Читать онлайн Нечаянный обман, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Нечаянный обман - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.29 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Нечаянный обман - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Нечаянный обман - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Нечаянный обман

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Дотронувшись до нее, Джаред почувствовал, как глубокое возмущение Олимпии в одно мгновение превращается в пылкую страсть. Ты сделал мои мечты явью. «Ни одна женщина прежде не говорила мне ничего подобного», — подумал Джаред.
Ни одна женщина не хотела его так.
Казалось, ничто не может поколебать страсть Олимпии к нему. Она хотела его даже тогда, когда он был скромным учителем. Она хотела его и тогда, когда узнала, кто он на самом деле. Она продолжала хотеть его даже тогда, когда у нее появились все основания считать, что он охотится за тем, что она ищет, — за секретом лайтбернского дневника. Ее не интересовали ни положение, ни богатство.
Она хотела его.
«Об этом можно только мечтать», — подумал Джаред. Но ее страсти недостаточно. И никогда не будет достаточно. Настоящее сокровище все еще ускользало, хотя сам он и не мог осознать, в чем оно заключается.
Тем не менее он никогда не был так близок к обладанию сокровищем и никогда еще не обладал столь многим. Мудрый берет то, что он может получить, — и считает себя счастливым.
Пират хватает то, что он может охватить, — и не задумывается о будущем.
Джаред приподнял Олимпию над столом. Взяв ее на руки, он опустился с ней в кресло. Она уткнулась лицом в его грудь — теплая, благоухающая, трепещущая от растущего желания.
— Джаред — Олимпия обвила его руками и нежно прильнула к губам. Низкий, чувственный стон сорвался с ее губ Полы ее пеньюара разлетелись, а края рубашки приподнялись, обнажив икры. Джаред коснулся мягкой округлости ее ноги. Ему почему-то вспомнилась их первая встреча в библиотеке, когда она пыталась высвободиться из дерзких объятий Дрейкотта.
«Она не нуждалась ни в чьих объятиях. Только в моих, — подумал Джаред. — Только в моих».
Ее губы раскрылись навстречу, приглашая туда, где влажно, тесно и темно. Джаред исследовал ее глубины, наслаждаясь ее близостью, пьянея от ее поцелуев. Олимпия дрожала.
Ее язычок касался его собственного с резвостью маленького любопытного котенка.
Он обхватил пальцами лодыжку, погладил ее, а затем позволил своей руке скользнуть вверх по бедру. Ее кожа напомнила ему розовые лепестки. Она была такая нежная.
Сам Джаред был возбужден и напряжен до предела. Он жаждал безраздельного обладания. Желание было столь сильным, что у него дрожали руки.
Пальцы Джареда осторожно пробирались к ее лону. Едва дыша, Олимпия оторвалась от его губ и спрятала лицо у него на плече.
Она слегка раздвинула ноги.
— Да, — пробормотал Джаред. Он почувствовал под рукой что-то горячее и влажное, и ему показалось, что он в любую минуту может взорваться Она беспокойно шевельнулась, возбуждаясь от его ласковых прикосновений, и он со стоном прильнул к ее губам.
Пьянящий аромат желания, исходивший от нее, сводил его с ума, соблазнял, притягивал, манил, словно силой волшебных чар.
Щ. — Сирена.
Олимпия приглушенно вскрикнула, когда он нашел крохотную жемчужину, спрятанную между ее ног. Ее ногти внезапно превратились в острые коготки, которые впились в его плечи. А его пальцы сразу стали влажными.
Джаред распахнул пеньюар, расстегнул воротничок батистовой ночной рубашки. Высвободив крепкую, словно наливное яблоко, грудь Олимпии, Джаред осторожно прихватил ее сосок зубами.
Олимпия содрогнулась.
— Джаред, я не вынесу этого!
Она взяла в руки его лицо и, сгорая от страсти, приникла к его губам сладостным поцелуем, унося его в неизведанные дали на крыльях любви. Джаред резко выдохнул, когда ее упругие бедра коснулись его восставшей плоти. Рука Олимпии проникла под его рубашку, нежно перебирая курчавую поросль на груди. Она изогнулась, пробуя ее на вкус языком, а другая рука нетерпеливо пробиралась вниз по его телу.
Джаред вдруг понял, что она сейчас выскользнет из его объятий. Он крепче прижал ее к себе, чтобы она не упала. И тут он почувствовал, что она пытается расстегнуть его бриджи.
Он с шумом вдохнул в себя воздух и предоставил ей продолжать свое занятие. Наконец он был свободен. Он услышал слабое восклицание Олимпии, когда его плоть дрогнула в ее пальчиках. Она робко, по-женски благоговея, потрогала его.
— Я люблю чувствовать тебя, — прошептала Олимпия.
Ее пальцы ласково сомкнулись вокруг него. — Такой горячий, такой гордый, такой сильный.
Ее слова и прикосновения чуть не довели Джареда до последней грани. Ему показалось, что сейчас он задохнется.
Он закрыл глаза и изо всех сил старался сдержать себя, чтобы не выплеснуть свое желание в эти нежные руки.
Впервые за все время она касалась его так откровенно интимно, и ошеломленный Джаред чувствовал, что он весь во власти новых, ни с чем не сравнимых ощущений.
Он даже не был уверен, желает ли он прийти в себя.
Скорее всего — нет. Олимпия медленно опустилась на пол. Встав перед ним на колени, она продолжала ласкать его трепещущее орудие. Он посмотрел на нее сверху вниз сквозь ресницы.
Изумленным взором она изучала его восставшую плоть.
— Олимпия?
Она, казалось, не слышала его. Ее пальцы не прекращали с восхищением ласкать его.
— Джаред, ты прекрасен! Ты великолепен! Ты похож на могучих героев древних легенд.
— О дьявол! — прошептал Джаред. — Это ты заставляешь меня чувствовать себя таким. — Он набрал полные горсти ее волос и сжал пальцы: кружевной чепец давно обрел свое место на полу. Пальчики Олимпии плутали в темных курчавых завитках его волос.
— Довольно! — Джаред больше не мог терпеть эту сладостную муку. Встав с кресла, он молниеносно вы тянулся на ковре. Низко, хрипло застонав, он обнял ее за талию и привлек к себе, теперь она лежала на нем, ощущая его сильное тело.
— Джаред?! Что ты делаешь? — Олимпия обхватила себя за плечи. Во взгляде ее, выдававшем смущение, сверкали огоньки возбуждения.
Джаред притянул ее к себе, и ноги ее плотно сжали его бедра, Олимпия оказалась сидящей на нем верхом.
— Это довольно распространенный обычай среди жителей некоторых… — Джаред осекся и стиснул зубы, изо всех сил стараясь не извергнуться немедленно. Горячая влажная пещерка Олимпии чуть коснулась его вздыбленного мужского естества.
— Некоторых, э-э… заморских стран.
Олимпия распахнула глаза, потом улыбнулась, и в ее улыбке появилась мудрость всепонимающей женщины. Она медленно опустилась на него, так что копье Джареда очутилось у самого ее входа.
— И что же это за страны, мистер Чиллхерст? Вы же знаете, что я люблю познавать новое.
Джаред смотрел на нее, а в ее глазах бегали шаловливые чувственные огоньки, он усмехнулся:
— Напомните, чтобы я позднее составил для вас список, миссис Чиллхерст.
— Если вас не затруднит.
— Что вы, что вы! Если помните, я же учитель и прекрасно составляю списки.
Его руки сомкнулись на ее бедрах, и он с уверенной силой вонзился в Олимпию, не ожидавшую этого.
— Джаред! — Ее глаза расширились от изумления и сразу сузились от желания. — Какой интересный обычай!
— Я так и думал, что тебе понравится. — Джаред провел рукой по плавной линии ее бедер.
Слова давались ему с трудом. Всем существом он откликался на песню сирены. Он застыл, переполненный желанием, близким к отчаянию. Олимпия (шла влажной и жаркой, она плотно и туго облегала его плоть. Она вбирала в себя, окутывала, опутывала, превращала его в часть самой себя. За эти несколько минут, что он проник в самую глубь, Джаред понял, что он не одинок. Он обрел возлюбленную, сумевшую затронуть его душу. Возлюбленную» которая поможет ему спастись с одинокого острова.
— Моя возлюбленная сирена. Жена моя.
Олимпия вскрикнула. Тело ее напряглось, и, сотрясаемая волнами страсти, она обессиленно рухнула, обняв Джареда.
А потом она пела свою пронзительно-счастливую, сладкую песнь сирены, песнь, которую она пела только для него. В последний раз он с силой насадил ее на себя, и его поглотили бушующие волны не отмеченного ни на одной карте мира моря.
— Фейерверк, — пробормотал Джаред. Олимпия вздрогнула. Она лежала на сильном влажном теле Джареда, ноги их сплелись, ее волосы рыжим пламенем разметались по его груди.
— Что ты сказал? — рассеянно спросила Олимпия.
— Заниматься с тобой любовью — все равно что находиться в самом сердце фейерверка. — Джаред запустил руку в ее волосы и принялся перебирать локоны, блестевшие в свете свечи. Он удовлетворенно улыбнулся:
— Сирена моя, у тебя столько талантов. Ты можешь соблазнить меня даже тогда, когда ссоришься со мной.
Олимпия хихикнула:
— Не обижайтесь, милорд, но вас очень легко соблазнить.
Улыбка сошла с его лица.
— Только тебе.
Она слегка опешила от резкой и внезапной перемены его настроения. Возможно, из-за того, что сама пребывала еще в состоянии приятной расслабленности. Встретившись с ним взглядом, она вновь ощутила, как все недоразумения и недомолвки, мешавшие их взаимопониманию, отступают прочь.
— Я счастлива слышать это, Джаред, потому что со мной происходит то же самое, — мягко сказала она. — Ты единственный мужчина, о котором я мечтала.
— Вот теперь мы по-настоящему женаты, — произнес он очень тихо и твердо, словно скрепляя некое соглашение незримой печатью. — И для нас обоих нет пути назад.
— Я знаю. Это как раз то, что я пыталась тебе объяснить. раньше.
— Ах да, твоя лекция на тему, что раз уж мы обречены друг на друга, то следует попытаться извлечь из этого как можно больше выгоды для обоих.
Его насмешка заставила ее вспыхнуть.
— Я только пыталась оценить ситуацию с практической точки зрения.
— Предоставь практическую сторону нашей жизни мне, я неплохо с этим справляюсь.
Олимпия нахмурилась:
— Не кажется ли тебе это странным?
— Что именно?
— Ты такой практичный и разумный, но в то же время в тебе бушуют страсти, которым ты никогда не даешь выплеснуться наружу. Твое самообладание порой пугает меня, милорд.
— Благодарю. Я всегда стараюсь контролировать себя.
Она одобрительно улыбнулась:
— И правда, стараешься. Главное, что тебе это почти всегда удается, Джаред!
— М-м-м?
Она коснулась черной бархатной повязки на его глазу.
— Ты никогда не рассказывал мне, как ты потерял зрение.
— Это не столь поучительная история.
— И тем не менее я хотела бы услышать ее. Я хочу знать о тебе все. — Джаред перебирал ее волосы.
— У меня есть двое племянников, Чарльз и Уильям, которые всю жизнь стараются во что бы то ни стало быть достойными репутации нашей семьи.
— О чем ты?
— Они милые, только слишком отчаянные, безрассудные, а то и просто надоедливые непоседы. Когда им было четырнадцать и шестнадцать, они решили заняться незаконной торговлей. Они связались с контрабандистом, который возил товары во Францию.
— И что произошло?
— Я узнал об их планах в ту ночь, когда они только-только начинали. Мои отец и дядя оказались замешанными в Италии в очередную авантюру. Ко мне пришла в слезах моя тетка, мать этих мальчуганов, и умоляла меня уберечь Чарльза и Уильяма от беды.
— Сколько тебе было лет?
— Девятнадцать.
— Так ты… Той ночью что-то произошло? — встревожилась Олимпия.
Джаред недовольно поморщился.
— Да уж не без этого… Всегда что-то происходит, когда кто-нибудь из моей семьи замышляет очередные идиотские планы. У мальчиков возникли осложнения с капитаном судна, которое перевозило через Ла-Манш контрабанду.
— А что он сделал?
— После того как мои племянники разгрузили корабль и складировали товар на берегу, капитан счел, что больше не нуждается в их помощи. Но делиться выручкой ему тоже не хотелось. Он решил завладеть товарами и не оставлять свидетелей.
Олимпия в ужасе уставилась на незрячий глаз Джареда.
— Он пытался убить их?
— Я подоспел в тот момент, когда он собрался пристрелить Чарльза Мои племянники были безоружны А со мной был только отцовский кинжал. — Джаред помолчал. — К счастью, отец научил меня пользоваться им. Но к сожалению, капитан этой посудины был удачливее меня. Он с первого броска попал мне в глаз.
— Бог мой! — прошептала Олимпия. — Он же мог тебя убить! Ты мог погибнуть!
Джаред посмотрел ей в глаза и странно улыбнулся.
— Как видите, этого не случилось. Ни со мной, ни с моими племянниками. Все хорошо, что хорошо кончается, сирена.
Олимпия горячо обняла его.
— Такого больше никогда не должно повториться, Джаред.
— Уверяю тебя, что я и сам не любитель подобных ощущений, — прошептал Джаред. — Я не ищу их.
Олимпия крепче прижалась к нему.
— Джаред, как только я думаю о том, чего стоила тебе эта ночь…
— Не думай о похищении Роберта. — Джаред взял в руки ее лицо. — Тебе понятно? Не думай и даже не заводить разговоров на опасную тему.
— Но, Джаред…
— Олимпия, с похищением покончено. Как было покончено пятнадцать лет назад. Впервые поел? той ночи я заговорил о роковых событиях, которые стоили мне глаза. И больше говорить не желаю.
Она ласково прикоснулась к его твердому подбородку.
— Он умер, да? Ты вынужден был убить человека, покушавшегося на твою жизнь и жизнь твоих племянников. Потому ты не хочешь вспоминать о тех событиях?
Он приложил палец к ее губам.
— Ни слова больше, сирена. Иначе разговор наш плохо кончится. Что случилось, то случилось. Прошлого не изменишь.
— Хорошо, Джаред. — Олимпия надолго умолкла. Ее голова покоилась у него на плече. Перед ее мысленным взором проносились страшные видения той роковой ночи.
Он умный человек, думала она, человек, тонко чувствующий, чрезвычайно эмоциональный. Такой не может пройти равнодушно, когда совершается насилие. Самые страшные шрамы остаются в душе.
Джаред шевельнулся.
— Да, насчет Роберта.
Олимпия нахмурилась и в тот же миг мысленно перенеслась в настоящее.
— Бедняжка Роберт! Думаю, пришло время обсудить происшествие в Воксхолл-гарденс.
— Да тут и обсуждать нечего.
— Напротив. Надо выяснить, кто пытался его похитить и почему. Я знаю, ты не слишком прислушиваешься к мнению о том, что Гардиан охотится за дневником леди Лайтберн, но мне кажется, ты не должен пренебрегать моей версией.
— Проклятие. — Джаред лениво выпрямился в кресле, не спеша привел в порядок бриджи и сложил руки на коленях. Какое-то время он пристально изучал озабоченное лицо Олимпии. — И каково твое мнение по поводу случившегося?
Неужели ты всерьез думаешь, что какой-то призрак времен Капитана Джека бродит здесь в поисках сокровищ?
— Не будь смешным. — Олимпия откинула прядь волос, упавшую на глаза, и запахнула пеньюар. — Естественно, я не верю в призраков. Но знаю, что даже в самой не правдоподобной легенде можно отыскать крупицу правды.
— Кроме вас, мадам, никто не интересуется тайной дневника леди Лайтберн.
— А Толберт? — возмутилась Олимпия.
— Конечно, Толберту известно, что ты расследуешь старую легенду, но откуда ему знать, какую именно. Более того, я не верю, что он прибегнул бы к похищению. Он не испытывает недостатка в средствах. И само собой, никакой он не Гардиан.
Олимпия, подумав, сказала:
— Ну хорошо, допустим, я верю, что он не тот человек, который может иметь отношение к легенде.
— Весьма ценное наблюдение, — сухо заметил Джаред.
— Но кто бы ни похитил Роберта сегодня ночью, у него должны быть веские причины.
— Безусловно, у него была причина, и, вне всяких сомнений, очень простая. Деньги.
— Деньги? — Олимпия испуганно посмотрела на него. — Ты хочешь сказать, что кто-то узнал про три тысячи фунтов, полученные за продажу товаров, которые мне достались от дяди Артемиса?
— Да нет же, — убежденно возразил Джаред. — Я не об этом. — Он встал и притянул Олимпию к себе, посмотрел прямо в ее глаза. — Олимпия, я не верю, что похититель Роберта хотел получить твои три тысячи и что ему нужен был дневник.
Олимпия беспокойно всматривалась в его лицо.
— Тогда зачем кому-то вообще понадобилось похищать Роберта? Он не принадлежит к состоятельному семейству.
— Теперь принадлежит, — просто ответил Джаред.
Олимпия на миг потеряла дар речи. Она кашлянула.
— К твоему семейству?
— Состояние Флеймкрестов постоянно растет, даже если не считать пропавших сокровищ Капитана Джека. Похоже, Роберта похитили в надежде потребовать с меня приличный выкуп.
— Святые небеса! — Олимпия нащупала под собой кресло и уселась в него. — Это не приходило мне в голову. Я не сообразила, что женитьба на мне возлагает на тебя ответственность за мальчиков, а кто-то решил этим воспользоваться.
— Олимпия, я тебя последний раз предупреждаю. Если ты еще хотя бы раз заявишь, что я женился на тебе против воли, я за себя не отвечаю. Я женился на тебе потому, что хотел этого. Ты поняла?
Она изучающе рассматривала его упрямое нахмуренное лицо.
— Да, милорд.
— Ну вот и прекрасно.
Джаред полез в карман за часами и негромко чертыхнулся, обнаружив его пустым. Он взглянул на стенные часы:
— По-моему, пора спать. Сегодня был длинный день, и я совсем не прочь отдохнуть.
— Конечно. — Олимпия поднялась. Она чувствовала себя усталой и опустошенной. Безграничное счастье, переполнявшее ее в момент близости с Джаредом, казалось, осталось далеко в прошлом.
Джаред взял свечу.
— Олимпия, отныне ты моя жена, но это ничего не меняет в наших отношениях. Понимаешь? Я по-прежнему буду присматривать за домом, заниматься с Робертом, Хью и Итоном. Тебе вовсе не обязательно вникать в такие скучные дела.
Я позабочусь обо всем сам.
Олимпия задумчиво улыбнулась:
— Хорошо, Джаред. — Она встала на цыпочки и поцеловала его в подбородок. — Но есть один новый вопрос, который следует решить.
Его брови изумленно поднялись.
— Какой же?
Олимпия покраснела, но выдержала его вызывающий взгляд.
— Я хотела спросить, сэр, где мы теперь будем спать?
Мне пришло в голову, что нам больше не нужно, э-э, использовать кабинет для подобных занятий.
Джаред хищно улыбнулся:
— Вы правы, мадам, нам больше не нужно прятаться в вашем кабинете. Пришла пора опробовать старый добрый английский обычай спать в общей супружеской постели.
Он передал Олимпии свечу и, подхватив жену на руки, вышел с ней в коридор и унес в спальню.
]]]
Властелин Сирены должен помириться с Властелином Змеи до того, как две половинки соединятся в одно целое.
Олимпия размышляла над тайной дневника леди Лайтберн, которую она все еще не разгадала. Властелин Сирены — не кто иной, как Капитан Джек. А Властелин Змеи, следовательно, бывший друг и компаньон Капитана Эдвард Йорк.
Клер Лайтберн мало что было известно о ссоре между мужчинами. Это случилось в Вест-Индии задолго до того, как она познакомилась в Англии с мистером Райдером.
Однако она написала, что ее новый муж поклялся никогда не иметь дела ни с Йорком, ни с кем-либо другим из его клана.
Но души обоих мужчин давным-давно покинули грешную землю и отправились туда, где и полагается обитать душам усопших пиратов. На этом свете они уже не могли ни встретиться, ни помириться.
И две половинки карты никогда не могут быть соединены вместе.
— Проклятие, — чуть слышно прошептала Олимпия. У нее появилось чувство, что она совсем близка к разгадке. Но ей необходимо было найти недостающую половинку карты.
Интересно, есть ли у Йорка хоть какие-нибудь наследники?
Ведь половинка карты Флеймкреста перешла к Райдеру.
Как разыскать наследников давно умершего пирата?
Олимпия задумчиво постукивала пером по полированному столу. Как жаль, что Джаред не проявляет никакого интереса к ее поискам пропавшего сокровища. Ей необходимо посоветоваться со знающим человеком. Но виконт оставался непреклонен. Он упорно не хотел заниматься расшифровкой дневника.
Она догадывалась, что таким образом Джаред доказывал ей, что женился не ради разгадки тайны сокровища. И все же его нежелание помочь очень затрудняло поиски.
Стук в дверь прервал ее мысли.
— Войдите, — раздраженно сказала она.
Небольшая процессия, вошедшая в кабинет, состояла из Итона, Хью, миссис Берд и Минотавра. Олимпия мимоходом отметила про себя, что даже пес выглядит угрюмым.
— Что-нибудь случилось? — забеспокоилась она.
Хью вышел вперед:
— Роберт стоит слишком дорого.
Олимпия отложила перо.
— Не понимаю.
— Мы боимся, что Роберт стоит слишком дорого, — мрачно пояснил Итон. — Лорду Чиллхерсту пришлось отдать за него свои прекрасные золотые часы. Сейчас Роберту грозит жуткая трепка в гостиной, и очень скоро нас, очевидно, попросят убраться отсюда.
— Не думаю, что Чиллхерст устроит Роберту трепку за прошлую ночь, — возразила Олимпия. — И нам не придется убираться отсюда.
— Кое-кому точно придется убраться — Миссис Берд выглядела расстроенной, но держалась вызывающе. — Его светлость сам сказал мне.
Олимпия была поражена.
— Сам сказал?
— Ну да, сказал. Сказал, что завтра мы все перебираемся в городской дом. Сказал, что мы наймем прислугу. — Вызывающее выражение внезапно исчезло с лица миссис Берд.
Она обиженно сморщилась. — Он собирается нанять дворецкого, миссис Олимпия. Настоящего дворецкого. А что станется со мной, я вас спрашиваю? Его светлости не нужна простая экономка вроде меня, раз он лично собирается нанимать городскую прислугу.
— И его светлость не захочет, чтобы мы путались под ногами, — горестно изрек Хью. — Особенно после тог), как ему пришлось отдать свои часы за Роберта. Он посадит нас на корабль и отправит к родственникам в Йоркшир.
Итон выступил вперед:
— Тетя Олимпия, как вы думаете, а мы можем позволить себе купить его светлости новые часы? У меня есть шестипенсовик.
Хью снисходительно посмотрел на него. — Какой ты глупый, Итон. И думать нечего, чтобы за твой шестипенсовик купить такие часы, какие его светлость отдал за Роберта.
Миссис Берд разразилась бурными рыданиями:
— Никто из нас ему не нужен, а я и подавно.
Олимпия, доведенная их причитаниями, вскочила из-за стола:
— С меня хватит! Я не желаю больше слушать ваш бред!
Я ничего не знаю о намерении переехать в городской дом, но, даже если произойдет именно так, переезд ни на йоту ничего не изменит. Все останется по-прежнему. Чиллхерст сам сказал мне об этом прошлой ночью.
Миссис Берд недоверчиво взглянула на нее.
— Значит, он опять обманул вас, миссис Олимпия. Все изменилось в тот момент, когда вы вышли замуж.
— Не правда. — Олимпия решительно оглядела свое небольшое семейство — Когда он появился в нашем доме, он сказал, что все будет идти так, как шло. Чиллхерст не будет наказывать Роберта. Он не уволит вас, миссис Берд. И он никого не отправит в Йоркшир.
— Откуда вы знаете, мисс Олимпия? — требовательно спросила миссис Берд. Она сохраняла обреченный вид, но в ее глазах блеснула искорка надежды.
— Потому что я верю, что он человек слова, — тихо ответила Олимпия. — Более того, вы все — моя семья, и Чиллхерст тоже любит вас. Он никогда даже не попытается разлучить нас.
Он слишком хорошо знает, что я ему не позволю.
Надежда в глазах миссис Берд угасла.
— Вы говорите так, словно вы все еще его работодатель, миссис Олимпия. Но правда заключается в том, что отныне распоряжения отдаете не вы. Вы жена Чиллхерста, и этим все сказано. Теперь он хозяин в доме и волен поступать как ему вздумается.
Минотавр жалобно заскулил и потерся своей большой лохматой головой о колени Олимпии.
]]]
— Я ужасно сожалею о случившемся прошлой ночью, сэр. — Роберт стоял перед Джаредом навытяжку, напряженно глядя в стену поверх плеча Джареда.
Джаред облокотился на обеденный стол и сцепил пальцы рук. Он внимательно изучал лицо Роберта, понимая, что тот изо всех сил старается, чтобы его нижняя губа не дрожала.
— Ты понимаешь, чем ты разочаровал меня?
— Да, сэр. — Роберт виновато заморгал.
— Не из-за того, что ты попал в ужасное положение. И не из-за того, что ты стоил мне часов.
Роберт кинул на него быстрый взгляд и опять уставился в стену.
— Мне ужасно жаль ваших часов, сэр.
— Забудь о часах. Они ничто по сравнению с честью.
Самое важное для человека — его честь.
— Да, милорд.
— Когда ты что-то обещаешь, Роберт, ты должен сделать все возможное, чтобы выполнить обещание. Другого пути нет, все остальное — бесчестно.
Роберт громко шмыгнул носим.
— Да, сэр. Я обещаю, что отныне всегда буду беречь свою честь.
— Рад слышать это.
Роберт тревожно посмотрел на него:
— Сэр, я хотел бы просить вас об огромном одолжении.
Я не заслуживаю его, но даю слово сделать для вас все, что вы пожелаете.
— Что за одолжение?
Роберт нерешительно кашлянул.
— Прошу вас, не наказывайте остальных за мой проступок. Итон и Хью очень маленькие, сэр. Они боятся, что их отправят в Йоркшир. Да и тетя Олимпия очень расстроится, если мальчиков отнимут у нее. Она нас всех очень любит. Ей будет одиноко без нас.
Джаред вздохнул:
— Никто никого никуда не собирается отправлять. Я теперь буду заботиться о тебе, твоих братьях и твоей тете. Не сомневайся, я выполню свои обязанности по отношению к вам. — Его губы едва заметно дрогнули. — Надеюсь, мне повезет, и в дальнейшем я не попаду в похожую историю.
Роберт нахмурился:
— Сэр, в случившемся виноват только я. — Боюсь, мы оба виноваты. Мне следовало не спускать с тебя глаз. Я должен был догадаться, что ты сбежишь в Темную аллею, чтобы доказать дразнившему тебя мальчишке свою храбрость.
Роберт смутился:
— Как вы догадались?
— Я, как и ты, сам был когда-то мальчишкой.
Роберт ошеломленно посмотрел на него.
— Конечно, в это трудно поверить. — Джаред убрал руки со стола и откинулся на спинку стула. — Хорошо, будем считать, что с этим вопросом покончено, переходим к другому.
Роберт поколебался, но спросил:
— Сэр, если можно, скажите, как именно меня накажут?
— Я же сказал, что вопрос закрыт, Роберт. Ты уже сам себя за все наказал.
— Правда?
— Конечно. Я уверен, ты станешь настоящим мужчиной. — Джаред ободряюще улыбнулся. — Я доволен тобой, Роберт.
Видеть, как твой подопечный превращается в достойного человека, на чье слово можно положиться, — главная задача воспитателя.
«Я говорю истинную правду», — с удивлением Признался себе Джаред. Действительно, его деятельность воспитателя приносила ему громадное удовлетворение. Поучая молодых, он в буквальном смысле слова создавал будущее Роберт вытянулся в струнку.
— Да, сэр. Я изо всех сил буду стараться, чтобы вновь не допустить подобной оплошности. Так, значит, вы будете продолжать заниматься с нами, несмотря на то что женились на тете Олимпии?
— Ну конечно. Мне нравится это занятие. Но сейчас у меня есть другие неотложные дела. Роберт, я хочу, чтобы ты хорошенько подумал и очень точно восстановил в памяти события прошлой ночи. Мне нужно знать все, о чем говорили те мерзавцы, когда ты был с ними.
— Да, сэр. Но кажется, вы сказали, что с вопросом о похищении покончено.
— Что касается тебя, да, — поправил мальчика Джаред. — Но остались существенные детали, с которыми мне необходимо разобраться.
— Какие детали, сэр?
— Я должен выяснить, кто нанял людей, похитивших тебя.
Глаза Роберта расширились.
— Вы собираетесь найти их, сэр?
— С твоей помощью, Роберт.
— Я сделаю все, что смогу. — Роберт задумчиво наморщил лоб. — Но я не знаю, удастся ли мне вам помочь. Из их разговоров я только запомнил, что тот человек очень деловой, как и вы, сэр.
]]]
— Вы, конечно, слышали сплетни о ее любовнике? — Леди Олдридж многозначительно взглянула на Олимпию, протягивая ей чашку чаю. — Поговаривали, что лорд Чиллхерст застал свою невесту в чрезвычайно пикантной позе с ее любовником и немедленно разорвал помолвку. Разумеется, историю замяли.
Ни одна из сторон не собиралась обсуждать ее.
Олимпия помрачнела.
— Я не интересуюсь слухами и тем более не склонна обсуждать их, мадам.
Олимпия сердилась на себя. Она приняла приглашение на чай леди Олдридж потому, что не нашла предлога вежливо отказаться. Проведя пару часов в библиотеке лорда Олдриджа, она чувствовала, что обязана вести себя как подобает настоящей виконтессе, хотя она и не обнаружила ничего полезного для себя в коллекции географических карт лорда Олдриджа. К несчастью, она встретилась с леди Олдридж, старой городской сплетницей.
— Вы совершенно правы, леди Чиллхерст. Я тоже не доверяю слухам. — Самодовольное выражение лица леди Олдридж ясно говорило, что она верит каждому слову этой истории.
— Вот и отлично. Давайте обсудим что-нибудь другое, — предложила Олимпия.
Леди Олдридж бросила на Олимпию разочарованный взгляд.
— Как угодно, мадам. Я никого не хотела обидеть. Вы должны понимать, что я имела в виду не столько семью вашего мужа, сколько леди Бомонт.
— Я не расположена обсуждать ее. — Кто тут вспоминает о леди Бомонт? — сердито осведомился лорд Олдридж, появляясь в гостиной. Он ненадолго задержался в библиотеке, чтобы разложить по местам свои драгоценные карты. — Зачем ей понадобилась карта Вест-Индии, которую ищет леди Чиллхерст?
— Не волнуйся, дорогой, — мило улыбнулась леди Олдридж. — Я просто вспомнила старую историю о том, по какому поводу была разорвана помолвка между Чиллхерстом и леди Бомонт три года назад.
— Подозрительная история. — Лорд Олдридж важно прошествовал к стойке и налил себе бокал бренди. — Чиллхерст прав, что порвал с ней. Человеку его положения не пристало жениться на женщине, которая еще до свадьбы заводит интрижки.
— Разумеется, — зажурчала леди Олдридж, глядя на Олимпию.
— Он должен был заботиться о своем добром имени, — изрек Олдридж. — Эти Флеймкресты большие оригиналы, но честь для них превыше всего.
Леди Олдридж холодно улыбнулась:.
— Если Чиллхерст так дорожит своей репутацией, почему же тогда он не вызвал на дуэль любовника своей невесты, застав их на месте преступления? Поговаривали, что брат леди Бомонт послал ему вызов, но Чиллхерст на него не ответил.
— Чиллхерст слишком рассудителен, чтобы пойти на риск быть убитым из-за юбки. — Лорд Олдридж отпил еще глоток бренди. — Всем известно, что Чиллхерст непробиваем, как скала. Другие члены семейства донельзя вспыльчивы и непостоянны, но только не он. Спроси любого, кто связан с ним деловыми отношениями. Холодный и уравновешенный делец.
— Вы тоже связаны деловыми отношениями с моим мужем? — Олимпия предприняла беспомощную попытку сменить тему разговора.
— Конечно. Мы уже сколотили кругленькую сумму за это время. — Лорд Олдридж кивнул, явно гордясь собой.
— А я и не знала, что вы знакомы с моим мужем.
— Да мы и незнакомы. Мы никогда не общались лично.
Он редко появляется в городе, его делами занимается управляющий.
— Мистер Хартвелл?
— Совершенно верно. Феликс Хартвелл многие годы ведет дела вашего мужа. Но ни для кого не секрет, что он лишь выполняет распоряжения Чиллхерста. Джаред сам, без всякой помощи, возродил и преумножил состояние Флеймкрестов после того, как его дед и отец пустили по ветру все деньги.
Финансовые дела семейства всегда были невероятно запутаны. По крайней мере пока не вмешался Чиллхерст.
— Мой муж весьма искусен в делах такого рода, — с затаенной гордостью подтвердила Олимпия.
— Ваша любовь к мужу достойна всяческого уважения, леди Чиллхерст. — Леди Олдридж взяла свою чашку. — Я нахожу это чувство весьма трогательным, если не сказать достойным удивления, учитывая обстоятельства.
— Какие обстоятельства? — с вызовом спросила Олимпия. Хозяйка дома раздражала ее все больше и больше. Если положение виконтессы обязывает проявлять любезность к подобным людям, посетовала Олимпия, то ей будет очень и очень нелегко выполнять новые обязанности.
— Как уже заметил мой муж, Чиллхерст славится тем, что неподвластен сильным страстям и эмоциям. Не потому ли леди Бомонт искала утешения в объятиях другого, будучи помолвленной с Джаредом?
Олимпия со звоном поставила чашку на блюдце.
— Мой муж, мадам, — человек достойный восхищения во всех отношениях. И ему не чужды сильные чувства.
— В самом деле? — недобро сверкнула глазами леди Олдридж. — Тогда скажите на милость, почему он не чувствовал себя обязанным вызвать любовника своей невесты на поединок или принять вызов ее брата?
Олимпия поднялась из-за стола:
— Леди Олдридж, вас не должны беспокоить решения, принимаемые моим мужем. Прошу извинить, но уже пробило четыре часа, и мне пора идти. Мой муж сказал, что будет ждать меня в четыре, а он всегда и во всем любит пунктуальность.
Олдридж торопливо поставил на стойку недопитый бокал:
— Я провожу вас, леди Чиллхерст.
— Не стоит беспокоиться. — Олимпия, не дожидаясь хозяина, с гордым видом вышла из гостиной.
Олдридж догнал ее в холле. — Я сожалею, что не смог оказаться полезным в ваших изысканиях, леди Чиллхерст.
— Ничего страшного.
Олимпия почти распрощалась с надеждой найти карту, которая поможет в поисках неизвестного острова, упомянутого в дневнике Клер Лайтберн. Половинка карты, которая была у нее, никоим образом не указывала, где искать этот чертов клочок земли с зарытыми сокровищами.
— Леди Чиллхерст, не забудьте о моем предупреждении насчет Толберта, хорошо? — Олдридж с беспокойством смотрел на нее. — Ему нельзя доверять. Обещайте мне, что будете с ним крайне осмотрительны.
— Обещаю, что буду осторожна. — Олимпия еще завязывала ленточки шляпки под подбородком, когда дворецкий Олдриджей уже распахнул перед ней дверь.
Джаред поджидал ее в легком экипаже у крыльца дома, С ним были Итон, Роберт и Хью.
Олимпия с облегчением улыбнулась и, сбежав вниз по ступенькам, присоединилась к своей семье.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Нечаянный обман - Кренц Джейн Энн



Роман просто великолепен!!!!
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннАнастейша
28.08.2012, 11.46





понравилось,но наивность гг-ни просто раздражает.такое впечатление,что ей не 25 лет,а 5.
Нечаянный обман - Кренц Джейн Эннт.н.
26.10.2012, 23.59





это наивно до слез, написано очень примитивно. главной герой такой: "О моя дорогая сладкая сирена!" но сама история добрая, хорошая. может кому-то и понравится.
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннКэти
27.10.2012, 0.39





Классный роман. Главная героиня - почти учёный с вытекающей рассеянностью и неприспособленностью к жизни, зато умная. Вовсе всё не показалось примитивным, наоборот, интересная детективная линия, которую героиня самостоятельно расследует. Что до сирен - ну это, видимо, у героя сексуальная фантазия. А у кого их нет?!
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннВеруся
24.04.2013, 13.20





Присоединяюсь ко всем положительным отзывам. Как симпатично описаны 3 милых племянника. Симпатичное, легкое, без чрезмерной порнографии чтиво. Советую.
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннВ.З.,65л.
22.11.2013, 10.30





Очень милый и добрый роман
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннТата
24.11.2013, 3.03





Очень милый и добрый роман
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннТата
24.11.2013, 3.15





Интересный роман.
Нечаянный обман - Кренц Джейн ЭннТаня Д
29.05.2014, 9.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100