Читать онлайн Райская сделка, автора - Крэн Бетина, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Райская сделка - Крэн Бетина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.38 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Райская сделка - Крэн Бетина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Райская сделка - Крэн Бетина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Крэн Бетина

Райская сделка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

По взволнованному и напряженному лицу Гарнера Уитни поняла, насколько для него важен ее ответ. Он рискнул открыть ей свою боль, разочарование и упрямую надежду, которые скрывал в глубине своего сердца, и ей стало больно за него.
Закусив губы, она кивнула.
Он закрыл глаза, и через мгновение его тело расслабилось.
— Господи… Уитни, только не говори этого, если на самом деле не чувствуешь. Скажи, что хочешь быть моей женой, скажи, что хочешь, чтобы я тебя любил, и даже что тебе нужны мои деньги.
— Я хочу, чтобы ты любил меня, — сквозь слезы проговорила она, — и хочу быть твоей женой. Но я действительно люблю тебя, Гарнер Таунсенд. Жадного, безумного, вожделеющего — такого, какой ты есть. Великодушного, нежного и щепетильно честного и порядочного. Красивого, желанного и сильного. Я точно знаю, какой ты человек. — Уитни обвила его шею руками и встала на цыпочки, чтобы крепче к нему прижаться. — Я действительно тебя люблю.
Одно неуловимое мгновение неуверенности и сомнения — и Гарнер изо всех сил стиснул ее в объятиях, пронизанный невероятной радостью. Он приник к ее губам, наслаждаясь нежностью ответного поцелуя. Она его любит! Он подхватил ее на руки и в восторге закружил, счастливый от одного сознания, что наконец избавлен от постоянных сомнений — она его любит!
— Шнурки… мой корсаж — Она с трудом оторвалась от его губ, чтобы выговорить эти слова, но он вновь ее поцеловал и начал расшнуровывать ее корсаж.
— Мои пуговицы, — напомнил он осипшим от страсти голосом и немного откинулся назад, чтобы Уитни могла достать пуговицы, в то же время не отрываясь от его рта.
Дрожа от любви и страсти, они помогли друг другу раздеться и вскоре оказались в постели. Обжигающими руками Гарнер ласкал ее податливое изгибающееся тело, возбуждая в ней готовность принять его. И когда почувствовал это, овладел ею с невероятной пылкостью и нежностью, рожденной теперь уже уверенностью в себе,
— Повтори еще раз, — попросил он, притягивая к себе взгляд Уитни.
— Я люблю тебя, — выдохнула она, и от его счастливой улыбки у нее сжалось сердце. Его поцелуи стали безумными и властными, и она отвечала ему с не меньшей страстью.
— Еще раз, — попросил Гарнер, горячими губами касаясь ее нежного горла.
— Я люблю тебя. — Она задыхалась от желания, торжествуя от силы его влечения к ней. — Люблю тебя, люблю, люблю… — Он стал целовать ее соски, и тело ее пронзила спираль наслаждения, и она выгнулась навстречу ему. — Люби меня, Гарнер… прошу тебя, люби меня…
Он вслушивался в ее слова и понимал неоднозначность ее мольбы. Он знал, чего она хочет, как будто это было его собственное невыразимо отчаянное желание. Она просила его любить ее и имела в виду не только слияние их тел. Она хотела того же, чего и он; определенность этого потрясла его. Гарнер сознавал, что только он мог ей это дать. Он приподнялся, всматриваясь в ее сияющие изумрудные глаза, словно впитывая в себя все ее существо.
— Я люблю тебя, моя маленькая горячая Уиски. — Он погладил ее щеку и просунул руку под спутанные волосы, чтобы приподнять ее голову. — Ты… ты мое сердце.
Уитни замерла. Напряженность его лица говорила о сдерживаемом затаенном желании, о желании любить и быть любимым. В ней вспыхнула радость, которая затмевала все, кроме осознания того, что он ее любит!
— Я — твое сердце? — Она слегка отстранила его, чтобы заглянуть ему в лицо. — Я опозорила тебя, ворвалась в твою семью, не знаю, как следует распоряжаться твоими деньгами… и ты все равно любишь меня?
— Да!
— Ты вынужден был жениться на мне и торговаться, чтобы заманить меня в постель. Кроме тревог, я ничего не принесла ни тебе, ни твоему дому, ни твоей семье… и ты все равно любишь меня?
Он кивнул и лукаво усмехнулся:
— Неужели в это так трудно поверить? Ты ведь только что заявила, что любишь жадного, непорядочного и надменного типа, который вожделел тебя с первого же взгляда. Почему же ты думаешь, что я не способен полюбить упрямую, дерзкую, коварную девушку, которая воспользовалась моим необузданным желанием к ней?
У нее глаза округлились, когда он так охарактеризовал их любовь, и он со смехом прижал ее к себе.
— Да… Наверное, я бываю очень упрямой, — призналась она, губами касаясь его груди.
— Решительной. — Он слегка улыбнулся.
— Но я не хотела быть наглой и дерзкой.
— Просто правдивой. — Он улыбнулся еще шире.
— И вовсе не хотела вмешиваться…
— Только помочь, — закончил он за нее с широкой улыбкой, такой она еще не видела. И почувствовал, что Уитни кивнула.
Неожиданно Гарнер все понял. Это его любовь преображала все ее недостатки в добродетели. Судьба, ведомая непостижимой мудростью любви, соединила восхитительные недостатки Уитни с его слабостями, чтобы придать ему силы и поддержать. И по какому-то сказочному совпадению, казалось, она так же думала о нем. Он повернул к себе ее лицо, возвращая ей восхищенный взгляд.
— Ты нужна мне, Уитни. Господи, как мне нужны твое тепло и радость. С тобой я впервые осознаю себя живым, не раздираемым сомнениями. Я так тебя люблю…
С бесконечной нежностью он нагнулся и поцеловал ее. Когда он поднял голову, она лежала не шевелясь, прислушиваясь к тихим голосам в самой глубине своего сердца. Он коснулся ее щеки, и она снова вернулась к нему.
— Покажи мне… — потребовала она со страстью. — Покажи, как ты меня любишь.
Она обняла его спину и обвила ногами его тело, притягивая к себе, к своему горячему от желания телу. Захваченный потоком ее взрывной чувственной радости, он приник к ее рту.
Их тела соединились, и вскоре они с восторгом и упоением уже поднимались по восходящей спирали наслаждения. И с горячим сиянием столкнувшихся звезд они прорвали границы земного существования и достигли высшего наслаждения от соединения. Они еще долго парили, не ощущая своего веса, омытые роскошными волнами глубочайшего спокойствия и удовлетворения.
— Гарнер… — Уитни потерлась щекой о его руку. — Он действительно это сделает, как ты думаешь?
— Кто и что? — пробормотал Гарнер, поднимая на нее сонный взгляд.
— Твой отец. Он может помешать тебе стать главой компании?
Последовала долгая пауза, во время которой он окончательно проснулся и обдумал ее вопрос.
— Одному ему этого не сделать. Он должен заручиться поддержкой Маделайн и Эзры. Тогда у него будет шестьдесят процентов.
Он замолчал и только сейчас осознал, насколько все это потеряло для него значение. Карьерные вопросы его жизни были вытеснены любовью. Удивительно теплое чувство охватило его, и он обнял Уитни. Впервые он понял, что перспектива со временем стать таким же сухим и властным дельцом, какими были все прежние Таунсенды, пойти по их стопам и ограничить свою жизнь их узкими и жесткими рамками, ему уже не угрожает. Он понял, что может прожить более достойную и радостную жизнь. И этим новым, светлым взглядом он обязан очаровательной маленькой Далиле, которая лежит в его объятиях.
Шестьдесят процентов! Они нужны Гарнеру, и он их заслуживает. И поскольку он может лишиться возможности возглавлять компанию Таунсендов из-за нее, то она и должна вернуть ему эту возможность. С этим решением в душе Уитни уютно прижалась к теплому боку Гарнера и погрузилась в сладкий сон.
Солнце уже зашло, когда Гарнер моргнул, перевернулся на живот и еще крепче сжал веки, отказываясь откликаться на нежный настойчивый зов Уитни встать и переодеться к ужину. Он решительно не желал выбираться из теплой постели ради каких-то приличий. Уитни стояла в одной рубашке, ожидая, когда он встанет, и наконец в ее глазах зажегся коварный огонек. Она сняла рубашку и медленно стянула с него одеяло.
Гарнеру потребовались все силы, чтобы лежать тихо, когда она коснулась его своим прохладным гладким телом и, судя по всему, уселась рядом и нагнулась к его спине.
— О Господи, Уитни! Ты хочешь меня укусить? — Он весь сжался от страха. Она нашла особое местечко на его спине, поближе к правому боку.
— М-м-м… — Уитни еще раз легко куснула его. Гарнер дернулся и изогнулся, вцепившись в простыни. Ее смех, чуть хрипловатый и коварный, подготовил его к третьему укусу, который так его возбудил.
Он почувствовал, что совершенно проснулся, попытался перевернуться, но Уитни прижала его к кровати и начала нежно покусывать его спину вверх до шеи. Гарнер прикрыл глаза от удовольствия.
— Если… — проговорил он сквозь стиснутые зубы, извиваясь и напрягаясь от все большего возбуждения, — если ты решила это сделать… тогда прошу тебя оставлять следы укусов только в местах, где их не увидит мой камердинер.
Лицо Уитни опять осветилось разрушительной улыбкой Далилы.
— Может, тебе стоит сделать камердинером Бенсона? Уж он-то точно ничего не заметит. — Она уже покусывала мочки его ушей и мурлыкала.
— Бенсон. Что ж… я об этом подумаю, — проговорил Гарнер, делая вид, что сдается, но быстро перевернулся, схватил ее за руки и притянул на постель. В следующее мгновение она уже лежала под ним, отчаянно пытаясь вырваться. — Но сначала… Мне нужно свести с вами счеты, милая барышня. У вас есть привычка вонзать в меня зубки, а я уже предупреждал, что когда-нибудь вам придется за это поплатиться. — Он развел в стороны ее руки и прижал их к кровати. — И этот час настал!
— Нет… Гарнер! — Уитни начала вырываться, глаза ее стали огромными, когда он обнажил зубы и угрожающе зарычал. — Нет… правда… Ой!
Он приблизил зубы к ее оголенному плечу, затем слегка стиснул их в сочном местечке. Уитни беспомощно пыталась вырваться, и глаза ее округлились еще больше, когда она увидела, куда он нацелился дальше.
— Не надо, Гарнер… Ой! О!
Он покусывал ее, начав с грудей, затем двинулся к внутренней стороне предплечий, к нежному изгибу талии и плоскому животу, разжигая в ней страсть и не обращая внимания на ее мольбы. Он покусывал ее бедра и сзади под коленями, затем, последний раз куснув ее чуть ниже золотистой поросли в развилке бедер, он улегся на ее мягкое податливое тело. От желания у нее стиснуло горло, и она смогла только простонать.
— Вот тебе наказание за твой укус, — с деланной суровостью проворчал Гарнер, и Уитни распахнула глаза:
— Ты хочешь сказать… каждый раз?
— Каждый раз.
— А что еще?
— Гм-м… Вот это.
Оба закрыли глаза, и спустя мгновение Уитни почувствовала у себя на губах его губы и проговорила:
— Насчет Бенсона…
— М-м?
— Он тебе пригодится.
— Тоже придумала, когда… О! Уитни!
* * *
Через день после ссоры Байрона с Гарнером Уитни постучала в кабинет Эзры и улыбнулась, услышав скрипучий голос старика, приглашающий войти. Она вошла и осторожно прикрыла за собой дверь, предостерегающе приложив палец к губам. Этот жест говорил о том, что рядом рыскает Эджуотер. Затем Уитни извлекла из складок юбки бутылку любимого рома Эзры, рома Таунсендов. Он довольно усмехнулся.
— Вот это напиток, — сказал дед Гарнера позднее, наслаждаясь последним глотком, затем посмотрел на Уитни. Увидев, что она решительно закрывает бутылку пробкой, он недовольно фыркнул. Похоже, эта женщина становилась такой же жадной, как и его ближайшие родственники.
— А как вам понравится, если вы сможете пробовать его… каждый день? Если будете опять делать ром? — поинтересовалась Уитни.
Эзра выпрямился в своем кресле, остро вглядываясь в ее улыбающееся лицо.
— Ты хочешь сказать… чтобы я работал на винокурне? — Сердце старика забилось, как у школьника, и он пристально посмотрел ей в глаза. — А тебе это зачем?
Уитни выпрямилась и скромно наклонила голову.
— Мне нужны ваши десять процентов. — Она увидела удивление Эзры и добавила: — Для Гарнера.
— Для этого щенка, — презрительно проворчал Эзра и отвел взгляд в сторону. — Так я и знал.
— Не все ваши десять процентов, а десять процентов ваших голосующих акций, — пояснила Уитни, проницательно оценив его реакцию. — Вы знаете, он будет очень хорошим руководителем. Не нужно судить о нем по… — Уитни перевела дух и заставила себя выговорить, — по тому, как он меня хочет.
— Почему это нельзя? — Эзра повернулся к ней, и его глаза хитро блеснули. — Хороший бизнесмен должен иметь некоторые желания… и время от времени удовлетворять их. Значит, мои голосующие акции для того, чтобы завод снова… — Ему не пришлось долго размышлять. По лицу его расползлась усмешка. — Пожалуй, брак с тобой был самым разумным поступком щенка за всю его жизнь!
В январе почти ежедневно шел мокрый снег с порывами пронизывающего холодом ветра. И когда однажды днем выглянуло солнце, Гарнер так обрадовался, что рано ушел из конторы и отправился с Уитни гулять. К вечеру они возвратились домой и велели Эджуотеру подать горячего чая и печенья, чтобы согреться, как вдруг в центральном холле поднялся шум. Эджуотер поспешил выяснить причину суматохи.
На безупречно чистом мраморном полу холла стояла бесформенная фигура в огромном овечьем тулупе, в фетровой шляпе с обвисшими полями и в тяжелых башмаках, с которых отваливались комья грязи. Человека удерживал за руку лакей, который ответил на стук в дверь. Эджуотер сурово сжал тонкие губы и поспешил помочь лакею изгнать это наглое создание из Таунсенд-хауса.
— Скажите вашему соломенному чучелу, чтобы он меня отпустил, — произнес высокий женский голос. — Это возмутительно! Я пришла повидать свою племянницу, Уитни Дэниелс. Я знаю, что ее привезли сюда против ее желания, и не уйду, пока не поговорю с ней.
— Господи милостивый, да это женщина! — произнес Эджуотер, с безопасной дистанции вглядываясь в странное существо.
— Вот именно. — Глаза женщины метали молнии из-под мокрых полей шляпы. — Я Кэтрин Моррисон, тетка Уитни, и требую, чтобы мне дали с ней увидеться! — пронзительно закричала она.
— Что здесь происходит, Эджуотер? — спросила появившаяся на лестнице Маделайн.
И в ту же самую минуту распахнулись наружные двери и вместе с порывом ледяного ветра в холл влетел разъяренный Байрон Таунсенд в плаще, чье приближение не было замечено из-за разгоравшегося скандала.
— Черт побери, Эджуотер! — зарычал он, срывая с головы шляпу с низкой тульей. — Самое малое, что вы можете делать, это обеспечить, чтобы за дверью присматривали… — Тут его взгляд упал на Кэтрин Моррисон, и Байрон умолк. Он сощурил глаза, с негодованием и удивлением разглядывая ее грубую одежду. — А это еще что такое?
— Я… Да отпустите же меня! — Кейт вырвалась из рук лакея и повернулась лицом к надменному педанту, который только что отнес ее к неодушевленным предметам. — Я Кэтрин Моррисон.
— Это Кэтрин Моррисон, сэр. — Эджуотер фыркнул, давая понять, что лично он уже составил о ней мнение.
— А кто такая Кэтрин Моррисон? — властно спросил Байрон у дворецкого, не обращая внимания на Кейт. — И самое главное, что она здесь делает, почему осмелилась запачкать своими башмаками мой холл?
Кейт возмущенно сдернула с себя шляпу и открыла раскрасневшееся лицо со сверкающими глазами, обрамленное густыми темными волосами.
— Очевидно, она имеет какое-то отношение к некоей Уитни Дэниелс, сэр, — сказал Эджуотер, позволив себе проявить остроумие. — И настаивает на встрече с ней.
— Боже милостивый! — Байрон обернулся к Кейт с презрительной усмешкой. — Так я и знал. Теперь наш дом буквально заполонят эти наглые типы с границы!
Только ради своей любимой племянницы Кейт Моррисон отважилась на далекое путешествие, во время которого ее гордая и утонченная натура подверглась многочисленным испытаниям. Три долгих недели ей приходилось страдать от жестокого холода, ночевать где придется, подчас в обществе весьма подозрительных людей, отбиваться от грязных предложений, с которыми не стеснялись приставать к ней мужчины, видя, что она путешествует в одиночестве. И все для того, чтобы теперь, когда она наконец добралась до цели, ее опять оскорбляли — терпению измученной Кейт пришел конец.
— Самодовольный и грубый хам! — Со сверкающими от гнева глазами она двинулась на Байрона, и тот растерянно попятился. Кейт намеренно топнула ногой, отчего от ее башмака отвалился на драгоценный пол еще один ком грязи. — Я, одинокая женщина, провела в пути несколько недель, почти без сна и еды, едва не замерзла, на каждом шагу подвергалась опасности! Вы понятия не имеете о приличных манерах! — в ярости кричала она, надвигаясь на него. — Но я не убоюсь вас и, клянусь Господом, увижусь со своей племянницей и узнаю, что с ней сделало это отвратительное чудовище! И не смейте вставать на моем пути, надменный грубиян! — Она положила руки на бедра и громко закричала: — Уитни!
— Послушайте, женщина! — загремел Байрон, пораженный силой ее легких. — Как вы смеете врываться в мой дом, оскорблять меня и…
— Сделайте же что-нибудь, Эджуотер! — Маделайн сбежала с лестницы и подтолкнула остолбеневшего дворецкого. — Эджуотер!
Уитни и Гарнер стояли в гостиной перед камином, ожидая чая, но когда громкие голоса в холле сменились возбужденными криками, она прислушалась и насторожилась.
— Гарнер, это похоже на… — Она тут же выбежала из гостиной, а следом за ней поспешил и Гарнер.
В холле Эджуотер, Ноулен и Маделайн кричали и размахивали руками, требуя, чтобы кто-нибудь хоть что-то сделал. За ними у дверей стоял Байрон Таунсенд, все еще в плаще и в перчатках, весь багровый от злости, и грозно кричал. А чуть ли не нос к носу с ним стояла… тетушка Кейт! Уитни не поверила своим глазам:
— Тетя Кейт?
— Уитни? — Кейт быстро обернулась, еще не остывшим взглядом обежав одетую в дамское платье Уитни, и тоже недоверчиво сморгнула. — Это ты?!
Она смотрела во все глаза на модное платье, на изящно подобранные локоны, ниспадающие на шею Уитни, на цветущее лицо своей любимой племянницы и от избытка чувств больше ничего не могла выговорить.
Покачнувшись, она шагнула вперед и протянула руки. Уитни бросилась к ней и радостно обняла. Снова и снова они кружили и разглядывали друг друга, смеялись, обнимались, плакали и снова смеялись, совершенно забыв о враждебных взглядах окружающих. Через некоторое время Кейт удалось слегка отстранить племянницу, полюбоваться на нее и погладить по волосам.
— Дай мне посмотреть на тебя. Ах, Уитни, я места себе не находила из-за тревоги…
— У меня все отлично, тетя Кейт, правда. Как ты сюда добралась? — Она посмотрела Кейт за спину, словно ожидала еще кого-то увидеть.
— Какую-то часть дороги я ехала на повозке, а потом, когда она развалилась, верхом…
— Вы ехали… одна? — Озабоченный и настороженный Гарнер подошел к ним, понимая, что мешает их встрече, но не в силах удержаться от вопроса. — Весь путь… проделали одна?!
Кейт поспешно вытерла мокрые от слез щеки и с вызовом ответила:
— Да, одна. Если вы помните, майор, теперь я совсем одинока. Я пришла посмотреть, как тут моя Уитни.
Гарнер видел, как едва заметно дрожит подбородок Кейт, и по углубившимся морщинкам вокруг ее сияющих от радости глаз ясно прочитал все трудности и лишения, которые она перенесла ради встречи с любимой племянницей. Он понял, что его и эту отважную женщину связывает нечто общее: оба любят Уитни, и смягчился.
— Добро пожаловать, миссис Моррисон.
От Кейт не укрылось его первоначальное замешательство, быстро сменившееся радушной улыбкой.
— Благодарю вас, майор.
— Ну, нечего тут стоять, Эджуотер! — Уитни повернула сияющее улыбкой лицо к возмущенному дворецкому. —
Возьмите у нее шубу. А потом принесите нам горячего чаю. Тетя едва не замерзла!
Дворецкий нерешительно помедлил, но, поймав угрожающий взгляд Гарнера, подошел к Кейт. Она сняла огромную шубу, и все недоверчиво уставились на ее хорошо сложенную фигуру в практичном дорожном платье из шерсти со стеганым корсажем. Кейт почувствовала на себе их взгляды и расправила складки юбки.
— Прошу… прошу извинить за такой вид. — Она подняла голову и обращалась только к Уитни и Гарнеру. — Добравшись до города, я сразу направилась в гостиницу, но поскольку я приехала одна, мне отказали в комнате, пока я не представлю рекомендаций. — Она заставила себя обратиться к Гарнеру: — Боюсь, сэр, мне придется попросить вас об одолжении дать мне рекомендации, если не возражаете.
Уитни обняла тетку за талию.
— Конечно, он поможет… — Она посмотрела на Гарнера, увидела его серьезное лицо и только теперь подумала, что, возможно, он не так уж рад приезду Кейт.
— В этом нет необходимости, — спокойно сказал Гарнер, намеренно бросив взгляд на свое ошеломленно молчавшее семейство. — У нас достаточно много комнат. Милости просим остановиться у нас, миссис Моррисон.
— О! — Кейт покраснела, стараясь не показать удивления, которое вызвало в ней «это чудовище». — Благодарю вас, но я не могу. Это было бы для вас слишком хлопотно…
— В самом деле. — Байрон подошел ближе, держа шляпу в затянутых в перчатки руках. — Я уверен, что родственникам твоей жены будет гораздо удобнее остановиться где-нибудь в другом месте. К тому же у нас возникает досадная проблема с комнатами. — Он устремил на Гарнера ядовитый взгляд. — Полагаю, твои сорок процентов комнат в этом доме уже заняты.
Гарнер едва удержался, чтобы не накричать на отца.
— Зато у нас есть несколько комнат для гостей. Но миссис Моррисон может показаться более удобной моя спальня. Как вам известно, я уже некоторое время ею не пользуюсь.
— Это невероятно… Невыносимо! — Байрон весь побагровел. Он с возмущением уставился на Кейт, встретил яростные огоньки в ее поразительно красивых глазах и с трудом удержался, чтобы не пройтись взглядом по се точеной фигуре. — Ты не можешь всерьез предлагать этой особе свою комнату!
Кейт метнула на него смелый взгляд, вызывая Байрона Таунсенда снова схлестнуться с ней, и невольно отметила поразительное сходство с красивым майором — несмотря на неизбежные с возрастом морщины и седину на висках, у него был такой же полный чувственный рот, тот же прямой орлиный нос и характерный твердый очерк лица.
— Что ж, я принимаю ваше предложение, майор, — заявила Кейт, отводя взгляд от Байрона. — Я с удовольствием останусь у вас, пока не найду себе в городе подходящее жилье.
Уитни ахнула от радости и крепко стиснула тетушку в объятиях, только потом осознав вторую часть ее заявления.
— Ты собираешься жить в Бостоне?
— Но ведь теперь меня ничто не удерживает в Рэпчер-Вэлли. Я решила снова жить в городе, и почему бы не в Бостоне? — Она бросила неуверенный взгляд на Гарнера, который удивил ее сдержанной улыбкой.
— Вы можете оставаться здесь, миссис Моррисон, сколько вам будет угодно.
— Черт побери! В моем же доме… — Байрон стянул с себя плащ и швырнул его на голову Эджуотера, после чего широко расставил ноги и уперся кулаками в пояс — эта поза ярости была уже знакома Кейт по Гарнеру. Каков папаша, таков и сынок, подумала она, ответив ему таким же непримиримым взглядом. Он затопал в свой кабинет, выкрикивая в бешенстве: — Черт побери!
Гарнер и Уитни сразу провели Кейт в гостиную, где уютно устроили в кресле у самого камина, закутав ей ноги пледом. От тепла лицо ее раскраснелось, как у девушки.
— А как дела у папы? — Уитни встала рядом на колени и держала Кейт за руку, тогда как Гарнер облокотился о каминную полку и задумчиво теребил подбородок. — Я так тревожилась. Ты ведь обещала мне написать.
— Я виделась с ним в Питсбурге, — Кейт сжала руки племянницы, — через неделю после твоего отъезда. Мне удалось несколько минут поговорить с ним и передать ему немного еды и смену одежды. А через две недели я узнала, что всех пленников отправили на восток, вероятно в Филадельфию, где их будут судить.
— В Филадельфию? — озабоченно нахмурился Гарнер. Кейт кивнула.
— С ним все в порядке, Уитни, не беспокойся. Уж если кто-то и может приспособиться к любым обстоятельствам, то это Блэкстон. Когда я его видела, у него было хорошее настроение. — Кейт решила не расстраивать Уитни и умолчала, что заметила у него на лице оставшиеся после побоев ссадины и синяки. — Но его еще не судили, и похоже, день суда до сих пор не назначен.
Уитни встревоженно посмотрела на Гарнера, и он поспешил ее успокоить:
— Если его содержат в Филадельфии, мы скоро это выясним. Она огорченно кивнула, затем заставила себя улыбнуться и обратилась к Кейт с вопросом:
— А как наша долина? Как все?
— Все по-прежнему. Хотя нет, не совсем. — Изящные черты лица Кейт осветила улыбка. — Кажется, майор, наша долина очень приглянулась кое-кому из ваших солдат. Несколько человек вернулись туда после того, как уволились из ополчения. Уоллес… Помните, такой высокий и здоровенный детина? Так вот, он привез деньги, которые ему выдали при увольнении, купил несколько акров земли и стал подъезжать к Мей Доннер. Теперь они ждут, когда в долину приедет проповедник, чтобы сочетаться браком. Вообще-то предстоят сразу две свадьбы. Еще женятся Фреда Делбертони этот парень, Кинджери, такой долговязый. Ее сыновья были вне себя — едва не прогнали его кнутом! Но тут вмешался Харви Дедхем и заставил их считаться с ним и слушаться мать. — Кейт улыбнулась и покачала головой. — Нужно было видеть, как они вокруг него топтались!
— А тетушка Сара? — спросила Уитни. — Как ее здоровье? Кейт засмеялась.
— Как и стоило ожидать, она буквально истосковалась по своему Чарли. Но слава Богу, теперь она не одинока — ее поддерживает сержант, кажется, его зовут Лексоулт, да? Так вот, он приехал в долину незадолго до моего отъезда. Сказал, что не смог вынести мысль о бедняжке Саре, которой предстоит провести всю зиму без помощи и защиты мужчины да еще заботиться о малышах. — Кейт засмеялась низким музыкальным смехом. — Подозреваю, что когда весной до нас доберется проповедник, ему придется сочетать браком даже не две, а сразу три пары. А Харви пристроил еще две комнаты для гостей на деньги, которые он получил… — Она закусила губу, бросив взгляд на Гарнера.
— На те самые «проклятые бумажные деньги», которые я передал ему от себя и моих солдат, — закончил он за нее с преувеличенно негодующим взглядом, который медленно сменился улыбкой. — Экий плут! — Он обернулся к Уитни. — Если уж он смог преодолеть свою ненависть в деньгам… то и любой сможет.
Уитни покраснела, и Кейт заметила, какими теплыми взглядами обменялись молодожены, и обрадовалась за племянницу.
Появился Эджуотер с чаем и бисквитами, и Уитни пересела на кресло напротив тетушки. Кейт смотрела, как она разливает чай, и была поражена непринужденными манерами племянницы. Глаза Кейт заволокло слезами, когда она приняла от Уитни чашку из тончайшего фарфора и поняла, как часто она мечтала об этом: увидеть свою Уитни в красивой гостиной, изящно одетой и сияющей от счастья быть любимой женой. Уитни порозовела под изучающим взглядом Кейт, радуясь тому, что наконец-то сможет отблагодарить тетушку за ее науку.
Они заговорили о событиях прошедших недель, а Гарнер прислушивался к их беседе и время от времени вставлял свои замечания. Перед ним снова представали странные люди, населяющие Рэпчер-Вэлли, и оживали незабываемые подробности их жизни, согревая его сердце теплом. Он искренне порадовался, узнав, что дядюшка Баллард благополучно перенес инфлюэнцу, а дядюшка Джулиус и дядюшка Феррел Добсон помогали дядюшке Харви делать пристройку. А когда Кейт передала «дяде Таунсенду» привет от Робби Дедхема, у него в горле почему-то встал комок.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Райская сделка - Крэн Бетина



Отличный роман, жаль, что нет комментариев. Читайте и комментите! ;)
Райская сделка - Крэн БетинаАнна.
19.09.2016, 20.21





Отличный роман, жаль, что нет комментариев. Читайте и комментите! ;)
Райская сделка - Крэн БетинаАнна.
19.09.2016, 20.21





Очень интересный роман 😊
Райская сделка - Крэн БетинаКамила
20.09.2016, 20.09








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100