Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

– Как, черт возьми, ты меня нашел? – прорычал Дэви, сидя напротив отца в комнате Саймона. Непривычно было видеть пустую поверхность стола. Он все время ожидал, что Майкл вытащит колоду и начнет сдавать.
– Этот твой дружок, Саймон. Я звонил ему в Майами пару недель назад. Спрашивал, где ты.
– И он меня выдал, – уточнил Дэви, решив разобраться с Саймоном позднее.
– Пришлось его убедить.
Дэви вздохнул, Это же Майкл. У Саймона не было ни единого шанса.
– А потом пришлось довольно долго добираться сюда, – продолжал Майкл. – У меня были кое-какие обязательства. И «Грейхаунд»
type="note" l:href="#n_15">[15]
– не «Конкорд».
– Ты ехал на автобусе? – поразился Дэви. – На тебя не похоже.
– Временный недостаток в средствах, – признался Майкл с бледной улыбкой.
– Я готов купить тебе гамбургер на бедность. Мой папаша, Уимпи!
type="note" l:href="#n_16">[16]
– Мне нужно залечь на дно, – продолжал Майкл. – Понимаешь, власти выдали ордер на мой арест.
– И это на тебя не похоже, – отозвался Дэви без особого сочувствия – Обычно ты не попадаешься.
– Все дело в женщине, – угрюмо бросил Майкл.
– Как всегда.
– Кто бы говорил! Я вхожу и застаю тебя с тремя. Яблочко от яблони, парень. Ты моя копия.
– Ошибаешься. Я ничего общего с тобой не имею, – заявил Дэви.
Майкл рассмеялся:
– Ты прав. Ничего общего. Потому что ты и есть я. Из всех моих детей, мальчик, наследник ты один.
– Ну конечно, мне всегда хотелось завладеть двумя колодами крапленых карт и свистулькой.
– Возьми хоть Софи, – разглагольствовал отец, словно не слыша. – У нее прямо-таки врожденный талант. Посмотрит на тебя своими огромными карими глазами – и может делать с тобой все что угодно. Но у нее никогда не лежало сердце к таким делам.
– Потому что она порядочный человек.
«И потому что она безмерно доверчива, о чем тебе, конечно, хорошо известно».
– А вот малышка Эми, наоборот, обожает такие штучки. Да только способностей ей Господь не дал. Зато ты… ты просто рожден для этого! И талант, и характер, да что там, ты мог бы перещеголять меня…
– Не утруждай себя, – бесцеремонно оборвал его Дэви. – Взгляни на себя, ты, великий! В шестьдесят лет не иметь ни дома, ни семьи, бегать от закона, воровать по мелочам, чтобы заплатить за мотель… Это твое представление о величии?
– Зато не скучно. Я живу, а не загниваю. Действие, дорогой, действие, как говорил Ник Грек.
– Ну да, именно так он и сказал, когда окончательно разорился, состарился, упустил все шансы и существовал игрой в покер на грошовые ставки, – отрезал Дэви. – Перед тем как умереть в нищете. Ты так хочешь жить? Валяй.
– Все-таки это жизнь. И это лучше, чем сидеть на собственной заднице, завидуя тем, кто живет как надо, зарывать в землю свой талант да лизать задницу гребаному ФБР. Признайся, ты скучаешь по настоящему делу. И не говори мне, что это не так. Интересно, как ты развлекаешься в последнее время, Дэви, мальчик мой? Собираешь ромашки?
– Не твое дело. И убери руки от Гуднайтов. Отдельно предупреждаю тебя насчет Гвен. У нее есть порядочный приятель с деньгами и серьезными намерениями. Держись от нее подальше.
– Ах, это не для нее, – покачал головой Майкл. – Женщины вроде Гвен Гуднайт не слишком ценят порядочных.
– Она достойна такого, на которого можно положиться. И это не ты.
– Она достойна такого, с кем можно хорошо провести время. А для этого лучше меня не найти. Кроме того, она не может ни на кого положиться. Никто не может. Ты рождаешься один и умираешь в одиночестве. Так что тебе следует познать себя, Дэви, потому что кроме тебя это никому не удастся сделать.
– Я знаю себя, – мрачно объявил Дэви, – и поэтому счастлив.
– И это после всего того, чему я тебя учил! – грустно вздохнул Майкл. – Сколько раз тебе было говорено: за карточным столом легко разорить того, кто не понимает своей силы и своей слабости. Взгляни на себя: притворяешься невесть кем, губишь свой дар. Хорошо еще, что я вовремя появился.
– Ну как же, – взорвался Дэви, – мы все на седьмом небе от твоего появления! У меня для тебя хорошие новости: мы с Софи и Эми вышли из игры, так что на нас не рассчитывай.
– Значит, вы больше не живете, – упорствовал Майкл. – Я не слишком беспокоюсь, потому что хорошо тебя знаю. Тебе нужен риск.
– Интересно, зачем ты приехал? С какой-то целью? Или просто вывести меня из терпения?
– Заглянул к тебе по пути к Софи. Очень хочется увидеть внука, – сообщил Майкл, развалясь на стуле.
Дэви представил, в какой ад превратит отец жизнь Софи: утраченный покой, скандалы в семье, навеки погубленная репутация, полный крах жизни в маленьком городке, где люди никогда ничего не забывают… и все это, не говоря о финансовом ущербе, который непременно нанесет Майкл.
– Только через мой труп.
– Каждый человек имеет право видеть своего внука! – вознегодовал Майкл. – Софи будет мне рада. Я слышал, она назвала его в мою честь.
– Она назвала его «Демпси», и это совсем не обязательно в твою честь. И последуй моему примеру, держись от нее подальше. Она ведет порядочную, тихую, законопослушную жизнь, и не хватало только, чтобы мы все испортили. Все, спектакль окончен. Ты немедленно уберешься отсюда.
– А я думал поехать вместе с тобой, – бросил Майкл, не вставая. – В этот уик-энд. Воссоединение семьи. Заодно сможешь удерживать меня в рамках.
– Ты не знаешь, где она живет, – внезапно успокоился Дэви.
– А вот и знаю! Здесь, в Огайо.
– Это большой штат. Вряд ли ты это понимаешь, но так оно и есть. Желаю приятно провести время.
– Я найду, – пообещал Майкл. – Господи Боже, мальчик, неужели ты думаешь, что я желаю ей зла? Любимой дочери? Она – живой портрет своей матери. И родила мне первого внука! Я хочу увидеть малыша, я хочу познакомиться с теми мужчинами, за которых вышли мои девочки.
Он казался таким искренним, что Дэви даже головой покачал:
– Лжешь не краснея и при этом чертовски убедителен. Настоящий киногерой! Поразительно, как еще власти сумели накопать на тебя столько, чтобы упечь под замок!
– Собственно говоря, у них почти ничего и нет. Только косвенные улики. И я говорю правду. Я очень хочу увидеть мальчика.
– Этот мальчик родился год назад, – объявил Дэви тоном обличителя. – Твои девочки вышли замуж три года назад. Сейчас тебе нужны наличные денежки, теплая постель и горячий обед в таком местечке, куда полиция не догадается сунуть нос, но как только ты там окажешься, не преминешь кого-нибудь облапошить, а это маленький городок, где все друг друга знают, и Софи будет опозорена. Кстати, еще одна новость, которая, должно быть, не успела до тебя дойти: Эми вышла за копа. Я этого типа знаю. В нем ни капли сентиментальности. Он не посчитает тебя трогательным старым дедушкой. И если на тебя выписан ордер, он не моргнув глазом упечет тебя в каталажку.
– Какой циничный взгляд на человеческую натуру, – задумчиво протянул Майкл.
– Действительно! Почему бы это? – хмыкнул Дэви, вдруг почувствовав себя тринадцатилетним юнцом.
– Это все та женщина! Предупреждал же я тебя!
– Какая еще женщина? – удивился Дэви.
– Та блондиночка, Клеопатра! Которая у тебя была в Лос-Анджелесе. Она так тебя стреножила, что ты не смог бы облапошить и воскресную школу! Самое худшее, что ты мог выбрать из всех тамошних дамочек. Все твои беды от нее.
– Не думаю, – покачал головой Дэви, – имелись воздействия и посильнее.
– Где она сейчас? Вышла за того малого, ради которого послала тебя подальше?
– Нет. Она убила его. А вышла за другого и прикончила его тоже.
– Ничуть не удивлен. Так где же она сейчас?
– Здесь. Охотится на третьего.
– Так я и знал! – взволновался Майкл. – Ты все еще гоняешься за ней.
– Вот уж нет. Я гоняюсь за своими деньгами. Ей удалось их заполучить.
– Крайне легкомысленно с твоей стороны, – вздохнул Майкл. – Оставь ее в покое. Сделай новые деньги.
– Спасибо, предпочитаю вернуть свою ставку, – отрезал Дэви. – Это…
– Знаешь, неплохое место эта галерея, – заметил Майкл, оценивающе оглядывая комнату. – Уютное. Здесь можно проворачивать дела.
– Нет, – коротко бросил Дэви, стараясь забыть, что только недавно думал о том же. – Это приличное место. И запомни: Гуднайты – семья, которую я не позволю тебе разрушить.
– В таком случае что ты тут делаешь?
– Они – мой способ подобраться к Клеа. Она в них нуждается, и я могу использовать их, чтобы подобраться к ней.
– Ну молодец! – оживился Майкл. – Такс кем же ты проводишь ночи? Девочка слишком юна, а Гвенни водит компанию с постоянным приятелем. Значит, остается брюнетка в очках. Что же, поздравляю. Полагаю, она не глупа и тебя не продаст. И попка у нее симпатичная.
– Недаром я ни когда тебя не любил, – зло процедил Дэви.
Плечи Майкла затряслись, что, по-видимому, должно было означать раскатистый хохот.
– До чего же я по тебе соскучился, мальчик!
– А вот я по тебе – нисколько. – Дэви поднялся и широко распахнул дверь. – А теперь ты уйдешь.
– Я так не думаю, – объявил Майкл, оглядываясь. – Хорошая комната.
– Здесь живет Саймон. И она ему самому нужна.
– А где же спишь ты? – удивился Майкл и, догадавшись, кивнул. – А, верно. С очками. А у Гвенни – постоянный друг.
– И это означает, что мест в гостинице нет, – заключил Дэви, показывая на лестницу. – Проваливай.
Майкл нерешительно двинулся к двери.
– Думаю, мы поедем к Софи в следующий уик-энд, – проговорил он, протискиваясь мимо Дэви. – Думаю…
Из комнаты напротив показалась Доркас.
– Нельзя ли потише? – возмутилась она яростно озирая Дэви. – Я работаю над новой картиной.
– Художница! – ахнул Майкл, восхищенно покачивая головой. – Мы помешали творческому процессу. Тысяча извинений.
– Одного достаточно. И еще тишины, если не возражаете.
– Артистический темперамент, – понимающе кивнул Майкл. – Очаровательно. Не мог бы я посмотреть ваши работы?
Доркас недоуменно подняла брови.
– Доркас, это мой отец, – представил Дэви, – Лгун, обманщик, шулер, соблазнитель женщин. К тому же негде жить. Бегите от него, как от чумы.
– Майкл Демпси, – объявил Майкл, взяв ее руку. – Доркас. Прелестное имя. Означает «лилия» на гэльском.
– И «газель» на греческом, – добавила Доркас, не отнимая у него руки. И Дэви даже показалось, что на ее желтоватых щеках проступил румянец.
– Он правду говорит о вас? – спросила она у Майкла, кивнув на Дэви.
– Как ни печально, да, – заулыбался Майкл. – Я совершенно неисправим.
Доркас улыбнулась в ответ.
– Но мне действительно хочется увидеть ваши работы, – продолжал Майкл. – Мне редко приходилось встречать художников, и уж никогда – художников за мольбертом. Можно?
Дэви с замирающим сердцем ждал ответа Доркас.
– Пожалуйста, – кивнула она.
– Не делайте этого, Доркас! – взмолился Дэви.
– О, кто бы говорил! Можно подумать, вы – чистое золото! – фыркнула Доркас, отступив и давая Майклу войти.
– Иисусе, – прошептал Дэви и стал спускаться вниз, торопясь предостеречь Гуднайтов.


Остаток недели Дэви провел, двигая мебель, окрашивая стены и орлиным глазом следя за Майклом. В то же время он командовал Надин и Итаном, которые ловили каждое его слово. Гвен составляла подробный план открытия выставки, достаточно дотошно, хотя без особого удовольствия, она следила за своевременным появлением рекламы и даже сообщила репортеру день предварительного показа. Саймон трудился над сигнализацией, по-прежнему тоскуя по Луизе. Во вторник он недосчитался кое-чего из своего гардероба.
– Твой отец позаимствовал у меня рубашку, – сообщил он. – Что отец, что сын – даже собраться как следует не умеете.
Тильда целыми днями работала над фреской, но, приезжая домой, тоже брала в руки кисть, повторяя:
– По-моему, я никогда не устану красить стены.
– Тебе незачем этим заниматься, – возражал Дэви, – ты и так целый день не разгибаешь спины.
– Это самое малое, чем я могу тебе помочь. Ты из кожи вон лезешь ради нас.
– Собственно, чем ты действительно могла бы мне помочь… – начал Дэви, но мигом прикусил язык, когда Тильда взглянула на него поверх очков. Он не желал ничего слышать о чертовом вибраторе! – Ладно, не важно.
Тильда кивнула и принялась орудовать кистью.
– Просто поверить не могу, что твой отец поселился у Доркас ровно через час после своего появления здесь.
– А ты поверь. У него моральных принципов не больше, чем у бродячего кота.
– Зато он мастер своего дела. Тебе понадобились сутки, чтобы забраться в постель ко мне.
– Ну, знаешь! Если бы я захотел…
Тильда снова посмотрела на него поверх очков.
– Ты права, – покорно пробормотал он и окунул кисть в банку.
Ив, Джефф и Эндрю были на побегушках у Дэви, выполняли отдельные поручения, обычно улаживая возникшие в последнюю минуту проблемы. Форд появлялся, когда был нужен ремонт, требующий определенного умения, особенно если при этом рядом была Гвен. Мейсон тоже частенько забегал в галерею, так искренне радуясь предстоящему открытию, что находил доброе слово и ободряющую улыбку для каждого, за исключением Форда. Ничего не скажешь, все они были хотя и странноватой, но командой.
А вот Майкл – дело другое. Застав отца за игрой в три листика едва ли не на крыльце местной школы, Дэви силком утащил его, пригрозил всеми мыслимыми и немыслимыми карами и поручил деликатную работу.
– Где Майкл? – спросила Тильда, вернувшись домой в среду.
– Не буди спящую собаку, – посоветовал Дэви.
– А мне он нравится, – возразила Тильда. – Денег я ему не дала бы, но вообще-то он мне симпатичен. – Что ты с ним сделал?
– Убил двух зайцев одним выстрелом. Рассказал о Колби.
– И?..
– И он моментально облегчил его бумажник на пять тысяч. Пообещал завезти половину миссис Бреннер.
– Пять тысяч долларов?!
– В таких делах он просто гений, – добавил Дэви, стараясь не показывать, как гордится отцом.
– Так чем же все-таки он занимается? – допытывалась Тильда.
– Торговлей.
– Ну да, конечно. Как по-твоему, он отдаст деньги миссис Бреннер?
– Половину? Обязательно. У него сильно развито чувство справедливости. Только вот с моралью плоховато.
– Каким же образом тебе удалось вырасти таким честным… – начала Тильда, но, вспомнив кое-что, покачала головой и замолчала.
– Очередное чудо, – нагло соврал Дэви и отправился красить стены в коридоре подальше от галереи, прежде чем Господь поразит его громом.
С честью выполнив поручение сына, Майкл стал чаще наведываться вниз, но не доверяющий ему Дэви по-прежнему не спускал с него глаз. Форд тоже не зевал, особенно когда Майкл оказывался в опасной близости от Гвен.
– Этот Форд не дурак, – сообщил ей Дэви в день показа рекламного ролика. – Он мне нравится, хоть и задумал меня прикончить.
– Не шутите так! Это меня расстраивает, – жалобно проговорила Гвен.
– Я просто дурачусь. Никто меня не убьет, – успокоил ее Дэви, погладив по плечу.
– Откуда вы знаете?
– Знаю, – убежденно кивнул Дэви. – Если бы он действительно хотел меня убить, давно бы это сделал.
– Так почему он здесь торчит? – рассердилась Гвен, заметив, что Дэви улыбается. – Ведь он же киллер!
– Я слышал, они парни пылкие, – пояснил Дэви. – Знаете, из тех, кому всегда требуется пробежать лишнюю милю.
– Кстати, о пылких парнях, – вспомнила Гвен. – Ваш отец занял у меня двадцатку.
– О черт! – ругнулся Дэви, потянувшись за бумажником.
– А потом принес мне пятьдесят. Сказал, что играл в пул и что это моя доля.
– Вот как? Надеюсь, он не сунул деньги за вырез вашей майки?
– Ну конечно, нет, – обиделась Гвен. – Он настоящий джентльмен.
– Чистой пробы, – подтвердил Дэви и отправился в офис – готовиться к завтрашнему ограблению.
Позже, когда Гвен ушла на ленч с Мейсоном, Дэви случайно увидел за стойкой смеющуюся над Итаном Надин. Перед ней лежали три карты.
– Какого черта, – пробормотал он, подходя. – Что это вы делаете, юная леди?
– Ваш папа научил меня классной игре, – с готовностью объяснила Надин, выкладывая перед ним три карты рубашками вверх. – Угадайте, где королева…
– Надин! – рявкнул Дэви. – По-моему, я велел тебе держаться подальше от моего папаши. Единственный способ выиграть в три листика – смошенничать. А это нехорошо.
– Я же не собираюсь играть на деньги, – защищалась Надин, с некоторым успехом пытаясь изобразить праведное негодование.
«Неудивительно, что отец научил ее играть. Она прирожденная мошенница и весьма естественна».
– Забудь.
– Но ведь здорово! Подумать только, верняк!
– Никаких верняков не бывает..
– Да? Попробуйте у меня выиграть!
Дэви вынул из кармана пятерку и шлепнул на стол.
– Где твоя?
Надин повелительно протянула руку. Итан со вздохом выудил из кармана банкноту и отдал ей.
– Сейчас получишь ее обратно, – пообещала она.
– Не получишь, Итан, можешь не сомневаться, – хмыкнул Дэви. – Действуй.
Под его неотрывным взглядом Надин с победной улыбкой перетасовала карты, показала ему королеву и, ловко спрятав ее в рукав, продолжала тасовать. Для человека, имевшего возможность попрактиковаться не более двух часов, она была великолепна.
– Ну, – спросила Надин, разложив карты, – где королева?
– Вот здесь, – ответил Дэви, прижав пальцем среднюю карту.
– Сейчас посмотрим, – самодовольно объявила Надин.
– Давай, – согласился Дэви и, не отнимая пальца, перевернул восьмерку треф справа и четверку пик слева. – Видишь? Тут нет королевы, значит, она посредине.
С этими словами он преспокойно забрал обе банкноты.
– Так нечестно! – взвилась Надин.
Дэви отнял руку и молниеносно схватил ее за запястье.
– А это честно? – спросил он, вытаскивая королеву из ее рукава. – И не дай тебе Бог еще раз попасться мне на этом занятии.
– Ну можно я хоть попрактикуюсь на Итане? – заныла Надин.
– Ты и так достаточно над ним издеваешься! Не хватало, чтобы ты еще и в карты жульничала! Немедленно иди и покрой дверь вторым слоем краски!
– Кажется, я начинаю уставать от этого занятия, – зловеще прошипела Надин.
– Мы, пожалуй, сохраним тебе жизнь. Будешь гребцом на галерах. Старательно работай веслами и, может быть, выживешь.
– Бен-Гур, – вставил Итан, очевидно, не слишком обеспокоенный постоянными издевательствами Надин.
– Ладно, не буду, – проворчала та, сунув карты в карман.
Дэви вернулся в офис и обнаружил там Тильду, которая видела всю сцену через стекло.
– Твоя племянница просто создана для преступной жизни.
– И все же я почему-то уверена, что ты тоже знаешь эту игру.
– Знаю. Но не играю.
– Какой законопослушный джентльмен! Какой пример для подражания всем нам!
– А теперь к делу. Насчет завтрашнего грабежа. Обязательно надень эту китайскую штуку, – напомнил Дэви. – Мне она нравится:


Этим вечером Майкла нигде не было видно. На следующий вечер, отправляясь с Тильдой надело, Дэви постучался к Доркас. Дверь открыл Майкл.
– Не смей учить Надин шулерским играм, – с ходу предупредил его Дэви.
– Всему нужно учиться в молодости, – возразил Майкл. – Еще одна причина, почему я должен увидеться с Софи. Демпси еще слишком мал. Но у Софи, кажется, есть падчерица?
– Дилли. Но не смей и на милю к ней подходить!
– Это почему?
– Потому что… – Дэви осекся, вспомнив, что Дилли увлекается футболом. – Просто не подходи, и все.
– Уже сам научил ее? – обрадовался Майкл, хлопнув его по плечу. – Молодец, мальчик!
– Ну откуда ты свалился на мою голову? Может, все-таки уберешься по-хорошему? Я веду здесь честную жизнь, черт бы все это побрал!
– Миленькая черная рубашка. Собираешься на грабеж со взломом? – осведомился Майкл. Дэви закрыл глаза.


Галерея выглядела ослепительно красивой, и Гвен возненавидела ее еще больше.
Она взглянула на часы. Десять минут до предварительного показа. Может, если ее вырвет на кассовый аппарат, ей позволят удалиться наверх и разгадывать кроссворды?
Гвен мысленно одернула себя. Вся семья стерла пальцы до костей, и теперь галерея просто сверкает. Свет играет в узорах мебели Тильды, отражается от хрустальных бокалов, поставленных на длинный стол Томасом, официантом и поваром, наготовившим уйму вкусной еды. Они собираются делать деньги, а она ноет, потому что ей хочется заняться подводным плаванием. Нет, так не годится.
Но ей очень хотелось подняться наверх, спрятаться с головой под одеялом и больше не высовываться.
– Миссис Гуднайт, – окликнул Томас, и Гвен испуганно встрепенулась.
– О, Томас, простите, – извинилась она, стараясь не глядеть на два синяка, желтевших у него на лбу. – Приготовлено все великолепно. Вы…
– Я могу поговорить с вами? – спросил он, положив руку ей на плечо, и Гвен так растерялась, что позволила увлечь себя в офис. Он вынул кожаный футляр и показал ей жетон.
– Томас Льюис. ФБР.
– Вы из ФБР?! – ахнула Гвен.
– Ш-ш-ш… – остановил ее Томас, оглядываясь. – Я здесь под прикрытием, и никто ничего не должен знать, миссис Гуднайт. Вы можете хранить тайны?
«Вот это да!» – промелькнуло в голове Гвен.
– Я провожу расследование по делу Клеа Льюис, – пояснил он, поглядывая одним глазом на дверь. – Мы считаем, что она убила своего мужа.
– Неужели?
Ну что ж, звучит вполне правдоподобно.
– И выкрала его коллекцию, – продолжал Томас. – Сирил Льюис был очень богатым человеком, но умер банкротом.
– Что же, Клеа – женщина недешевая, – заметила Гвен. – Может, они просто все потратили?
– Именно. На картины. В последний год своей жизни Сирил Льюис приобрел картины на сумму свыше двух миллионов.
– Вот это да! – сказала Гвен уже вслух, прежде мысленно подсчитав комиссионные.
– Они хранились на складе. Но склад сгорел дотла за день до смерти Сирила Льюиса.
Все это сильно смахивало на плохую радиопьесу.
– И вы считаете, что это Клеа его убила?
– Сирил – не первый муж, которого она прикончила. Улик обнаружено не было, но первый ее муж умер при очень подозрительных обстоятельствах. Она совершенно безжалостная особа. У нас есть все основания считать, что она поселила в вашем доме наемного убийцу.
– Неужели? – деланно удивилась Гвен.
– Мы считаем, что она решила расправиться с бывшим любовником.
– Да ну? – поразилась Гвен на этот раз вполне искренне. – Вот это да!
Интересно, знает ли Тильда? Возможно. От нее мало что укроется.
– Я говорю вам это потому, что в последнее время Клеа слишком много внимания уделяет вашей галерее.
– Да нет, – возразила Гвен. – Она…
– Если она попытается продать вам картины, мы хотели бы знать об этом.
– Я не покупаю картин, – объяснила Гвен. – Галереи берут произведения искусства на комиссию. Мы вообще ничего не покупаем.
– Если она хотя бы упомянет о картинах, мы должны это знать, – настаивал Томас.
– Мы?
– Бюро.
– Ах, Бюро. Что же, я обязательно буду держать вас в курсе.
«Если ты – ФБР, а Форд – негодяй, значит, эта страна катится в пропасть».
Черт, но если он действительно представитель закона, а Клеа – преступник, значит, дело дрянь.
– И давно вы работаете на Бюро?
– Нет, – бросил Томас, гордо выпрямившись. – Но обладаю всеми необходимыми навыками.
– Прекрасно, – кивнула Твен и задала беспокоивший ее все это время вопрос: – Но вы еще и готовить умеете?
– Я покупаю еду в ресторанах, – смущенно признался Томас. – Это высвобождает мне время для расследования.
– О, вот как? – оживилась Гвен. – В ресторанах?!
– Только об этом никому, договорились?
– Ни единой душе.
– И не забудьте про картины, – напомнил Томас, открывая дверь в галерею.
– Ни за что на свете, – поклялась Гвен, спеша выйти до прихода первого посетителя.


Полчаса спустя Тильда наблюдала из офиса за происходящим в галерее с каким-то странным чувством – словно смотрела старый фильм. Она сотни раз видела подобные показы, с самого раннего детства, когда ей приходилось вставать на табурет, чтобы дотянуться до окошка в двери. Но на этот раз чего-то не хватало, и она не сразу поняла – дело в том, что здесь некому играть роль заводилы. Никто не стоит посреди комнаты, с улыбкой руководя спектаклем.
Но тут в галерее появился Мейсон, жизнерадостный, сияющий, в парчовом жилете, под руку с Клеа, которая была про сто великолепна в черном платье с вырезом до талии и огромными золотыми обручами в ушах. Мейсон направился прямо к центру комнаты, смеясь и жестикулируя, словно пародируя отца Тильды.
«Бедняга. Он явно не дотягивает», – с жалостью подумала она.
В офис вошел Дэви.
– А, Вилма сегодня в своем китайском жакете. Кажется, самое время стянуть что-то и обжиматься в шкафу.
– Мейсон и Клеа уже здесь, – сообщила она.
– Тогда уходим.
Дэви захватил ключи от машины Джеффа. Посмотрел в окошечко и восхищенно присвистнул.
– Что там?
Тильда проследила за его взглядом.
Клеа успела повернуться, демонстрируя собравшимся изящную, полностью обнаженную спину. На глазах у всех присутствующих она нежно улыбалась Мейсону. Идеальный профиль затмевала лишь не менее идеальная линия бюста.
– Вот оно что, – протянула Тильда, стараясь, чтобы голос не прозвучал уж слишком резко.
– Остынь, Вероника, – ухмыльнулся Дэви. – Я просто наслаждаюсь пейзажем. Знаю-знаю, она – адское отродье. И все же…
– И все же она хороша в постели, верно? – договорила за него Тильда, наблюдая, как Клеа с кошачьей грацией шествует по галерее. «Терпеть тебя не могу!» – Куда лучше меня.
– Да, – кивнул Дэви. – Ну что, идем?
– Намного лучше меня? – не отступала Тильда.
Дэви закрыл глаза:
– Зачем ты занимаешься всякой ерундой? Знаешь ведь, чем это кончится.
– Скажи, – настаивала Тильда.
Дэви вздохнул и заглянул в галерею.
– Видишь ту мебель, которую ты разрисовала? Каждое твое движение было действительно необходимым, потому что ты усердно трудилась и у тебя есть к этому призвание.
– Спасибо, – прошептала Тильда, невольно тронутая его словами.
– Так вот. Клеа трахается с таким же вдохновением, как ты – рисуешь.
Тильда охнула.
– Если это тебя утешит, она скорее всего рисует так, как ты…
– Больше ты до меня не дотронешься! – вспылила Тильда.
– А что, раньше имелись шансы дотронуться? – удивился Дэви. – Так мы идем или нет?
– Разумеется, – кивнула Тильда, пытаясь думать только о главном. Они вернут картину. Дэви получит свои деньги. Потом занавес опустится – он уедет в Австралию, а она вернется к спокойной жизни мастера фресок.
– А что, собственно, случилось? – спросил Дэви.
– Знаешь, до твоего появления я была счастлива, – выпалила Тильда, направляясь к двери.
– Неправда. Ты…
В офис ворвался Итан. Он тащил на руках Стива, обряженного ради праздника в парчовый жилет и черную бабочку, что отнюдь не улучшало настроение пса.
– Надин сшила жилетик, – пояснил Итан. – Она сказала, что такова одежда всех мужчин, собравшихся на открытие галереи.
– Вот Мейсон обрадуется! – вздохнула Тильда. – Только никого не укуси, Стив.
– Вы уходите? – спросил Итан.
– Да, – кивнул Дэви, – мы…
– Что же, желаю «успешно штурмовать замок», – сказал Итан, унося Стива в галерею.
Дэви ошарашенно смотрел ему вслед:
– Неужели все знают, что мы сегодня идем на преступление?
– Джефф не знает. Мы стараемся не вовлекать его в наши дела, ведь нам может понадобиться адвокат.
– Рад это слышать, – съехидничал Дэви, выходя на автостоянку. – Вам следовало бы поставить здесь фонари.
– Для этого нужны деньги. Дай мне хотя бы расплатиться с Саймоном за краску. А ведь есть еще и закладная!
Они сели в машину.
– Ах да, закладная! Это и есть та самая идеальная жизнь, которую я испохабил?
– Ладно, прости. Ты не виноват ни в чем. И во всем.
– Я не…
– До твоего появления я не осознавала, насколько несчастлива. Только все ниже склоняла голову и продолжала идти. И тут ты хватаешь меня в шкафу, и мне приходится признать, что я не только жалкая мазилка, но еще и в постели ничего не стою.
– «Ничего не стою» – это твои слова. Не мои. И я готов всему тебя научить, – вызвался Дэви.
Тильда повернула к нему голову:
– Я рада, что ты отремонтировал галерею.
– Знаю.
– Она такая красивая… куда красивее, чем в моих воспоминаниях. И когда я увидела все то, что нарисовала тогда, мне вдруг захотелось рисовать снова. Что-то настоящее. Это дает ощущение счастья. А когда ты уедешь, все это тоже уйдет, потому что сами мы этого не вытянем. Нет ни времени, ни… – Тильда махнула рукой. – Ни куража. Не то, что у моего отца. Гвенни вернется к кроссвордам, Надин – к погоне за карьерой, а я – к фрескам. Так что спасибо за то, что вернул галерею, но ты разрушил мою жизнь.
– Знаю, – повторил Дэви.
– Ничего ты не знаешь.
– Я знаю, что ты – большой художник. Что ненавидишь рисовать фрески. Что любишь свою семью. Что ужасно злишься за что-то на своего отца. И что галерея – это твое и только твое. Я знаю тебя.
Тильда задохнулась от неожиданности.
– Не настолько, как тебе кажется, – нашлась она, глядя в окно. – Ну так мы едем или остаемся?
Дэви завел мотор.
– Учти, там будут шкафы, Вилма. Так что держи себя в руках.
– Да, и еще одно, – вспомнила Тильда.
– Что именно?
– Если сегодня что-то пойдет не так, я остаюсь. Ни за какие коврижки не покину тебя. И не смей выпихивать меня из двери. Сегодня мы работаем вместе. И только вместе.
– Согласен, – кивнул Дэви, немного помолчав. – Но это в последний раз. Сегодня все будет кончено.
– И слава Богу. Едем.


Гвен не находила себе места. При виде Мейсона ей хотелось плакать.
«Такой славный человек. Может, попросить Форда пришить его?»
Нет, так шутить грешно, однако было бы неплохо, если бы кто-нибудь огрел его по голове, потому что сейчас он собственноручно гробил всю затею с показом. И как бы она ни противилась возрождению галереи, все же не могла не желать успеха собственной семье и особенно младшей дочери.
Мейсон тем временем убеждал растерянную женщину, решившую купить комод, расписанный оранжевыми зебрами, что это прекрасное вложение средств.
– Предметы искусства постоянно дорожают, – распространялся он, и Гвен, поспешно обойдя стойку, взяла его за руку.
– Мейсон, дорогой… – начала она.
– Пожалуй, я немного подожду, – пробормотала женщина, отступая. – Можно погладить собачку?
– Конечно, – с готовностью кивнула Гвен. Мейсон покачал головой.
– Эта собака все нам испортит, – прошептал он. – Нельзя ли ее убрать? Нас никто не принимает всерьез.
«Ну да, особенно если мы продаем мебель с оранжевыми зебрами».
– Понимаешь, – объяснила она вслух, – эта мебель – не вложение капитала. Ты покупаешь эти изделия потому, что они тебе нравятся, а не потому, что искусство дорого ценится.
Мейсон нежно посмотрел на нее и погладил по руке.
– Предоставь это мне, Гвенни. Я знаю, что делаю.
«Как же, знаешь!»
Удостоверившись, что он не пристает больше к бедной женщине, она вернулась за стойку.
В глубине галереи Майкл чему-то смеялся вместе с женщиной, держащей картину Финстерс и не сводившей при этом глаз с собеседника. С той минуты, как открылись двери, этот тип каким-то чудом сбыл с рук уже трех Финстерс.
«Может, стоит держать его при себе, чтобы дела шли лучше?» Но Гвен тут же одернула себя. Майкл продаст все, что у них есть, включая Стива. А потом смоется с деньгами. Милый, но абсолютно аморальный человек.
Стоявшая поодаль Надин тоже смеялась, бойко распродавая мебель, и Гвен вдруг распознала в ней черты Тони. По крайней мере, его обаяние. Но тут женщина, с которой весело разговаривала Надин, подошла к стойке и заплатила сто долларов за скамеечку для ног, разрисованную танцующими кошками, и Гвен подумала, что Надин, кроме того, унаследовала дар мужа продать любую вещь за любую цену.
Она улыбнулась женщине и поискала глазами Мейсона, Тот что-то говорил седеющему мужчине в строгом костюме, показывая на стол, расписанный красными коротконогими гончими. Гвен могла бы поклясться, что слышит слово «вложение». Похоже, ночка обещает быть длинной.
«Всю галерею за "Пина-колада"», – подумала Гвен и отправилась спасать очередного покупателя.


Стекло в подвальном окне так и не вставили, поэтому Тильда и Дэви легко проникли в дом и, как в прежние добрые времена, в темноте направились по лестнице к шкафам Клеа.
– Вспомни былое, – почти пропел Дэви в унисон с мыслями Тильды. – Иди в комнату, где хранятся картины, и найди свою Скарлет. Я пойду в спальню Клеа искать лэптоп.
Тильда кивнула и без особого энтузиазма взглянула на ряд темных ступеней.
– А хочешь, обыщем шкафы вместе? – предложил Дэви. – Это всегда нас привлекало.
– Лучше уж иди один.
Следующий час Тильда провела с фонариком в руке, вороша десятки обернутых чехлами картин, в поисках восемнадцатидюймового квадрата. Поддавшись любопытству, некоторые она даже рассматривала. Достаточно неплохие, но ничего особенного. Коллекционер из Мейсона довольно средненький. Впрочем, то же можно сказать и обо всем остальном. Может, Гвенни сумеет вдохнуть в него немного огня?
Тильда взялась за последнюю квадратную картину, отогнула уголок чехла и увидела небо в шахматную клетку написанное в чужой манере. Что за черт?
В руках у нее оказался восемнадцатидюймовый квадрат с голубым небом в клеточку. Лесной пейзаж. Она никогда не рисовала лес.
Тильда направила луч фонарика в правый угол картины и увидела написанную большими печатными буквами фамилию «Ходж».
«Ха! Гомер!» – мысленно усмехнулась Тильда.
Она никогда этой картины не видела. И даже забыла, что скопировала небо в клеточку именно у Гомера, может, поэтому ей так нравилось его рисовать. Ничего необычного в этом не было, ведь она – подделыватель картин.
Тильда повела фонариком по картине, стараясь понять, что еще она взяла у Ходжа. Только не деревья… зато между стволами гуляли маленькие животные, а она всегда любила рисовать животных, хотя не таких – эти были слишком малы и у них были…
Крохотные, острые, белые зубы.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100