Читать онлайн Невеста-наследница, автора - Коултер Кэтрин, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невеста-наследница - Коултер Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.31 (Голосов: 118)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невеста-наследница - Коултер Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невеста-наследница - Коултер Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коултер Кэтрин

Невеста-наследница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Синджен обошла четырех работников, громко оравших друг на друга на языке, который очень мало походил на привычный ей английский. Они опустили огромную бронзовую люстру на пол, заменили опасно проржавевшую цепь и теперь счищали с бронзы застарелую грязь и копоть, перед тем как передать все сооружение в руки женщин, чтобы те начали мыть хрустальные подвески.
Синджен поговорила с работниками, улыбнулась им и направилась в малую столовую. Однако вскоре ей пришлось остановиться — она увидела, как тетушка Арлет бранит служанку, которая стояла на четвереньках в огромной прихожей при парадном входе и терла тряпкой мраморные плиты пола.
— Я этого не потерплю, Энни! Сейчас же вставай и убирайся отсюда.
— В чем дело? — спокойно осведомилась Синджен. Тетушка Арлет тут же резко повернулась к ней:
— Я этого не одобряю, девушка, совершенно не одобряю. Ты посмотри, что она делает! Эти плиты оставались нетронутыми уже многие годы!
— Да, и в них въелось столько грязи, что бедная Энни, наверное, уже натерла мозоли на коленях, так долго ей пришлось здесь все тереть.
— Я тебе уже сказала, что ты здесь чужая, и так оно и есть. А теперь ты еще возымела наглость транжирить деньги лэрда на все эти глупости.
— О нет, — с улыбкой возразила Синджен. — Уверяю вас, деньги, которые я трачу, — мои.
— По-моему, теперь пол выглядит лучше, тетя.
Серина, еще более похожая на заблудившуюся принцессу, чем когда Синджен видела ее последний раз, одетая в ниспадающее мягкими складками голубое шелковое платье, неслышно появилась в прихожей, скользнув по широкой парадной лестнице.
— Не тебе об этом судить! Ты только и делаешь, что тратишь деньги! Ты посмотри на себя — ты же полоумная.
— На что мне смотреть, тетя? Я красива. Зеркала не умеют лгать. Вы, тетя, стары, и мне понятна ваша зависть. Итак, дорогая Джоан, могу ли я чем-то тебе помочь?
— Это очень любезно с твоей стороны, Серина. Давай пройдем в малую столовую и все обсудим за завтраком.
— О, я пока не хочу завтракать. Пожалуй, я пойду нарвать цветов чертополоха. Чертополох — эмблема Шотландии. Ты об этом знала?
— Нет, не знала.
— Да, чертополох — это наша эмблема. Рассказывают, что однажды на берег Шотландии высадились викинги, чтобы насиловать и грабить, но один из них наступил на куст чертополоха и вскрикнул от боли. Это предупредило об опасности коренных жителей побережья — гэлов, и они спаслись от врагов бегством.
— Все это чушь, — сказала тетушка Арлет и едва слышно добавила: — Лучше иди и посиди под рябиной.
— Фу, какая вы злая, тетя. Но даже если я сяду под рябиной, со мной ничего не случится. Я чувствую, что становлюсь сильнее с каждым днем. Знаешь, Джоан, я колдунья, но колдунья добрая. Я поговорю с тобой позже, Джоан.
И, тихо напевая, она невозмутимо выплыла из массивных парадных дверей.
— А при чем тут рябина? — спросила Синджен. — Это что, какое-то поверье?
Она услышала, как Энни испуганно втянула в себя воздух.
— Не надо об этом говорить, миледи, — пролепетала она.
— Ну, хорошо. Тетушка Арлет, соблаговолите оставить Энни в покое. Вы позавтракаете вместе со мной?
— Я избавлю этот дом от твоего присутствия, — проговорила тетушка Арлет самым злобным тоном, какой Синджен доводилось слышать за всю ее жизнь. Потом она резко повернулась на каблуках и удалилась из прихожей, но не наружу, как Серина, а наверх, поднявшись на второй этаж по парадной лестнице.
«Есть ли наверху что-нибудь, что она может разломать или испортить?» — подумала Синджен и, поразмыслив, с облегчением пришла к выводу, что ничего такого там нет.
— Энни, когда ты устанешь, можешь размять ноги и заодно заглянуть на кухню. Кухарка приготовила кофе и чай на всех, и, по-моему, там есть большой поднос, полный овсяного печенья с имбирем.
— Спасибо, миледи.
Синджен улыбнулась, услышав стук молотков плотников, чинящих лестницу. После того как они починят парадную лестницу и ее резные перила снова станут прочными и безопасными, они начнут ремонтировать лестницы вокруг галереи для менестрелей. А потом возьмутся за лестницу в северной башне. Все работы продвигались быстро, и Синджен была очень довольна собой.
Войдя в малую столовую, она с удовольствием увидела Далей, сидящую между Филипом и Далинг.
— Доброе утро, Далей. Доброе утро, дети. Далей сказала:
— Филип, золотце, не хмурься ты так, не то морщины на лбу останутся у тебя на всю жизнь. Далинг, перестань размазывать яичницу по скатерти.
«А что, вполне нормальный завтрак, — подумала Синджен, вспоминая завтраки, проведенные с многочисленными питомцами Райдера. — Обычный сумасшедший дом».
Она взяла себе еду из буфета и села на кресло Колина, поскольку оно находилось ближе всего к детям.
— Это папино кресло!
— Да, и оно отделано очень красивой резьбой. И оно достаточно высоко и просторно для вашего папы.
— Тебе там не место, — сказал Филип.
— Тебе вообще здесь не место, — добавила Далинг.
— Но я жена вашего отца. Где же, по-вашему, мое место, если не здесь, в замке Вир?
Этот вопрос озадачил Далинг, но не Филипа.
— Раз папа уже получил твои деньги, ты можешь уйти в монастырь.
— Мастер Филип!
— Но, Филип, я же не католичка. Что же мне делать в монастыре? Я ничегошеньки не знаю ни про распятие, ни про исповеди, ни про заутрени.
— Что такое заутрени?
— Это мессы, которые служат в полночь и на рассвете, Далинг.
— А-а. Тогда уезжай во Францию и становись там королевой.
— Это прекрасная мысль, Далинг, но, к сожалению, во Франции сейчас не может быть королевы. Вместо королевы там императрица Жозефина, жена Наполеона.
Это был тупик, и дети замолчали, не зная, что еще сказать.
— Какая вкусная каша, — заметила Синджен. — Это благодаря тому, что овсяная крупа свежая. Мне нравится овсянка с сахаром.
— С маслом лучше, — подал голос Филип.
— Правда? Тогда завтра я положу себе не сахара, а масла. Она проглотила последнюю ложку, блаженно вздохнула, отхлебнула кофе из своей чашки и объявила:
— В последние три дня я очень много работала. Нынче утром я решила вознаградить себя за труды, и моей наградой будете вы. Вы отправитесь со мной на верховую прогулку и покажете мне окрестности.
— У меня живот болит, — сказала Далинг и, схватившись за живот, начала жалобно стонать.
— Тогда тебе надо выпить отвара вахты трехлистной, Далинг.
— Я поеду с тобой, — сказал Филип, и Синджен успела заметить, как он хитро подмигнул своей сестре.


Не прошло и двух часов, как стараниями Филипа Синджен заблудилась в Ломондских холмах. На поиски обратной дороги к замку она потратила еще три часа. И, тем не менее, утро прошло отнюдь не без пользы. Синджен познакомилась с семьями пяти арендаторов и отведала пять разных сортов сидра. Один из арендаторов — его звали Фрескин — умел писать, и у него имелись перо и бумага. Синджен записала имена арендаторов и членов их семей и начала составлять список всего того, что лэрд должен починить и подправить на своих землях. У арендаторов было мало зерна, и когда жена Фрескина говорила об этом, в ее голосе слышался неприкрытый страх. Еще она сказала, что им с мужем нужны корова и пара овец, однако самое главное — это пополнить запас зерна.
Если кто-либо из этих мужчин, женщин и детей и полагал, что молодая графиня достойна жалости, коль скоро лэрд женился на ней только из-за ее капиталов, им хватило вежливости не сказать ей этого вслух. Синджен начинала понимать местное наречие все лучше и лучше. Так, она узнала, что «чесать зубы» значит «сплетничать». Жена Фрескина явно обожала «чесать зубы».
Поскольку погода стояла прекрасная, Синджен не торопилась возвращаться в замок. Она пустила лошадь легким галопом по пологим холмам, по лесам, где росли лиственницы, сосны, ели и березы. Синджен горстями пила воду из озера Лох-Ливен, такую холодную, что у нее немели губы. Отпустив поводья, она позволила лошади забраться в ельник, где та едва не завязла в торфяном болоте. Потом Синджен направила свою кобылу по тропинке, идущей сквозь суровые голые пустоши на восточных холмах. В конце концов, когда перед ее взором снова предстал замок Вир, она ощущала приятную усталость и радовалась, что так замечательно провела день.
Она задержала лошадь на вершине пригорка, где так недавно останавливалась вместе с Колином. Замок Вир по-прежнему казался ей сказочно прекрасным, даже более прекрасным, чем раньше, потому что теперь она чувствовала себя его частью. Она напомнила себе, что надо купить материи, чтобы сшить флаги для его четырех башен. А может быть — почему бы и нет? — она даже наймет какую-нибудь красивую молодую девушку с длинными золотыми волосами, чтобы та сидела в окошке одной из башен и на виду у всех заплетала и расплетала свои косы.
Синджен ехала и распевала песню, когда на глаза ей попался Филип, поджидавший ее возле массивных парадных дверей тюдоровского дома.
— Ну что же, мастер Филип, должна признаться, что мне пришлось изрядно за вами погоняться. Да, друг мой, на этот раз ты меня провел. Ну, ничего, погоди — увидишь, что будет, когда ты будешь гостить у меня дома, на юге Англии. Я сделаю так, чтобы ты заблудился в нашем кленовом лесу. Но в отличие от тебя я оставлю за собой след из хлебных крошек, чтобы ты мог найти дорогу домой.
— Я знал, что ты вернешься.
— Ну, разумеется — ведь я здесь живу.
Филип поддел камешек носком своего потрепанного и сбитого башмака.
— В следующий раз я не оплошаю, — сказал он. Синджен не стала притворяться, будто не поняла, что он имеет в виду. Она усмехнулась и взъерошила его густые черные волосы — точно такие же, как у его отца.
— Я нисколько не сомневаюсь, что ты постараешься не оплошать, но знаешь, Филип, у тебя ничего не получится, потому что теперь здесь мой дом. Лучше постарайся ко мне привыкнуть, а?
— Далинг права. Ты — уродина.


Синджен лежала в кровати с открытыми глазами и смотрела на темный потолок спальни. Сон не шел к ней. После того как уехал Колин, миновало уже более недели, и за все это время она не получила от него ни единой весточки. Она тревожилась; нет, она не тревожилась, а сердилась! Все комнаты в тюдоровской части замка Вир были приведены в порядок и выглядели безупречно, а ее двести фунтов были почти полностью истрачены. Хорошо бы съездить в Эдинбург, и не только для того, чтобы разыскать Колина, но и для того, чтобы достать еще денег. Люди, которые на нее работают, заслуживают того, чтобы им платили полновесными деньгами, а не обещаниями.
Плотники закончили чинить парадную лестницу и галерею для менестрелей и были готовы начать работу в северной башне, излюбленном обиталище Колина.
Можеть быть, ей лучше подождать его приезда, чтобы он сам мог следить за работой? Ну, нет, черт бы его побрал! Он не заслужил такого удовольствия. Синджен повернулась было на бок, потом перекатилась на спину и вздохнула.
Сегодня она впервые принимала гостей в качестве хозяйки замка — сосед-виконт с супругой приехали посмотреть на богатую наследницу, которая спасла лэрда от разорения.
Синджен уловила, что сказала о ней тетушка Арлет:
— Это такое бремя для всех нас, Луиза, такая обуза. Хотя эта особа и богатая наследница, она очень плохо воспитана и не имеет никакого уважения к тем, кто лучше нее. Она не обращает ни малейшего внимания на мое мнение и дерзко распоряжается всеми и вся.
Сэр Хектор Макбин поглядывал вокруг со всевозрастающим одобрением и немалым удивлением.
— Насколько я могу судить, ее распоряжения пошли дому только на пользу, Арлет. В кои-то веки здесь наконец запахло чистотой. Луиза, ты только посмотри на эту люстру! Честное слово, раньше я боялся проходить под ней, такой кошмарный был у нее вид, а теперь она вся сверкает, да и старая цепь, на которой она висела, похоже, заменена на новую.
Синджен решила, что после этой реплики ей следует появиться на сцене. Расправив складки юбки единственного оставшегося у нее платья и радушно улыбаясь, она вошла в зал.
Прием гостей прошел как нельзя лучше. Дворецкий Филпот, облаченный в новехонькую строгую черно-белую ливрею, подал к чаю пышки, выпеченные кухаркой замка Вир, самое восхитительное кушанье во всем мире. При этом Филпот был не менее величествен, чем король Георг III в дни просветлений (Георг III (1738-1820), английский король в 1760-1820 гг. Начиная с 80-х годов XVIII века периодически впадал в умопомешательство, а в 1811 г. окончательно сошел с ума, после чего страной стал править регент — принц Уэльский.) и так же бесстрастно вежлив.
У тетушки Арлет все внутри кипело. Казалось, еще немного — и она начнет брызгать слюной.
Синджен предложила ей пышку.
— Заварной крем, который готовит наша кухарка, невозможно описать словами. Не правда ли, он великолепен, тетушка?
Тетушка Арлет не нашлась, что сказать, и только молча кивнула.
Виконт и виконтесса Макбин оказались приятными людьми и, похоже, питали искреннюю симпатию к Колину. Когда они прощались, леди Луиза улыбнулась Синджен, похлопала ее по руке и тихонько сказала:
— Вы, я вижу, очень умная и практичная девушка. Знаете, в замке Вир многое может показаться весьма странным, и, конечно же, по округе ходят ужасные слухи, но я полагаю, что вы сумеете навести здесь порядок и не станете обращать внимание на всякие толки, которые, разумеется, не имеют под собой никаких оснований.
«Интересно, что она имеет в виду?» — подумала Синджен, благодаря виконтессу за любезность.
Она еще некоторое время постояла на крыльце, махая рукой уезжающим гостям. Тетушка Арлет, вновь обретя дар речи, проскрипела:
— Ты воображаешь, будто ты намного лучше всех нас. Но я уверена, что Луиза распознала, кто ты такая. Ты — выскочка, ничтожная выскочка, которая…
— Тетя Арлет, я — дочь графа. Если, по вашему мнению, это означает, что я выскочка, то вам необходимо срочно пополнить свое образование. И хватит с меня ваших обличительных речей. У меня слишком много дел, чтобы их слушать. — С этими словами она повернулась к Арлет спиной, лишив ее возможности ответить. — Далинг! Иди сюда, мое золотко, я хочу примерить на тебя новое платье.
Накануне Синджен нашла в своей постели змею: длинную, черную, отчаянно пытающуюся уползти в какое-нибудь укромное место. Сначала она моргнула, не веря своим глазам, потом улыбнулась. Бережно обернув змею вокруг своей руки, она вынесла бедную испуганную тварь наружу и выпустила ее в заросший сад.
Интересно, что Филип и Далинг предпримут сегодня ночью? Ей не пришлось долго ждать. Они повторили свой прежний, испытанный трюк с привидением. Надо сказать, это получилось у них довольно талантливо, и Синджен, с улыбкой глядя в темноту, проговорила дрожащим голосом:
— О-о, неужто это опять ты? Прошу тебя, дух, оставь меня, оставь!
Вскорости дух и впрямь убрался восвояси, и Синджен могла бы поклясться, что до нее донеслось довольное хихиканье.


Колин позвал ее сразу же, как только начал подниматься по выщербленным ступеням парадного входа:
— Джоан!
Но первыми его встретили Филип и Далинг. Далинг обняла его за бедро, крича, что Синджен противная, уродливая и злая-презлая.
В противоположность сестре Филип стоял неподвижно и молчал. Колин крепко обнял детей и спросил их, где Джоан.
— Джоан? — безучастно повторил Филип. — Ах, она. Она сразу везде. Она все делает и никому не дает передохнуть. Она ведет себя вызывающе, папа.
Подоспевшая тетушка Арлет зашипела ему в ухо, что девица, на которой ему пришлось жениться, всеми командует и все портит. Что он собирается в связи с этим предпринять?
Для полноты картины не хватало только Серины, и она не замедлила появиться. Она улыбнулась Колину лучезарной улыбкой, подошла к нему и, встав на цыпочки, поцеловала его в губы.
Опешив, он отшатнулся, но это не стерло улыбки с ее лица.
— Я так рада, что ты вернулся, — проговорила она своим нежным голоском. Брови Колина недоуменно поползли вверх.
— Все вы… Далинг, отпусти мою ногу. Филип, уведи отсюда свою сестру. Куда? Все равно куда. Арлет, скажите, где Джоан?
— Я здесь, Колин.
Он поднял взгляд и увидел ее — она спускалась по широкой парадной лестнице. На ней было новое платье из бледно-желтой кисеи, простое, не слишком модное, такое, какое надела бы сельская девушка без претензий на великосветский лоск, однако на Джоан оно почему-то выглядело изысканным и элегантным. Он скучал по ней в Эдинбурге. Он думал о ней куда больше, чем ему хотелось бы, и, в конце концов, приехал домой до того, как завершил все дела, чтобы поскорее увидеть ее. Да, его жена хороша, очень хороша, думал он, глядя на нее, и ему не терпелось поцеловать ее, снять с нее это желтое платье и заняться с ней любовью. Но тут он ощутил странный запах, и эта приятная фантазия вмиг развеялась. В доме пахло пчелиным воском и лимоном. Перед ним тотчас возник образ его матери, и он оцепенел — ведь это было невозможно, его мать давно умерла.
Потом он огляделся по сторонам и растерянно заморгал.
Все вокруг блестело чистотой. Правда, прежде он как-то не замечал, что его дом зарос грязью, но сейчас он вдруг отчетливо осознал, что это было именно так.
Люстра сверкала так, что казалась новой, мраморный пол был до того чист, что он видел свое отражение на его полированных плитах. Он ничего не сказал по этому поводу; он был ошеломлен, потрясен. Он зашел в гостиную, затем в малую столовую. На окнах висели другие портьеры, на вид почти такие же, как старые, но если приглядеться, было видно, что они все же новые, а на полу лежали новые ковры, впрочем, нет, этого не может быть: они слишком похожи на старые, — однако их красные и синие тона выглядят необъяснимо яркими в лучах послеполуденного солнца.
— Я тоже рада видеть тебя, Колин.
Он посмотрел на свою жену, увидел ее поджатые губы и тихо проговорил:
— Я вижу, во время моего отсутствия у тебя здесь было много дел, Джоан.
— О да, нам всем хватало дел. Обрати внимание на эти портьеры, Колин. Они новые, но я велела изготовить их из той же ткани, что и прежние. Представь себе, на складе в Данди все еще имеется точно такая же парча! Ее ткут уже пятьдесят лет, не меняя узора! Чудесно, правда?
— Мне нравились те портьеры, которые были здесь раньше.
— Что? Неужели тебе нравились пыль и многолетняя грязь, которые сыпались на пол?
— У этих ковров странный вид.
— Еще бы. Ведь теперь они чистые. Когда по ним ходят, над ними больше не поднимаются облака пыли.
Он открыл рот, но она опередила его, вскинув руку.
— Позволь мне угадать, что ты хочешь сказать. Ты бы предпочел, чтобы они остались как были, не так ли?
— Да. Как я уже сказал, у тебя здесь было чересчур много дел, Джоан, и мне это не нравится.
— А чего бы ты хотел? Чтобы я бездельничала, развалясь в кресле, читая романы, которых нет в этой обветшалой конуре, которую ты именуешь библиотекой, и ела при этом овсяное печенье с имбирем?
Колин вдруг осознал, что они разговаривают, стоя в трех футах друг от друга, однако не сделал ни шагу ей навстречу. Он был прав, а она виновата, и он должен заставить ее понять свою вину и попросить прощения.
— Ты должна была подождать меня. Я ясно попросил тебя составить списки, чтобы я мог их просмотреть, а потом мы могли бы…
— Папа, она злая и плохо обращается с Филипом и со мной. Однажды утром она даже заперла меня в моей комнате, чтобы я не могла выйти, а погода была такая хорошая.
— Так, значит, ты, Джоан, добралась даже до моих детей? — Колин посмотрел на свою дочь: — Иди к Далей, Далинг. Мне надо поговорить с твоей мачехой.
— Мы не хотим, чтобы она тут жила! Ты скажешь ей, чтобы она нас больше не била?
Синджен удивленно уставилась на хнычущую девчушку и расхохоталась:
— Неплохо придумано, Далинг. Залп сразу из всех орудий. Да, очень и очень неплохо.
— Ступай, Далинг. Я поговорю с Джоан. Тетя Арлет, и вы здесь? Прошу вас, оставьте нас и закройте дверь. Я разговариваю со своей женой.
— Ты скажешь ей, чтобы она перестала здесь все портить, не правда ли, Колин? В конце концов, ведь ты лэрд, ты муж, ты здесь хозяин и господин, а не эта девчонка. В замке Вир распоряжаешься ты, а не она. Ты ведь…
— Отошли ее в монастырь! — завопила Далинг и скрылась за дверью.
Арлет одобрительно кивнула и тоже вышла, очень тихо притворив за собой дверь.
Колин и Синджен остались одни в безукоризненно вымытой и вычищенной гостиной. На этом фоне даже старая, потрепанная мебель стала выглядеть солидной и изысканной, но в этот момент Синджен позабыла про все свои свершения. Она смотрела только на своего мужа и думала только о нем. Не может быть, чтобы он поверил в комедию, которую только что ломала Далинг, не может быть…
— Ты била моих детей?
Она глядела на него — он был так красив! При одном взгляде на него у нее начинало учащенно биться сердце, но сейчас он казался ей чужим красивым незнакомцем, и ей хотелось дать ему пощечину.
— Так ты их била, Джоан?
Это было глупо, нелепо и смешно. Надо прекратить это, прекратить сейчас же. Она быстро подошла к нему, вскинула руки, переплела пальцы на его затылке и встала на цыпочки.
— Я ужасно по тебе скучала, — сказала она и поцеловала его. Губы у него были теплые и упругие. Но они оставались плотно сжаты.
Он схватил ее за руки выше локтей и опустил их.
— Меня не было почти три недели. Я приехал лишь затем, чтобы увидеть тебя, увериться, что с тобой все в порядке и что эти проклятые Макферсоны не пытались творить новые пакости. Я не смог разыскать этого негодяя Робби Макферсона в Эдинбурге. Он избегает меня, черт бы побрал его трусливую душонку. Конечно, мне бы сообщили, если бы здесь приключилось что-нибудь дурное, но мне хотелось приехать и самому убедиться, что тебе ничего не грозит. И что же я вижу? Ты тут прямо-таки королева! Ты быстро забрала все в свои руки и распоряжалась, как хотела. Ты пренебрегла моим мнением. Не посчиталась с моими желаниями. Ты нисколько не посчиталась со мной.
Синджен пыталась пропускать его упреки мимо ушей. Она не привыкла к словам, от которых становится так больно. Она посмотрела ему в лицо и просто сказала:
— Я старалась сделать как лучше.
— Значит, ты еще слишком молода, чтобы знать, как лучше.
— Колин, твои обвинения нелепы, и ты сам это знаешь. А вот и Серина — надо полагать, она явилась, чтобы поцеловать тебя еще раз. Может быть, ты желаешь продолжить свои нотации при ней? Если хочешь, я могла бы позвать обратно твою тетушку Арлет и детей. Думаю, они охотно спели бы тебе хором длинную песнь о моих грехах. Нет? Ты этого не хочешь? Отлично, тогда, если не возражаешь, давай пройдем в твою комнату в северной башне. Там ты сможешь излить сразу свое раздражение, ничего не оставляя на потом.
Она повернулась на каблуках и, широко шагая, пошла прочь.
«Идет совсем как парень, — подумал он, раздражаясь еще больше. — Бедра нисколько не колышутся».
Однако он помнил, каково было обнимать эти бедра, и при мысли об этом его руки сами собой сжались в кулаки. Он двинулся за ней, продолжая свою обвинительную речь:
— Ты даже не попыталась подружиться с моими детьми. Они все еще считают тебя чужачкой, а не членом семьи. И я вижу, что ты невзлюбила их так же, как они невзлюбили тебя.
Она не повернулась к нему для ответа, а только бросила через плечо:
— Говори громче, Колин, чтобы услышала дети. Ведь они имеют привычку копировать поведение своих родителей.
Он замолчал и молчал всю дорогу до северной башни. Здесь тоже пахло лимоном и воском, и он понял, что она имела наглость переделать все по-своему даже в его комнате, единственной комнате, которая всегда принадлежала ему и только ему. Он ускорил шаг. Увидев отремонтированную лестницу, он сказал:
— Я хотел отремонтировать ее совсем иначе. Какого черта ты здесь наворотила?
Стоя на три ступеньки выше его, она резко повернулась.
— И что же ты собирался сделать иначе, Колин? Может быть, ты хотел, чтобы ступеньки располагались по диагонали? Или чтобы на месте каждой второй ступеньки зияла пустота, дабы тот, кто не смотрит себе под ноги, проваливался в подземную темницу?
— Ты не имеешь права вмешиваться в мои дела. Я уже предупреждал тебя об этом.
Не говоря больше ни слова, он протиснулся мимо нее по узкой лестнице, распахнул дверь, обитую медными гвоздями, и в нос ему ударили непереносимо свежие запахи. В середине круглой комнаты он остановился как вкопанный, уставясь на вазу с летними розами, которая стояла на его письменном столе. О Господи, розы, любимые цветы его матери, и к их благоуханию примешивается терпкий аромат лимона. Он на мгновение закрыл глаза.
— Вы перешли все границы, мадам.
— Ах, вот как? Стало быть, ты предпочитаешь жить в грязи? Чтобы твои книги продолжали портиться, постепенно распадаясь в труху? Как и следовало ожидать, на твоих книжных полках уже завелись и книжные черви, и книжные вши, и бог знает что еще. Еще чуть-чуть — и твои книги были бы безнадежно испорчены.
Колин повернулся к жене, охваченный яростью и чувством полного бессилия. Она была права, черт бы ее побрал, он вел себя как собака на сене, но он хотел сам руководить всеми работами в доме, потому что это были его дом, его тряпки и хлам, его забота! Так нет же, она возомнила себя госпожой всего и делала все по-своему, без его руководства и позволения. Этого он не мог простить. Он покинул родные края, чтобы защитить ее, а она так бессовестно провела его, захватила власть в его собственном доме и, похоже, вовсе не намерена за это извиняться! Он искал слова, чтобы высказать ей свое негодование, и вдруг выпалил, вспомнив одно из наиболее возмутительных ее прегрешений:
— Я не выношу запахов воска и лимона. А от запаха роз меня тошнит.
— Но миссис Ситон говорила, что твоя мать…
— Не смей говорить о моей матери!
— Хорошо, не буду.
— Ты явилась даже в мою комнату, единственную комнату во всей этой древней развалине, которая была полностью моей с тех пор, как я родился. Ты явилась сюда и переделала все по-своему.
— Если ты прислушаешься к голосу разума и внимательно посмотришь по сторонам, то увидишь, что я ничего не переделала. Да, я поставила на твой письменный стол вазу с розами, но это не переделка, а просто временное добавление к убранству. Неужели ты бы предпочел, чтобы великолепные цвета на этих гобеленах, сотканных твоей прапрабабушкой, продолжали блекнуть и тускнеть, погребенные под многолетним слоем грязи? И чтобы ткань сделалась такой ветхой, что рассыпалась бы в прах? А плиты пола, Колин? Ведь ты мог бы легко сломать ногу, если бы треснувшие плиты не заменили на новые. Притом заметь, я ничего не переделала по своему вкусу: новые плиты выглядят точь-в-точь как остальные. А ковер, этот роскошный обюссонский ковер? Взгляни — ведь только теперь стали явственно видны его чудесные, радующие глаз цвета.
— Ковер — это тоже не твоя забота. Я собирался заняться им сам.
«Да, чего-чего, а упрямства ему не занимать, — подумала Синджен. — Если уж он впился зубами в какую-нибудь кость, то будет драться за нее до конца!»
Призвав на помощь остатки самообладания, она спокойно сказала:
— Как бы то ни было, на замену старых плит ушли сущие гроши. Почему же ты их не заменил?
— Что я сделал или не сделал — это только мое дело. Я не обязан объяснять тебе свои поступки. Это мой дом, мой замок. То, что ты сделала, возмутительно.
— Я твоя жена, Колин. Замок Вир теперь не только твой дом, но и мой. Я должна о нем заботиться.
— Ты можешь быть лишь тем, чем позволяю тебе быть я.
— Силы небесные, да ты ведешь себя как настоящий идиот! Я так ждала, когда ты наконец вернешься домой. Почти три недели, и за все это время ты не послал мне ни единой весточки. Похоже, вы, милорд, забыли, что у вас тоже есть обязанности — например, по отношению к вашим детям.
— Моим детям! Я отлично вижу, что они не переваривают тебя так же, как и при первой вашей встрече, и, вероятно, у них есть на то веская причина. Ты ведь подняла на них руку, не так ли? Наверное, ты вообразила, что раз у тебя столько денег, то ты можешь занять мое место. И ты решила, что в такой ситуации мужчина расхаживал бы по дому, отдавая всем приказы и награждая тумаками детей, если они не слушаются с первого раза.
Синджен решила, что не стоит пускать в ход первое издание пьес Шекспира. Она выбрала толстый том, сочиненный каким-то малоизвестным церковным деятелем шестнадцатого века, и швырнула его в мужа.
Увесистый фолиант с силой ударил его в грудь. Колин охнул, попятился и с изумлением уставился на жену, с трудом веря, что она и впрямь это сделала — запустила в него книгой. Пожалуй, если бы под рукой у нее оказалась шпага, она попыталась бы проткнуть его насквозь.
Он с таким нетерпением ждал, как приедет домой, хотя бы на один — два дня, предвкушал встречу со своей молодой женой — а она швырнула в него книгу. Он с удовольствием представлял себе, как будет восседать во главе большого обеденного стола, как напротив него будет сидеть его жена, а между ними его дети, чистенькие, вымытые ее ласковыми руками, и как они будут весело улыбаться и смеяться в восторге от своей новой мачехи. Он потер грудь, все еще сверля ее глазами. Вот и пришел конец его радужным мечтам.
И сомнений быть не может — в этом деле он кругом прав. Из-за того, что она такая богатая наследница, она сочла возможным присвоить себе его роль и вообразила, что вправе распоряжаться в его доме. Нет, черт бы ее побрал, он этого не потерпит!
— Пожалуй, я запру тебя на ключ в спальне лэрда. Находясь там, ты больше не сможешь сеять раздор.
Синджен смотрела на него не отводя глаз. День был теплый, он ехал с непокрытой головой, и его красивые черные волосы растрепал ветер. Синие глаза, казавшиеся особенно яркими на фоне загара, смотрели на нее гневно и неприязненно. Медленно произнося слова, она спросила:
— Я только пыталась стать настоящим членом твоей семьи, одной из Кинроссов — и за это ты хочешь наказать меня?
— Хорошая жена мужчины из рода Кинроссов не стала бы заставлять всех вокруг плясать под свою дудку. Она бы уважала чувства других. Она бы слушалась своего мужа. То, что ты богатая наследница, не дает тебе права вести себя так, словно ты в придачу еще и лэрд. Я этого не потерплю.
Она отвернулась и быстро пошла прочь. Колин сделал было шаг, чтобы задержать ее, но тут же остановился. Она вышла через распахнутую узкую дверь, и он услышал, как она легко сбегает по винтовой лестнице, лестнице, которую только что починили.
— О черт! — сказал он.
Синджен направилась прямиком к конюшням. Как жаль, что здесь нет ее любимой Фанни! Но из Нортклифф-Холла в замок Вир еще не дошло ничего: ни ее сундуки и чемоданы, ни ее кобыла. В конюшне ей встретился Коротышка Мердок. Когда он увидел ее лицо и широко раскрытые глаза, в которых застыло какое-то непонятное ему выражение, он торопливо оседлал лошадь, на которой она обычно ездила, костлявую гнедую кобылу по кличке Морковка.
Синджен была в обычном платье, а не в амазонке, но ей это было все равно. Она заметила, что Мэрдок надел на кобылу мужское, а не женское седло — но и это ей было безразлично. Она ухватилась за гриву лошади и села на нее верхом. При этом ее юбки задрались до колен, обнажив ноги в белых шелковых чулках и черных туфельках.
Она пустила лошадь в галоп и вскоре скрылась из виду.


— Отлично. Она убралась.
Колин в недоумении воззрился на тетушку Арлет.
— Что вы имеете в виду?
— А то, что она села на лошадь и ускакала, причем эта нахальная девица даже не соизволила переодеться в амазонку. Так и поехала с задранным подолом, всем показывая свои чулки. Я видела ее из окон столовой.
— Ты сможешь оставить у себя ее деньги, Колин?
Это спросила уже не Арлет, а Серина, которая перепархивала с места на место в просторном вестибюле, любуясь своим отражением во всех блестящих поверхностях, попадающихся ей на пути.
Колин не успел ей ответить, так как в дверях появился Коротышка Мердок. Свою потрепанную красную шапку он почтительно сдернул с головы и теперь держал в узловатых руках.
— Я малость беспокоюсь, милорд, — сказал он лаконично. Но Колин его понял и разразился бранью. Ругался он долго и забористо. Мердок слушал молча, но смотрел на него с явным неодобрением. Тетушка Арлет открыла было рот, чтобы разбранить Мердока, но не успела: Колин и Мердок уже вышли вон.
Всю дорогу до конюшни Колин не переставая ругался. Гулливер, жеребец, на котором он всегда ездил, был слишком утомлен после долгого пути из Эдинбурга, и Колину пришлось сесть на Камбера, кроткого старого коня, который на своем долгом веку перевидал больше стычек с Макферсонами, чем большинство мужчин, живущих в округе.
— Куда она поехала?
— К западному концу озера.
Он так и не нашел ее, не отыскал ни единого следа. Он потратил на поиски два часа, то ругая жену, то терзаясь страхом, что она похищена кем-то из Макферсонов. Его грызли сомнения: а что, если приказы Лэтема Макферсона, старого лэрда, запретившего своим людям совершать набеги на земли Кинроссов, не имеют прежней силы? Черт побери, не исключено, что Робби Макферсон покинул дом своего отца в Эдинбурге — если он вообще туда ездил. При мысли об этом Колина прошиб пот. Наконец, когда солнце уже садилось, он возвратился в замок. Кобыла его жены Морковка стояла в стойле, пережевывая сено.
Коротышка Мердок только пожал плечами и сказал, не поднимая глаз:
— Она уже час как воротилась, милорд. Тихая такая, по всему видно, что ничего дурного с ней не случилось.
Колин не особенно удивился, обнаружив, что спальня лэрда пуста и что она так же сверкает чистотой, как и остальные помещения замка. В ней царил такой же полумрак, как и раньше, однако теперь комната больше не казалась мрачной. Ему пришлось признать это, скрепя сердце. Вымывшись и переодевшись к обеду, он решил, что за столом будет молчать. Ему не хотелось быть участником еще одной сцены, которая разыграется на глазах у всей семьи.
Когда он вошел в гостиную, Синджен стояла около камина, одетая в то же самое платье, с бокалом хереса в руке. Тетушка Арлет говорила ей что-то, наверняка какие-то гадости. Серина сидела на канапе, мечтательно глядя в пространство, а дети примостились вместе на маленьком, рассчитанном только на двоих диванчике, за спинкой которого стояла на страже верная пышногрудая Далей.
Синджен подняла глаза и увидела его. До чего же он был хорош, подлец! Вот тупой мужлан — как же он не понимает, что она вовсе не покушается на его место? Как он может быть настолько слепым? Она хочет занять не его, мужское, а свое собственное, женское, место, хочет всегда быть рядом с ним, чтобы вместе смеяться, вместе работать, чтобы целовать его и касаться руками его сильного тела.
— Добрый вечер, — сказал Колин, обращаясь ко всем.
— Папа, она сказала, что лишит нас обеда, но потом ты вернулся, и ей пришлось разрешить нам поесть.
Далей вскрикнула от возмущения и схватила Далинг за руку.
— Какая же ты хитрая, нехорошая девчонка, Далинг Кинросс!
— Понятно, — сказал Колин. — Иными словами, ваша мачеха — сущая ведьма.
— На этот раз ты немного перестаралась, Далинг, — заметила Синджен, с улыбкой глядя на свою падчерицу, — но это была достойная попытка. Пожалуй, я дам тебе несколько уроков актерского мастерства. Никогда не переигрывай — это главный закон театра.
— Мне бы хотелось поступить на сцену, — проговорила Серина. — Ведь именно так говорят англичане, имея в виду, что хотят стать актером или актрисой, не так ли, Джоан?
— Именно так. У тебя уже сейчас такая грациозная походка, Серина, что кажется, будто ты не идешь, а плывешь. Думаю, освоить остальные части сценического искусства тебе было бы нетрудно.
— Все это вздор, — провозгласила тетушка Арлет, вставая. — Итак, Колин, каковы теперь твои намерения?
— Я намерен пообедать, тетя Арлет. Джоан, смотри, вот и Филпот. Сейчас он объявит, что обед уже подан, и мы пойдем в столовую. Дай мне твою руку.
Синджен не хотелось брать его под руку, но поскольку все зорко смотрели на них, у нее не было выбора. Когда он легонько похлопал ее по руке, она насторожилась, готовая ринуться в бой.
— О нет, моя дорогая, не здесь. Когда я буду объяснять тебе, чего я от тебя хочу, то сделаю это за запертой дверью моей спальни — спальни лэрда, идеально чистой спальни лэрда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Невеста-наследница - Коултер Кэтрин



Очень хороший книга .Мне очень понравилось
Невеста-наследница - Коултер КэтринLusinka
25.11.2010, 20.40





Очень хорошая книга .Мне очень понравилось.
Невеста-наследница - Коултер КэтринLusinka
26.11.2010, 19.49





Мне тоже понравился этот роман. Легко читается.
Невеста-наследница - Коултер КэтринАлла
19.04.2012, 21.49





♥Это мой любимый роман♥
Невеста-наследница - Коултер КэтринМарианн
3.06.2012, 10.16





МИло! Мило! Мило! И сказать больше нечего. Да и опять штамп со злодеем кузеном. Читайте только перед сном.
Невеста-наследница - Коултер КэтринВ.З.,64г.
13.07.2012, 12.01





Читала с большим удовольствием. Ну очень понравился.
Невеста-наследница - Коултер КэтринАлла
18.07.2012, 22.43





Слишком много всего: кузен-злодей, призраки, главная героиня сорванец, детки новоиспечённого мужа, слишком большая мудрость в 19 лет... Однако до последней страницы такое ощущение, что Джоан - бедная девочка в состоянии влюблённости, которую просто во всех отношениях пользует муж.
Невеста-наследница - Коултер КэтринItis
30.07.2012, 22.05





Видимо первый сексуальный опыт автора был просто ужасен, либо вообще не состоялся) Такой ужас написан-как только главная героиня не померла в первую брачную ночь.
Невеста-наследница - Коултер КэтринПупсик
29.12.2012, 20.59





Мені вцілом понравилась ця книжка 9 БАЛОВ
Невеста-наследница - Коултер КэтринНаташа
3.06.2013, 21.07





первую половину книги прочитала с большим трудом, только лень заниматься чем-то серьезным заставляла прдраться сквозь жуткие и несвязные дебри. потом пошла завязываться интрига,появилась нить, логика. вобщем, с половины и до конца стало интереснее. но все-равно логики и четкости не хватает.
Невеста-наследница - Коултер Кэтринpetra
5.06.2013, 18.53





Как Сиджен не быть мудрой в свои года, если у нее такие братья, да и к тому же у Рейдера столько детишек, что не захочешь, а получишь этот самый опыт с детьми... Так что ничего удивительного. Мне понравился роман, как и два предыдущих про ее братьев (невеста-обманщица, строптивая невеста)
Невеста-наследница - Коултер Кэтринлюбовь
2.08.2013, 20.21





скучновато
Невеста-наследница - Коултер Кэтриннадежда
7.08.2013, 14.25





Действительно, не самый интересный роман данного автора, скучно было читать. Все героини молоды, а уже способны на такую сильную любовь... Сомнительно.
Невеста-наследница - Коултер КэтринЛюдмила
15.09.2013, 20.24





мне не понравилось.
Невеста-наследница - Коултер Кэтринвесенний цветок
24.09.2013, 15.48





Длинно и скучно.
Невеста-наследница - Коултер КэтринКэт
5.02.2014, 22.44





роман очень понравился!!!
Невеста-наследница - Коултер Кэтринкатюша
15.07.2014, 16.52





Чудесный роман.
Невеста-наследница - Коултер Кэтрин007
18.09.2014, 22.16





А есть ли фильм?
Невеста-наследница - Коултер КэтринАрунка
30.10.2015, 20.21





Нет,фильм к роману к сожалению не снят. Возможнл в театре ставили но такогого фильма нет
Невеста-наследница - Коултер КэтринДддев
30.10.2015, 20.26





Женское любовное мыло в ТЕАТРЕ? Ахахах насмешили.
Невеста-наследница - Коултер КэтринВаш Кэп
30.10.2015, 20.38





Вообщем, нормально. Завязка сюжета необычна: героиня сама предлагает жениться на ней ради денег. Обычно героини очень возмущены тем, что женятся ради приданого, а не ради них самих. Здесь же героиня очень реально смотрит на ситуацию. Единственное, героиня поразила своей тупизной в плане секса. Всё-таки, девушка бойкая, не забитая, любопытная, образованная. Могла бы прочитать книг побольше на эту тему, поговорить со своими невестками, которые счастливы замужем и любят сами это дело и отношения у них доверительные, близкие. Но, её, почему-то, сей вопрос не интересовал ни грамма. Не похоже это на характер героини что-то...
Невеста-наследница - Коултер КэтринМарина
16.02.2016, 8.27





Полная чушь
Невеста-наследница - Коултер КэтринЕлена
22.03.2016, 12.22





Мне нравится вся серия про Шербруков и эта не исключение...
Невеста-наследница - Коултер КэтринМизашка
30.11.2016, 22.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100