Читать онлайн Сюрприз, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сюрприз - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сюрприз - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сюрприз - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Сюрприз

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15



Во время второй попытки подсвечник описал духу всего лишь в двух-трех дюймах от его головы. Не дожидаясь третьего удара, Маттиас отскочил вбок — он вычитал о подобном приеме в древнем замарском трактате о способах борьбы.
Не давая нападавшему опомниться, Маттиас изо всех сил ударил его ногой, и тот повалился на стол. Бумаги, чернильница, перо полетели на пол.
Нападавший застонал и нелепо задвигался на столе. Очевидно, ему мешали плащ и толстый шерстяной шарф, укрывавший нижнюю часть лица. На голове его была шапка.
В коридоре послышался шум, и Маттиас понял, что в доме, помимо него, находилось по крайней мере двое. Вторую фигуру он не мог разглядеть в темноте.
Появившийся в дверях мужчина поднял затянутую перчаткой руку. Блеснуло дуло маленького пистолета. Схватив подсвечник, который только что едва не размозжил ему голову, Маттиас метнул его в сторону дверей.
Выстрел раздался в тот самый момент, когда брошенный Маттиасом подсвечник ударил стрелявшего в грудь. Маттиас услышал грохот падающего тела и понял, что в его распоряжении есть какое-то время: человеку понадобится минута-другая, пока он придет в себя и будет в состоянии перезарядить пистолет.
Он набросился на первого мужчину, который барахтался на столе, и они оба упали и в схватке стали кататься по ковру, натыкаясь на ножки кресла и стола. Маттиасу удалось уклониться от удара кулаком. Он, в свою очередь, поднял руку, готовясь нанести удар, но в этот момент почувствовал приближение второго, который, видимо, успел прийти в себя.
Пользуясь опять-таки замарским приемом, он изогнулся и пружинисто вскочил на ноги. Что-то полоснуло его по руке.
Не обращая внимания на боль, собрав все силы, Маттиас изо всей силы ударил ногой первого, который только что успел подняться на ноги, но тут же с грохотом врезался в письменный стол.
Маттиас занял позицию, готовясь к новому нападению, но, к его изумлению, оба нападавших бросились вон из кабинета. Топот убегающих эхом отдавался в коридоре.
Несколько приведенный в замешательство их бегством, Маттиас не был готов броситься в погоню. Он услышал, как шумно захлопнулась за беглецами дверь кухни.
— Черт побери!
Он вытянул руку и прижал ее к стене, затем сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Им овладела какая-то непонятная слабость.
Маттиас нахмурился. Что за дьявольщина! Что с ним происходит? Схватка длилась считанные минуты, и он полагал, что находится в отличной форме.
Лишь сейчас он почувствовал сильную боль в руке. При тусклом свете свечи, которая все еще горела в кабинете, он увидел, что рукав его пальто распорот, а ткань пропиталась кровью.
Его противники были хорошо вооружены. У одного был пистолет, второй пустил в ход нож. То, что они искали в доме Ваннека, было для них, очевидно, очень важно. Удалось ли им это найти?
Маттиас вынул платок и наскоро перевязал кровоточащую руку, затем снова занялся осмотром кабинета.


Спустя час Маттиас, лежа на диване в своей библиотеке, услышал на лестнице голос Имоджин. Он улыбнулся, несмотря на боль, которую испытывал, пока Уфтон обрабатывал ему рану.
— Ранен? — Несмотря на закрытую дверь, он хорошо слышал встревоженный голос Имоджин. Впрочем, он не удивился бы, даже если бы узнал, что ее голос слышен прохожим на улице. — Что значит ранен, черт возьми? Где он? Он тяжело ранен? Уфтон послал за доктором?
Поток вопросов Имоджин сопровождал звук ее торопливых шагов.
— Уфтон лечит eго? Что, Уфтон?! Да Уфтон дворецкий, а не врач, черт побери!
— Мадам беспокоится, — заметил Уфтон, аккуратно бинтуя Маттиасу руку.
— Да, вероятно. — Маттиас закрыл глаза и, откинув голову назад, улыбнулся про себя. — Так странно: в моем доме — и вдруг жена.
— Не обижайтесь, милорд, но леди Колчестер немного отличается от большинства других жен.
— Да, я знаю, — согласился Маттиас. Он с удовлетворением прислушивался к тому, как Имоджин отдавала приказания и требовала подробностей.
— Приготовь немедленно кровать, — сказала она кому-то. — А ты, да-да, Чарльз, добудь носилки, чтобы можно было перенести его светлость наверх.
Маттиас пошевелился и лениво открыл глаза.
— Кому-то из нас надо остановить ее, пока она не превратила дом в настоящую больницу.
На лице Уфтона выступила бледность.
— Пожалуйста, не смотрите на меня, когда говорите, что кто-то должен остановить леди Колчестер, сэр.
— Я никогда раньше не замечал в тебе недостатка мужества и твердости, Уфтон.
— А мне никогда не приходилось иметь дело с подобным темпераментом.
— Ты в этом не одинок.
Голос Имоджин в зале поднялся на новую высоту.
— Это кровь? Кровь Колчестера! Боже милостивый! Принесите побыстрее бинты! Воды! Иголку с ниткой! Да поживее, ради Бога!
— Крепись, Уфтон! — Маттиас глянул на дверь. — Она приближается к нам.
Заканчивая бинтовать, Уфтон вздохнул.
Дверь с шумом распахнулась, и в библиотеку ворвалась Имоджин. С широко раскрытыми глазами она бросилась к дивану. Маттиас постарался придать лицу спокойное и даже несколько героическое выражение.
— Проклятие, Маттиас! Что случилось? — Имоджин резко остановилась перед диваном. Она переводила взгляд с белой повязки на руке на разорванную, окровавленную рубашку, лежавшую рядом. Маттиас готов был поклясться, что она побледнела.
— Ничего страшного, Имоджин, — сказал он. — Успокойся, дорогая.
— Боже мой, это я виновата! Мне не следовало отпускать тебя! На улицах столько опасностей! Тебе надо было ехать домой вместе с нами… О чем я только думала, когда заставляла тебя поговорить с мистером Бэгшоу?!
Маттиас протянул вперед руку:
— Ты не должна винить себя за это, дорогая. Как видишь, я не на смертном одре. Уфтон имеет немалый опыт, и он компетентнее среднего лондонского врача, уверяю тебя.
Имоджин с подозрением посмотрела на Уфтона:
— Опыт? Это что еще за опыт?
— Я сопровождал его светлость во всех экспедициях по поиску Замара, — стараясь не встретиться взглядом с Имоджин, объяснил Уфтон. — Случались всякие происшествия. Я научился лечить раны, переломы и тому подобное.
— Вот как! — На короткое время она испытала замешательство. Затем удовлетворенно кивнула. — Ну что же, если вы уверены, что все сделано как надо, Уфтон, то мы можем положиться на вас.
— Да, вполне можем, — заверил Маттиас. — У него есть жилка врачевания. За время наших путешествий он научился многим приемам и способам лечения.
— Каким именно приемам? — спросила Имоджин.
Уфтон откашлялся:
— Например, я промыл рану его светлости с помощью бренди, прежде чем зашить ее. Многие матросы и военные считают, что спирт убивает всякую заразу.
— Очень интересно! — Имоджин понюхала воздух. — У меня такое впечатление, что вы влили бренди и в рот его светлости… Это тоже входит в курс лечения?
— Это совершенно необходимо, — пробормотал Маттиас.
Уфтон тихонько кашлянул:
— Я также подержал иглу в пламени, прежде чем стал зашивать рану. Этому я научился на Востоке.
— Я слыхала об этом. — Имоджин присела на корточки, чтобы получше рассмотреть повязку. — Кажется, кровотечение прекратилось.
— Рана не слишком глубокая, — пояснил Уфтон. И, чуть понизив голос, уверенно добавил:
— Его светлость поправится через день или пару дней.
— Это отличная новость! У меня словно камень с души свалился. — Имоджин резко выпрямилась и порывисто обняла Уфтона. — Как мне вас отблагодарить за то, что вы спасли жизнь Колчестеру?!
Уфтон оцепенел, на лице его появилось выражение ужаса.
— Ах, мадам… Это так… необычно. — Он бросил умоляющий взгляд на Маттиаса.
— Полагаю, будет лучше, если ты отпустишь его, Имоджин. — Маттиас с трудом сдержал улыбку. — Уфтон не привык к подобным проявлениям благодарности. Дело в том, что я всегда благодарил его деньгами. Полагаю, он предпочитает именно такой способ.
— Ах да, конечно! — Имоджин выпустила из объятий Уфтона и отступила на шаг. — Прошу прощения, Уфтон. Я ни в коей мере не хотела поставить вас в неловкое положение. — Она широко улыбнулась. — Но хочу, чтобы вы знали, что я у вас в долгу за помощь, которую вы оказали милорду. Если я могу что-либо сделать для вас, скажите об этом.
Лицо Уфтона приобрело малиновый оттенок, он прокашлялся.
— Благодарю вас, мадам, но уверяю вас, что в силу длительности моей службы у его светлости ничего такого не требуется. Он поступил бы так же, случись что-либо со мной… Да, кстати, такое и случалось.
Это явно заинтересовало Имоджин:
— Он зашивал вам рану?
— Это было несколько лет назад… Несчастный случай в гробнице… А сейчас я, пожалуй, пойду. Вам и его светлости есть о чем поговорить.
Уфтон повернулся и вышел.
Имоджин дождалась, когда за ним закрылась дверь, и села к Маттиасу на диван.
— Расскажи мне обо всем. Где на тебя напал бандит?
— Я не думаю, что следует употреблять слово «бандит».
Глаза Имоджин расширились от ужаса.
— Неужели это молодой Бэгшоу потерял над собой контроль?
— Нет.
— Слава Богу! А то я уже стала клясть себя за то, что подтолкнула тебя к разговору с Бэгшоу.
— Бэгшоу вполне в здравом уме, насколько я понял. Его совершенно не заинтересовало то, о чем я ему рассказал.
— Боже мой! — Имоджин вздохнула. — Я так надеялась, что он поймет… Но не огорчайся. А сейчас расскажи обо всем по порядку.
— Это долгая история. — Он пошевелился и поморщился, ощутив боль в раненой руке.
Это не укрылось от взора Имоджин.
— Очень больно?
— Я думаю, нужно принять еще порцию бренди… Чтобы успокоить нервы, как ты понимаешь. Ты не принесешь мне стакан?
— Да, конечно. — Имоджин подбежала к столику с графином. Она схватила графин столь энергично, что красивая хрустальная крышка выскочила и покатилась по полу. Не обращая на это внимания, Имоджин налила бренди, и не в один, а в два бокала.
Она поднесла бокалы к дивану, подала один Маттиасу и села рядом с ним.
— Я подозреваю, что подобная история способна разволновать. — Она сделала большой глоток бренди и закашлялась.
— Ну-ну, дорогая, — Маттиас слегка похлопал ладонью ей по спине. — Бренди успокоит твои расшатавшиеся нервы.
Она взглянула на него поверх края бокала:
— Мои нервы вовсе не расшатались! Они у меня чрезвычайно крепкие. Я уже тебе неоднократно говорила об этом.
— Ну, в таком случае бренди успокоит мои. — Маттиас сделал солидный глоток. — Так с чего начать? Стало быть, я поговорил с Бэгшоу, как уже сказал… Когда разговор был закончен, я вышел из экипажа и, к своему удивлению, увидел, что нахожусь перед домом Ваннека… Перед домом, ранее принадлежавшим Ваннеку, если быть точным.
— Каким же образом ты оказался в том районе? Как странно!
— Я тоже удивился… Но уж коли я попал туда, то решил осмотреть его кабинет.
Имоджин едва не выронила бокал:
— Осмотреть… что?!
— Нет причин так кричать, дорогая. Ты ведь должна понимать, в каком состоянии пребывают сейчас мои слабые нервы.
— Я не хотела кричать на тебя. Просто я так удивлена… Маттиас, может быть, тебе не надо подниматься? Как бы ты не потерял сознание. Почему бы тебе не положить голову мне на колени?
— Отличная идея.
Имоджин обняла Маттиаса за плечи и положила его голову себе на колени.
— Чудесно… — Маттиас закрыл глаза, ощущая затылком теплое, соблазнительно округлое бедро. Он незаметно повел носом, почувствовав опьяняющий аромат женского тела.
— Так на чем я остановился?
— На кабинете Ваннека… И какого черта ты пошел туда? — вдруг напустилась она на Маттиаса.
— Я просто хотел взглянуть. Дело в том" что обстоятельства его смерти меня несколько беспокоят. Ты же знаешь, как я переживаю по различным поводам.
Имоджин ласково погладила ему бровь.
— Тебе следовало рассказать мне о своих тревогах, прежде чем пускаться в подобную авантюру.
— Но я не знал, есть ли основания для беспокойства.
— Ты нашел что-то необычное?
— Пятна крови.
Рука Имоджин замерла у него на лбу.
— Пятна крови? Ты в этом уверен?
— Абсолютно. Совсем недавно в кабинете Ваннека разыгралась трагедия. Об этом говорит большое пятно крови на ковре. Никто не попытался его вывести, а значит, это произошло незадолго до его отъезда, вероятно, после того как он распустил слуг.
— Он распустил слуг? Когда же?
— Вчера во второй половине дня, как мне сказали.
— Но это означает, что он собирался уехать из города, а не стреляться с тобой.
— Да… Но продолжу… На одном из листов бумаги также были капли крови. На странице стояла дата. Похоже, Ваннек только начал писать письмо, как его оторвали от этого занятия.
— А какая дата стояла на письме?
— Вчерашняя… Дата дуэли.
— Удивительно! — Имоджин помолчала, задумчиво глядя в камин. — Ты думаешь, что его застрелили прямо в кабинете, перед тем как ехать на ферму Кабо?
— Во всяком случае, это вполне вероятно. — Маттиас проследил за ее взглядом и рассеянно подумал, не появится ли дух Ваннека в пляшущем пламени камина, но решил, что нет. Этот дух его не будет преследовать.
— Получается, что его убил вовсе не какой-нибудь разбойник с большой дороги… Может быть, взломщик?
— Ясно как дважды два, что ни один вор или грабитель, если он в своем уме, не будет везти свою жертву через весь город на место дуэли, — медленно проговорил Маттиас. — Да и вряд ли он мог знать о предстоящем поединке.
— Вполне убедительно. — Имоджин нахмурилась, затем встрепенулась. — Но это значит…
— Именно. — Маттиас поерзал головой по округлому бедру, надеясь снова привлечь внимание Имоджин к своим бровям. — Полагаю, что вполне логично сделать вывод: Ваннека убил человек, который хорошо знал его и был осведомлен о дуэли. Убийца, очевидно, хотел отвести вину от себя и отвез тело Ваннека на ферму Кабо.
Имоджин тихонько постучала пальцем по плечу здоровой руки.
— Значит, кто-то из числа знакомых Ваннека — убийца.
Поколебавшись Маттиас сказал:
— Думаю, что в этом деле замешаны двое.
— Двое? Почему ты так считаешь?
— Потому что, когда я появился в доме Ваннека сегодня вечером, именно я помешал двоим обыскать его кабинет. Они оказались в нем раньше меня, и мое появление им пришлось явно не по душе.
Имоджин дотронулась до его раненой руки:
— И здесь тебя как раз и ранили?
Маттиас сдержал стон.
— Я очень ценю твою заботу обо мне, дорогая, но как раз эту руку мне и ранили.
— О Боже! — Имоджин тотчас же отпустила руку, в глазах ее мелькнул ужас. — Я совсем забыла! Меня так потрясло твое сообщение.
— Я тебя понимаю. Это бывает с людьми, у которых расшатались нервы.
— С моими нервами все в порядке!.. Так что же дальше?
— Если коротко, то завязалась потасовка, во время которой один из нападавших пырнул меня ножом. Я не мог узнать негодяя, потому что оба были в плащах, а лица обмотаны шарфами. Очень сожалею, что им обоим удалось ускользнуть.
— Маттиас, но ведь тебя могли убить!
— Но ведь не убили же… Однако это наименее интересная часть всей истории. Гораздо интереснее то, что я обнаружил после их бегства.
— Ты оставался в доме после того, как тебя ранили? Колчестер, ну как ты можешь быть таким глупым? Тебе надо было сразу же ехать домой!
Обыск кабинета не был глупостью, подумал Маттиас. Наибольшую глупость он совершает сейчас.
— В кабинете Ваннека я пробыл всего несколько минут, — сказал он. — Этого времени мне хватило, чтобы найти дневник.
Имоджин сдвинула вместе брови:
— Какой дневник?
— Тот, который лежит на столе рядом с тобой.
Имоджин посмотрела на том в кожаном переплете:
— Это дневник Ваннека?
— Нет. Он принадлежал твоей подруге Люси.
— Люси? — Имоджин с изумлением снова посмотрела на дневник. — Не совсем понимаю.
— Ваннек хитро запрятал его в потайном отделении письменного стола.
— Но зачем надо было его прятать?
— Не имею понятия. — Маттиас изучающе посмотрел на Имоджин. — Но мне показалось, что те два, кого я спугнул в кабинете Ваннека, искали именно дневник.
— Почему?
— Мы не узнаем ответа на этот вопрос до тех пор, пока один из нас не прочтет его. — И после паузы добавил:
— Полагаю, это должна сделать ты, как подруга Люси.
На лице Имоджин отразилось замешательство.
— Ты считаешь, что можно читать чужой дневник?
— Ее больше нет, Имоджин. Это не может ей повредить.
— И все же…
— Ты и я занимаемся тем, что изучаем послания людей, которые давно умерли.
— Ты имеешь в виду замарские письма? Но Люси не из Замара.
— Какая разница? Мертвые есть мертвые. Не имеет значения, сколько времени они пребывают в ином мире.
Имоджин дотронулась рукой до дневника:
— Мы вторгнемся в личную жизнь Люси, если станем читать ее дневник.
— Конечно, мы вторгнемся. Но я хочу знать, почему Ваннек считал необходимым запрятать этот дневник и почему двое других людей разыскивали его ночью.
— Но, Маттиас…
— О чем тут спорить, Имоджин. Если ты не хочешь читать дневник своей подруги, я прочитаю его сам.
Прежде чем Имоджин успела что-то ответить дверь в библиотеку открылась и появилась Патриция. Она испуганно уставилась на перевязанную руку Маттиаса.
И вдруг закричала. Пронзительно и настолько громко, что крик этот, как показалось Маттиасу, достиг каждого уголка дома.
— Все в порядке, Патриция! — торопливо сказала Имоджин. — Маттиас скоро поправится.
— Это проклятие! — Патриция прижала ладонь к горлу. — Кровь пролилась! Как и было предсказано.
Повернувшись, она бросилась бежать. Через открытую дверь Маттиасу было видно, как она взбегала по лестнице, словно за ней гнались демоны Замара.
— Мне уже приходила в голову мысль, что сестра рождена для сцены, — пробормотал Маттиас. — Что она тут плела? Что за вздор она несла о каком-то проклятии?
— Она что-то говорила раньше об этом. — Имоджин нахмурилась. — По-видимому, она вместе с другими девушками, которые посещают салон леди Линдхерст, занималась изучением проклятия Ратледжа.
— Черт побери! Я думал, у Селены больше здравого смысла.
— Лично я сомневаюсь, что леди Линдхерст сама в него верит, — сказала Имоджин. — Уверена, что для нее это всего лишь занимательная игра. Но юные доверчивые леди в возрасте Патриции принимают это всерьез.
— Ох уж эти тонко чувствующие леди! — со вздохом сказал Маттиас. — С ними всегда проблемы.


Имоджин долго лежала без сна. Маттиас давно заснул, а она то и дело ворочалась, пытаясь найти удобное положение. Минуты казались вечностью. Сноп лунного света, падавшего на ковер, медленно смещался. Она знала, что Маттиас рядом с ней, и в то же время испытывала гнетущее чувство одиночества, когда думала о том, что ей предстоит читать дневник Люси. По какой-то непонятной причине ей ужасно не хотелось открывать его. И дело объяснялось не только тем, что она вынуждена будет вторгнуться в личную жизнь подруги.
В то же время она чувствовала, что не заснет, если не перелистает дневник. Маттиас наверняка прочитает его, если еще не сделал этого. Какой смысл сопротивляться тому, что неизбежно случится?
Имоджин выскользнула из теплой кровати, набросила халат, сунула ноги в тапочки и посмотрела на Маттиаса. Он лежал на животе, отвернув голову в сторону. Обнаженные плечи его глянцевито поблескивали на фоне белых простыней и выглядели особенно широкими и мощными. Лунный блик играл на его черной шевелюре. Имоджин пришло в голову, что в Маттиасе есть нечто такое, что роднит его с ночью.
Холодок предчувствия пробежал по телу Имоджин. Ей вспомнилась выходящая из тьмы фигура, которая воплощала в себе черты и Маттиаса, и Замариса.
Резко отвернувшись от кровати, она, освещаемая лунным светом, прошла в свою спальню и закрыла за собой дверь. Дневник Люси лежал на столике возле окна. Имоджин взяла его в руки и задумалась. Нежелание читать его почему-то даже возросло. Создавалось впечатление, что какая-то невидимая сила пыталась удержать ее от чтения.
Рассердившись на себя за глупые фантазии, она села в кресло и зажгла лампу.


Маттиас дождался, когда дверь за Имоджин закрылась, перевернулся на спину, запрокинул руки над головой и уставился в темный потолок.
Он знал, что Имоджин ушла в свою спальню, чтобы читать дневник Люси. Если там есть ответы на вопросы, которые мучили ее, она их узнает.
Из сказанного Горацией Маттиас сделал вывод, что Люси не была таким уж преданным другом. Было очевидно, что доброта леди Ваннек имела какую-то тайную подоплеку. Маттиас успокоил себя, что самое худшее, с чем Имоджин может столкнуться во время чтения, это некоторые неприятные вещи о Люси.
Но он знал, что лжет самому себе. Правда о Люси — далеко не самое худшее, что может всплыть.
Самое худшее заключается в том, что Имоджин узнает правду о нем.
Некоторое время Маттиас колебался, но затем понял, что больше не может ждать. Зловещая тишина в смежной комнате, похоже, была способна свести его с ума. Он отбросил одеяло и встал с кровати. Конечно же, он поступил как глупец. Возможно, еще не поздно поправить дело.
Он отыскал халат, попытался было просунуть раненую руку в рукав, но, не сумев, набросил его на плечи наподобие накидки и направился к двери.
Затаив дыхание, он некоторое время прислушивался, затем открыл дверь.
Он испытал горечь сожаления, когда увидел Имоджин, сидящую в кресле у окна. Раскрытый дневник Люси лежал переплетом вверх у нее на коленях. Маттиас понял без слов, что его подозрения относительно сведений, содержащихся в дневнике, оправдались. Он стоял с покорной обреченностью, сжимая дверную ручку.
— Имоджин!
Она повернулась к нему. По ее щекам катились слезы.
— В чем дело? — прошептал он.
— У Люси был любовный роман. — Голос ее прервался, она всхлипнула. — Конечно, в этом нет ничего удивительного, если учесть ее несчастливый брак. И я не осуждаю ее за то, что она пыталась найти утешение на стороне… Честное слово, не осуждаю… Только… Маттиас, зачем она использовала для этого меня? Я думала, что она мне друг.
Маттиас почувствовал спазм в желудке. Он предполагал, что будет что-нибудь вроде этого.
— Люси использовала тебя?
— Оказывается, поэтому-то она и пригласила меня к себе три года назад. — Имоджин промокнула платочком глаза. — Это была единственная причина, почему она хотела меня видеть в Лондоне. Она надеялась, что в этом случае Ваннек не узнает о ее романе. Если бы он узнал, он мог бы лишить ее наследства, и она боялась этого… Или отправил бы в деревню… Он и без того был зол на Люси за то, что она не родила ему наследника.
Маттиас медленно подошел к Имоджин.
— Понимаю.
— Люси пишет, что она терпеть не может прикосновений Ваннека к ней. Она вышла за него лишь из-за титула и денег. — Имоджин покачала головой, словно не могла до конца осознать то, что вычитала. — Она очень откровенно пишет обо всем.
Маттиас остановился рядом с Имоджин. Он не проронил ни слова.
— Она решила, что, если я буду ее постоянным компаньоном в городе, Ваннек станет думать, что объектом страсти ее любовника являюсь я.
Все частички одной несложной загадки встали на место.
— Аластер Дрейк, — произнес Маттиас.
— Что? — Сморкаясь, Имоджин бросила взгляд на Маттиаса. — Ах да… Конечно же, Аластер… Он был ее любовником. Люси страстно любила его… Она пишет" что собиралась бежать с ним, что хотела с ним видеться как можно чаще.
— И благодаря тебе имела возможность проводить время с Дрейком, не возбуждая подозрений Ваннека, — полуутвердительно сказал Маттиас.
— Да. — Имоджин вытерла глаза ребром ладони. — Аластер был в сговоре с ней и делал вид, что я и есть та леди, к которой он стремится сердцем… Ваннек и все остальные, в том числе и я сама, верили ему. Он очень убедительно играл. Одно время я даже считала… Ах, да какое значение теперь это имеет!
— Я очень сожалею, что ты узнала таким образом правду.
— Не кори себя за это, Маттиас. Ты не мог знать, что именно я обнаружу в дневнике Люси. — Она грустно улыбнулась. — Я вынуждена сделать вывод, что ты прав. Похоже, я действительно во многих отношениях слишком наивна… И легковерна.
— Имоджин…
— Просто удивительно! Когда я была рядом с Аластером, мне и в голову не приходило, что он влюблен в Люси. Я и предположить не могла, что он использует меня, чтобы встречаться с ней и открыто, и тайно! Теперь понятно, почему Люси была в таком отличном настроении, когда мы ходили куда-нибудь втроем.
— Сожалею, — прошептал Маттиас.
Никаких других слов в эту минуту он найти не мог. Он осторожно поднял ее с кресла.
— Маттиас, ну как я могла быть такой глупой? — Имоджин прислонила голову к его груди. — Люси такие недобрые вещи написала обо мне… Она насмехалась надо мной… Выходит, я совсем не знала ее.
Маттиас не ведал, какими словами успокоить Имоджин. Обняв ее, он молча смотрел в темное окно.
Он спросил себя, может быть, у него и в самом деле слабые нервы. Или же отчаяние, от которого у него все заледенело внутри было той ценой, которую он заплатил за то, что растоптал нежный невинный цветок?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сюрприз - Кренц Джейн Энн



очень слабое произведение,иначе чем бредом не назовёшь.
Сюрприз - Кренц Джейн Эннтаня
26.10.2012, 23.35





Хороший роман. Прочитала с большим интересом за день, почти не отрываясь.
Сюрприз - Кренц Джейн ЭннNadia
16.11.2014, 13.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100