Читать онлайн Единственная ночь, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - ПРОЛОГ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Единственная ночь - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.28 (Голосов: 57)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Единственная ночь - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Единственная ночь - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Единственная ночь

Читать онлайн

Аннотация

Одна-единственная ночь изменила судьбы Ханны Харт и Рейфа Мэдисона — юных потомков двух семей, разделяемых многолетней враждой.
Совершенно случайно Ханна и Рейф оказались вдвоем посреди ночи в центре города, и несколько часов, проведенных ими вместе, поведали им кое-что друг о друге. И эти несколько часов дали Рейфу алиби, когда была убита его подруга Кэтлин.
Восемь лет спустя Рейф и Ханна с удивлением узнали, что романтичная тетя Ханны оставила свой особняк Дримскейп в их совместное владение. Естественный выход для каждого — выкупить вторую половину дома, но ни Рейф, ни Ханна не хотят уступить. У каждого из них планы на этот большой старый дом. Партнерство сначала показалось им дикой и странной мыслью, но со временем все более привлекательной.
Правда, возвращение в город обеих персон, имеющих отношение к убийству восьмилетней давности, похоже, всколыхнуло кое-какие городские пласты. Убийца насторожен. И хочет устранить тех, кто может разоблачить его. Но даже ему не под силу справиться с влюбленным мужчиной, сильной женщиной и маленькой собакой.


Следующая страница

ПРОЛОГ

Эклипс-Бей, Орегон.
Полночь, восемь лет назад…
— До дома далековато.
Голос был низким и хрипловатым, явно мужским. От таких голосов у женщин по спине пробегают мурашки. Он исходил откуда-то из густой тени у основания Эклипс-Арч — похожего на арку монолита, возвышающегося над уединенным каменистым пляжем.
Ханна Харт с трудом оторвала взгляд от быстро удаляющихся в темноту габаритных фонарей машины Перри Декейтера и обернулась. Ее пульс, и без того участившийся из-за неприятной возни на переднем сиденье, моментально достиг небывалой частоты.
Пожалуй, напрасно она все-таки выскочила из машины. Этот участок Бейвью-драйв по ночам обычно безлюден. «Лучше некуда, Ханна, — мысленно произнесла она. — Из огня да в полымя. А ведь тебя считают рассудительной и осторожной. Из тех, кто никогда не рискует. И никогда не попадает в беду».
— Кто здесь? — Она отступила на шаг, готовясь сорваться с места.
Обладатель низкого голоса ленивым шагом вышел из тени под аркой и ступил в полосу лунного света, особенно холодного теперь, в конце лета. Он остановился на расстоянии двадцати футов от Ханны.
— Твоя фамилия Харт, — заявил он. В этих словах прозвучала холодная, ироничная насмешка. — Как же тебя угораздило с первого взгляда не узнать ничтожного, низкого, презренного Мэдисона?
Ханна всмотрелась в резко очерченный профиль, заметила серебристый отлив смоляных волос и надменную, горделивую осанку. Ей даже не понадобилось приглядываться к кожаному пиджаку, черной рубашке и джинсам.
Рейф Мэдисон. Пользующийся самой сомнительной славой, из печально известного, заслужившего скандальную репутацию клана Мэдисонов. С тех пор, как между Митчеллом Мэдисоном и Салливаном Хартом вспыхнула легендарная уличная драка прямо перед супермаркетом Фултона, три поколения Хартов строго-настрого запрещали своим отпрыскам связываться с буйными, необузданными Мэдисонами.
Очевидно, Рейф считал своим долгом в точности соответствовать скандальной репутации предков. Плод романа скульптора и его натурщицы, Рейф вместе с братом осиротел в нежном девятилетнем возрасте. Мальчиков вырастил их дед Митчелл, который, по мнению матери Ханны, был никудышной заменой отцу.
Рейф вырос и стал идеальным образцом «плохого парня», но каким-то чудом ухитрился избежать тюрьмы. Однако большинство жителей Эклипс-Бей были убеждены, что рано или поздно он все равно окажется за решеткой.
«Ему двадцать четыре года, он четырьмя годами старше меня», — мелькнуло в голове у Ханны. Все знали, что дед Рейфа рассвирепел, когда его внук бросил колледж за год до окончания. Некоторое время Рейф служил в армии и, судя по всему, ухитрился опровергнуть все рекламные плакаты и не приобрести никаких полезных навыков. Поговаривали, будто этим летом
Митчелл хотел пристроить внука на работу к своему старшему брату Гейбу, который, несмотря на все попытки образумить его, старался возродить семейный бизнес. Но на успех Гейба не рассчитывал никто.
Несмотря на то, что семья Ханны проводила в Эклипс-Бей каждое лето и почти все выходные, в детстве Ханна не общалась с Рейфом. Из-за четырех лет разницы в возрасте они двигались по совершенно обособленным орбитам, хотя этот приморский городок был их общей родиной. В детстве четыре года — целая вечность.
В тот день Ханне исполнилось двадцать лет. Осенью ей предстояло начать учебу на предпоследнем курсе колледжа в Портленде. По какой-то причине четыре года, отделяющие ее от Рейфа Мэдисона, перестали казаться непреодолимым барьером.
Сообразив, что Рейф стал свидетелем борьбы на переднем сиденье машины Перри, Ханна чуть не умерла от стыда и унижения. Харты не позволяли себе публично устраивать сцены! Ей просто не повезло, что Мэдисон оказался рядом как раз в тот момент, когда она нарушила это неписаное правило. Гнев смешался в ней с острым смущением.
— И часто ты этим занимаешься? — почти грубо осведомилась она.
— Чем «этим»?
— Прячешься среди камней, чтобы подслушивать разговоры, которые тебя не касаются!
— Согласись, в этом городке выбор развлечений ограничен.
— Особенно для тех, у кого ограничены представления о том, что такое развлечение! — Все знали, что мотоцикл Рейфа подолгу простаивает на стоянке за «Книгами и видеокассетами для взрослых» — магазином, принадлежащим Верджилу. — А что ты делаешь в перерывах между приступами вуайеризма?
— Вуайеризма? — Он негромко присвистнул. — Значит, так теперь модно называть тех, кто любит подсматривать?
— Вот именно. — Ханна напряглась.
— Так я и думал. Но уверен не был. Видишь ли, я вылетел из колледжа прежде, чем мне успели вдолбить в голову десяток-другой замысловатых слов.
Он издевается над ней! Ханна сразу поняла это, но не знала, как быть.
— На твоем месте я не стала бы хвастаться исключением из колледжа. — Она покрепче прижала к себе сумочку, словно та была магическим щитом, способным защитить ее от демонических флюидов Рейфа. — Мой отец считает, что ты напрасно лишил себя будущего. Он говорит, что у тебя были способности.
Зубы Рейфа сверкнули в краткой сардонической усмешке.
— Это я слышал десятки раз, в том числе и от моего учителя начальных классов. Но все рано или поздно понимали, что я не желаю даже знать, каковы мои способности.
— Ты уже взрослый. Твой долг — самостоятельно и правильно строить собственную жизнь. Ты не вправе обвинять других в своих неудачах.
— Я и не обвиняю, — заверил Рейф. — Я с гордостью заявляю, что в моих просчетах виноват только я.
Подтекст Ханна не уловила. Она покрепче сжала сумочку и сделала шаг назад.
— Итак, ты заявила, что вы с тем парнем явились сюда, чтобы поговорить. — Настигли ее в темноте слова Рейфа. — Но сдается мне, разговор не сложился. И вообще это был не разговор. Кстати, кто этот подонок?
По какой-то необъяснимой причине Ханна сочла своим долгом встать на защиту Перри, который в отличие от Рейфа Мэдисона подавал большие надежды. А может, она просто стремилась защитить себя. Неприятно, когда тебя считают женщиной, готовой встречаться даже с подонком.
И, кроме того, Перри не подонок, а будущий ученый.
— Его зовут Перри Декейтер, — высокомерно ответила она. — Он заканчивает Колледж Чемберлена… Впрочем, тебя это не касается.
— Похоже, он рассчитывал, что этот вечер завершится иначе.
— Перри — порядочный человек. Просто сегодня он был слишком настойчив, вот и все.
— Настойчив? Значит, вот как это у вас называется? — Рейф пожал плечами. — А мне показалось, что ты отбиваешься чересчур усердно. Еще минута — и я решил бы, что тебе пора помочь, но вдруг понял, что ты прекрасно справишься с ним сама.
— Перри — противник всякого насилия, — вспыхнула Ханна. — Он заканчивает учебу с отличием. И собирается специализироваться на политических науках.
— Да ну? С каких это пор политика стала наукой? Ханна решила, что это риторический вопрос.
— Ему наверняка предложат место на кафедре в Колледже Чемберлена, как только он защитит диссертацию.
— Мощно! Если бы я знал это, я не стал бы беспокоиться за тебя даже в ту минуту, когда вы занялись вольной борьбой. Парень, который намерен защищать диссертацию, чтобы стать почтенным профессором в Колледже Чемберлена, ни к чему не станет принуждать женщину. Не знаю, о чем я только думал.
Ханна искренне порадовалась тому простому факту, что встреча произошла в полночь. В темноте Рейф не разглядел и ни за что не смог бы разглядеть густой румянец у нее на лице.
— Незачем так язвить. Между мной и Перри произошла размолвка, только и всего.
— И много у тебя знакомых подонков?
— Прекрати оскорблять Перри!
— Я просто полюбопытствовал. Учитывая обстоятельства, ты ведь не станешь меня винить?
— Стану, — отрезала она. — Ты ведешь себя отвратительно.
— Но не настолько, как тот подонок, верно? Ведь я к тебе даже не прикоснулся.
— Заткнись! Я иду домой.
— Не хотел напоминать, но ты стоишь одна на пустынной дороге поздней ночью. Как я уже сказал, до твоего дома отсюда далековато.
Ханна предприняла попытку найти слабое место в его логике:
— Я не одна.
В бледном свете луны зловеще сверкнула его улыбка.
— Нам обоим известно: с точки зрения твоих родных, было бы лучше, если бы ты оказалась здесь совсем одна. Или ты забыла, что я Мэдисон?
Она вскинула подбородок:
— Мне плевать на эту нелепую вражду. Для меня она древняя история.
— Правильно, древняя история. А знаешь, что говорят об истории и прошлом? Тот, кто не извлек из него уроки, обречен пережить его заново.
Растерявшись, Ханна уставилась на него.
— Ты говоришь точь-в-точь как тетя Изабель. Она обожает такие изречения.
— Знаю.
Ханна была окончательно сбита с толку.
— Тебе случалось разговаривать с моей тетей?
— Нет, ей — со мной. — Рейф беспечно повел плечом. — Иногда я нанимаюсь на работу в ее особняк. Она приятная пожилая дама. Со странностями, правда, но ведь она из семьи Хартов.
Ханна задумалась о том, что сказали бы ее родители, узнав, что тетя Изабель нанимает Рейфа на работу и впускает его в Дримскейп.
— Теперь мне ясно, откуда ты почерпнул эту цитату.
— А может, я вычитал ее из какой-нибудь книги?
— Все знают, что ты читаешь только книги из магазина порнографии Верджила Нэша. — О Господи, откуда у нее эта ханжеская интонация? — А в книгах, которые там продаются, вряд ли встретишь подобные цитаты.
Мгновение Рейф молчал, словно удивленный ее замечанием. Но оправился он быстро.
— Правильно. Но я обычно просто рассматриваю картинки.
— Охотно верю.
— Ручаюсь, тот подонок не расстается с книгами.
Внезапно Ханна не выдержала. С нее хватит! Пора сравнять счет в этой игре. Преимущества Рейфа Мэдисона — четыре года и жизненный опыт, зато она носит фамилию Харт. Она сумеет выстоять в поединке с Мэдисоном.
— Если ты явился сюда не затем, чтобы подсматривать, — холодно произнесла она, — тогда что же ты делаешь у Эклипс-Арч среди ночи?
— То же самое, что и ты, — преспокойно объяснил он. — Дело в том, что мы с подругой слегка повздорили, и она выгнала меня из машины.
Ханна была ошеломлена:
— Кэтлин Садлер выгнала тебя из машины потому, что ты не хотел заниматься с ней сексом?
— Секс тут ни при чем, — с обезоруживающей откровенностью сказал Рейф. — Мы говорили о ее свиданиях с другими парнями.
— Ясно… — То, что Кэтлин встречается с другими, знала вся округа. — Я слышала, она хочет замуж за человека, который увезет ее из Эклипс-Бей.
— Тебя не обманули. Но я на такой подвиг не способен — ведь я не сумел даже развить свои способности, и так далее.
— Это очевидно.
— У меня нет даже постоянной работы.
— А Кэтлин вряд ли считает перспективной должность продавца овощных бургеров в кафе, — подхватила Ханна.
— Не считает. Она ясно дала это понять.
Ханна с ужасом поняла, что испытывает к Рейфу что-то вроде сочувствия.
— Придется признать, что ты не в состоянии обеспечить ей уровень жизни, к которому она привыкла.
— Знаю. Но я думал, мы оба придерживаемся убеждения: пока мы встречаемся друг с другом, измены недопустимы.
— Если я правильно поняла, подобные взгляды Кэтлин не разделяет?
— Нет. Она заявила, что не желает сидеть возле меня на привязи. Объяснила, что главное для нее — найти богатого мужа. И я вдруг с ужасом осознал, что я для нее — всего лишь игрушка.
— С ужасом?
— Слушай, Мэдисонам не чужды чувства.
— Вот как? — отозвалась Ханна. — Впервые слышу.
— Мы это не афишируем.
— И неудивительно — чтобы не подпортить имидж.
— Да. Знаешь, ничто не вызывает большего раздражения, чем свидания с женщиной, которая активно охотится на богатого мужа.
— Да, Кэтлин увлечена охотой, — бесстрастно подтвердила Ханна. — Это знает весь город.
Рейф тонко улыбнулся:
— С сегодняшнего дня она может охотиться на кого угодно.
— Наверное, она не обрадовалась, узнав, что ты не желаешь и впредь быть ее… игрушкой?
— Она разозлилась.
Ханна попыталась разглядеть выражение его лица, но так и не поняла, о чем думает и что чувствует этот человек. Конечно, если он вообще способен думать и чувствовать.
— Почему-то мне кажется, что этот разрыв ты перенес безболезненно, — осторожно начала Ханна.
— Напротив — очень болезненно. Я же объяснял: я ранимый человек. Но я переживу.
— А Кэтлин?
— Видишь ли, в списке моих приоритетов забота о чувствах Кэтлин не значится.
Ханна изумленно уставилась на него:
— Ты хочешь сказать, у тебя действительно есть список приоритетов?
— Ну, не такой, как составленный на компьютере развернутый пятилетний план, который, наверное, висит у тебя над кроватью. Но примитивные списки приходится составлять каждому.
Ханна поморщилась, вспомнив о списке целей, который составила для себя в начале лета. Он и вправду висел у нее в спальне, над комодом, и представлял собой исправленную, дополненную и уточненную версию списка, составленного после окончания школы. Формулировать задачи, определять цели, а затем составлять планы достижения этих целей было для нее все равно что дышать. Все ее родные старались быть организованными и дальновидными. Как любил повторять ее отец, Гамильтон, жить, не имея четкого плана, — значит превращать свою жизнь в хаос.
В отличие от Хартов Мэдисоны славились своей склонностью к донкихотским одержимостям, смутным желаниям и безумным выходкам. Местные жители говорили: если Мэдисона захватила страсть, он способен свернуть горы. Равнодушие Рейфа к разрыву с Кэтлин Садлер свидетельствовало о том, что страсти к ней он не питает.
— Ладно, сдаюсь, — нехотя произнесла Ханна, так и не сумев понять, дразнит ее Рейф или говорит серьезно. — И каков же твой список приоритетов?
Минуту ей казалось, что отвечать он не собирается. Затем он поглубже засунул кулаки в карманы кожаной куртки и повернулся лицом к заливу.
— Вряд ли мои планы будут тебе интересны, — заявил он. — В них нет защиты диссертации.
Ханна смотрела на него с неподдельным интересом.
— Рассказывай.
Он помолчал еще минуту. Ханне показалось, что он мысленно ведет спор с самим собой.
— Мой дед говорит, что, если бы я не искал приключений на свою голову, я был бы незаменим для бизнеса, — наконец произнес он. — Он хочет, чтобы я поработал у Гейба.
— А ты против?
— «Коммерческая компания Мэдисона» — детище Гейба. Он в ней главный, так и должно быть. Мы прекрасно ладим, но в армии я узнал о себе кое-что. Во-первых, я не создан для того, чтобы выполнять приказы.
— Не вижу в этом ничего странного.
Рейф вынул одну руку из кармана, поднял камушек и зашвырнул его в темную воду залива.
— Я хочу быть самому себе хозяином.
— Понимаю.
Он оглянулся через плечо:
— Правда?
— Я тоже не хочу служить в какой-нибудь корпорации или компании, — призналась Ханна. — После окончания учебы я возьмусь за собственное дело.
— Все уже распланировано?
— Не все. Но к тому времени, как я закончу колледж, план будет в общих чертах завершен. А что скажешь ты? Какова твоя главная цель?
— Не попасть в тюрьму.
— Звучит впечатляюще. Ручаюсь, понадобятся долгие годы учебы, интернатура и аспирантура, чтобы добиться этой цели.
— Все, кого я знаю, считают, что если я не окажусь за решеткой, это и будет моим главным достижением. — Он обернулся и посмотрел ей в лицо: — А ты? Чем вы намерены заняться, мисс Подающая Надежды?
Ханна прошлась по усыпанному галькой пляжу и села на большой камень.
— Точно еще не знаю. Пока я изучаю возможности. Я говорила с папой, и он объяснил, что главное — найти маленькую, но свою нишу в сфере сервиса. Такую нишу, на которую из-за ее размера не польстятся крупные компании.
— Что-нибудь вроде массажа на дому или эскорт-услуг?
— Не смешно.
— Я видел такие объявления в «Желтых страницах» — знаешь, из тех, что предназначены для путешествующих бизнесменов или участников какого-нибудь съезда. «Конфиденциальные личные услуги — в вашем номере отеля».
— Знаешь, острить ты умеешь не лучше, чем развлекаться.
— А чего еще ты ждала от парня, у которого нет даже ученой степени?
— Видимо, слишком многого. — Ханна подтянула колени к груди и обхватила их руками.
Рейф подошел к камню, на котором она сидела.
— Прости. Напрасно я дразнил тебя.
— Ладно, забудем.
— Уверен, ты найдешь свою нишу. Удачи тебе.
— Спасибо.
— А брак значится в твоем списке личных целей?
Ханна удивленно вскинула голову:
— Что?.. Да, разумеется.
— Ты хочешь выйти замуж за кого-нибудь вроде того подонка?
Ханна вздохнула.
— Перри я никогда не воспринимала всерьез. С ним просто весело проводить лето. — Она поморщилась. — Впрочем, сегодня мне было не до веселья.
— Да, он явно не то, что надо. Скорее, мистер Ошибка.
— Верно.
— Ручаюсь, у тебя уже составлен список требований, которые ты предъявишь потенциальному мужу.
От этого сухого замечания Ханне стало неловко.
— Я знаю, каким должен быть мой муж. Ну и что в этом плохого? Если у тебя нет никаких планов на будущее, это еще не значит, что все должны жить так же.
— Правильно. — Без предупреждения он сел на камень рядом с ней. Это движение было легким и по-кошачьи грациозным. — Так через какие же обручи придется прыгать твоему избраннику, прежде чем ты согласишься стать его женой?
Уязвленная Ханна подняла руку и принялась перечислять, загибая пальцы:
— Он должен быть интеллигентным, образованным, выпускником престижного учебного заведения, преуспевающим в своей сфере. Кроме того, он должен быть преданным, благородным, порядочным и надежным.
— И не иметь судимостей?
— Само собой. — Ханна продолжала перечислять: — Он будет добрым, чутким, ответственным. С ним я смогу подолгу беседовать, у нас будут общие интересы и цели — это очень важно.
— Угу.
— А еще он должен уметь ладить с моими родными, любить животных и помогать мне делать карьеру.
Рейф откинулся назад, опираясь на согнутые локти.
— Словом, тебе нужен самый обычный парень.
По какой-то причине это замечание больно уязвило Ханну.
— Ты считаешь, что я слишком требовательна?
Он усмехнулся:
— Спустись на землю: человека, которого ты ищешь, не существует в природе. А если такой и найдется, у него непременно окажется какой-нибудь роковой изъян.
— Думаешь? — Ханна прищурилась. — А как насчет твоей избранницы? Ты уже знаешь, какой она должна быть?
— Нет. И сомневаюсь, что когда-нибудь женюсь. Впрочем, это не имеет значения.
— Потому что тебя не интересуют брачные узы, моногамия и ответственность?
— Нет, потому, что мужчины нашего рода не годятся в мужья. Мои шансы на успех ничтожны.
Ханне было нечего возразить. Все в округе знали о четырех на редкость неудачных браках деда Рейфа. Отец Рейфа, Синклер, был женат дважды, прежде чем у него завязался бурный роман с натурщицей, подарившей ему сыновей. И если бы Синклер не погиб в аварии, ему предстояла бы еще длинная череда разводов и романов, по сравнению с которыми послужной список Митчелла показался бы жалким.
— К браку нельзя относиться как к лотерее или азартной игре, — наставительно произнесла Ханна. — Это серьезный шаг, который следует всесторонне обдумать.
— Думаешь, это так легко?
— А я и не говорила, что это легко. Я только хотела объяснить, что к решению этого вопроса следует подходить, вооружившись здравым смыслом и логикой.
— Ну, это слишком скучно!
Ханна скрипнула зубами:
— Опять ты дразнишь меня.
— Посуди сама: разве мы, Мэдисоны, хоть когда-нибудь проявляли здравый смысл? Вероятно, такой ген у нас отсутствует.
— Не болтай чепухи! Рейф, я говорю серьезно. Я не желаю верить, что ты не в состоянии изменить то, что считаешь своей судьбой.
Он искоса взглянул на нее:
— Неужели ты всерьез считаешь, что именно я смогу разбить форму, в которой отлиты Мэдисоны?
— Если ты всей душой захочешь избавиться от нее — да, ты сможешь.
— Поразительно! Кто бы мог подумать, что наследница Хартов окажется такой мечтательницей?
— Ну хорошо, чем ты собираешься заняться дальше?
— Знаешь, — задумчиво отозвался Рейф, — я заметил, что всякие культы и роль гуру приносят неплохую прибыль…
— Перестань паясничать! У тебя впереди вся жизнь. Не вздумай махнуть на нее рукой. Постарайся понять, чего ты хочешь. Составь конкретные планы. Обдумай серьезные цели, а затем начни осуществлять их.
— Значит, по-твоему, моя нынешняя цель не заслуживает внимания?
— Не попасть в тюрьму и остаться на свободе — это неплохо. Но этого слишком мало, Рейф. И ты сам это понимаешь.
— Может быть, но пока это моя единственная цель. — Он взглянул на часы, циферблат блеснул в лунном свете. — По-моему, тебе пора домой.
Ханна машинально посмотрела на свои часы.
— О Господи, уже второй час! Чтобы дойти отсюда до дома, понадобится не меньше получаса. Пожалуй, я пойду.
Рейф плавно поднялся с камня:
— Я с тобой.
— Это не обязательно.
— Напротив. Я же Мэдисон, а ты — Харт.
— Ну и что?
— А вот что: если с тобой что-нибудь случится в дороге и твои родные узнают, что я был последним, кто видел тебя, меня наверняка обвинят сразу во всех грехах.
Она улыбнулась:
— А Йейтс посадит тебя в тюрьму?
— А как же. И мне не удастся осуществить свой единственный план.
Широкая ровная дуга залива начиналась вдалеке, за спиной Ханны, близ коварных вод Хидден-Коув, а заканчивалась где-то впереди, в темноте, у мыса Сандаун-Пойнт. На длинном, изогнутом шоссе, идущем вдоль залива Эклипс-Бей, не было ни единого фонаря. Неяркие огни пирса, набережной и крошечного делового центра городка находились на расстоянии двух миль, ближе к Хидден-Коув.
Перед собой Ханна видела только непроглядную темноту. Ночью Сандаун-Пойнт оставался невидимым. Ханна знала, что среди скал, поросших густым лесом, разбросан десяток коттеджей и особняков, но освещенных окон не видела. До летнего дома ее родителей было не меньше мили, он стоял над небольшой, закрытой от ветров бухточкой, а еще дальше, на расстоянии полумили, высился большой особняк ее тети, Дримскейп.
Прогулка и вправду обещала быть долгой.
Ханна оглянулась через плечо. На склоне холма виднелся освещенный квадрат стоянки, разместившейся на поляне над городом. Эта стоянка принадлежала местному институту политологии, недавно открывшемуся заведению, построенному неподалеку от Колледжа Чемберлена.
— Мои родители сегодня там, в институте, — сообщила Ханна, чтобы не молчать. — На приеме в честь Тревора Торнли.
— Того выскочки, который метит в законодательное собрание штата?
— Да. — Ханна удивилась, обнаружив, что Рейфу известно о кампании Торнли. Ей казалось, что Рейф из тех, кто вообще не интересуется политикой. Но упоминать об этом вслух она не стала. — Похоже, прием затянулся допоздна. Если так, я вернусь домой раньше мамы с папой.
— Повезло, да? Не придется выкручиваться и объяснять, почему ты вернулась домой со мной, а не с тем подонком.
Ханна удивленно вскинула голову.
— Утром я обо всем расскажу им. — Рейф хлопнул себя по лбу ладонью:
— Как я мог забыть! Ведь я говорю с самой мисс Паинькой! Само собой, ты расскажешь родителям о том, что провела ночь со мной на берегу.
Потрясенная, Ханна замерла на месте.
— Рейф Мэдисон, никакой ночи на берегу с тобой я не проводила. А если ты посмеешь рассказать об этом своим дружкам из гриль-бара «Эклипс», я… я подам на тебя в суд! Или сделаю еще что-нибудь.
— Не трудись, — процедил он сквозь зубы. — Я не желаю, чтобы нашу встречу возле Эклипс-Арч обсуждал весь город.
— Да, лучше позаботься о том, чтобы этого не случилось. — Покрепче вцепившись в сумочку, Ханна прибавила шагу. Чем скорее она доберется до дома, тем лучше.
Рейф без труда догнал ее. Ханна остро чувствовала его присутствие. По этой дороге она ходила бесчисленное множество раз, но в такой поздний час — никогда. В Эклипс-Бей уровень преступности был очень низким, но происшествия все-таки случались, особенно летом, когда на берег съезжались отдыхающие. Ханна втайне порадовалась тому, что она не одна. Не будь рядом Рейфа, она вздрагивала бы от каждого шороха всю дорогу домой.
Через полчаса они прошли по обсаженной деревьями подъездной аллее, ведущей к коттеджу Хартов. Подойдя к крыльцу вместе со спутницей, Рейф остановился.
— Дальше я не пойду, — объявил он. — Спокойной ночи, Ханна.
Поднявшись на одну ступеньку, она остановилась, вдруг осознав, что странная интерлюдия завершилась. Ее пронзила тоска, и Ханна подавила ее со всей жестокостью, на какую только была способна. Пара романтических фантазий с Рейфом Мэдисоном в главной роли — это в порядке вещей. В конце концов, в городе он был заметной фигурой, пользовался наибольшей известностью среди ровесников Ханны. Но ни о чем серьезном не могло быть и речи. У таких, как Рейф, нет будущего.
— Спасибо, что проводил, — пробормотала она.
— Не стоит благодарности. Сегодня мне все равно было нечем заняться. — В желтом свете лампы на веранде его глаза казались бездонными, таинственными озерами. — Желаю досрочно выполнить пятилетний план.
Повинуясь неожиданному порыву, Ханна коснулась его рукава.
— Рейф, подумай о собственных планах. Не порть себе всю жизнь.
Он усмехнулся, без предупреждения шагнул вперед и скользнул быстрым, на удивление, мимолетным поцелуем по ее губам.
— Мужчина должен полагаться прежде всего на свои способности, а у меня чертовски здорово получается портить себе жизнь.
Краткий поцелуй застал ее врасплох. По телу распространился жар, который сменился трепетом. Чтобы скрыть смущение, Ханна быстро взбежала на веранду.
У двери она остановилась, доставая ключ. Когда она отпирала дверь, ее рука слегка дрожала. Наконец, шагнув через порог, она обернулась. Рейф стоял на прежнем месте, наблюдая за ней. Вскинув руку в прощальном жесте, Ханна поспешно захлопнула дверь.


На следующее утро ее разбудили голоса. Открыв глаза, она обнаружила, что за окном висит туман.
Утренние туманы были обычным явлением в этих местах летом и ранней осенью. К полудню туман развеивался, даже если облачность сохранялась. Если повезет, днем температура достигнет шестидесяти пяти градусов по Фаренгейту, но не более. В Эклипс-Бей приезжают не за бронзовым загаром. Те, кто любит голышом жариться под палящим солнцем, предпочитают пляжи Южной Калифорнии. А на побережье Орегона съезжаются те, кто надевает ветровки и в утренний туман отправляется смотреть, что вынес на берег прилив, и обследовать пещеры в прибрежных скалах. Местные туристы совершали полные приключений прогулки по высоким, обдуваемым ветрами утесам и смотрели на воду, бурлящую в каменных впадинах у подножий отвесных скал.
Голоса внизу стали громче. Родители Ханны разговаривали с кем-то на кухне. С мужчиной. Слов Ханна не разобрала, но похоже, разговор был напряженным.
Она прислушалась с быстро нарастающим любопытством. Кто это явился к ним в такую рань? Внезапно она расслышала знакомое имя. Рейф Мэдисон.
— Черт!
Откинув одеяло, она выбралась из постели и торопливо натянула джинсы с серой водолазкой. Сунув ноги в спортивные туфли, она наскоро причесалась и сбежала вниз.
Ее родители сидели за столом в обществе лысеющего толстяка, которого Ханна сразу узнала.
— Инспектор Йейтс!
— Доброе утро, Ханна. — Фил Йейтс удостоил ее надменным кивком. Он был единственным представителем закона в городе с тех пор, как Ханна помнила себя, но в коттедж Хартов явился впервые.
Замаскировав тревогу ослепительной улыбкой, Ханна вопросительно посмотрела на родителей. И сразу поняла, что случилось что-то очень скверное.
Миловидное лицо Элейн Харт окаменело от тревоги. Губы Гамильтона сжались, превратившись в тонкую линию. Смутный страх охватил Ханну. Казалось, мимо нее только что бесшумно проскользнул призрак.
— В чем дело? — спросила она так торопливо, что ее отец прищурил прикрытые очками глаза.
— Я как раз собиралась разбудить тебя, дорогая, — негромко отозвалась Элейн. — Мистер Йейтс принес плохие вести.
На страшный миг Ханне представилось тело Рейфа, распростертое на Бейвью-драйв. Неужели он стал жертвой дорожной аварии, виновник которой в панике сбежал? После того как Рейф проводил ее, ему еще пришлось идти пешком домой…
Подойдя к столу, Ханна вцепилась в спинку свободного стула.
— Что случилось?
— Сегодня утром Кэтлин Садлер найдена мертвой в Хидден-Коув, — мрачно произнес ее отец.
— О Господи! — Значит, Рейф жив. С ним все в порядке. Ханна опустилась на стул. Внезапно до нее дошло, в чем дело. — Кэтлин Садлер?!
— Похоже, мы имеем дело с несчастным случаем, — объяснил Йейтс. — Она упала со скалы. И все-таки мне придется задать вам несколько вопросов.
Его голос прозвучал так, что Ханна сразу насторожилась. Рейф жив, но его подруга мертва. Не надо быть гением, чтобы сообразить, зачем Йейтс пришел сюда. Если женщина умирает при загадочных обстоятельствах, подозрение первым делом падает на ее друга или мужа. Так всегда говорил брат Ханны.
Гамильтон обеспокоенно смотрел на нее.
— Ханна, кажется, произошла какая-то путаница. Фил говорит, что вчера вечером Кэтлин встречалась с Рейфом Мэдисоном. А Рейф сообщил Йейтсу, что вчера вечером, примерно в то же время, когда умерла Кэтлин, он был с тобой.
— Мы объяснили Филу, что этого не могло быть, — решительно вмешалась Элейн. — У тебя было свидание с тем приятным молодым человеком из Колледжа Чемберлена, с Перри Декейтером.
Йейтс прокашлялся.
— Я уже побеседовал с мистером Декейтером. Он заявил, что все было несколько иначе.
Гамильтон метнул раздраженный взгляд на широкое лицо Йейтса.
— А еще мы сказали, что даже если ты не встречалась с Декейтером, ты никак не могла быть с Рейфом Мэдисоном.
— Мне прекрасно известно, что Харты не общаются с Мэдисонами, — буркнул Йейтс. — Но Рейф клянется, что был с Ханной, и я обязан проверить его показания.
Ханна наконец сообразила, к чему он клонит.
— Ничего не понимаю! Вы же только что сказали, что Кэтлин погибла в результате несчастного случая. Или возможно и другое объяснение?
— Она могла спрыгнуть со скалы сама. — Йейтс обхватил кружку с кофе мясистыми пальцами. — От такой нервной девицы всего можно ожидать.
Элейн нахмурилась.
— Да, она выросла в неблагополучной семье, но я никогда не слышала, чтобы ее подозревали в попытках совершить самоубийство.
Йейтс отхлебнул кофе.
— Есть и еще одна версия…
Все выжидательно уставились на него.
— Возможно, они поссорились, — лаконично продолжил Йейтс.
— Боже мой! — прошептала Элейн. — Вы хотите сказать, ее могли столкнуть со скалы?
Ханна хлопнула ладонью по столу:
— Подождите! Вы намекаете, что Рейф Мэдисон мог убить Кэтлин?
— Это могло произойти случайно, — отозвался Йейтс. — Заспорили, вспылили, подрались…
— Но это же нелепо! Зачем Рейфу затевать с ней драку?
— В городе поговаривают, будто Рейф узнал, что Кэтлин встречается с другими.
— Да, но… Гамильтон перебил дочь:
— Дорогая, Рейф пытается создать себе алиби. Я не позволю ему впутывать в это дело тебя. Но об этом потом.
— Папа, выслушай меня…
— А пока просто скажи Йейтсу, где ты была вчера между полуночью и двумя часами утра.
Ханна приготовилась к неизбежному скандалу.
— Я была с Рейфом Мэдисоном.


Причиной смерти Кэтлин Садлер официально объявили несчастный случай. Но шквал слухов и сплетен утих не сразу. Известие о том, что в ночь гибели Кэтлин Ханна была с Рейфом Мэдисоном, обрушилось на городок с силой цунами. Мало кто поверил, что они просто разговорились.
Искренне обрадовался тому, что Рейф и Ханна провели вдвоем на освещенном луной берегу целых два часа, только один человек — тетя Ханны Изабель Харт.
Восьмидесятитрехлетняя Изабель была единственным неисправимым романтиком в семье. Профессор английской литературы, она так и не вышла замуж и теперь жила одна в Дримскейпе — огромном трехэтажном особняке, который ее отец построил, нажив состояние рыбным промыслом.
Именно Изабель финансировала компанию «Харт и Мэдисон», основанную Салливаном Хартом и Митчеллом Мэдисоном много лет назад. Вражда, уничтожившая не только компанию, но и дружбу Салливана и Митчелла, печалила Изабель. Она до сих пор мечтала о примирении.
Ханна обожала свою тетю. Ее родители пытались убедить Изабель продать Дримскейп и поселиться в квартире в Портленде, но Изабель отказывалась наотрез.
На четвертый день после возникновения скандальных слухов Изабель разговорилась о них на кухне с Элейн Харт.
— Как романтично! — произнесла Изабель, не обращая ни малейшего внимания на раздражение Элейн. — Как Ромео и Джульетта!
— Чушь, — отрезала Элейн,
— Вот именно, — подхватила Ханна, входя на кухню. — Всем известно, что случилось с Ромео и Джульеттой. По-моему, это был ужасный финал.
— Могло быть и по-другому, — невозмутимо возразила Изабель. — Ромео и Джульетта вполне могли положить конец давней вражде между их семьями.
Элейн в изнеможении возвела глаза к потолку:
— Изабель, враждовали только Салливан и Митчелл. Остальные просто не замечали друг друга. Рейф Мэдисон не интересуется порядочными девушками — такими как Ханна.
— Ну спасибо, мама! — Ханна налила себе чашку кофе. — Почему бы прямо и откровенно не назвать меня занудой?
Элейн укоризненно покачала головой:
— Ты прекрасно понимаешь, что я имела в виду.
— Само собой, мама. — Ханна состроила гримаску. — И ты совершенно права. Рейфу до меня нет никакого дела. Я не в его вкусе.
В ярко-голубых глазах Изабель вспыхнуло любопытство.
— О чем ты, дорогая?
Ханна криво усмехнулась:
— Рейф считает меня ханжой, зазнайкой и паинькой.
— А ты какого мнения о нем? — живо спросила Изабель.
— По-моему, он прожигает жизнь. Так я ему и сказала. Ночью, когда мы случайно встретились на берегу, оказалось, что нас объединяет только одно — необходимость плестись домой пешком после неудачного свидания. Поверьте мне, ему и в голову не приходило соблазнить меня.
— К сожалению, никто в городе этому не верит, — мрачно отозвалась Элейн. — Мне рассказывали, что брат Кэтлин Садлер подозревает самое худшее. Он убежден, что Рейф сам столкнул Кэтлин со скалы, а потом обольстил тебя, чтобы обеспечить себе алиби.
— Ясно, — кивнула Ханна. — Бедняга Делл. Он потерял сестру, от горя помешался и теперь твердит, что Рейф провел роковую ночь, предаваясь необузданной любви со мной на берегу!
Глаза Изабель вновь вспыхнули.
— Надеюсь, на самом деле он…
— Нет, нет, — поспешила заверить Ханна, — я же сказала, мы ограничились разговорами.
Элейн покачала головой:
— Я верю тебе, дорогая. Хорошо, что Рейфа не было рядом с Кэтлин в момент ее смерти. Но лучше бы в ту ночь рядом с ним оказался кто-нибудь другой. Об этом в городе забудут еще очень не скоро.
— И все-таки здесь что-то не складывается, — заявила Пэмела на следующий день в кафе «У Сноу», поглощая овощные бургеры и картошку фри. — Ни у тебя, ни у меня почти нет шансов провести целых два часа на берегу с таким типом, как Рейф Мэдисон.
Ханна посмотрела на подругу, откусывая булочку. Пэмела училась в Колледже Чемберлена и мечтала в будущем преподавать в университете английскую литературу. Она уже давно одевалась в стиле преуспевающего молодого ученого — в черные колготки, черные туфли на низком каблуке, длинные черные юбки, мешковатые пиджаки и очки в тонкой проволочной оправе. Ее каштановые волосы длиной до плеч были собраны в хвост на затылке и сколоты пластмассовой заколкой с рисунком под черепаху.
— Да, шансы невелики. — Ханна прожевала кусок бургера с тофу. — Но я все-таки встретилась с Рейфом — по милости Перри Декейтера.
Пэмела состроила гримаску:
— А ведь Перри так нравился твоей маме! Она считала его приятным молодым человеком с достойными устремлениями.
— Да, его устремления и вправду достойны уважения. Он далеко пойдет.
— Но приятным человеком его не назовешь?
— Он обходительный. Любезный. Скользкий. — Ханна вспомнила мерзкую возню в машине и передернулась. — Но только не приятный!
Пэмела обвела взглядом переполненное кафе. Убедившись, что никто не подслушивает их, она придвинулась ближе и понизила голос:
— У тебя с Рейфом Мэдисоном что-то было?
— Нет. Мы просто поговорили, вот и все.
Пэмела была явно разочарована.
— И все? Это правда?
Ханна не стала упоминать о несущественном прощальном поцелуе Рейфа.
— Чистейшая правда.
Пэмела поерзала на стуле.
— Вот досада!
— Ты думаешь?
— Я в этом уверена. Интеллигентным, образованным, здравомыслящим женщинам вроде нас с тобой не следует выходить замуж за таких, как Рейф Мэдисон. Но пообщаться с таким парнем было бы забавно.
— И слишком опасно для репутации — особенно в таком городишке, как Эклипс-Бей. Уж я-то знаю, поверь мне. Двух часов, проведенных на берегу в обществе Рейфа Мэдисона, хватило, чтобы основательно подпортить мой имидж порядочной девушки.
— Зато шагать по скользкой дорожке наверняка было увлекательно.
Рейф позвонил в день отъезда из города. В тот момент Ханна была дома одна. Услышав в трубке его голос, она сразу поняла: Рейфу известно, что ее родители уехали вдвоем.
— Я твой должник, — заявил он без предисловий.
— Ты ничего мне не должен, — возразила она, покрепче сжав трубку. Голос в ней звучал так же соблазнительно, как в полночь на берегу. — Я просто сказала правду.
— Неужели для тебя все так просто? Черное или белое, истина или ложь?
— В этом случае — да.
— И тебе все равно, что теперь целый город убежден, что в ту ночь я не просто держал тебя за руку?
Ханна попробовала уклониться от ответа:
— Ты даже не пытался взять меня за руку.
Последовала краткая, но мучительная пауза. Ханна гадала, вспоминает ли Рейф о ничего не значащем поцелуе перед расставанием. Сама она никак не могла забыть об этом.
— Так или иначе, я твой должник, — наконец повторил он.
— Забудь об этом. Сказать по правде, это я в долгу перед тобой.
— С чего ты взяла?
— В городе меня перестали считать занудой, недотрогой и паинькой.
Еще одна краткая пауза.
— Никакая ты не зануда.
Что ответить, Ханна не знала. В растерянном молчании она теребила витой телефонный шнур и не раскрывала рта.
— Ханна!
— Что?
— Той ночью я сказал правду. Я желаю тебе удачи и надеюсь, что все твои мечты сбудутся. И у тебя появится собственный бизнес. — Он помедлил. — И парень, о каком ты мечтаешь.
«Кажется, он говорит искренне», — мелькнуло в голове у Ханны.
— Рейф…
— Что?
— И я той ночью сказала то, о чем думала. Возьмись за ум.




Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Единственная ночь - Кренц Джейн Энн



очень понравилось, не пожалела
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннАння
14.09.2011, 11.24





очень интересно увлекательное чтение
Единственная ночь - Кренц Джейн Энналла
8.10.2011, 21.23





Очень даже интересненько! Читайте!!!
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннЕленка
8.08.2012, 12.45





хороший роман, легкий, отдыхающий, без вульгарного секса с долей авантюризма
Единственная ночь - Кренц Джейн Эннарина
25.08.2012, 19.32





Сюжет ничего,но не хватило динамизма,напряженности в расследовании,а в отношениях главных героев-чувственности.7/10.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннОсоба
2.08.2013, 22.35





да,и конец скомкали и интригу загубили.интересный был бы любовно-детективный роман.а так-танцювали ,танцювали та не вклонилися))
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннТанита
10.10.2013, 17.51





Интересный роман, не закомплексованные ГГ.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннЛюбительница
4.06.2014, 4.25





Интересный роман, не закомплексованные ГГ.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннЛюбительница
4.06.2014, 4.25





Мне не пошло.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннКэт
22.10.2014, 15.07





По-моему, это лучший роман автора.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннНадежда
6.04.2015, 12.18





Роман хороший...Может и не шедевр, но один из лучших мною прочитанных (а прочитала я ооочень много). Советую прочитать "Лето в Эклипс-Бэй" - про Октавию, подругу деда, и брата Ханны; А также "Свидание по контракту" про сестру Ханны и брата Рейфа.
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннЕлена
6.06.2015, 16.45





Понравился роман. Хотя концовка немного скомкана
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннИнна
16.06.2015, 22.59





Неплохой роман. Но перечитывать не буду. 9/10
Единственная ночь - Кренц Джейн ЭннВикки
20.09.2015, 16.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100