Читать онлайн Сокровище, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сокровище - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сокровище - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сокровище - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Сокровище

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

— Вы напоминаете мне алхимика, уставившегося в свой плавильный тигель, милорд. — Дунстан относился снисходительно к давней привычке Хью вымещать дурное настроение на первом же попавшемся ему на глаза предмете. Сейчас это была древняя крепостная стена, окружавшая замок Лингвуд. — Дурной признак. По опыту знаю: ваш суровый вид не сулит ничего хорошего моим старым костям.
— Твои старые кости вытерпят и кое-что посерьезнее, нежели один или два косых взгляда. — Хью, облокотившись на камни крепостной стены, смотрел на раскинувшиеся перед ним залитые утренним солнцем дали.
Хью встал с постели полчаса назад, после долгой бессонной ночи. Он прекрасно понимал причину охватившего его беспокойства. Беспокойство было предвестником бурь, готовых разразиться в его душе. Так случалось каждый раз, когда в его жизни ожидались крутые перемены.
Впервые Хью ощутил подобное чувство, когда ему было восемь лет. В тот день его потребовал к себе умирающий дед. Старый сэр Томас сообщил Хью, что теперь внуку предстоит жить под покровительством Эразма Торнвудского.
— Сэр Эразм — наш сеньор. — Бледное, словно прозрачное, изможденное лицо Томаса казалось бы мертвой маской, если бы не горящий взгляд проницательных глаз. — Он согласился взять тебя в свой замок и позаботиться о том, чтобы ты получил достойное рыцаря воспитание. Ты понимаешь меня?
— Да, дедушка. — Хью, подавленный и испуганный, стоял рядом с его кроватью. Он с благоговейным страхом взирал на своего деда, не в силах поверить, что этот дряхлый умирающий старик и есть тот самый грозный, неистовый рыцарь, который когда-то взял его на воспитание после смерти родителей.
— Эразм еще молод, но весьма влиятелен. К тому же он искусный, опытный воин. Два года назад Эразм отправился в Крестовый поход. Теперь, вернувшись, он обрел славу и богатство. — Томас прервал свою речь, сильнейший приступ кашля заставил его замолчать. — Он научит тебя всему, что может тебе понадобиться, чтобы отомстить Ривенхоллам… Ты понял меня, мой мальчик?
— Да, дедушка.
— Будь прилежным. Впитывай все, чему тебя станет учить Эразм. Когда вырастешь, узнаешь, что нужно делать и как. И никогда не забывай о доблестном прошлом твоего рода.
— Я буду помнить, дедушка.
— Что бы ни случилось, ты должен исполнить свой долг в память о матери. Ты остаешься один, мальчик. Последний в роду, хотя и появился на свет незаконнорожденным.
— Я помню.
— Ты не должен знать покоя, пока не отомстишь презренному дому, в чьих стенах взрос тот змей, тот коварный негодяй, соблазнивший мою невинную доверчивую Маргарет.
Юному Хью нелегко было понять, зачем нужно мстить отцу, каким бы дьявольским коварством тот ни отличался. В конце концов, отец уже мертв, умерла и мать. Значит, справедливость восторжествовала.
Но восьмилетний Хью не мог ослушаться и потому отбросил прочь все свои сомнения. На карту поставлена честь, а что может быть важнее его чести и чести деда? Этого объяснения было вполне достаточно. Сколько он себя помнил, ему всегда твердили, что честь превыше всего. Впрочем, что есть у незаконнорожденного, кроме чести, о чем ему не уставал напоминать сэр Томас.
— Я не буду знать покоя, дедушка, пока не отомщу, — пообещал Хью с пылкостью восьмилетнего мальчика.
— Верю тебе. Не забывай: честь и мщение — вот теперь твоя судьба.
Дед умер, не подарив ни слова любви, ни последнего благословения своему единственному внуку. Сэр Томас никогда не проявлял к нему нежных чувств. Он так и не смог оправиться от страшного потрясения — смерти любимой дочери, которую соблазнили и бросили. Перенести эту трагедию оказалось выше его сил. В сердце старика с тех пор было место только для ненависти.
И не то чтобы сэр Томас не заботился о внуке. Нет. Однако Хью прекрасно понимал, дед делал это лишь потому, что он его последняя надежда, только он мог свершить месть, о которой бредил старик.
Сэр Томас умер с именем дочери на устах: «Маргарет. Моя прекрасная Маргарет. Твой незаконнорожденный сын отомстит за тебя».
Но к счастью для Хью, незаконнорожденного сына Маргарет, Эразм Торнвудский дал ему то, чего никогда не смог бы дать сэр Томас. Умный, тонкий, удивительно добрый и не развращенный победами в Крестовом походе — таким был Эразм в свои двадцать лет. Он заменил мальчику отца, снискав его уважение и восхищенное поклонение.
С годами детская восторженность переросла в преданность благородному сеньору — абсолютную, безоговорочную. Редкое и очень ценное в жестокое время качество.
Дунстан плотнее завернулся в серый шерстяной плащ, краем глаза наблюдая за Хью. А Хью догадывался, о чем думает его верный помощник. Дунстан не одобрял его затею. Гоняться за кристаллом — напрасная трата сил и времени, считал он.
Хью пытался втолковать ему, что камень ценен не сам по себе, а как символ власти. Он поможет ему стать настоящим правителем Скарклиффа. Однако Дунстан упорно стоял на своем: только добрые мечи да сплоченный отряд отважных воинов способны утвердить власть Хью в Скарклиффе.
Дунстан был на пятнадцать лет старше Хью. Это был закаленный в битвах воин. Грубое обветренное лицо его словно отражало то суровое время. Он участвовал в Крестовом походе вместе с Эразмом, но, в отличие от своего лорда, вернулся из Святой Земли не снискав ни славы, ни богатства. Такие опытные воины, как Дунстан, были в цене, но вместе с тем Эразм понимал, что именно сверхъестественная способность Хью разрабатывать военные хитрости — стратегемы — помогла ему стать влиятельным человеком, и он воздал должное Хью, наградив его за преданность поместьем Скарклифф, некогда принадлежавшим семье матери Хью, а Дунстана послал сопровождать Хью в его новые владения.
— Не обижайтесь, милорд, — ухмыльнулся Дунстан, обнажив редкие зубы, — но вы как взглянете, так будто мороз по коже. Вы даже в меня вселяете ужас временами. По-моему, таким образом вы только подтверждаете легенду о себе как о суровом и беспощадном рыцаре.
— Ты заблуждаешься, — отвечал со слабой улыбкой Хью. — Судя по поведению леди Элис, моя легенда никого не пугает.
— Что правда, то правда. — Дунстан нахмурился. — Эта уж точно не тряслась от страха и не думала прятаться под лавку, как можно было бы ожидать. А что, если леди плохо видит?
— Сомневаюсь. Просто она горела желанием заключить со мной сделку и не заметила, что моему терпению вот-вот придет конец.
— Голову даю на отсечение, эта леди не спасует и перед самим дьяволом, — мрачно заметил Дунстан.
— Весьма необычная женщина.
— По опыту знаю: огненно-рыжие — они все такие, сущие бестии. Помню, как-то в Лондоне повстречалась мне в таверне одна рыженькая. Опоила элем до бесчувствия, уволокла в постель, а утром — ни рыженькой, ни кошелька.
— Я постараюсь запомнить твой урок и не спущу глаз с кошелька.
— Посмотрел бы я, как бы у вас это получилось.
Хью лишь молча улыбнулся. Оба знали: увидеть сразу все его деньги или даже подсчитать — задача не из легких. У Хью был талант торговца. Лишь немногих из его знакомых рыцарей занимали подобные прозаичные Дела. Обычно они сорили деньгами, но при этом полностью зависели от традиционных источников дохода — выкупов и турниров. Правда, попадались и счастливчики, владевшие землями, — те выколачивали деньги из своих запущенных и обедневших поместий. Хью же предпочитал более надежные пути укрепления своего богатства.
Дунстан горестно покачал головой:
— Очень жаль, что поиски зеленого кристалла привели нас к этой леди Элис, сердцем чувствую, она вас до добра не доведет.
— Согласен, все бы упростилось, если бы мне удалось запугать ее. Но нельзя сказать, что дела складываются для нас неблагоприятно, — медленно проговорил Хью. — Я почти всю ночь провел без сна, размышляя об этом. Перед нами открываются заманчивые перспективы.
— Тогда уж мы точно погибли, — философски заключил Дунстан. — Несчастья всегда обрушиваются на нас, когда вы начинаете слишком много думать.
— Не ты ли заметил, какие у нее зеленые глаза?
— Неужели? — Дунстан сердито сдвинул брови. — Не помню, чтобы говорил такое. Да и с чего бы мне рассматривать ее глаза? По мне, и рыжих волос вполне достаточно. Сколько дурных примет и сразу…
— Глаза у нее действительно необычного оттенка — ярко-зеленые.
— Как у кошки, вы хотите сказать.
— Или как у феи, повелительницы эльфов.
— Час от часу не легче. Эльфы — дьявольское отродье. — Дунстан скривился. — Ну зачем вам связываться с этой строптивицей с огненными волосами и глазами колдуньи?
— Ничего не поделаешь. Я вдруг понял, что мне нравятся именно рыжие волосы и зеленые глаза.
— Вот те раз! Вы же всегда предпочитали темноглазых и темноволосых красавиц. А леди Элис, сказать по правде, красавицей не назовешь. Она взяла вас безрассудной отвагой. Это-то вас и привлекло. Она позабавила вас, смело бросив вам вызов.
Хью только плечами пожал.
— Вы быстро избавитесь от наваждения, милорд. Ничто не приедается так быстро, как новизна, — продолжал Дунстан. — Она как вино ударила вам в голову.
— Леди прекрасная хозяйка. — Хью был погружен в свои мысли. — Обед, которым нас потчевали вчера, достоин всяческих похвал и окажет честь любой знатной даме. Она украсит своим присутствием любой благородный дом. А мне как раз нужен тот, кто бы навел порядок в доме.
Дунстан с беспокойством взглянул на Хью:
— О чем вы, черт возьми, толкуете? Вспомните только о ее язычке, да он будет поострее моего кинжала.
— А ее манеры… Она умеет подать себя как истинная леди, когда, конечно, захочет. А грациозный реверанс! И потом, любой мужчина вправе гордиться женой, умеющей развлечь его гостей беседой…
— Из всего виденного прошлой ночью и слышанного за время нашего пребывания здесь я пришел к выводу, что свои прекрасные манеры она демонстрирует не так уж часто, — быстро возразил Дунстан.
— Она взрослая женщина и вполне отдает себе отчет в своих поступках. Даже хорошо, что мне не придется нянчиться с романтичной и наивной девчонкой, которую нужно будет баловать и защищать на каждом шагу.
Дунстан замотал головой, его глаза от изумления стали совсем круглыми.
— Ради всего святого, вы не можете говорить это серьезно!
— А почему бы и нет? После того как я верну камень, забот у меня прибавится. Во-первых, многое предстоит сделать в Скарклиффе. Да и остальные владения требуют пристального внимания.
— О нет, милорд! — У Дунстана был такой вид, будто он поперхнулся куском мясного пирога. — Если вы действительно собираетесь выполнить то, о чем я думаю, умоляю вас, остановитесь, пока не поздно!
— Без сомнения, она превосходная хозяйка. Тебе же известно мое главное правило, Дунстан: всегда брать людей, знающих толк в своем деле.
— Может, это правило и необходимо при выборе слуг, кузнецов или ткачей, милорд, но сейчас речь идет о жене!
— Ну так что же? Гром и молния, Дунстан, я рыцарь и потому не имею ни малейшего понятия о том, как вести домашнее хозяйство. Кстати, это относится и к тебе. Я и на кухню-то никогда не заглядывал и даже не представляю, что там творится.
— Но какое это имеет значение?
— Большое, если любишь изысканные блюда, а я не могу отказать себе в этом удовольствии.
— Да, здесь с вами не поспоришь. Не обижайтесь, сэр, но вы уж слишком разборчивы в еде. Чем, к примеру, плох жареный барашек с кружкой доброго эля?
— Нельзя же всю жизнь питаться жареным барашком, запивая его элем, — теряя терпение, произнес Хью. — К тому же хороший ужин — не самое главное. В хозяйстве полно и других вещей, о которых необходимо позаботиться. Тысячи вещей. В залах и комнатах необходимо убирать. Одежду стирать. Спальни проветривать. Слуг воспитывать. Как хочется, чтобы одежда всегда была свежей и ароматной…
— Лично меня это мало волнует.
Хью не обратил внимания на его слова.
— Одним словом, я намерен навести в Скарклиффе порядок, а потому мне нужен человек искусный в таких делах. Мне нужна женщина, которая сможет справиться с большим хозяйством.
Хью мечтательно закрыл глаза. Он хотел жить в собственном замке. Он хотел сидеть во главе стола на помосте под балдахином и наслаждаться изысканно приготовленными блюдами. Он хотел спать на чистых простынях и совершать омовения ароматной водой. Но больше всего ему хотелось принимать своего сеньора, Эразма Торнвудского, на достойном его высокого положения уровне. При последней мысли видение потускнело.
Хью нахмурился. В последнее время Эразму явно нездоровилось, в чем Хью мог убедиться шесть недель назад, когда тот призвал его к себе, с тем чтобы вверить ему феодальное владение Скарклифф. Эразм исхудал. Вздрагивал от малейшего шума. Он выглядел изможденным, а в глазах его застыла печаль. Хью был весьма обеспокоен его здоровьем и спросил Эразма, не болен ли он, но тот отказался говорить об этом.
О болезни сеньора Хью мог судить только по слухам. Он знал, что вызывали лекарей, которые, пошептавшись между собой, что-то невнятно пробормотали насчет больного сердца. Хью никогда не доверял лекарям, но их визит к Эразму еще больше встревожил его.
— Милорд, уверен, вы сумеете подыскать на роль вашей жены гораздо более достойную леди. — Дунстан уже совсем отчаялся.
— Даже если ты прав, у меня просто нет времени заниматься поисками другой жены. В лучшем случае я смогу начать новую охоту за невестой следующей весной. А терпеть всю зиму жуткий беспорядок, какой творится сейчас в Скарклиффе, у меня нет сил. Я желаю жить в нормальных условиях.
— Да, но…
— К тому же это не только удобно, но и выгодно. Я как-то объяснял тебе: вернув камень, я тем самым успокою людей, и они поверят, что я по праву являюсь владельцем Скарклиффа. А какое выгодное впечатление я произведу на обитателей Скарклиффа, если приеду в поместье не только с кристаллом, но еще и с женой.
— Господи Боже, что я слышу, милорд… Хью довольно улыбнулся:
— Да, они сразу поверят мне. Они поймут, что я не мыслю своего существования без Скарклиффа, и будущее уже не покажется им таким мрачным. А мне нужны их сердца и их вера в завтрашний день, — я собираюсь сделать Скарклифф процветающим, Дунстан!
— Совершенно с вами согласен, но все-таки поищите себе другую женщину. Не нравится мне она, ох как не нравится.
— Да, на первый взгляд леди Элис не кажется мягкой и послушной девушкой.
— Хоть это вы признали, — буркнул Дунстан.
— Но у нее есть ряд достоинств, — продолжил свою мысль Хью. — Она умна и благополучно избавилась от легкомысленности, присущей всем юным девицам.
— Да, и наверняка избавилась еще кое от чего… Хью сузил глаза:
— Уж не намекаешь ли ты на то, что она лишилась девственности?
— Сами посудите: леди Элис особа очень смелая, — пробормотал Дунстан. — Не такая, знаете ли, заливающаяся румянцем, застенчивая скромница, этакий нераскрывшийся бутон розы, милорд.
— Справедливо. — Хью нахмурился.
— Рыжие волосы и зеленые глаза говорят о страстной натуре. Сами видели, что за характер. Одному Богу известно, каким еще страстям она дает выход время от времени. И, наконец, ей уже двадцать три.
— Хм… — Хью размышлял над словами Дунстана. — Она любознательна, а значит, наверняка проявила свою страсть к познанию и в этом вопросе. Хотя она вполне могла сохранить благоразумие.
— Остается надеяться.
— Нет-нет, мы с ней несомненно поладим, — отмахнулся от доводов Дунстана Хью.
Тот застонал:
— Ну почему, черт возьми, вы так уверены?
— Сколько можно повторять: она умная женщина.
— Слишком умная, да еще и образованная, что еще хуже, хлопот не оберешься, если вам, конечно, интересно мое мнение.
— Мы найдем общий язык, — решительно заключил Хью. — Умная женщина все быстро усвоит.
— Господи, но что она должна усвоить? — в сердцах воскликнул Дунстан.
— Наверное, то, что я и сам не глуп. — Улыбка скользнула по губам Хью. — И обладаю волей и решимостью, а потому вертеть мною не удастся.
— Если вы хотите совладать с леди Элис, то уж лучше всего запугать ее как следует, чтобы трепетала перед вами. Хотя вряд ли ее можно запугать…
— Я использую ту тактику, какую сочту нужной.
— Ох, не нравится мне все это, милорд. Ох, не нравится.
— Ты долго еще собираешься ворчать, Дунстан?
— Вижу, вас бесполезно переубеждать… Ну ладно. — Дунстан снова оперся на край стены. — А с вашими новыми владениями все оказалось не так просто, как вы рассчитывали, да?
— Ты прав, — согласился Хью. — Но преодолевать трудности, судя по всему, мой жребий. Я уже привык к этому.
— Пожалуй. В жизни ничего просто не дается. Вы считаете, когда-нибудь Небеса будут благосклонны к нам?
— Я должен владеть Скарклиффом.
— И будете владеть. Я только прошу прислушаться к моему совету, милорд, и вести себя поосмотрительнее с этой леди. Внутренний голос подсказывает мне, что даже самый отважный среди рыцарей плохо кончит, если рядом с ним будет такая женщина.
Хью кивнул, притворившись, будто внял его предупреждению, хотя на самом деле послал его советы ко всем чертям. Сегодня утром он заключит сделку с загадочной и непредсказуемой леди Элис.
Он постарается дать ей понять, что с ее умом и гордостью она может рассчитывать на многое.
Вчера вечером, столкнувшись со своим хитроумным противником, Хью объявил всем присутствующим в зале, мол, не в его правилах решать дела принародно, и пообещал Элис обсудить с ней условия сделки наедине.
Истинная же причина, заставившая его отложить обсуждение, крылась в том, что ему понадобилось время взвесить ее внезапное предложение. Тем более у него накопилось столько дел, которые все вместе образовали огромный, чрезвычайно запутанный клубок.
Хью получил немало жутких предсказаний о поджидавших его во время рискованного путешествия испытаниях, но никто и словом не обмолвился насчет Элис.
Кое-что он уяснил для себя из разговора с ее дядюшкой. Ральф при одном упоминании имени племянницы страдальчески закатил глаза и испустил тяжелый вздох. Не приходилось сомневаться: леди Элис — сущее наказание для Ральфа.
Хью, имея столь скудные сведения, ожидал встречи с язвительной и сварливой старой девой с язычком, подобным жалу змеи. В действительности же подтвердилось только одно из опасений — насчет острого язычка. Было совершенно очевидно — что у Элис на уме, то и на языке. Ее мало заботило, какое впечатление произведут ее слова на окружающих.
Девушка, не побоявшаяся вчера вечером бросить ему вызов, вовсе не подходила под описание ее дяди. Элис ничуть не язвительная, это Хью понял сразу же. Скорее, решительная. Разницу уловить совсем не трудно. Ее никак нельзя назвать и сварливой, просто она энергична. И уж, определенно, она умнее всех тех, кто ее окружает. Женщина с характером, но весьма интересная.
Поверив рассказам Ральфа, Хью ожидал увидеть чудовище, напоминавшее его боевого коня.
Но действительность застала его врасплох.
Леди Элис оказалась очаровательной миниатюрной девушкой, и ни о каком сравнении с боевым конем и речи быть не могло. Длинное зеленое платье подчеркивало изящные линии гибкого тела, позволяя оценить по Достоинству его красоту: небольшую упругую грудь — точно два спелых персика, тонкую талию, округлые бедра.
В одном Дунстан не ошибся. В Элис столько огня, что она вполне способна испепелить любого мужчину. Эти рыжие распущенные кудри — чем не огонь? Их лишь слегка стягивала сетка из золотых нитей, поблескивавших в свете камина.
Элис была по-своему очень мила — тонкое лицо с правильным прямым носиком, маленький волевой подбородок, выразительные губы. И огромные глаза со слегка приподнятыми уголками. Тонкие, дерзко изогнутые брови. Горда и уверена в себе — судя по ее вздернутому подбородку и расправленным плечам. Такая женщина невольно приковывает к себе взоры. Ее нельзя было назвать ослепительной красавицей, но в ней была своя изюминка, и у мужчин при виде ее замирало дыхание.
Мимо Элис нельзя было пройти, не заметив ее.
Если она и злится от того, что в двадцать три года еще не замужем, как утверждает Ральф, то Хью не заметил этого. Напротив, теперь у него возникли подозрения, что ей доставляет немалое удовольствие отваживать женихов, и потому опасался, как бы это не помешало его плану.
— Леди Элис желает поторговаться с вами, — с глубокомысленным видом заметил Дунстан. — Интересно, какое вознаграждение она потребует от вас за помощь в поисках камня?
— Возможно, редкие книги, — рассеянно отозвался Хью. — По словам ее дяди, она готова отдать за них все.
Дунстан хмыкнул:
— Вы подарите ей одну-две из своих?
— Скорее, разрешу иногда пользоваться ими, — улыбнулся Хью.
Он отвернулся, любуясь утренними просторами. Воздух дышал прохладой. Серое небо низко нависло над тихими деревнями и полями поместья Лингвуд, Урожай почти весь был уже убран — распаханная земля ждала наступления зимних холодов. Хью хотел поскорее возвратиться домой в Скарклифф. Еще так много предстоит сделать.
И леди Элис, несомненно, станет заветным ключиком к Скарклиффу. Хью сердцем чувствовал это. С ее помощью он отыщет зеленый кристалл и откроет дверь в свое будущее. Сколько дорог ему пришлось пройти, сколько пришлось ждать и страдать, и ничто не остановит его сейчас.
Ему исполнилось только тридцать, но иногда на рассвете, особенно таким вот холодным утром, он ощущал себя сорокалетним. На душе было неспокойно. В нем вдруг просыпались чувства доселе неведомые, и разобраться в них было выше его сил.
Он всегда угадывал приближение этих неистовых бурь в своей душе, и только глубокой ночью и в предрассветные часы ему часто казалось: вот-вот приоткроется тайна и он поймет, что же так терзает его. Но он гнал мучительные мысли прочь, не в силах понять их причину.
Он должен сосредоточиться на самой важной для него задаче. Он владеет землями Скарклиффа, теперь ему нужно утвердиться на них. Но разрешить эту задачу становилось все труднее и труднее.
Вот уже несколько недель Хью пытался найти ответ на вопрос, почему Скарклифф так часто переходил из рук в руки.
Жители поместья не смогли бы назвать ни одного владельца, долго и счастливо жившего в нем. Хозяева либо умирали, либо на них обрушивались несчастья. Люди поговаривали, будто замок заколдован и над ним властвует старинное заклятие, поэтому им самим не сопутствует удача, а на головы хозяев валятся беды.
Тот, кто найдет Сокровище
И завладеет землями,
Должен охранять зеленый кристалл
С мечом в руках.
Хью не верил в силу древних заклятий и полагался только на собственный рыцарский опыт, знания и стальную волю, благодаря которым он добился всего в своей жизни. Он трезво относился к глупым предсказаниям, завладевшим разумом обитателей поместья.
Но нельзя было не замечать, что эти так раздражающие его самого пророчества приводят жителей Скарклиффа в уныние, поскольку они-то свято верили в легенду. Их новый хозяин должен отыскать зеленый кристалл!
Вступив во владение поместьем месяц назад, Хью заметил, как угрюмы и подавлены жители Скарклиффа. Они, конечно, повиновались ему, опасаясь его гнева, но совершенно очевидно, не верили в свое будущее с ним. Их уныние сказывалось буквально на всем, — и муку они мололи без охоты, и на полях работали вполсилы.
Хью умел подчинять себе людей. У него был в этом немалый опыт. Обладая властным характером, он мог силой заставить их выполнять свою волю и добиться послушания. Но сейчас ему было гораздо важнее, чтобы люди по собственной воле, ради своего же блага, признали его повелителем. Только тогда Скарклифф станет процветающим.
Но главная проблема была в другом — обитатели замка не верили, что Хью останется здесь надолго. И это понятно: ни один из прежних владельцев не прожил в Скарклиффе больше года-двух.
Объезжая свои земли, Хью видел признаки разорения и упадка. Поля пострадали от бесконечных набегов бесчинствующих рыцарей; церковь стояла полуразрушенной после страшной бури. И как нарочно, в округе объявился странствующий монах, предсказывавший в скором времени Скарклиффу немыслимые бедствия.
Для жителей поместья исчезновение камня из склепа местного монастыря было событием невиданным, сравнимым разве что с землетрясением. Именно похищение кристалла и оказалось последней каплей! Теперь уже никто не считал Хью истинным правителем Скарклиффа.
Хью принял самое разумное в этой ситуации решение — вернуть камень и вместе с ним доверие людей. И он без промедления отправился на поиски кристалла…
— Сохраняйте выдержку, милорд, — посоветовал ему Дунстан. — Леди Элис совсем не пугливая девица и не станет трепетать перед вами, как листок на ветру. Не сомневаюсь, она попытается торговаться, точно лондонская лавочница.
— Это будет весьма любопытно.
— И не забывайте: еще прошлой ночью она была готова душу заложить, лишь бы добиться своего.
— Да, — улыбнулся Хью, — возможно, именно ее душу-то я и попрошу.
— Смотрите, как бы вам не отдать взамен свою, — покачал головой Дунстан.
— А по-твоему, мне есть что отдавать?


Бенедикт широко распахнул дверь в кабинет Элис. Если бы не увечная нога, он бы ворвался к ней вихрем. Однако и без того было ясно, что он разгневан и возмущен — щеки его пылали, зеленые глаза метали молнии.
— Элис, это же чистейшее безумие! — Он остановился у стола, за которым работала его сестра, и оперся одной рукой на палку. — Ты же не собираешься заключать сделку с Хью Безжалостным?
— Теперь его зовут Хью Скарклиффский, — спокойно поправила брата Элис.
— Судя по тому, что о нем говорят, прежнее имя — Безжалостный — подходит ему гораздо больше. Ты понимаешь, что делаешь? Все вокруг считают его крайне опасным человеком, если не самым опасным!
— Но и честным, помимо всего прочего. Говорят, если он заключает сделку, то непременно выполняет ее.
— Послушай, все сделки он заключает только на выгодных ему условиях, — парировал Бенедикт. — Элис, он очень умен, хитер и изобретателен.
— Ну и что с того? Я тоже неглупа.
— Конечно, ты надеешься заставить его плясать под свою дудку, как нашего дядюшку. Но такие мужчины, как Хью, не позволят никому, и уж тем более женщине, вертеть собой.
Опустив гусиное перо, Элис задумчиво смотрела на брата. Бенедикту было шестнадцать, и после смерти родителей вся ответственность за его воспитание легла на ее плечи. Но она не смогла до конца выполнить свой долг перед ним, хотя и делала все, что было в ее силах. Увы, Элис не уберегла наследство Бенедикта, им завладел Ральф.
Их матушка, Хелен, скончалась три года назад. Отца, сэра Бернарда, убили грабители неподалеку от одного из лондонских борделей двумя годами позже.
Ральф быстро сообразил, что к чему, и объявился тотчас, как только услышал о смерти Бернарда. И вскоре Элис оказалась втянутой в совершенно безнадежную тяжбу за право владения крохотным поместьем, составлявшим наследство Бенедикта, Она боролась из последних сил, пытаясь удержать крохотный феод, но на сей раз Ральф, несмотря на всю свою тупость, все же перехитрил ее.
После почти двух лет непрерывных споров и уговоров он убедил Фулберта Мидлтонского, сеньора Элис и своего собственного, что только рыцарь, получивший должное воспитание, может управлять поместьем.
Ральф напирал на то, что Элис женщина, а потому слаба и ни на что не способна, Бенедикт же из-за своей увечной ноги не в состоянии пройти школу рыцарей. Исходя из этого Фулберт заключил, в немалой степени благодаря подстрекательству Ральфа, что отвечать за поместье должен настоящий воин, способный защитить от врагов крохотное владение, некогда принадлежавшее лорду Бернарду.
Элис была вне себя от ярости, когда Фулберт передал поместье ее отца Ральфу, а тот, в свою очередь, вверил его в руки своему старшему сыну Ллойду.
Вскоре Элис и Бенедикта вынудили перебраться в Лингвуд, а Ллойд, завладев их землями, не замедлил жениться на дочери жившего по соседству рыцаря. Шесть месяцев назад у них родился сын.
Элис была достаточно умна, чтобы не понимать: как бы она ни пыталась отстоять в суде права своего брата, ей никогда не вернуть наследство Бенедикта. Сознание того, что она не выполнила свой долг перед Бенедиктом, причиняло почти физическую боль. Элис вообще редко не добивалась своего, и ей было вдвойне обидно потерпеть поражение в столь важном деле.
Тогда Элис твердо решила загладить свою вину перед братом, дав Бенедикту самое лучшее образование. Она мечтала послать его изучать право в крупнейшие центры научной жизни Европы — в Париж или Болонью.
Разумеется, образование не могло заменить наследства, но Элис хотела быть хоть чем-то полезной брату. А когда Бенедикт займет прочное место в жизни, она наконец осуществит свою заветную мечту — уйдет в монастырь. Причем непременно выберет тот, где собрана сама богатая библиотека. И посвятит всю себя изучению натуральной философии.
Еще два дня назад оба ее желания казались такими несбыточными. Но приезд Хью Безжалостного словно распахнул перед ней двери, и Элис ни за что не желала упускать представившийся случай.
— Не стоит беспокоиться, Бенедикт, — отрывисто проговорила она. — Без сомнения, сэр Хью благоразумный человек.
— Благоразумный? — Бенедикт резко взмахнул свободной рукой. — Элис, он чело век-легенд а! Он абсолютно непредсказуем!
— А ты откуда знаешь? Вчера вечером, например, мне показалось, что он не лишен ума и вполне способен внять доводам разума.
— Вчера вечером он просто забавлялся с тобой, Элис. Послушай, Эразм Торнвудский — сеньор сэра Хью. Ты хоть понимаешь, что это значит?
Элис взяла гусиное перо и задумчиво поднесла его К губам.
— Я кое-что слышала о сэре Эразме. Он пользуется большим влиянием.
— А это делает и его ставленника, сэра Хью, человеком весьма влиятельным. Ты должна быть предельно осторожна. Не питай иллюзий, тебе не удастся обвести его вокруг пальца, как торговку на деревенском рынке. Это же настоящее безумие!
— Что за вздор! — На губах Элис заиграла уверенная улыбка. — Ты напрасно так тревожишься, Бенедикт. Прежде я за тобой этого не замечала.
— У меня есть причины для тревоги.
— А я не вижу никаких причин. Помяни мое слово, мы с сэром Хью прекрасно поладим.
В широко распахнутых дверях комнаты возникла огромная фигура, мрачная тень от нее пролегла по всему ковру. Элис показалось, что в комнате сразу стало как-то неуютно и повеяло холодом. Она вскинула глаза, вглядываясь в незваного гостя. Это, конечно, был сэр Хью.
— Похоже, вы читаете мои мысли, леди Элис, — промолвил он. — Приятно слышать, что наши мнения сходятся.
Предательский румянец разлился по щекам девушки, когда она услышала его голос, такой низкий и глубокий. Он говорил тихо, однако этого было достаточно, чтобы подавить все другие звуки. Умолкла птичка, примостившаяся на подоконнике. Притихли лошади, чье ржание только что доносилось со двора.
Элис вынуждена была признаться себе, что ожидала его появления с нетерпением. Она не могла оторвать глаз от его лица. Она впервые видела его так близко после их вчерашней короткой перепалки в полумраке зала, освещенного лишь мерцанием пламени в камине. Она жаждала прояснить для себя, произведет ли Хью на нее то же впечатление сегодня, в лучах утреннего солнца.
Все повторилось.
Вопреки здравому смыслу, вопреки своим глазам, Хью Безжалостный представлялся ей самым неотразимым из всех мужчин, которых ей до этого приходилось встречать в жизни. Утренний свет не прибавил ему красоты, но в нем было что-то неуловимое, заставлявшее Элис считать его исключительно привлекательным. Ее безотчетно влекло к нему.
Она словно открыла в себе новое, доселе неведомое чувство, и это чувство было столь необычным, что не поддавалось описанию такими традиционными понятиями, как зрение, слух, осязание, вкус, запах. Пожалуй, это одна из самых загадочных проблем натуральной философии, заключила Элис.
Бенедикт, резко повернувшись к Хью, с размаху ударил палкой по столу.
— Милорд. — Губы его дрожали от негодования. — Мы с сестрой вели серьезную беседу, не предназначенную для чужих ушей, а вы посмели войти незаметно.
— Что само по себе удивительно, ибо не заметить меня крайне трудно, — усмехнулся Хью. — Насколько я понимаю, вы — Бенедикт?
— Да, милорд. — Юноша распрямил плечи. — Я брат Элис, и я решительно возражаю, чтобы вы оставались с ней наедине. Это, по меньшей мере, неприлично…
Элис возвела глаза к потолку:
— Бенедикт, прошу тебя, ты выглядишь смешным. Я не юная девица, чью честь необходимо охранять. Нам с сэром Хью предстоит обсудить кое-какие деловые вопросы.
— Но это неприлично, — не успокаивался Бенедикт.
Хью прислонился могучим плечом к дверному косяку и скрестил на груди руки:
— И что, по-вашему, я могу с ней сделать?
— Откуда мне знать, — выпалил Бенедикт, — но все равно я вам не позволю…
— Довольно, Бенедикт, оставь нас. Нам с сэром Хью пора заняться делами, — теряя терпение, произнесла Элис.
— Но, Элис…
— Мы поговорим с тобой позже.
Юноша густо покраснел. Он искоса взглянул на Хью — тот словно и не заметил его попытки защитить сестру. И лишь посторонился, пропуская его.
— Не беспокойтесь, — тихо проронил Хью. — Даю вам слово: от того, что мы обсудим условия сделки, честь вашей сестры не пострадает.
Румянец на щеках Бенедикта стал еще ярче. Бросив гневный взгляд на Элис, он неловко прошел мимо Хью и вышел из комнаты.
Хью подождал, пока шаги стихнут, а затем посмотрел Элис в глаза:
— Все юноши так ранимы и горды, поэтому обращаться с ними следует очень деликатно.
— Не будем больше говорить о Бенедикте. Я разберусь с ним сама. — Жестом Элис указала ему на деревянную скамью. — Прошу вас, садитесь. Нам в самом деле надо многое обсудить.
— Пожалуй. — Хью посмотрел на скамью, но сесть не пожелал. Он подошел к жаровне и протянул руки к тлеющим углям. — Поэтому лучше сразу перейти к делу. Так что же за сделку вы хотите заключить со мной, леди?
Элис смотрела на него с нескрываемым восхищением. Хью производит впечатление человека, с которым вполне можно договориться, решила она, по крайней мере, на первый взгляд. Умный, тонко чувствующий… Словом, она не ошиблась в своем предположении.
— Милорд, я буду предельно откровенна с вами.
— Вот и прекрасно. Люблю, когда со мной предельно откровенны. К чему понапрасну терять время, верно?
— Да. — Элис по-деловому сцепила на столе руки. — Я готова назвать вам место, куда, по моим сведениям, отправился вор с моим зеленым кристаллом.
— Моим кристаллом, леди Элис. По неведомой мне причине вы постоянно забываете о том, что камень принадлежит мне.
— Здесь мы еще поспорим, но в другое время, милорд.
— Какие споры!
Хью, по всей видимости, находил ее поведение забавным.
— Прекрасно. До чего же приятно беседовать с разумным человеком…
— Стараюсь.
Элис поощрительно улыбнулась ему:
— Итак, я сообщу вам, где сейчас находится кристалл, более того, я согласна сопровождать вас и привести к похитителю.
Хью поразмыслил над ее словами:
— Вы окажете мне неоценимую услугу.
— Рада это слышать, милорд. Со своей стороны я могу предложить вам и кое-что еще.
— Сгораю от нетерпения услышать, что именно, — улыбнулся Хью.
— Я не только помогу вам вернуть кристалл, сэр, но пойду дальше. — Элис наклонилась вперед, подчеркивая важность своих слов. — Я откажусь от притязаний на кристалл.
— Притязаний, которых я не признаю.
Элис начала сердиться:
— Милорд…
— И что же вы хотите взамен, моя великодушная дарительница? — прервал он ее. — О чем попросит меня леди Элис?
Девушка собралась с духом:
— Взамен, милорд, я попрошу следующее. Первое. Через два года, когда Бенедикт достигнет совершеннолетия, я бы хотела, чтобы вы отправили его учиться в Париж, и по возможности в Болонью. Мечтаю о том, что он изучит гуманитарные науки, в частности право, и займет достойное место при дворе или в замке наследного принца или богатого дворянина.
— Ваш брат хочет стать секретарем или писарем?
— Откровенно говоря, у него не такой уж богатый выбор, милорд. — Элис сжала руку в кулак. — Я не смогла уберечь от нашего дяди его долю наследства. И потому должна хоть как-то загладить вину перед Бенедиктом.
Хью испытующе посмотрел ей в глаза:
— Хорошо, в конце концов, я не собираюсь вмешиваться в ваши дела и готов заплатить за его обучение.
Элис с облегчением вздохнула. Кажется, самое страшное позади.
— Благодарю вас, милорд. Я вам очень признательна.
— О чем еще вы хотели меня попросить?
— О, это совсем небольшая просьба, милорд, так, сущий пустячок для человека вашего положения, — вкрадчиво проговорила она. — Вам не составит труда удовлетворить ее.
— Так в чем же все-таки состоит ваша просьба, леди?
— Не могли бы вы дать мне приданое?
Хью уставился на угли так, словно увидел в них что-то необычное.
— Приданое? Вы собираетесь замуж?
Элис фыркнула:
— Господи Боже, с чего вы взяли, милорд? Разумеется, нет. Мне вовсе не нужен муж. Моя заветная мечта — уйти в монастырь.
Хью медленно повернулся к ней. Его янтарные глаза светились решимостью докопаться до истины.
— Прошу прощения, но зачем?
— Затем, чтобы продолжить там свое обучение, — я уже упоминала о своем интересе к натуральной философии. Для более глубокого ее изучения мне нужна хорошая большая библиотека, какие бывают только в богатых монастырях. — Элис деликатно покашляла. — Так вот, для того чтобы попасть в богатый монастырь, мне необходимо приличное приданое.
— Понимаю. — Хью в этот момент удивительно походил на ястреба, нацелившегося на свою жертву. — Мне очень жаль…
Сердце Элис упало. Она смотрела на него с нескрываемым разочарованием. Она была так уверена, что он согласится с этим условием. Собрав последние силы, она предприняла еще одну попытку переубедить его:
— Умоляю вас, милорд, подумайте. Зеленый кристалл, судя по всему, очень важен для вас. Я же вижу, как вы хотите получить его. Неужели я прошу слишком многого?
— Вы неверно истолковали мои слова, леди. Я собираюсь дать вам приданое, достойное богатой невесты.
— Это правда? — Элис просияла.
— Да, но при одном условии: я хочу получить и саму невесту.
— Что?
— Ну, или, по крайней мере, ваше обещание стать ею.
Элис была потрясена настолько, что не сразу сообразила, о чем он говорит.
— Я не совсем понимаю вас, милорд.
— Неужели? А мне казалось, ничего не может быть проще. Вы получите все, что хотели, леди Элис, а взамен я прошу вас огласить нашу помолвку, перед тем как мы отправимся на поиски зеленого кристалла.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сокровище - Кренц Джейн Энн



несмотря на сказочную анатоцию вполне приличная вещица о средневековье.типичное произведение данного автора без жестокостей и диких страстей с весьма практичной гг-ней.понравилось.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтаня
27.10.2012, 13.53





Обожаю романы этого автора,этот бесподобный как и все другие.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтая
30.10.2012, 18.57





отличная книга.
Сокровище - Кренц Джейн Эннчитатель)
19.06.2014, 7.39





хороший роман. 10 балов.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтату
5.10.2015, 20.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100