Читать онлайн Как принцесса из сказки, автора - Коултер Кэтрин, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Как принцесса из сказки - Коултер Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.32 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Как принцесса из сказки - Коултер Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Как принцесса из сказки - Коултер Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коултер Кэтрин

Как принцесса из сказки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Нью-Йорк
Заканчивалось еще одно воскресенье. В десять вечера Саймон, уже вернувшийся в Нью-Йорк, заканчивал энергичную разминку в тренажерном зале и, как всегда, чувствовал себя измотанным и одновременно полным энергии. Он вытер лицо, потянулся и направился в душ. В мужской раздевалке уже находилось человек десять. Здесь царила атмосфера мужского братства: присутствующие обменивались шуточками, хвастались победами, жаловались на усталость.
Саймон скинул халат и ступил в единственную свободную душевую кабинку. Было уже поздно, когда он закрыл воду и схватил полотенце. В раздевалке оставались только двое. Один сушил волосы феном, другой отлеплял с коленки бактерицидный пластырь. Минуты через три оба ушли. Саймон как раз успел натянуть боксерские трусы, когда погас свет. Он схватился за брюки. Кажется, распределительный щит как раз за дверью, на левой стене.
И тут он услышал легкий шорох.
Это было последнее, что запомнил Саймон. Удар по голове отключил его. Он мешком свалился на пол.
— Эй, парень, очнись! О Господи, мужик, только не умирай, иначе я точно потеряю работу. Пожалуйста, открой глаза!
Саймон приоткрыл глаз и увидел очень молодую, прыщавую, насмерть перепуганную физиономию. Какой-то мальчишка тряс его за плечи.
— Да-да, я живой. Только перестань меня трясти, — пробурчал Саймон и, с трудом подняв руку, ощупал большую шишку за правым ухом. Кожа лопнула, и из ранки сочилась кровь. — Кто-то потушил свет и огрел меня чем-то очень твердым, — пояснил он.
— О, черт, мистер Дьюк во всем обвинит меня! — охнул парнишка. — Я здешний смотритель и проработал всего неделю, а теперь он меня вышвырнет!
Он принялся ломать руки, бросая по сторонам безумные взгляды, словно ожидал моментального появления грозного управляющего.
— Тот тип, что меня ударил… ты его не видел?
— Никого я не видел.
— Ладно. Не волнуйся, думаю, он давно смылся. Помоги мне встать. Я хочу проверить, на месте ли бумажник.
Кое-как встав, Саймон открыл дверь шкафчика и потянулся к старой черной кожаной куртке-«пилот», верно служившей ему еще в годы учебы в Массачусетском технологическом. Бумажник исчез.
Грабитель вырубает свет, потом заходит в раздевалку, чтобы спереть бумажник? Должно быть, знал, что в раздевалке остался один человек, а это означает, что он заглядывал сюда. Проверял. Вор в мужской раздевалке?
— Прости, парень, но я вызываю колов. Не повредит. Может, они что-то и отыщут.
В ожидании полицейских Саймон заблокировал свои кредитки. Полицейские, двое молодых патрульных, взяли у него заявление, обыскали раздевалку и тренажерный зал и…
И ничего.
Вернувшись в свой особняк на Восточной Семьдесят девятой улице, Саймон позвонил Савичу. Тот мгновенно встревожился.
— Что случилось?
— У меня неприятности, — признался Саймон.
— Ты покидаешь мой дом сегодня днем, после телефонного звонка, не сообщаешь, что происходит, и теперь заявляешь, что уже вляпался в неприятности?
— Примерно так.. Лили уже лучше?
— Лили действительно лучше, и она на стенку лезет. Говорит, что завтра понедельник, утром ей снимают швы и она немедленно летит в Нью-Йорк, какие бы предлоги ты ни придумывал, чтобы оттеснить ее.
— Мне нужно подумать, — обронил Саймон.
— Ладно, выкладывай.
Выслушав друга, Савич посоветовал:
— Езжай в больницу. Пусть доктор посмотрит твою голову.
— Ничего с моей головой не стряслось. Лопнула кожа, только и всего. Об этом не волнуйся. Дело в том, что бумажник украли и я не знаю, как это толковать.
— Думаешь, кто-то пронюхал, что ты разыскиваешь картины Лили? — протянул Савич.
— Вполне возможно. Видишь ли, я не сказал Лили всей! правды насчет звонка. Это не срочный вызов от клиента. Звонил один хорек из среды антикваров, с которым у меня кое-какие дела. Перед этим я звонил ему из вашего дома. Он сказал, что тоже кое-что слышал и готов пустить по следу своих ищеек. Пообещал мне скорейшие результаты и сказал, что должен кое-что мне показать. Просил немедленно лететь в Нью-Йорк. Мы договорились встретиться с ним сегодня, но он позвонил и сказал, что у него еше не все] готово. Мы должны увидеться завтра вечером в отеле «Плаза», в баре Дубового зала, одном из его любимых мест. Парень в самом деле стоящий — знает, как вести расследование, так что я полон надежд.
— Что ж, звучит ободряюще. Кстати, если считаешь себя ловким лжецом, я тебя разочарую: Лили ни на минуту тебе не поверила. Нападение на тебя может всего лишь оказаться грабежом, а может и предупреждением. Тебя не вывели из строя, так, оглушили слегка. Готов побиться об заклад, что твой бумажник валяется где-нибудь в мусорном ящике, неподалеку от тренажерного зала, Советую поискать.
Саймон так и видел Савича, бродившего по своей великолепной гостиной с чудесными подсветками.
— Как Шон?
— Спит.
— А Лили?
— Бодрствует. Она здесь. Знает, что звонишь ты, и хочет тебе врезать. Я не в силах запретить ей лететь к тебе.
— Так и быть, дай ей мой адрес и скажи, что я ее встречу, если не возникнет проблем. Жаль, что ты не можешь подольше удержать ее в Вашингтоне, Савич.
— Увы.
— Я передумал! — внезапно решил Саймон. — Все это может оказаться очень опасным. Не хочу вмешивать в это Лили. Она и без того слаба и много пережила. Ради Бога, подумай, ведь она твоя сестра. Привяжи ее к стулу и не пускай.
— Может, у тебя есть более конструктивные предложения, кроме стула и веревок?
— Позови ее. Я сам с ней потолкую.
— Давно бы так. Она и без того рвет у меня трубку. Удачи, Саймон.
— Это я, — коротко бросила Лили. — И мне все равно, что бы вы там ни наговорили. Успокойтесь, поезжайте в больницу, выспитесь хорошенько и встречайте меня завтра в аэропорту Кеннеди. Прилечу двухчасовым рейсом компании «Юнайтэд эйрлайнз». Там все и обговорим. Доброй ночи, Саймон.
— Но, Лили…
В трубке зазвучал голос Савича:
— Ну как, парень?
— Нет, это просто нечестная игра!
— Просто не тебе равняться с Лили. Она кого хочешь обведет вокруг пальца. Кроме того, это ее картины. Позволь ей помочь тебе, но только глаз с нее не спускай.
— Постараюсь, — смирился Саймон.
Положив трубку, он проглотил две таблетки аспирина и вернулся к тренажерному залу. Меньше чем в квартале от него стоял мусорный ящик. На самом верху лежал его бумажник, в котором не хватало только наличных. Подняв голову, он увидел двух парней, глазевших на него. Когда один разразился градом непристойностей, Саймон шагнул к ним. Те, не тратя времени, пустились наутек. Отбежав на почтительное расстояние, второй показал ему средний палец. Саймон улыбнулся, и помахал ему.


Он ждал ее прямо перед выходом. Вид у него был самый мрачный. Лили заулыбалась еще до того, как подошла к нему.
— Мне пока нельзя поднимать тяжести, так что багажа у меня немного. Моя сумка лежит на четвертой карусели.
— А я решил, что вы возвращаетесь в Вашингтон работать над своими комиксами.
— Пока вы ищете мои картины? Похоже, начало не слишком обнадеживающее. Уж больно у вас лицо угрюмое. Я действовала куда проворнее в том автобусе, чем вы в раздевалке. И картины мне нужнее, чем вам.
С этими словами она гордо прошествовала в багажное отделение.
У Саймона не было машины, поскольку он не видел в этом необходимости, поэтому они взяли такси. Он помог ей выйти, взял сумочку и вещи, охнул под весом тяжеленной сумки и объявил:
— Вот что, у меня есть прекрасная гостевая комната с ванной. Вам там будет удобно. Живите, пока не поумнеете и не решите вернуться домой. Кстати, как там с той сектой? Они поймали главаря? Уилбура Райта, кажется?
— Пока нет. Диллон скармливает «Максу» собранную информацию.
— А что есть у «Макса» на этого Райта?
— Он канадец. Посещал университет Макгилла, большой специалист в микробиологии, настоящее имя — Энтони Карпелли. Предки происходят из Сицилии. О Господи, Саймон, как красиво!
Лили сделала шаг и оказалась в изумительном мраморном вестибюле, чувствуя себя так, словно перенеслась в тридцатые годы. Вся обстановка была в стиле ар-деко: панели темного дерева, лампы геометрических форм, богатый тавризский ковер, мебель, словно взятая из сериала про Пуаро.
— Я купил этот дом четыре года назад, когда получил солидные комиссионные. Знал его хозяина старичка, которому дом принадлежал лет пятьдесят, не меньше. Он сделал мне хорошую скидку. Большая часть мебели осталась. Я долго умолял его, и он в конце концов сдался и продал мне почти все. Правда здорово?
— Очень, — кивнула она, не в силах найти более достойных похвал. — Я хочу осмотреть все.
Оказалось, что у него была даже маленькая библиотека: полки до потолка и специальная стремянка. Панели, кожаная мебель, персидские ковры на паркете темного орехового дерева. Саймон не показал ей свою спальню, а провел прямо в большую комнату в конце коридора, с обстановкой в стиле итальянского модерна, с черной лакированной окантовкой. На стенах висели постеры тридцатых годов. Саймон положил ее сумку на кровать и обернулся. Лили покачала головой.
— Вы такой современный, а живете в настоящем музее, правда, довольно обжитом. Потрясающая комната.
— Погодите, вот увидите ванную!
Он не сказал ей, что уходит, и только в половине одиннадцатого протянул ключ.
— Я встречаюсь с парнем, у которого есть для меня информация. Нет, вы со мной не идете.
— Хорошо.
Судя по лицу, он ей не верил, и Лили мило улыбнулась.
— Послушайте, Саймон, я не лгу. И не собираюсь красться за вами и следить как последняя идиотка. Я в самом деле устала. Идите, но будьте осторожны. Я не усну, пока вы не вернетесь. Расскажете, что узнали, хорошо?
Он кивнул и без десяти одиннадцать уже подходил к отелю «Плаза».
Пулу, безупречно одетый и как две капли воды походивший на мафиозного дона, нетерпеливо шагал взад-вперед по тротуару. Швейцар в шикарной ливрее не обращал на него внимания. Пулу кивнул Саймону и показал на вход в бар. Там царил полумрак. Темные панели придавали заведению солидный вид. Народу было много, но им удалось найти маленький столик и заказать два пива. Саймон блаженно развалился на стуле.
— Ну, Лулу, как дела?
— Не жалуюсь. Эй, пиво за твой счет. Знаешь, как здесь дерут!
— Поскольку мы в Нью-Йорке, я посчитал, что Дубовая комната — самое подходящее место для конфиденциальных встреч. Ладно, так и быть, плачу. А что у тебя есть для меня?
— Эллиот подделывал Эйб Теркл. Говорят, у него контракт на восемь картин. Знаешь, на какие именно?
— Да, но тебе это ни к чему. Придется нанести визит Эйбу. Уверен, что это не Билли Гросс?
— Он болен… легкие… говорят, рак. Слишком много курил. Но так или иначе, он забрал свои денежки и отправился в Италию. Доживает последние дни на побережье Амальфи. Так что ищи Эйба.
— Где именно искать?
— Представь себе, в Калифорнии.
— Не в Юрике, случайно?
— Понятия не имею. В каком-то городишке. Гемлок-Бей называется. Рядом с океаном. Не знаю, где именно. Тот, кто платит ему, хочет, чтобы он всегда был под рукой.
— Огромное спасибо, Лулу. Ты просто молодец. Но разумеется, не скажешь, откуда ты все это вытянул?
— Обижаешь, Саймон. Неужели я похож на идиота? Он одним глотком допил пиво, деликатно вытер рот салфеткой и предупредил:
— Эйб — редкая сволочь, не то что большинство художников. Когда зацепишь его, будь поосторожнее.
— Обязательно, Лулу, обещаю. Кстати, никаких сведений о том, кто скупил картины?
Лулу долго теребил незажженную сигарету, прежде чем пробормотать:
— Ходят слухи, что это может быть старый Олаф Йор-генсон.
Вот это сюрприз! Да еще какой! Саймон в жизни не вспомнил бы про Олафа!
— Самый богатый швед в мире? Судовладелец? Но я слышал, он почти слеп, умирает и давно уже покончил с собирательством.
— Да, все так говорят. Зачем покупать картины, если ты слеп, как летучая мышь, и не можешь их видеть? Но одна из моих девочек в музее «Метрополитен» утверждает обратное. Она одна из хранителей, и у нее повсюду уши. До сих пор она никогда не ошибалась, так что я ей верю.
— Олаф Йоргенсон… — медленно повторил Саймон, потягивая пиво. — Ему уже хорошо за восемьдесят. Последние пятьдесят лет собирал в основном европейское искусство, от средневекового до конца девятнадцатого века. Говорили, что после Второй мировой он наложил лапу на пару личных коллекций, украденных из Франции и Италии. Насколько я знаю, ни один экземпляр его собрания не приобретен законным путем. Все картины висят в специально оборудованных хранилищах с датчиками контроля климата, и он единственный, у кого есть ключ. Не знал, что он начал коллекционировать современных художников вроде Сары Эллиот. В жизни не занес бы его в свой список. Лулу пожал плечами.
— Ты сам сказал, Саймон, у этого типа крыша поехала. Кто знает, что у такого на уме, особенно когда до ста лет осталось всего ничего. Правда, его сын такой же псих, почти круглый год проводит на яхте. Его зовут Йен: жена старика была шотландкой. Так или иначе, делами управляет он. Со своей чертовой яхты.
Саймон едва заметно кивнул хорошенькой женщине, сидевшей у стойки и последние несколько минут не спускавшей с него глаз, потом отвернулся и подвинулся ближе к Лулу, желая показать, что занят разговором.
— Но ты уверен, что именно Олаф купил картины?
— У меня не один источник информации. Сам знаешь, мои птички всегда готовы петь. Я подсыпал им семян, они запели громче, но слова были одинаковы. На сто процентов? Не уверен, но уж больно слаженный хор получается. Кстати, я потратил штуку баксов на то, чтобы заставить их открыть клювики.
— Ладно, Лулу, внакладе не останешься, — заверил Саймон, вручая ему конверт с пятью тысячами. Лулу, не считая, сгреб конверт и сунул в карман кашемирового пиджака.
— Кстати, знаешь название яхты Йена Йоргенсона?
Саймон покачал головой.
— «Ночной дозор».
— Так называется картина Рембрандта, которая хранится в амстердамском «Риксмузеуме». Я видел ее года два назад.
Лулу склонил голову набок. При этом ни один волосок не выбился из дорогой, идеально уложенной прически.
— Кто знает! Может, подлинник висит в каюте Йена, как раз над кроватью. Я не раз задавался вопросом: сколько оригиналов еще осталось в музеях? Или все это гениальные подделки? — с циничной улыбкой бросил он.
— Честно говоря, ответа мне не хотелось бы знать.
— Поскольку Сара Эллиот умерла всего семь лет назад, все ее принадлежности, краски, кисти до сих пор существуют. Отыщи истинный талант, склонный к использованию подобной техники и с тем же видением мира, — и получишь нечто настолько близкое к подлиннику, что большинство людей отмахнутся, если станешь уверять, что это копия.
— До чего все это мерзко! Ненавижу!
— Я тоже, — кивнул Лулу. — Закажи еще пива. Саймон велел официанту принести пива, съел пару орешков из чашечки и спросил:
— Помнишь того копииста, Эрика Хебборна, который написал руководство для подделывателей? Как состарить картину, изобразить точный цвет, оттенок, подпись и тому подобное? В девяносто шестом он вдруг умирает, и, как говорят копы, при загадочных обстоятельствах. Я слышал, что его убил коллекционер, которому приятель-маклер удружил картину Рубенса, написанную Хебборном. Да и маклер вроде бы тоже вскоре погиб в автокатастрофе.
— Да, — кивнул Лулу, — я встречался со стариной Эриком в начале восьмидесятых. Умен и так талантлив, что сердце кровью обливается. Думаешь, это Олаф его пришил? Послушай, сколько таких рехнувшихся коллекционеров, которые дадут себе руку отрезать за медаль или марку, картину или статуэтку. Они должны иметь ее — или жизнь теряет для них смысл. И согласись, именно на таких держится наш бизнес.
— Хотел бы я точно знать: это Олаф заказал все восемь картин или кто-то другой? И сколько он за них заплатил?
— Безумные деньги, мальчик мой, безумные деньги, даже не сомневайся. А насчет всех восьми картин? Не знаю. Других имен я, во всяком случае, не слышал. Говорят, что эти картины — собственность одного из членов семьи Эллиот?
— Да. Они завещаны Лили Савич. О, это долгая и очень непростая история.
Саймон поднялся и бросил на стол пятидесятидолларовую бумажку.
— Еще раз спасибо, Лулу. Ты знаешь, где меня найти. Но я скорее всего вылетаю в Калифорнию, чтобы отыскать одного из главных действующих лиц — Эйба Теркла. Он ведь англичанин, верно?
— Наполовину грек. Странноватый тип. Крайне эксцентричен, чтобы не сказать больше. Питается исключительно улитками, которых сам же и выводит.
Лулу передернуло.
— Предупреждаю, Саймон, поосторожнее с ним. Эйб как-то голыми руками прикончил парня, пытавшегося его ограбить. Так что держи ухо востро. Кстати, это Лили Савич тебя наняла?
— Не совсем так, но примерно, — ответил Саймон, помолчав. — Во всяком случае, моя задача — вернуть четыре картины.
— Надеюсь, остальные в безопасности.
— Куда в большей, чем улитки в саду Эйба. Пока, Лулу.
— Зачем тебе Эйб?
— Попробую что-нибудь из него вытрясти. Это не просто мошенничество. Здесь замешаны другие люди, которые пытались совершить убийство. И не только. Я хочу прижать их и надеюсь, что Эйб мне поможет.
— Да он не поможет тебе улицу перейти!
— Посмотрим. Его работенка в Гемлок-Бей окончена. Нужно перехватить его, прежде чем он улизнет неизвестно куда. Кто знает, что я смогу из него вытянуть.
— Короче говоря, собираешься разворошить осиное гнездо. Что ж, удачи тебе. Знаешь, мне всегда нравилось имя «Лили», — объявил Лулу, отсалютовав Саймону.
Он терпеливо дождался ухода Саймона, прежде чем обернуться к хорошенькой даме, которая по-прежнему не сводила глаз с их столика.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Как принцесса из сказки - Коултер Кэтрин



Очень даже неплохо!
Как принцесса из сказки - Коултер КэтринЛюдмила
14.09.2012, 20.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100