Читать онлайн Грехи отцов, автора - Коултер Кэтрин, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Грехи отцов - Коултер Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.52 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Грехи отцов - Коултер Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Грехи отцов - Коултер Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коултер Кэтрин

Грехи отцов

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Черный правительственный лимузин медленно катился по Белтуэй. До часа пик оставалось еще немного времени, и движение было не слишком оживленным. Солнце пекло невыносимо, и было очень жарко, хотя в машине работал кондиционер. Водитель, подхвативший их у ресторана, не проронил ни слова. И никаких признаков папарацци. Вот и прекрасно. Скоро репортеры набросятся на них, как стая хищников.
Адам, что-то напевая, отключил телефон.
– Томас, тот снимок, который вы просили у Гейлана Вудхауса, сейчас будет. Гейлан жалеет, что не сразу сумел его найти.
Томас, изучавший профиль дочери, повернулся к Адаму:
– Я рад, что его все-таки нашли. Боялся, что придется вызывать художника и составлять фоторобот.
– Сэр, – робко осведомилась Бекка, – вы действительно один из начальников отделений ЦРУ?
– Не совсем. Я управляю агентством, тесно связанным с ЦРУ. Мы делаем приблизительно то же, чем занимались во времена «холодной войны». Но теперь я почти не выезжаю за границу, тем более в горячие точки – Хотелось бы взглянуть на фото Кримакова. Может, увижу что-то такое, что нам поможет. Кстати, он говорил по-английски, сэр?
Если Томас и заметил, что она ни разу не назвала его папой или отцом, то ничем не выдал этого. Кто он для нее? Неожиданно восставший из мертвых, давно похороненный призрак. Его не было рядом, когда умирала ее мать. Ей одной пришлось выстоять против маньяка, сражаться с ужасами, ставшими повседневной частью ее жизни.
На этот раз приступ боли оказался настолько острым, что Томас едва не задохнулся. Нужно рассказать дочери, что много лет они с Эллисон обменивались письмами и телеграммами.
– Говорил, – выдавил Томас. – И бегло. Он даже учился в Оксфорде. В юности слыл прожигателем жизни. Как же он презирал нас, избалованных детей Запада! Так он называл своих однокурсников. Я всегда наслаждался поединками с ним. Мы старались перехитрить друг друга, но победителей не было, пока он не привез с собой жену. Идиот использовал ее в качестве прикрытия. Пикники, экскурсии, рестораны… он делал вид, что находится в отпуске. На самом деле у него было задание убить немецкого промышленника Рейнгольда Кемпера.
– Кримаков… – протянула Бекка, словно думала, что, произнеся его имя, она увидит ясный образ этого человека. – Он говорил с легким британским акцентом, но очень бегло. Судя по голосу, он не слишком стар. Кримаков твой ровесник?
– Чуть старше. Не больше, чем на пять лет.
– Что-то тут не сходится… Нет, все равно не знаю. Томас вздохнул:
– Как несправедливо, что в жизни нам все дается нелегко. Годы ушли у него на то, чтобы тщательно спланировать каждый ход. Изучить меня. Он знает все обо мне куда лучше, чем я о нем. И когда он нашел тебя, то понял, что пора вступить в игру.
– Интересно, где он теперь, – пробормотала Бекка. – Ты в самом деле полагаешь, что он все еще в Нью-Йорке?
– Куда ему деться? – ответил за Томаса Адам. – Он наверняка намеревается проникнуть в больницу и заранее потирает руки, предвкушая, что вы будете с дочерью, Томас.
– Прекрасная мысль, Адам! – похвалил Мэтлок. – Пустить слух, будто Бекка по-прежнему в больнице, под надежной охраной, и еще не оправилась от потрясения, – это именно то, что нам сейчас нужно! Надеюсь, он поверит и явится туда. Переодетым, конечно.
– Наверняка так и будет, сэр, если только он не догадается о ловушке. Сами понимаете, он не глупее нас. Вполне может сообразить, что к чему.
– Я тревожусь за тех людей, что изображают нас в больнице, – пожаловалась Бекка. – Он… – Она запнулась, стараясь подобрать нужное слово:
– Он не совсем нормален. Что-то есть в нем такое… пугающее и неприятное.
– За агентов не беспокойся, – отмахнулся Адам. – Они профессионалы, прекрасно натренированные и очень опытные. Они знают, что делают. Кроме того, ФБР установило видеокамеры, теперь никто не войдет и не выйдет из больницы незамеченным. Доктора и медсестры появляются в палате только в определенные часы. Наши парни будут настороже. Тайный агент, мисс Марлейн, которая изображает тебя, Бекка, готова к встрече с ним. У нее под подушкой «зигзауэр» девятого калибра.
– Каждый день к больнице станет подъезжать черный правительственный автомобиль, из которого будет появляться мужчина, похожий на меня, – добавил Томас.
– Надеюсь, Кримаков все-таки попытается пробраться в больницу, – сказал Адам. – Представляете, как было бы чудесно, если на этом все и кончится!
– Но он сумел вырубить Чака, – возразила Бекка. – Пока ему все удается.
– Она права, Адам, – согласился Томас. – Василий, как я уже сказал, отнюдь не дурак и блестящий импровизатор. Если утечек не будет, вполне возможно, что он попадет в капкан. Но даже если его и удастся одурачить хотя бы ненадолго, у нас останется немного времени, чтобы выработать нечто вроде стратегии.
– Если он не появится в Нью-Йорке, – кивнул Адам, – значит, прикатит сюда. Стратегия – это, конечно, неплохо, Томас, но я просто не могу придумать ничего нового. По-моему, мы испробовали все средства.
– Наверное, стоит объяснить агентам, играющим наши роли, что они имеют дело с бывшим агентом КГБ. Может, это их насторожит? – предложил Томас.
– Нет, им достаточно знать, что имеют дело с киллером, – не согласился с ним Адам. – Кроме того, они и без того скоро поймут, против кого играют. Думаю, Кримаков сделает очередной ход очень скоро. А может, и ошибку какую-нибудь совершит.
Адам посмотрел на Бекку, бледную, со сжатыми кулаками. Она плохо выглядела, и это ему не нравилось, но что он мог поделать?
– Если они не схватят его, – пробормотала она скорее себе, чем им, – о какой стратегии поимки может идти речь?
Скоро лимузин остановился перед двухэтажным домом в колониальном стиле, стоявшем в глубине улицы, посреди поросшего травой двора на Брикер-роуд, в самом центре Чеви-Чейз. Особняк ничем не отличался от множества таких же по соседству. Типичное жилище среднего класса: большой участок, много дубов и вязов, идеально ухоженные газоны.
– Ваш дом, сэр. Никто за нами не следил.
– Спасибо, мистер Симс. Вы, как никто, умеете уходить от преследователей.
– Да, сэр.
Томас обернулся к Бекке, молча смотревшей в окно машины, и взял дочь за руку:
– Я прожил здесь много лет. Адам, вероятно, уже говорил, что об этом доме никто не знает. Судя по действиям Кримакова, он так и не докопался, где я живу. Не волнуйся, здесь мы будем в безопасности.
Томас невольно бросил взгляд на дуб, росший рядом с домом. Шестнадцать лет назад они с Эллисон вместе посадили его, и теперь дерево, возвышавшееся над крышей на шестнадцать футов, широко раскинуло ветви с резными листьями.
– Здесь чудесно, – прошептала Бекка. – Хоть бы все завершилось в Нью-Йорке! Не хочу, чтобы он пронюхал, где вы живете, и попытался взорвать этот дом.
– Вполне с тобой согласен, – улыбнулся Томас, помогая дочери выйти из машины.
– Мы с мамой всегда жили в квартирах или кондоминиумах, – призналась Бекка, шагая вместе с отцом по дорожке, выложенной красным кирпичом, к широкому крыльцу. – Мама не желала покупать дом. У нас хватило бы денег, но когда я предлагала сделать это, она неизменно отказывалась.
– Когда у нас с твоей мамой появлялась возможность встретиться, она обычно приезжала сюда. Вот увидишь, здесь все напоминает о ней, – тихо сказал Томас, и в его голосе было столько боли и сожаления, что Адам поспешно отвернулся и сделал вид, будто рассматривает буйно цветущие розовые кусты по обеим сторонам крыльца.
Он заметил, что в машине, припаркованной в квартале от особняка, сидят два агента. Пусть этот дом и выглядит патриархальным, старомодным жилищем, настоящей обителью тепла и уюта, но скажет ли Томас дочери, что его постоянно охраняют в течение последних двадцати лет?
– Через три часа стемнеет, – заметил Адам, посмотрев на часы. – Нужно сделать кое-какие звонки, потолковать с парнями в Нью-Йорке, еще раз объяснить им все и предупредить, чтобы были начеку. Я чувствую, что Кримаков скоро попытается проникнуть в больницу. Пусть наши люди точно знают, с кем им придется столкнуться. Всегда существует опасность утечек. Детектив Гордон, например. Уж она-то рада поделиться информацией с первым встречным. Если Кримаков не появится через двадцать четыре часа, значит, понял, что его дурачат.
Адам оглянулся на Бекку, не сводившую глаз с дома. Наверное, представляет свою мать, стоящую рядом с отцом, их улыбки, взгляды, смех… Только ее не было рядом. Никогда. Ни разу. Они не собирались здесь всей семьей. Только мать и отец. А ее сюда не брали. И теперь она чувствовала себя обделенной.
– Смой с волос эту идиотскую краску, – попросил Адам Бекку.
– Верно, – согласился с ним Томас. – У тебя волосы совсем светлые, как у Эллисон.
– Мама была еще светлее, – покачала головой Бекка. – Так и быть, Адам, поеду в магазин. Кто со мной?
– Я и еще трое. – Адам был доволен, что лицо Бекки прояснилось и она выглядит чуть веселее.
В семь часов к Томасу ввалились Диллон с Шерлок, Томми Трубка и Хэтч, якобы для того, чтобы выработать стратегию действий. Но сначала решили попробовать пиццу. Адам, правда, сомневался, что стратегия будет действенной, но так хорошо, что все собрались вместе! Кто знает, какая идея может родиться после горячей ароматной пиццы?
Диллон нес на плече младенца в памперсе и крохотной белой маечке. Адам окинул Савича взглядом, пощекотал ножку малышу и громко осведомился:
– Ты отец этого парнишки?
– Не притворяйся удивленным, Адам, – буркнул Са-вич, легонько растирая спину ребенка. – Эй, Шон, ты уже достаточно проснулся, чтобы врезать этому типу по его смазливой физиономии?
Шон сунул в рот кулачок, принялся энергично сосать и гордо выставил круглую попку, чем заработал одобрительную улыбку отца.
– Он почти спит, – шепнула Шерлок, погладив сына по головке, покрытой черным пушком. – Сосет пальцы, когда не хочет, чтобы его тревожили, но при этом знает, что говорят о нем.
– Ну как, Адам? Достойный противник?
– Еще бы, – рассмеялся тот. – Так и вижу, как он поднимает по три конверта каждой рукой. Может, даже осилит марку на каждом.
Он все еще хохотал, когда появился посыльный. Вскоре на столе гостиной лежало десять пицц. Хэтч трудился над самой большой, со стручковым перцем. Выбритая голова поблескивала в свете торшера.
– Вот это да! – восхитился он. – Остро, сил нет! Черт, язык обжег!
– Надеюсь, у тебя вскочит волдырь, – буркнул Адам. – Так тебе и надо. Не будь свиньей. Господи, обожаю оливки с артишоками!
– Нет никакого волдыря, только щиплет немного, – объявил Хэтч, откусывая пиццу снова, и приступил к делу:
– Все отделения ФБР извещены о Кримакове. Парни из нью-йоркского Бюро отвезли машину, из которой выбросили Бекку, экспертам, и те обследуют каждый дюйм самыми современными приборами. Правда, пока ничего не нашли, хотя я, честно говоря, надеялся, что обнаружится хоть какая-то зацепка. Ничего не скажешь, этот Кримаков – настоящий ас! Точен, осторожен и предусмотрел все. Ролло и Дейв, только вчера выехавшие из Риптайда, послали ФБР все отпечатки пальцев, которые смогли раздобыть в доме Линды Картрайт, все волокна, какие удалось собрать. Но заключения мы пока не получили. Насчет того убийства в Итаке, где он украл машину: детективы прочесали все холмы в поисках свидетелей, но без успеха. Полная неудача.
Он выругался на непонятном языке, и Бекка вопросительно изогнула бровь. Хэтч слегка покраснел.
– Немного латышского для разнообразия. Весьма оригинальное выражение, сочное и цветистое, касающееся задней части лошади и всего того, что можно с ней проделать.
Присутствующие взорвались смехом, и на душе Бекки стало тепло. Она смотрела на людей, о существовании которых до последнего времени не подозревала. На людей, ставших ее друзьями. Вероятно, они останутся ее друзьями навсегда.
Бекка улыбнулась, глядя на малыша, мирно спящего в переносной корзинке под голубым одеяльцем. Живой портрет отца, если не считать материнских синих глаз.
Томас тоже смотрел на Шона. Он почти не ел, и Бекка понимала, в чем дело: волнуется за нее, тревожится.
«Мой отец, – думала она, – как странно выговаривать эти слова. Он живой, настоящий». Разумом она понимала это, но никак не могла осознать до конца в тех заветных глубинах сердца, не сохранивших ни памяти, ни знания. Ничего существенного, кроме пары фотографий, снятых давно, когда и он, и мать были молоды, моложе ее теперешней, и историй, рассказанных матерью. Бесчисленных историй.
Но и они – лишь воспоминания из вторых рук. Заимствованные. Она поняла это сейчас. Мать повторяла их без конца в надежде, что Бекка запомнит их и сохранит любовь к отцу, которого считала мертвым.
Но он жив, жив, а мать скрывала это. Только истории, дурацкие истории…
Бекка пыталась убедить себя, что таким образом мать пыталась ее уберечь, но не могла избавиться от ощущения того, что ее каким-то образом предали, и гнев обиды никак не унимался. Почему они молчали, когда ей исполнилось восемнадцать? Двадцать один? Двадцать пять, наконец?! Неужели в их глазах она не была достаточно взрослой? Но она довольно рано стала независимой, начала работать, пользовалась уважением, и все же родители таились от нее. Теперь же слишком поздно. Мама ушла навсегда и до самого конца ни слова не проронила, хотя могла признаться во всем перед тем, как впасть в кому. Бекка никогда не увидит их вместе. Как это печально!
Теперь ей стало ясно, почему мать иногда оставляла ее на три-четыре дня. Несколько раз в год она жила у супружеской четы, старых друзей матери, и играла с их тремя детьми. Бекка так весело проводила там время, что даже не спрашивала, куда и зачем исчезает мать, считая, что та совершала деловые поездки или навещала знакомых.
Бекка поджала губы. Жаль, что тут нет мамы… тогда она могла бы обнять ее и отца и больше не отпускать.
– Я получил последний отчет по Кримакову. Оперативный сотрудник ЦРУ сообщает, что компьютерная сеть в Афинах строго засекречена, но, вполне возможно, все-таки кое-что смогу узнать. Что ж, мой компьютер действительно высветил данные на жителей страны, не имеющих греческого гражданства. А вот списки нелегальных греческих агентов, действующих по всему миру. Сами понимаете, в этот перечень входит немало темных личностей, за которыми власти пытаются следить. К сожалению, как мы уже знаем, основное досье на Кримакова было уничтожено КГБ. Тем не менее все факты, собранные воедино, позволяют прийти к весьма интересным выводам.
Савич вынул из кармана несколько листочков бумаги и стал читать:
– Василий Кримаков прожил в Аджиос-Николаосе шестнадцать лет. В восемьдесят третьем году женился на кри-тянке. В девяносто шестом она утонула. Ее дети от первого брака тоже мертвы. Старший в шестнадцать лет свалился со скалы во время похода в горы. Пятнадцатилетняя девочка врезалась на мотоцикле в дерево. Их общий ребенок, мальчик, которому сейчас восемь лет, сильно обгорел, когда неожиданно вспыхнул мусорный ящик, и сейчас находится в специальном ожоговом центре реабилитации недалеко от швейцарского города Люцерна. Он все еще далек от выздоровления, но по крайней мере жив. Это далеко не все отчеты, их было гораздо больше, и некоторые, вероятно, касались планов греческого правительства по преданию суду Кримакова, но я не сумел их найти. Что вы думаете по этому поводу?
– То есть как не сумел? – удивился Томас. – Они так надежно закодировали программы, что ты не сумел их взломать?
– Нет. Просто кто-то, знающий свое дело, уничтожил отчеты. Осталась только эта информация, ничего больше.
Интересующие нас сведения стерли недавно, месяцев шесть назад.
– Как ты это установил? – поинтересовался Адам. – Я думал, это как отпечатки: они есть, но непонятно, кто их оставил.
– Вовсе нет. Не пойму, как это удалось грекам, но их система «Сентех-уай-2002» – лучшая в мире. Самая современная. Пишет протоколы изменений на каждую операцию удаления данных, введенных и записанных ранее в определенные программы. Эта методика называется «Перехватчик» и широко используется в высоких технологиях, потому что мгновенно реагирует на любое незапланированное изменение и указывает, кто и когда это сделал. Система собирает и восстанавливает те данные, которые кто-то пытается удалить, – сказал Савич. – Данные пропускаются через программу-шлюз в специальную секретную зарезервированную область памяти и потому, следовательно, не уничтожаются окончательно. Но человек, который занимался досье Кримакова, произвел так называемое низкоуровневое стирание, а это означает, что сделать ничего нельзя. Иными словами, программа-шлюз тут бессильна. Тот, кто сделал это, вероятно, был чиновником среднего уровня, не имевшим права делать ничего подобного и скорее всего даже не обладавшим доступом к информации такого рода. По всей видимости, либо кто-то вышел на него и подкупил, либо украл его пароль и сделал из бедняги козла отпущения на случай, если кто-то докопается до истины.
– Сколько времени уйдет на то, чтобы установить, кто это был? – спросил Томас.
– Мой компьютер все выяснил. Это сделал тридцатичетырехлетний программист, погибший три месяца назад. Не удивлюсь, если окажется, что парень кому-то проболтался о том, что натворил, и до Кримакова дошли слухи.
– А что с ним случилось? – допытывался Томас.
– Он жил в Афинах, но поехал отдыхать на Крит. Слышал о развалинах дворца Минотавра? Считается, что парень каким-то образом потерял равновесие и, перелетев через низкую ограду, упал с высоты двенадцать футов в кладовую. Сломал шею и разбил голову об огромный глиняный кувшин, в котором раньше держали оливковое масло.
– Черт побери, – пробурчал Адам. – Вряд ли бывшее московское начальство Кримакова об этом знает.
– Мой компьютер не дает никаких сведений об этом. Если у них и есть что-то, они держат эти факты про запас на случай, если мы затребуем все, что у них имеется на Кримакова. Попробуют обменять на что-то ценное для них. Но знаете что? Я считаю, у них нет ничего пригодного. Так, всякая мелочь.
– Вы хорошо поработали, Диллон, – похвалил Томас. – Такие трагические происшествия… вряд ли это все случайности.
– Совершенно согласен с вами, сэр, – кивнул Савич. – Их агенты пришли к такому же выводу. Эй, погодите минуту, когда вы с ним повздорили, компьютеров еще не было!
– Были. Огромные махины вроде универсальных вычислительных машин фирмы «Ай-би-эм», и только, – пояснил Томас.
– Даже думать не хочется о том, насколько странным это представляется. Почти все члены семьи погибают в разное время, но в результате так называемого несчастного случая, – покачала головой Шерлок.
– Как он мог! – воскликнула Бекка. – Расправиться с собственной женой и приемными детьми! Сжечь своего малыша! Взбесившийся зверь! Как таких земля носит?
– Мальчик остался жив, – напомнил Адам.
– Верно, но разве он сможет вести нормальную жизнь, если все тело стянуто грубыми рубцами? – спросила Шерлок.
– Но все это только предположения, – вздохнул Томас.
– Я послал одно из последних фото Кримакова в ФБР. Они пользуются программой «Алгоритм распознавания лиц», которая сравнивает пропорции лиц преступников на снимках или рисунках черту за чертой: длину и форму носа, точное расстояние между скулами и челюстными костями, расстояние между глазами и тому подобное. С ее помощью выяснится, не совершал ли кто-то, похожий на Кримакова, преступления в Европе или Соединенных Штатах. Правда, составление базы данных еще не закончено, но лишняя проверка не повредит.
– Он был шпионом, а может, и в тюрьме успел посидеть, – добавила Шерлок. – Вполне вероятно, за ним числится немало темных делишек. Если это так, мы получим дополнительную информацию.
– Слабая надежда, но утопающий и за соломинку хватается, – согласился с ней Адам. – Ничего не скажешь, вы славно потрудились, сладкая парочка. – И помявшись, признался:
– Может, Томас был не так уж и не прав, когда обратился к вам. И парнишка у вас что надо.
Напряжение немного ослабло, когда в тишине раздались громкие чмокающие звуки: это Шон проснулся и опять принялся сосать пальцы. Шерлок проверила памперс и шепнула Бекке:
– Знаешь, твой естественный цвет волос мне больше нравится.
– А по-моему, это не совсем то, – возразил услышавший ее Адам. – Волосы все равно выглядят крашеными. Слишком яркие. Много меди.
Бекка тут же стукнула его кулаком в живот, правда, не слишком сильно, памятуя о том, что он несколько минут назад поел, и рассмеялась:
– Ничего, отрастут. Хоть не тускло-каштановые, и на том спасибо.
Томас втайне считал, что красивее ничего быть не может. Прямые густые блестящие пряди, ниспадающие до плеч. Совсем как у Эллисон. И такие же золотые заколки.
– А кто-нибудь узнал, как Кримакову удалось меня отыскать? – поинтересовалась Бекка.
Все энергично принялись жевать, но Бекка почти ощутимо чувствовала, что весь интеллект этих людей, мощные мозговые импульсы направлены на решение непростого вопроса.
Отец сделал глоток минеральной воды и поставил бутылку на японскую подставку.
– Нет, – признался он, – хотя я немало над этим раздумывал. Ты теперь на виду, Бекка, хотя бы по характеру твоей работы. Помню несколько статей о тебе. Может, Кримаков их прочел, и его внимание сразу привлекла фамилия. Должно быть, он начал проверять, узнал о твоей матери и ее поездках в Вашингтон. Он из тех, кто идет к своей цели не сворачивая.
– Наверное, так и было, – поддакнула Шерлок. – Другого объяснения я просто не вижу.
Разговаривая, Шерлок все время поглядывала на сына. Бекка вспомнила рассказ Адама о том, как Шерлок завела обезумевшего маньяка в лабиринт. Ей трудно было представить такое, пока она своими глазами не увидела, как Шерлок образумила Тайлера одним ударом в челюсть.
– А по-моему, не важно, как именно он установил, кто такая Бекка, – отмахнулся Адам. – Беда в том, что его предположения оказались верны.
– Раньше Кримаков отличался прямолинейностью, – вспомнил Томас. – Ни за что не стал бы играть в такие странные игры, психопат. Но люди меняются, и теперь он по-настоящему опасен.
Хэтч поднялся:
– Пойду посмотрю, как там наша охрана. В последний раз, когда я выходил, они так увлеклись пиццей, что ничего вокруг не видели.
Его коробка из-под пиццы опустела – ни единой крошки.
– Если вздумаешь курить, я почувствую запах, и тогда берегись, – предупредил Адам. – Плевать мне на то, что бы ты там ни обнаружил. Учти, твоя задница в опасности.
– Нет, Адам, клянусь, не буду, – жалобно проныл Хэтч и плюхнулся на место.
Адам, удовлетворенно кивнув, повернулся к Бекке:
– А ты ешь побольше. Вот мой последний кусок. От себя отрываю. Даже оставил на нем три оливки. Уже хотел было съесть, но взглянул на твою жалкую тощенькую шейку и передумал. Давай!
Бекка взяла треугольный ломтик и долго держала в руках, несмотря на то что сыр остыл и затвердел. Наконец она съела оливку.
Савич широко улыбнулся и с гордым видом объявил:
– Кстати, у меня имеется кое-что определенное. Компьютер обнаружил жилище Кримакова. Многоквартирный дом в Ираклионе. Мистер Вудхаус уже знает. Он послал туда агентов.
Все, замолчав, потрясенно смотрели на него.
Савич рассмеялся. Он все еще смеялся, когда зазвонил телефон.
– Это моя открытая линия, – встрепенулся Томас. – Сейчас автоматически включится магнитофон, и мы узнаем, кто звонит. – Заметив недоуменный взгляд Бекки, он улыбнулся:
– Старая привычка.
Томас поднял трубку и слушал, не говоря ни слова. Побледнев как смерть, он коротко поблагодарил звонившего.
Бекка вскочила и хотела броситься к нему, но он поднял руку и едва слышно произнес:
– Двое агентов, охранявших палату Бекки, мертвы. Агент Марлейн погибла. Мой двойник получил три пули в голову. Зловещее напоминание, если учесть, что я попал в голову жене Кримакова, – бесстрастно добавил он. – Видеокамеры разбиты. В больнице настоящий хаос. Он ускользнул.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Грехи отцов - Коултер Кэтрин



Это не любовный роман. Это ТРИЛЛЕР. С побочной любовной ниткой. rnНаписано, конечно, захватывающе. Кэтрин талант, этого у нее не скрыть. Но как я Я теперь спать буду?! Я женщина впечатлительная, любовную лирику люблю! А теперь меня кошмары замучают! ОЦЕНКУ СТАВИТЬ НЕ БУДУ - КНИГА НЕ ПО ЖАНРУ.
Грехи отцов - Коултер КэтринТатьяна
28.03.2012, 19.21





Это первый роман, который я прочитала у Коултер Кэтрин. Читала с замиранием сердца. Советовала всем!!!Следом скачала остальные ее романы и не разочаровалась. МНЕ ОЧЕНЬ ПОНРАВИЛОСЬ!!!Несомненно высший балл!!!
Грехи отцов - Коултер КэтринАнастасия
20.07.2012, 13.53








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100