Читать онлайн Любовь по расчету, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь по расчету - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь по расчету - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь по расчету - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Любовь по расчету

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

8

Пронзительный телефонный звонок ворвался в сон, в котором Гарри тасовал колоду карт, сплошь состоявшую из красных королей. Он отчаянно пытался отыскать королеву, иначе, он это знал, не избежать беды. Но проклятый телефон прервал работу мысли.
Охваченный дурным предчувствием, к которому примешивалось и раздражение, Гарри очнулся от дремы и потянулся к трубке, мельком взглянув на часы. Было около часа ночи. Столь поздние звонки не предвещали ничего хорошего.
— Тревельян слушает, — Гарри приподнялся и привалился к спинке кровати. По крайней мере, он избавился от кошмарных сновидении. Хотя бы на время.
— Гарри, это я, Молли.
Ее сдавленный волнением голос подействовал на него, как холодный душ. Сон как рукой сняло. Каждый мускул налился железной силой, словно приготовившись к схватке.
— Что случилось?
— Только что произошло нечто странное. Помните тот игрушечный пистолет, оставленный на пороге моего дома?
— Черт возьми, еще бы.
— Мне кажется, автор той шутки решил еще раз разыграть меня.
— Сукин сын, — прошептал Гарри и крепче сжал телефонную трубку. — Что, опять в том же духе?
— Похоже, но должна признать, что на этот раз эффект оказался куда более впечатляющим. Пожалуй, еще ни разу в жизни я не испытывала такого жуткого страха.
— С вами все в порядке? — Гарри уже выбрался из постели и теперь направлялся к шкафу.
— Да. Я не пострадала. Только очень испугалась, — нерешительно произнесла Молли. Голос ее дрогнул и перешел в тихое, невнятное бормотание. — Извините, что побеспокоила вас. Не знаю, почему вдруг кинулась вам звонить. Я набрала ваш номер чисто машинально.
— И правильно сделали. — Гарри зажал трубку между ухом и плечом и уже открывал дверцу шкафа.
— Мне не следовало звонить в столь поздний час.
— Я же сказал, забудьте об этом. Я уже еду. — Гарри натянул первые попавшиеся брюки. — хлопчатобумажные, оливкового цвета. — Сейчас только выведу машину из гаража.
— Спасибо. — В голосе Молли угадывалось явное облегчение.
— На этот раз мы известим полицию.
— Послушайте, Гарри я не хочу поднимать шума. Уверена, это просто очередная…
— Я буду через несколько минут. — Он швырнул трубку на рычаг, схватил рубашку сунул ноги в старые кроссовки и направился к двери.
Он пытался не думать о красном короле. .
Улицы были пустынны. Спустя десять минут Гарри уже подъехал к массивным железным воротам, ограждавшим старого монстра, которого Молли называла домом. Ворота были открыты.
Выключив двигатель, Гарри оглядел особняк. Свет горел во всех окнах и даже на чердаке. Видимо, Молли обошла все комнаты и везде зажгла лампы.
Кто бы ни был этот злоумышленник, он определенно преуспел в своем стремлении запугать Молли. Однако он явно не учел возможных последствии своей выходки, думал Гарри, поднимаясь по ступенькам. Этот негодяй не рассчитывал на то, что отныне к нему будет приковано внимание научного консультанта Молли.
Сегодня он уж точно не оставит Молли одну, пообещал Гарри самому себе. И неважно, будет она возражать или нет. Он заберет ее к себе, и ей придется остаться в его квартире, пока он не разберется в ситуации.
Не успел он нажать на кнопку звонка, как входная дверь открылась. На пороге стояла Молли. Одной рукой она придерживала воротник безразмерного белого махрового халата. Волосы ее были растрепаны, глаза казались огромными темными впадинами.
— Гарри. — Она замерла, молча уставившись на него, словно не знала, что ей делать дальше.
Прежде чем Гарри успел разгадать ее намерения, она бросилась к нему и уткнулась лицом в плечо.
Он крепко прижал ее к себе.
Она позвала его. Она в нем нуждалась. Она была в его объятиях. И это было так естественно.
Гарри почувствовал, как зарождается в нем неясное желание, не поддающееся определению, но способное сокрушить все на своем пути.
Он глотнул побольше воздуха, невероятным усилием воли подавив в себе эту внезапную вспышку диких эмоции. Он не мог допустить, чтобы желание лишило его рассудка. Слишком многое было поставлено на карту. Бушующие в нем страсти могли ужаснуть Молли. Терять же ее он не хотел.
— Все в порядке. Я здесь. — Нежно и бережно он попытался высвободиться из ее объятий. Это было нелегко. Руки ее сомкнулись плотным кольцом вокруг его шеи.
Молли нехотя отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— Спасибо, что пришли. Я вам так признательна. Наверное, мне не следовало вас беспокоить.
— Перестаньте. — Гарри заглянул ей в глаза и испытал облегчение. Молли выглядела испуганной, но не он был причиной ее страха.
Он заметил, что халат у нее распахнулся, обнажив белоснежную ночную рубашку с украшенным фестонами изящным вырезом. Груди ее нежно вздымались. Тугие соски отчетливо проступали сквозь тонкую ткань. Гарри опустил руки, чувствуя, как кровь бешено пульсирует в венах.
Молли потупила взгляд и вспыхнув, стыдливо запахнула халат.
— Проходите. Я приготовлю чай. .
— Такое могло присниться только ребенку в кошмарном сне. Чудовище под кроватью. — Молли разливала чай из белого керамического чайника. Только чай она всегда готовила вручную считая, что хороший напиток требует души. Ни одному агрегату, пусть даже и отцовского изобретения, не подвластно было приготовление настоящего чая. — Я и отреагировала на него, как ребенок. Перепугалась до чертиков.
— Кто-то достиг желаемого эффекта. — Гарри разглядывал компоненты механического чудища, которые выложил на кухонном столе.
Молли с интересом наблюдала за тем, как Гарри осторожно препарировал сложный механизм. В этот момент он походил на ювелира, извлекающего драгоценные камни из ожерелья.
При ярком свете дешевая черная ткань мантии зловещая маска из тех, что надевают в канун Дня всех святых, выложенные в ряд части механического туловища выглядели уже не столь устрашающе. Молли даже несколько опечалилась.
— Похоже, я переборщила, — сказала она. — Почему-то шутка с пистолетом не очень на меня подействовала, а эта просто выбила из колеи.
— На то и рассчитывал злоумышленник. — Гарри поднес моторчик поближе к свету и принялся изучать его конструкцию. — Эта штуковина похлеще пистолета. Она сидела у вас в доме. Более того, в спальне. Мне кажется, что кто бы ни стоял за этими проделками, он безусловно учитывал именно фактор устрашения.
Молли содрогнулась. Она вгляделась в мрачное, сосредоточенное лицо Гарри, пытаясь угадать, насколько он серьезен в своих предположениях.
Ответ был очевиден. Гарри настроен очень серьезно. Ей даже передалось его нервное напряжение.
— И все-таки мне до сих пор не верится, что в этих проделках кроется некий зловещий замысел, — сказала Молли и ткнула пальцем в нелепую конструкцию со стальными когтями. Пять металлических стержней были продернуты в пальцы драной черной перчатки. — Интересно, как он проник в дом, чтобы установить эту штуковину?
— Вы проверяли, нет ли где открытых окон или незапертых дверей?
Молли поплотнее закуталась в халат.
— Перед вашим приходом я обошла все комнаты. Никаких признаков вторжения. Двери и окна везде заперты. Охранная сигнализация включена.
— Вероятно, устройство поместили под вашу кровать сегодня днем. Что дает нам право сделать кое-какие предположения. — Гарри взял со стола маску. — Автор этого чудовищного замысла, видимо, хорошо знаком с вами. Настолько хорошо, что ему даже известен код вашей охранной сигнализации.
— Это невозможно, — тут же возразила Молли. — Мы с Келси всегда были очень осторожны. Она бы никому не доверила номера кода, даже самой близкой подруге. И я тоже.
Гарри поднялся.
— Выходит, мы имеем дело с тем кто умен настолько, что смог перехитрить вашу охранную сигнализацию.
Молли подняла на него взгляд.
— Умен!?
— Наверное, правильнее было бы сказать. — настолько нагл. Как бы то ни было, он доставил вам сегодня немало хлопот. Идите наверх и соберите вещи. Я вас отвезу домой.
— Домой? — Она так порывисто встала со стула, что он начал заваливаться назад.
— Вот именно. — Гарри ловко подхватил стул не дав ему упасть. — Ко мне домой. Вы там переночуете. А утром мы решим, что делать дальше.
Молли растерялась. С одной стороны, она даже думать боялась о том, чтобы провести остаток ночи здесь, в одиночестве. И в то же время ей никак не хотелось верить в то, что дело настолько серьезно, что она вынуждена покинуть родной дом.
— Благодарю за приглашение, но я не хочу причинять вам неудобства, — сказала она. — Кроме того, я не вижу особой необходимости в моем отъезде. Вероятно, это была очередная глупая шутка. Не думаю, что злоумышленник посмеет вернуться сюда этой ночью.
— Доверьтесь мне. — Гарри нежно и в то же время решительно подтолкнул ее к лестнице, ведущей наверх. — Это необходимо.
— Почему?
— Потому что мне так будет спокойнее, — пояснил Гарри.
— О! — Она не нашлась, что ответить.
— Я хочу хорошенько все обдумать. Чтобы утром мы могли толково изложить суть дела полиции.
— Представляю, какой это вызовет резонанс. Расследование обстоятельств глупых розыгрышей, вероятно, займет верхнюю строчку в списке приоритетных дел, — иронически заметила Молли.
— Знаю. Но все равно я хочу, чтобы эти инциденты фигурировали в полицейских протоколах.
Он не стал развивать свою мысль, но Молли догадалась, о чем он думает. Гарри хотел ввести полицию в курс дела, полагая, что подобные «розыгрыши» могут повторяться, с каждым разом становясь все более опасными.


Полтора часа спустя Гарри одиноко стоял в своей темной гостиной. Он внимательно прислушивался, но из спальни для гостей не доносилось ни звука. Молли наконец уснула.
Он подошел к стеклянной стене, за которой простиралось царство ночи, и попытался разглядеть маленькое приводное устройство, что держал в руке. Казалось, оно источало тепло, ощутить которое мог только Гарри.
Он попробовал сосредоточиться. Предельно сконцентрироваться.
Он делал это против своей воли. Он вообще не нанимался этим со дня гибели неистового Вилли Тревельяна. Гарри вспомнил, что правда, которую в тот день ему открыло врожденное ясновидение, оказалась не слишком приятной. Эта же опасность подстерегала его и сейчас.
К тому же он вовсе не находил удовольствия в ощущениях, которые сопровождали эти сеансы. Даже во время мимолетных вспышек ясновидения он чувствовал себя истерзанным слабым и незащищенным. Более глубокое погружение в такое состояние, которое он и собирался предпринять сегодня ночью, обещало усугубить и без того мучительные ощущения. Могло случиться и так, что ему придется усомниться в собственном здравомыслии. Гарри ненавидел этот болезненный страх, что поджидал его в потемках разума.
Но он должен рискнуть. Желание получить ответ на волнующим его вопрос было сильнее страха перед сумасшествием.
И Гарри ринулся в пучину собственного сознания, опустившись на самый глубокий его уровень. Это было равносильно прыжку в космический вакуум где-нибудь на самых задворках Галактики. Теперь важно было устоять перед искушением зайти слишком далеко. Туда, где его поджидала бездна.
Концентрация мысли достигла такого предела, что Гарри утратил чувство реальности. Он уже не находился в собственной гостиной. Он стал частью ночи, что властвовала за окном.
Металл в руке накалился настолько что жег ладонь. Организм посылал молчаливые команды призывая не форсировать работу мысли. Когда-то еще давно Гарри начал возводить некие внутренние барьеры, преграждавшие ему путь к безумию.
И только на третьем десятке лет он начал понимать, что все это время пытался воздвигнуть стену на краю бездны.
Он работал на совесть, старался как мог, хотя было неимоверно сложно поскольку готовой модели не существовало. С годами он научился бродить по мелководью собственного разума. И делать вид, что не замечает темных впадин окружавших его со всех сторон.
Сегодня же он как раз собирался опуститься в эти манящие глубины. Только там он мог найти ответ.
С величайшей осторожностью он принялся разбирать барьеры, которые ограждали его от сулящей опасности бездны.
Гарри не был труслив, но чувства, которое сейчас охватило его, боялся как огня. Утрата самоконтроля, неизменно сопровождавшая крушение внутренних им самим воздвигнутых барьеров, была ценой, которую приходилось платить за достижение поставленной цели.
Гарри стоял у окна, уставившись в темное пространство, и в голове его совершался процесс познания, который полностью его поглотил.
Ночь словно впорхнула в гостиную и укрыла его в своих объятиях.
Гарри закрыл глаза и крепче сжал в кулаке маленький электропривод. Что-то важное крылось в этой детали. И ему необходимо было угадать это, чтобы помочь Молли.
Он увидел пропасть. И стеклянный мост, переброшенный над ней. Мост уходил в бесконечность. Так было всегда. Гарри не позволял себе пересекать мост. Очень редко он лишь ступал на него одной ногой.
Он не знал что ожидало его на дальнем краю бездны, но одно было несомненно: сумасшествие кроется внизу, под мостом. Он попробовал ступить на стеклянный мост. «He смотри вниз, — уговаривал он себя. — Только не смотри вниз».
— Гарри?
Совершенно неожиданно его захлестнуло голодное желание, которое смело все преграды, так тщательно возводимые Гарри.
— Гарри, с вами все в порядке? — Отдаленный голос Молли прозвучал как шепот. Но все равно коснулся Гарри, пробравшись сквозь толщу ночи, окружавшую его.
Итак, она была здесь в гостиной. Стояла за его спиной.
Нет. Уходи. Возвращайся в свою постель. Ради всего святого, не приближайся ко мне. Не сейчас.
Но слова эти так и остались пленниками его сознания. Произнести их вслух он был не в силах.
— Что-нибудь не так, Гарри?
Да! Да! Да!
Язык налился свинцовой тяжестью и отказывался облекать мысли в словесную форму. Тело не подчинялось командам разума. Гарри, пошатываясь, обернулся к Молли.
Он смотрел, как она медленно приближается к нему, и испытывал жестокое отчаяние. Он уже слишком далеко продвинулся по стеклянному мосту. И теперь не мог контролировать необузданное желание, бушевавшее в нем.
Балансируя на тончайшей кромке стекла, Гарри уже видел дальний край бездны. Он вдруг понял, почему до сих пор боялся заглядывать туда. Что толку было в столь пристальном созерцании своих инстинктов, совладать с которыми все равно не хватит сил?
Желание, острое и непреодолимое, уже сжигало его.
— С вами все в порядке? — Молли остановилась прямо перед ним. Она была все в том же белом халате, который привезла с собой. Неприбранные волосы поражали первозданной красотой. Ясные глаза казались бездонными колодцами, в которых купался лунный свет.
Гарри призвал на помощь все свое мужество. И наконец обрел дар речи.
— Идите спать.
— Господи, но ведь с вами что-то происходит, разве не так? — Она протянула к нему руку, кончиками пальцев коснувшись его лица. — Да вы горите. У вас жар. Почему вы раньше не сказали? Я даже не думала, что вы больны. Совсем ни к чему было приезжать ко мне в таком состоянии. Вы должны быть в постели.
— Нет, — надтреснутым голосом произнес он. Стеклянный мост под его ногами дал трещину. Путь назад отрезан. Впрочем, и вперед двигаться было невозможно. Еще немного. — и мост непременно рухнет. — Со мной все в порядке. Оставьте меня одного.
— Не говорите глупостей. Я не могу этого сделать. — Она взяла его за руку и повела в коридор. — Я уложу вас в постель и найду градусник. Почему вы не сказали мне, что неважно себя чувствуете?
— Я не болен. Нет.
Она не обращала внимания на его слабые протесты. И продолжала двигаться к спальне. Гарри был не в силах сопротивляться Молли, нежно сжимая его руку, уверенно вела его за собой, и он следовал послушно, словно околдованный ею.
Он все пытался обрести привычный самоконтроль. Но было слишком поздно. Прикосновение Молли увлекло его еще дальше в опасном полете над бездной. Желание узнать, что же скрывается на другом краю пропасти, стало непреодолимым.
— Ну вот мы и пришли. — Молли провела его в спальню. Отпустив его руку, принялась разбирать постель.
Она повернулась к нему спиной Гарри завороженно уставился на ее затылок. Ничего более прекрасного он еще в жизни не видел. Изящная линия шеи привела его в неописуемый восторг. Он сделал шаг вперед протянув руку, чтобы коснуться ее. И споткнулся.
— Вот теперь я вижу, что вы действительно больны, — сказала Молли успевшая подхватить его. — Обычно вы двигаетесь как рыбы в вашем аквариуме.
— Рыбы? — В нем разлилась досада. Рыбы были холодными и равнодушными созданиями. Неужели Молли подумала что и он лишен тепла? А может, она заподозрила в нем сумасшедшего?
— Ну, знаете, — Молли взмахнула рукой, — вы всегда так плавно скользите, словно плывете. И вдруг. — как будто что-то вспыхнуло, и ваши движения стали так порывисты. Меня это поразило.
— Вспыхнуло. — Он почувствовал облегчение. Она имела в виду всего лишь его манеру двигаться, а вовсе не психику.
— Сколько я вас знаю, вы никогда не теряли рассудка и самообладания, ни разу не оступились. Не волнуйтесь, я уверена, что сегодня всему виной ваша лихорадка. Утром вы будете в форме.
Гарри покачал головой. Он даже не стал пытаться объяснять, что с ним происходит, поскольку и сам не понимал этого. Молли еще не успела заметить, что он ведет чудовищную битву с самим собой, но он знал, что ее неведение продлится недолго. Очень скоро она догадается, что с ним творится что-то странное.
Молли наклонилась, чтобы зажечь лампу на прикроватной тумбочке.
Его все еще слегка пошатывало, но он упорно пытался обрести утерянный самоконтроль. Однако голод был сильнее. Наверное ни одна женщина со времен Евы не выглядела столь соблазнительной, как Молли в эту минуту.
Она и была той самой женщиной, что ждала его по ту сторону пропасти.
Огонь желания разгорался все сильнее.
Молли закончила стелить постель. Она повернулась и устремила на него встревоженный взгляд. Гарри с удивлением отметил, что ее, судя по всему, беспокоит его кажущееся недомогание, а вовсе не страх.
Он был бессилен предотвратить надвигающуюся катастрофу. Он знал, что еще мгновение. — и она разгадает его тайное желание Поймет, насколько оно противоестественно, хотя ему самому оно таковым не казалось.
Она придет в ужас. Отшатнется от него, как от чужеродного монстра.
Молли отвергнет его так же, как когда-то Оливия, а он, такой ранимый и ослабленный, вряд ли это переживет. Он просто не сможет удержаться на стеклянном мосту и его поглотит бездна.
Он был обречен.
— Давайте я помогу вам снять рубашку. — Молли коснулась его груди, пальцы ее легко заскользили в поисках застежки.
Сильная дрожь пробежала по его телу.
— Вас знобит. — Она замерла и внимательно вгляделась в его лицо. — Вам холодно?
— Нет. Жарко. Очень жарко. Я уже горю.
— Я сейчас принесу вам попить. — Наклонив голову, она продолжала расстегивать рубашку.
Ее пушистые волосы щекотали ему нос. Никогда еще Гарри не доводилось испытывать такого блаженства. Он с наслаждением вдыхал цветочный аромат ее шампуня. Вздохнув глубже он уловил и тонкое благоухание ее тела. Это был запах женщины, и он притягивал к себе все мужское, что было в Гарри.
Он застонал. Какой-то предмет с глухим стуком упал на ковер. Гарри смутно вспомнил об электроприводе, который до этого держал в руке. Что то важное было связано с ним. И это что-то Гарри должен был выяснить.
Но Молли уже снимала с него рубашку и думать об электроприводе он больше не мог. Ее пальцы касались его голой груди. Боже какие ласковые теплые мягкие пальцы! Их прикосновения жгли кожу, словно раскаленное железо.
— Молли. — Ее имя прозвучало как мольба молитва, проклятие. Проклятие. — потому что он знал: судьба его решена. Сегодня ночью он потеряет Молли навсегда.
— Все хорошо, — успокаивала она. — Вы поправитесь. Эта лихорадка внезапно началась?
— Да. — «И она меня доконает, пожалуй». Она задумалась.
— Это может быть пищевым отравлением.
Теперь осталось лишь одно средство, способное потушить огонь пожиравший его. Стеклянный мост вновь задрожал под его ногами. Впереди опять замаячила опасность.
Пальцы Молли уже коснулись его плеч, снимая рубашку. От ее прикосновении теплая кожа накалилась докрасна. У Гарри затряслись руки. Испепеляющий огонь, бушевавший внутри, рвался наружу. Гарри впервые столкнулся с подобным ощущением.
Рубашка соскользнула с плеч и упала на ковер.
Молли заглянула ему в глаза.
— Вы такой горячий. Я, пожалуй, принесу стакан воды.
Гарри воспользовался моментом, чтобы рассеять опасные чары, которыми она его невольно опутала.
— Да.
— Я мигом. Вы пока присядьте, Гарри, вам тяжело стоять. Не обижайтесь, но вид у вас жуткий.
— Да.
Итак, ей был противен его вид. Это начало. Очень скоро она почувствует страх. Отчаяние охватило Гарри.
Он опустился на край постели и попытался взять себя, в руки пока Молли отправилась в ванную. Обхватив голову руками, он мысленно отдавал команды.
Сойди со стеклянного моста. Возводи новые стены.
В раковине зажурчала вода.
Быстрее дурак. Ты же потеряешь ее.
Но ничего не получалось. Было уже слишком поздно.
— Ну вот, — раздался ласковый голос Молли. — Выпейте это и сразу ложитесь в постель.
Гарри открыл глаза. Головы он не поднял. Первое, что он разглядел сквозь растопыренные пальцы рук. — это ящичек прикроватной тумбы. Сегодня рано утром в оптимистическом порыве он переложил коробочку с презервативами из ванной в этот ящичек. Молли встала напротив, загородив от него ящик тумбочки. Она вложила ему в руку стакан с водой.
Гарри чуть не уронил его.
— Осторожно, — сказала Молли.
Ему удалось пропихнуть в себя воду, но жара она не сняла. Гарри подумал, что лучше было бы выпить виски или бренди. Алкоголь по крайней мере снял бы эрекцию, которая грозила пробуравить дырку в его штанах.
— Спасибо. — У него возникло ощущение, будто он водит языком по наждачной бумаге.
— Может мне позвонить в службу «скорой помощи»и спросить совета?
— Нет. Умоляю, не надо. Никому не звоните.
— О'кей. — Она опустилась на колени и принялась развязывать шнурки на его кроссовках.
Гарри разглядывал фалды белого халата, в котором утопала Молли. В сознании почему-то возникла ассоциация с подвенечным платьем. И сама Молли казалась одновременно и чувственной, и целомудренной. Такое редкое сочетание привело его в еще больший восторг.
— Я знаю, что вы человек самостоятельный и независимый. — Молли развязала один шнурок. — Но не станете же вы отрицать, что сейчас вы нуждаетесь в помощи. Вы больны, Гарри.
— Все так говорят.
До него вдруг дошло: она до сих пор не покинула его потому лишь, что оправдывала его странное поведение реакцией на тяжелое пищевое отравление.
Вид коленопреклоненной Молли был самым эротичным зрелищем в жизни Гарри. Он вдруг представил себе, как она расстегнула бы ему брюки, высвободила тугой член, увлажнила разгоряченную плоть своим нежным языком.
— Все в порядке, Гарри. — Молли стянула с него и вторую кроссовку. — Мы почти уложили вас в постель.
— Да. — Гарри с ужасом подумал о том, что к рассвету постель станет ему гробом. Он просто не переживет того, что должно было сейчас случиться.
— Утром вам будет лучше.
— Нет.
— Непременно будет. — Она вдруг запнулась, уставившись на маленькие кожаные ножны, закрепленные ремнем у щиколотки.
Гарри хотел объяснить, откуда взялся нож. Хотел сказать, что это не было всего лишь данью семейной традиции. Хотел рассказать обо всем. Но это значило раскрыть полную правду о своих родителях и обстоятельствах их гибели, о том, как он не успел их спасти. Сейчас, в таком жутком состоянии он даже заикнуться не смел об этом. Гарри вдруг задался вопросом, не напугал ли Молли вид стального лезвия.
Не проронив ни слова, Молли отстегнула ножны и положила их на тумбочку возле кровати. Потом подошла к нему и тронув за плечо, нежно опрокинула на постель.
Он плюхнулся на подушки. — почти так же грациозно, как если бы слон карабкался на горный утес. Распластавшись, он беспомощно смотрел на Молли, склонившуюся над ним. Ее белый халат слегка распахнулся, приоткрыв изысканную отделку на вырезе ночной сорочки. Облизывая сухие губы, он отчаянно пытался подобрать подходящие слова.
— Пожалуйста… — Это было все, что он сумел пролепетать.
— Что такое? — спросила она. — Вы что-то хотите?
— Вас.
Она захлопала ресницами, опешив от такой откровенности. По ее щекам разлился яркий румянец.
— Гарри, вы больны.
— Нет. Я не болен. Это не то, что вы думаете. Я хочу вас. Пожалуйста.
Она наклонилась ближе и положила руку ему на лоб.
— У вас жар. Вы бредите.
— Нет. Прикоснитесь ко мне. — Он протянул руку и успел схватить Молли за запястье. — Вот здесь. — Он поднес ее пальцы к тугой выпуклости между ног. — Будьте моей.
Она замерла.
«Сейчас она убежит, — подумал Гарри. — Вот и настал этот миг. Конец всему».
— Гарри? — В полумраке ее глаза казались самоцветами, в которых мерцали зеленоватые огоньки.
— Вот в чем причина моей болезни, — хрипло зашептал он. — Пищевое отравление здесь ни при чем. Я хочу вас. Очень хочу.
— О Гарри.
Она была близка к панике, Гарри не сомневался в этом. Еще мгновение. — и она упорхнет. А он не сможет удержать ее.
— Не уходите, — прошептал он. Ее пальцы осторожно сомкнулись вокруг плотного комка, проступавшего сквозь ткань брюк. Гарри подумал что сейчас сгорит от страсти. Молли медленно выпрямилась. Она ни на минуту не отводила от него взгляда. «Вот оно. — промелькнуло в его воспаленном сознании. Теперь то уж она наверняка заметила странность его поведения. Сейчас она уйдет оставив, его одного в темноте».
Белый халат упал на ковер. Следом за ним скользнула белая ночная сорочка.
Увидев обнаженную Молли, Гарри почувствовал, что его все глубже засасывает в пучину необузданных желаний. Лунный свет мягко струился по ее маленьким высоким грудям, пышным бедрам. Темный треугольничек пушистых волос, скрывавший таинство ее плоти словно гипнотизировал его.
Она подошла к нему.
Она подошла к нему!
На какое-то мгновение Гарри растерялся. Он был так уверен в том, что она покинет его.
— Молли? — задыхаясь, выпалил он.
Она медленно накрыла его своим телом. — теплым и мягким как тропический дождь. Нежно и осторожно она прижалась губами к его губам. Он чувствовал, как трутся о его грудь ее груди.
Она дарила ему себя.
Ни о каком самоконтроле Гарри уже не думал. Сломя голову, он бросился вперед по стеклянному мосту, невзирая на опасность таившуюся у него под ногами. Сейчас он хотел лишь одного: побыстрее добежать до края бездны.
Он обнял Молли, перевернул ее и обрушил на постель. Раздался ее тихий сдавленный крик, и вот она уже прижалась к нему, впившись подушечками пальцев в его плечи. Он чувствовал, как ее ногти мягко царапают спину.
Рука его скользнула вниз и он нащупав мягкий пушок меж ее ног, раздвинул его пальцами и ощутил горячую влажную манящую плоть. Он смутно вспомнил о презервативе, оставшемся в ящичке возле кровати и потянулся к ручке тумбочки. Похоже добраться до нее было не так то просто.
Какой неуклюжий. Неповоротливый. Совсем на него не похоже.
— Проклятие.
— Я помогу, — еле слышно произнесла Молли, открывая ящик.
Он пошарил внутри. Отыскал заветную коробку. Потом пакетик.
«А как же любовная игра?». — напомнил внутренний голос. Женщины это любят. Очень любят.
— Что-то не так? — взволнованно и нетерпеливо спросила Молли.
Да в ее голосе сквозило желание и нетерпение. И совсем не было испуга.
— Любовная игра, — пробормотал Гарри. — Совсем о ней забыли.
— Мы потом ею займемся хорошо?
Она потянулась к молнии на брюках.
— Гарри, я не могу больше ждать. Никогда со мной такого не было.
Он задержал дыхание, пока она расстегивала ему брюки. Но все обошлось. Руки его так тряслись, что он никак не мог раскрыть пакетик с презервативом. Молли пришлось помочь ему.
Он следил за тем, как деловито она взялась за работу. Ее милая стыдливость возбуждала сильнее самой изощренной эротики. Каждое прикосновение, пожатие, даже неловкое движение были исполнены такой нежности, что он, казалось, готов был взорваться от восторга.
Он уже был готов овладеть ею, желание становилось болезненным. Он видел, что и она уже томится ожиданием. Она тоже хотела его.
При мысли об этом у него перехватило дыхание. Она хотела его. — такого, каков он есть, со странностями, капризами и причудами.
Молли приподнялась, приглашая его войти в ее тепло. Горячий влажный женский запах ее тела манил его, увлекая в глубины ее плоти.
Жадным поцелуем Гарри впился в ее губы и они послушно раскрылись. Он яростно сжал ее в объятиях, ломая сопротивление нежных мышц. Тело ее было таким упругим. Даже не верилось, что такое возможно. И вот он уже был в ней и чувствовал себя так уютно, что даже не мог определить, где кончается его тело и начинается ее.
Он пробирался все дальше погружаясь в ее манящее тепло. Она обвила его ногами, ногтями мягко впилась ему в плечи.
Молли вскрикнула тихо и страстно, с вожделением и облегчением, и Гарри понял, что до конца дней своих уже не забудет этой мелодии. Самой прекрасной в мире.
Но наслаждаться этими эротичными звуками уже не было времени. Он почувствовал приближение ее оргазма и должен был последовать за ней в этом водовороте страсти.
Впрочем, даже если бы попытался, он все равно не смог бы устоять против такого соблазна. И меньше всего ему хотелось идти против сладких желаний Молли.
Гарри спрыгнул со стеклянного моста и приземлился на дальнем краю бездны.
Он чувствовал себя в безопасности. Молли была рядом.


Вот к чему приводит любопытство.
Молли открыла глаза навстречу утреннему свету. Он щедрым потоком вливался в спальню сквозь огромные стекла окон.
Так вот, значит, что такое заниматься любовью с доктором Гарри Стрэттоном Тревельяном.
Она улыбнулась. Потом ухмыльнулась. Ничто так не радовало Аббервиков, как возможность удовлетворить свое любопытство.
Молли с трудом подавила распиравший ее смех. Пожалуй, еще ни разу ее любопытство не было удовлетворено в такой степени, как вчера ночью. Казалось, тело ее вот-вот замурлычет от удовольствия.
Она потянулась и, приподнявшись, посмотрела на спящего Гарри. Столь интимное зрелище привело ее в трепетный восторг. Выглядел он очень эффектно. Прямо-таки божественный самец. Назвать его красивым язык не поворачивался. Этот эпитет был слишком затасканным. И еще, пожалуй, слабым, тривиальным, чтобы его можно было применить к столь яркой индивидуальности. Гарри был великолепен. Для Молли он оставался самым обаятельным в мире мужчиной.
Даже распластанный на мятых простынях, Гарри источал ауру мужественности. Мускулы плеч и спины выдавали недюжинную силу. Изящные кисти рук казались удивительно мощными. В строгом, аскетическом лице угадывалась страстность и одновременно. — несгибаемая воля, хотя ясные глаза и были закрыты.
Молли тихонько рассмеялась преувеличенно романтическому образу, созданному ее воображением. Да, она определенно влюбилась. Возможно, уже давно. «И что из того?». — промелькнуло в голове. Она так давно ждала настоящего чувства, искала человека, достойного ее любви.
Тяжкий груд обязанностей и ответственности, который она вот уже столько лет несла на своих плечах, вдруг показался невесомым. Молли еще никогда не чувствовала себя такой свободной.
Она стала перебирать в памяти подробности прошлой ночи. Она узнала нового Гарри. Страстный и волевой, он оказался на удивление ранимым и незащищенным.
Она никогда не забудет его умоляющего взгляда когда он просил ее о близости. Он явно не догадывался о ее чувствах, иначе понял бы, что слов не нужно. Теперь же его сомнения должны были полностью рассеяться, если только он способен был чувствовать.
Она вспомнила, как робок он был в те хрупкие мгновения которые предшествовали их близости. Нерешительность, сквозившая в его взгляде, так поразила ее. Казалось, будто предлагая себя, он втайне опасался услышать отказ.
Такая метаморфоза была нетипична для человека сильного, каким был Гарри. Вчера ночью он явно был не в себе.
Перед глазами вновь возникло его лицо, густо усеянное каплями холодного пота. Поначалу ее не на шутку встревожило его состояние. Она была уверена в том что он серьезно болен. Но он упорно отрицал это. И своим виртуозным сексом доказал, насколько он здоров.
Странно. Все это очень странно. Молли задумалась. К счастью у нее не было опыта в подобного рода делах, но здравый смысл подсказывал ей, что странность в поведении Гарри не имела ничего общего с пищевым отравлением.
Мгновение, когда он вошел в нее, она уже никогда не забудет. Ей показалось что в этом порыве крылось нечто большее, чем страсть. Гарри словно вверял себя ей, связывал себя с ней навеки.
Первая близость была испепеляющей. Они сразу же уснули, лишь только тела их покинула волнующая дрожь оргазма.
Потом их опять потянуло друг к другу. А может, это была лишь игра воображения.
Чувствуя, что не в состоянии лежать спокойно, когда внутри все клокочет от радостного возбуждения, Молли откинула одеяло. Осторожно, стараясь не разбудить Гарри, она выбралась из постели.
Первый же шаг отдался болью во всем теле и у нее даже перехватило дыхание. Она слегка поморщилась, чувствуя, как потягивает мышцы ног, натруженные ночными пируэтами. Вскоре боль ушла и она босиком засеменила по серому ковру.
На полпути к ванной она остановилась, чтобы поднять ночную сорочку и халат, валявшиеся на полу. Потом прошла в выложенную белым кафелем ванную.
Она повесила сорочку и халат на крючок, включила воду в душе и встала под горячую струю. Ощущение было бесподобным. Впрочем, она чувствовала, что сегодняшний день будет состоять только из приятных ощущении. Молли пребывала в самом радужном настроении.
Она с наслаждением намыливала тело огромным куском простого, неароматизированного мыла, когда распахнулась дверца душевой кабинки. Пар вырвался наружу, заполнив всю ванную комнату.
Молли быстро обернулась, отирая с глаз воду. В паровой дымке вырисовывался силуэт Гарри. Он так пристально смотрел на нее, что Молли вспыхнула от смущения. Повинуясь инстинкту, она стыдливо прикрыла руками темный треугольник, венчавший изящную конструкцию ее бедер. Жест этот был столь же древним, сколь и бессмысленным. Все, что она пыталась скрыть, Гарри видел прошлой ночью.
Молли с интересом отметила, что Гарри, в отличие от нее, совсем не страдал ложной стыдливостью. Он явно только что поднялся с постели и даже не удосужился накинуть халат. Тело его было налито силой и желанием. Янтарные глаза излучали чувственное сияние.
Но что-то в нем изменилось, подумала Молли. Присмотревшись повнимательнее она поняла что во взгляде его уже не было той отчаянной ранимости, которая потрясла ее вчера. Сейчас он разглядывал ее с таким напряженным вниманием, словно был крайне изумлен увидев ее у себя в душе. Молли выдавила робкую улыбку.
— Привет. У тебя такой вид, будто ты увидел привидение или что-то в этом роде.
— Нет, не привидение. — Гарри ступил в душ и закрыл за собой дверцу. — Тебя.
— А кого ожидал увидеть?
— Никого. — Голос у него был низкий и хрипловатый. Обхватив ее скользкие от мыла плечи, Гарри нежно притянул ее к себе и она ощутила твердь его возбужденной плоти. — Я подумал, что все это было во сне.
Молли задышала ровнее и шутливо заметила:
— Надеюсь, я не предстала тебе во сне такой же мокрой?
— Нет, это был совершенно удивительный сон, — прошептал он касаясь губами ее шеи. — Лучший сон в моей жизни.
Она задрожала в его объятиях.
— Ну тогда совсем другое дело.
— Да это правда. Ты совсем другая. — Он наклонился и накрыл ее рот глубоким медленным поцелуем, который совсем не походил на исступленные ласки прошлой ночи.
Хотя и под струей теплой воды, но Молли содрогнулась. Тело ее немедленно откликнулось на прикосновение его губ. — так же, как это было ночью. Обвив его шею руками, она горячо и жадно ответила на его поцелуи.
Гарри негромко рассмеялся прямо в ее раскрытые губы.
— Давай не будем торопиться. Ночью мы так раз волновались, что забыли кое о чем весьма важном.
— О чем же?
— О любовной игре.
— А, ты об этом. Честно говоря, я не видела особой необходимости в ней. И прекрасно обошлась без прелюдии.
— Может ты и права, — Гарри скользнул рукой по ее спине, вычерчивая линию позвоночника. Потом опустился ниже и нежно обхватил ее ягодицы. — Но, думаю, в любовной игре много забавного.
Молли почувствовала слабость в коленях. Со сладким вздохом она отдалась во власть его сильных рук, с наслаждением ощущая мощь мужского тела. Сейчас не время было расспрашивать Гарри о причинах странного настроения, в котором он пребывал вчера ночью. Прежней ранимости она уже в нем не замечала. Гарри вновь обрел уверенность в себе. И ее вопросы, как бы тактично они ни были заданы, были бы все приняты в штыки.
Она почувствовала, как его пальцы нащупали темную расщелинку, скрывавшуюся в густой мыльной пене.
— Гарри.
— Я же сказал, это будет очень забавно.


Прошло довольно много времени, и вот уже Молли стояла у раскрытого холодильника, изучая его содержимое. После некоторых раздумий она остановила свой выбор на коробке яиц молоке и масле. Все это она выложила на длинный гранитный прилавок и принялась рыться в шкафчиках в поисках сиропа. Настоящий канадский с большим кленовым листом на этикетке, он оказался на полке возле холодильника.
Потом она отыскала батон свежего хлеба, упакованный в целлофановый пакет. Дальнейшие поиски дали результат в виде нескольких сковородок всевозможных размеров. Не зная, какую выбрать для воплощения своего кулинарного замысла, она выставила сразу три. Следующим шагом был поиск подходящей миски.
Покончив с приготовлениями, она отступила от прилавка и придирчиво оглядела разложенный на нем ассортимент продуктов и кухонной утвари. Теперь ей не хватало лишь поваренной книги.
Молли с неизъяснимым удовольствием хозяйничала на кухне у Гарри. Приготовление завтрака для них двоих, пусть даже и без помощи аббервикского суперкомбайна, таило в себе некий особый смысл.
Возможно, за завтраком и удастся задать Гарри вопросы, с утра будоражившие ее сознание. Ей так хоте лось узнать, о чем он думал, стоя у окна в гостиной, устремив взгляд в бездонную темную ночь.
К своему великому удивлению, в угловом шкафчике Молли обнаружила сразу несколько кулинарных пособии. Ей стало любопытно, кому принадлежит эта коллекция. — Гарри или его экономке Джинни. Поразмыслив, Молли остановила свой выбор на книжице «Простейшие рецепты для гурманов». Она быстро пробежала глазами оглавление.
Заслышав шаги, Гарри она отвлеклась от книги.
— Надеюсь, тебе понравится французский тост, — крикнула она. — С аббервикским комбайном я совсем разучилась готовить, но, думаю, с этим блюдом справлюсь.
Ответа не последовало. Еще до того как Гарри появился на кухне, Молли уловила очередную перемену в его настроении.
Он остановился в дверях. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, насколько неуместны были бы сейчас расспросы о причинах его вчерашнего волнения. Игривого компаньона, с которым она только что веселилась в душе, как не бывало. Сейчас перед Молли стоял мрачноватый серьезный человек, которого она так часто встречала в последнее время.
Волосы у него все еще были влажными. На Гарри были брюки цвета хаки и черная хлопчатобумажная рубашка. Взгляд полуприкрытых глаз был задумчив. Руку, крепко сжатую в кулак, он прижимал к груди.
Молли очень медленно закрыла поваренную книгу.
— Гарри, что случилось?
— Мне кажется, я его знаю.
— О чем ты?
Он вытянул руку вперед и, разжав кулак, показал ей приводное устройство, лежавшее на его ладони.
— Мне кажется, я знаю, чьих это рук дело.
— Не может быть.
— Может. — Он подошел к кухонному прилавку и выложил на него привод. Как ястреб разглядывает пойманную мышь, он уставился на зловещий механизм. — Вчера ночью до меня начал доходить смысл происходящего. Но мои догадки были весьма смутными и искаженными. А потом ты вошла в гостиную и мне пришлось отвлечься.
Молли вскинула брови.
— Причина уважительная.
Он не отреагировал на ее робкие попытки придать разговору шутливый оттенок. Внимание его было приковано к электроприводу.
— Только что, одеваясь, я обнаружил эту штуковину на полу. Должно быть, я обронил ее ночью.
— Ну и?
— И тотчас в памяти всплыло все, о чем я тогда думал. — Он встретился с ней взглядом. В его горящих глазах отражалась напряженная работа мысли. — Только на этот раз картина уже не была такой расплывчатой. Мои предположения обрели четкие очертания.
— Я не понимаю. Что ты имеешь в виду, говоря о своих смутных догадках?
— Забудь об этом. — Гарри нахмурился, словно был недоволен тем, что сказал лишнее. — Я не так выразился. Я хотел сказать, что…
Молли жестом руки остановила его.
— Стоп Гарри так мы говорим о пресловутом тревельяновском ясновидении?
— Не надо так шутить, Молли. Ты слишком умна, чтобы всерьез воспринимать эту чепуху. Лучше сказать так: меня осенило, стоило мне еще раз взглянуть на эту штуковину.
— А-а… В таком случае это интуиция?
— Что то в этом роде, — холодно согласился он. — Я бы и прошлой ночью дошел до этого, но по вполне понятным причинам мысль моя работала несколько хаотично.
— И что же это за причины? — поинтересовалась она. Его, казалось, позабавил ее вопрос.
— Ты меня соблазнила.
— Ах вот оно что. — Она зарделась. — Я думала, ты имел в виду совсем другое. Хорошо. Итак, тебя осенило. И к какому же выводу ты пришел?
— Я понял то, что, в сущности, должен был понять сразу же. Я знаю человека, который сконструировал это устройство. — Гарри нахмурился. — Или лучше сказать, мне знаком этот почерк. Что, впрочем, одно и то же.
— Ты меня заинтриговал.
— Вспомни твоей сестре: достаточно было одного взгляда на игрушечный пистолет, чтобы сразу же исключить из числа подозреваемых двух своих друзей.
— Да, действительно, она сразу сказала, что не их почерк.
— Вот именно. — Гарри присел на стул возле прилавка. — Оба эти изобретения уникальны. Таких пистолетов и пугал в магазине не купишь. Они спроектированы под вполне конкретный замысел.
Молли оглядела электропривод.
— Кажется, я начинаю понимать.
— Не может быть, чтобы два разных человека сконструировали полностью идентичные электроприводные механизмы с одними и теми же моторами, батареями и одинаково неряшливо выполненными рычажными устройствами.
— Что ж, вероятно, и пистолет, и пугало. — творения одного и того же мастера, — согласилась Молли. — Будем считать, что так оно и есть. Но почему ты думаешь, что знаешь его?
— Где-то я уже видел подобную халтуру.
Молли изумленно уставилась на него.
— Ты уверен?
Гарри слегка улыбнулся.
— Это я и пытаюсь доказать тебе. Почерк этот мне знаком. Теперь остается лишь вспомнить, где я видел образец столь неряшливого инженерного дизайна.
— И что ты намерен предпринять?
— Все очень просто, — сказал Гарри. — Я заново пересмотрю все проекты, которые забраковал за это время.
Когда до Молли дошел зловещий смысл сказанного, ей пришлось ухватиться за край прилавка, чтобы удержать равновесие.
— О Боже! Не думаешь же ты, что это дело рук одного из соискателей наших субсидии?
— Да, — ответил Гарри. — Именно это я и думаю. Похоже, один из незадачливых изобретателей, чей проект мы отклонили, решился на месть.
Молли тяжело вздохнула.
— Отцовский фонд еще не принес мне ничего, кроме неприятностей. Остается только сожалеть, что он не нашел лучшего применения своим деньгам.
— Ну это как сказать, — задумчиво произнес Гарри.
— Что ты имеешь в виду?
— С одной стороны фонд Аббервика — это всего лишь головная боль.
— Еще какая. — Молли удивленно вскинула брови. — А что еще?
— С другой стороны, не назначь тебя отец единственным попечителем фонда, мы бы никогда не встретились.
— Хм. — Молли обрадовалась этому признанию. — Так вот, оказывается в чем дело.
— Да. — Взгляд Гарри потеплел от нахлынувших чувственных воспоминаний. — В этом-то все и дело. — Он посмотрел на прилавок. — А чем это ты здесь занимаешься?
— Собираюсь приготовить нам завтрак. А именно — французский тост. — Молли достала из ящика большой нож и приготовилась атаковать батон хлеба.
— Когда ты в последний раз готовила без помощи аббервикского чудо-комбайна?
Молли наморщила лоб, пытаясь вспомнить.
— Кажется, мне тогда было лет восемнадцать-девятнадцать. А почему ты спрашиваешь?
— Может, тебе обратиться за помощью ко мне?
— Чепуха. Любой дурак приготовит французский тост. — Молли сосредоточенно орудовала ножом, который уже кромсал мякоть батона.
Слишком сосредоточенно. И нож держала не под тем углом. Пластиковая доска, на которой она резала хлеб, вдруг заскользила по гранитной поверхности. Молли изумленно вскрикнула и инстинктивно выдернула нож из батона. Движение было столь резким, что нож выпал у нее из рук. Она с ужасом смотрела, как он, перевернувшись в воздухе, устремился вниз, грозя удариться острием о гранитную поверхность. Молли мысленно задалась вопросом, сколько стоит хороший хлебный нож.
Почти неуловимым движением Гарри перегнулся через прилавок и перехватил нож на лету, пока тот не стукнулся о безжалостный гранит.
— Я сам порежу хлеб, — улыбнувшись, сказал он.
— Спасибо. Буду очень тебе признательна.


— Ну вот, пожалуй, и все, — произнесла Молли, завершая свои рассказ. — Теперь ты в курсе приключении Молли Аббервик и загадочного домового.
— Ты провела ночь с Тиранозавром? — Тесса застыла со стеклянной банкой чая «Лапсанг Сушонг»в руках. — Прямо не верится.
Молли с укоризной взглянула на нее.
— Он был так любезен, разрешив мне переночевать в его доме, после того как меня до смерти перепугало это дурацкое чучело.
— Любезен? По-моему ему это не свойственно. — Тесса прищурилась. — И почему это вдруг мне кажется, будто ты спала не на диване?
— Послушай, Тесса, ты же знаешь что я не любительница обсуждать с кем бы то ни было свою личную жизнь.
— Это потому что у тебя ее сроду не было, — возразила Тесса. — Что происходит, в конце концов? У тебя роман с Тревельяном?
— Я бы этого не сказала.
— Черт побери. Точно, у вас роман. — Тесса с тревогой посмотрела на нее. — Думаешь, это разумно? Сама же говорила что у вас нет абсолютно ничего общего. Называла его упрямым, высокомерным, тяжелым в общении. Не ты ли говорила…
— Если кому понадоблюсь, я у себя. — Молли стремительно прошла в свой кабинет и хлопнула дверью.
Она уселась за рабочий стол. Дверь тут же приоткрылась и показалась голова Тессы.
— Хорошо, давай не будем о личном. Я потом все из тебя вытяну. Лучше скажи мне, что Тревельян думает делать с этим пугалом?
— Точно не могу сказать. Но он уверяет что конструкция ему знакома. Говорит, что очень неряшливая работа. Он не сомневается в том, что сумеет отыскать подобный дизайн в одном из представленных нам проектов.
У Тессы округлились глаза.
— Он думает, что автор этого розыгрыша — один из отвергнутых вами изобретателей?
— Угу.
— Может, следует обратиться в полицию?
— Мы это сделаем обязательно, но сначала Гарри должен нащупать след. Пока же мы располагаем лишь фактом двух неприятных розыгрышей и бесконечным списком потенциальных злоумышленников.
— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Действительно, пострадавших нет, как нет и доказательств насильственного вторжения. Так что пока эти инциденты можно трактовать лишь как безобидные шутки.
— Вот именно. Боюсь, что если мы сейчас отправимся к полицейским, они сразу же заподозрят кого-то из друзей Келси. После первого розыгрыша я и сама думала, что это кто-нибудь из них. Одному Богу известно, куда заведет полицейских расследование. Конечно, если у них вообще найдется время заниматься подобной мелочью.
Тесса выглядела обеспокоенной.
— Что ты намерена делать?
— Пока ничего. Подождем, посмотрим, не выплывет ли что у Гарри. А пока буду заниматься своим прямым делом. Давай-ка за работу.
Был без пяти минут полдень когда в «Чаи и специи Аббервик» вплыл Гордон Брук. Молли как раз обслуживала посетителя, отвешивая полфунта чая «Кимун». Завидев Гордона, она невольно застонала.
Под мышкой у него был зажат регистратор для бумаг. Как всегда стильный, Гордон был одет в свободного покроя темно-бежевые брюки и кофейного цвета рубашку с расстегнутым воротом и широкими пышными рукавами. Щегольской расписной жилет довершал ансамбль Гордон сейчас вполне смахивал на завсегдатая парижского или римского кафе.
Молли сделала вид, будто весьма обеспокоена наплывом посетителей. Тесса последовала ее примеру. Гордон привалился к стенду, в котором были выставлены подарочные наборы специи и стал ждать. Молли надеялась, что ему это надоест и он уйдет прежде, чем магазин покинут посетители, но чуда не произошло. Гордон даже не шевельнулся.
Тесса и Молли обменялись многозначительными взглядами. Действительно, толпа постепенно рассасывалась.
Когда посетителей осталось лишь двое и оба все еще изучали прилавки, Молли неохотно повернулась к Гордону. Он адресовал ей такую милую улыбку, что даже на щеках у него обозначились ямочки.
— Хочу кое-что показать тебе, Молли. — И он ткнул в регистратор, который принес с собой.
Молли с глубокой подозрительностью оглядела папку.
— Что это?
Гордон выпрямился и шагнул вперед.
— Давай пройдем в твой офис.
Он исчез за дверью ее кабинета, прежде чем Молли успела придумать вежливый отказ. Она медленно проследовала за ним. Тесса закатила глаза.
Войдя в кабинет, Молли с удивлением отметила, что Гордон уже вполне освоился в новом помещении и чувствует себя как дома. Он сидел в кресле за ее рабочим столом. Раскрытый регистратор лежал перед ним.
— Молли я хочу, чтобы ты посмотрела мои планы на ближайшие три года.
— Гордон если речь опять пойдет о займе, ты напрасно потеряешь время. Мы уже все обсудили три месяца тому назад.
— Ты только взгляни на эти цифры. Это все, о чем я прошу. Сущие крохи. Мои расчеты выверены и абсолютно надежны. Единственное что мне нужно для воплощения моих перспективных замыслов — этоне большое вливание наличности.
— Я же сказала тебе, Гордон, что не намерена финансировать твои грандиозные проекты.
Он оторвал взгляд от разложенных на столе бумаг.
— Ты можешь рассматривать это в качестве инвестиции. Кстати, это выгоднее, чем вкладывать капитал в дурацкие проекты состряпанные полоумными изобретателями.
Молли уперлась руками в стол.
— Я еще раз тебе говорю и больше повторять не собираюсь: давать тебе ссуду я не намерена.
С лица Гордона тут же слетел весь шарм.
— Черт возьми, Молли, в конце концов ты должна меня выслушать.
Изумленная этой внезапной вспышкой эмоций, Молли даже попятилась.
— Что ты себе позволяешь?
Глаза его зажглись яростным негодованием.
— Слишком многое поставлено на карту. Неужели ты думаешь, что я откажусь от своих планов, и все из-за того, что ты имеешь на меня зуб?
— С чего ты взял, что я имею на тебя зуб?
— Как же. — Гордон вскочил с кресла. — Ты до сих пор злишься из-за того, что между нами произошло.
— Ты вообще в своем уме? Это было полтора года назад. Хочешь верь — хочешь нет, но за это время у меня нашлись занятия куда более приятные, чем страдать о разбитом сердце или точить на тебя зуб.
— Тогда сделай так, чтобы твои эмоции не мешали выгодному бизнесу, — парировал Гордон. — Неужели ты не понимаешь, что ставки слишком высоки?
— Конечно, понимаю. Ты опять задумал расширяться. Неужели ты всерьез считаешь, что меня может увлечь идея финансирования еще полдюжины эспресс-баров с вывеской «Гордон Брук»? У меня есть собственный бизнес и собственные заботы.
— Вопрос так не стоит: экспансия ради экспансии. Речь идет о жизни и смерти.
Молли от изумления раскрыла рот.
— Жизни и смерти?
— Мне не до шуток, Молли. Я оказался на грани банкротства. — Гордон сжал кулаки. — Мне нужен приток свежей наличности, или компанию «Гордон Брук-эспресс» можно ликвидировать. Полностью. Все, что я заработал, чего добился в жизни, все пойдет прахом.
Молли на мгновение прикрыла глаза.
— Прошу прощения, Гордон. Я даже представить не могла, что дела так плохи.
— Ты можешь спасти меня. — Он вновь оживился и зашагал вокруг стола. — Ты мне нужна, дорогая. Ради всего, что между нами было, скажи, что поможешь мне.
Она закусила губу.
— Пожалуйста, не своди все к личным отношениям. Ты же сказал, что речь о бизнесе. И как бизнесмен я не согласна принимать в нем участия. Сфера моих интересов — чаи и специи, но не кофе.
Он шагнул к ней.
— Молли, что было между нами — дело прошлое. Мы можем начать все заново. Теперь уже в качестве партнеров. У нас с тобой так много общего.
Молли вдруг почувствовала, как тихонько зашевелились волосы на затылке. Даже не оборачиваясь, она могла сказать, что дверь в ее кабинет только что открылась. О том, кто вошел, она тоже догадалась сразу.
— Я прервал важную беседу? — с опасным холодком в голосе спросил Гарри.
Молли обернулась. Она с явным облегчением встретила появление Гарри.
— Вовсе нет, — с лучезарной улыбкой ответила она. Гордон же, напротив, стал мрачнее тучи.
— У меня деловые переговоры с Молли.
— Весьма сожалею. У меня самого назначена с ней встреча. — Гарри бросил взгляд на часы. — За ленчем. Так что вам придется нас извинить.
Гордон с силой стиснул челюсти.
— Мне кажется, я вас не знаю.
Возникла неловкая пауза, и Молли пришлось вмешаться.
— Все верно, вы друг с другом не знакомы. Гордон, это доктор Гарри Тревельян. Он — известный авторитет в области истории наук, и доктор Тревельян оказывает консультационные услуги фонду Аббервика. Гарри, а это Гордон Брук, глава компании Гордон Брук эспрессо. Ты, вероятно, пробовал его кофе.
Гарри промолчал.
Гордон нахмурился.
— Так вы тот самый парень, который помогает Молли отбирать проекты для финансирования?
— Да. — Гарри посмотрел на Молли. — Готова?
— Только возьму сумочку. — Молли поспешила к столу. Гордон схватил ее за руку.
— Черт возьми, Молли, у меня важное дело. Позволь мне хотя бы договорить.
— Как-нибудь в другой раз. — Молли разжала его пальцы, стиснувшие ее руку, и полезла в ящик стола за сумочкой. — Гарри был прав. У нас с ним встреча, на которой мы должны обсудить кое-какие вопросы, связанные с деятельностью фонда.
— Да уж не сомневаюсь. — Гордон с ненавистью посмотрел на Гарри. — Я наслышан об этих так называемых консультантах.
Гарри повел бровью.
— В самом деле?
— Конечно. Вы присасываетесь к таким держателям фондов, как Молли. Убеждаете, что только ваши услуги помогут провернуть работу, а потом обираете фонд, начисляя бешеные суммы, которые вам якобы причитаются. Это не что иное, как легальный грабеж.
Молли была шокирована выходкой Гордона.
— Перестань, Гордон. Больше ни слова.
— Я говорю правду. Из-за таких, как Тревельян, благотворительные фонды вынуждены взвинчивать административные расходы, а на проекты остаются крохи.
Молли крепко сжала ремешок сумочки.
— Пожалуйста уходи, Гордон. Сейчас же.
— Черт как же я не догадался! — Гордон просиял от мелькнувшей в голове догадки. — Он тебя трахает, так ведь? Ну да как же иначе. — Он схватил свои бумаги и запихнул их в регистратор. — Он обдерет твои фонд как липку, Молли. А потом и тебя вышвырнет за ненадобностью. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.
С этими словами Гордон бросился к выходу. Гарри вежливо уступил ему дорогу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь по расчету - Кренц Джейн Энн

Разделы:
1234567810111213141516181920212223

Ваши комментарии
к роману Любовь по расчету - Кренц Джейн Энн



Изначально роман ничего интересного не предвещал,но в дальнейшем автор раскрыл перед читателем суть романа...Прочитать можно...на один вечер.Прочитать и забыть.
Любовь по расчету - Кренц Джейн ЭннНИКА*
8.12.2012, 14.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100