнадцать лет его старше, и у меня больше смелости. К тому же я знаю: в случае с тихими молчунами надо действовать! Немедленно! Боб по-прежнему не двигается, только веки его подрагивают.
— Ты хочешь спать у меня?
Итак, роковая фраза прозвучала! Что он будет делать? Боб кивает. Беззвучно, почти стыдливо. Глаз так и не открывает.
— В моей постели?
Кто его знает, может, он хочет остаться на ковре. Он опять кивает. Но все еще не двигается. Ну хорошо, по крайней мере ясно: сегодня я не буду спать одна!
— Ты знаешь, где спальня, — говорю я и иду в ванную. Не понесу же я его. Все имеет свои границы. Да и тяжеловат он для меня.
Я сажусь на край ванны и пытаюсь представить себе, как это будет выглядеть дальше. Расчесываю щеткой свои длинные пряди и наношу капельку гвоздичных духов на грудь. Я обнажена и готова, но что-то не пускает меня на мой диван. Как я обниму этого мужчину, не сказавшего ни одного ласкового слова, ни разу не притронувшегося ко мне, не посмотревшего мне в глаза, абсолютно чужого?
А вдруг всю ночь так и будет продолжаться?
Но жизнь полна неожиданностей!
Когда я прихожу в темную спальню, Боб лежит голый между простынями. Он даже приподнимает простынь, чтобы я могла сразу нырнуть к нему.
Меня обнимают сильные руки. Неистовый, чувственный рот ищет мои губы и целует меня как сумасшедший. Неужели это тот же мужчина, который только что полумертвым лежал у моих ног?
К нему вдруг возвращается дар речи. Теперь, когда все ясно, он называет вещи своими именами.
— Хочешь, чтобы я вставил?
На редкость романтично! Мог бы оставить это при себе! Это возбуждает почти так же, как «ночь, содрогающаяся от оргазмов» Вово!
— Ты принимаешь таблетки?
— Нет!
— Мне вынуть член?
— Сегодня не надо! Но, пожалуйста, прошу тебя, помолчи! — И почему жизнь все время разочаровывает? Только что поэтично воспевал луну, а сейчас никакой поэзии. Слишком прозаический партнер.
— Я могу с тобой часами совокуп… — Я затыкаю ему рот. Он целует мою руку. Приятно.
Потом тесно прижимает меня к себе. Смотри-ка, никаких углов!
Его тело гибкое, орудие любви довольно большое. У него мягкая, ухоженная кожа. И — какое чудо! Он не бросается на меня! Нет! Ложится рядом, лицом ко мне и закидывает мои ноги на свои. Все-таки чему-нибудь я и научусь в Париже! Или это Тереза ему преподнесла? Мне вдруг становится жутко жарко!
Боб берет в руки свой твердый предмет и тычется внизу. Мне нравится поза. Удобно, никто не доминирует, женщина тоже свободно двигается. Так можно любить друг друга бесконечно.
Боб сдержанно стонет. Меня заливает горячей волной, когда он находит нужное место и мягко входит в мою плоть. Он как будто создан для меня: размер — то, что надо! Этот мужчина — мое спасение, лишь бы не раскрывал рот! Я боюсь сглазить. Но кто знает? А вдруг получится действительно хорошо?
Вот он целиком вошел в меня!
Моя правая рука у него под головой, его левая — под моей спиной. Он замирает и весь дрожит. Свободной рукой ласкает мою грудь. Теперь начинает двигаться. Ритмично, не слишком напористо, не слишком быстро, не слишком механически, не слишком глубоко. Не скребет. Да, Боб знает в этом толк! Он хотя и тихий молчун, но в постели он великолепен! У него была хорошая учительница!
Он ищет мою руку. Наши пальцы переплетаются, и как только я не могу закрыть ему рот, он опять начинает говорить.
— Ох, как хорошо. Твое влагалище такое узкое!
— Пожалуйста! — кричу я в панике. — Замолчи! — Он тут же нежно целует меня и вынимает свой член.
— Мне перестать? Я тебе больше не нравлюсь?
— Нравишься! Но, пожалуйста, закрой рот!
Боб опять идет ко мне, я с готовностью устремляюсь ему навстречу. Сказываются семьдесят девять одиноких ночей! Я исхожу от желания. Думать уже не успеваю. Боб любит меня так, будто знает не один год мое тело. Двигается таким образом, что задевает внутри мое самое сокровенное место. И как только мышцы внизу набухают, он не убыстряет темп, нет! Он ласкает мою греховную точку, и не успеваю я опомниться, как содрогаюсь от сильнейшего оргазма!
— О дарлинг, — стонет Боб и начинает двигаться как сумасшедший, — О, бэби! Йес, йес, йес! — Он сжимает меня так, что я почти задыхаюсь, и кончает с такой мощью, будто десятилетиями не прикасался к женщине! Он кричит, плачет и смеется, осыпает мое лицо и грудь поцелуями и в конце концов засыпает глубочайшим сном с блаженной улыбкой на устах!
А я лежу и чувствую себя вновь родившейся.
Пусть одна из моих приятельниц и утверждает, что сон с мужчинами отнимает много энергии и она потом «обессиленная», будто «у нее что-то отняли», но у меня все как раз наоборот.
Я заряжаюсь радостью и счастьем, все во мне поет, кровь звенит в жилах, нервы спокойны, я в отличном настроении. Боб подарил мне оргазм, но я не боюсь оказаться у него в плену. Его глупая болтовня делает это невозможным. Но когда он молчит — я преклоняюсь! Тогда его можно рекомендовать в самом изысканном обществе. Впрочем, он уже и так там!
Боб просыпается, начинает меня целовать, и мы опять занимаемся сексом. Дольше, чем в первый раз и также прекрасно. Он кончает за ночь пять раз, я дважды. Такого со мной еще не бывало. И когда, завершив последнее безумие, мы проваливаемся в глубокий сон мы одна плоть и кровь, единое целое.
Боб реагирует на каждое мое движение, наши сердца бьются в унисон, стоит мне повернуться как он поворачивается тоже, мы лежим, тесно слившись, и идеально подходим друг другу! Но всему этому суждено мгновенно улетучиться!
Я поставила будильник на одиннадцать.
Не успел прозвонить звонок, как Боб вскочил и снова превратился во вчерашнего чужака. Да, вот такие они и есть, эти тихие молчуны. Смотрит на меня холодно, ему ужасно некогда, не произносит почти ни слова, на завтрак не остается. Стремительно убегает, и нет его!
Ну, мне не двадцать, меня подобное не может вывести из равновесия. Напевая, иду в ванную и занимаюсь своей внешностью. Мягко массирую лицо миндальными отрубями с морским песком, кожа от этого становится нежной, как ягодицы младенца. Наношу свое секретное оружие — смесь миндального и розового масла с настоем ромашки в равных пропорциях, оставляю на десять минут и потом снимаю тампоном излишки. Отлично! Кожа нежная и гладкая!
Вспоминаю при этом о том сладострастии, которое испытала в объятиях Боба, и жутко радуюсь, что не мне приходится готовить ему каждый день еду, стирать белье и выносить приступы плохого настроения.
Да уж, в сорок два года я знаю, чего хочу, а именно: страсти! Во всех других случаях я предпочитаю собственное общество!
Без Боба я обойдусь, хотя мне его жаль.
Чего стоит его чудовищная лексика в постели! Так говорит только американец из «хорошей семьи» с пуританским воспитанием, ведь в таких домах на тему любви наложен запрет. Он и сам не видел особой любви. Ведь он, бедняжка, сын чопорной матери. Она никогда не ласкала, не целовала его, не прижимала к себе. Мужа своего она скорее всего не любила, ребенка тем более. Поэтому-то Боб и растаял только тогда, когда погас свет и его никто не видел! Нежность при свете — это что-то недопустимое!
Приглашать я его больше не буду. Тихие молчуны всегда одинаковые. А в больших дозах это скучно!
Итак, лицо идеальное!
Теперь красиво причесать волосы и надеть что-нибудь удобное, темное, немаркое. После обеда мне придется обмерять одну квартиру (вместе с подвалом, чердаком и комнатой для прислуги), а затем начертить план: как квартира выглядит сейчас и как бы мы ее перестроили для новой владелицы. Она, очевидно, захочет несколько ванных и побольше встроенных шкафов. Всегда одно и то же. Я это могу изобразить с закрытыми глазами.
Так, теперь туфли, голубые, на низком каблуке. Ключи от машины. Дюймовая линейка. Блокнот и карандаш. Вгрызаюсь в яблоко.
Прикинем, как обстоят дела.
У меня масса поклонников, но с мужчинами мне не везет.
У Фаусто двое детей и любовница, и он укладывает каждую, которая захочет! Один скребет. Другой молчит. Третий мучит меня культом Исиды. Потом стираные трусы. И куча Вово. А еще неудачный опыт в Вене. Чего я только не испытала, могу написать целые тома — сплошь трагикомедии! Одно ясно: мужчины — слишком сложная штука!
Я сдаюсь! Я больше не хочу искать великой любви, идеального мужчину, предначертанное мне на небесах счастье. Ребенка я тоже больше не хочу. Спасибо, не надо! Время от времени леденец, кратко и сладко, это поможет мне выстоять. Но влюбляться я больше не собираюсь! Любовь причиняет слишком много боли! Надо наслаждаться ею очень экономно, в геометрических дозах. Капля в море! У кого это, правда, получится?
У меня — нет! Я хочу все — или ничего!
Поэтому я прекращаю поиски и с головой ухожу в работу. Время как нельзя более подходящее. Тело молодое, интеллект зрелый, я в расцвете сил. Я прославлюсь! Во всем мире!
А если я что-нибудь действительно хочу (в конце концов, ведь я пережила лавину), я этого добиваюсь!



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзан

Разделы:
12345678910111213141516171819202122

Ваши комментарии
к роману Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзан



Очень красивый роман, с тонкими изящными описаниями того, что чувствует настоящая Женщина.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзанlapka
2.08.2010, 11.49





читать очень легко, интересно но яхочу прочитать рецепт крема который описывается в этой книге. а прочитала о нём на сайте "клуб мастериц" своими руками 892011г. вКПРУ куда больше я не могу попасть т.е. найти. ещё хочу знать почему подчеркнуто красным моё пиное?
Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзанздорова алла
25.10.2011, 17.51





Никогда не думала, что поведусь на "женский роман". Просто, как и Алла, в Инете наткнулась на рецепт крема из романа и заинтересовалась первоисточником. Удивительный роман, читается на одном дыхании, без соплей, с юмором и знанием жизни. Сюзан - истинная женщина, умеющая на только чувствовать, но и очень четко описывать то, что чувствует. Читала запоем, пошла искать следующий ее роман.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанИрина
7.09.2012, 20.07





Ну,не знаю,это не моё.Сначала было очень интересно,потом уже читала "бегом".Слишком много мужчин,как-то неприятно.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанИрина
14.09.2012, 1.08





Прочитала два романа подряд -автор начинает повторяться. Увы.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанЮлия
1.01.2014, 11.28





Нравится роман, он такой жизнеутверждающий. Да, полон пикантных подробностей, но все в меру, без пошлости, даже несколько элегантно.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанazuW
19.01.2014, 20.04





читала на одном дыхании
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанЛюбовь Владимировна
28.02.2014, 21.04





Неоднозначный роман. Я еще понимаю, что будучи 20 летней эммигранткой можно терпеть явное издевательство мужа над собой, но будучи 40 летней и якобы самодостаточной женщиной,- уму непостижимо!
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанЛюбовь, декоратор и мама
25.09.2015, 11.59





Интересный, с юмором! Очень понравился, хотелось быстрее узнать на чём же всё успокоится.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанНинель!
17.12.2015, 9.32





Понравилось!Не 10,но 9 точно.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка Сюзанларик
18.12.2015, 14.05





Интересный роман.
Mадам придет сегодня позже - Кубелка СюзанЕлена
18.12.2015, 23.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100