Читать онлайн Золотой дар, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Золотой дар - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.58 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Золотой дар - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Золотой дар - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Золотой дар

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Вечером в понедельник дуэльные пистолеты были выгодно проданы некоему Филлипу Дж. Хаггерти, а уже утром следующего дня Джонас торжественно вручил чек Эмерсону Эймсу. Тот едва не прослезился и троекратно расцеловал своего спасителя.
— Джонас, старина, ты спас мою задницу, черт тебя возьми! — ликовал рыжий добряк. — Ну-ка откроем по пивку, и давай выкладывай, как дело было!
Они стояли посреди кухни, не обращая никакого внимания на Верити, отчаянно пытавшуюся успеть подготовиться к открытию на ленч. Прижав к себе пирамиду стальных мисок для смешивания салатов, она бросала испепеляющие взоры на мужчин, заставляющих ее лавировать между ними.
— Джонас не будет пить никакое пиво, — отрезала она. — Он должен помочь мне с ленчем!
— Не обращай внимания, — бросил Джонас Эмерсону и щелкнул замочком пивной банки. — Во вторник у нас меньше всего народу, так что вдвоем тут делать нечего. Просто нашей Верити пришло время поворчать, ты же ее знаешь. Кроме того, я прекрасно справлюсь и с пивом, и с посудой.
Эмерсон расхохотался, а Верити невольно вспыхнула. Джонас принялся подробно излагать историю их визита в Сан-Франциско, а Верити поспешно отвернулась к холодильнику за салатом с картошкой и зеленым горошком. Обычно она хладнокровно сносила упреки в излишней сварливости, но сегодня от слов Джонаса ей почему-то стало больно. Неужели она и впрямь превращается в мелочную, скандальную бабу? А может быть, в последнее время она так резка с Джонасом только потому, что пытается колкостью защититься от мучительной неопределенности их отношений? Гораздо проще кричать на Джонаса, чем позволить себе влюбиться в него.
И все-таки Верити серьезно опасалась, что ей уже не поможет и эта блестящая тактика. Она смертельно боялась признать, что давным-давно без ума от Джонаса Куаррела. Чем больше она об этом думала, тем острее и безжалостнее становился ее язычок.
Джонас заканчивал свое повествование, весело приукрасив проявленное им виртуозное мастерство ловкого дилера.
— Вот так все и было, — торжественно заключил он. — Когда цена подскочила еще на три тысячи, я, естественно, отдал предпочтение щедрому Хаггерти. Ну а потом мы с Верити отправились выбирать костюмы для этого идиотского маскарада. Да, кстати, в магазине твоя дочь совсем рехнулась. Пришлось применить силу. Посмотрел бы ты на платьице, которое она собиралась взять напрокат! Алое с золотом и декольте до пупа, клянусь честью!
— Не Бри! Шикарное платье, точно в стиле Ренессанса!
Ты просто не знаешь, что тогда носили знатные дамы, — огрызнулась Верити и добавила горчицу в свой картофельно-гороховый салат.
— Кто из нас специалист по истории Ренессанса? — невозмутимо поинтересовался Джонас. — В том наряде ты была бы похожа на дорогую девку по вызову.
— Я и собиралась одеться куртизанкой!
— Скажи спасибо, что я не взял для тебя платье монашки! — зловеще ухмыльнулся Джонас.
Вериги вздернула бровки и жалобно посмотрела на отца.
— Он в этом магазине был такой злой, будто с цепи сорвался! Пистолеты проданы, ему бы радоваться, так нет же! После того как мы вышли от Кинкейда, он только и делал, что злился на меня.
— Она все время кокетничала с этим подонком, — буркнул Джонас.
— Я всего-навсего выполняла приказ, Джонас. Твой, кстати, приказ, припоминаешь? Ты сам велел мне улыбаться и изображать безмозглую дуреху!
— Никто не просил тебя заходить так далеко! Этот тип пялился на тебя, как акула на голую пятку купальщика.
Эмерсон решительно поднял руку, призывая молодежь к спокойствию:
— Дети, дети, довольно ссор! Как вам не стыдно ругаться в такой прекрасный день! Поберегите свой пыл до более подходящего часа.
— Прекрасная мысль, — согласилась Верити. — Сегодня я слишком занята, чтобы скандалить. Но Джонас утаил от тебя кое-какие детали нашего путешествия. Он умолчал, что снова проводил свои эксперименты, на сей раз с помощью кинкейдовского кинжала.
Эмерсон вопросительно приподнял лохматую бровь:
— В самом деле? И что же? Снова подсознательный образ темного коридора?
— На этот раз туннель выглядел по-другому, — ответила Верити. — Неопределеннее. Ну как бы тебе объяснить? Контуры его казались очень нечеткими, размытыми.
Но там была ужасная картина, папа. Ужасная. Я видела человека, упавшего на обеденный стол… И кровь заливала блюдо с лингуини.
Джонас сосредоточенно вглядывался в мелкий шрифт надписей, опоясывавших пивную банку.
— Я тоже много думал о призрачности этого коридора, — хмуро заметил он. — Может быть, причина в том, что и стилет, и преступление датируются нашим временем? Вероятно, их сила и энергия все еще находятся в процессе становления? Признаться, впервые я испытывал нечто подобное, прикасаясь к современному предмету.
— А ты точно знал, что кинжал поддельный, когда попросил у Кинкейда позволения снять его со стены? — спросила Верити.
Джонас кивнул:
— Я был почти уверен. Это же сразу видно по стали.
Как только я взял стилет в руки, я окончательно убедился в этом, но в ту же самую секунду он вдруг начал пульсировать как сумасшедший. — Джонас затряс головой. — Я ничего не понимаю! Если только…
Верити вдруг прикусила нижнюю губу и похолодела.
— Если что?
Джонас с тревогой заглянул ей в лицо:
— Если только твое присутствие не делает со мной того же, что сделали тесты в Винсент-колледже.
— Ты хочешь сказать, что твой дар за это время стал сильнее? — еле слышно прошептала Верити.
— Да.
Гнетущая тишина повисла в кухне. Верити и Джонас, каждый по-своему, обдумывали только что высказанное предположение. Эмерсон в недоумении смотрел то на одного, то на другого.
— Детки, я что-то не пойму, это очень плохо?
— Джонас не склонен считать свой талант подарком судьбы, — негромко сказала Верити. — Но вплоть до последних дней его дар был строго ограничен определенными временными рамками. Если способности Джонаса будут неуклонно расти, то все большее и большее количество предметов будет угрожать затащить его в свой коридор.
— Ясно, — задумчиво протянул Эмерсон. — Это было бы очень неприятно, верно?
— Мягко сказано, — кивнул Джонас. — Черт! — Он с силой смял в руке пивную банку. — Я бы прекрасно обошелся без новых сложностей!
Верити внезапно зазнобило…. Это она виновница «новых сложностей»в жизни Джонаса! Она до боли в суставах стиснула салатницу. Джонас приехал в Секуенс-Спрингс только потому, что заподозрил в ней какую-то связь со своим даром Неужели теперь эта же самая причина заставит его уехать прочь?
— Моя психометрия по-прежнему ограничивается объектами, так или иначе связанными с насилием, — задумчиво продолжал Джонас. — Слава Создателю, пока еще я не реагирую на все старые эмоции без разбора!
— А что означала эта страшная сцена в коридоре? — спросила Верити.
— Понятия не имею, — буркнул Джонас. — С этими сценами вечно какие-нибудь проблемы! Все равно что просмотреть пару кадров кинопленки. В моем случае это самые страшные эпизоды из истории предмета, который я беру в руки. Когда я чувствую себя частью такого фрагмента, я точно знаю, что произойдет в следующие секунды. А иной раз кажется, что ты рассматриваешь фотографии незнакомцев в чужом фотоальбоме. Именно так было и вчера.
— Но почему кинжал Кинкейда показал вам не что-нибудь, а человека, истекающего кровью над тарелкой макарон? — продолжал допытываться Эмерсон.
Джонас пожал плечами:
— Скорее всего мы видели прежнего владельца кинжала в тот роковой миг, когда он навсегда утратил свое право собственности. Или же это был некто, заколотый этим самым клинком.
— Очень мило, — вмешалась Верити. — А я почему-то решила, что несчастного застрелили.
— Вот как? Вполне возможно.
Эмерсон протестующе затряс головой:
— Но это же невероятно! Я даже не знал, что и подумать в ту ночь, когда вы впервые тестировались на моих пистолетах, не больше понимаю и теперь! Тогда я приготовился воспринимать все без предубеждения, но всему есть предел, хвала Всевышнему! Честно вам заявляю — это выше моего скромного разумения. Вы-то сами осознаете, насколько это странно?
— Мне это иногда приходило в голову, — сухо ответил Джонас.
Эмерсон снова покачал головой:
— Пойми меня правильно, сынок. Одно дело верить в то, что ты, возможно, наделен каким-то экстрасенсорным талантом. Черт побери, да кругом пруд пруди выскочек, которые якобы могут созерцать инфернальные бездны! Куда ни плюнь, попадешь в телепата или еще кого похлеще. Но, милые мои, когда вы хором заверяете меня, что видите одинаковые образы, это уже слишком! Это уже ни в какие ворота, скажу я вам. Если бы я не знал свою дочь, то решил бы, что вы бессовестно лжете. Но Верити не умеет врать. И ты, Джонас, наверняка не стал бы столь изощренно меня разыгрывать. Это чересчур утомительно, правильно?
— Абсолютно, — с чувством подтвердил Джонас и бросил смятую пивную банку в мусорное ведро, стоящее возле стойки. — Эмерсон, если даже тебе это кажется немыслимым, представь, каково было мне! Столько лет я считал себя единственным, кто видит эти чертовы кошмары, касаясь всякого утиля. — Он взглянул на Верити, и глаза его превратились в расплавленное золото. — Господи, каким счастьем было для меня найти живую душу, способную разделить мои страдания! По крайней мере теперь я обрел уверенность, что если и схожу с ума, то не один.
Эмерсон снова задумчиво посмотрел на обоих «экстрасенсов»:
— Ни один из вас не сумасшедший и к тому же не лжец, а посему напрашивается единственный вывод — между вами и впрямь существует какая-то сверхъестественная связь. А теперь поведайте-ка мне о парне, заправившем кровью макароны.
— Тут и рассказывать нечего, — фыркнула Верити. — Как только я увидела эту картину, сзади подошел Джонас и сказал, что мы уходим.
— Но умирающий все-таки имея какое-то отношение к кинжалу?
— Скорее всего, — медленно проговорил Джонас. — Я нисколько не сомневаюсь, что люди, чьи образы слоняются по туннелю, самым непосредственным образом связаны с предметами, которые я беру в руки. Вот только далеко не всегда я улавливаю эти взаимоотношения.
Верити вытерла руки о фартук.
— Одежда этого старичка давным-давно вышла из моды.
Такие пиджаки носили лет десять — пятнадцать назад.
— Ты очень наблюдательна, — похвалил Джонас, пытливо глядя ей в глаза. — Кстати, вчера вечером, когда мы обсуждали увиденное, ты и словом не обмолвилась об этой детали. Может быть, ты подметила еще что-нибудь?
— Нет. Хотя… Понимаешь, мне почему-то показалось, что этот несчастный знал, кто его убил. Он выглядел таким изумленным, будто никак не ожидал ничего подобного. Такое впечатление, что его застрелил лучший друг.
— Пожалуй, ты права, — помолчав, согласился Джонас. — Но, с другой стороны, подобный эффект могло произвести и внезапное появление незнакомого убийцы.
— Ну а если сам Кинкейд? — нетерпеливо перебил Эмерсон. — Вы думаете, ему известна история этого кинжала?
Джонас пожал плечами:
— Кто знает? Он был абсолютно уверен в подлинности своего фуфла. Этот тип просто взбесился, когда я сказал ему, что это подделка. Очевидно, он выложил за кинжальчик кругленькую сумму. Дело в том, что большинство таких собирателей не задают лишних вопросов о прошлом вещицы, которую хотят приобрести. Чем меньше знаешь, тем спокойней — вот их кредо. Если какой-то тип и пристрелил кого-то ради этого стилета, а потом с баснословной выгодой перепродал его фанатику-коллекционеру, то последний, разумеется, предпочтет не вдаваться в этот маленький нюанс. Точно так же и Хаггерти особо не пытался разузнать об истории твоих пистолетов. Ему оказалось вполне достаточно их подлинности.
— Я понимаю эту установку, хотя сам, наверное, поступил бы иначе. Неведение далеко не всегда приносит счастье. Но я вполне допускаю, что Кинкейд ничего не знает о своем кинжале, — подвел итог Эмерсон.
— Он знать не знал, что это фальшивка! — пренебрежительно усмехнулась Верити и сунула Джонасу в руки огромную кастрюлю. — На, поставь на стойку.
Джонас заглянул в кастрюлю и увидел дымящиеся макароны.
— Что это?
— Лингуини. Сначала я собиралась подать их с красным соусом, но теперь передумала. Приготовлю-ка лучше веселенькую зеленую заправку!


Поздним вечером Верити наконец решилась на то, чего не делала с тех самых пор, как ее отношения с Джонасом достигли расцвета. Оставив Джонаса играть в шахматы с отцом, она взяла свой махровый халатик с полотенцем и устремилась в пустующую купальню, чтобы обрести там долгожданный покой и одиночество. Мужчины настолько увлеклись игрой, что даже не заметили ее отсутствия.
Бело-голубая купальня в этот час традиционно пустовала. Верити не стала зажигать весь свет, а включила только несколько ламп, чтобы найти дорогу к своему любимому бассейну. Добравшись до него, она скинула на пол джинсы и рубашку и нагишом прыгнула в воду.
Окунувшись, Верити прислонилась к стене и задумалась о последних событиях своей жизни. Что и говорить, сделано немало. Всего за несколько недель она завела любовника, обнаружила в себе бесполезный сверхъестественный талант и подружилась со знаменитой художницей. Прости-прощай тихое, размеренное существование, которое она столь усердно пестовала годами!
И тут возникает главный вопрос — как эти перемены повлияют на ее судьбу? Необычайный дар связан с любовником, который скоро уйдет, а знаменитая художница решила навсегда покончить с искусством… Да, на этом зыбком фоне маленькое кафе казалось Верити единственным надежным пристанищем.
Так, пойдем дальше. Выбросим пока из головы всякие паранормальные явления — слишком уж все это странно и необъяснимо. Нет, сегодня следует рассматривать только факты.
Первое: неужели она действительно превратилась в склочницу? Второе: как долго мужчина может выдержать общество сварливой женщины? И еще — как долго этот мужчина может находиться рядом с той, чье присутствие каким-то образом стимулирует его опасный талант?
— Уж не меня ли поджидаючи ты расселась тут голая?
Тягучий, нахальный голос Джонаса вывел Верити из оцепенения. Она мигом открыла глаза и мгновенно почувствовала себя раздетой. Смущаться, естественно, было глупо, учитывая долгие ночи, проведенные в объятиях любовника… Хорошо бы он отнес ее пылающие щеки на счет горячей минеральной воды.
— Я думала, ты играешь в шахматы с папой, — быстро нашлась Верити.
— Да, мы играли, пока он меня не обставил. Я сегодня что-то очень рассеян. Ну ничего, завтра возьму реванш… Так вот, я пошел к тебе за утешением и с ужасом обнаружил, что дом пуст. А я уже предвкушал, как ты вплела в косы алые ленты и нетерпеливо поджидаешь меня в постели! Тебе не стыдно? — Джонас подошел к бортику бассейна и начал лениво расстегивать пуговицы своей рабочей рубашки.
— Когда это я вплетала в косы алые ленты и ждала тебя в постели?!
— Ты права, моя злая прелестница. Ты никогда этого не делала. Но разве мужчина не может немного помечтать? — Он скользнул взглядом по телу Верити, просвечивавшему сквозь прозрачную пузырящуюся воду. — Но ничего, это ты тоже неплохо придумала.
Верити беспокойно заерзала и огляделась.
— А что, если Лаура вдруг зайдет, как в прошлый раз?
— Полагаю, ее несколько удивит открывшаяся взору картина, — ответил Джонас, распахивая рубашку и принимаясь за пуговицы джинсов.
Верити как завороженная наблюдала соблазнительную сцену разоблачения Джонаса Куаррела. Он действовал неторопливо, так что сначала показались его сильные плечи и плоский мускулистый живот. Густые волосы на груди так и манили пальчики Верити заблудиться в зарослях. Сбрасывая джинсы, Джонас уже почти, возбудился.
— А ты никогда не пробовал свои силы в стриптизе? — внезапно севшим голосом спросила Верити.
Джонас еле заметно улыбнулся и шагнул в воду.
— Я не собираюсь дразнить тебя, маленькая тиранка.
Ты сполна получишь все, что видишь. — Он закинул руки на бортик и прислонился к стене, наслаждаясь теплой минеральной водой. — До чего же здорово, черт возьми!
Верити затаила дыхание, смущенно помолчала, а потом все-таки рискнула задать вопрос, так и вертевшийся на кончике языка:
— А ты правда считаешь меня мелкой тиранкой?
— Маленькой, а не мелкой. В тебе нет ничего мелкого, солнце мое, зато есть пара маленьких слабостей, которые бросаются в глаза. — Джонас лениво взглянул на нее, готовясь перевести разговор в интимное русло.
— Джонас, я не шучу! — настойчиво произнесла Верити. — Ты ведь считаешь меня сварливой, правда?
— В этом заключена немалая часть твоего обаяния.
Верити по-настоящему разозлилась:
— Не вешай мне лапшу на уши! Ты вечно упрекаешь меня и делаешь это очень грубо! А теперь еще этот твой талант, который усиливается от моего присутствия… Короче говоря Джонас, я не та женщина, которая нужна тебе. Вот.
— О черт! — простонал Джонас, снова закрывая глаза. — Мне кажется, кто-то собирается испортить вечер отвратительной ссорой. Господа присяжные, прошу учесть, что этот кто-то не я!
— Я вовсе не собираюсь ссориться. Я хочу только прояснить для себя несколько вещей.
— Каких же?
— Например, какого дьявола ты здесь околачиваешься?
— Я, как вы изволили изящно выразиться, «околачиваюсь» здесь потому, что нуждаюсь в работе. Это во-первых, А во-вторых, я обнаружил, что спать с вами, дорогая хозяюшка, это все равно что спать с кактусом. Как только продерешься через все колючки, становится очень сладко.
— Если ты хотел обидеть меня, то тебе это удалось;
Мне не нравится сравнение с кактусом, — буркнула Верити, чувствуя себя обманутой. Она приготовилась к серьезному, откровенному, беспристрастному разговору, а Джонас склонен превращать все в балаган!
Джонас положил ей руку на плечо и привлек к себе.
— В чем дело, детка? — ласково шепнул он. — Я думаю, нам следует хорошенько отдохнуть после трудового дня.
— Я хочу, чтобы мы были честны друг с другом, Джонас. Ты считаешь меня склочницей и тиранкой. Ты говоришь, что я ворчливая. Что мало тебе плачу. Кроме того, мы с тобой совершенно по-разному смотрим на жизнь, даже на проблему правильного питания! Нас объединяют только постель и непонятный талант.
— Радость моя, секс и общий талант — это не так уж и мало! Это гораздо больше того, что связывало меня с другими женщинами. — Он снова пристально взглянул на нее. — И это гораздо больше, чем то, что может привязать тебя к другому мужчине.
Верити доверчиво опустила голову ему На руку:
— А может быть, у нас просто взаимовыгодный союз, а, Джонас?
— Даже если это и так, то наши отношения уже оправданны, — хрипло шепнул Джонас. — Верити, ты свихнешься, если будешь постоянно ломать себе голову над такими вопросами! Расслабься, солнышко.
— Этот совет хорош для таких людей, как ты! Но я совершенно другая, Джонас!
— Я знаю, — без особого восторга согласился он. — Дай тебе волю, так ты часами будешь препарировать наши отношения, вертеть их так и эдак, рассматривать под разными углами и в конце концов задушишь то, что должно цвести! Ты просто помешана раскладывать все по полочкам и навешивать ярлыки!
— Да, ты прав, — согласилась Верити. — Давай лучше сменим тему. Когда папа собирается рассчитаться с вымогателем?
— С некто Реджинальдом С. Ярингтоном? Думаю, через пару деньков, как только обменяет чек Хаггерти.
— Как ты думаешь, он не сбежит с этими деньгами и не проиграет их вместо того, чтобы расплатиться? — встревоженно спросила Верити.
— Я абсолютно уверен, что твой Эмерсон отдаст долг.
Ты же знаешь, он считает карточный долг долгом чести.
Кроме того, Ярингтон отнюдь не похож на безобидную овечку. Твоему отцу вовсе не улыбается перспектива провести остаток жизни без ушей.
Верити содрогнулась.
— Мы с папой так обязаны тебе, Джонас, — очень серьезно сказала она. — Без тебя мы бы ни за что не продали эти пистолеты. Мы ведь и понятия не имели, с какого бока подступиться к этим важным коллекционерам, не говоря уже о том, сколько просить за оружие!
Джонас крепче обнял ее, — Заруби себе на носу, Верити, твой отец может считать как угодно, но ты мне ничего не должна!
Верити растерялась, смущенная резкостью его тона и силой, с которой он сдавил ее плечо.
— Но, Джонас, ведь это правда! Наверное, я и впрямь брюзга, но неблагодарной меня никто не назовет! Я всегда плачу по счетам, так и знай!
— Закрой ротик, — ласково приказал Джонас. — Между нами нет и не будет никаких долгов, а если ты осмелишься еще раз заикнуться об этом, клянусь, я тебя выпорю!
Что же касается твоего характера… Знаешь, я не имею ничего против включения очередной склочницы в свой донжуанский список! Мужчине нужен вызов, провокация, ведь он… 0 — ой!! — неожиданно взвыл Джонас, хватаясь за бок, пострадавший от свирепого тычка Верити.
— Так сколько у тебя было склочниц? — сладко пропела тиранка.
— Ты первая, — сознался Джонас, держась за ребра. — И, кажется, последняя. Думаю, мужчине вполне достаточно одной.
Успокоившись, Верити снова прикорнула на его руке.
На сердце у нее почему-то заметно полегчало.
— Джонас, а что ты будешь делать после того, как закончишь исследование своего таланта? Станешь опять преподавать историю? Или будешь сотрудничать с музеями?
— Преподавать я больше не буду. За эти пять лет я много передумал, Верити. В частности, понял, что меня вовсе не тянет читать лекции студентам, которых секс волнует гораздо больше, чем разница между гуманизмом и философией войны в эпоху позднего Ренессанса. Но я вполне могу зарабатывать консультациями. Они отлично оплачиваются, не требуют много времени, а кроме того, мне это нравится.
— Сегодня ты сказал, что твой дар стал сильнее, — выдавила Верити. — Как ты думаешь, когда-нибудь наступит такой день, когда ты перестанешь во мне нуждаться?
Джонас глубоко вздохнул:
— Не знаю… Честно говорю, не знаю. Здесь у меня вопросов не меньше, чем у тебя.
Несколько секунд они сидели в молчании. Верити обдумывала слова Джонаса. Он совершенно прав, она действительно принимает все близко к сердцу. Интересно, вот если бы Кейтлин Эванджер влюбилась в мужчину, стала бы она тратить столько энергии на выяснение отношений?
— О чем задумалась? — недовольно спросил Джонас.
— О Кейтлин, — честно призналась Верити.
— Как ты думаешь, она когда-нибудь кого-нибудь любила?
— Вряд ли, — уверенно отрезал Джонас. — Если она и способна любить, то только свое искусство, хотя она и с ним, кажется, решила завязать.
— Ты к ней очень предвзято относишься, — горячо возразила Верити. — Я нисколько не удивлюсь, если выяснится, что в прошлом она пережила огромную трагедию… Возможно, кто-то очень сильно обидел ее. Знаешь, Джонас, от мира не отгораживаются просто так.
— Некоторые просто рождаются холодными, Верити.
Мне доводилось встречать людей, способных зарезать человека с такой же невозмутимостью, с какой ты завтракаешь. — Джонас помолчал. — Кинкейд, например, тоже жестокий.
Девушка даже подняла голову с его руки:
— С чего ты взял?
— Я прочел это в его глазах, когда он смотрел на тебя.
Впрочем, ты все равно мне не поверишь, тебе ведь он показался душевным, очаровательным красавцем. Я угадал?
Верити задумалась.
— Честно говоря, я пока не знаю, как к нему относиться.
— Не сомневайся, он «отнесся» бы к тебе за несколько секунд, если бы увидел, что тебя можно затащить в постель.
— Что?! Ты это серьезно, Джонас?! — Она была искренне шокирована. — Я же совершенно не в его вкусе!
— Ошибаешься, — заверил Джонас. — Такие мужчины падки на самых разных женщин, в том числе и ясноглазых, свежих и счастливых. Таким очень приятно полакомиться после излишка грязи и извращений. Ты просто не подозреваешь, как целомудренно выглядишь, Верити. Тебя окружает аура такой небесной чистоты, что мужчинам кажется, будто ты отдашь всю себя, стоит лишь затащить тебя в постель. Думаю, не будь меня рядышком, этот хлыщ попытался бы соблазнить тебя прямо в своем кабинете. А если бы ты все еще оставалась непорочной и твой принц узнал бы об этом, похоже, мне пришлось бы защищать тебя от мерзавца его же гнусным кинжалом! Только не обольщайся, это вовсе не значит, что он влюбился в тебя с первого взгляда!
Просто этот Кинкейд относится к подонкам, обожающим совращать девственниц. Черт возьми, я взял этот проклятый стилет только для того, чтобы отвлечь от тебя Кинкейда. Я сразу понял, что для этого типа собственный престиж значит гораздо больше, чем женщина!
Верити была ошарашена. Приоткрыв рот, она изумленно таращилась на Джонаса:
— Ты не шутишь? Я действительно понравилась самому Дэмону Кинкейду?
— Нечего пялить на меня глаза! Я ведь мужчина, Верити, и могу без труда составить верное впечатление о нашем брате. Повторяю, он клюнул лишь на твою солнечную улыбчивую безгрешность.
— Но ведь я уже не невинна! — сердито нахмурилась Верити и коснулась рукой своего вздернутого носика. — Наверное, так кажется из-за моих веснушек!
Джонас снисходительно улыбнулся, наклонился и жадно, властно поцеловал ее.
— Какое счастье, что мы больше никогда не увидим мистера Кинкейда. Честно говоря, я очень рад, что ты живешь здесь, в Секуенс-Спрингс, где, по словам твоей лучшей подруги Лауры Гризвальд, настоящих мужчин можно пересчитать по пальцам.
Но Верити не слушала его. Она все еще не могла оправиться от изумления.
— Черт возьми… Сам Дэмон Кинкейд! Кто бы мог подумать!
— Никто не мог, — недовольно перебил ее Джонас. — Теперь я вижу, что мне следовало держать язык на привязи.
Твое женское самолюбие сейчас раздуется до нечеловеческих размеров. Что ж, сам виноват. Надо было сто раз подумать, прежде чем гладить по шерстке.
Верити ослепительно улыбнулась и теснее прижалась к нему.
— Знаешь, Джонас, ты забыл погладить еще кое-что.
Я была бы не прочь.
Джонас усмехнулся:
— В самом деле? Тогда укажи мне поточнее, дитя мое.
Верити снова вспыхнула. Она еще не привыкла к фривольным шуточкам Джонаса.
— Ты сам знаешь, — прошептала она, утыкаясь в его широкую грудь.
Джонас легко подхватил ее на руки и усадил к себе на колени.
— Мне нужны слова, милая. Я обожаю, когда ты говоришь непристойности.
— Извращенец.
— Да, и ты это любишь;
«Не только это, — грустно подумала Верити. — Мне кажется, я люблю тебя самого… Джонас, Джонас, что же будет со мной, когда ты уедешь?»
Но вслух она ничего этого не произнесла. Напротив, как только Джонас стал раздвигать ее ноги, Верити сказала, ему все то, что он хотел услышать.
Она просила, обещала, льстила, подлизывалась, умоляла.
Джонас с наслаждением внимал этим речам, в точности исполняя каждую команду.
Но когда Верити заерзала у него на коленях, устраиваясь поудобнее, Джонас неожиданно удержал ее:
— Не так быстро, любовь моя. Я обожаю пряные блюда. Сейчас я покажу тебе, сколько остроты и пряности в тебе самой.
Длинные пальцы Джонаса скользнули в ее глубину, лаская узкий горячий свод. Верити тотчас же затрепетала.
— Такая желанная, — шептал Джонас, наклоняясь, чтобы поцеловать ее сосок, торчащий над поверхностью воды. — Чистый, горячий, честный огонь. Гори же, гори для меня, детка.
И Верити снова подчинилась, дрожа; изгибаясь, трепеща в объятиях мужчины, дарующего блаженство.
— А теперь мы пойдем к тебе, и ты отплатишь мне той же монетой, — приказал он и вышел из бассейна, крепко прижимая к груди свою женщину. ;
Верити опустила глаза, когда Джонас поставил ее на ноги и потянулся за одеждой. Его восставшая плоть подрагивала, готовая вот-вот взорваться. Верити потянулась и взяла ее в руку.
— Если ты сейчас же не успокоишься, то я за себя не отвечаю, — хрипло предупредил Джонас.
Верити только коварно улыбнулась и продолжила нежную ласку. Взглянув на нее, Джонас застонал и капитулировал:
— Пожалуй, к тебе мы вернемся чуть позже.
Он опрокинул Верити на кучу одежды и, содрогаясь от страсти, тяжело ворвался в нее. Верити крепко обхватила его, принимая, пока ее сладость не поглотила Джонаса целиком.


Несколько часов спустя Джонас вылез из постели Верити и потянулся за джинсами и ботанками. Сунув руку в рукав рубашки, он в последний раз взглянул на девушку, которая сонно улыбалась ему на прощание.
— Спокойной ночи, Джонас.
— Спокойной ночи, — процедил он и вышел из домика.
На улице было холодно. Джонас вздрогнул, но не стал застегивать рубашку. Зачем, ведь скоро он все равно будет в тепле?
И тут он вспомнил, как на днях, пытаясь тихонько пробраться к кровати, старый Эмерсон наконец взорвался;
— О Боже, ни сна, ни отдыха! Какого черта ты не переберешься к ней?!
— Она меня не приглашала, — проворчал тогда в ответ Джонас.
Сегодня эта мелочная, но последовательная тактика Верити особенно разозлила его. Джонас чувствовал, что, постоянно отсылая его прочь, Верити пытается продемонстрировать, что для нее он всего лишь случайный любовник, а не тот, кому она готова принадлежать безраздельно Джонас быстро устремился по дорожке к своему домику. Звезды почти скрылись, запутавшись в пышных кронах деревьев. Озеро казалось черным зеркалом, посеребренным луной. Заметив вдалеке слабый свет фонаря, который Эмерсон оставил гореть над крыльцом, Джонас двинулся на этот маяк, продолжая размышлять о душе и теле Верити Эймс.
Через несколько шагов он честно признался себе, что гораздо больше думает о теле, которым досыта насладился этой ночью, чем о душе. Верити так необыкновенно отзывчива! Ни одна женщина еще не дарила ему такого счастья И тут какая-то тень быстро метнулась по стене домика Эмерсона. Она была слишком высокой, чтобы принять ее за собаку, роющуюся в открытых мусорных баках.
И слишком уж быстро она замерла, заслышав чьи-то шаги. Значит, это человек.
Джонас невозмутимо шел вперед. Ни в коем случае нельзя дать понять неизвестному, что его обнаружили!
Дверь домика оставалась открытой — Эмерсон никогда не запирал ее, зная о поздних возвращениях Джонаса. Но идти к крыльцу было чересчур опасно…
Двигаясь к коттеджу, Джонас неожиданно свернул влево, прячась за раскидистыми деревьями. В задней части дома имелось окно со сломанным запором, кроме того, там было темно. Джонас прятался за каждой веткой, чтобы скрыться от незнакомца.
Он миновал Эмерсонов «бьюик», нырнул за джип и растаял в густых зарослях кустарников, растущих перед коттеджем. Теперь нужно быть настороже. Если тень принадлежала обычному бродяге, то он, несомненно, воспользуется моментом и постарается поскорее слинять. Но если это кто-то посерьезнее, то он дождется, пока Джонас войдет в дом, и только потом начнет действовать.
Джонас нашел нужное окно и быстро распахнул его.
Рама протестующе взвизгнула. Ночное эхо с готовностью повторило и усилило этот звук. Когда Джонас перелезал через подоконник, Эмерсон проснулся и недовольно заворочался в койке.
— Тот, кто лазает в окна, рискует получить перо в бок Я узнал это на собственном опыте.
— Эм, — прошептал Джонас. — Кто-то сшивается возле нашего дома.
— Не врешь? — Эмерсон быстро сел в постели. — Где?
Джонас кратко объяснил, стараясь говорить как можно тише.
— Если он захочет войти внутрь, то скорее всего повторит мой путь. Думаю, он уже успел осмотреть место и знает о сломанном запоре Эмерсон, как был в одних трусах, соскочил на пол.
— Плевое дело. Нас двое, а он один. — И он шагнул в темный угол, двигаясь поразительно легко и бесшумно.
Джонас полез в свою сумку и вытащил нож из ножен.
Но едва он успел занять позицию напротив Эма, как входная дверь широко распахнулась. Очевидно, злоумышленник уже знал, что она не заперта, поскольку не стал терять времени на возню с замком. В следующую секунду комната озарилась ослепительным светом лампочки под потолком.
Неизвестный был одет в камуфляжную рубашку и темные брюки. Широкая ухмылка головореза перекосила типично американское лицо юного фермера. Однако «магнум — 375»в его руке тотчас развеял этот образ. Более того, с первого взгляда было ясно, что парень умел обращаться с пушкой. Дуло нацелилось в грудь Эмерсона, а потом — будто только теперь осознав, что в комнате двое, — преступник перевел дуло на Джонаса;
Но верный нож Джонаса Куаррела был уже в полете, с резвостью нетерпеливого любовника направляясь в сердце своей мишени. Как раз в тот миг, когда лезвие достигло своей цели, незнакомец судорожно спустил курок.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Золотой дар - Кренц Джейн Энн



Очень понравилось! Интересно, в жизни есть такие терпеливые мужчины,живущие со стервочками! Честное слово, восторгалась напором и темпераментом главной героини и радовалась, что хоть в книге можно прочитать про такую смелость женщины! Спасибо!
Золотой дар - Кренц Джейн Эннстарушенция
15.08.2012, 0.51





Роман до конца держал в некотором напряжении.. понравилось больше всего то, что написан с юмором, гг-й тож хорош, мужик. 8балловё
Золотой дар - Кренц Джейн ЭннМери
16.01.2014, 0.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100