Читать онлайн Червовый валет, автора - Крейг Джэсмин, Раздел - 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Червовый валет - Крейг Джэсмин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.68 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Червовый валет - Крейг Джэсмин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Червовый валет - Крейг Джэсмин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Крейг Джэсмин

Червовый валет

Читать онлайн

Аннотация

Они очень любили друг друга, честный, но беспутный Мэт и юная Линда. Но, испугавшись злой молвы, девушка отреклась от любимого в трудную для него минуту. Спустя семь лет они встречаются вновь, и страсть вопреки всем преградам вспыхивает с новой силой. Он готов помочь ей вырваться из замкнутого мирка, в котором она жила, боясь пересудов и сплетен, но хватит ли ей на этот раз сил и смелости сражаться за свою любовь?


Следующая страница

1

Именины Тода Вивера, устроенные в саду за домом, немного затянулись. У приглашенных в гости детей появились опасные признаки скуки, и Линда забеспокоилась. Ее близнецы уже успели полить цветы лимонадом и превратили свои порции шоколадного торта, поданные на бумажных тарелках, в нечто невообразимое. Правда, Дрю пока что сидел тихо и лишь мусолил липкие пальцы, но вот у малышки Кейт появился задумчивый блеск в глазах, слишком хорошо знакомый Линде.
Пора отправляться домой. Близнецы, похоже, исчерпали резервы хорошего поведения, а теперь в любую секунду и Кейт может догадаться о заманчивых возможностях, которые предоставляет шоколадный торт, если использовать его в качестве краски, и немедленно попытается проверить это его свойство на брате. После этого уже ни одна поверхность, до которой девочка сможет дотянуться, не убережется от их совместной атаки.
Не обращая внимания на протестующий рев близняшек, Линда схватила детей за локти – одно из немногих мест, не испачканных шоколадом, – и потащила к садовому крану. Кейт, разумеется, тут же сунула голову под холодную струю и завизжала от восторга, воинственно глядя на мать сквозь мокрые каштановые кудряшки.
– Полей еще! – потребовала она с настойчивостью трехлетнего ребенка. – Еще воды, мамусик! Пусть Дрю тоже будет мокрым.
Проходившая мимо Бекки Вивер, мать Тода, расхохоталась.
– Не очень-то они похожи на тебя, Линди Бет! Клянусь, ты никогда в жизни не роняла на праздничное платье больше одной крошки пирога.
– Верно, так оно и было, – с улыбкой согласилась Линда.
– Ты была во всем маленькая мисс Образец совершенства, – усмехнулась Бекки.– Господи, как я злилась, когда моя мама все время твердила мне, какая ты замечательная! И самым радостным был тот день, когда Мэтт Дейтон загнал тебя в угол на спортивной площадке и облил новую юбку красной краской. Помнишь, мы тогда учились во втором классе?
– Мэтт всегда выкидывал немыслимые номера, – ответила Линда, избегая прямого ответа. – А я всегда тихо себя вела и старательно училась.
Она вытащила из кармана носовой платок и вытерла мокрые пальчики близнецов.
– Но образцовой девочкой я вовсе не была, зря ты так говоришь, Бекки.
Бекки взглянула на ее безукоризненно чистый носовой платок, затем откинула со лба прядь волос.
– Линди Бет, ты так и осталась образцом для всех – миссис Безупречность, —заявила она с легкой завистью. – Господи, да я могу поклясться, что в городе не найдется второй такой женщины, которая носила бы в кармане накрахмаленный и отглаженный носовой платок! Линда натянуто улыбнулась.
– Близнецов тоже больше ни у кого из знакомых нет. Скажешь, это тоже моя заслуга?
– Но ты только погляди на себя! – запричитала Бекки. – Два часа провела в саду с маленькими детьми, и ни единого пятнышка на одежде. И как только тебе это удается?
– Видимо, материнское воспитание.
Ты ведь знаешь, какая она чистюля.
– Это уж точно! Я с ума бы сошла через пять минут такой муштры. Не представляю, как ты только дотянула до окончания школы и не взбунтовалась.
Линда сосредоточенно вытирала шоколадное пятно на ухе сына.
– Ну, я не была такой уж безупречной, как казалось всем со стороны, – пробормотала она.
Бекки лукаво улыбнулась.
– Милая моя, окинь взглядом свой жизненный путь – сначала прилежная учеба, отличный диплом по домоводству, затем замужество за местным священником... Разве тут можно разглядеть хоть малейший намек на бунтарство? Вы с Джимом вообще были образцовой супружеской четой, словно шагнувшей со страниц журналов для домохозяек.
Ее улыбка внезапно исчезла, и она с беспокойством взглянула на Линду.
– Прости. Кажется, меня занесло куда-то не туда.
– Нет, Бекки, что ты! – Линда старалась говорить бесстрастно и по-дружески.
За три года, прошедшие после смерти Джима, жители Карсона так старались смягчить ее боль от потери, что эти их попытки уже стали для нее гораздо более тяжким испытанием, чем само вдовство. И она с облегчением услышала яростный рев Тода, который отвлек внимание Бекки и прервал неловкое молчание.
Бекки сморщила нос.
– Ну-у! Похоже, что мой маленький именинник чем-то недоволен. Как он напоминает мне свекровь, когда орет! – поморщилась Бекки. – Ладно, до встречи, Линди Бет!
– Да, и благодарю за приглашение. Мы прекрасно провели время.
– Благодарю, – торжественно проговорила Кейт, подражая матери. Она улыбнулась сквозь спутанные волосы с непосредственностью ребенка, который убежден, что его все любят. – До свидания, мамочка Тода. – Она подтолкнула братишку. – Скажи спасибо мамочке Тода.
Дрю упорно молчал, и Бекки, пожав плечами, взъерошила волосы мальчика.
– Дрю – скупой на слова мужчина, верно? – Но тут новый вопль собственного сына заставил ее поторопиться. – Спасибо, что пришли, детки, и спасибо за подарок, который вы принесли Тоду.
Близнецы настолько устали, что вели себя на удивление послушно, когда возвращались по жаркой улице домой. Линда даже не пыталась заговорить с ними. Она внезапно обнаружила, что злится, и злится до такой степени, что сердце бешено колотится, а дыхание участилось и сделалось неровным и прерывистым. Но самое странное заключалось в том, что она даже не понимала причин своей злости.
Совершенно ясно, что неосторожные слова Бекки тут вовсе ни при чем. Честное слово, она уже давно привыкла к тому, как смотрят на нее в городе. В Карсоне, что находится в штате Колорадо, как и во всяком другом небольшом городке, общественное мнение помещает каждого жителя на свою полку и потом неукоснительно следит, чтобы все оставались на своих местах.
Линда прекрасно понимала, какое место отведено ей в Карсоне. Ее ниша определилась в тот день, когда ее взяли на воспитание Нора и Рон Оуэны. Приемные родители гордились своей многолетней репутацией самых правильных и богобоязненных горожан. И когда после четырнадцати лет бездетного брака они удочерили голубоглазую девочку с золотыми волосами, весь город немедленно объявил ее «ангелочком» и «Божьим даром». Поставив таким вот образом штамп одобрения на этом «ангелочке», горожане не делали секрета из того, что ждут от Линди Бет полного соответствия предписанной ей роли. Тонко, сотнями разных, самых неожиданных порой способов они напоминали, как ей повезло, что она попала в столь замечательную семью.
И Линда послушно старалась быть именно тем образцовым ребенком, какого хотели видеть приемные родители, да и все остальные. Так что, когда другие малыши шлепали по грязным лужам и разбрасывали повсюду игрушки, она чинно сидела, разглядывая книжки с картинками. Она никогда не засовывала из любопытства пальцы в электрическую розетку, никогда не пробовала на вкус разведенный стиральный порошок, потому что он такого замечательного голубого цвета. Сколько Линда себя помнила, она без всяких понуканий чистила зубы и после первого же напоминания отправлялась спать.
Салли Дейтон, жившая в соседнем доме с Оуэнами, была, наверное, единственной в городе, кто протестовал против такого строгого воспитания Линды.
– Бедная малышка, – заметила она однажды, когда зашла к Норе на чашку кофе.
Ее глаза наполнились жалостью, когда она увидела, как Линди Бет чинно откусывает печенье, а ее платье с оборками накрыто бумажной салфеткой.
– Нора, так ты до смерти замучаешь бедняжку своей заботой. Попомни мои слова, рано или поздно она взорвется от того, что вы слишком сильно закрутили гайки.
Нора Оуэн с пренебрежением отнеслась к подобному предсказанию. Она была не слишком высокого мнения о Салли, и Линде частенько доводилось слышать, как она прохаживается на ее счет. Салли Дейтон считала себя скульптором и вследствие этого занимала весьма низкое место в мнении жительниц Карсона.
Всем было известно, что она проводит чересчур много времени в своем гараже, где возится с глиной, вместо того чтобы хорошенько убраться в доме. Более того, ее ужу нередко приходилось самому готовить обед, да и дети тоже бегали, предоставленные самим себе, принося окружающим немало хлопот, особенно старший, Мэтт, невозможный озорник и головная боль учителей с первого же дня учебы. Поэтому Оуэны не сомневались, что Салли ничего не понимает в воспитании и, уж конечно, не смогла бы вырастить такого милого и образцового ребенка, как Линди Бет.
Линда знала, что приемные родители никогда не поймут, отчего их славная маленькая Линди Бет выбрала в лучшие подруги Дженнифер Дейтон. Нора Оуэн постоянно упрекала дочь за это, но тут Линди Бет уперлась и не поддавалась никаким уговорам. Она и Дженнифер стали неразлучными с той минуты, когда встретились в песочнице возле дома Дейтонов, и дружили до самого окончания школы.
Оуэны вздохнули с облегчением, когда Дженнифер поступила в Колумбийский университет на факультет журналистики.
– Нью-Йорк самое подходящее место для таких девушек, как она, – сурово заметила Нора. – Там все сплошь актрисы да фотомодели, одна другой испорченней.
Линди Бет тоже добилась права на стипендию. Ей дали грант для учебы в Художественном институте Филадельфии. Родители не беспокоились по этому поводу во всяком случае, не слишком сильно. Они знали, что Линди Бет слишком хорошо воспитана, чтобы и в самом деле поехать в художественную школу.
Линда слушала, как отец хвастается приятелям, что у его дочери достаточно здравого смысла, чтобы не тратить времени на глупости и не якшаться на Восточном побережье с разными там художниками и прочим сбродом. Карсонские мужчины одобрительно кивали. Хорошеньким девушкам нет нужды уезжать учиться Бог знает куда, когда и тут найдется немало парней, готовых взять их в жены. Женщины забивают себе мозги разными там науками только тогда, когда боятся засидеться в старых девах.
Естественно, что Оуэны не поверили ни единому слову Салли Дейтон, когда та явилась к ним и сказала, что Линди Бет три недели плакала ночами, после того как отправила в Филадельфию письмо, где отказывалась от учебы.
– Ну! – возмущенно фыркнула Нора, стоило Салли отойти достаточно далеко, чтобы не слышать ее слов. – Ты слышала, Линди Бет, что сказала эта женщина? Какая чушь! Ты ведь не хочешь уезжать в колледж, верно? – Не переводя дыхания, она продолжала: – Салли Дейтон ничегошеньки не понимает в воспитании детей. Чем беспокоиться о нашей милой девочке, она лучше бы подумала о своем ужасном сыне. В следующий раз, если она снова сунет нос в наши дела, я ей так и скажу. У них в доме вообще нет никакой дисциплины, вот в чем их беда.
И все-таки в то лето, даже отказавшись от учебы в колледже, Линда дала Оуэнам некоторые основания опасаться, что она и в самом деле взбунтуется. Их прежде примерная дочь где-то все время пропадала, а потом отказывалась сказать, где именно. Однажды даже забаррикадировалась у себя в спальне со словами, что ей хочется спокойно поработать над картиной.
– Над картиной, скажите на милость! – возмутилась Нора.
Затем, словно желанная гроза после накапливавшегося напряжения, разразился скандал с Мэттом Дейтоном и Сюзанной Маккензи. Нора Оуэн возблагодарила свою счастливую звезду, увидев, что к ее милой девочке Линди Бет вернулся здравый смысл, едва лишь стала известна ужасная правда про Мэтта Дейтона.
Мэтт поспешно покинул город после того, как едва не угодил за решетку. Неделю спустя Линди Бет согласилась поступить в колледж в Гранд-Джанкшене и даже обещала приезжать на выходные домой «в целях экономии» и посещать летние занятия, чтобы закончить учебу за три года. С того момента, когда Мэтт покинул город, Линди вновь стала прежней образцовой девушкой. Оуэны ликовали, когда их дочь начала встречаться с Джимом Петри, помощником священника из общинной церкви Карсона.
Линди Бет объявила о помолвке с Джимом Петри после утренней службы в пасхальное воскресенье. На этот раз даже Салли Дейтон не нашла, что возразить. Она поздравила Джима с прекрасным выбором и звонко поцеловала Линду. Затем, как только появилась возможность, побежала поделиться новостью с мужем, который складывал Библии в задней части церкви. Она пришла бы в ужас, если бы узнала, что Линда в эту минуту вернулась в храм, чтобы поискать новые кожаные перчатки матери, которые та обронила во время службы, и присела между скамьями неподалеку от них.
– Город устроил эту помолвку, – печально заметила Салли мужу. – Все решили, что «ангелочек» станет превосходной женой священнику, и толкнули их обоих в объятия друг другу.
– Я удивляюсь, почему ее родители соглашаются на этот брак? – поддержал жену Фрэнк.
– А почему бы и нет? Они достаточно умны и понимают, что благодаря этому браку смогут навсегда удержать бедную девушку дома.
– Лучше бы она поехала в колледж, – заметил Фрэнк Дейтон. – Оуэны не видят, какую дорогую цену она платит за то, чтобы угодить их идеалам. – Жена молчала, и он добавил: – Как ты думаешь, Джим Петри действительно ее любит?
– Конечно. Почему бы и нет? Линди Бет любят все. Она старается изо всех сил, чтобы это было так.
– Но любит ли его она?
– Как она может знать об этом! Любая восьмиклассница знает о любви больше, чем Линда.
Супруги Дейтон замолчали. Линда поглядела на Фрэнка поверх скамьи. Он, казалось, весь ушел в свое занятие – складывал Библии.
– Ты уверена, что она настолько невинна? – поинтересовался он наконец. – А помнишь лето, после которого Мэтт уехал из дома? Трудно смотреть объективно на собственных детей, но мне всегда казалось, что наш сын большой специалист в том, что касается любви и секса.
– Кто знает, что в действительности случилось в то лето? Ведь Мэтт никогда ничего не рассказывал, и я на все сто процентов уверена, что Линда тоже не скажет правду.
– Ее нельзя осуждать за это. Она была тогда слишком наивной, чтобы понять, как важны ее свидетельские показания. А уж как на нее давили родители – такое не всякий выдержит. Ничего нет удивительного в том, что она решила: пусть все думают, будто Мэтт проводил все эти летние ночи с известной своей репутацией девкой Маккензи.
Салли нервным движением провела рукой по коротким волосам.
– Конечно, я понимаю, что на нее давили родители. Но я просто надеялась, что у девочки хватит здравого смысла и она поймет, что Мэтт не сделал ничего такого, в чем его обвинял тренер Маккензи.
– К несчастью, тренер и его дочь состряпали весьма убедительную историю, – вздохнул Фрэнк.
– Тут ты прав. Правда, теперь уже столько воды утекло. Да я и уверена, что Мэтт уже не вспоминает про Линду. Каждый раз, когда он заезжает к нам, у него одна деваха красивей другой.
– Так чего же ты тогда беспокоишься из-за помолвки Линды?
– Ах, Фрэнк, бедная девочка никогда не могла даже чихнуть, чтобы ей тут же не протянули носовой платок, а теперь она влезает в еще более тяжкое ярмо, чем прежде! У нее слишком большой потенциал, чтобы так легко все отбросить, прежде чем она даже успеет понять, что теряет.
– По-моему, нельзя заставить человека реализовать свои возможности, коли уж он этого не хочет, – возразил Фрэнк. – Прошли те времена, когда ты уговаривала ее засунуть пальцы в тесто и испачкать одежду.
– Жаль девочку, она никогда не будет счастлива с Джимом Петри, – с грустью сказала Салли.
– Как можно загадывать наперед! Линда стала такой, какой все хотели ее видеть. Возможно, она замечательно заживет с этим священником. Ведь в конце концов он, на мой взгляд, очень приятный парень.
– Линде вовсе не нужен приятный парень. Ей нужен человек, который поможет ей вырваться из этих оков. У нее талант, Фрэнк, пойми это. Настоящий талант, которым грешно бросаться.
Фрэнк Дейтон усмехнулся.
– Салли, дорогая моя, пора посмотреть правде в глаза. Пусть тебя успокаивает то, что трое наших детей упорхнули в большой мир и занимаются тем, чем хотят. И смирись с тем, что Линди Бет Оуэн суждено остаться добродетельным столпом нашей общины.
Свадьбу назначили на ближайшие выходные после окончания Линди Бет колледжа. Дженнифер специально приехала из Нью-Йорка, чтобы стать подружкой невесты. Горожане с разочарованием обнаружили, что выглядит она вовсе не пропащей, а очень и очень привлекательной в элегантном атласном платье цвета бургундского.
Однако бесспорной звездой этого дня, как и положено, стала Линди Бет. Нора Оуэн утирала слезы гордости и умиления, когда ее очаровательная дочь проплыла по церковному проходу к алтарю в пышном платье из белых нейлоновых кружев.
У Мэтта Дейтона хватило такта не приехать на торжественную церемонию, а у его родителей – милосердия, чтобы не намекать, что этот девственно белый цвет не слишком подходит к данному случаю. Свадебные торжества прошли без сучка, без задоринки, после чего новобрачные уехали на две недели в Сан-Франциско.
С той же образцовой исполнительностью, которой от нее ожидали, Линди Бет вернулась домой в Карсон уже беременной. В этот раз она так ловко скрывала свои истинные чувства, что никто и не заподозрил, что столь неотвратимое и быстрое погружение в материнство пугало ее и рождало неуверенность.
Близнецы – мальчик и девочка – родились точно через девять месяцев – в марте. Гордые дед с бабкой, да и все горожане объявили их восхитительными. На младенцев – Дрю и Кейт – обрушился град подарков. Никто не сомневался, что Линди Бет и Джиму Петри суждено прожить в согласии до седых волос.
Столь оптимистические прогнозы оказались преждевременными. Даже теперь, почти через три года после несчастного случая, с трудом верилось в страшные события, случившиеся в ту холодную сентябрьскую ночь, когда Джим Петри возвращался домой после визита к старой миссис Ханнекер.
Согласно истории, восстановленной впоследствии по мельчайшим деталям, священник увидел дым, валивший из окон дома Джонсонов. Он тут же остановил машину, побежал к двери, забарабанил в нее и разбудил семью.
В суматохе, когда стали выносить из дома вещи и звонить от соседей пожарным, никто и не заметил, что маленький Шон Джонсон бросился в дом, чтобы вытащить из спальни котенка. Когда обезумевшая от горя мать обнаружила пропажу младшего сына, дом уже превратился в пылающий ад. Все застыли в оцепенении, а Джим бросился в дом, не думая о собственной безопасности. К вечной благодарности Джонсонов, он сумел-таки спасти их сына. Трагедией для всего города стала смерть храброго священника от полученных ожогов.
Вот так, совершенно неожиданно для всех и для самой себя, Линда оказалась вдовой. Ее овальное лицо с острым подбородком обрело новую, более хрупкую красоту, когда от горя запали щеки, а под глазами залегли тени. Стройная фигурка грозила превратиться в тощую.
Город Карсон с огорчением взирал на ее страдания и прилагал все силы, чтобы I как-то облегчить их. Мэр начал кампанию по сбору средств в мемориальный трастовый фонд для близнецов, а церковная конгрегация решила подождать несколько месяцев и не назначать нового помощника священника, чтобы не торопить бедную Линди Бет выселяться из принадлежащего церкви дома.
К счастью, мистер и миссис Оуэн решили проблему. Они твердо заявили, что место их дочери в родном доме, и Линда, онемевшая от горя и оглушенная бесконечными капризами детей, безропотно согласилась.
В двадцать два года Линда снова оказалась в родительском доме. И если бы не близнецы, то люди и забыли бы, что она вообще отсюда уезжала.
Линда почувствовала, как Кейт дернула ее за бермуды.
– Мы уже пришли, – сказала Кейт. – Где дедушка?
– В доме, вместе с бабушкой, как мне кажется.
Линда мысленно захлопнула дверь, за которой роились воспоминания. Она откинула щеколду на калитке, и близнецы ринулись во двор. «Как они довольны, что пришли домой! – подумала Линда. – А вот мне каждый раз стоит немалых усилий заставлять себя входить в эту калитку».
Эта мысль показалась ей нелепой. Она передернула плечами и пустилась догонять близнецов.
– Господи, дети, – воскликнула она, подхватывая обоих и ставя на невысокое крыльцо, – какие же вы грязные! Придется хорошенько вымыть вас сегодня вечером.
Линда открыла дверь, и все направились в безупречно чистую кухню. Столы сверкали своей обычной белизной, знакомый запах хвойного дезодоранта щекотал ноздри. Линда криво усмехнулась. Если бы в Карсоне провели конкурс на наименьшее количество микробов в помещении, кухня Норы Оуэн побила бы все рекорды. В коридоре послышались торопливые шаги.
– Линди Бет! Это ты? Вы вернулись?
– Да, мама, вернулись.
Нора и Рон Оуэны вместе вошли в кухню.
– Дедушка! Я ел шоколадный торт! – Дрю рванулся через комнату и бросился к Деду.
Глаза Рона сверкнули.
– Я и так уже вижу это, молодой человек.
Кейт обняла дедушку за колено.
– А еще мы пили лимонад, – торопилась доложить она. – И ели чипсы.
Нора Оуэн пощелкала языком.
– Как бы у вас ночью не разболелись от этого животики.
Линда переглянулась с отцом.
– Отведу-ка я их сейчас наверх и искупаю, – решил Рон.
Он кивнул дочери, и ей показалось, что у него немного озабоченный вид.
– Я поговорю с тобой потом, Линди Бет, когда эти маленькие чудовища лягут спать.
Близнецы ускакали из кухни, вцепившись деду в руки, а Линда направилась к раковине.
– Хочешь чаю, мама?
– Пока нет, спасибо. – Нора раздраженно поджала губы. – У тебя на ноге грязное пятно, милая моя. Вытри поскорей. Что можно требовать от близнецов, какой чистоты и аккуратности, если их родная мать ходит с грязными коленями!
Линда послушно намочила водой бумажное полотенце и стерла едва заметное пятнышко. Потом стала молча ждать завершения неизбежной нотации. Однако на этот раз матери, казалось, не хотелось развивать тему чистоты как одной из главных добродетелей порядочной женщины. Она буквально лопалась от нетерпения сообщить дочери какие-то важные новости.
– Линди Бет, даже не знаю, с чего начать. Боюсь, что тебя ожидает неприятное известие. Ты никогда не догадаешься, кого видела миссис Виттмейер вчера вечером.
Линда улыбнулась.
– Нет, мама, конечно же, я и понятия не имею. Неужели Берт Хейден приехал на лето домой? Или, может, мэр наконец-то назначил Рите Линдстроп свидание?
– Тут не до смеха, Линди Бет, и ты сама сейчас в этом убедишься. Миссис Виттмейер видела, как на машине по главной улице ехала домой из аэропорта в Гранд-Джанкшене Дженнифер Дейтон. – Нора Оуэн замолкла, рассчитывая на драматический эффект. – Ас ней и ее братец!
Улыбку Линды словно стерли с лица, на нем появилось старательно отрепетированное равнодушное выражение.
– Ты хочешь сказать, что с Дженнифер приехал Брайен Дейтон? – поинтересовалась она. – А я-то думала, что он служит в Германии в войсках ВВС.
– Разумеется, я имею в виду не Брайена, а старшего брата, этого жуткого Мэтью! По словам миссис Виттмейер, он выглядит таким же разгильдяем, как и прежде. Такой же лохматый и, по ее словам, в тех же джинсах, в которых уехал из дома. У парня скорей всего нет за душой ни гроша.
У Линды все внутри похолодело. Прошло семь лет, столько разных событий случилось за это время, и все-таки она с удивлением обнаружила, что упоминание о Мэтте взволновало ее. К счастью, в последние годы она кое-чему научилась. Ребенком она несла нелегкий груз чрезмерной родительской любви, стараясь вести себя безукоризненно. И теперь, вернувшись к той же родительской требовательности, прятала от всех, за исключением близнецов, все свои подлинные чувства. Вот и теперь с легкостью, приобретенной за многолетнюю практику, она сложила губы в убедительную имитацию небрежной улыбки.
– Дейтоны будут рады вновь увидеть сына после стольких лет разлуки, – ровным голосом произнесла она. – Разумеется, они навещали его в Нью-Йорке, но в родных краях он не был давно. Салли говорит, что Мэтт по уши загружен работой в последние два года.
– Ха! Заметь, что она никогда не говорит конкретно, в чем же состоит эта его таинственная работа. Салли Дейтон не потерпит ни единого слова, сказанного против ее парня, даже если каждый человек на свете начнет доказывать ей, какой он ужасный тип. – Нора так завелась, что никак не могла успокоиться. – По уши в работе, ну надо же! По уши в безделье и разврате, вот это на него похоже больше.
Линда ощутила неожиданную яростную вспышку гнева, но промолчала. Все двадцать пять лет своей жизни она не говорила ничего, что могло бы задеть или огорчить родителей, и теперь гасила свой гнев автоматически, не отдавая себе в этом отчета.
– Я забыла, ты хочешь чаю или нет? – спросила она ровным голосом, все еще дрожа от злости.
– Могу и выпить. Только приготовлю его сама. А ты посиди и отдохни, пока Кейт и Дрю не спустятся ужинать. Эта парочка вымотает кого угодно. Они совершенно не такие, какой была ты в их возрасте.
«И слава Богу», – подумала Линда.
Нора поставила чайник и потянулась за коробкой с пакетиками чая.
– Линди Бет, я знаю, что могу рассчитывать на твое разумное поведение. Ведь ты не собираешься видеться с этим ужасным Мэтью, когда он будет в городе, верно?
– Скорее всего он приехал лишь на пару дней, и мы едва ли столкнемся с ним, – небрежно пожала плечами Линда.
– Миссис Виттмейер говорит, что он заявился на две недели.
Линда не стала спрашивать, откуда миссис Виттмейер известны личные планы Мэтью Дейтона уже через несколько часов после его прибытия в город. Эта особа не без основания гордилась тем, что обладает полными и точными сведениями о делах каждого жителя округа Карсон, отчего еще удивительнее казалось то обстоятельство, что ей ничего не было известно об отношениях Линды и Мэтта в то далекое лето.
Линда ощутила полузабытое томление в груди. Как странно, что один лишь Мэтт – дерзкий, насмешливый, безответственный – вызывал в ней такое ускорение пульса, такой сердечный трепет! Если бы Джим, милый, добрый, честный Джим хотя бы раз пробудил в ней такую же реакцию, тогда, возможно, их брак и мог бы стать более счастливым.
Впрочем, даже мысль об этом показалась Линде предательской, и она быстро проговорила:
– Мама, чайник закипел.
Мать заваривала чай, безостановочно продолжая рассуждать о Мэтте Дейтоне и его неуместном появлении в городе. Она твердо верила в правоту всех своих высказываний, и ей явно никогда не приходило в голову, что Линду могла раздражать ее страсть к долгим речам.
Линда вздохнула. Мать всегда твердо верила, что все ее усилия неизменно направлены «на благо Линди Бет», поэтому нет никакой возможности уговорить ее сменить тему. Нора Оуэн будет упрямо давить и давить, пока Линда с ней не согласится. Обычно она и не сопротивлялась, зная по опыту, что все равно это бесполезно.
Нора налила две чашки чая, вовсе не озадаченная молчанием дочери.
– Если этот жуткий тип пробудет дома несколько недель, тебе нужно с самого начала дать ему понять, что ты не желаешь иметь с ним ничего общего. Ты ведь знаешь его повадки, Линди Бет. Такому протяни палец, так он откусит всю руку. Вспомни, что случилось в то лето перед твоей учебой в колледже. Конечно, тебе было только восемнадцать лет, ты была слишком юна, чтобы знать, чего он от тебя добивается...
– Он добивался, чтобы я переспала с ним, – тихо ответила Линда. – Но не беспокойся, мама. Я думаю, что, прожив семь лет в Нью-Йорке, Мэтью Дейтон найдет себе летом более интересное занятие, чем соблазнять соседку-вдову. Ты ведь знаешь, что не все мужчины на свете мечтают проложить дорожку к моей постели.
Нора поморщилась. Несмотря на ее любовь к прямоте, существовало несколько тем, – и секс стоял в этом списке на первом месте, – которых она предпочитала касаться лишь намеками.
Линда почти угадала мысли матери. Нора, вероятно, спрашивала себя, почему «малышка Линди Бет» в последнее время стала говорить с такой шокирующей откровенностью, и мысленно винила за это, конечно же, падение нравов на телевидении и в кино. По мнению Норы, телепрограммы потеряли былую привлекательность после того, как убрали передачи «Я люблю Люси» и «Предоставьте это бобру».
Нора протерла чайник и стол, расставила все на свои места в буфете и уж потом села за стол с чашкой чая.
– Линди Бет, я предупреждаю тебя, будь осторожней с этим человеком. Это настоящий хулиган и насильник, а с такими простой осторожностью не обойдешься. Вспомни, он не только испортил жизнь Сюзанны Маккензи, но и подбирался к тебе. Нечего и говорить, что он непременно попытается проделать это снова. Ведь ты, в конце концов, одинокая женщина, верно?
Одинокая! Это слово пронеслось в сознании Линды с легким привкусом истерики. Боже мой, если бы только она и впрямь была одинокой – по-настоящему – хотя бы на один день! Или даже на полдня.
Она подавила в себе приступ смеха и ответила с обычной кротостью:
– Мэтт никакой не насильник, мама. Ты ведь знаешь, что его не арестовали и не судили. Более того, многие в Карсоне знают, что он не имеет никакого отношения к Сюзанне Маккензи. Он всегда отрицал, что был с ней в ту ночь, да и вообще никогда бы не стал принуждать ее спать с ним против ее воли.
Нора Оуэн встретила это возражение презрительным фырканьем.
– Откуда ты знаешь? Этот парень замышлял всякие гадости с тех пор, как его вышвырнули из школы. Линди Бет, не позволяй своему доброму сердцу одержать верх над здравым смыслом.
– Со мной такого не бывает, – ответила Линда с неожиданной горечью. – Каким-то образом я всегда ухитряюсь остаться в стороне. Всегда у меня все в порядке, и все в городе только и говорят мне при встрече, какая я замечательная.
Мать пристально взглянула на нее, но в это время зазвонил дверной колокольчик, и Линда вскочила на ноги. – Я открою.
Она отодвинула защелку и так и осталась стоять на месте, а ее пальцы словно примерзли к дверной ручке.
В дверях стоял Мэтт Дейтон собственной персоной – одна рука на поясе, другая небрежно засунута в карман. Высокая мускулистая фигура загораживала яркое солнце, бросая тень на кухонный пол. Выцветшие джинсы и футболка из хлопка не портили общего приятного впечатления. Линда окинула взглядом густые светлые волосы и темно-синие глаза, которые, как обычно, смеялись на загорелом мужественном лице. Годы беспутной, по слухам, жизни ничуть не лишили его той прежней роковой красоты. Более того, его облик приобрел опасный своей привлекательностью отпечаток зрелости и умудренности в том, что раньше казалось лишь юной необузданной чувственностью.
У Линды невольно перехватило дыхание. К счастью, Мэтт не глядел на нее. Его наглая ухмылка сделалась шире, и он поднес руку ко лбу в насмешливом приветствии, увидев ее мать.
– Здравствуйте, миссис Оуэн. Как поживаете? Выглядите вы неплохо.
Нора обрела присутствие духа с быстротой, приличествующей опоре церковной общины и не последней в городе персоне.
– Живу я хорошо, благодарю тебя, Мэтт. А вот тебя уж точно тут не ожидала увидеть. Мы и не думали, что ты появишься в Карсоне так скоро.
– Я решил, что не грех навестить родительский дом. – Он бросил быстрый взгляд на Линду. – У меня тут остались кое-какие незаконченные дела. Кажется, пора их завершить.
Мэтт прислонился к дверному косяку, казалось, вовсе не замечая, что его не приглашают войти в дом.
– Тренер Маккензи по-прежнему преподает в школе, – зачем-то сообщила Нора. – Сюзанна уехала из города, но я слышала, что ее ребенка кто-то взял себе.
– Я уехал из города вовсе не из-за Маккензи, – ответил Мэтт. – И вернулся не из-за них. – Он отвернулся, не дожидаясь ответа Норы, и Линда увидела, что возле губ у него залегла жесткая складка. – Линди Бет, меня прислали к тебе гонцом. Мать приглашает тебя с близнецами завтра вечером на ужин. Дженнифер пришлось сегодня вернуться в Денвер, иначе бы она зашла к тебе, а завтра утром она снова прилетит в Гранд-Джанкшен.
– Я весьма признательна Салли, – торопливо ответила Линда, слишком остро ощущая за спиной присутствие матери. – Но не знаю...
– Мама просила напомнить, что твои родители пойдут играть в боулинг и что тебе нечего ужинать в одиночестве. Да и потом Дженнифер не захочет слышать никаких отказов. – Он иронично улыбнулся. – Вот почему так трудно жить в маленьком городке, Линда. Всем известно, кто и как проводит вечера. И поэтому всякие вежливые отказы тут не проходят. Если ты не хочешь идти к нам, так прямо и скажи.
По волнам гнева, ударявшим ей в спину, Линда могла определить, что мать готова разрушить хрупкую дамбу благопристойности. Она поспешила сказать, удивляясь сама своему ответу:
– Я с удовольствием приведу близнецов к ужину и повидаюсь с Джен. Если только это не обременит твою маму. Пожалуйста, поблагодари ее и скажи, что мне не терпится выслушать все ваши семейные новости. Может быть, мне принести что-нибудь на десерт?
От улыбки Мэтта по рукам Линды пробежал странный холодок.
– Что ж, захвати, – кивнул он. – Я почти поверил, что тебе и в самом деле хочется прийти к нам на ужин.
Линда вздохнула и заставила себя посмотреть ему в глаза. Это оказалось трудней, чем она думала.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, Мэтт. Ты ведь знаешь, что мне всегда приятно бывать в вашей семье.
На какой-то момент его темно-синие глаза в упор уставились на нее, затем он слегка пожал плечами.
– Ты никогда не думала над тем, как приятно говорить правду? – поинтересовался он. – Не другим, а самой себе. Знаешь, когда говоришь одну лишь правду, так легко становится на душе.
Линда вспыхнула от негодования, в пылу момента забыв о присутствии матери.
– Я всегда говорю правду, Мэтью Дейтон. Всегда.
Он обвел ее возмутительно сочувствующим взглядом.
– Бедная Линди Бет, – пробормотал он. – По-моему, ты и впрямь веришь тому, что говоришь. Может, и всегда верила. До свидания, миссис Оуэн.
Небрежно махнув рукой ее матери, он повернулся и зашагал по аккуратно выметенной садовой дорожке.
– Ну и ну! – воскликнула Нора Оуэн, вкладывая в это короткое восклицание всю силу подавлявшихся доселе эмоций. – Ну, Линди Бет, что я тебе говорила? От этого человека одни лишь неприятности.



загрузка...

Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Червовый валет - Крейг Джэсмин

Разделы:
12345678910

Ваши комментарии
к роману Червовый валет - Крейг Джэсмин



Роман понравился. Читайте!
Червовый валет - Крейг ДжэсминВалентина
19.04.2015, 1.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100