Читать онлайн Золотой дар, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Золотой дар - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.58 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Золотой дар - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Золотой дар - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Золотой дар

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

За окном, насколько хватало глаз, расстилалась обманчиво спокойная гладь океана. Верити стояла в той же самой комнате, которую Кейтлин отвела ей в прошлый приезд, и смотрела вниз, на скалы. Отсюда ей были хорошо видны сломанные перила на краю опасного провала. Почему Кейтлин до сих пор не распорядилась починить ограду?
Интересно, какой пейзаж открывается из комнаты Джонаса? Верити слегка улыбнулась, вспомнив, с каким раздражением воспринял Джонас известие о том, что они будут спать врозь. Переезд в домик Верити забавно изменил привычки Джонаса. За последние несколько дней он стал настоящим затворником. Верити до сих пор еще не решила, как ей относиться к собственническим претензиям своего посудомойщика и официанта по совместительству. Не успела она пока разобраться ив собственном отношении к этому сожительству.
Что же касается чувств, то в чем-то они оставались по-прежнему противоречивыми, а в чем-то непривычно радужными. Тем не менее Верити без устали убеждала себя в том, что все хорошее быстро кончается, а посему ни в , коем случае нельзя сильно привязываться к этому мужчине. Джонас наделен талантом читать прошлое, но предпочитает бездумно игнорировать настоящее.
Как бы там ни было, кажется, пока он не собирался уезжать из Секуенс-Спрингс. Чем больше одомашнивался Джонас, тем сильнее девушке хотелось верить в прочность их союза.
Она как раз задавалась вопросом, что с ней будет, если Джонас вдруг найдет себе другой «якорь», когда дверь за ее спиной почти бесшумно приоткрылась. Верити обернулась и увидела Тави.
— Доброе утро, Тави. Вы застали меня врасплох, — натянуто улыбнулась Верити. С тем же успехом можно было бы улыбаться каменному идолу. — Я тут залюбовалась видом на море.
Тави подняла на нее измученные глаза:
— Я хочу поговорить с вами.
— Конечно! Садитесь, пожалуйста.
Верити указала Тави на черное кожаное кресло, но та даже не взглянула на него. Нервно обхватив себя руками, экономка заговорила:
— Очень скоро здесь произойдет нечто ужасное, мисс Эймс, и я не знаю, как предотвратить несчастье! Не один день я искала выход и пришла к выводу, что только вы можете помочь нам. Недаром Кейтлин называет вас ключом ко всем своим планам! Все держится только на вас, поэтому-то я и пришла сюда.
Верити в недоумении уставилась на нее:
— Но я не совсем понимаю, о чем вы говорите, Тави.
Это как-то связано с предстоящими торгами «Кровавой страсти»?
— Более чем связано! — горячо воскликнула экономка. — Кейтлин не должна продать эту картину! Это убьет ее, мисс Эймс!
— О нет, Тави! — прошептала Верити и бессильно опустилась на отвергнутое женщиной кресло. — Этого-то я и боялась! Когда я впервые услышала об аукционе, мне сразу не понравилось навязчивое желание Кейтлин продать свою последнюю картину и навсегда распрощаться с искусством… Но неужели вы считаете, что она решила покончить с собой?!
— Она не думает ни о чем, даже о собственной жизни и смерти. Сейчас она всецело поглощена своими планами. — Тави умоляюще посмотрела на Верити. — Только вы в силах предотвратить все это!
Верити недоумевающе подняла глаза.
— Я? Господи, с чего вы взяли, Тави? Разве я могу сорвать продажу «Кровавой страсти»?
— Забрать своего любовника, уехать отсюда и никогда не возвращаться! — отчеканила Тави.
Заглянув в глаза экономки, Верити прочла в них такую жгучую мольбу, что невольно отпрянула.
— Но что это даст, Тави? — ровно спросила она.
— Если вы уедете, Кейтлин волей-неволей придется отказаться от всех своих замыслов.
— Но, Тави, давайте рассуждать здраво, — попыталась убедить ее Верити. — Что помешает Кейтлин провести свой аукцион без меня? Если же я останусь, то постараюсь еще раз поговорить с ней. Да-да, Тави, я переговорю с Кейтлин, и мы узнаем, чего можно ожидать от предстоящей сделки. Подумайте сами, ведь если я буду рядом, я смогу в любую минуту прийти ей на помощь, поддержать, утешить!
— Все держится только на вас, — не слушая ее, резко продолжала Тави. — Неужели вы так слепы? Вы никогда не задумывались, зачем Кейтлин пригласила сюда вас и вашего любовника, который пожирает вас глазами и готов защищать от целого света? Неужели вы верите, будто Кейтлин способна бескорыстно общаться с людьми вашего круга?! Да не будь вы ей нужны, она и не взглянула бы в вашу сторону! Я ее единственная подруга, ей не нужны другие! Кейтлин ловко одурачила вас, мисс Эймс, а вам и невдомек! А вот ваш Джонас сразу обо всем догадался.. судя по тому, как он ведет себя с Кейтлин. Он чувствует, что она опасна для вас, но не понимает, каким образом.
Повторяю, мисс Эймс, от вас слишком многое зависит. Забирайте дружка и уезжайте. Немедленно!
— Тави, вы говорите загадками. С чего вы взяли, что Кейтлин использует меня?
Но прежде чем экономка успела открыть рот, дверь резко распахнулась, и на пороге возник Джонас. Подозрительно прищурившись, окинул взглядом женщин. Тави быстро посмотрела на него и поспешно вышла из комнаты. Джонас проводил ее глазами и шагнул в спальню.
— Что все это значит? — спросил он, приподнимая густую темную бровь.
— Даже не знаю, — честно сказала Верити. — Похоже, у Тави слегка сдали нервы. Она так странно вела себя, Джонас… Короче говоря, я поняла только одно — бедняжка очень тревожится за Кейтлин. Подумай только, что может случиться с ней после продажи последней картины!
— Вздор! — бросил Джонас, меряя шагами комнату. — Ты что, тоже печешься о Кейтлин? Черт побери, мне кажется все только и делают, что носятся с бедненькой. эксцентричной художницей, вынужденной расстаться со своим последним детищем! Вот что я скажу тебе, крошка.
Твоя Эванджер не только никакая не от мира сего идеалистка, она еще и далеко не дура. Держу пари, она что-то задумала! Я нутром чую это. Жаль, что ты так слепа — Да что ты говоришь? И что же, по-твоему, она замыслила? — раздраженно фыркнула Верити.
Джонас пожал плечами:
— Откуда я знаю? Может быть, твоя подружка просто набивает цену своей мазне, чтобы до конца жизни обеспечить себя кокаином.
— Джонас! Прекрати немедленно! Я не желаю больше слышать ничего подобного! Кейтлин не наркоманка, и тебе это прекрасно известно!
— Откуда же мне это известно? — Джонас резко остановился и сердито уставился на кровать — Не нравится мне все это… А больше всего меня раздражает, как твоя подруга разместила нас на ночь!
— Мы гости Кейтлин, и к тому же мы не женаты, — ледяным тоном отчеканила Верити. — Нет ничего удивительного в том, что нам отвели отдельные покои. В прошлый раз мы тоже спали врозь, припоминаешь?
— Тогда у нас были совсем другие отношения! — возразил Джонас, не сводя глаз с кровати. — А теперь ты должна была попросить свою подругу дать нам одну комнату! Черт возьми, ни для кого не секрет, что мы любовники! Мы даже живем вместе!
— Всего несколько дней, — уточнила Верити. — Этого слишком мало для того, чтобы каша связь получила официальный статус, — сухо добавила она. — Будь же благоразумен, Джонас Неужели ты не понимаешь, что ставишь меня своей просьбой в неудобное положение?
— Похоже, тебе неудобно иметь такого любовника, как я!
Верити молча воззвала к милосердным небесам, моля ниспослать ей твердости духа.
— Ты прекрасно понимаешь, что я хотела сказать.
Это вопрос этики, Джонас. Мы должны уважать общепринятые нормы поведения. Кстати, их еще никто не отменял. Джонас, я к тебе обращаюсь! Ты хорошо меня слышишь?
— Не запирайся сегодня.
— Почему? — непонимающе заморгала Верити.
— Потому что после окончания всей этой кутерьмы я бесплотной тенью скользну по коридору и прокрадусь к тебе. Точно так же, как я это сделал в прошлый раз, — самодовольно заявил Джонас.
— Дорогой, ты себе льстишь, — ехидно возразила Верити. — Ты ворвался сюда полуголый, со шпагой в руке!
Когда комната озарилась вспышкой молнии, я подумала, что сейчас погибну от руки взбесившегося маньяка!
— У тебя просто нездоровое воображение.
— Кто бы говорил! Джонас, почему ты так смотришь на это ложе? Ты в нем дырку просверлишь.
— Не знаю, Верити. Что-то в нем… — Он помолчал, подыскивая нужное слово. — Что-то тревожное.
— Ну и у кого из нас, по-твоему, едет крыша? Что значит «тревожное»?
— Твоя кровать беспокоит меня точно так же, как тот чертов кинжал в офисе Кинкейда. До встречи с тобой я никогда не улавливал импульсов, исходящих от современных предметов. Сейчас все изменилось, Верити. Сначала кинжал, теперь вот эта кровать…
Верити застыла:
— Кровать? Она тоже как-то ведет в туннель? Но, Джонас, я думала, ты реагируешь только на оружие!
— Или на предметы, связанные с насилием. Все что угодно может использоваться в качестве орудия принуждения или же просто нести память о нем, — бесстрастно сообщил Джонас.
— Но кровать…
— Давай посмотрим.
И тут Верити по-настоящему испугалась.
— Подожди! Джонас, я не уверена, что это нужно делать! Лучше ничего не трогать, поверь мне…
Она опоздала. Джонас схватился за стальную стойку кровати, и в тот же миг Верити снова оказалась в каком-то призрачном отрезке знакомого коридора.
— Джонас!!!
— Я здесь. — Он подошел сбоку, обнял ее за плечи. — Смотри.
Джонас резко развернул ее назад, и Верити увидела смутные очертания кровати, парящей во тьме туннеля.
Но теперь это ложе было страшно измято и разворочено.
Обнаженная женщина лежала на залитых кровью простынях, широко раскинув руки… Кровь запеклась в ее темных волосах, перепачкала бедра. Женщина безвольно запрокинула голову; казалось, она мертва или лежит в глубоком обмороке.
Такого дикого ужаса Верити еще никогда не испытывала. Ее словно парализовало: перед ней предстала сцена жестокого насилия. Пока Верити стояла, не в силах двинуться с места, свирепые алые щупальца соскользнули с постели и, извиваясь, кинулись к Джонасу.
Но тут они ощутили присутствие Верити и, неохотно отступив, послушно свернулись у ее ног. Верити дико закричала и почувствовала, что ноги приросли к полу. Она безумно рванулась, чтобы бежать, боясь, что ее вырвет прямо здесь, в коридоре.
— Джонас, помоги мне!!! Помоги мне!!?
Впервые Верити попросила Джонаса о помощи. Обычно это он нуждался в ее поддержке… Джонас схватил ее за плечи мертвой хваткой.
— Я здесь, Верити, — сказал он и крепко обнял ее, удерживая на месте. — Все хорошо. Я хочу посмотреть, смогу ли контролировать эти ленты чьих-то эмоций… Ты же знаешь, за последнее время я стал намного сильнее. Интересно, удастся ли мне теперь управлять этими чувствами?
Ужас сковал Верити. Судорожно схватив Джонаса за рубашку, она, задыхаясь, закричала ему в лицо:
— Нет! Ни за что! Уходим отсюда. Немедленно!
Очевидно, Джонасу все-таки передался ее страх. Он посмотрел на Верити и отпустил столбик кровати.
В следующую же секунду они оказались в спальне. Ноги у Верити подкашивались от слабости, машинально она начала опускаться на кровать, но, вспомнив только что увиденную кошмарную сцену, подскочила и опрометью бросилась в глубину комнаты. Там она бессильно рухнула в кресло и перевела дыхание, пытаясь успокоиться.
— О Боже, Джонас, ничего страшнее я еще не испытывала, — прошептала Верити. Зажав ладони между затянутыми в джинсы коленками, девушка попыталась унять безудержную дрожь.
Джонас подошел к ней, ласково погладил по голове.
— Наверное, у тебя сложилось такое впечатление из-за женщины? — предположил он. — Ты ведь раньше никогда не видела женщин в этом коридоре.
Верити в отчаянии затрясла головой:
— Нет-нет, не поэтому! Я знаю ее, Джонас!
— Что? — Взяв Верити за подбородок, Джонас приподнял ее голову, заглянул в глаза. — Ты так думаешь?
Но, Верити, я еще ни разу не встретил там ни одного знакомого лица!
— Что же тут удивительного? Ведь ты совсем недавно начал реагировать на предметы нашего времени, — пробормотала Верити.
— Ну? Не заставляй меня терзаться догадками! Кто же эта женщина? Она жива или уже умерла?
— Я и сама точно не знаю, Джонас… Просто она показалась мне очень знакомой, вот и все.
— Милая моя, — мягко сказал Джонас, — я думаю, тебе померещилось. Возможно, эта женщина просто напомнила тебе кого-то.
— Поверь мне, Джонас! — взволнованно вскочила Верити. — Господи, как же я буду спать здесь сегодня?! Ведь у меня все время стоит перед глазами этот кошмар… Боже мой, я совершенно не могу находиться в этой комнате!
— Эта проблема легко решается, — заверил Джонас. — Придешь ко мне, и дело с концом. А теперь пошли отсюда. Накинь ветровку, мы прогуляемся к океану. Тебе нужно немного развеяться, чтобы прийти в себя.
На сей раз Верити с удовольствием подчинилась. Как хорошо, когда мужчина порой берет все в свои руки! Натянув ветровку, она послушно пошла вслед за Джонасом.
Спускаясь по тропинке к океану, Верити оценила по достоинству предложение Джонаса. Сегодня ночью она потихоньку улизнет в его спальню.
— Джонас?
— Ну?
— Помнишь, Кейтлин говорила, что в ее доме когда-то устраивали дикие оргии?
— Помню.
— Слово «оргии» каждый, конечно, понимает в меру своей испорченности. Легко сказать, что местные жители, мол, всегда сгущают краски ради пущего эффекта.
— Да, — безразлично согласился Джонас.
— Но теперь я просто не знаю, что и думать.
— Пожалуй.
И они надолго Замолчали.


Даже после ленча Верити не смогла успокоиться.
Ужасная сцена насилия и странные слова Тави не шли у нее из головы. А Кейтлин, казалось, даже не замечала волнения гостьи. За трапезой, поданной угрюмо молчавшей Тави, художница без умолку говорила о предстоящем вечере и завтрашнем аукционе. Стол был сервирован в маленькой комнатке позади кухни, поскольку весь первый этаж занимали декорации. Кейтлин не пожалела никаких денег, воссоздавая обстановку модного салона эпохи Высокого Ренессанса.
Верити то и дело украдкой посматривала на свою новую подругу. Странное возбуждение, звучавшее в голосе Кейтлин, и лихорадочный блеск глаз впервые заставили девушку усомниться в том, так ли уж не прав был Джонас, упоминая о наркотиках… Никогда еще Верити не видела Кейтлин такой, как сегодня. Художница излучала какое-то странное, едва скрываемое напряжение, в ее порывистых, чересчур резких движениях сквозило зловещее, жадное нетерпение.
Верити разрезала сочный помидор, лежащий на тарелке, и, глядя на брызнувший алый сок, почему-то подумала о вампирах, предвкушающих кровавый пир.
— Я специально велела всем гостям приезжать после семи, — оживленно говорила Кейтлин. — Никто не будет допущен на мой вечер без соответствующего эпохе костюма. Единственное исключение составляют шестеро участников завтрашнего аукциона. Поскольку они останутся здесь на ночь, я позволила им приехать чуть раньше остальных. Комнаты для приглашенных уже готовы. Единственное достоинство этого мерзкого дома заключается в обилии спален. Подозреваю, покойный Сэндквист вел очень активную жизнь.
— Я с радостью помогу Тави, — быстро предложила Верити. Мрачная экономка с неприязнью посмотрела на нее, но ничего не сказала.
— Спасибо, Верити, не стоит, — не обращая внимания на эту мизансцену, бросила Кейтлин. — Я наняла помощниц, так что Тави прекрасно справится. Кроме того, в семь ты должна уже быть в костюме, и я вовсе не хочу, чтобы ты заляпала горчицей свое платье! Да, кстати, тебя не слишком затруднили поиски подходящего наряда?
— Нисколько, — покачала головой Верити. — Мне ведь помогал Джонас. Очень удобно иметь под рукой дипломированного специалиста!
Кейтлин пристально посмотрела на Джонаса, который, как обычно, почти не принимал участия в общем разговоре.
— О да! Представляю, какие бесценные советы может дать Джонас! Ах, Верити, какая восхитительная была мода в те времена… Парча, бархат, атлас и шелка! Но несмотря на все это великолепие, женщина эпохи Ренессанса оставалась существом подневольным и абсолютно бесправным, не так ли, Джонас? — лихорадочно говорила художница. — Ей приходилось лишь уповать на выгодный брак или на место в монастыре. Если же несчастная была лишена защиты и покровительства могущественной семьи, ее судьба складывалась поистине ужасно. Бедняжка могла стать легкой добычей любого мужчины… Что и говорить, не слишком-то хорошая эпоха для представительниц слабого пола, вы не находите? Хотя где оно, хорошее для нас время? Исстари женщины были потенциальными жертвами, и все мужчины были и будут опасны для нас. Даже лучшие из лучших, с позволения сказать, цивилизованные особи сильнейшей половины рода человеческого рано или поздно начинают потребительски относиться к женщине. Разве я не права, Верити?
Верити тотчас с болью подумала о том, что Джонас использовал ее в качестве «якоря»… Резко повернув голову, она наткнулась на его гневный золотой взгляд. В эту секунду каждый из них без всяких слов прекрасно понимал другого.
— Мне кажется, женщина использует мужчину точно так же, как и он ее, — осторожно ответила Верити.
— Да, но ты забываешь о главном, — резко возразила Кейтлин. — Ни одна женщина никогда не прибегает к грубой силе.
В ту же самую минуту Верити решила, что должна немедленно увидеть «Кровавую страсть». Она чувствовала, что в этом безобразном доме творится нечто ужасное и аукцион задуман Кейтлин как кульминация этого кошмара. Страшное любопытство охватило Верити. Она просто обязана взглянуть на эту картину!
Дождавшись, пока молчаливая Тави унесет грязную посуду, она вежливо попросила Кейтлин:
— Ты не возражаешь, если я пойду прилягу? Мне необходимо как следует отдохнуть перед вечером.
— Конечно! — кивнула художница. — Возможно, — я и сама последую твоему примеру. Джонас, вы найдете чем занять себя на пару часов?
Джонас пристально посмотрел на Верити, и она снова без труда прочитала его мысли. Джонас ни на йоту не верил в то, что она сможет прилечь на жуткую Постель в своей комнате.
— Мне нужно позвонить, — спокойно ответил он Кейтлин. — А потом я еще разок прогуляюсь к утесам.
…Незаметно проскользнуть в белоснежную мастерскую Кейтлин оказалось на удивление просто. Верити дождалась, пока подруга удалится в свою спальню, удостоверилась, что Тави занята на кухне, а Джонас разговаривает по телефону в своих покоях, и торопливо побежала вверх по стальной лестнице.
Дверь в студию была не заперта. Верити проскользнула внутрь и закрыла ее за собой. Несколько мгновений она молча изучала кипы холстов, мольберты, палитры и прочие атрибуты изящного искусства живописи, потом развернулась и подошла к огромной задрапированной картине, стоявшей у противоположной стены.
Верити сурово сжала губы и резким движением сорвала ткань с холста.
Буйство диких, кричащих красок заставило ее на мгновение зажмуриться. Картина воспроизводила яростную, абстрактную версию страшной сцены насилия, которую Верити совсем недавно увидела в темном коридоре подсознания.
Лишь одна ужасная деталь отличала сцену от реальности.
На полотне Кейтлин присутствовал насильник. Он возвышался над своей жертвой, тело его было телом дьявола, глаза казались окнами в преисподнюю, а в руке поблескивала шпага.
Верити вдруг задрожала и крепко вцепилась в стальную раму, пытаясь устоять на ногах. Теперь она узнала женщину, лежащую на постели. Пусть изображение было несколько отвлеченным, пусть волосы у несчастной были другого цвета, но слишком приметным был ужасный шрам, перечеркнувший ее щеку. Верити смотрела на молодую Кейтлин Эванджер.
А мужчина с дьявольской внешностью был Дэмоном Кинкейдом.
— Вот ты и узнала мой маленький секрет, — тихо сказала Кейтлин, появляясь за спиной Верити. — Не очень веселенькая картинка, правда? — невесело усмехнулась она.
— Впрочем, настоящее искусство не балаган.
Верити резко обернулась и взглянула на Кейтлин.
Глаза подруги по-прежнему лихорадочно блестели, но от былого оживления теперь не осталось и следа. Верити медленно задернула портьеру, собираясь с мыслями, — Нет, Кейтлин. Это трагическая вещь. Ведь ты нарисовала себя, правда?
— Да.
— О, Кейтлин! — Верити осеклась, не находя слов.
Потом порывисто бросилась к подруге и крепко обняла ее, как делают все женщины, когда хотят утешить огромное горе. — Кейтлин… Господи, если б ты только знала, как мне больно!
Кейтлин неподвижно застыла в ее объятиях.
— Не надо жалеть меня, Верити. Я отомщу, и тогда все будет кончено.
Верити разжала руки и отступила, с испугом вглядываясь в застывшее, отрешенное лицо художницы.
— Отомстишь? Ты хочешь отомстить Дэмону Кинкейду? Кажется, он изображен здесь, да, Кейтлин?
Казалось, имя Подонка прозвучало для Кейтлин словно гром среди ясного неба.
— Ты знаешь Дэмона Кинкейда? — еле слышно выдохнула она.
— Он помешан на старинном оружии, помимо всего прочего, — нехотя пояснила Верити, не желая пускаться в подробные объяснения относительно причин знакомства с бизнесменом. — На днях Джонас встречался с ним по делу.
Ужас перекосил застывшее лицо Кейтлин.
— Джонас? Что его связывает с Кинкейдом?
— Джонас продавал антикварные пистолеты, которые его попросили оценить. Это все пустяки, Кейтлин. Мы всего несколько минут пробыли в офисе у Кинкейда. Он не купил дуэльную пару, поэтому Джонас продал ее другому коллекционеру:
Кейтлин обреченно закрыла глаза.
— Верити, мирок богатых собирателей очень узок. Но все равно у вас с Джонасом почти не было шансов встретиться с Кинкейдом… Это просто невероятно.
Верити торопливо замотала головой:
— Но, Кейтлин, мы с Джонасом совсем не знаем Кинкейда! Это всего лишь неприятное совпадение, не более!
Когда Джонас начал составлять список потенциальных покупателей, живущих неподалеку от Секуенс-Спрингс и способных сразу выложить большую сумму за наши пистолеты, то их оказалось всего несколько человек.
— Я не верю в такие случайности! — Тяжело опираясь на свою трость, Кейтлин медленно двинулась к окну. — О Боже, неужели теперь все сорвется?! Неужели все мои планы пойдут насмарку…
Верити пытливо взглянула на нее:
— Откройся мне, Кейтлин. Я не понимаю, что ты затеваешь… Поверь, я имею право знать! Сегодня утром Тави убеждала меня уехать. Она говорила, что я каким-то образом втянута в твои планы. Да-да, она сказала, что если мы с Джонасом уедем, то тебе придется от них отказаться! Как это понимать, Кейтлин?
— Тави пытается помешать мне отомстить. Но ничто на свете не остановит меня, Верити! Вызов брошен… У Кинкейда могут возникнуть подозрения, ну и пусть! Его животные инстинкты пересилят осторожность! Этот человек вообразил себя повелителем мира! Он уверен, что все ему подвластно… Даже если он уже что-то почуял, все равно он приедет сюда сегодня… Я заполучу его, Верити!
— Расскажи мне о нем, Кейтлин, — мягко попросила Верити.
— Ты видела картину.
— Он изнасиловал тебя? Ранил тебя своей шпагой?
Здесь, в этом доме? В спальне, которую ты отвела для меня?
— Они с Сэндквистом по очереди забавлялись со мной. Негодяи привязали меня к кровати и издевались, пока я не потеряла сознание… Они надругались надо мной, Верити. Я думала, они убьют меня.
— О Господи, — содрогнувшись, прошептала Верити.
— Я очнулась в мотеле, за несколько миль от этого дома. До сих пор не знаю, как я там оказалась… Может быть, когда я потеряла сознание, негодяи испугались и решили поскорее избавиться от меня, пока я не обеспокоила их своей смертью. А может, они просто пресытились мной… Ведь после всего, что они со мной сделали, я уже не была ни красивой, ни привлекательной… — Кейтлин повернула голову и надменно посмотрела на Верити. — С той самой минуты я мечтаю о мести. Один раз судьба уже посмеялась надо мной — Сэндквист сломал себе шею, отравившись наркотиками. Но теперь я не упущу своего шанса! Кинкейд гораздо страшнее Сэндквиста.
Это он задумал изнасиловать меня, он накачал «дурью»
Сэндквиста, он устроил кровавую оргию… Это он терзал меня шпагой. Завтра утром я отомщу за себя!
Верити застыла:
— Но как ты это сделаешь, Кейтлин?
Ужасная улыбка заиграла на изуродованном лице художницы.
— За эти годы я прекрасно изучила характер этого негодяя. Я уверена, он спит и видит завладеть моей «Кровавой страстью». Он привык неизменно получать все, чего только не пожелает. Но на сей раз он не только не приобретет моей картины — я продам ее любому другому покупателю, — но будет опозорен. Как только с холста будет снято покрывало, все немедленно узнают Кинкейда. Теперь что бы он ни сказал, что бы ни сделал, ничто не поможет! Весь высший свет заговорит, что на последнем полотне Кейтлин Эванджер Кинкейд изображен насильником! Его репутация будет навсегда погублена, особенно после того, как общество признает меня в жертве.
Верити глубоко вздохнула, сочувствие к Кейтлин сменилось странной тревогой.
— Но тогда при чем же здесь я, Кейтлин? Зачем тебе мы с Джонасом?
— Вначале мне и в самом деле было безразлично участие Куаррела, — произнесла Кейтлин, равнодушно пожимая плечами. — Я хотела только, чтобы ты была рядом со мной, Верити. Теперь-то ты понимаешь, как много будет значить для меня ваше с Тави присутствие на аукционе, когда придет час явить картину взорам гостей. Но потом я подумала, что общество Куаррела тоже будет полезно. Кинкейд очень жесток. Ему нравится издеваться над людьми, причинять им боль и страдание. Насилие доставляет ему сексуальное наслаждение. У этого человека кровавая страсть к жестокости. Могу себе представить, как тяжело было ему подавлять свои инстинкты, добиваясь успеха в бизнесе и пробираясь на самый верх социальной лестницы.
— Ты решила использовать Джонаса в качестве охранника? — недоверчиво спросила Верити.
— Ну что ты, конечно же, нет! — горячо заверила Кейтлин. — Просто мне кажется, что чем больше будет народу, тем безопаснее.
— Ты боишься, что Кинкейд придет в ярость, увидев себя на картине?
— Трудно сказать, как он себя поведет. Сомневаюсь, что он потеряет контроль над собой, но все возможно… Однажды я уже пострадала от его рук и не собираюсь еще раз пережить этот кошмар, — содрогнулась Кейтлин. — Я скорее сойду в могилу, чем позволю ему прикоснуться ко мне!
— Ответь мне только на один вопрос, Кейтлин. Ты собираешься покончить с собой после того, как отомстишь Кинкейду?
Кейтлин отвернулась и долго смотрела в бесконечный простор океана.
— Мои мысли сейчас заняты только завтрашним аукционом. Впрочем, если ты и впрямь беспокоишься обо мне, то вспомни — я не наложила на себя руки даже после всего, что со мной сделали в этом доме много лет назад… Почему же я должна умирать, сведя счеты со своим мучителем?
— Сколько тебе тогда было лет?
— Двадцать три. Но благодаря опеке строгих любящих родителей я была очень наивна в свои двадцать три. Очень наивна, очень красива и очень счастлива, что со мной встречается Прекрасный Принц по имени Дэмон Кинкейд… Я просто не представляла себе, в какое чудовище влюбилась без памяти! Когда он пригласил меня провести уик-энд на берегу океана, я, конечно, решила, что он собирается сделать мне предложение. Господи, как же я волновалась… Я; была дурой и жестоко поплатилась за свою глупость. Однако цена оказалась слишком велика, и теперь я собираюсь поквитаться. — Кейтлин в ярости размахнулась тростью и что было силы ударила по оконной раме.
— Но, Кейтлин, все ли ты обдумала? Ты уверена, что не совершаешь ошибки? Ведь Кинкейд очень опасен.
— Я продумала все, до самой последней мелочи, — ответила Кейтлин, моментально взяв себя в руки.
— Но ведь он узнает тебя сразу же, как только войдет, в зал!
— Нет, Верити. Хирургам пришлось сделать несколько небольших пластических операций на моем лице. Добавь сюда изменения, наложенные временем, и перекрашенные волосы, и ты сама убедишься, что Кинкейду ни за что меня не узнать. Я совсем не похожа на ту хорошенькую девочку, которая вошла сюда много лет назад… Впрочем, останься я прежней, Кинкейд все равно ничего не заметил бы. Кто я была такая, чтобы помнить меня столько лет! Очередная жертва, не более… В больнице врачи хотели удалить и этот шрам на щеке, но я отказалась. С тех пор каждый ;раз, глядя в зеркало, я думала о своей мести.
— Кейтлин, но это же безумие!
Художница резко обернулась:
— Теперь ты знаешь всю правду, Верити. Ну что, ты по-прежнему хочешь уехать? Или же ты останешься со мной и будешь рядом, когда мне понадобится дружеская поддержка?
Верити поняла, что у нее нет выбора:
— Я остаюсь. Но мне придется все рассказать Джонасу.
Кейтлин заколебалась.
— Поступай, как сочтешь нужным, — решила она наконец. — Спасибо, Верити. Я никогда не забуду твоей доброты. — Взгляд ее снова остановился на картине, и художница застыла, как будто загипнотизированная своим творением.
Верити тяжело вздохнула.
— Думаю, никто из нас не забудет этого. — Отвернувшись от Кейтлин, она вышла из мастерской в серый коридор.
И чуть не сбила с ног Джонаса.
Прежде чем Верити успела испуганно вскрикнуть, он зажал ей рот и приложил палец к губам. Верити сердито насупилась, но согласно закивала головой. Тогда Джонас схватил ее за руку и быстро потащил вниз по лестнице.
В полном молчании они добрались до покоев Верити и закрыли за собой дверь. Джонас отстранился от Верити, засунул руки в карманы джинсов и принялся хмуро мерить шагами комнату.
— Что все это значит? — резко бросил он.
— А сколько тебе удалось подслушать? — осведомилась Верити.
— Достаточно. Эта больная носится с планами мести Кинкейду, так?
— Джонас, это все так ужасно… Та женщина, которую мы видели на постели… ведь это была Кейтлин! Кинкейд и Сэндквист изнасиловали ее здесь, в этом доме! Сэндквист мертв, поэтому Кейтлин хочет отомстить Кинкейду. Она задумала отказать ему в продаже «Кровавой страсти». Эта картина станет приговором Кинкейду, все признают в нем насильника, он будет навсегда опозорен. Неплохая месть, как ты думаешь? Несколько эксцентрично, но совсем неплохо.
Джонас внезапно обернулся и в упор посмотрел на нее. Его странные золотые глаза угрожающе заблестели.
— Итак, эта стерва с самого начала использовала тебя.
Проклятие! Я как чувствовал, что она чего-то добивается от тебя!
— Она хочет, чтобы в трудную минуту рядом с ней был друг, неужели это так много, Джонас? Мне кажется, ты-то как раз должен понять Кейтлин.
— Еще чего не хватало! Я не собираюсь терять время на разгадывание души этой омерзительной лягушки! С меня вполне хватает необходимости понимать тебя.
— Ты это серьезно? — угрожающе спросила Верити, моментально раздражаясь. Как ему только не стыдно?
Мало того, что ни капли не жалеет бедную Кейтлин, так еще и бравирует своей бесчувственностью!
— Абсолютно, — отрубил Джонас и взъерошил волосы. — Более того, только что я разговаривал с Эмерсоном и спешу тебя обрадовать — у нас прибавилось проблем.
— Ты звонил папе? А я и не знала!
— Меня интересовало, удалось ли ему выяснить что-нибудь о том чуваке, который напал на нас с пистолетом.
Как ни удивительно, на свете есть вещи поважнее проблем твоей тронутой Кейтлин.
— Не смей так говорить о ней!
— С какой стати? Я привык называть вещи своими именами.
— Нет ничего ненормального в желании отомстить, тем более за такое чудовищное преступление. Ну ладно, довольно об этом. Так что сказал папа?
Джонас, прищурившись, взглянул на нее.
— Он навел справки и выяснил, что тот стрелок не был подослан добрейшим Реджинальдом С. Ярингтоном.
Верити изумленно вытаращила глаза:
— Ты хочешь сказать, что Яриштон здесь ни при чем?!
— Нет. Ярингтон ответил Эмерсону отрицательно.
Твой отец считает, ему можно верить.
— Так, значит, это действительно был бродяга, искавший ночлег?
— Похоже. Но с каждым днем все слишком усложняется, Верити. Мне это совсем не по вкусу. Я попросил Эмерсона намекнуть копам хорошенько проверить нашу дражайшую Кейтлин.
— Кейтлин?!
— Ее самую. Их должно заинтересовать, кем она была до тех пор, пока не превратилась в знаменитую художницу. Такое впечатление, что Кейтлин взялась ниоткуда.
— Как ты не понимаешь, после того случая ее жизнь резко переменилась, — прошептала Верити, — Она стала совсем другой, а хирурги перекроили ее лицо. Пойми, Кейтлин очень боялась Кинкейда!
— Все это детский лепет. Не так-то просто начать жизнь заново, Верити. Для этого нужно слишком много ума, денег и поддельных документов. Ты что, думаешь, всякий может просто подправить себе лицо и назваться другим именем? А тут все выглядит, будто наша дива прямо родилась тридцатилетней Кейтлин Эванджер, эксцентричной художницей с вывертами. У меня нехорошие предчувствия, Верити. Вокруг нас все пропитано жестокостью и насилием, прошлым и настоящим… Кроме того, мне очень не нравится, что мы как бы невзначай за несколько дней до визита сюда встречаемся с Кинкейдом, которого, как мы только что выяснили, Эванджер собирается публично осрамить и унизить во время аукциона… Нет, Верити, такое количество случайных совпадений умные люди называют подозрительным.
— И что ты предлагаешь?
— Уехать отсюда, и чем скорее, тем лучше.
Верити закрыла глаза и устало опустилась на постель.
— Пойми, Джонас, я не могу этого сделать. Слишком много произошло… Мы должны остаться.
— Мы? — Короткое насмешливое слово тотчас же разделило их, как стена.
Верити быстро открыла глаза, помертвев от ужаса, что в такую тяжелую минуту Джонас уйдет и оставит ее одну:
— Кажется, я чересчур зарвалась, да, Джонас? Что ж, уезжай. Можешь взять машину. Когда все закончится, я как-нибудь сама доберусь до дома.
Джонас в бешенстве шагнул к ней и рывком поднял на ноги. Лицо его перекосилось от гнева, каждый звук напоминал беспощадный удар клинка.
— Не прикидывайся дурочкой, Верити. Ты прекрасно знаешь, что я никогда не брошу тебя на произвол судьбы в этом чертовом вертепе!
Верити с облегчением уткнулась ему в плечо, крепко обняв за талию.
— Спасибо, Джонас, — просто сказала она. — Когда-нибудь я отплачу тебе тем же, вот увидишь.
— Очень скоро, — посулил Джонас.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Золотой дар - Кренц Джейн Энн



Очень понравилось! Интересно, в жизни есть такие терпеливые мужчины,живущие со стервочками! Честное слово, восторгалась напором и темпераментом главной героини и радовалась, что хоть в книге можно прочитать про такую смелость женщины! Спасибо!
Золотой дар - Кренц Джейн Эннстарушенция
15.08.2012, 0.51





Роман до конца держал в некотором напряжении.. понравилось больше всего то, что написан с юмором, гг-й тож хорош, мужик. 8балловё
Золотой дар - Кренц Джейн ЭннМери
16.01.2014, 0.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100