Читать онлайн Волшебный дар, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Волшебный дар - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Волшебный дар - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Волшебный дар - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Волшебный дар

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Увидев Лавинию, поднимавшуюся на крыльцо дома семь по Клермонт-лейн, Тобиас сразу понял, что дело неладно. Широкие поля модной шляпки отбрасывали тень на лицо, исполненное чистейшей прелести и глубокого внутреннего обаяния, лицо, на которое он не мог наглядеться. Лицо, сейчас омраченное непонятным внутренним напряжением.
Судя по тому немногому, что он знал о ней, Лавиния редко грустила над сложной проблемой или неудачей: скорее стремилась безоглядно броситься в бой. Вернее, рвалась. По его мнению, даже слишком. Бесшабашная и опрометчивая — именно эти слова приходили на ум при воспоминании о Лавинии.
Он наблюдал за ней из окна своей маленькой уютной гостиной. Каждая клеточка его тела напряглась в предвкушении неминуемого поединка. Он терпеть не мог предчувствий, предзнаменований и всякой метафизической чепухи, но верил собственным инстинктам, особенно если речь шла о делах, касавшихся его нового партнера… и любовницы. Потрясенной Лавиния не выглядела. Уж кому-кому, а ему было известно, сколько всего требуется, чтобы поколебать ее неизменную сдержанность и вывести из себя.
— Миссис Лейк дома, — заметил он, оглядываясь на экономку.
— Давно пора!
Миссис Чилтон со вздохом глубочайшего облегчения отставила поднос и поспешила к двери.
— Думала уже, она никогда не доберется! Пойду возьму у нее пальто и перчатки. Она наверняка захочет разливать чай своим гостям. Да и ей самой, чашечка не помешает.
Судя по выражению лица, Лавинии не помешало бы что-то покрепче, вроде хереса, хранившегося у нее в кабинете. По крайней мере так считал Тобиас. Но как ни жаль, с подкрепляющей дозой спиртного придется обождать.
Сначала необходимо потолковать с гостями, уже сидевшими в гостиной.
Остановившись у входной двери, Лавиния принялась рыться в большом ридикюле в поисках ключа. Теперь Тоби-асу еще отчетливее были видны синие круги под прекрасными глазами и напряженно опущенные уголки губ.
Да что стряслось, черт возьми?!
За время расследования убийств в. музее восковых фигур, закончившегося несколько недель назад, Тобиас привык считать, что достаточно хорошо знал Лавинию. Ее не так-то легко расстроить, смутить или напугать. Говоря по чести, за всю свою, временами весьма опасную, карьеру частного сыщика он встречал крайне мало людей обоего пола, сохранявших, подобно Лавинии Лейк, полное хладнокровие перед лицом угрозы.
Должно быть, случилось поистине нечто из ряда вон выходящее, чтобы довести ее до такого состояния.
Тревожный звоночек, прозвучавший в глубине души, возымел весьма неприятное действие на Тобиаса, который, нужно признаться, и без того были на грани взрыва. Ничего, он непременно узнает все и постарается осмыслить новую ситуацию, как только застанет Лавинию одну.
К сожалению, это произойдет не так скоро. Похоже, что разговор с гостями будет долгий. Тобиасу они не слишком нравились, хотя высокий, изящно-гибкий и модно одетый джентльмен, доктор Говард Хадсон, представился старым другом семьи.
Его жена Селеста была одной из тех необыкновенно привлекательных женщин, которые прекрасно сознают силу своего очарования и воздействия на мужской пол, и ни в малейшей степени не задумываются использовать этот дар, чтобы беззастенчиво манипулировать мужчинами. Блестящие белокурые волосы были затейливо причесаны, глаза цвета летнего неба казались бездонными озерами.
Даме очень шло почти прозрачное муслиновое платье с узором из крошечных роз, отделанное розовыми и зелеными лентами. К ридикюлю был прикреплен маленький веер, Правда, Тобиас посчитал, что вырез платья чересчур низок для столь прохладного дня, ибо мартовская погода переменчива. Но он был почти уверен, что Селеста тщательно обдумала свой наряд, прежде чем ехать сюда.
За двадцать минут, проведенных в обществе супружеской пары, он пришел к двум непоколебимым заключениям. Первое: доктор Хадсон — шарлатан. Второе: Селеста — прожженная авантюристка.
Но он счел нужным держать свое мнение при себе. Вряд ли Лавинии оно понравится.
— Мне не терпится снова увидеть Лавинию, — сообщил Хадсон, вольготно развалившийся в кресле. — С нашей последней встречи прошло несколько лет. Буду счастлив представить ее моей дорогой Селесте.
Природа наградила Хадсона звучным, бархатным голосом опытного актера, пронизанным густыми, вибрирующими нотками, напоминавшими хорошо настроенный инструмент. И хотя каждый звук невыносимо действовал Тобиасу на нервы, приходилось признать, что он почти сверхъестественным образом притягивал самого придирчивого собеседника.
В своем темно-синем сюртуке безупречного покроя, полосатом жилете и брюках с заложенными по поясу складками он имел вид весьма представительный. А галстук! Завязанный сложным, совершенно необычным узлом, он наверняка послужил бы предметом восхищения шурина Тобиаса Энтони. Двадцать один год — такой возраст, когда молодые люди еще уделяют пристальное внимание подобным вещам. Энтони, вне всякого сомнения, одобрил бы также оригинальные золотые брелоки, украшавшие часы Хадсона.
По прикидкам Тобиаса, доктору было лет сорок пять. Но природа наделила его скульптурными чертами человека, который независимо от возраста неизменно будет кружить дамам головы. Чего стоила копна черных волос, прошитая серебром! Кроме того, он умел носить одежду с таким изяществом и апломбом, которые сделали бы честь самому Красавчику Браммелу в расцвете его славы.
— Говард!
Озабоченность в глазах Лавинии мигом растаяла, стоило ей ступить через порог. Она порывисто протянула обе руки в дружеском приветствии.
— Простите за опоздание. Я ходила за покупками на Пэлл-Мэлл и совершенно упустила из виду время и уличную толчею.
Тобиаса потрясла столь молниеносная смена выражений ее лица. Не заметь он, что творилось с Лавинией всего несколько минут назад, когда она поднималась по ступенькам, ни за что не догадался бы, как сильно она встревожена.
И до чего же неприятно, что один лишь вид доктора Говарда Хадсона возымел столь разительный эффект! Очевидно, настроение ее сразу улучшилось.
— Лавиния, дорогая! — Говард поднялся и осторожно сжал ее ладони длинными, ухоженными пальцами. — Невозможно выразить словами, как я счастлив снова видеть тебя после стольких лет!
Очередная волна почти неописуемой, будоражащей тревоги захлестнула Тобиаса. Самой притягательной чертой доктора, если не считать голоса, были глаза, необычные, золотисто-карие, производящие совершенно неотразимое впечатление на женщин.
Должно быть, и голос, и глаза жизненно важны в его профессии. Доктор Говард Хадсон подвизался в так называемой новой науке, называемой месмеризмом
type="note" l:href="#FbAutId_2">2
.
— Я так обрадовалась, получив вчера вашу записку, — заметила Лавиния. — И не подозревала, что вы в Лондоне! Хадсон улыбнулся.
— Это я пришел в восторг, обнаружив, что вы тоже в городе. Вообразите мое удивление, дорогая! Судя по слухам, вы и ваша племянница отправились в Италию в качестве компаньонок дамы по имени миссис Андервуд. По крайней мере таковы были последние новости.
— Наши планы совершенно неожиданно изменились, — приветливо объяснила Лавиния. — Обстоятельства вынудили нас с Эмелин вернуться раньше, чем предполагалось.
Тобиас едва заметно приподнял брови, услышав столь невразумительное объяснение, но мудро промолчал.
— Что же, насколько я полагаю, весьма кстати.
Говард еще раз, по мнению Тобиаса, весьма фамильярно пожал руки Лавинии и с поклоном отступил:
— Позвольте представить мою жену Селесту.
— Как поживаете, миссис Лейк? — сладеньким голосочком пробормотала Селеста. — Говард так много рассказывал мне о вас.
Тобиас едва не рассмеялся вслух. Ничего не скажешь, до чего же забавно!
Хорошо отрепетированный, театрально-элегантный наклон головы не скрыл холодной расчетливости в ее хорошеньких глазках. Он так и видел, как она оценивает, взвешивает и выносит приговор. Ясно также, что Лавиния для нее — не представляющее не малейшей угрозы ничтожество, с которым можно не считаться.
В первый раз за весь день ему стало весело. Очевидно, дама явно недооценивала Лавинию. Что же, тем хуже для нее.
— Ваш приезд — большая радость для меня!
Лавиния села на диван, расправила юбки своего платья цвета сливы и взяла чайник.
— Не знала, что Говард женат, но счастлива это слышать. Он слишком долго жил один.
— Но что я мог поделать! — воскликнул Говард. — Это случилось год назад. Один взгляд на красавицу Селесту — и моя судьба была решена. Боги были милостивы ко мне. Я обрел не только прелестную жену и верную спутницу. Селеста также с безупречной аккуратностью ведет мои счета и книгу посещений. Представить не могу, как обходился до сих пор без нее!
— Вы льстите мне, сэр! — Селеста опустила ресницы и улыбнулась Лавинии. — Говард пытался обучить меня искусству гипноза, но, боюсь, у меня нет призвания к науке.
Она приняла от хозяйки чашку.
— Насколько я поняла, мой муж был добрым другом ваших родителей?
— Совершенно верно. — Тень грусти легла на лицо Лавинии. — В прежние времена он был частым гостем в нашем доме. Мои родители не только питали к нему исключительную симпатию, но и называли себя его величайшими почитателями. Отец не раз говаривал, что Говард — самый талантливый гипнотизер, которого он когда-либо видел.
— О, я считаю это незаслуженным комплиментом, — скромно ответствовал Говард. — Ваши родители тоже были весьма опытными в этом искусстве. Я часто и с восхищением наблюдал за их работой. Стиль каждого был уникален, но оба достигали поразительных результатов.
— Мой муж сказал, что ваши родители погибли при кораблекрушении десять лет назад, — промурлыкала Селеста. — И что в том же году вы потеряли своего супруга. Должно быть, это время было чрезвычайно трудным для вас.
— Да, — кивнула Лавиния, наливая еще две чашки. — Но шесть лет назад ко мне переехала моя племянница Эмелин, и мы прекрасно поладили. Жаль, что вы ее не застали. Она с друзьями поехала на лекцию о римских памятниках и фонтанах.
Селеста мгновенно изобразила на лице вежливое участие.
— Вы и ваша племянница одни во всем мире?
— Я не считаю себя одинокой, — сухо ответила Лавиния. — Мы есть друг у друга, и этого достаточно.
— Тем не менее вас только двое. Две женщины без родных и родственников. — Селеста украдкой метнула взгляд на Тобиаса. — По моему опыту, остаться без поддержки и совета мужчины, на которые всегда можно положиться, — огромное несчастье для женщины. Ей самой приходится нести груз житейских забот.
Тобиас едва не выронил чашку с блюдцем, которые сунула ему Лавиния. И дело было не в совершенно неверных оценках личных качеств и способностей Лавинии и Эмелин. Его поразило совершенно другое: он мог бы поклясться, что эта женщина намеренно с ним флиртует.
— Мы с Эмелин прекрасно справляемся, благодарю вас, — чуть резче, чем необходимо, заверила Лавиния. — Осторожнее, Тобиас, вы разольете чай.
Поймав ее взгляд, Тобиас неожиданно сообразил, что под внешне гостеприимными манерами кроется обычное раздражение. Интересно, что он умудрился натворить на этот раз? Их отношения из неприязненных поначалу с неодолимой силой и почти без перехода переросли в такую пылкую страсть, что обоим было немного не по себе. Безумный роман находился в самом расцвете, и пока что Тобиас мог с уверенностью сказать лишь одно: им никогда не бывало скучно вместе. И новизна далеко еще не выветрилась.
Но сам он считал это несчастьем. Временами он многое отдал бы за несколько скучных минут с Лавинией. Тогда у него хотя бы было время отдышаться.
— Простите, Лавиния, — начал Говард с видом человека, решившегося затронуть деликатную тему. — Не могу не заметить, что вы забросили свою профессию. Скажите, вы не практикуете месмеризм, потому что в Лондоне на него нет спроса? Понимаю, насколько сложно привлечь выгодных клиентов без соответствующих связей в обществе.
К удивлению Тобиаса, вопрос, казалось, застиг Лавинию врасплох. Чашка в ее руке чуть дрогнула. Но Лавиния сумела быстро овладеть собой.
— Видите ли, я по ряду причин предпочла иную карьеру, — спокойно обменила она. — И хотя неизведанные области гипноза манят меня так же сильно, как прежде, конкуренция последнее время стала поистине жестокой, и, как вы заметили, не так легко привлечь достойную клиентуру без связей и добрых знакомых в свете.
— Верно, — кивнул Говард. — Нам с Селестой придется немало потрудиться. Мне будет не так просто основать здесь свое дело.
— А где вы практиковали до сих пор? — осведомился Тобиас.
— Я провел несколько лет в Америке, путешествуя и читая лекции о месмеризме. Однако около года назад я почувствовал тоску по родине и вернулся в Англию.
Селеста ослепительно улыбнулась мужу:
— Я встретила Говарда в прошлом году в Бате. Там у него была процветающая практика, но он посчитал, что пора завоевать Лондон.
— И надеюсь обнаружить здесь множество интересных и необычных случаев, — серьезно добавил Говард. — Основная масса моих пациентов, как в Бате, так и в Америке, искали излечения от самых обычных болезней: ревматизм, женская истерия, бессонница — все в таком роде. Разумеется, все это вещи достаточно неприятные для больных, для меня же просто скучные.
— Говард намеревается проводить исследования и эксперименты в области месмеризма, — вмешалась Селеста, с обожанием глядя на мужа. — Он преданный последователь науки и надеется написать книгу на эту тему, — А для того чтобы книга имела успех, я должен пользовать пациентов с более сложными нервными расстройствами, чем те, которые обычно встречаются в Британии, — заключил ГоварД.
Глаза Лавинии зажглись энтузиазмом.
— Поразительная и достойная всяческого уважения цель! Давно пора воздать должное месмеризму! — Она метнула красноречивый взгляд в сторону Тобиаса. — Могу точно сказать, что множество плохо информированных людей все еще упорствуют в своем заблуждении, считая гипнотизеров невежественными знахарями и шарлатанами худшего разбора.
Тобиас проигнорировал укол и отпил немного чая. Хадсон тяжело вздохнул и скорбно покачал головой.
— К сожалению, должен признать, что в нашей профессии развелось чересчур много мошенников.
— Только прогресс и. новые достижения в науке способны отбить у этих негодяев охоту дурачить народ! — объявила Лавиния. — Исследования и эксперименты — именно то, что нам нужно.
Селеста вопросительно подняла брови:
— Мне не терпится узнать природу вашей новой карьеры, миссис Лейк. У нас так мало профессий, доступных дамам!
— Я принимаю поручения от персон, которые желают нанять меня для проведения частного расследования. — Лавиния поставила чашку на блюдце. — По-моему, где-то у меня еще остались карточки. Ах да! — Она перегнулась через подлокотник дивана и открыла ящик столика:
— Вот они.
Она вынула из ящика две маленькие белые карточки и вручила Говарду и Селесте.
Тобиас прекрасно знал, что именно выгравировано на блестящем прямоугольничке:
ЧАСТНЫЕ РАССЛЕДОВАНИЯ
ТАЙНА ГАРАНТИРУЕТСЯ
— Крайне необычно, — промямлила Селеста с озадаченным видом.
— Поразительно!
Говард сунул карточку в карман и сочувственно нахмурился.
— Но вынужден сказать, мне очень жаль, что вы оставили свою практику. У вас истинный дар гипнотизера, дорогая. Какая потеря для нашей профессии!
— Очевидно, страх перед конкуренцией заставил вас отречься от науки? — спросила Селеста, изучающе поглядывая на Лавинию.
Тобиас подумал, что, не наблюдай он сам за возлюбленной так пристально, наверняка не заметил бы мимолетно мелькнувшей растерянности в глазах, а также подергивавшейся на шейке крохотной жилки. Он мог бы поклясться, что она судорожно сглотнула, прежде чем ответить на вопрос.
— Скорее… неприятный инцидент, случившийся с пациентом, — глухо выговорила она. — И исход оказался таким, на который можно было рассчитывать. Вам, разумеется, известно, как трудно запрашивать большую плату в провинции. А ведь мне приходилось думать еще и о будущем Эмелин! Она как раз окончила школу, и я посчитала, что сейчас ей самое время набраться лоска. Всегда говорила: нет ничего лучше путешествия за границу, чтобы приобрести элегантные манеры и утонченность. Словом, то одно, то другое, и когда миссис Андервуд пригласила нас провести сезон в Риме, я посчитала нужным согласиться.
— Понимаю, — кивнул Говард, не сводя глаз с ее лица. — Должен признать, что до меня дошли слухи о неприятной истории в этой маленькой деревушке на севере. Надеюсь, вы не попали в беду?
— Нет, разумеется, нет, — чересчур поспешно ответила Лавиния. — Просто к тому времени, когда мы с Эмелин вернулись из Италии, мне пришло в голову попробовать себя в новом предприятии, и, к моему удивлению, это занятие пришлось мне по вкусу.
— Какое странное занятие для леди! — Селеста вновь окинула Тобиаса задумчивым взглядом. — Насколько я поняла, вы ничего не имеете против новой профессии миссис Лейк, сэр?
— Заверяю, что пережил немало минут горьких сомнений и глубочайшей неуверенности, мадам, — сухо буркнул Тобиас, — не говоря уже о многих бессонных ночах.
— Мистер Марч шутит, — вмешалась Лавиния, грозным взором пригвоздив к месту Тобиаса. — У него нет прав одобрять или не одобрять. Честно говоря, во многих случаях он выступает в роли моего помощника.
— Вашего помощника? — Селеста потрясенно распахнула глаза. — Хотите сказать, что наняли его?
— Не совсем, — мягко пояснил Тобиас. — Скорее можно сказать, что мы партнеры.
Но ни Селеста, ни Говард, казалось, не слышали этой поправки. Оба потрясенно таращились на нее.
— Помощник, говорите? — переспросил Говард.
— Партнер, — отчетливо повторил Тобиас.
— Время от времени я пользуюсь услугами Тобиаса, — оживилась Лавиния, — когда чувствую необходимость в его специальных знаниях. — И с милой улыбкой в сторону Тобиаса добавила:
— Думаю, лишние деньги ему не помешают. Разве не так, сэр?
Разговор в подобном тоне начинал ему надоедать. Пора напомнить миссис Лейк, что не у нее одной имеются зубки!
— Видите ли, в нашем партнерстве меня привлекают не только деньги, — заверил он. — Должен признать, что обнаружил некоторые другие, дополнительные и чрезвычайно соблазнительные, преимущества.
У Лавинии хватило совести покраснеть, но, как он и ожидал, она не собиралась сдаваться и со снисходительной улыбкой обратилась к гостям:
— Наше соглашение дает мистеру Марчу возможность отточить свое логическое и дедуктивное мышление. Он находит должность моего помощника весьма стимулирующей, не так ли, сэр?
— Совершенно верно, — согласился Тобиас. — Думаю, вполне можно заключить, что наше… сотрудничество дарит мне такие… волнующие впечатления, каких я не знал много лет.
Лавиния чуть сузила глаза в молчаливом предостережении. Тобиас удовлетворенно усмехнулся и съел пирожок со смородиновым джемом, из тех, что миссис Чилтон разложила на чайном подносе. Ничего не скажешь, миссис Чилтон поистине творит чудеса со смородиновым джемом!
— Как интересно! — протянула Селеста, обозревая Тобиаса поверх края чашки. — И какова же природа ваших специальных знаний, мистер Марч?
— Мистер Марч непревзойденно умеет добывать информацию из определенных источников, которые по многим причинам мне недоступны, — объяснила Лавиния, прежде чем Тобиас успел ответить. — Джентльмену позволяется наводить справки в таких местах, где появление леди не приветствуется. Надеюсь, вы меня понимаете?
— Ну да, разумеется, — просиял Говард. — Что за поразительный союз! Значит, ваше новое занятие приносит больший доход, чем старое, верно, Лавиния?
— Оно может быть довольно прибыльным. — Лавиния деликатно помолчала. — Иногда. Но к сожалению, бывают случаи, когда результат оказывается непредсказуемым.
— Ясно, — участливо кивнул Говард.
— Но довольно о моей новой карьере, — деловито заметила Лавиния. — Лучше скажите, Говард, когда вы собираетесь начать прием пациентов?
— Потребуется месяц или более, чтобы все организовать, снять и обставить помещение, не говоря уже о том, чтобы распространить в самых высоких кругах слухи о прибытии нового специалиста в области месмеризма, интересующегося исключительно самыми редкими случаями нервных расстройств. Нужно быть крайне осторожным, если не хочешь, чтобы тебя вновь одолели особы, страдающие приступами истерии, а как уже упоминалось, я не желаю тратить время на столь обыденные недуги.
— Вполне с вами согласна! — с искренним интересом воскликнула Лавиния. — Собираетесь поместить объявления в газетах? Я и сама подумывала это сделать.
Тобиас едва не подавился и отложил недоеденный пирожок.
— Какого черта? И почему я только сейчас узнаю об этом?
— Не важно, — отмахнулась она. — Объясню детали позже. Меня забавляла эта мысль, но…
— Забавляйтесь чем-нибудь другим, — посоветовал он, доедая пирожок.
Лавиния смерила его презрительным взглядом.
Тобиас сделал вид, что не заметил.
Говард тактично откашлялся:
— Правду сказать, я, возможно, не стану помещать объявлений в газетах, поскольку опасаюсь, что это всего лишь привлечет обычную публику с обычными нервными хворями.
— Да, некоторый риск есть, — задумчиво протянула Лавиния. — Тем не менее бизнес есть бизнес.
Разговор отклонился в сторону тайн и высоких аспектов месмеризма. Тобиас уныло побрел к окну, и хотя краем уха прислушивался к оживленной дискуссии, сам в ней участия не принимал.
У него были серьезные сомнения в действенности месмеризма. Мало того, до встречи с Лавинией он был убежден, что выводы французов, касающиеся этой области, были совершенно верными. Исследования проводились такими известными учеными, как доктор Франклин и Лавуазье. Заключения были просты и недвусмысленны. Не существовало такой вещи, как животный магнетизм, и, следовательно, месмеризм не имел под собой научной основы. А все так называемые его последователи — не кто иные, как мошенники.
Он вполне соглашался с предположением, что умение вводить людей в транс — всего-навсего трюк шарлатана, способный увлечь только доверчивых простаков. В лучшем случае он допускал, что талантливый гипнотизер в силах приобрести влияние над некоторыми слабовольными индивидами, но, по его мнению, все это делало месмеризм еще более подозрительным занятием.
Тем не менее нельзя было отрицать, что публичный интерес к месмеризму был достаточно велик и пока что признаков спада не наблюдалось, несмотря на высказывания многих опытных врачей и прославленных ученых. Иногда при мысли о том, что и Лавиния обладает даром гипноза, Тобиасу становилось не по себе.
Через полчаса Хадсоны откланялись. Лавиния решила проводить их до крыльца. Тобиас оставался на своем посту перед окном, наблюдая, как Говард подсаживает жену в наемный экипаж.
Лавиния дождалась, пока лошадь тронется, прежде чем закрыть входную дверь, а когда пришла в гостиную, показалась Тобиасу куда более спокойной, чем когда вернулась домой.
— Не хочешь еще чаю, Тобиас? — осведомилась она, вновь садясь на диван и берясь за чайник. — Я бы выпила чашечку.
— Нет, спасибо.
Он сцепил руки за спиной и уставился на Лавинию.
— Что, черт возьми, стряслось, пока ты где-то гуляла утром?
Лавиния невольно съежилась. Чай выплеснулся на столик.
— Господи, посмотри только! И все из-за тебя! — Она бросилась промокать лужицу салфеткой. — И почему тебе вдруг взбрело в голову, будто со мной что-то случилось?
— Ты знала, что у нас будут гости. Сама их пригласила.
Лавиния яростно терла столешницу.
— Я уже сказала, что потеряла счет времени и не приняла в расчет уличную толчею.
— Лавиния, ты прекрасно знаешь, что не такой уж я идиот.
— Довольно, сэр! — Она отшвырнула салфетку и мрачно нахмурилась. — Я не в том настроении, чтобы подвергаться очередному допросу! И если на то пошло, у вас нет прав совать нос в мои личные дела! Клянусь, последнее время ваше поведение все больше смахивает на хозяйские повадки подозрительного мужа!
Последовала многозначительная пауза.
Слово «муж» повисло в воздухе, словно начертанное огненными буквами.
— Когда на самом деле, — выговорил наконец Тобиас, очень тихо и спокойно, — я всего лишь ваш случайный партнер и временный любовник. Вы это хотели сказать, мадам?
Краска бросилась в лицо Лавинии.
— Простите, сэр, не знаю, что на меня нашло. Ничем не оправданная вспышка. Моим единственным оправданием служит то, что сейчас я немного расстроена.
— Вижу. Можно ли вашему обеспокоенному случайному партнеру спросить, в чем дело?
Губы Лавинии сжались в тонкую ниточку.
— Она флиртовала с вами.
— Прошу прощения?
— Селеста. Она флиртовала с вами. И не вздумайте это отрицать. Я все видела. Она даже не давала себе труда быть немного осмотрительнее, не так ли?
Тобиас был так поражен, что не сразу сообразил, о чем она.
— Селеста Хадсон? — пролепетал он. Нападки Лавинии громом отдавались в голове. — Ну… я действительно заметил, что какие-то смутные попытки в этом направлении вроде бы делались, но…
Лавиния резко выпрямилась. Судя по закаменелой неподвижности фигуры, дело плохо.
— Это было омерзительно!
Неужели она ревнует?
Мысль показалась настолько заманчивой, что Тобиас незамедлительно погрузился в состояние восторженной эйфории. И даже рискнул слегка улыбнуться.
— Мне ее кокетство показалось довольно заученным и, следовательно, не особенно польстило, но омерзительным я бы его не назвал.
— В отличие от меня. Она замужняя женщина. Замужние женщины так себя не ведут. Во всяком случае, не столь откровенно строят глазки посторонним мужчинам!
— Видите ли, по моему мнению, женщина, склонная кокетничать, делает это независимо от наличия или отсутствия мужа. Нечто вроде врожденного порока.
— Ах, бедный милый Говард! Если она вешается на шею любому встречному, как, должно быть, это унизительно для него! Какое несчастье сознавать, что твоя жена — распущенная особа!
— Сомневаюсь!
— То есть?
— У меня такое предчувствие, что бедный милый Говард находит этот дар своей жены чрезвычайно полезным. — Тобиас подошел к столу и взял с подноса еще один пирожок. — Говоря по правде, я ничуть не удивился бы, узнай, что он и женился на ней именно из-за таланта по этой части.
— О, Тобиас, как ты можешь!
— Я серьезно. Поверьте, немало джентльменов в Бате становились пациентами Хадсона именно благодаря ее чарам.
Лавиния от удивления даже рот приоткрыла.
— Д-да? — ахнула она. — Я и не подумала о такой возможности! Думаешь, она просто пыталась и тебя завербовать в клиенты Говарда?
— Скорее, ее манеры не более чем род рекламы. Она настолько привыкла прославлять мужа, что просто не в силах остановиться.
— Хм-м…
— Ну а теперь, когда мы все уладили, — продолжал он, — вернемся к моему допросу. Что произошло, когда ты отправилась за покупками?
Лавиния замялась и виновато вздохнула.
— Ничего особенного. Просто показалось, что увидела на улице кое-кого знакомого… — И, отпив глоток чая, добавила:
— Кого не ожидала увидеть в Лондоне.
— Кого именно?
Лавиния шутливо сморщила носик.
— Клянусь, никогда не встречала другого такого человека, который бы с такой настойчивостью возвращался к неприятному мне предмету. Разве я недостаточно ясно дала понять, что не желаю это обсуждать?
— Что же, еще один из моих талантов. И несомненно, одна из причин, по которой ты время от времени продолжаешь использовать меня в качестве своего помощника.
Лавиния ничего не ответила. Странно. Не упрямится, не фыркает, не язвит. Она чем-то глубоко озабочена. Возможно, никак не решится сказать правду. Или просто не знает, с чего начать.
Тобиас решительно встал.
— Пойдем, сердце мое. Оденемся и немного погуляем в парке.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Волшебный дар - Кренц Джейн Энн


Комментарии к роману "Волшебный дар - Кренц Джейн Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100