Читать онлайн Наследство Валентины, автора - Коултер Кэтрин, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наследство Валентины - Коултер Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.67 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наследство Валентины - Коултер Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наследство Валентины - Коултер Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коултер Кэтрин

Наследство Валентины

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

– Покрыть?
Глаза Джеймса едва не выкатились из орбит, стоило ему представить, как она, обнаженная, нагнувшись, поглядывает через плечо на приближающегося мужа. Вот он становится над ней, прикасается...
Джеймс встряхнул головой. Слишком долго он обходился без женщин. Произнеси любая из них подобные слова, точно такие же видения промелькнули бы в мозгу.
– Возможно, – выговорил он наконец, сделав глоток шампанского. – Но не сейчас.
Джесси права. Неплохая идея и, похоже, единственный способ пройти через это.
– Я не Алисия. Прости, но мне пришлось расспросить о ней Дачесс. Она сказала, что Алисия была прекрасна – маленькая, светловолосая и синеглазая. Ты любил ее, но я ничуть не похожа на твою первую жену, и поэтому ты ко мне равнодушен. Не представляю, что с нами будет.
– Мы все выдержим и переживем, – пообещал Джеймс, снова наклоняя бутылку над бокалом жены.
Но на дне ничего не осталось, а хмель его ничуть не берет. Дьявол! Хоть бы она опьянела!
– Баджеру следовало бы знать, что жених и невеста больше нуждаются в спиртном, чем обычные люди. Он должен был положить еще одну бутылку.
Джесси порылась в корзинке.
– Он так и сделал! – воскликнула она, вынимая обернутую салфеткой бутылку.
Джеймс произнес благодарственную молитву за здоровье старшего повара Чейз-парка.
– Превосходный человек этот Баджер, не правда ли? Давай напьемся здесь, на этом прелестном лугу. День теплый. И когда ты окончательно потеряешь голову и ничего не будешь соображать, я подниму амазонку, расстегну бриджи и возьму твою девственность. Со всем будет покончено, и мы отправимся в Кендлторп и выспимся. Завтра все будет забыто, и мы со спокойной совестью вычистим стойла. Вероятно, тогда нам удастся настолько освоиться друг с другом, что мы станем насвистывать что-нибудь повеселее или даже споем куплеты Дачесс. Что ты на это скажешь, Джесси?
Джесси ничего не ответила. Он надеялся, что она улыбнется, уголки губ хотя бы чуть приподнимутся, но Джесси оставалась серьезной как никогда. И вообще, она была занята – пыталась вытащить пробку из бутылки. Ничего не получалось. Тогда Джесси пустила в ход зубы. Джеймс откинулся на спину. Солнце ласково светило, аромат цветов наполнял воздух. Взглянув на жену, он рассмеялся. Перед ним была прежняя Джесси-соплячка, вечно жующая соломинку, облизывающая засахаренный миндаль с пальцев и зубами открывающая шампанское. Услышав хлопок, он молча поднял бокал и протянул ей.
Джесси начала хохотать после четвертого бокала. Слава милосердному Господу!
Она взмахнула рукой, чтобы отогнать пчелу, и Джеймс предупредил:
– Осторожнее, Джесси, ты едва не разлила наше драгоценное шампанское.
Джесси рывком сунула бутылку между ног.
– Теперь с ней ничего не сделается.
В эту минуту Джеймс понял, что нужно действовать быстро, прежде чем он сам напьется до того, что будет способен лишь рыгать.
– Ты чувствуешь себя настолько поглупевшей, чтобы лечь и позволить мне целовать тебя?
Джесси немного подумала. Сейчас вид у нее был встревоженный, взволнованный и куда более испуганный, чем у грешника в комнате, полной священников.
– Да, – решила она, – давай целоваться.
– Поставь бутылку сюда. Вот так. Ну а теперь успокойся, Джесси, все будет хорошо.
– Еще немного шампанского, Джеймс, – ответила она и, налив вина, выпила залпом и наконец улыбнулась.
Она легла на спину, потянулась и сложила руки на груди, словно мертвая. Джеймс посчитал, что уместнее всего было бы сорвать цветок наперстянки и вложить ей в пальцы, однако предпочел наклониться и поцеловать ее сомкнутые губы.
– Приоткрой немного рот, – улыбаясь, попросил он. – Представь, что я – маленький сочный кусочек чего-то вкусного вроде копченого языка с гарниром, который так чудесно готовит Баджер.
Джесси немедленно послушалась, и Джеймс почувствовал себя так, словно получил беспощадный удар в живот. Вкус Джесси... шампанского и еще чего-то экзотического... Ему хотелось бесконечно целовать ее, впившись в губы. Да, в этой Джесси не было ничего от прежней соплячки, и Джеймс старался владеть собой. Он боялся, что, если начнет ласкать ее по-настоящему, она вновь превратится в четырнадцатилетнюю девчонку.
Джеймс на мгновение отстранился и посмотрел на нее. Глаза широко открыты и рот тоже. Она ошеломленно уставилась на него.
– Что, Джесси?
К его веселому изумлению, она побагровела. Залилась краской и отвела взгляд.
– В чем дело? Объясни же! Я твой муж.
– Шампанское великолепно, хотя...
– Да?
– Не будь глупым, Джеймс, мне нужно... облегчиться.
Джеймс безуспешно пытался не расхохотаться.
– Подумать только, до чего может довести бутылка шампанского! Хорошо, я подожду тебя здесь, Джесси. За кленами есть чудесные кусты.
Джесси кое-как поднялась на ноги, расправила юбки и с преувеличенной осторожностью направилась к рощице, ни разу не оглянувшись на мужа.
Он прислонился к нагретому солнцем камню и начал напевать новые куплеты Дачесс. Один, второй, третий... Потом выпил еще бокал шампанского. И наконец нахмурился, встал и, приставив ладонь к губам, окликнул:
– Джесси? С тобой все в порядке?
Молчание. Тишину нарушал только тихий шелест листьев на легком ветру.
– Джесси!
Джеймс встревожился по-настоящему и был поражен, обнаружив, что не слишком твердо держится на ногах. Поэтому он благоразумно вылил содержимое бутылки на задорные маргаритки, искренне надеясь, что они не поникнут, и направился к деревьям.
Джеймс обнаружил Джесси лежащей в забытьи под кустом. Она мирно посапывала, подложив ладошку под голову.
– Ну и ну, – охнул Джеймс.
Теперь придется все начать сначала. Что будет с Джесси, когда та очнется? Похмелье – штука неприятная.
Джеймс был готов поклясться: Баджер понятия не имел, к чему приведут его благородные намерения и какими окажутся последствия столь великодушного дара.
Джесси хотелось умереть. Она не собиралась ни с кем прощаться и желала лишь одного: тихо, медленно испустить последний вздох и отойти с миром к праотцам.
Джесси приоткрыла глаза только раз. От яркого света голова мгновенно начала раскалываться, а внутри, казалось, все скрутило, так что конец, по всей видимости, был недалек.
– Это похмелье, Джесси, – объяснил Джеймс. – Вот, выпей. Миссис Кэтсдор сделала специальный отвар.
– Джеймс? Ты здесь, со мной? – Да. Выпей.
Он умудрился влить в нее все до последней капли, но задача оказалась нелегкой, и после этой экзекуции Джесси стало еще хуже. Мерзкое зелье текло по подбородку, а сама Джесси продолжала захлебываться. Снадобье действительно было отвратительным: Джеймс знал это, поскольку успел проглотить полный стакан. Зато оно рано или поздно все-таки помогало.
– Бедная Джесси, – пожалел он и положил ей на лоб салфетку, смоченную холодной водой. – Нет, не открывай глаза. Ты в Кендлторпе, в своей спальне. Мне удалось затащить нас обоих в седло Бертрама, хотя он не проявил ни малейшего желания тащить двойную ношу, несчастный эгоист, и жаловался почти всю дорогу, да к тому же все время хлестал меня по ногам своим длинным хвостом. Мне пришлось удерживать одновременно тебя и поводья Эсмеральды, а ты то и дело норовила соскользнуть на землю. Однако кобылка посчитала поездку чем-то вроде приключения. Кроме того, она оглядывала Бертрама с чисто женским интересом.
Джесси облизнула губы, но все же оказалась достаточно сообразительной, чтобы последовать его совету не открывать глаза. Однако ей необходимо узнать все. Поскольку Джесси готовилась к смерти и не сомневалась, что ни один человек не вынесет столь изощренных мук, она все же нашла в себе силы спросить:
– Ты покрыл меня, Джеймс? Все кончено? Я не опозорилась? И, когда умру, ты вспомнишь обо мне хотя бы с чем-то вроде нежности?
Джеймс потрясенно уставился на нее, но тут же быстро передвинул салфетку ей на глаза. Он просто не мог бы солгать Джесси, взгляни она на него хотя бы мельком. Не мог и все. Впрочем, точно так же, как и она ему, – Джеймс это знал. Что же делать?
– О Господи! Неужели все было так ужасно? Скажи мне правду. Со мной было столько хлопот? Хочешь, чтобы я уехала? Только вряд ли я способна на это – конец слишком близок, так что все к лучшему, верно?
– Ну... я бы не сказал, что все было так уж ужасно – совсем нет. И, Джесси, не волнуйся, я всегда буду вспоминать о тебе с любовью.
– Лжешь. Ты столько раз проклинал меня! Гораздо больше, чем своих лошадей.
– Возможно, но смерть смягчает и лечит боли и обиды. И образы прошлого постепенно подергиваются романтической дымкой. Клянусь, месяцев через шесть после твоей кончины у меня останутся только приятные воспоминания.
– Но как тебе удалось покрыть меня, не раздевая?
– Это оказалось совсем нетрудно. Ты так покорно и послушно исполняла все мои желания... Не помнишь, как ты хотела, чтобы я поскорее покончил с этим и наши отношения стали бы прежними?
– Последнее, что я помню, – как любовалась штокрозами и думала, что никогда не встречала таких ярких оттенков розового и красного. Все остальное стерлось. А теперь слишком поздно. Я так и умру девственницей, если не плотью, то по крайней мере духом.
– Ты очень милая девственница.
– Что ты хочешь сказать?!
– Я имею в виду, духовно.
– А мое тело... плоть... тебе понравилось? Или ты не любишь девственниц?
– Не забывай, что ты была чрезвычайно податлива, Джесси. Мне понадобились немалое искусство обольщения и решимость, чтобы все завершить как надо и доставить тебя в Кендлторп.
Джесси несмело подняла руку и коснулась воротника ночной сорочки:
– Ты раздел меня? Снял всю одежду и натянул ночную сорочку?
– Да, но должен же был кто-то устроить тебя поудобнее. Мы все-таки муж и жена, Джесси.
– Ох, Джеймс, мне это совсем не нравится. Я даже не помню, как ты снимал с меня амазонку там, на лугу... и как снова надевал. Ты даже стянул чулки и ботинки? Но как же заставил меня встать на четвереньки? Я, наверное, все время валилась на землю.
– Ну, во-первых, совершенно не обязательно при этом раздеваться догола. Иногда вполне можно оставить ботинки. Они выглядят очень соблазнительно, как, впрочем, и чулки с подвязками. Кроме того, Джесси, мужчины не обязательно берут женщин сзади, поскольку не во всем подражают лошадям.
– Кажется, я должна поблагодарить тебя за то, что ты сделал все быстро и так мастерски, что я абсолютно ничего не помню.
– И то, как я просил тебя довериться мне?
Ему показалось, что лицо Джесси мгновенно приобрело тошнотворно зеленый оттенок. Джеймс поднес тазик как раз вовремя. Девушка долго содрогалась от рвоты, пока он поддерживал ее голову, стараясь, чтобы волосы не лезли в глаза. Когда наконец ей стало немного легче, Джеймс сочувственно шепнул:
– Бедняжка, мне очень жаль. Прополощи рот. Теперь тебе станет легче, вот увидишь.
– Дай мне спокойно умереть, Джеймс, пожалуйста. Уходи. Я хочу испустить последний вздох в одиночестве. Попрощайся за меня с Эсмеральдой. Ты позаботишься о ней, хорошо?
– Клянусь.
– Прощай, Джеймс. И прости, что снова остаешься вдовцом из-за меня, но это к лучшему. – Джесси глубоко вздохнула и добавила шепотом: – Хорошо, что через полгода ты будешь вспоминать обо мне с любовью.
– Возможно, даже раньше.
Джеймс снова осторожно прикрыл Джесси глаза мокрой салфеткой, сложил ей руки на груди и поднялся.
Джесси застонала, и он подождал, пока дыхание стало ровнее – очевидно, она наконец заснула.
Миссис Кэтсдор уже ждала в коридоре.
– Как она, мастер Джеймс?
– Хочет умереть в одиночестве.
– Да, это как тьма перед рассветом. Такой отвар готовила моя бабушка. Она всегда утверждала, что мой дед не мог устоять перед искушением. Поскольку она не желала, чтобы муж отправился на небо, не протянув и года, волей-неволей пришлось изобретать что-нибудь и облегчать его мучения.
– И ваш дед протянул больше года? Миссис Кэтсдор философски пожала плечами:
– Совершенно верно, мастер Джеймс. Сейчас ему семьдесят два – во рту ни одного зуба, лыс, как колено, и пьет хуже ненасытного козла. Мы похоронили бабку лет двадцать назад. И нашли несколько бочонков этого зелья в подвале. Вот уже пять годков, как дед прикончил последний галлон.
– В вашей истории мораль довольно странная, вы не находите, миссис Кэтсдор?
– Я всегда так думала, мастер Джеймс, – вздохнула экономка. – Кстати, ваша жена непривычна к спиртному, верно?
– Да, но думаю, что полторы бутылки шампанского, которые она успела в себя сегодня влить, лет на десять отобьют у нее охоту к крепким напиткам.
– Именно это не уставал повторять дедушка, когда чувствовал себя особенно мерзко. Но все его обеты и клятвы дня не выдерживали.
Джеймс решил, что неплохо бы познакомиться с этим легендарным стариком.
– Пусть она хорошенько выспится, миссис Кэтсдор. Если проснется и захочет есть, не могли бы вы приготовить что-то такое, отчего бы ее не стошнило снова?
Экономка кивнула. Сам Джеймс был не слишком голоден, но ему нравилась овсянка миссис Кэтсдор, в которую та добавляла мед. Он съел целую чашку, прежде чем раздеться и лечь в постель рядом с бесчувственной женой. Однако перед тем как заснуть, Джеймс приложился ухом к груди Джесси. Сердце билось ровно и медленно.
– Вижу, ты еще не умерла, дорогая, – пробормотал он.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наследство Валентины - Коултер Кэтрин



Очередная невеста-сорванец. МИло, но быстро забывается.Можно почитать перед сном.
Наследство Валентины - Коултер КэтринВ.З.,64г.
13.07.2012, 12.55





Книга интересная. Но совершенно лишний и слишком надуманный поиск сокровищ.
Наследство Валентины - Коултер КэтринВиктория
7.05.2013, 13.07





Присоединяюсь к Виктории.
Наследство Валентины - Коултер КэтринКэт
11.03.2014, 9.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100