Читать онлайн Золотые узы, автора - Кристиан Зита, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Золотые узы - Кристиан Зита бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Золотые узы - Кристиан Зита - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Золотые узы - Кристиан Зита - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кристиан Зита

Золотые узы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Клейтон Гардиан проглотил таблетку соды, запил ее водой и поставил стакан на одну из бесчисленных кружевных салфеточек, которые тетя Лиза раскладывала повсюду. Его ботинки и брюки валялись на цветастом ковре возле постели. Боже, как скверно! Знал же, что все попытки залить горе вином бесполезны. Да он и не пытался этого делать уже много лет. Каких глупостей натворил! Завтра утром надо будет заплатить за посуду, которую разбил в ресторане, и извиниться перед мисс Брейтон.
Интересно, она действительно так хороша, как ему показалось спьяну? Самоуверенная и упрямая, но очень красивая женщина.
Клейтон с трудом расстегнул пуговицы на рубашке, хотел уже швырнуть и ее на пол, как вспомнил про кольцо и достал его из кармана. Как очаровательны лепестки флердоранжа!
Этот надутый болван метрдотель был прав: Клейтон Гардиан теперь ничто. Он больше не занимает важный пост в банке «Сиэтл и трест». У него больше нет незапятнанной репутации. У него даже больше нет собственного дома. Но есть сын и это золотое кольцо. Символ всех его бед. Дорогая насмешка судьбы.
Он прищурился, разглядывая выгравированные на внутренней стороне кольца инициалы: ЛМБ. Видимо, и кольцо краденое.
Клейтон откинул розовое кружевное покрывало и рухнул в постель. Пусть на это уйдет остаток его жизни, но он отыщет мерзавца Флетчера Скалли и его подружку с невинными глазками. И раздавит их каблуком, как двух отвратительных тараканов.


Челюсть, конечно, болит, но позавтракать тоже хочется. Аурелия оделась и спустилась в столовую, перебирая в уме срочные дела: отослать письмо родителям с заверениями, что у нее все в порядке; уложить вещи и прочитать газету, чтобы знать, что там происходит в Клондайке. А завтра она отплывает.
Через два-три, самое большее через четыре месяца она привезет Виолетту домой. И уедет к себе в колледж. Мистер Гардиан к тому времени превратится в туманное воспоминание, а их поездка в карете – в предмет для приятных грез, большего она и не стоит.
Аурелия села за столик у окна. Дожидаясь, пока официантка принесет завтрак, она смотрела на улицу, где разыгрывались те же сцены, что и вчера, и позавчера… Вот мужчина проволок мимо окна четырех дворняжек, впряженных в красный детский фургончик на саночных полозьях. Надпись на фургончике гласила, что это специально обученная собачья упряжка и настоящий старательский фургон.
– Душа болит глядеть на все это, правда? – спросила официантка, наливая чай. – Собаку из дома выпустить нельзя – мигом сцапают и продадут. Впервые за много лет хозяева стали соблюдать закон, предписывающий водить собак на поводке.
Аурелия кивнула. В глазах пестрело от зазывающих вывесок: «Снаряжение для Клондайка», «Отель «Клондайк», «Аптека «Клондайк», «Парикмахерская «Клондайк». И все эти ухищрения – чтобы подогреть ажиотаж и выудить у простаков их последние доллары!
Впрочем, чему тут удивляться? Как и все в стране, она слышала про шестьдесят восемь старателей, которые в июле сошли в Сиэтле с парохода «Портланд» и разбогатели в Клондайке за несколько месяцев. У некоторых были мешочки с золотым песком стоимостью пять тысяч долларов, у других даже больше, а человек пять-шесть привезли по сто тысяч долларов.
Зная, что Виолетта и Скалли ринулись вслед за другими в Клондайк, Аурелия жадно читала все, что в газетах писалось о золотой лихорадке. Она живо представляла себе, как новоявленные богачи сошли на берег. Оборванные, грязные, с заросшими обветренными лицами, они, шатаясь, спускались по сходням, крепко вцепившись в свои узлы. Одни насыпали золотой песок в кожаные сумки, другие – в банки из-под консервов, третьи просто завернули его в старые одеяла. Пароход встречали на пристани тысячи зевак, которые хотели своими глазами увидеть добытое золото. Глядя на разбогатевших старателей, в глазах которых светилось торжество победителей, встречавшие вдруг все как один подхватили «золотую лихорадку», даже более заразную болезнь, чем чума. Через двое суток тихий Сиэтл представлял собой подлинный бедлам. Флетчер Скалли тоже заболел золотой лихорадкой и заразил ею Виолетту.
– Можно сесть за ваш столик? Аурелия вздрогнула от неожиданности.
– Мистер Гардиан!
Голос выдал ее невольную радость, а щеки от смущения зарделись румянцем.
– Разрешите?
Аурелия кивнула, и Клейтон сел, сразу заказал кофе.
– Слава Богу, вы как будто лучше себя чувствуете? Вам уже не так больно? – с надеждой спросил он, но при виде ее опухшей щеки виновато отвел глаза.
– Спасибо, мне действительно лучше. – Она едва могла скрыть изумление: как же меняет человека чистый костюм и выбритое лицо! – Я вижу, вы тоже пришли в себя.
Гардиан поежился – эти слова живо напомнили о его вчерашних бесчинствах. Тут официантка принесла завтрак Аурелии и кофе Клейтону.
– Не буду ходить вокруг да около. Не буду врать, что я вообще не беру в рот спиртного, но, поверьте, я отнюдь не горький пьяница. Вчера вечером… я, можно сказать, сошел с рельсов. Я знаю, что уже просил прощения, только, боюсь, это у меня тоже вышло по-дурацки. И мне захотелось извиниться еще раз, на свежую голову, захотелось убедить вас, что я не таков, каким предстал перед вами вчера.
– Я понимаю, мистер Гардиан. Все произошло случайно. Давайте оставим этот разговор – мне и так неловко расхаживать по городу с синяком на лице.
Клейтон оттянул накрахмаленный воротничок своей ослепительно белой рубашки, словно ему было душно. Хотя в хорошо сшитом темном костюме его вполне можно было принять за банкира, Аурелия почему-то считала, что этому человеку больше подойдут кожаные штаны и высокие сапоги со шпорами. Мистер Гардиан напоминал ей шерифа или разбойника из романов о ковбоях. С чего бы это? Пожалуй, волосы длиннее, чем положено носить банкирам. Но Аурелии это нравилось. А главное, у него не было этих дурацких висячих усов, которые сейчас вошли в моду.
Она откусила крошечный кусочек тоста, ткнула вилкой в яичницу и внезапно почувствовала, что совершенно потеряла аппетит.
Клейтон сложил салфетку и положил ее на стол.
– Вчера вы сказали, что едете в Клондайк за сестрой. Выходит, вы чуть ли не единственный человек в этом городе, который едет не за богатством. Все надеются вернуться с мешком золотого песка.
– Нет, мистер Гардиан, не все. Есть нечто более ценное, чем золото. Например, забота о младшей сестре. Честь семьи. – «И прощение», – добавила про себя Аурелия. – Моей сестре всего шестнадцать лет. Она невинна и наивна до крайности. Прошлым летом один проходимец соблазнил ее и уговорил бежать с ним из родительского дома. Сестра написала нам всего несколько раз, но и из этих писем ясно, что с этим негодяем она на краю гибели. Последнюю весточку мы получили пять месяцев назад. И с тех пор – ни строчки.
– А откуда вам известно, где ее искать?
– Если бы мне это было точно известно, я послала бы ей денег на дорогу домой. Я только знаю, что из Сиэтла они поехали в Скэгвей, оттуда в Дайю, а потом переправились через какой-то Чилкутский перевал. Куда отправились дальше, я не знаю, но в последнем письме сестра писала, что они, может быть, поедут в Доусон. Уехать оттуда сама сестра не может – у нее нет денег. Так что мне необходимо ее отыскать. – Глаза Аурелии наполнились слезами. – Бедная девочка! Я понимаю, вам это покажется пустяком, но она даже не успела сделать дебют в свете. А все последнее время Виолетта только об этом и говорила.
– Виолетта? Так зовут вашу сестру?
– Да, Виолетта Брейтон. Может быть, вы ее встречали? У меня есть с собой фотография. Я сфотографировала сестренку месяцев за пять до ее роковой встречи с этим развратником Флетчером Скалли. – Аурелия достала из сумочки фотографию и протянула ее Клейтону. – Правда, она прелестна? Такая красавица! А какая жизнерадостная!
И тут Аурелия с изумлением посмотрела на побледневшего Клейтона.
– Что с вами, мистер Гардиан? Вам плохо? Клейтон схватился за край стола с такой силой, что у него побелели костяшки пальцев. Сначала Аурелия подумала, что он до такой степени возмущен бессовестным поступком Флетчера Скалли, так подло воспользовавшимся наивной невинностью шестнадцатилетней девочки! Но вдруг у него в глазах мелькнуло нечто неожиданное – подозрение. Аурелия истолковала это по-своему – ведь она тоже не оправдала доверия Виолетты. Если бы старшая сестра вела себя иначе, то Виолетта была бы сейчас дома и в безопасности… «Господи, с чего это он вдруг глядит на меня так, словно я украла деньги, предназначенные для вдов и сирот?»
– Не смотрите на меня так, мистер Гардиан. Если хотите что-нибудь сказать – говорите!
– Я надеюсь, у вас хватит сил меня выслушать, мисс Брейтон.
– Сил? Вы собираетесь сообщить мне что-то очень неприятное?
Клейтон кивнул и достал что-то из нагрудного кармана.
– Вы когда-нибудь видели это кольцо?
– Конечно! Это кольцо моей бабушки! Дайте сюда! Аурелия узнала цветки флердоранжа еще до того, как взяла кольцо. Дрожащими руками она повернула его и увидела буквы: ЛМБ.
– Это инициалы моей бабушки: Люси Мод Брук. – Девушка сжала кольцо в кулаке и прижала его к груди. – Нана завещала это кольцо Виолетте. Как оно к вам попало?
– В банке «Сиэтл и трест» я возглавлял отдел займов под залог. Ваша сестра с приятелем пришли ко мне и попросили заем под залог ее драгоценностей. Когда эта парочка исчезла, я перекупил у банка кольцо. Теперь оно принадлежит мне.
– Исчезли? Не выплатив заем?
Клейтон кивнул. Ему не хотелось рассказывать подробности.
– Понятно, – сказала Аурелия, возвращая кольцо его новому владельцу, ни на минуту не усомнившись в правдивости всего услышанного.
Виолетта действительно рассматривала подарки лишь как источник денег. В одном из писем она написала, что продала брошь с сапфиром, которую родители подарили ей на день рождения, а также заколку для волос в виде бабочки, усеянной мелкими бриллиантами. Но продать подарок Наны! О, Виолетта, как ты могла?
– Значит, вы видели мою сестру. Расскажите все подробно, пожалуйста.
Клейтон положил кольцо в карман и немного помолчал. Казалось, он с трудом подбирает слова.
– Да, я видел вашу сестру. И никогда ее не забуду. Мне очень не понравился тот самодовольный тип, Скалли. Сразу видно, ловкач. У меня создалось впечатление, что заем был нужен ему, а не Виолетте, но этому Скалли нечего было предложить в качестве залога. Зато у вашей сестры были драгоценности. Как правило, банк не ссужает деньги женщинам, особенно молодым незамужним женщинам.
– Тогда почему же вы согласились это сделать?
– Скажем так: меня уговорили.
– Все понятно. – Аурелия горестно вздохнула. – Я знаю, каким даром убеждения обладает моя сестра. Но вам следовало догадаться, что она просто пешка в руках Скалли. Тогда вы отказали бы им в займе, и они не смогли бы уехать из Сиэтла.
– В Сиэтле много других банков.
– Да, верно. Он заставил бы Виолетту обратиться в другой.
– Заставил бы? Ваша сестра, по-моему, отлично понимала, что делала.
– Да как она могла понимать? Это же невинный ребенок! Вы завладели ее кольцом.
– Подождите меня обвинять. И не смотрите так на меня. Разве я стал бы вам все это рассказывать, если бы чувствовал за собой какую-нибудь вину?
Аурелии не нравилось недоверие в его взгляде. Если кого и можно было заподозрить в неблаговидном поступке, так это мистера Гардиана.
– Я привык думать, – продолжал он, – что хорошо разбираюсь в людях. Я узнаю отчаяние в глазах: за последние пять лет я столько раз это видел. Отчаяние порой принуждает человека совершить такое, на что он в обычных обстоятельствах не способен. Мне больно вам это говорить, но, несмотря на напускную веселость и дорогой наряд, ваша сестра была в отчаянии. А может быть, ей просто очень хотелось поскорее добраться до золотых приисков.
Аурелии рисовались самые страшные картины. Она проклинала тот день, когда стала невольной причиной знакомства Виолетты с Флетчером Скалли. Тем более ее долг – спасти сестру.
– Во всем виноват Флетчер Скалли. Он подлый человек, ему все нипочем. – Хорошо, что пароход отплывает завтра.
Она допила чай и приложила к губам салфетку, которую нервно вертела в руках.
– Это кольцо – фамильная драгоценность. Хотелось бы выкупить его у вас, но, к сожалению, я уже и так истратила больше денег, чем предполагала. Если вы пообещаете никому не продавать нашу фамильную реликвию, то месяца через два, самое большее три, я заплачу вам столько, сколько вы попросите.
– Что ж, конечно, я могу подождать. Но если кольцо имеет для вашей семьи такую ценность, неужели ваши родители не могут прислать нужную для выкупа сумму?
– Действительно, почему им этого не сделать? Видите ли, родителей возмутил поступок Виолетты. Они оскорблены. Нет, они не пошлют денег на выкуп кольца, они даже отказались помочь мне в ее спасении. Если бы не небольшое наследство бабушки, я вообще не смогла бы отправиться в Клондайк.
Хотя сердце Аурелии болело при мысли о несчастной Виолетте, она чувствовала, что за последние минуты приблизилась к своей цели ближе, чем за все предыдущие месяцы.
– Прошу вас мне верить. Я обязательно выкуплю кольцо.
Клейтон невесело усмехнулся.
– Не беспокойтесь о кольце. У вас и без того хватает забот. Почему-то я уверен, что вы обязательно найдете сестру.
Аурелии послышалось в его голосе сочувствие. Мистер Гардиан так спокоен, так уверен в себе – прямо как врач, заверяющий больного, что тот непременно выздоровеет. Но почему ей вдруг стало не по себе? Аурелия схватила сумочку и встала из-за стола.
– Как только я вернусь из Клондайка, я сразу найду вас в банке и…
– Нет, так не выйдет! Я не хочу, чтобы ко мне на службу обращались по частным вопросам. Вот вам мой домашний адрес. – Он вынул из кармана авторучку, листок бумаги и написал адрес. – Вот! Я живу со своей теткой и сыном. Если меня не будет дома, тетя Лиза скажет, где меня найти.
Аурелия взяла листок и положила в сумочку.
– Разве вы не женаты? – спросила она, сама удивляясь своей смелости.
– Я вдовец.
– Простите!
– Жена умерла от родов пять лет назад. Жизнь за жизнь, как говорится.
Аурелия представила себе, что произошло: огромная потеря крови или, может быть, родильная горячка. Или заражение крови из-за отсутствия стерильности. Такое часто случалось и всегда приводило к смерти.
– Сейчас медицина многого достигла. Жаль только, что ваша жена не успела воспользоваться этими новшествами.
У Аурелии вдруг мелькнула мысль, что ничто не мешает мистеру Гардиану жениться во второй раз, и рассердилась на себя. Надо быстрее уходить, а то снова размечтается и снова будет страдать, когда романтические надежды развеются как дым.
– Большое спасибо, мистер Гардиан. Вы мне очень помогли. Но у меня еще так много дел, а пароход отправляется уже завтра.
Аурелия ликовала. Наконец-то она напала на след Виолетты! Мистер Гардиан – благородный человек. Он дал Виолетте заем, потому что пожалел ее. Как это удачно, что и сестренка, и она сама встретили его. Интересно, а он рад их встрече?


Наконец-то повезло! Клейтон торопился в центр города, увертываясь от повозок продавцов и покупателей. Перед кассами пароходной линии было немноголюдно, и двигалась очередь быстро. Скрестив на груди руки, он терпеливо ждал и обдумывал план действий.
Мисс Брейтон уезжает на «Релайанс» в Дайю. С Виолеттой она увидится в Доусоне – или потому, – что бесстрашная докторша намерена вызволить свою беспомощную сестру, или потому, что сестры – нет, сестры и Флетчер Скалли – договорились встретиться там и поделить украденное из банка. Весь этот слезливый рассказ о несчастной сестре может быть просто «дымовой завесой», предназначенной для канадских таможенников, чтобы пропустили ее без обязательного для старателя снаряжения.
А может, она действительно и не подозревает, на что способна ее «бедная сестричка». Так или иначе, если последовать за Аурелией, она приведет его к Виолетте и Скалли.
К тому же одна решительная мисс Брейтон никогда до Доусона не доберется. Ей нужен помощник, опытный мужчина. Такой, как он. Вот он и вызовется сопровождать ее в этом нелегком путешествии. Глядишь, наконец повезет. Клейтон Гардиан не сказал Аурелии всей правды, не поведал о том, как Виолетта погубила его карьеру.
– Один билет на «Релайанс» до Дайи.
– «Релайанс» отплывает завтра. Остался только один билет первого класса. Тридцать пять долларов.
«Опять грабят», – подумал Клейтон.
– Поздравляю – вы едете за удачей, – заученно сказал кассир, протягивая ему билет.
– Само собой.
У Клейтона еще оставались друзья в Сиэтле, которые верили в его непричастность к краже денег. Они наверняка одолжат ему на провиант и снаряжение. И Клейтон отправился занимать деньги.
Вторую часть дня он провел, покупая необходимое и договариваясь с продавцами об отправке приобретенного на пароход. Купил даже золотоискательское снаряжение. По крайней мере никто не усомнится, зачем он едет в Клондайк. Правда, не хватило денег на полный запас продовольствия, но Гардиан кое-что придумал.
И хотя к вечеру он валился с ног, Клейтон за один день горы свернул. Теперь его путь лежит к большому дому тетки. Самое трудное было впереди. Надо сказать Эли, что папа уезжает.


Клейтон сидел в кресле-качалке с сыном на коленях. Пятилетний Эли вертелся как заводной.
– Папа, расскажи, куда ты едешь.
– В Клондайк, искать золото. Дай я тебе нарисую, где это.
Стараясь не смахнуть одну из дорогих безделушек тети Лизы, Клейтон взял со столика газету и карандаш. Развернув газету, он нарисовал жирную точку.
– Это Сиэтл.
Эли наконец угомонился и тихонько сидел у отца на коленях, внимательно следя за движениями карандаша, который оставил волнистую линию почти на половине газетного листа.
– А это Внутренний пролив. В нем уйма маленьких островков и скал. Пароход пойдет по этому проливу до Дайи. – Клейтон нарисовал еще одну жирную точку. – Здесь я сойду на берег вместе со всеми, кто собрался в Клондайк. Мы пойдем пешком через эти горы, пересечем канадскую границу и потом поплывем вот по этой реке под названием Юкон. – Он нарисовал еще одну волнистую линию. – Поплывем… гм, примерно сюда. – На газете появилась новая точка. – Здесь глубоко в земле полно золота. Самородки величиной с твой кулак лежат и ждут, чтобы их подобрали. А вот это – Доусон. Из этого городка я буду посылать письма тебе и тете Лизе.
Клейтон погладил сына по голове. Какие мягкие волосики, светлые, словно молодой початок кукурузы. Такие волосы были у матери Эли. А вот у мисс Брейтон они скорее медового цвета. Господи, с чего это он вдруг подумал о ней?
– И ты, Эли, тоже присылай мне письма в Доусон. Тетя Лиза поможет тебе их писать. Договорились?
– А к моему дню рождения ты вернешься?
Клейтон свернул газету и почему-то снова вспомнил, сколь многим ему пришлось пожертвовать ради Эли, когда умерла его мать; вспомнил, каким беспомощным себя чувствовал с крошкой сыном на руках. Чувство огромной вины перед его матерью никогда не покидало Гардиана. Если бы она не забеременела, то была бы сейчас жива. Но ярче всего помнилось чувство одиночества. Ему и сейчас было одиноко. Он, конечно, знал женщин все эти пять лет, но ему казалось, что он никогда не найдет ту, которая сможет если не заменить его нежную жену, то хотя бы…
Эли стал смыслом жизни Клейтона. У отца болела душа при мысли о разлуке с мальчиком. Но что же делать? Он пытался найти работу в других банках. Черт побери, хотел даже наняться продавцом, плотником, поваром, но ему везде отказывали. Клейтон уже был готов забрать Эли и уехать из Сиэтла – и тут встретил мисс Брейтон. Если повести дело с умом, то еще можно вернуть себе все, что у него отняли.
– Пап! Ну что же ты не отвечаешь? Ты вернешься к моему дню рождения?
Клейтон обнял сына и прижал к себе. От мальчика исходил чистый запах мыла и ночной рубашки, которая сушилась на солнце и ветру. Он вспомнил, сколько раз укладывал сына спать, как долго стоял в дверях, глядя на уснувшего малыша и думая о том, что взял на себя непосильную ношу: вырастить мальчика без матери.
Гардиан начал медленно покачиваться в поскрипывающей качалке и наконец проговорил:
– Нет, приятель, к твоему дню рождения я не вернусь. Но я буду думать о тебе. – Он поцеловал мальчика в лоб. – А тетя Лиза попросит мисс Софи испечь тебе огромный шоколадный торт, и ты задуешь на нем пять свечек…
– Папа, шесть свечек! Мне уже будет шесть лет. Пять было в прошлом году.
– Как, уже шесть? – с притворным удивлением спросил Клейтон. – Подумать только, у меня почти взрослый сын.
Эли выпрямился и прижал ладошки к щекам Клейтона.
– Если я взрослый, то возьми меня с собой. Клейтон покачал головой и грустно улыбнулся.
– Нет, сынок, не могу.
В гостиную вошла тетя Лиза, маленькая живая старушка с белыми как снег волосами. Она без всякой надобности потрогала фотографии на пианино, поправила картины на стенах и обратилась потом к мальчику:
– Неужели ты хочешь уехать и оставить бедную тетю Лизу одну, Эли? Ты только недавно ко мне переехал. Я не успела даже научить тебя читать и считать, как когда-то научила всему этому твоего папу на забытом Богом ранчо в Канзасе.
Клейтон улыбнулся тетке. Она и вправду научила его многому – во всяком случае, именно с ее помощью он сумел чего-то добиться в жизни.
– А кто будет ходить со мной на рынок и носить мою корзинку? Кто будет заводить часы с кукушкой? И кто будет вылизывать миску, в которой мисс Софи готовила тесто для печенья?
Тетя Лиза принялась взбивать подушки на диване. Она всегда бросалась наводить порядок, если ее что-нибудь беспокоило.
– Да, но папе тоже без меня будет трудно! Клейтон крепко обнял мальчика.
– Я как-нибудь управлюсь, сынок. Честное слово.
– Уж о папе можешь не беспокоиться, молодой человек, – добавила тетя Лиза. – Я сама видела, как он объезжал дикую лошадь и со ста футов попадал в бутылку. К тому же он отлично варит бобы. В этом с ним никто не может сравниться. Так что о нем не беспокойся.
Тетя Лиза хотела взять мальчика на руки, но тот зажмурил глаза и теснее прижался к отцу.
– Оставь его, Лиза. Мы еще немного покачаемся, да, приятель?
– Но уже восемь часов. Эли пора спать, а тебе завтра надо с утра спешить на пристань. – Она прошла в дальний конец комнаты и тут, не выдержав, повернулась и выпалила: – И что это за блажь тебе пришла в голову? Золото он, видишь ли, едет копать! Будто я тебя не знаю. Что-то ты задумал. Ты не овца, чтобы бежать, куда все. У тебя есть сын, которому ты нужен здесь.
– Знаю, – прошептал Клейтон, продолжая равномерно раскачиваться. – Знаю.
Клейтон еще долго сидел в кресле после того, как Эли заснул у него на руках.


Пароходы, отправлявшиеся на север, брались буквально с бою. Еще год назад пустые доки Сиэтла были похожи на кладбище. Теперь здесь бурлила жизнь от восхода до заката. Пароходы с золотоискателями уходили каждый час.
Утро началось проливным дождем, который продолжал моросить весь остаток дня. Но рвущиеся к золотым приискам люди, которых здесь звали «стампидерами»,
type="note" l:href="#n_1">[1]
не обращали внимания на непогоду. «Даешь Аляску!» – кричали они, пробиваясь к сходням.
На пароходе царила страшная толчея. В поисках своих кают пассажиры бродили по коридорам, сновали вверх и вниз по трапам. Стюард отвел Аурелию в каюту на двоих и заметил, что на пароходе плывут только четыре женщины. Мужчинам же, купившим билеты первого класса, предоставлены шестиместные каюты.
Большую часть ее багажа погрузили в трюм, а в каюту матрос принес только чемодан Аурелии. В каюте слева плыли жена священника, ехавшая к мужу, и стенографистка, путешествовавшая с отцом, который служил топографом в какой-то экспедиции. Справа находился один из немногих благоустроенных туалетов. В одной каюте с Аурелией ехала вдова Лили Лоберж, которая путешествовала с братом.
Не успела Аурелия познакомиться с вдовой, как явился стюард и сообщил, что всем пассажирам велено сойти на берег и собраться на пирсе. Государственный инспектор хочет сосчитать пассажиров, поскольку многие отправляющиеся в Аляску суда часто бывают опасно перегружены.
– Еще что придумали! – возмутилась вдова. – Так нам придется ждать обеда до девяти часов.
На пристани толклись сотни провожающих. Укрываясь от дождя под черными мужскими и разноцветными дамскими зонтиками, они дожидались отплытия судна, на котором уезжали их родственники и друзья. Женщины выстроились вместе с остальными пассажирами в длинную очередь. Провожающие и отъезжающие перебрасывались грубоватыми шутками:
– Что-то вы никак не можете отплыть!
– Как думаешь, пойдете ко дну или нет?
– Говорят, утонуть – это удовольствие по сравнению с тем, что нас ждет на Юконе.
– А завещание написали?
– Может, лучше смыться, пока не поздно? Пассажиры медленно двигались к сходням, проходили мимо инструктора и поднимались на пароход.
– Поглядите вон на того юнца, – обратилась к Аурелии вдова. – Какой хилый, ну в чем душа держится!
Аурелия проследила за ее взглядом и увидела тощего продавца, у которого покупала продовольствие и снаряжение. Значит, все-таки решил ехать в Клондайк, а не на Кубу.
– А вы заметили мужчину в конце очереди? – шепнула Лили Лоберж. – Высокий такой, широкоплечий, но сложен отлично. Даже если он не так уж хорош лицом, все равно достоин внимания.
Аурелия была поражена, что женщина из приличного общества без стеснения так обсуждает мужчину, но все-таки обернулась. У нее перехватило дыхание. Клейтон Гардиан! Он-то откуда взялся? Тоже плывет на «Релайанс»?
– Не задерживайтесь, мисс, – поторопил ее матрос. Аурелия остановилась как вкопанная.
Аурелия заметила, что вдова, которой было по меньшей мере лет сорок, прежде чем подать руку помогавшему пассажирам молодому матросу, подняла юбки значительно выше, чем это было необходимо. Ей даже показалось, что вдова подмигнула юноше.
– Ну как, разглядели его? – спросила Лили, когда Аурелия без помощи матроса поднялась на палубу.
– Да.
– Такой мужчина может доставить удовольствие любой женщине, если та сумеет завлечь его в постель, верно?
– Миссис Лоберж!
– Господи, да вы никак смущены! Я вас шокировала? Но мне показалось, что вы образованная женщина и выше глупых предрассудков.
– Вы меня ничуть не шокировали. Просто, по-моему, палуба не место для подобных разговоров.
Однокурсницы Аурелии считали, что мужчины существуют для того, чтобы доставлять женщине удовольствие, а также для продолжения рода человеческого; получив от них и то и другое, женщине лучше жить одной. Имея слишком мало опыта в любовных делах, Аурелия не знала, соглашаться с этим или нет. Во всяком случае, она обожала слушать рассказы подруг о залитых лунным светом садах, о страстных поцелуях, о мужчинах, в жилах которых течет горячая кровь, а не формальдегид.
Как только женщины зашли в свою каюту, миссис Лоберж повесила на крючок накидку и сразу же принялась снимать с себя дорожный костюм.
– Да, видела я пароходы и получше этого корыта.
– Вряд ли более комфортабельное судно доставило бы нас на Аляску быстрее.
– Это верно. Знаете, дорогая, капитан сказал, что мы с вами самые привлекательные женщины на корабле. Он, наверно, посадит нас с вами за свой стол.
– Очень мило с его стороны. Полураздетая миссис Лоберж принялась шарить в самом большом из своих трех сундуков, небрежно выбрасывая элегантные шелковые платья – вишневое, цвета морской волны, кружевные нижние юбки и блузки.
Аурелия вспоминала платья нежных пастельных тонов, которые надевала на балы и вечера во время своего дебюта. В отличие от Виолетты она не слишком заботилась о нарядах. Было бы удобно – таково было ее основное требование к платьям. Но может, будь у Аурелии платья, подобные этим, молодые люди обращали бы на нее больше внимания?
– Наконец-то нашла! – воскликнула Лили, вынимая из сундука очаровательное платье, переливавшееся всеми оттенками синего. Приложив его к себе, она заявила с уверенностью, которой Аурелия не могла не позавидовать:
– Сегодня вечером все мужчины будут у моих ног.
Аурелия не могла не признать, что миссис Лоберж была почти идеально сложена. Да, в этом наряде она будет выглядеть восхитительно.
– Прелестное платье, миссис Лоберж, – сказала Аурелия, старательно отгоняя вдруг возникший образ сраженного красотой вдовы Клейтона Гардиана.
– Пожалуйста, милочка, зовите меня Лили. Мы ведь будем жить в одной каюте почти неделю.
Девушка кивнула в знак согласия. Лили бросила платье на койку так небрежно, что оно сползло и упало на пол. Аурелия подавила в себе невольный порыв поднять и расправить его. Сама она собиралась идти на обед в том же невзрачном коричневом платье, в котором прибыла на пароход, но вдруг у нее возникли сомнения. За спиной послышался шелест нижней юбки из тафты.
– Душечка, помогите мне затянуть корсет. Чтобы влезть в это платье, мне нужно стянуть талию до восемнадцати дюймов. Моя горничная отказалась сопровождать меня на Юкон, или как там это называется – Клондайк, Аляска? – в общем, туда, куда мы едем. А сама я затянуть корсет не могу.
– Так перетягивать тело вредно для здоровья, даже опасно, – заметила Аурелия, затягивая талию Лили.
– Чем не пожертвуешь ради того, чтобы выглядеть более стройной, – отозвалась Лили. – Неужели вы хотите сказать, что у вас такая изящная фигура от природы?
– Изящная фигура?
– Вы же носите корсет?
– Разумеется, но не затягиваюсь до такой степени, чтобы стеснять жизненно важные органы.
– А одна моя подруга, чтобы иметь шестнадцатидюймовую талию, даже удалила два нижних ребра, – рассмеялась Лили. – По-моему, это уж чересчур.
– Еще бы, – отозвалась Аурелия, застегивая пуговицы на спине Лили.
Затем Лили показала ей белые лайковые туфельки на французских каблучках – Аурелия представить себе не могла, чтобы в них можно было ходить, – и белые шелковые чулки с кружевной вставкой на подъеме.
– Если хотите, я помогу вам. Вы же собираетесь переодеться к обеду?
– Нет. Мне не во что. В кассе сказали, что в каюту можно занести только небольшой чемодан. А я и не подумала, что понадобится переодеваться.
Лили сморщила носик и пожала плечами.
– Это правило не относится к дамам. Хотите, я вам одолжу платье? По-моему, у нас один и тот же размер, разве что у вас немного пышнее грудь и уже бедра.
– Нет, спасибо, не надо, – смутившись, отказалась Аурелия.
– Разве вам не хочется произвести впечатление на того великолепного мужчину, что мы видели на пирсе?
– Да нет. Зачем?
Вдова подкрасила губы и с удивлением посмотрела на Аурелию.
– Да затем, что он наверняка неравнодушен к дамским чарам. Это было бы неплохо. – Она облизала губы и оценивающе оглядела себя в зеркальце. – Я заметила, что на пирсе он часто смотрел на вас, даже шею вытягивал.
– На меня?
– Да-да. На вас. Но раз вас это не волнует, значит, вы не будете возражать, если я попрошу капитана представить меня ему. Он по крайней мере выглядит приличнее, чем вся эта разношерстная публика. Хотя, в сущности, все равно, как он одет. Дело не в одежде.
– Ваши слова можно истолковать превратно…
– Да бросьте, Аурелия! Жизнь слишком коротка, чтобы ее стоило принимать всерьез. Раз мы не знаем, что нас ждет завтра, надо уметь выжимать капельки радости из сегодняшнего дня, а не раздумывать, что прилично, а что нет. Будете долго ждать, останетесь ни с чем. Вспомните известные слова: «Когда придет время умирать, не дай вам Бог обнаружить, что вы и не жили». Я по крайней мере собираюсь жить.
Лили подмигнула Аурелии, накинула на плечи кошачий палантин и вышла из каюты.
Оставшись одна, Аурелия грустно посмотрела на свое скромное платье и на разбросанные по каюте шелковые наряды. Ох и неряха же эта Лили! Аурелия подняла платье цвета морской волны, встряхнула его, как это делает горничная, и положила на одну из пустых коек. Потом подняла вишневое, но не отбросила, а приложила к себе. Виолетта говорила, что ей идет вишневый цвет. Окинув каюту взглядом, Аурелия не нашла зеркала, даже стекло иллюминатора не давало отражения, а маленького зеркальца у нее не было.
Девушка закрыла глаза и тихонько напела несколько тактов вальса, который Виолетта часто играла на рояле. Фантазия унесла Аурелию в танцевальную залу, где ее, улыбаясь, ждал мистер Гардиан. Вот Клейтон протянул ей руку, и они закружились в вальсе. Неужели он правда высматривал ее на пирсе?
Аурелия принялась вальсировать между койками, но почувствовала, что делает это неловко, и сурово отчитала себя.
Мечтательное настроение исчезло. Она положила вишневое платье на пустую койку рядом с платьем цвета морской волны. Затем одернула юбку своего коричневого платья, поправила выбившиеся локоны и накинула на плечи самую теплую шаль. Нет, она не из тех женщин, которые порхают по залу в шелках и на высоких каблучках. У нее нет никаких иллюзий…
Однако в дверях каюты Аурелия остановилась и пощипала свои щеки, чтобы на них проступил румянец.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Золотые узы - Кристиан Зита



читала давно,книга супер.10
Золотые узы - Кристиан Зиталола
4.11.2012, 0.50





Невероятная книга.Читала много лет назад,сейчас перечитиваю и наслаждаюсь роман.Здесь есть и любовь ,и приключения.Гг радуют.
Золотые узы - Кристиан Зитатаня
2.03.2013, 18.24





МНЕ ПОНРАВИЛАСЬ
Золотые узы - Кристиан ЗитаН.
4.03.2013, 1.54





10Б
Золотые узы - Кристиан ЗитаПОЛЯ
4.03.2013, 1.56





роман просто СУПЕР .10б
Золотые узы - Кристиан Зитасоня
17.03.2013, 12.30





роман просто СУПЕР .10б
Золотые узы - Кристиан Зитасоня
17.03.2013, 12.30





роман просто СУПЕР .10б
Золотые узы - Кристиан Зитасоня
17.03.2013, 12.30





прочитала книгу с большим удовольствием .Динамичный сюжет держит в напряжении до конца романа.Гг сильные люди.10
Золотые узы - Кристиан Зитамарго
30.03.2013, 20.37





Книга хорошая. Необычный сюжет, герои адекватные!
Золотые узы - Кристиан ЗитаЮлия
19.04.2013, 15.46





мне очень понравился роман
Золотые узы - Кристиан ЗитаТаня
3.11.2013, 11.13





понравилось.
Золотые узы - Кристиан Зитачитатель)
15.03.2014, 19.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100