Читать онлайн Сомнительная репутация, автора - Кренц Джейн Энн, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сомнительная репутация - Кренц Джейн Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сомнительная репутация - Кренц Джейн Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сомнительная репутация - Кренц Джейн Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кренц Джейн Энн

Сомнительная репутация

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

— Не знаю, как вам, мистер Марч, — заявила Лавиния, врываясь в свой кабинет, — а мне необходимо успокоить нервы. Миссис Воэн и ее коллекция восковых фигур оставили у меня чрезвычайно неприятное ощущение.
Тобиас закрыл дверь и посмотрел на нее:
— Это тот редкий случай, миссис Лейк, когда я с вами полностью согласен.
— Едва ли горячий чай подействует в данном случае. Нужно более сильное средство.
Лавиния пересекла комнату и открыла дубовый шкафчик, в котором стоял почти полный хрустальный графин с хересом.
— Нам повезло. Думаю, я нашла лекарство от того, что нас беспокоит. Если вас не затруднит, сэр, займитесь камином, а я пока налью нам по бокалу.
— Благодарю. — Тобиас прошел к камину и с трудом опустился на колено. Лицо его напряглось. Лавиния нахмурилась:
— Вы повредили ногу, сэр?
— Немного оступился. — Тобиас начал разводить огонь. — Нога успешно зажила, но в такие дни, как сегодня, я временами вспоминаю о своей ошибке.
— Ошибке?
— Прошу вас, не беспокойтесь, миссис Лейк. — Раздув огонь, Тобиас ухватился за каминную полку и тяжело поднялся на ноги. Когда он повернулся к Лавинии, выражение его лица было учтиво, но непроницаемо. — Ничего серьезного, уверяю вас.
Лавиния поняла, что Марч не хочет ничего объяснять и состояние его ноги, безусловно, ее не касается. Более того, она не видела причин испытывать хотя бы малейшее сочувствие к Тобиасу Марчу. И тем не менее Лавинию охватила тревога.
Он, должно быть, заметил что-то в ее глазах, потому что его взгляд стал сердитым и раздраженным.
— Херес вполне справится с этой проблемой.
— Незачем злиться на меня, сэр. — Лавиния налила херес во второй бокал. — Я просто проявила учтивость.
— Между нами, мадам, не должно быть таких церемоний. Мы же партнеры, помните?
Лавиния подала ему бокал.
— А что, профессия частного сыска предусматривает, что партнеры не должны быть вежливы друг с другом?
— Да. — Тобиас осушил добрую половину бокала одним глотком. — Я только что придумал это.
— Ясно.
Последовав его примеру, Лавиния сделала большой глоток и сразу почувствовала, как херес благотворно подействовал и на ее настроение, и на ее нрав. Если этот человек не хочет, чтобы с ним вежливо разговаривали, она не станет навязываться.
Лавиния решительно прошла к стулу у камина и опустилась на него со вздохом облегчения. Жар огня избавил Лавинию от влажного озноба, охватившего ее после того, как они покинули дом миссис Воэн.
Тобиас расположился в большом кресле напротив, не дожидаясь приглашения. Они сидели несколько минут, молча потягивая херес. Тобиас стал потирать левую ногу.
Через несколько минут Лавиния проговорила:
— Если вас сильно беспокоит боль в ноге, сэр, я могла бы облегчить ваше состояние гипнотическим лечением.
— Даже и не думайте об этом! — отрезал он. — Не хочу вас обидеть, миссис Лейк, но я не позволю вам погрузить меня в транс.
— Как угодно, сэр, но незачем грубить мне.
Тобиас поморщился:
— Простите меня, мадам, но я не верю в так называемую силу гипноза. Мои родители занимались наукой. Они согласились с результатами публичных исследований, проведенных докторами Франклином и Лавуазье. Все эти истории о погружении в лечебный транс с помощью взгляда или магнита — полнейший вздор. Демонстрации подобного рода более всего подходят для развлечения наивных и доверчивых людей.
— Чушь! То расследование было проведено тридцать лет назад, и притом в Париже. На вашем месте я бы не очень доверяла ему. Вы убедитесь, что оно совершенно не уменьшило интерес публики к магнетизму.
— Верно, и это доказывает, что публика в основной массе не так уж умна.
«Если у меня есть здравый смысл, я закончу этот разговор немедленно», — подумала Лавиния. Но слишком велико было искушение побольше разузнать о Тобиасе.
— Ваши родители занимались наукой?
— Мой отец проводил исследования электричества, помимо всего прочего. А мать увлекалась химией.
— Как интересно! Они продолжают ставить опыты?
— Они оба погибли во время взрыва в лаборатории.
— Как ужасно!
— Как я понял из их последнего письма ко мне, им пришла в голову мысль объединить свои направления исследований. Они решили провести серию экспериментов с определенными быстро испаряющимися химическими веществами и электрическим прибором. Результат оказался катастрофическим.
Лавиния вздрогнула:
— Слава Богу, что вы не пострадали от взрыва.
— Я был тогда в Оксфорде. Приехал домой, чтобы похоронить их.
— Вы вернулись в Оксфорд после их смерти?
— Это было невозможно. — Тобиас обхватил ладонями бокал. — Взрыв уничтожил дом, денег не осталось. Родители вложили все сбережения в свой последний великий эксперимент.
Лавиния откинулась на спинку стула:
— Все это очень трагично, сэр.
— Это произошло очень давно. — Тобиас сделал еще один глоток хереса и опустил бокал. — А ваши родители?
— Их пригласили в Америку выступить с демонстрацией гипноза. Они согласились. Их корабль затонул. Все пассажиры, находившиеся на его борту, погибли.
— Сожалею о вашей утрате. — Он взглянул на Лавинию. — Вы говорили, что помогали родителям в их демонстрациях. Как же случилось, что вас не было на корабле?
— Я тогда только что вышла замуж. Джентльмен, пригласивший моих родителей в Америку, не захотел покупать еще два билета. Да и Джону эта идея не очень нравилась. Видите ли, он был поэтом. Муж считал, что Америка не способствует серьезному метафизическому созерцанию.
Тобиас кивнул:
— В этом он, несомненно, был прав. Когда ваш муж умер?
— Через полтора года после нашей свадьбы от лихорадки.
— Примите мои соболезнования.
— Благодарю вас.
«Почти за десять лет, минувшие после смерти Джона, нежные воспоминания о нем стали походить на старый-старый сон», — подумала она.
— Ваш муж когда-нибудь публиковал свои стихи? — спросил Тобиас.
Лавиния вздохнула:
— Нет, но они были гениальны.
— Разумеется.
— Как слишком часто бывает с настоящим поэтическим гением, он остался неоцененным.
— Да, это обычное явление. — Тобиас помолчал. — А на какие средства вы существовали? Ваш муж имел какой-то источник дохода?
— Пока мы были вместе, я поддерживала семью, зарабатывая гипнотическим лечением. После смерти Джона несколько лет я продолжала заниматься тем же.
— Почему же перестали?
Лавиния сделала глоток хереса и поставила бокал.
— Произошел несчастный случай в небольшой деревушке на севере.
— Что за несчастный случай?
— Мне не хочется говорить об этом. Скажу лишь одно: я решила, что лучше избрать другую карьеру.
— А когда Эмелин стала жить с вами?
— Шесть лет назад, после того как ее родители попали в аварию. — «Пора менять тему», — подумала Лавиния. — Эмелин сказала, что, посмотрев работы миссис Воэн, мы поймем, почему она не получает много заказов на свои скульптуры. Теперь, кажется, я догадываюсь, что она имела в виду.
— Я тоже.
— Искусство миссис Воэн слишком похоже на жизнь. Я осознала, что ее скульптуры вызывают у меня… тревогу.
— Возможно, дело в самой природе воска. — Тобиас задумчиво рассматривал остатки хереса в бокале. — Он изначально не столь холоден, как камень или глина. И образ получается не двухмерный, как на картинах. Ничто не походит так на человеческую плоть, как изделие из воска, искусно вылепленное и мастерски раскрашенное.
— Вы заметили, что миссис Воэн использует настоящие волосы для бровей и ресниц?
— Да.
— Работы этой женщины поразительны, но я не хотела бы, чтобы любая из них оказалась здесь. — Лавинию передернуло. — Одно дело — портрет дедушки над камином. И совсем иное — его трехмерное изображение в полный рост, сидящее в соседнем кресле.
— Вы правы. — Тобиас задумчиво смотрел в огонь. Снова наступило молчание.
Лавиния встала, чтобы принести графин с хересом из шкафчика. Она снова наполнила бокалы и села. На этот раз Лавиния оставила графин на столике.
Она думала, каково сидеть рядом с Тобиасом здесь, в ее кабинете. Твердила себе, что у них нет ничего общего. Их объединяют убитый шантажист, пропавший дневник и деловая договоренность, которая рано или поздно закончится.
И все же Лавиния сознавала, что трудно не учитывать эти моменты.
Тобиас вытянул левую ногу, явно пытаясь устроить ее поудобнее.
— Предлагаю вернуться к нашей неотложной проблеме, — сказал он. — Я раздумывал, как нам следует действовать. К сожалению, миссис Воэн не слишком помогла нам сегодня. Все эти бредни о любви, превратившейся в ненависть, бесполезны.
— Это еще нужно выяснить.
— Но это уж точно не дало нам никаких подсказок. И я вовсе не уверен, что разговоры с владельцами музеев восковых фигур направят нас по верному пути.
— У вас есть идея получше?
— Я сказал своим информаторам, что хорошо заплачу за любые сведения о дневнике. Но пока от них ничего не поступило.
— Другими словами, у вас нет подходящего плана действий.
Тобиас постучал по подлокотнику кресла и вдруг вскочил:
— Нет, у меня нет идеи получше.
Лавиния настороженно следила за ним.
— Значит, тогда нам все же стоит поговорить с владельцами других музеев.
— Пожалуй. — Тобиас вцепился в каминную полку и смотрел на нее каким-то странным взглядом. — Но возможно, мне лучше самому провести эти беседы.
— Что? — Лавиния стукнула бокалом по столу и поднялась. — Даже не думайте продолжать без меня, сэр. Я об этом и слышать не хочу.
— Лавиния, ситуация становится опаснее с каждым часом. Мне теперь ясно, что легкого решения не будет. И я не хочу, чтобы вы слишком втягивались в эту историю.
— Я уже втянулась, сэр. Учтите: помимо того, что у меня есть клиент, поручивший мне разобраться в этом деле, я была одной из жертв шантажа Холтона Феликса.
— Я, конечно, буду и дальше советоваться с вами и консультировать вас.
— Вздор! Я знаю, в чем дело. Вы пытаетесь украсть моего клиента, так?
— Черт побери, Лавиния, да мне наплевать на вашего клиента! Я пытаюсь обеспечить безопасность вашей персоны.
— Я вполне способна позаботиться о себе, мистер Марч. И кстати, успешно делаю это уже много лет. Это уловка, чтобы завладеть моим клиентом, и я не допущу этого.
Тобиас снял руку с каминной полки и мягко приподнял ее подбородок:
— Вы действительно самая упрямая, самая невозможная женщина из всех, что я встречал.
— В ваших устах это звучит как комплимент.
Тепло его пальцев завораживало Лавинию, как гипноз. Она вдруг остро, до боли, почувствовала близость Тобиаса, и у нее закружилась голова.
«Он слишком близко, — подумала Лавиния. — Нужно отступить от него». Но как ни странно, она не могла заставить себя сделать это.
— Я кое-что хотел спросить у вас, — тихо сказал он.
— Если вы собираетесь уговорить меня отказаться от клиента, то подумайте еще раз как следует.
— Мой вопрос не имеет никакого отношения к Джоан Доув. — Тобиас не убрал пальцы с ее подбородка. — Я хочу знать, действительно ли вы презираете меня за то, что произошло в Италии?
— Прошу прощения, сэр?
— Вы слышали меня.
— Не понимаю, чего вы добиваетесь.
— Я и сам не понимаю. — Тобиас обхватил ее лицо ладонями. — Вы презираете меня за случившееся в Риме?
— Вы, безусловно, могли бы решить проблему не столь возмутительным способом.
— У меня не было времени. Я же объяснял. Меня очень поздно предупредили, что Карлайл намеревается начать действовать этой же ночью.
— Отговорки, сэр. Ничего, кроме отговорок.
— Вы презираете меня за них?
Лавиния всплеснула руками:
— Нет. Я не презираю вас. Я считаю, что все следовало сделать более учтиво, но понимаю, что хорошие манеры — не главное из ваших достоинств.
Тобиас провел пальцем по ее нижней губе.
— Скажите мне снова, что не презираете меня.
— Ну ладно. Я не презираю вас, сэр. Понимаю, что вы были не в себе той ночью в Риме.
— Не в себе?
У Лавинии слегка закружилась голова. Слишком много хереса на пустой желудок. Она облизнула губы.
— Да, вам почему-то взбрело в голову, будто нам с Эмелин что-то угрожает. Я сделала скидку на состояние вашего рассудка в тот момент.
— А как насчет состояния моего рассудка сейчас?
— Что?!
— Я, очевидно, столь же не в себе сегодня, как в ту ночь в Италии. — Тобиас наклонился ближе к ней. — Но по совершенно иным причинам.
Его губы прижались к губам Лавинии.
Ей следовало бы отпрянуть, но теперь уже было слишком поздно.
Сильные руки Тобиаса сжали ее лицо. Поцелуй вызвал у Лавинии бурю эмоций. Тобиас еще крепче обнял ее, и ноги у Лавинии подкосились. Казалось, она — восковая скульптура, оставленная слишком близко у огня. Что-то внутри ее грозило вот-вот растаять. Чтобы не упасть, Лавиния обхватила руками его плечи.
Почувствовав прикосновение ее рук, Тобиас так крепко стиснул Лавинию в объятиях, что ее грудь прижалась к его груди.
— Видит Бог, сам не знаю почему, но я хотел сделать это еще в Италии, — прошептал он у ее губ.
«В этих словах нет ничего поэтического», — подумала она. Но отчего-то они невероятно возбуждали ее. Лавиния была потрясена силой своих чувств.
— Это безумие! — Она упала бы, если бы не держалась за него. — Абсолютное безумие.
— Да. — Тобиас погрузил пальцы в волосы Лавинии, запрокинул ее голову и слегка прикусил мочку уха. — Но мы оба согласились, что я могу быть не в себе.
— Нет-нет, я думаю, все дело в хересе.
— Ошибаетесь. — Тобиас просунул колено между ее ног.
— Это, должно быть, херес. — Лавиния задрожала, ощутив жадное желание, исходящее от него. — Мы оба пожалеем об этом, когда голова прояснится после вина.
— Это не херес, — повторил он.
— Что же еще?.. Ох! — Лавиния вздрогнула, когда его зубы стиснули осторожно, но уверенно мочку ее уха. — Боже милостивый, сэр! Что это такое вы делаете?
— Это вовсе не проклятый херес. Лавиния уже задыхалась.
— Не вижу иной причины, по которой мы ведем себя таким странным образом. Ведь мы не нравимся друг другу.
Тобиас резко поднял голову. В его глазах раздражение боролось с желанием.
— Неужели вам обязательно спорить со мной, Лавиния?
Она наконец отступила, что ей следовало сделать еще несколько минут назад. Лавиния прерывисто дышала. Пряди ее волос, выбившиеся из прически, падали на шею. Кружевная косынка съехала набок.
— Похоже, сэр, мы с вами даже такую вещь не можем сделать вежливо и цивилизованно.
— Такую вещь? Так вы называете то, что произошло между нами?
— Что ж. — Лавиния заколола шпильку. — А как вы бы назвали это?
— Иногда это называют страстью. Страсть.
От этого слова у нее снова перехватило дыхание.
Но потом реальность лавиной обрушилась на Лавинию.
— Страсть? — Она яростно уставилась на него. — Страсть! Вы задумали соблазнить меня и добиться того, чтобы я уступила вам своего клиента? В этом все дело?
Жуткая тишина воцарилась в кабинете.
Она подумала, что Тобиас не ответит. Казалось, он целую вечность рассматривал ее с непроницаемым выражением лица.
Потом Тобиас направился к двери кабинета, открыл ее и остановился на пороге.
— Поверьте, Лавиния, мне никогда в голову не приходило использовать страсть в корыстных целях. А вот вы, очевидно, ставите деловые соображения превыше всего.
Он вышел в холл и тихо закрыл дверь.
Лавиния прислушалась к звукам его шагов по деревянному полу. Она не могла пошевелиться, пока не поняла, что Тобиас покинул дом. Когда парадная дверь закрылась за ним, Лавиния почувствовала себя так, словно очнулась от гипнотического транса.
Она подошла к окну и долго смотрела на мокрый от дождя сад.
«Тобиас прав в одном, — подумала Лавиния. — Причина вовсе не в хересе».


«Поцелуй был ошибкой, — размышлял Тобиас, поднимаясь по лестнице своего клуба. — О чем я думал, черт побери?»
Он поморщился. Проблема заключалась в том, что Тобиас вообще не думал. Он позволил гневу, безысходности и желанию одержать над собой верх.
Бросив шляпу и перчатки лакею, Тобиас вошел в главный зал.
Невилл сгорбился в кресле у окна. В руке он держал бокал красного вина. Бутылка стояла рядом. Увидев его, Тобиас остановился. Не слишком ли поздно сейчас же покинуть клуб? Менее всего ему хотелось бы сегодня иметь дело с Невиллом. Хороших новостей для него не было, а плохие Невилл не любил.
В этот момент, словно по сигналу, Невилл поднял голову, чтобы сделать глоток из бокала, и заметил Тобиаса. Его темные брови сдвинулись к переносице.
— А, вот и вы, Марч. А я гадал, когда вы появитесь. Хочу потолковать с вами.
Тобиас неохотно направился к Невиллу и сел напротив него.
— Непривычно так рано видеть вас здесь, сэр, — сказал он. — Пришли, чтобы укрыться от дождя? Невилл покачал головой:
— Пришел подкрепиться. — Он бросил многозначительный взгляд на бокал в своей руке. — У меня сегодня впереди неприятное дело.
— Какое?
— Решил закончить роман с Салли. — Невилл отпил глоток вина. — Она становится слишком требовательной. Они все приходят к этому рано или поздно, правда?
Тобиас не сразу сообразил, о ком идет речь. Потом он вспомнил, как Невилл время от времени упоминал имя своей очередной любовницы.
— Ах да, Салли. — Он смотрел, как за окном льет дождь. — Судя по тому, что вы говорили мне о ней, я полагаю, что пара безделушек успокоит ее.
Невилл возмущенно фыркнул:
— Понадобится несколько очень хороших и дорогих безделушек, чтобы убедить Салли порвать отношения без отвратительной сцены. Она — маленькое алчное создание.
Тобиас с любопытством посмотрел на Невилла:
— Зачем рвать отношения? Мне казалось, вам нравится общество Салли…
— О, она, конечно, очаровательное создание, — подмигнул Невилл. — Энергичная и чертовски изобретательная. Понимаете, что я имею в виду?
— Да, вы иногда упоминали об этих ее качествах.
— К сожалению, все эта энергия и изобретательность со временем начинает сказываться на мне, — тяжело вздохнул Невилл. — Ужасно неприятно признаваться в этом, но я уже не так молод. Кроме того, Салли требует все больше драгоценностей. В прошлом месяце я подарил ей серьги, так она имела наглость заявить, что камни в них слишком малы.
«Салли — опытная женщина, — решил Тобиас. — Она, разумеется, поняла, что Невилл заскучал. Чувствуя, что отношения близятся к финалу, Салли пытается выжать из своего поклонника как можно больше, прежде чем он оставит ее».
Тобиас холодно улыбнулся:
— Дама такой профессии, как у Салли, должна думать о черном дне. Для женщин легкого поведения пенсии не предусмотрены.
— Она может отправиться назад в бордель, где я нашел ее. — Невилл прищурился. — Может, хотите занять мое место? После сегодняшнего вечера Салли будет искать нового покровителя, а я могу засвидетельствовать, что она превосходна в постели.
«Мне вовсе не нужна любовница другого мужчины, пусть даже энергичная и изобретательная», — подумал Тобиас. И вообще он сомневался, что Салли надолго останется в одиночестве. Судя по тому, как высказывался о ней Невилл, она умная девушка.
— Ваши слова убеждают меня в том, что я просто не могу позволить себе такую роскошь, — сухо отозвался Тобиас.
— Она превосходна, но не столь дорогая, как куртизанки. — Невилл допил вино и поставил бокал. — Прошу прощения, Марч. Не хотел докучать вам. Мне гораздо интереснее узнать, как продвигается наше дело. Есть новости об этом чертовом дневнике?
Тобиас по опыту знал, что клиенты часто хорошо реагируют на охотничьи термины.
— Могу сообщить вам, что я вышел на след, и он становится все отчетливее.
Глаза Невилла возбужденно блеснули.
— Что это значит? Что вы узнали?
— Я предпочел бы не вдаваться в подробности на данном этапе. Однако у меня есть кое-какие приманки, и жертва уже клюнула. Дайте мне еще несколько дней, и я предъявлю наш улов.
— Проклятие, Марч, почему же так долго? Мы должны найти этот чертов дневник, и поскорее.
«Пора рискнуть», — подумал Тобиас.
— Если вы не удовлетворены моей работой, сэр, то всегда можете нанять другого для выяснения этого дела.
Лицо Невилла обреченно вытянулось:
— Больше нет человека, в щепетильности которого я был бы полностью уверен. И вам это прекрасно известно.
Тобиас только сейчас понял, что затаил дыхание в ожидании ответа.
— Успокойтесь, сэр. Скоро у меня будут для вас новости.
— Надеюсь, что это так. — Невилл поднялся. — К сожалению, мне пора. Придется навестить ювелира.
— Прощальный подарок Салли?
— Конечно. Прелестное колье, на мой взгляд. Придется выложить за него кругленькую сумму, но ведь нужно платить за удовольствия, а? Сказал ювелиру, что заеду сегодня и расплачусь. Боюсь опоздать.
— Отчего же?
Невилл снова фыркнул:
— Бартон сказал мне, что заказал сапфировую брошь для своей любовницы в этом же магазине, но забыл вовремя заплатить за нее. Так ювелир отправил брошь ему на дом, где она была вручена леди Бартон вместо прелестной киприотки.
Тобиас рассмеялся:
— И конечно, это произошло совершенно случайно.
— Так утверждает ювелир. — Невилл вздрогнул. — Тем не менее я не собираюсь рисковать. Всего доброго, Марч. Немедленно сообщите мне, когда у вас появится информация о дневнике. В любое время дня или ночи.
— Конечно.
Невилл кивнул и покинул зал.
Тобиас некоторое время смотрел в окно на проезжающие кареты. Мрак с улицы, казалось, проникал через окна, окутывая его серым туманом.
Было приятно предположить, что любовница излечит его от мучительного беспокойства, которое охватывало Тобиаса каждый раз, когда он думал о Лавинии Лейк. Но он понимал, что это не так. Поцелуй подтвердил худшие опасения Тобиаса. Удобная постель и услужливая женщина, страсть которой оплачена, не утолят терзавшего его желания.
Тобиас встал и прошел в комнату, где подавали кофе. По пути он взял газету, оставленную на столике.
Крекенберн сидел на своем привычном месте у очага и даже не оторвался от созерцания «Тайме».
— Видел Невилла в засаде, в соседней комнате. Ему удалось поймать вас?
— Да. — Тобиас опустился в кресло. — Был бы вам крайне признателен, если бы вы воздержались от употребления охотничьих терминов. Это напоминает мне о беседе, которую я только что имел с Невиллом.
— И какие же новости вы сообщили ему?
— Дал ему понять, что дела идут хорошо.
— Это так?
— Нет. Но я не видел оснований информировать его об этом.
— Хм. — Газета зашуршала в руках Крекенберна. — Невилла удовлетворили ваши мнимые успехи?
— Едва ли. Но к счастью для меня, его сегодня занимают другие проблемы. Вечером он собирается проинформировать свою нынешнюю любовницу, что больше не нуждается в ее услугах. Невилл отправился к ювелиру забрать подарок, который, как он надеется, компенсирует муки расставания.
— Вот оно что. — Крекенберн медленно опустил газету. В его глазах появилось задумчивое выражение. — Будем надеяться, что его последнюю любовь не ожидает та же участь, что и предыдущую.
Тобиас, разворачивавший газету, замер:
— Что вы имеете в виду?
— Несколько месяцев назад Невилл расстался с еще одной дамой легкого поведения. Кажется, он содержал эту женщину в доме на Керзон-стрит почти год, прежде чем устал от ее услуг.
— Ну и что с того? Люди, занимающие такое положение, как Невилл, часто содержат любовниц. Странно, если бы этого не было.
— Конечно, но вас не удивляет, что одна из них бросилась в реку через несколько дней после того, как ее оставили?
— Самоубийство?
— Так говорят. Очевидно, сердце женщины было разбито.
Тобиас положил непрочитанную газету на подлокотник кресла.
— Поразительно! Невилл не раз говорил мне, что выбирает себе любовниц среди обитательниц борделей. Профессионалок, так сказать.
— Вот как?
— Таким женщинам обычно несвойственна сентиментальность. Сомневаюсь, что они способны влюбиться в человека, оплачивающего их счета.
— Согласен. — Крекенберн снова вернулся к своей газете. — Тем не менее несколько месяцев назад прошел слух, что его последняя любовница покончила с собой.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сомнительная репутация - Кренц Джейн Энн


Комментарии к роману "Сомнительная репутация - Кренц Джейн Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100