Читать онлайн Сокровище, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сокровище - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сокровище - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сокровище - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Сокровище

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

— Из-за своей слабости отдается женщина сжигающим ее страстям! — с жаром проповедовал Калверт на следующее утро в маленькой деревенской церкви. — Глупая гордыня толкает ее возвыситься над мужчиной и тем самым губит ее душу.
Народ, заполнивший церковь, неодобрительно гудел. И больше других негодовала Элис. Пожалуй, она не была так разгневана с тех пор, как ее дядюшка, сэр Ральф, водворил своего старшего сына в поместье, принадлежащее ее семье.
Совсем не эту малоприятную проповедь Калверта хотела услышать Элис. Днем раньше она послала записку настоятельнице Джоан, где выразила желание помолиться о благополучном путешествии сэра Хью.
Новость о том, что новый лорд и его невеста будут присутствовать на утренней службе в деревенской церкви, а не в часовне замка, облетела всю округу, и все жители поместья и монахини собрались здесь, не желая пропускать столь знаменательного события. Не каждый день выпадает случай помолиться со своим лордом.
Элис сидела рядом с Хью в первом ряду. Все шло превосходно до тех пор, пока на головы прихожан не обрушилось настоящее стихийное бедствие в лице Калверта Оксвикского. Джоан умолкла на полуслове, когда он ворвался в церковь. Громко стуча посохом по каменному полу, Калверт пробирался через толпу к кафедре. Достигнув цели, он велел Джоан сесть рядом с монахинями. Настоятельница скрепя сердце повиновалась. Церковь предписывала уступать место кафедры проповеднику-мужчине, если таковой объявлялся.
Калверт проворно взбежал на возвышение и разразился гневной обличительной речью о зле в женских душах. Старая, избитая тема, порядком всем надоевшая. Именно об этом больше всего любили разглагольствовать в своих проповедях заезжие священники и странствующие монахи. Все они старались заклеймить многочисленные пороки женщин и предупредить мужчин об их губительных чарах.
— Знайте, грешные дочери Евы, единственный путь, который приведет вас к спасению, — подчиниться воле своих мужей. Вы должны признать, что власть мужчин предопределена им свыше, так пожелал сам Создатель.
Элис кипела от злости. Краем глаза она заметила, что Хью делал вид, будто ему смертельно скучно. Элис скрестила руки на груди и принялась постукивать носком туфельки по полу.
— Пожирающий адский огонь разгорится еще жарче для тех грешниц, которые осмелятся поставить себя выше мужчин.
Женщины, вынужденные слушать эту гневную тираду, даже не пытались скрывать своего раздражения. Странствующий монах затянул старую песенку.
— Они осмеливаются оскорблять стены церкви своими голосами, — продолжал бушевать Калверт, — не заботясь о том, что благородные мужи не желают слышать их болтовню. Они берут на себя смелость устраивать все по-своему в Божьем доме, берут в свои руки власть так, словно имеют все права и привилегии мужчин.
Элис сверлила Калверта взглядом, а он сыпал гневными обвинениями без перерыва, то ли не обращая внимания, то ли не замечая все возрастающего недовольства.
— А кто-то пытается соблазнением добиться желаемого, — Калверт устремил горящие глаза на Элис, — склонить на свою сторону даже самых сильных и благородных рыцарей. Горе тому мужчине, который пляшет под их дудку. Он и сам не заметит, как утеряет вою волю и окажется полностью в их власти, а власть та от самого дьявола!
Элис насторожилась: неспроста Калверт завел об этом речь.
— Они используют свои грязные уловки, чтобы заманить мужчину с помощью обмана в какое-нибудь уединенное место. А там набрасываются на него, точно суккубы — демоны в женском обличье.
— О Боже! — выдохнула Элис. На один вопрос ответ получен. Калверт видел, как они с Хью занимались любовью в пещере. От смущения ее не осталось и следа. Она пылала гневом.
— Будьте всегда настороже! — Калверт вперил свой взгляд в лицо Хью. — В опасности каждый. Занимающий высшую ступень в установленном Творцом порядке вещей постоянно должен быть начеку. Мужчины, вы все надеваете доспехи, отправляясь на войну, но каждый ли знает о том, что ему нужны доспехи не менее прочные, чтобы защитить свои души от губительных женских чар!
— Довольно! — Элис вскочила на ноги. — Я не желаю больше слушать твои глупые речи, монах. Все, что я хотела сегодня, это помолиться о благополучном путешествии своего жениха, а не выслушивать весь этот вздор.
По толпе пробежал изумленный вздох. Взгляды прихожан и монахинь тотчас обратились к Элис. Уголком глаза девушка заметила ухмыляющуюся физиономию Хью.
— Женщины, которые делают что хотят, и мужчины, которые смотрят на это сквозь пальцы, — вот ярчайший тому пример! — Калверт посмотрел на Хью, словно ожидая поддержки с его стороны. — А ведь муж не должен позволять своей жене повышать голос.
Хью не проронил ни слова. Он с неподдельным интересом наблюдал за Элис.
— Сойди с кафедры, Калверт Оксвикский, — потребовала она. — Никто не приглашал тебя читать здесь проповеди. Ты понапрасну оклеветал и облил грязью добропорядочных жительниц деревни и монахинь этого монастыря. Отравил ядом своих слов.
Калверт направил на нее указующий перст.
— Слушай меня! — Его голос звенел от нескрываемого гнева. — Тот яд, о котором ты говоришь, не что иное, как противоядие тому злу, что есть в тебе, женщина. Тебе придется проглотить его, точно горькое лекарство, чтобы спасти свою бессмертную душу.
— Спасение своей бессмертной души я вверю тем, кому ведомо истинное сострадание, Но никак не тебе, монах. Я хочу, чтобы ты немедленно покинул стены этой церкви и ушел из деревни сегодня же. Не желаю больше терпеть твои оскорбления.
Лицо Калверта исказилось от ярости.
— Ваши рыжие волосы и зеленые глаза говорят о вздорном характере, леди. Мне остается только молиться, чтобы ваш будущий господин и повелитель обуздал ваш непокорный нрав прежде, чем вы погубите его дом и душу.
— Лорд Хью сам позаботится о себе, — возразила Элис. — Убирайся, монах.
— Подчиниться приказу женщины? Ни за что!
Хью чуть пошевельнулся. Почти незаметное движение — он слегка повел широкими плечами — приковало к себе взоры прихожан.
— Приказу этой женщины ты подчинишься, — ровным голосом произнес он. — Она моя невеста. Кольцо на ее руке — символ власти. Ее приказаниям все должны подчиняться так же беспрекословно, как и моим.
Раздались одобрительные возгласы. Хью сразу дал всем понять, как высоко он ценит свою невесту.
— Но… но… милорд, — заикаясь, начал Калверт. — Но кафедру проповедника вы, надеюсь, не отдадите женщине?
— Ты слышал, что сказала моя невеста, — проговорил Хью. — Уходи, монах. Миледи не желает слушать твои проповеди.
На какой-то момент Элис показалось, что с Калвертом вот-вот случится удар. Подбородок его дрожал, глаза вылезли из орбит, а сам он трясся, будто в лихорадке.
В церквушке воцарилась напряженная тишина.
Не проронив больше ни слова, Калверт подхватил свой посох и вихрем вылетел из церкви.
Люди изумленно взирали на Элис, ожидая, каков будет ее следующий шаг.
Элис была поражена: Хью поддержал ее!
И это вовсе не проявление жалости, Хью показал всем, что она обладает над этими землями не меньшей властью, чем он.
Уже во второй раз он с пониманием отнесся к ее желаниям. Вчера Хью уступил ей и не выгнал слугу Элберта, а сегодня поставил на место самого ярого служителя церкви.
Он показал всем, что уважает ее, подумала Элис, и сердце ее радостно забилось. Заслужить уважение Хью Безжалостного не так-то легко. Свое расположение он дарит лишь тем, кому по-настоящему доверяет.
— Благодарю вас, милорд, — прошептала Элис. Хью слегка наклонил голову. Проникавший в окна утренний свет зажег в его глазах золотистые искорки.
— Может быть, мы вернемся к молитвам, миледи. Я бы хотел отправиться в путь еще до захода солнца.
Элис вспыхнула до корней волос.
— Конечно, милорд. — Она взглянула на Джоан. — Прошу вас, приоресса, продолжайте. Сэра Хью и его людей ждет долгая дорога.
— Да, миледи. — Джоан поднялась с места с достоинством, свидетельствующим о ее благородном происхождении. — Я с радостью помолюсь за сэра Хью, чтобы его путешествие прошло благополучно. И за его скорейшее возвращение. Не сомневаюсь, каждый из присутствующих здесь разделяет мои чувства.
Все монахини тепло улыбнулись Элис, когда она садилась. Все, кроме сестры Кэтрин. Видимо, у нее опять приступ меланхолии, решила Элис.
Джоан неторопливо поднялась на кафедру и закончила проповедь об опасностях, подстерегающих путника, прерванную внезапным появлением в церкви странствующего монаха. За проповедью последовали молитвы.
Все молитвы читались на латинском языке. Вряд ли кто из присутствующих, кроме Элис, Бенедикта, Хью и монахинь, понимал истинное значение произносимых слов, однако это не мешало жителям поместья с пылом повторять их.
Закрыв глаза, Элис безмолвно вознесла к небу свою мольбу.
Боже милосердный, огради от бед и напастей этих двух людей, которых я очень люблю, и защити тех, кто отправляется в путешествие вместе с ними.
Элис осторожно скользнула ладонью вдоль деревянной скамьи и коснулась руки Хью. Он крепко сжал ее пальцы.
Несколько минут спустя прихожане высыпали из дверей церкви проводить хозяина. Элис осталась стоять на ступенях и наблюдала, как Хью, Бенедикт и два воина, которые должны были сопровождать их, садились на лошадей.
Элис все еще горела от возмущения — выходка Калверта вывела ее из себя, она совсем забыла о прощальном подарке для Хью, и только в самый последний момент вспомнила о пучке трав и написанных ею рекомендациях по их применению.
— Постойте, милорд! — Она достала приготовленный узелок из сумки, пристегнутой к ее поясу, и поспешила к уже оседлавшему коня Хью. — Я приготовила кое-что для вашего сеньора.
Хью внимательно посмотрел на нее сверху вниз:
— Что это?
— Вчера вы рассказывали о болезни сэра Эразма, и показалось, что я знаю, о каком заболевании идет речь. — Элис протянула ему узелок с травами и письмо. — Моя матушка описала похожую болезнь в своей книге.
— В самом деле? — Хью, наклонившись, взял из ее рук узелок с письмом и спрятал их в прикрепленной к поясу сумке.
— Однажды она лечила человека, страдавшего похожим недугом. Ему тоже пришлось многое испытать в битвах. Конечно, у меня нет полной уверенности, что сэра Эразма поразила именно эта болезнь, но в любом случае травы облегчат его страдания.
— Спасибо, Элис.
— Он должен точно следовать указаниям, изложенным в письме. Скажите сэру Эразму, чтобы он ни в коем случае не позволял лекарям делать ему кровопускания. Запомните?
— Разумеется, мадам.
Элис отступила назад. На губах ее появилась робкая улыбка.
— Желаю вам благополучного путешествия, милорд.
— Я вернусь через неделю, — пообещал Хью. — И непременно привезу с собой священника, чтобы совершить наш брачный обряд.


— Клянусь, милорд, даже не знаю, кто выглядел более потрясенным, Элис или монах, — с усмешкой произнес Бенедикт, подъезжая к Хью на своей крепкой лошадке. — А ведь Элис не так-то легко удивить.
Хью улыбнулся в ответ. Их отъезд задержался — Элис пожелала завершить утреннюю службу молитвами, но он нисколько не жалел об этом. Задержка стоила потерянного времени, Элис собрала всех жителей поместья помолиться о том, чтобы Бог покровительствовал путешественникам. Разумеется, она тревожится за Бенедикта, но Хью старался не слишком расстраиваться по этому поводу.
А как она попрощалась с ним! Любой бы после этого захотел поскорее вернуться к родному очагу. Хью приятна была сама мысль, что теперь у него есть и свой дом, и свой очаг, а скоро будет и жена. Да, именно жены не хватало ему для того, чтобы почувствовать себя счастливым. Скоро, пообещал он себе. Совсем скоро. В этом можно не сомневаться.
Два тяжеловооруженных всадника следовали за Хью на небольшом удалении, зорко глядя по сторонам, готовые в любой момент отразить нападение грабителей, вздумавших объявиться на их пути. Впрочем, самые отчаянные из разбойников поколебались бы, прежде чем нападать на четырех вооруженных всадников, один из которых — это было видно сразу — рыцарь. Не устрашившись оружия, разбойники дрогнули бы перед черным цветом одежд всадников, ибо такой цвет определенно говорил о том, кому принадлежат эти люди.
Грабители в большинстве своем не только трусливы — потому они и избирают самый легкий путь к наживе, — но в то же время крайне осторожны. Все знали, что Хью будет нещадно преследовать любого, кто посмеет ограбить людей, путешествующих под его собственным флагом или под флагом Эразма Торнвудского. Одного-двух разбойничьих нападений оказалось Достаточным, чтобы все уяснили себе — расплата последует незамедлительно.
— Я все гадал, как долго Элис сможет вынести напыщенные речи Калверта, — наконец сказал Хью. — Право, я был удивлен ее долготерпением.
Бенедикт бросил на Хью настороженный взгляд.
— В былые времена она и минуты бы не высидела. Калверт говорил так долго только потому, что Элис сомневалась, сэр.
— Сомневалась?
— Да, она сомневалась, имеет ли право поступать таким образом. — Бенедикт тщательно подбирал слова. — Имеет ли она право как ваша невеста проявлять такую власть.
— Твоя сестра, по-моему, умеет властвовать, — заметил Хью.
— Тут не поспоришь. — Бенедикт улыбнулся так, как только может улыбнуться младший брат, когда речь идет о его сестре. — Если честно, выбирать ей не приходилось. Она управляла поместьем отца многие годы, знаете ли.
— Да и, по слухам, ваш отец редко наведывался в свое поместье. А что же ваша мать?
— Матушка была полностью поглощена своими исследованиями. Только работа с травами и имела для нее значение. С годами она все чаще и все дольше уединялась в своих комнатах, а хозяйство приходилось вести Элис.
— Элис успешно справлялась со всеми делами.
— Да, но ей было страшно одиноко. — Бенедикт нахмурился. — Она была совсем юной, когда ей пришлось взвалить на себя весь груз забот.
— После смерти родителей ей пришлось принять и ответственность за поместье отца, защищая его от притязаний Ральфа.
— Тогда-то ее и постигла неудача. Она считает, что не выполнила передо мной свой долг. — Бенедикт сжал поводья. — Но разве могла она бороться с сэром Ральфом? Хватило бы у нее сил? Но во всем случившемся она продолжает винить только себя.
— Как это похоже на нее.
«Да я бы и сам чувствовал то же самое, окажись в ее положении, — подумал Хью. — Пожалуй, я мучился бы не меньше, чем от сознания, что я не могу отомстить за смерть своей матери».
— Она не привыкла сдаваться.
— О да, храбрости твоей сестре не занимать, — не без удовлетворения отметил Хью.
— Но временами я очень боюсь за нее. — Бенедикт обеспокоено посмотрел на Хью. — Я часто заставал ее у окна кабинета в глубоком раздумье. Но когда спрашивал, что с ней происходит, она только отмахивалась, мол, ничего страшного или что вспомнила дурной сон.
— Она не должна винить себя за потерю поместья отца. Даже сэр Ральф признает, что она храбро сражалась, пытаясь отстоять владения.
— Да, это так, — Бенедикт грустно улыбнулся. — Она посылала письмо за письмом, ходатайствуя о пересмотре решения. А когда пришло время признать поражение, для нее это было катастрофой. Но вскоре Элис уже строила новые планы: как бы отправить меня учиться, а самой уйти в монастырь. У нее всегда и на все готов какой-нибудь план.
— Такой уж у Элис характер.
— Я вижу, вы хорошо понимаете ее, сэр.
— Тот, кому суждено управлять другими людьми, Должен понимать своих подчиненных, — заметил Хью.
— Я думаю, в этом Элис согласилась бы с вами. Она никак не ожидала, что вы поддержите ее сегодня Утром, сэр. — У твоей сестры очень развито чувство ответственности. Она не может жить спокойно, если кто-то нуждается в заботе. Само собой разумеется, ей необходима власть. Она необходима ей как воздух для дыхания.
Бенедикт кивнул.
— У нас с ней много общего, — продолжил Хью, — гораздо больше, чем она думает. Надеюсь, к нашему возвращению она осознает это.
В глазах Бенедикта светилось понимание.
— Поездка в Лондон, судя по всему, не случайна. Вы снова что-то замышляете, милорд?
Хью улыбнулся, но промолчал.
— Мне все ясно! — восхищенно воскликнул Бенедикт. — Вы хотите показать Элис, что доверяете ей управление не только замком, но и всеми землями Скарклиффа. Хотите показать, что цените ее ум и способности.
— Это так, — не стал отпираться Хью.
— Надеетесь склонить ее к браку, дав ей почувствовать вкус власти и ответственности.
Хью усмехнулся:
— Я вижу, у меня появился очень сообразительный помощник. Ты совершенно прав, Бенедикт. Элис должна понять, что, став моей женой, она сможет удовлетворить свое честолюбие и добиться большего, чем в монастыре. — А еще большего в моей постели, добавил про себя Хью.
— Вы страшно рискуете, сэр. — Глаза Бенедикта светились восхищением. — Молитесь, чтобы Элис ничего не узнала о ваших истинных намерениях. Она придет в ярость, если откроется, что вы пытались склонить ее на свою сторону с помощью хитрости.
Хью это, судя по всему, нисколько не тревожило.
— Дел в поместье предостаточно, и у нее вряд ли останется время поразмышлять над причинами моего поспешного отъезда в Лондон.
— Вы правы, — согласился Бенедикт. — Она будет только рада вновь заняться тем, что у нее так хорошо получалось в поместье нашего отца. Полагаю, это даже отвлечет ее от тягостных мыслей о моем наследстве.
— Вызов — вот что необходимо твоей сестре, она должна иметь возможность решать сложные задачи. Только тогда она почувствует свою значимость, Бенедикт. По-моему, желание сделать Скарклифф процветающим склонит ее к нашему браку куда вернее, чем сундук с драгоценностями.


На третье утро после отъезда Хью Элис стояла рядом с Джоан и смотрела, как работник, взобравшись на крышу одного из деревенских домишек, латает дыры.
— Осталось всего три дома — и все соломенные крыши будут починены, — отметила Элис. — Если повезет, мы закончим работы к возвращению лорда Хью. Он будет доволен.
Джоан усмехнулась:
— Что тогда говорить о жителях этих домов! Скоро придет зима. Если бы лорд Хью не выделил средства на починку крыш, боюсь, многим бы пришлось смотреть на то, как снег падает им прямо на голову.
— Лорд Хью никогда бы не допустил этого. Он всегда заботится о своих людях. — Элис посмотрела в самый конец улицы, где работники закапывали выгребную яму. Зловонный запах с каждым днем становился слабее.
— Вы верите, что сэр Хью возродит поместье?
— В этом у меня нет никаких сомнений. Для него это дело жизни. К тому же он не из тех, кто не выполняет свой долг или пасует перед трудностями.
Элис окинула взором деревушку, которая выглядела уже не столь тоскливо, как раньше. У людей появилась надежда, и они с пылом взялись за работу.
Последние три дня пролетели для Элис в вихре забот. Она энергично принялась за дело, едва Хью со спутниками скрылись из виду в облаке пыли. Элис с большим удовольствием вернулась к привычным занятиям — позаботиться о поместье, привести его в порядок. У нее совсем неплохо это получалось в прежние времена.
Давно уже она не испытывала такого подъема и рвения — с тех самых пор, как Ральф вынудил ее покинуть собственный дом.
Он оставил ее полноправной хозяйкой Скарклиффа. Если бы Хью знал, как благодарна, она ему за этот щедрый подарок.


Два дня спустя громкий стук в дверь разбудил Элис среди ночи.
— Леди Элис! — позвал из-за двери приглушенный голос. — Леди Элис!
Девушка медленно села в кровати, пытаясь стряхнуть дремоту. Ей приснился странный и неприятный сон: какие-то бесконечно длинные темные коридоры, таившие в себе угрозу.
— Леди Элис!
— Сейчас, сейчас…
Она отдернула тяжелый полог, потянулась к накидке, соскользнула с высокой кровати и подошла, ступая босыми ногами по мягкому ковру, к двери. Чуть приоткрыв дверь, она заглянула в щелку — перед ней стояла молоденькая служанка со свечой в руках.
— Что случилось, Лара?
— Простите за беспокойство в столь поздний час, миледи, но к вам пришли две монахини из монастыря и ждут вас внизу в зале. Они говорят, что их послала приоресса Джоан.
Сердце Элис тревожно забилось. Должно быть, случилось несчастье.
— Я оденусь и сразу спущусь.
— Хорошо, миледи. — Лара нахмурилась. — И захватите на всякий случай с собой теплый плащ. Мне кажется, они хотят уговорить вас пойти вместе с ними.
Элис распахнула дверь пошире:
— Зажги мою свечу своей.
— Конечно, миледи.
Элис мигом оделась и, подхватив свой тяжелый шерстяной плащ, поспешила вниз.
Две монахини поджидали ее у остывшего камина. Дунстан и другие мужчины, разбуженные появлением ночных, гостей, молчаливо стояли поодаль.
Женщины обратили тревожные взгляды на Элис.
— Приоресса Джоан прислала нас спросить, не согласитесь ли вы, миледи, пойти в дом мельника, — вступила одна из женщин. — Его младший сынишка сильно захворал. Целительница испробовала все известные ей средства, но все понапрасну. Мы в растерянности: что же делать дальше? Может быть, вы дадите какой-нибудь полезный совет?
Девушка сразу вспомнила темноволосого веселого мальчугана, который играл во дворе дома мельника. — Разумеется, я пойду с вами, но, право же, не знаю, смогу ли я помочь. Если даже сестра Кэтрин бессильна, как же я его вылечу?
— Приоресса Джоан говорит, что вы многое почерпнули из книги своей матери.
Элис насторожилась.
— Моя мать и в самом деле много знала, но некоторые из ее снадобий крайне опасны. — А кое-какие способны даже убить, мысленно добавила она.
— Приоресса Джоан и целительница уверены, что Малыш Джон умирает, миледи, — тихо сказала вторая женщина. — И терять уже нечего.
— Понимаю. — Элис подхватила юбки и повернулась к лестнице, ведущей в башню. — Я только захвачу записи и туг же вернусь.
Несколько минут спустя она уже стояла внизу, прижимая книгу к груди.
Вдруг из тени вышел Дунстан.
— Я буду сопровождать вас, миледи, — тоном, не допускающим возражений, заявил он.
— В этом нет никакой необходимости, — запротестовала Элис.
— Есть, и еще какая! — настаивал Дунстан. — Лорд Хью оторвет мне голову, если узнает, что я отпустил вас в деревню ночью одну.
Вскоре Элис была уже в доме мельника. Она вошла в комнату как раз в тот момент, когда. Кэтрин прикладывала ко лбу мальчика смоченное холодной водой полотенце.
Элис ужаснулась: еще сегодня утром Малыш Джон, здоровый и жизнерадостный, носился по двору, а сейчас он лежал в постели с закрытыми глазами, его маленькое тельце горело от жара. Дыхание было тяжелым и неровным. Несколько раз он жалостно всхлипнул, но так и не открыл глаз.
— Увы, но я ничем не могу ему помочь. — Кэтрин поднялась на ноги. — Теперь он в Божьих руках.
Ее лицо было как никогда мрачным, но по-прежнему непроницаемым. Она вообще относилась ко всему происходящему очень сдержанно, если не сказать бесстрастно. Похоже, Кэтрин сдалась, когда, перепробовав все известные ей средства, поняла, что ни одно из них не помогает. Матушка была совсем другой, подумала Элис. Хелен всегда боролась до самого конца, пока смерть не вырывала больного из ее рук.
Джоан перекрестилась.
Несчастная мать ребенка, не в силах сдержать отчаяния, вновь разразилась слезами. Ее муж, широкоплечий, добродушного вида мужчина, прижимал ее к себе, неловко похлопывая по плечу.
— Ну же, ну же, — успокаивающе приговаривал он. Он поднял покрасневшие от слез глаза на Элис. — Спасибо, что пришли, миледи.
— Конечно-конечно, — рассеянно ответила Элис. Она приблизилась к кроватке. Слова матери будто сами собой всплыли в памяти, когда она посмотрела на Малыша Джона: «Определи сначала все симптомы болезни и только потом давай лекарства».
Джоан, стоявшая по другую сторону кровати, обратилась к Элис:
— Ребенка спасти почти невозможно, но я решила не сдаваться, пока не услышу вашего мнения.
— Воспаление легких, — тихо заметила Элис. — То же самое, наверное, определила и сестра Кэтрин? — Да, — подтвердила та, — Однако сбить жар обычными средствами не удается.
Мать Малыша Джона зарыдала еще громче. Мельник страдальчески закатил глаза.
Джоан посмотрела на Элис:
— Вы говорили, что ваша мать слыла искусной целительницей и знала рецепты самых необычных снадобий. Мальчику можно чем-нибудь помочь?
Элис сжала в руках книгу в кожаном переплете:
— Моя матушка составила рецепты нескольких настоев для снятия сильного жара при воспалении легких. Но она предписывала использовать с осторожностью.
Во время одного из опытов с подобными настоями и умерла Хелен.
— Но что еще может спасти бедного ребенка? — воскликнула Джоан.
— Пожалуй, у нас нет выбора. — Элис взглянула на мальчика: смерть, похоже, уже протянула к нему костлявые руки. — Эта сыпь на его груди…
— Сыпь? — быстро спросила Кэтрин. — Вы уже видели что-то похожее?
— Нет, но моя матушка, я думаю, видела. — Элис опустилась на колени рядом с кроватью Малыша Джона и попыталась нащупать пульс. Он был слабым и учащенным. Элис перевела глаза на мельника. — Расскажите мне поподробнее, как все произошло?
— Сегодня днем, миледи, — шепотом произнес мельник, — малыш играл во дворе, гонял кур, а когда мать позвала его отведать пудинг, есть наотрез отказался.
Элис открыла книгу и принялась быстро переворачивать страницы, пока не нашла раздел о воспалении легких и сопровождающих заболевание необычных лихорадках. Какое-то время она внимательно изучала написанное. «Покраснение на груди. Прерывистое тяжелое дыхание. Сильный жар».
— Моя мать отметила, что ей приходилось лечить маленького мальчика с похожим заболеванием. — Элис, наморщив лоб, открыла другую страницу.
Жена мельника вырвалась из сдерживающих ее объятий мужа и придвинулась к Элис. Смахнув слезы с глаз, она спросила:
— А как ребенок? Он выжил?
Элис подняла глаза на женщину. «Надежда порой бывает не менее важна, чем лекарство, — вспомнила Элис слова матери. — Никогда не лишай людей надежды».
— Да, — мягко ответила девушка. — Он выжил.
— Тогда мы немедленно должны дать ему это снадобье, — умоляющим голосом произнесла женщина. — Прошу вас, миледи.
— Так мы и сделаем. — Элис повернулась к сестре Кэтрин:
— Я напишу вам список необходимых трав. Принесите их как можно скорее.
— Да, миледи. — Целительница поджала губы.
«Сестра Кэтрин, наверное, обиделась, что я отдаю ей приказания, — решила Элис, — но даже если это и так, ничего не поделаешь, другого выхода нет». Затем она обратилась к Джоан:
— Мне понадобится кувшин с ключевой водой.
— Сейчас принесу.
— И поставьте воду на огонь.
К рассвету жар у Малыша Джона начал спадать, Дыхание выровнялось. С первыми лучами солнца появилась надежда, что мальчик скоро снова будет играть во дворе и гонять кур.
Жена мельника не скрывала счастливых слез.
Элис, порядком измотанная ночным бдением, склонившись над кроваткой малыша, нащупывала пульс — он стал нормальным. — Думаю, вскоре Джон захочет съесть кусочек пудинга, — тихо заметила она.
— Спасибо вам, леди Элис, — мягко проговорила Джоан.
— Благодарить надо не меня. — Элис посмотрела на Малыша Джона. Его щечки были уже не такими бледными, а сон стал совсем спокойным. — А мою матушку.
Кэтрин долго не сводила глаз с Элис:
— Ваша мать, очевидно, обладала обширными познаниями.
— Да. Она переписывалась со многими учеными и знатоками трав в Европе. Она использовала их открытия в своих исследованиях. Весь свой опыт она изложила в этой книге.
Джоан посмотрела на Элис теплым взглядом:
— Такая книга вряд ли поможет тому, кто не умеет ею пользоваться, не знает, как определить ту или иную болезнь. А такой талант встречается крайне редко.
Элис не нашлась что ответить.
— Ваша мать гордилась бы вами, миледи, — продолжала Джоан. — Вы научились применять ее знания. Сегодня вы спасли Малыша Джона. Это самый большой подарок, который могла сделать вам ваша матушка.
Элис опустила взгляд на книгу. Хелен писала ее в течение многих одиноких лет.
Как же она обижалась на мать, когда та отдавала всю себя своей работе. Как часто ей казалось, что от своей работы матушка получает больше удовольствия, чем от общения со своими детьми.
Но сегодня именно эта книга помогла Элис спасти ребенка.
Такова была цена за этот подарок. И Элис понимала, что она была частью этой цены. И Бенедикт тоже. Хелен заплатила за книгу очень дорого.
Благодаря ее самопожертвованию, маленький мальчик сегодня остался жить. Он не первый, кому Хелен своими знаниями спасла жизнь, напомнила себе Элис. И не последний.
Где-то в глубине души, где раньше жили только боль и обида, Элис почувствовала зарождающуюся теплоту и нежность.
— Да, приоресса, вы правы. Не знаю почему, но до сегодняшнего дня я не понимала, какое бесценное наследство оставила мне мать.
Малыш Джон зашевелился и открыл глазенки. Его встревоженный взгляд обратился к матери.
— Мама? Почему здесь так много людей?
Его родители тихонько рассмеялись в ответ и опустились на колени возле кроватки сына.
Элис крепко прижала к груди книгу. «Спасибо!» — мысленно поблагодарила она свою мать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сокровище - Кренц Джейн Энн



несмотря на сказочную анатоцию вполне приличная вещица о средневековье.типичное произведение данного автора без жестокостей и диких страстей с весьма практичной гг-ней.понравилось.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтаня
27.10.2012, 13.53





Обожаю романы этого автора,этот бесподобный как и все другие.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтая
30.10.2012, 18.57





отличная книга.
Сокровище - Кренц Джейн Эннчитатель)
19.06.2014, 7.39





хороший роман. 10 балов.
Сокровище - Кренц Джейн Эннтату
5.10.2015, 20.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100