Читать онлайн Речная искусительница, автора - Кроуфорд Элейн, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Речная искусительница - Кроуфорд Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.6 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Речная искусительница - Кроуфорд Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Речная искусительница - Кроуфорд Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кроуфорд Элейн

Речная искусительница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Увидев обнаженное женское тело, Пирс испуганно набросил на него одеяло и отскочил в сторону.
Лишенный дара речи, он несколько минут стоял в отдалении и смотрел на спящую девушку, а потом подошел на цыпочках поближе и наклонился над кроватью. Да, несомненно это был Джорджи.
Медленно и неуверенно Пирс снова протянул руку к одеялу и тихонечко его приподнял. Затем он быстро посмотрел на глаза спящей девушки. Она по-прежнему лежала неподвижно на спине.
Пирс чувствовал себя так, как будто он подглядывает в скважину на что-то запретное. Отбросив угрызения совести в сторону, он приподнял одеяло еще немного… и увидел прекрасную обнаженную грудь.
Пресвятые угодники! Маленький негодяй все-таки оказался девушкой!
Пирс нетерпеливо отвел рукой растрепанные волосы Джорджи и представил себе каскад медно-рыжих локонов.
— Лак?
Мгновенно его охватила неистовая радость, которая столь же быстро сменилась такой дикой злостью, что кровь застучала в висках, а глаза застелила черная пелена. Рука Пирса сама потянулась к нежной и такой беззащитной шее.
Но сначала нужно, чтобы она ответила на его вопросы.
Пирс схватил девушку за плечи, приподнял с подушки и начал трясти.
Голова девушки бессильно болталась в разные стороны, как будто у нее была сломана шея. Она слегка застонала. Это был единственный признак жизни. Пирс понял, что будить ее сейчас бесполезно. Должно быть, миссис Гейбл дала ей очень сильное лекарство.
— Проклятие!
Пирс отскочил от кровати, он с трудом дышал от бешенства. Он снова посмотрел на лицо спящей, такое умиротворенное и невинное во сне. И это при том, что ей удалось бессчетное количество раз выставить его дураком. Она все время лгала и дурачила его. И даже сейчас, когда ее тайна была раскрыта, Пирс не знал, то ли Лак притворяется, что она Джорджи, то ли наоборот.
А, собственно, какое это имеет значение? Результат тот же. Девчонка сделала из него полного идиота. У Пирса мурашки пошли по телу при мысли о том, сколько раз он пускался в романтические разглагольствования о Лак на глазах у этой нахалки, а она всегда пользовалась его слабостью.
Одно Пирс знал наверняка. Никто и никогда, даже жена его отца, не наносила ему в жизни такого сокрушительного поражения.
Его трясло при мысли о том, что нужно оставаться в одной каюте с проклятой лгуньей, с этой пароходной дрянью. Однако он сейчас еще не был готов к тому, чтобы принять очередной бой с воинственной миссис Гейбл.
Пирс почувствовал себя полностью обессиленным. Он с трудом забрался на верхнюю койку. Вдруг его внимание привлек маленький ситцевый мешочек. Ни один дурак не станет так заботиться о простом куске веревки.
Трясущимися пальцами он развязал запутанные узлы и вытащил содержимое мешка.
Косы! Две длинные медно-рыжие косы.
Маленькая лгунья зашла так далеко, что отрезала свои великолепные волосы. Она была готова на все, только бы одурачить его и заставить гоняться за своим негодным папашей.
Пирс в сердцах бросил косы вниз и услышал, как они тяжело шлепнулись на пол. Подумать только, какая издевка над его чувствами, когда он дни и ночи страдал и переживал за судьбу «нежной леди Лак». Так безжалостно растоптать все мечты и смеяться над его любовью.
Пирс весь сжался в комок и зажмурил глаза. В висках стучало. Ему хотелось забыться и выбросить все из головы. Но тут же в памяти всплыл образ разгневанной миссис Гейбл, обвиняющей его во всех смертных грехах. Дама с прокурорским видом указывала на Пирса пальцем, являя собой в этот момент воплощение карающего правосудия. Чего стоит один ехидный тон, когда она сообщила, что Джорджи беременна.
Беременна? Пирс, как ужаленный подскочил на койке, изо всех сил ударившись головой о потолок каюты… он почувствовал, что проваливается в какой-то бездонный черный омут.
Казалось, стрелки карманных часов Пирса замерли на месте в течение всего времени, когда он возился с огромной шишкой на голове, прикладывая к ней мокрую тряпку. Он ждал пробуждения Джорджи. Пирс несколько часов пролежал на верхней койке и за это время его нетерпение сменилось непоколебимой решимостью не поддаваться ни на какие уловки дрянной девчонки. Огромные умоляющие глаза больше его не разжалобят и не заставят изменить принятого решения. На сей раз ей придется плясать под его дудку.
Девушка зашевелилась и застонала во сне.
Пирс повернулся на бок и, подперев голову рукой, лежал в предвкушении первого сражения, в исходе которого он ничуть не сомневался. В этот раз победа будет на его стороне.
Джорджи с трудом сползла с койки. Она была в чем мать родила и едва не потеряла равновесия, но успела ухватиться за край койки.
— Боже мой, что мне дала эта женщина? — тихо пробормотала девушка, пытаясь поднять непослушную голову и не догадываясь о присутствии Пирса, внимательно наблюдавшего за ней.
— О, Господи! — продолжая держаться за койку, она наклонилась и подняла с пола длинную полоску хлопковой ткани. Затем она бросилась к двери и заперла ее на задвижку.
Джорджи оперлась ладонями о дверь и сделала несколько глубоких вздохов. Пирс смотрел на нее и не чувствовал ни малейшей вины, вспоминая каждый дюйм ее тела. Он с удовольствием разглядывал нежную шею, хрупкие узкие плечи, гладкую спину цвета сливок, плавно переходившую в изящную талию, изумительную округлость маленьких ягодиц… Затем он перевел взгляд на длинные ноги удивительно красивой формы…
Никогда Пирс не видел таких безупречно красивых ног. Он не мог взять в толк, как можно было переодеть мальчиком такую грациозную девушку, само воплощение женственности.
При виде обнаженной Джорджи решительность Пирса несколько ослабла, но он тут же сделал над собой усилие, чтобы прийти в чувство. Но ведь она все это сделала. Наверное, делала несколько лет. Все знакомые считали Джорджи мальчиком, а он сам был последним в веренице обманутых дураков.
Джорджи отошла от двери и осмотрелась. Пирс был уверен, что сейчас она его заметит, но вместо этого девушка стала возиться со своими тряпками.
Пока она наматывала узкую полоску ткани на ладонь, Пирсу предоставилась возможность рассмотреть ее спереди. Как ни высока была его оценка уже осмотренных частей тела, он вынужден был признать, что не встречал более соблазнительной груди, все было совершенно, от полных полушарий до дерзко поднятых сосков. И ни тени смущения. Неудивительно, что Пирс не мог ее забыть. Со стороны провидения было просто бессовестно наделить маленькую лживую тварь таким совершенством.
Найдя наконец один конец длиннющей тряпки, Джорджи стала заматывать ее вокруг себя, закрепляя узлом каждый виток.
Обманщица перевязывала себе грудь. Она думала, что ее тайна еще не раскрыта. Пирс презрительно фыркнул:
— На твоем месте я бы не стал обременять себя таким занятием.
Джорджи вскинула на него свои огромные золотисто-карие глаза и застыла в оцепенении. Вырвавшийся из груди крик перешел в сдавленный стон, когда девушка стала прикрывать свою наготу холщовыми тряпками, выпадающими из дрожащих пальцев.
Она глянула на свои ноги, а потом опять на Пирса. Вдруг Джорджи бросилась к койкам и поспешно нырнула под одеяло.
Пирс даже не пытался сдержать смех и не стал изображать из себя джентльмена, когда услышал возню с простынями и одеялами на нижней койке. Ехидно ухмыляясь, он свесился с койки и посмотрел вниз, но увидел только завернутый в одеяло комок. Неужели она и впрямь думала, что если залезет с головой под одеяло, то спрячется и уйдет от расплаты?
Пирс спрыгнул с верхней койки и присел рядом с Джорджи.
Завернутый комок откатился от него дальше к стенке.
Упиваясь местью, Пирс снял висевший на ступеньке лесенки сюртук и достал из внутреннего кармана манильскую сигару и спички, а затем отбросил сюртук в сторону. Он небрежно чиркнул спичкой о стойку кровати и закурил, удобно усевшись нога на ногу. Пирс сделал несколько затяжек, не спуская взгляда с судорожно дышавшего комочка, прижавшегося к стене.
Джорджи была испугана, как загнанный в угол кролик, и видит Бог, у нее были на то веские причины.
Когда Пирс ждал пробуждения Джорджи, ему не раз приходила в голову мысль убить дрянную девчонку. Он вспомнил, как она несколько раз назвала его бессовестным шулером… и в это время, как сама «прекрасная дочь Юга» была непревзойденной мошенницей. Нахальная, горластая и насквозь лживая. Просто маленькая волчица.
Лишь одно удерживало Пирса от намерения немедленно удушить мерзавку — их будущий ребенок… Да, пожалуй еще, в чем он неохотно сознавался себе в минуты слабости, неизгладимая память о великолепной и остроумной молодой леди, которая однажды отдалась ему вся без оглядки, охваченная в тот момент беззаветной любовью. Лишь на один волшебный вечер она забыла себя, поверила в него и в ту игру, которой ей захотелось развлечься.
Не желая поддаваться грозящей охватить его слабости, Пирс сделал над собой усилие, чтобы вновь разжечь в своем сердце совсем было угасший гнев.
— Сегодня вечером я поговорю с капитаном Бэйли, — начал он.
При звуке первых его слов Джорджи подскочила, но больше не сделала ни одного движения.
— Я уверен, ему доставит огромное удовольствие сделать из тебя порядочную женщину. Я распоряжусь, чтобы к завтрашнему дню все подготовили к свадебной церемонии.
Джорджи бросилась к Пирсу, налетела на него, и также быстро отскочила, выглядывая из-под одеяла. В ее взгляде сквозило недоверие.
— Ты собираешься на мне жениться? А как же все… хм-м-м?.. — она отвела взгляд в сторону и снова накрылась с головой одеялом.
— Поверь, — сказал Пирс, стараясь, чтобы его уверенный голос не дрогнул и не выдал охватившего его смятения. — Я делаю это не для тебя, а для ребенка. Ни один мой ребенок не будет носить клеймо незаконнорожденного. Поэтому я сделаю для тебя все необходимое, пока он не родится, и я не подыщу для него кормилицу. Потом я отправлю тебя к твоему окаянному папаше. Вы стоите друг друга.
Из-под одеяла снова появилась взъерошенная голова.
— Ты хочешь оставить ребенка себе?
Пирс поднялся и посмотрел в огромные лживые глаза, наполненные отчаянием.
— Ты ж не думаешь в самом деле, что я могу доверить тебе ребенка, чтобы ты его испортила?
Не дожидаясь ответа, Пирс повернулся, подошел к двери, отбросил щеколду и вышел из каюты, громко хлопнув дверью.
Он сказал все, что хотел.
На следующий день Пирс должен был официально сообщить о свадьбе. К огромному облегчению Джорджи миссис Гейбл принесла ей еду в каюту. От мысли, что ей придется предстать перед пассажирами и всей командой, у Джорджи переворачивалось все внутри. Это было гораздо хуже, чем штормящее море.
Тем не менее, по суровому, но сочувственному отношению миссис Гейбл Джорджи стало ясно, что Пирс никому не рассказывал о ее двойной игре. Но, Господи помилуй, воинственная матрона еще обо всем ее допросит.
До решающего момента оставался всего час. Джорджи стояла на маленькой табуретке в просторной каюте Гейблов и изо всех сил старалась, чтобы никто не заметил ее страданий. Чтобы не упасть, она оперлась на столбик кровати, а в это время пожилая дама облачала ее в изысканный красный шелк с золотым шитьем.
— Не знаю, как вас благодарить за то, что вы позволили мне одеть это малайское свадебное платье. Я его просто не заслужила после всей моей лжи.
Миссис Гейбл отвлеклась от укладывания складок блестящей ткани, облегающей бедра девушки.
— Я не знаю, что вас заставило поступиться принципами морали и толкнуло на связь с мистером Кингстоном, и по правде сказать, предпочитаю оставаться в неведении. Но несмотря на вашу ложь, вы были приятной и любезной попутчицей. Считайте, что я его дала вам взаймы в честь вашего дня рождения. Кстати, сколько вам исполнилось?
— Восемнадцать.
— Такая молодая, — пробормотала миссис Гейбл, доставая брошь с драгоценными камнями, которая лежала в ящичке, украшенном причудливой резьбой. Ящичек стоял на узком столе, прикрепленном к стене. Собрав сборки на плече Джорджи, миссис Гейбл проткнула их иголкой и застегнула брошь, затем она отошла в сторону и придирчиво осмотрела пышный восточный наряд.
— Да, просто великолепно. Можете сойти с табуретки.
Джорджи тоже осмотрела платье и повернулась к пожилой даме.
— Платье замечательное, но вам не кажется, что учитывая мои обстоятельства, красный цвет будет неуместным?
— У нас — да. Но на этом корабле все знают, что на Востоке красный — это цвет праздника. А разве есть праздник, более торжественный, чем свадьба? Я заплатила за этот костюм целое состояние. Но, как я сказала моему любимому упрямому муженьку, какой-нибудь молодой китаец, разбогатевший на золотых приисках, с радостью избавит нас от него и приобретет для своей новой, только что купленной невесты, а мы хорошо на этом заработаем. А потом, кто знает, может быть, Всевышний хочет, чтобы что-то смогло поднять вам сегодня настроение.
Мысль о том, что Всевышний знал все ее слова и поступки, усиливало чувство вины и почти полностью лишила Джорджи сил. Где ей взять силы, чтобы через час выйти на палубу? Как посмотреть в глаза Пирсу и всем остальным?
Миссис Гейбл смотрела на нее, как будто ждала ответа.
— Я, э-э… Так вы хотите продать этот наряд? Вы что-то сказали о купленной невесте?
— Да, на Востоке некоторые не заботятся о своих дочерях. Если отцу нужны деньги, он продает дочь.
— Какой ужас, — Джорджи не могла представить, чтобы ее отец продал свою единственную дочь. Но сама-то она поступила еще хуже. Она так мало ценила то, что она женщина, отбросила все в сторону ради вольной жизни пароходного юнги. Может то, что с ней произошло, и есть кара Всевышнего. Она отвергла все, для чего ее создал Господь. А теперь вынужденное замужество с человеком, которого она любит всем сердцем, но у которого есть полное право ее также сильно ненавидеть.
— Да, кстати, о нетерпеливых женихах, — весело сказала миссис Гейбл, и ее веселость только усилила боль, терзавшую Джорджи. — Ваш жених, мистер Кингстон, настоял на немедленном венчании, а это верный признак того, что он порядочный человек и очень к вам привязан. Поэтому, выше нос, а то вы уткнетесь им в палубу. А сейчас присядьте к туалетному столику. Что было, то прошло. Считайте сегодняшний день началом новой жизни.
Даже прохладная, льнущая к телу и нежно шуршащая мерцающая ткань не могла улучшить настроения Джорджи, когда она спустилась с табуретки и подошла к стулу, на котором должна была ждать прихода жениха. Что и говорить, настроение у нее было совсем не свадебным, ведь она хорошо знала истинную причину поспешности Пирса. Он хотел получить законное право распоряжаться ее судьбой до того, как родится ребенок. Но в этих тяжелых для Джорджи условиях миссис Гейбл была к ней так добра, что просто не заслуживала лицезреть ее кислую физиономию и плохое настроение. Джорджи сделала над собой усилие и постаралась улыбнуться, но улыбка получилась вымученной.
Миссис Гейбл вынула из маленькой коробочки золотые ленты, увешанные звенящими бубенчиками и накинула их Джорджи на руки.
— Когда я закончу вас наряжать, мистер Кингстон решит, что женится на сиамской принцессе.
Джорджи с трудом сдерживала слезы. Ей хотелось крикнуть, что Пирс предпочел бы самую грязную и ничтожную кули, только бы не жениться на обманщице. Но вместо этого она стала перебирать пальцами свои уцелевшие косы, из которых миссис Гейбл изобразила свадебную прическу. Джорджи изо всех сил старалась сосредоточить внимание на длинных каштановых локонах, падающих мягкими волнами из-под красиво уложенных кос, перевитых золотыми лентами с колокольчиками.
— Так, милочка, дайте-ка я вам одену это на шею. Миссис Гейбл протянула Джорджи ажурное золотое ожерелье с подвеской из чистейшего янтаря. Ожерелье было, по крайней мере, два дюйма шириной.
— Да, дорогая, когда вы выйдете к своему мистеру Кингстону, он будет так поражен вашей красотой, что у него исчезнут всякие сомнения, если таковые имелись.
Ветер утих и превратился в ласковый бриз, а шум разбивающейся о корабль воды и хлюпанье бьющихся о мачты парусов теперь звучали, как нежный шепот. Пирс стоял на верхней палубе и ждал появления Джорджи и миссис Гейбл. Капитан Бэйли был здесь же вместе со всей командой, состоящей из двадцати человек. Остальные пассажиры также вышли на палубу. В честь праздничного события все были нарядно одеты.
Свадебная церемония была назначена на два часа. Пирс не сомневался, что уже было, по крайней мере, на десять минут больше, и это его сильно раздражало. Он с трудом сдерживался, чтобы не вынуть из кармана свои часы. У Пирса не было ни малейшего желания давать и без того изумленным зрителям дальнейшую пищу для сплетен. Он рассказал о создавшемся положении только одному капитану Бэйли, да и то не вдаваясь в подробности. Однако слух о том, что Пирс жил в одной каюте с переодетой молодой женщиной расползался по всему кораблю, как масло по горячей сковородке.
Совершенно неожиданно корабль в этот момент вошел в полосу густого влажного тумана.
Высокий сухопарый капитан взял под мышку Библию и вытащил из форменного кителя пару белых перчаток. Он весело улыбнулся.
— Вы только подумайте, какая перемена и всего за несколько секунд. Только что было лето, а теперь зима. Но это добрый знак. Скоро мы увидим берег Калифорнии.
— И как вы думаете, сколько до Калифорнии? — спросил у капитана стоящий рядом мистер Гейбл.
— Миль тридцать-сорок, — капитан задумчиво посмотрел вверх на висящие паруса, а потом сморщил длинный нос и вытащил из кармана часы.
— Но где же невеста?
Группа матросов, стоящих кружком в отдалении от Пирса, стала шушукаться между собой. Двое отошли в сторону, освобождая проход, и сняли синие шапочки с лентами.
— Уже давно пора, — сквозь зубы пробормотал Пирс, стараясь хоть что-нибудь различить в тумане.
Вдруг сквозь туман прорвался сверкающий пурпур и золото. Подобно сказочному волшебству перед изумленными зрителями предстало само воплощение божественной красоты и грации. Потупив взор, девушка прошла мимо расступившихся матросов. Восхищенный шепот замер, и была слышна только нежная музыка множества крохотных сияющих колокольчиков. Колокольчики переплетались со струящимися локонами, тихо позванивали на браслетах, одетых на запястья и ноги невесты. Даже на поднятых кверху маленьких золотых туфельках было подвешено по звонкому колокольчику.
Девушка медленно шла к Пирсу. Ослепленный красотой своей невесты, он мысленно вернулся к тому дню, когда впервые увидел Лак. Она была также восхитительна, когда, отделившись от толпы поселенцев, подошла к нему в пышной юбке с кринолином, утопая в море кружев. Тогда на ее губах играла дерзкая и удивительно привлекательная улыбка.
Девушка приблизилась к Пирсу, и он не нашел в подавленном выражении ее лица ничего от жизнерадостности прежней Лак. Не было в ней и задиристой непокорности Джорджи. И Джорджи, и Лак исчезли, а вместо них перед Пирсом стояло незнакомое создание, прекрасное и печальное. От щемящего одиночества у Пирса заныло в груди, он вдруг понял, что будет очень скучать по обоим… даже по Джорджи. Каким-то образом, горластому мальчишке тоже удалось завоевать сердце Пирса.
Прекрасная незнакомка подошла к Пирсу.
Он взял ее за руку и почувствовал, как дрожат ее пальцы. Внезапно Пирса переполнило чувство глубокого сострадания, и он слегка сжал пальцы девушки, чтобы хоть как-то ее взбодрить. Затем они вместе повернулись к капитану Бэйли.
— Скажите мне свои полные имена, — в серых глазах непреклонного капитана отразилась симпатия и такое же искреннее сочувствие, как и у Пирса, когда он перевел взгляд с девушки на ее жениха.
— Пирс Лэйндж Кингстон, — фамилия Лейндж лишний раз напомнила Пирсу о том, что он незаконнорожденный. По крайней мере, он может избавить от такой участи своего ребенка. Что касается фамилии Кингстон, дай Бог, чтобы ничего никогда не раскрылось.
Пирс посмотрел на замысловатую прическу, скрывавшую коротко остриженные волосы невесты и вдруг понял, чего ей стоило остричь всю эту сияющую красоту, чтобы сохранить свою тайну. Как же ей, должно быть, было больно. Постепенно он осознал, чем пожертвовала девушка…. и все для того, чтобы спасти своего отца. Конечно, она прибегла ко лжи, которая всех ввела в заблуждение, но ее побуждения были благородными.
Поглощенный своими мыслями, Пирс не сразу заметил, что наступила длительная пауза. Потом его поразил спокойный голос девушки.
— Меня зовут Лак Эллен Джорджет Пэкинг, — она подняла ресницы, в ее огромных золотисто-карих глазах блестели слезы, которые, казалось, хлынут сейчас потоком.
Пирс совсем растрогался и взял девушку за руку.
У невесты дрожал подбородок. Она взглянула на Пирса. Глаза девушки переполняла грусть.
Стараясь смягчить ее печаль, Пирс улыбнулся.
Дрожащие губы попытались улыбнуться в ответ, но вместо этого по нежной щеке скатилась крупная слеза.
Решимости Пирса был нанесен удар. Его охватило страстное желание прямо сейчас обнять свою прекрасную невесту, крепко прижать к груди, и держать так, пока не успокоится ее боль.
Но капитан Бэйли уже начал церемонию.
— Возлюбленные чада, мы собрались сегодня здесь… — его звучный монотонный голос, как нельзя лучше соответствовал серьезному и торжественному событию, когда он стал неторопливо рассказывать об обязанностях супругов.
Когда капитан взял с них клятву хранить верность в горе и радости, в болезни и здравии, Пирс вспомнил ночь, когда его чуть живого притащили на корабль. Он был так пьян, что не мог самостоятельно передвигаться, и его просто швырнули на руки Джорджи. И тут Пирс вдруг понял, что, наверное, та ночь была не галлюцинацией. Ведь это Лак была с ним и позволила себя любить.
— Согласен ли ты, Пирс Кингстон, взять эту женщину в законные супруги?
Пирс посмотрел на Лак или на Джорджи, он уже и сам запутался, как ее звать.
Она подняла на своего жениха горестный взгляд. Пирс крепче сжал руку девушки.
— Да.
— А ты, Лак Эллен Джорджет Пэкинг, согласна ли взять этого мужчину в законные супруги?
Порыв ветра принес вихрь соленых брызг, а колокольчики на наряде невесты тихо звенели. Наверху раздался шум хлопающих парусов и заглушил ответ невесты.
Капитан спрятал Библию под китель и закричал, стараясь пересилить шум моря.
— Что вы сказали?
Пирс взглянул на девушку и увидел, что она согласно кивнула головой.
— Превосходно! — прокричал Бэйли и неуклюже шагнул в сторону, пытаясь сохранить равновесие, так как корабль дал сильный крен.
Пирс непроизвольно обнял Лак за талию, желая ее поддержать.
— Объявляю вас мужем и женой, — громким голосом закончил капитан. Он крепко пожал Пирсу руку, а затем наклонился и чмокнул Лак в щеку. — Думаю, у нас было небольшое затишье перед бурей, — капитан выпрямился и отошел от молодых супругов. — Рикмэн! — закричал мистер Бэйли. — Иди к штурвалу! Лефти, Майк, Сон-дере, спустить верхние паруса! Остальные ко мне! Похоже, мы попали в хорошенькую переделку.
Лак вырвалась из объятий Пирса. Она столкнулась с Гейблами и, шатаясь, побежала по опасно накренившейся палубе по направлению к лееру и повисла на нем. Ее окатило волной, одна рука выпустила канат, затем другая… Сильная волна бросила девушку на палубу.
Пирс бросился к Лак.
Миссис Гейбл с трудом двигалась туда же, она схватила Пирса за руку.
— Команде требуется ваша помощь, — прокричала она, заглушая рев ветра, — а я позабочусь о вашей жене.
Пирс увидел стоящего у фок-мачты матроса, который старался ухватить канат, потом оглянулся и посмотрел на миссис Гейбл, помогавшую Лак подняться на ноги.
— Прекрасное начало для медового месяца, — подумал Пирс, направляясь к матросу, — но разве могло быть иначе?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Речная искусительница - Кроуфорд Элейн


Комментарии к роману "Речная искусительница - Кроуфорд Элейн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100