Читать онлайн Идеальная пара, автора - Крейг Джэсмин, Раздел - 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Идеальная пара - Крейг Джэсмин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.11 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Идеальная пара - Крейг Джэсмин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Идеальная пара - Крейг Джэсмин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Крейг Джэсмин

Идеальная пара

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

9



Где-то уже ночью Адам разложил диван, превратив его в удобное широкое ложе. Линн смутно помнила, как стояла и смотрела на него, а ее руки и ноги настолько отяжелели, что она не в силах была пошевелиться.
Открыв утром глаза, она обнаружила, что он придвигает к постели кофейный столик. А на нем стоят два подноса, на каждом стакан апельсинового сока и тарелка с яичницей и поджаренным хлебом.
Линн села и оперлась на подушки, однако веселая насмешка, готовая сорваться с губ, увяла, когда она более пристально посмотрела на Адама. Исходившее от него напряжение было настолько сильным, что, казалось, его окутала почти видимая глазу аура. Внезапно опомнившись, она натянула простыню на голую грудь и прижала ее концы локтями.
— Доброе утро, — произнес Адам, глядя куда-то в окно. Она не могла понять, что он увидел интересного на крышах соседних домов. Не встречаясь с ней взглядом, он протянул один из подносов. — Я решил, что ты голодна, ведь мы вчера так и не ужинали.
— Ты прав. Я умираю с голоду. Как все вкусно, Адам. Я потрясена. Давно ты мне ничего не готовил.
На какое-то время напряжение в комнате спало, когда они потягивали апельсиновый сок.
— Погляди правде в глаза, Линн, — ухмыльнулся он. — Я ведь готовлю лучше, чем ты, в последние шестнадцать лет. И тебе никогда не сравняться со мной, сколько бы там уроков твоя мама тебе ни давала.
— Я считаю, что в твоих словах скрывается неуместный намек на шовинизм, — ответила она нарочито весело. — Если бы я не была еще такая полусонная, то показала бы тебе, кто из нас лучший кулинар.
Адам засмеялся, но потом улыбка его увяла, и напряжение немедленно вернулось с полной силой. Он подвинул стул, чтобы можно было есть, не присаживаясь на диван, и начал с отсутствующим видом жевать тост. Он был в брюках, весьма помятых, так как они всю ночь провалялись на полу, но босой и без рубашки. Глядя на него, Линн почти физически ощутила упругость волос на его груди и мощь перекатывающихся под кожей мускулов. Жар ударил ей в щеки, и она схватила стакан и залпом выпила оставшийся апельсиновый сок. Холодная как лед жидкость возымела нулевой эффект, не охладив поднимавшуюся в ней температуру.
— Мне пришлось истратить последние четыре яйца, — произнес Адам, нарушив затянувшееся молчание. — А в ту смесь, что ты оставила на столе, забрались муравьи. Я все вылил в канализацию вместе с оставшимся вином.
— Что ж, мудрый поступок, — одобрила Линн.
— Моя уборщица говорит, что прошедшим летом муравьи всех замучили.
— Я у себя их пока не заметила.
Линн жевала яичницу с хлебом, просто чтобы чем-то заняться.
Вот уж никогда бы не подумала, что они с Адамом смогут о чем-то разговаривать утром после бурной и страстной ночи. И уж во всяком случае на такую тему, как бытовые насекомые. Она положила вилку.
— Адам… вчерашняя ночь… я не думала…
— Не нужно ничего объяснять, — поспешно произнес он. — Линн, я понял, что произошло. Небо свидетель, несмотря на выслушанные от тебя за прошедшие годы феминистские лекции, я понимаю, что у женщин накапливается биологическая потребность, как и у мужчин. Что касается меня, то самое важное, на мой взгляд, это не позволить, чтобы случившееся испортило наши отношения. Твоя… дружба очень дорога для меня, Линн.
— Я не вполне понимаю, что ты имеешь в виду, — спокойно ответила она. — Ведь прошлой ночью я сказала, что хочу лечь в постель с тобой, и заверила тебя, что хочу этого не из-за внезапного приступа разыгравшихся гормонов. Неужели ты думаешь, что я тебя обманывала?
— Нет! Нет, конечно нет. По крайней мере я верю, что у тебя не было подобных намерений. — Он оттолкнул модное, перестав делать вид, что его интересует еда. — Но прошедшая ночь стала для нас обоих кульминацией длинной и полной разочарований недели. Видимо, мы испытывали чувства и произносили слова в пылу момента… И вообще мне хочется, чтобы ты знала, что случившееся между нами вчера никак не повлияет на наши отношения. Мы слишком долго были друзьями — и вдруг легли в постель — занимались любовью — о, черт побери! Я пытаюсь объяснить, что нам лучше обоим забыть слова, которые мы говорили друг другу ночью.
— Ты начинаешь бубнить такие же глупости, как и вице-президент «Комплекса». Говоря человеческим языком, ты не возражаешь, если я попрошу лечь со мной в постель, когда мне захочется секса и ты окажешься под рукой? Ты даже не возражаешь, если я солгу, сказав, что хочу тебя? — возмутилась Линн. На какой-то миг ей показалось, что у него в глазах мелькнула боль, затем рот его плотно сжался и боль исчезла, будто ее и не было.
— Извини, если мои объяснения прозвучали несвязно. Думаю, что виной этому моя неспокойная совесть. Я пытался извиниться. А это всегда нелегко, — признался Адам.
— Ты извиняешься за то, что произошло между нами прошедшей ночью?
Он не отвечал, и Линн стала бесцельно рисовать пальцем круги на смятой простыне.
— Мне хочется услышать честный ответ, Адам. Ты жалеешь о том, что произошло между нами прошлой ночью?
Он застыл, и в комнате внезапно стало очень тихо.
— Нет, — сказал он наконец, — я не жалею, что мы занимались любовью, пусть даже это усложнило жизнь каждого из нас. И я вовсе не извиняюсь за прошлую ночь. То, что произошло между нами… ну, пожалуй, я скорее извинился за то, что помешал в четверг вам с Дамионом. Я пришел незваный и настоял на том, чтобы ты впустила меня в квартиру. Я понимаю, что помешал чему-то важному да еще усугубил все своим заявлением о наших с тобой намерениях жениться. Тогда я понял, что зашел в нашей затее слишком далеко.
Она промолчала. Адам поднялся и подошел к окну, встав к ней вполоборота.
— Подобные отношения всегда очень хрупкие поначалу, и коли я помешал в четверг вам с Дамионом, догадываюсь, что все пошло не так, как хотелось бы тебе, когда ты увиделась с ним в пятницу. Меня трудно упрекнуть в равнодушии, Линн. На самом деле, пожалуй, я очень остро чувствую твое настроение. И когда ты вышла ко мне днем, когда мы ехали в Принстон, я понимал, что ты из-за чего-то нервничаешь, держишься со мной напряженно. Ты все время как бы балансировала на краю.
— Встречи с вице-президентами «Комплекса» достаточно, чтобы вывести из себя даже бегемота, — усмехнулась Линн.
Он улыбнулся в ответ на ее замечание, но его веселость быстро прошла.
— Чиновники из «Комплекса», какими бы ужасными они ни показались тебе, не могут нести ответственности за тот факт, что ты всячески избегала разговоров о Дамионе. Вчера ты ни разу о нем не упомянула, во всяком случае, до тех пор, пока я сам не заговорил на эту тему. И я могу лишь догадываться, что мое вмешательство вечером в четверг сильно осложнило ваши отношения.
— Верно, я не говорила о Дамионе. Но не из-за того, что была настолько расстроена.
— У нас нет нужды притворяться друг перед другом, Линн, — мягко сказал Адам. — Ведь не прошло и недели, с тех пор, как ты мне призналась, что значит для тебя Дамион, и я по собственному опыту знаю, как нелегко любить человека, не отвечающего тебе взаимностью.
— Я не могу поверить этому. — Она пыталась обратить все в шутку. — Если верить моей матери, стоит лишь тебе взглянуть на женщину, как она тут же падает к твоим ногам из-за твоего всепобеждающего обаяния.
Он улыбнулся одними губами, глаза его остались серьезными.
— Я уже говорил тебе на этой неделе, что родители не всегда надежные источники информации.
Внезапно ее пронзила боль при мысли о том, что Адам любит какую-то женщину.
— Ты сказал мне неделю назад, когда мы только начинали всю эту безумную затею… когда поцеловал меня… что ты думаешь о женщине, которую любишь, и переносишь свои чувства к ней на свою роль. И что же, та женщина не отвечает тебе взаимностью? — Она заставила рот растянуться в улыбке. — Мама никогда бы не поверила этой истории.
— Я не уверен, что сейчас самое время говорить об этом, Линн. За последние несколько дней между нами и без того накопилось много недоразумений. Давай не будем их множить. Послушай, мы всегда дразнили друг друга, говоря о роли современной женщины в нашем мире. Спорили миллион раз о разнице между эмоциональными и физическими потребностями обоих полов. Но если отбросить шутки в сторону и поговорить серьезно, мы оба знаем, что сексуальное разочарование — сила, с которой приходится считаться, и, разумеется, я согласен, что женщины могут страдать от этого не меньше, чем мужчины. Оглядываясь назад, я ясно вижу, как в эту ночь эмоции вышли у нас из-под контроля. Это моя вина. Мне не следовало приезжать к тебе домой.
— По-моему, твое благородство несколько неуместно, Адам. Я не помню, чтобы сильно сопротивлялась, когда ты соблазнил меня, — возразила Линн.
Он пожал плечами.
— Может, и нет. А возможно, это и не имеет значения.
Линн едва удержалась, чтобы не закричать от разочарования. Похоже, он преисполнился железной решимости забыть о всех тех волшебных вещах, которые произошли между ними, и делает вид, что все случившееся не выходит за рамки случайной связи.
Она подвинулась на постели, чтобы получше его видеть, и заметила напряжение в застывших линиях его спины. Если бы он не сказал ей, что страдает от неразделенной любви, она готова была прямо признаться, что его любит. Но в данных обстоятельствах подобное признание казалось ей неуместным, хоть она и была уверена в том, что он хочет ее. Но ведь если она желанна ему как женщина и нравится как друг, далеко ли до любви? Ответа она не знает. Как выяснилось недавно, любовь такая эфемерная вещь, что порой ее трудно распознать, и у нее нет уверенности, что теплое дружеское отношение к ней Адама и сексуальное влечение непременно сложатся в настоящую любовь. И справедливо ли обременять его своими чувствами? Да имеет ли она вообще право после всего случившегося говорить ему о своей любви?
— По-моему, Адам, ты прекрасно проанализировал мои доводы, — сказала Линн, прикрывая сарказмом собственную неуверенность. — А как насчет твоих? Весьма увлекательно узнать, что я просто использовала твое тело, чтобы сублимировать свое неконтролируемое влечение к другому мужчине. Вот только мне любопытно, почему ты оказался таким послушным партнером? Или ты лег со мной в постель из-за прямолинейной сексуальной агрессии, присущей мужчинам? А может, ты счел данный случай переворота позиций честной игрой? И я для тебя тоже удобная временная любовница? Когда ты занимался со мной любовью, тебе представлялась на моем месте другая женщина?
Вероятно, он увидел в ее глазах искру гнева, либо она не смогла удержать дрожь обиды в голосе, как бы ни старалась. Странным, успокаивающим жестом Адам протянул к ней руку, но тут же бессильно ее уронил.
— Разумеется, я никого не воображал на твоем месте, — сухо ответил он. — Как ты можешь подумать такое? Или ты хочешь оскорбить меня?
— Очень просто, ведь я просто меняю наши позиции. Ты уже сообщил мне, что я представляла на твоем месте Дамиона Таннера. Почему же тебе кажется оскорбительным, если я подумала такое о тебе?
Он поморщился.
— У меня впечатление, что чем больше мы пытаемся объясниться, тем глубже вязнем в болоте. Линн, ты для меня не безымянный сексуальный объект, а очень дорогой друг.
— Я не уверена, Адам, что мне хочется оставаться твоим очень дорогим другом.
Он торопливо проговорил:
— Послушай, не говори больше ничего. Поверь мне, Линн. Сейчас не тот момент, чтобы кто-то из нас принимал какие-то важные решения личного характера. Пожалуй, нам не стоит тратить время и анализировать прошедшую ночь. Мы слишком много лет дружим, чтобы позволить одной ошибке омрачить наши взаимоотношения. Сейчас для нас важно будущее, а не вчерашний день. Даю тебе слово, что тебе больше не грозят с моей стороны сексуальные притязания. Уверяю тебя, что случившееся ночью больше не повторится.
Линн потрясла сила гнева, пронзившего всю ее душу.
— Ты абсолютно в этом уверен? — поинтересовалась она, опасаясь, что Адам расслышит нотки растерянности в ее голосе. — Ты больше не хочешь заниматься со мной любовью?
Он резко повернулся, оторвавшись от созерцания крыш, и на его лице появилось насмешливое выражение.
— Да, я абсолютно в этом уверен. Обещаю не сходить с ума при виде твоего роскошного тела. Не подчиняться яростному желанию бросить тебя на постель и любить всякий раз, когда мы встретимся. Наша дружба важней, чем тривиальное сексуальное влечение.
— Неужели? — Линн напряженно улыбнулась, мысли ее бешено метались. — Что ж, это ободряющая новость. Мне очень приятно узнать, что последняя ночь для тебя не что иное, как разовый приступ мозговой аберрации, и что к этому не следует относиться серьезно. Небо свидетель, но только мне было бы ужасно досадно, если бы ты нашел меня как женщину настолько неповторимой и желанной, что захотел бы повторить пережитые ощущения. И для меня большое облегчение, что тебе так легко от меня отказаться. Хорошо, что у меня нет опыта любовницы, иначе тебе не удалось бы так легко ускользнуть из моих коготков.
Казалось, Адама обескуражила такая интерпретация его собственных слов, но она деликатно зевнула, как бы прекращая дискуссию, и положила на пол поднос.
— Если ты отнесешь подносы на кухню, я через минуту все уберу. Ты приготовил завтрак, так что моя очередь все убрать. Мне, правда, хочется позволить себе роскошь поваляться в постели еще несколько минут.
Они откинулась на подушки, подложив под голову сцепленные руки. В тот самый миг, когда Адам нагнулся за подносом, она позволила простыне соскользнуть с ее груди. Его щеки залила густая краска, когда он выпрямился и уставился на ее нежно-розовые груди.
— Я отнесу подносы на кухню, — заявил он внезапно осипшим голосом.
Линн закрыла глаза и томно потянулась. Простыня соскользнула еще ниже.
— Пожалуйста, отнеси, Адам, — сказала она. — Я полежу еще чуточку.
Прошло по меньшей мере пять минут, прежде чем он появился из кухни, и к этому времени ей удалось утихомирить неприятные уколы совести. Она лежала с закрытыми глазами, а простыня лежала скомканная где-то под коленями.
До нее донеслось учащенное дыхание, когда Адам подошел к дивану. Она прикинула, что он остановился по крайней мере в двух метрах.
— Я приму душ, Линн, — хрипло произнес он, и его голос оборвался на середине ее имени.
Она открыла глаза, словно только теперь заметив его, и медленно села в постели. Простыня лежала уже под пятками.
Линн опять зевнула, потянулась и услышала снова его возбужденное дыхание. На ее лице появилась улыбка, а карие глаза сверкнули с невинным видом.
— Если хочешь, мы можем принять душ вместе, — предложила она затаив дыхание. — Это сэкономит время.
— Нет! — Адам нервным жестом провел рукой по волосам, затем заговорил снова, уже спокойней. — Нет, конечно же мы не сможем принимать душ одновременно. У тебя слишком тесно для двоих.
— Тем интересней, — пробормотала она, слезая с дивана и направляясь к нему.
Заметив, каких усилий ему стоило не смотреть с вожделением на ее голое тело, она позволила себе роскошь вздохнуть с облегчением. Как приятно увидеть подтверждение того, что Адам нашел ее в любви такой же желанной, как она его.
— Не кажется ли тебе, что принимать душ вдвоем очень забавно? — прошептала она, проводя пальцами по его щеке, шее, плечу, по голой груди, пока не наткнулась на пояс брюк.
Его щеки больше не горели, а стали мертвенно-бледными.
— Что ты пытаешься сделать, Линн? — отрывисто поинтересовался он, однако его заблестевшие глаза не вязались с недовольным тоном вопроса.
Ее рука продолжала двигаться вниз.
— По-моему, я не пытаюсь, — пробормотала она. — По-моему, я делаю.
— Тогда я спрошу иначе, — сказал Адам, и внезапно его голос прозвучал излишне резко. — Короче, что ты хочешь доказать своими попытками соблазнить меня?
— Хочу доказать, что ты глупец, — нежно сказала она.
Он резко засмеялся.
— Ах, Линн, я и без этого согласен с тобой. Я первостепенный дурак. Так что можешь прекратить свой эксперимент.
— Пока еще не могу, — пробормотала она. — Еще не убедилась в его успехе. Признание того, что ты ведешь себя неразумно, это лишь первый этап. Этап номер два требует, чтобы ты сделал шаг к исправлению дурацкого поведения, которое мы констатировали на первом этапе.
Его тело внезапно крепко прижалось к ее бедрам, а теплое дыхание согрело ей губы.
— Может, у тебя имеются практические предложения по второму этапу? — поинтересовался он.
— Снова лечь со мной в постель, — прошептала она. — Мне нужно, чтобы ты любил меня, Адам.
В его голосе больше не слышалось эмоций, лишь жар подавляемого желания.
— Черт возьми, Линн, ты ведь сама понимаешь, что это не самый умный шаг для нас обоих.
— Тише.
Она прижалась губами к его губам и почувствовала, как они задрожали, и тут же он обнял ее и прижал к себе. И после этого целовал до тех пор, пока ее пылающее тело не прижалось к нему.
Он не отнес ее в постель, а сама бы она не дошла. Они опустились на пол, где только что стояли. Она лежала спиной на мягком ковре; упругие волосы на его груди щекотали ей кожу, дразнили.
Его поцелуй становился все неистовей, и слабая испарина выступила на ее коже. Дыхание ее участилось под ласками его умелых пальцев. Линн извивалась под его бедрами, когда он стаскивал брюки, и они оба вздохнули с удовлетворением, когда между их обнаженными телами не осталось препятствий.
После прошедшей ночи ей казалось, что большего наслаждения уже невозможно достичь, однако Адам привел ее в такое состояние, когда душа и тело слились в новом, почти пугающем совершенстве. И когда она поняла, что не выдержит ни минуты промедления в их конечном единении, Адам провел ее через край, сглаживая нежные конвульсии ее экстаза яростью его собственного бурного освобождения.
После этого, когда они наконец обрели способность двигаться, он положил ее на постель.
— Я приму душ, — объявил Адам и быстро направился в ванную, прежде чем она успела что-то сказать.
Убрав постель, Линн набросила халат и привела в порядок кухню, хотя Адам почти не оставил беспорядка после приготовления завтрака. Сложив диван, она накинула на него покрывало, окинула взглядом безликую опрятность жилой комнаты. Странно, подумалось ей, как легко убрать все следы происшедшего с неодушевленных предметов и как сложно стереть память о том, что с ними было, с ее тела и души.
— Ванная в твоем распоряжении, — объявил Адам, вернувшись в комнату уже полностью одетый.
Несмотря на то, что его рубашка и пиджак накануне промокли, а брюки пролежали всю ночь на полу, он выглядел опрятным, полным самообладания и пугающе сдержанным. Линн решила, что его душа так же легко восстанавливает первоначальный вид, как и его одежда.
— Спасибо, — скованно ответила она, обнаруживая, что ей еще трудней говорить с ним, чем утром.
Ее тело напряглось и сделалось неуклюжим, когда Линн шла в ванную, и каким облегчением для нее было встать под тугие струи воды. И все-таки она не жалеет о своих действиях, думала она, намыливая ноги.
Их утренняя любовь доказала вне всяких сомнений, что Адам хотел ее с силой, сравнимой лишь с ее собственной. И, конечно, не так трудно будет убедить его, что долгая дружба в соединении с необычайно сильным сексуальным влечением достаточно редкостная вещь, чтобы ее не ценить.
Телефон зазвонил, едва она выключила душ. Она завернулась в полотенце и бросилась на кухню, протянув руку, чтобы взять у Адама трубку.
— Твой отец, — сообщил он напряженным голосом.
— Привет, па! — весело сказала она, опираясь о стену. — Рада тебя слышать.
— Привет, Линн, милая. — Сухой голос отца, типичный для жителей Новой Англии, окрасился нежностью. — Рад, что застал тебя дома. Мать сейчас занята приемом постояльцев, она велела мне позвонить и попросить, чтобы ты приехала ранним поездом. Но поскольку Адам у тебя, я догадываюсь, что вы приедете на его машине. Мы очень ждем твоего приезда, потому что нам нужно обсудить с тобой важную вещь.
Для человека, у которого истекал срок, данный на размышления перед подписанием важного контракта, его голос звучал на удивление ровно и беззаботно. Линн взглянула на часы, встроенные в плиту, и обнаружила, что уже одиннадцать часов. Срок подписания контракта с «Комплексом» истекал в пять часов вечера, и она с ужасом поняла, что, в пылу любовных переживаний, они с Адамом почти забыли об этом. И теперь ей показалось невероятным, что родители не позвонили ей раньше, чтобы посоветоваться с ней и обсудить свои планы.
— Неужели ты не собираешься мне все рассказать! — воскликнула она. — Просто не верится, что ты дотянул до последнего, прежде чем позвонить. Боже мой, папа, ведь остается только несколько часов до истечения срока, данного «Комплексом»!
— Срока, данного «Комплексом»? — повторил он. — О чем ты говоришь, Линн?
— Па, ни к чему изображать невинный вид и удивление. Ваш заговор больше не действует. Мне двадцать шесть лет, достаточно, чтобы вы с мамой могли со мной посоветоваться, даже если вам не хочется к чему-то меня принуждать. И вообще весь ваш такт и умолчания напрасны. Адам мне все рассказал в четверг вечером. Он решил, что я имею право тоже участвовать в принятии решения, хоть вы, два упрямца, и решили сделать все без меня. И как только вам пришло в голову, что карьера на Манхэттене мне дороже, чем вы и мой дом, и что я не приеду и не помогу вам с управлением гостиницей. Я просто обижена, что вы с мамой не говорили мне, что происходит.
Она услышала, как отец прокашлялся.
— Адам рассказал тебе всю историю? Хмм… так что же именно он рассказал, Линн?
— Разумеется, он рассказал мне о предложении «Комплекса» и о поставленном ими жестком сроке. О том, как вы с мамой хотели бы, чтобы я взяла на себя обязанности управляющего гостиницей, и о том, как вы боитесь мне сказать, что я очень нужна дома.
— Адам сказал тебе, что мы продаем гостиницу корпорации «Комплекс»? — Отец Линн не скрывал своего недоумения.
— Па, разговор у нас получается какой-то странный. Почему ты повторяешь каждое мое слово? — Линн начала испытывать раздражение.
— Видно, это признак надвигающего старческого маразма, — сухо сказал он. — Дело в том, Линн, что я не слишком понимаю, о чем ты говоришь.
Линн заметила, что Адам все еще стоит возле нее и барабанит пальцами по кухонному столу.
— Послушай, ты можешь подождать минуту? — спросила она у отца. — Адам здесь рядом, мне кажется, что он хочет что-то сказать.
Она отвернулась от телефона.
— В чем дело, Адам? Хочешь мне что-то объяснить?
— Мне бы хотелось поговорить с твоим отцом, если можно, — ответил он, и спокойствие его слов вовсе не скрывало их настойчивости.
Она с любопытством взглянула на него и была заинтригована, когда заметила еле заметную вспышку смущения в его глазах.
— Конечно. Поговори с ним. — Затем сказала в трубку: — Па, скоро увидимся. Я уверена, что Адам посоветует тебе не принимать никаких решений в той сделке с «Комплексом», пока мы не приедем. Привет маме, передай ей, что мы с нетерпением ждем обеда. Мы оба просто умираем с голоду.
Она передала трубку Адаму, и тот с силой сжал ее.
— Тед? — услышала она его слова, когда направилась к шкафу, чтобы приготовить необходимую одежду. — Это Адам. Мы с Линн сейчас же выезжаем к вам, как только соберемся. Я все объясню потом.
Она прошла с одеждой в ванную, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
— Происходит что-то весьма странное, — сообщила она своему отражению в зеркале. — Неудивительно, что я привыкла разговаривать с собственным отражением. Иногда кажется, что от него добьешься больше толку, чем от всех остальных.
Когда она, оделась и вышла из ванной, Адам с явным нетерпением ждал ее у входной двери.
— Мне нужно заехать к себе домой и переодеться, — торопливо сказал он. — Вернусь к двенадцати тридцати. Ты подождешь меня внизу в вестибюле?
— Да, разумеется, Адам. А что там насчет сделки с «Комплексом»? Почему отец так удивился? После разговора с ним у меня создалось странное впечатление, что он находится не в курсе происходящих событий.
— Мы поговорим об этом в машине, — не глядя ей в глаза, торопливо сказал он. — Сейчас нет времени на обсуждение. Иначе мы приедем в Коннектикут уже вечером. Пока, Линн. Встретимся в вестибюле.
После этого Адам поспешил к двери. Она озадаченно закрыла ее за ним, затем достала с верхней полки шкафа дорожную сумку и сложила кое-какие вещи, необходимые ей в поездке. Линн бросила рыбкам в аквариум щепотку корма, нахмурив брови, посмотрела, как блестящие неоны неторопливо подхватывают цветные хлопья.
С того момента, когда она взяла трубку и стала разговаривать с отцом, Адам проявлял все симптомы нервничающего человека с весьма нечистой совестью. И она удивилась, почему бы это могло быть.
Вернувшись в ванную, Линн сгребла с полки косметику в пакет и бросила его в сумку. И тут ей внезапно пришло в голову, что самой логичной причиной нечистой совести было то обстоятельство, что Адам только что соблазнил дочь двух своих старинных и дорогих друзей. Его старомодный кодекс мужской чести, видимо, мешал ему говорить с человеком, незамужняя дочь которого стояла рядом с ним, мокрая и голая, если не считать розового банного полотенца.
— Ах, черт! — произнесла она, не очень довольная своими догадками.
Ей не хотелось, чтобы Адам испытывал чувство вины за их любовь. Она хотела, чтобы он был потрясен, увлечен, околдован — переживал все то, что она чувствовала сама. Она с силой дернула «молнию» дорожной сумки, что было вовсе чуждо ее натуре, рухнула на диван и тупо уставилась на аквариум. Как обычно, золотые рыбки съели весь корм; интересно, как это ухитряются выжить неоны и тетры. А как выживет она сама, если Адам уедет в Калифорнию и возобновит отношения с таинственной женщиной, которая, как предполагается, его не любит? И какой сумасшедшей та должна быть, чтобы не любить Адама, если он обращает всю силу своего мощного обаяния в ее сторону?
Дверь шкафа была распахнута, и она посмотрелась в висевшее с внутренней стороны зеркало. Сияющие особым блеском глаза, осунувшееся лицо, легкий налет чувственности на всем облике. Заметят ли родители, как переменилась ее внешность за последнюю неделю? Заметят ли, как она вздрагивает всякий раз, когда к ней приближается Адам? Вздохнув, она закрыла шкаф и отбросила с глаз случайно упавшую прядь волос.
Линн начинала понимать, что влюбленность в лучшего друга вызвала больше проблем, чем она могла предположить неделю назад, в те кажущиеся далекими дни, когда она была слишком глупа, чтобы понять секреты своего собственного сердца.






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Идеальная пара - Крейг Джэсмин

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Идеальная пара - Крейг Джэсмин



отличная книга
Идеальная пара - Крейг Джэсминмаша
9.09.2011, 10.25





немного скучновато.хотелось бы чуть-чуть мягкого юмора. но читать можно
Идеальная пара - Крейг Джэсминэлли
16.09.2011, 17.58





Роман захватил меня еще с первых строчек... Часто мы спорим: а бывает ли дружба между мужчиной и женщиной?) И каждый отвечает по-разному... Лично мое мнение каждый раз отличалось. И вот, благодаря этому роману я твердо убедилась, что поначалу эта дружба может и будет, но постепенно перерастет в любовь)) История полна страсти и романтики...!)))
Идеальная пара - Крейг ДжэсминВалерия
7.10.2012, 17.41





Существует ли дружба между мужчиной и женщиной? Для меня всегда ответ был утвердительный. Но прочитав роман, я немножко засомневалась.
Идеальная пара - Крейг Джэсминмося
13.10.2012, 19.41





Схож с "Предложение плейбоя".Понравился!
Идеальная пара - Крейг ДжэсминЕлена
13.11.2012, 14.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100