Читать онлайн Смертельные друзья, автора - Коулридж Ник, Раздел - 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Смертельные друзья - Коулридж Ник бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Смертельные друзья - Коулридж Ник - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Смертельные друзья - Коулридж Ник - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коулридж Ник

Смертельные друзья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

4

Пятничные публикации в прессе превзошли мои ожидания. Эллен Дурлахер проделала большую работу. Каждая газета поместила рекламный анонс будущего интервью с Анастасией Фулгер. «Дейли мейл» дала фотографию с нашей обложкой прямо под своим логотипом и посвятила нашей героине всю третью полосу со ссылками на «Светскую жизнь». «Таймс» отвела ей целый подвал на первой полосе – самое дорогое место, и щедро процитировала лакомые куски из интервью опять-таки со ссылками на наше издание. «Дейли телеграф» тоже дала информацию на третьей странице с анонсом на первой, а «Дейли экспресс» – на пятой. «Сан», которая не получила наводки из рук Эллен, пиратски скопировала нашу обложку на своей под броским заголовком «Руки прочь от моего добра!». В такси по дороге на работу я прослушал, как эта тема обсуждается в утренней программе «Сегодня»: Анна Форд вопрошала, насколько этично с нашей стороны публиковать старую фотографию с полуголой Анастасией Фулгер.
Когда я прибыл в офис, Эллен уже ждала меня.
– Видел газеты? – не здороваясь, спросила она.
Я чмокнул ее в щеку.
– Блеск! Ты гениально сработала.
– Меня чуть на куски не разорвали. Все хотели получить эксклюзив. А теперь у меня телефон разрывается от звонков.
– Не бери трубку. Пускай секретарша отдувается.
– Она сама боится.
– Тогда найми внештатника на денек.
Кей Андерсон вошла ко мне с кипой ксерокопий утренних газет.
– Ну, как вам это нравится? – спросила она со своим бруклинским акцентом. – Я заставила девчонок сделать по двести копий каждой публикации и отправить основным рекламодателям. – Она сунула мне под нос список. – Я сочинила сопроводиловку насчет того, как наш успех будет способствовать их процветанию.
– А номер уже на прилавках? Я что-то не заметил.
На часах было семь сорок пять. Если наш план сработал, номер должен уже попасть в торговлю. Важно, чтобы номер попал в продажу не позднее восьми. Иначе весь эффект пропадет. Народ едет из-за города именно в это время, и пресса раскупается большей частью именно в этот час.
– А где Меган? Я хотел к ней зайти, но там никого нет.
Зазвонил телефон.
– Это Меган. Послушай, я застряла в Питербурге, в типографии. Чертова машина два раза за ночь ломалась, но не волнуйся, все в порядке. Половину тиража отправили в шесть утра. Сейчас остальное вывозят. Кит, я в жизни не видала, чтобы столько фур скопилось во дворе!
– Ты сама-то в порядке, Меган? Судя по голосу, тебе надо отоспаться.
– И не говори, дорогой! Сейчас пойду баиньки. К сожалению, в одиночестве. Только я и ирландский кофе.
Эллен, Кей и я решили пройтись по Пиккадили, посмотреть, как идет торговля. Прямо напротив Аркад – огромный магазин, где продаются все издания, открытки и сувениры. По пути мы зашли к Микки, и он к нам присоединился. Он казался возбужденным, а я ощутил укол совести.
Первое, что мы увидели, войдя в магазин, – «Светскую жизнь». Пять журналов, за которыми теснились толстые пачки, на самом почетном месте, так, чтобы глаз сразу цеплялся. Их нельзя было не заметить. Обложка получилась впечатляющая. В ней было какое-то притягательное свойство, которого нельзя добиться специально – оно возникает только благодаря внезапному озарению или удаче.
Мы вчетвером стояли, наслаждаясь эффектом своего труда. Вошла девушка лет двадцати с небольшим, пошарила глазами по полкам, сняла «Светскую жизнь» и сразу купила. Добрый знак.
Утро в офисе ознаменовалось регулярными донесениями Эллен о том, как разворачиваются военные действия на рекламном фронте. Она сосватала Анну Грант на послеобеденное ток-шоу и обещала записать его для меня на видео. В середине дня она заявилась со свежим номером «Ивнинг стандард». На третьей полосе красовалась фотография Бруно Фулгера, выходящего из дверей отеля «Коннот». Вид у него был зловещий. Он отказывался комментировать излияния свой супруги. Эта была довольно неприятная новость.
У меня были и другие заботы. Вчерашняя встреча с представителями французской косметической фирмы «Мушетт» прошла довольно напряженно. Зная, что платить по счету придется мне, они, с их французским гурманством, заказали шикарный обед с вином, ликерами и прочими удовольствиями. Пробуя блюдо за блюдом, они со знанием дела критиковали английских поваров и в таком же духе проводили тактику в отношении наших изданий. Это стандартная практика в рекламном мире. Прежде всего надо смешать с грязью партнера. Они известили меня, что в настоящий момент гораздо привлекательней иметь дело с радиостанциями, чем с журналами, публикация в которых практически бессмысленна. Они проинформировали меня и о том, что их агент по розничной продаже убеждает их вообще прекратить сотрудничество с журналами и ориентироваться на телевидение. И, наконец, меня поставили в известность, что компания крайне неудовлетворена уровнем подачи в наших изданиях материалов о новом мягком скрабе и геле для век. Словом, они классически прошлись по всем статьям.
Жан-Марк Леной, президент совета директоров «Мушетт», – лощеный и вполне аморальный тип лет пятидесяти. Единственное, что я о нем знаю наверняка, это то, что живет он на пляс де ла Мадлен, чем очень гордится, и что у него есть любовница, которая сопровождает его во всех вояжах.
С такими клиентами, как Леной, надо всегда держать ухо востро, поскольку деловые решения, которые они принимают, базируются отнюдь не на логике. Их поступки диктуются соображениями собственных тщеславных запросов и личными предубеждениями. Достаточно пренебречь приглашением на какую-нибудь организованную им презентацию или на обед, и он без малейшего сомнения или сожаления порвет всякие связи с «Кутюр». Подозреваю, что он даже не читает журналы, которые мы ему высылаем, и не интересуется их тиражами и популярностью. Ему важно одно: чтобы его собственная фотография красовалась в них как можно чаще. Если его ожидания не оправдываются (что случается довольно часто, когда приходится выбирать шесть фотографий из шести сотен), он обязательно звонит мне и подолгу выясняет отношения.
«Поймите, речь не обо мне, – нудит он, – мне лично совершенно наплевать, есть моя фотография в том или ином журнале или нет. Но вы нанесли оскорбление компании «Мушетт». Когда люди смотрят на фотографии, зная, что я присутствовал на данном событии, и не находят меня, они задаются вопросом – а по какой такой причине «Кутюр» пренебрегла компанией «Мушетт»?
Вот почему у нас появляется гораздо больше фотографий Жан-Марка Леноя, чем он заслуживает.
На этот раз он явился с двумя специалистами по маркетингу, в том числе с шефом отдела Пьером Ру, первостатейным подонком. Он, как всегда, вырядился в темно-синий блейзер с золотыми пуговицами, серые фланелевые брюки и шелковый галстук от «Гермеса» с желтыми и зелеными жирафами. Он, наверное, и спит в этом костюме. У него отвратительная кожа – что довольно странно, если иметь в виду беспримерные притязания их фирмы, – пористая, усыпанная красными угрями. Он только что прошел курс обучения в Институте менеджмента и бизнеса в Фонтенбло и всюду появлялся с ноутбуком компании «Эппл». Пользуясь малейшим предлогом, он извлекал на свет компьютер, чтобы проиллюстрировать небывалые достижения «Мушетт» на мировом рынке духов и кремов.
Я, должен признаться, скептически отношусь к этим впечатляющим показателям. Насколько я знаю из своих источников, дела у «Мушетт» идут совсем не так блестяще, если не сказать плачевно. Жаль, потому что она пока остается чуть ли не последней французской косметической фирмой, еще не проглоченной гигантами отрасли. Мы бы предпочли, чтобы они оставались самостоятельными: конгломераты имеют мерзкое обыкновение кучковаться в своих заповедниках. «Мушетт» следует глядеть в оба, чтобы не оказаться в чужих руках. Но пока у них рулят такие люди, как Леной и Пьер Ру, у меня на это мало надежд.
Свое последнее слово Пьер Ру припас на десерт. Я заметил, что всякая мелкая сошка любит прибегать именно к такому маневру. Во время всего обеда болтают о пустяках, про детей, про политику, а напоследок взрывают бомбу, которую держали под столом.
– А теперь я должен сказать нечто для вас важное, – объявил он. – Взгляните сюда, на экран. – Он подвел курсор к какой-то таблице. Я скосил глаза к монитору. При ярком свете ресторанного зала трудно было что-либо ясно различить. – Это, – продолжил он, указывая на первую колонку, – наша текущая реклама в корпорации «Уайсс мэгэзинз». А вот здесь, – он перевел стрелку к другой колонке, – та же самая информация касательно изданий «Инкорпорейтид».
Я понимающе кивнул. Ничего нового для меня в этом не было. Мы отслеживаем рекламу в изданиях наших конкурентов.
– А теперь я скажу нечто, что вас, должно быть, удивит, – произнес он. Самомнение этого хлыща начинало действовать мне на нервы. Наверняка его предки во времена якобинской диктатуры составляли черные списки для гильотины. – В этом году, – продолжил он, – «Мушетт» не будет распылять рекламный бюджет. Мы поступим вот так.
Он нажал на клавишу, и на экране появилась одна широкая колонка.
– Одна компания получит все, все девятьсот тысяч фунтов, отпущенных на рекламу. Победителю – все, проигравшему – ничего.
С точки зрения стратегии продажи кремов для лица глупее ничего нельзя было и придумать. Но Пьер Ру, казалось, был чрезвычайно доволен. Видимо, он почерпнул эту блестящую идею в Институте менеджмента.
– И каковы причины этого шага?
– Кооперация, – ответил он. – Нам нужен издательский дом, с которым мы готовы установить самые тесные связи. В целях прогрессивного партнерства. Вы получаете приоритет как наш рекламополучатель. В ответ мы ожидаем от вас симметричных мер.
– Что конкретно?
– Вам решать. Это может быть дополнительный объем скидок, может быть что-то другое. Увеличение рекламных текстов, эксклюзивы для новинок, да мало ли что!
– Насколько вам известно, Пьер, мы не диктуем нашим редакторам темы материалов.
Он сардонически фыркнул:
– Как я уже сказал, дело ваше. Не мне учить вас, как вести свои дела. Однако я полагаю, ваши редактора не станут артачиться, если вы доходчиво объясните им, что поставлено на карту.
– Видите ли, Пьер, я вообще не собираюсь доводить до сведения наших редакторов этот разговор. Это вопрос коммерции, а не журналистики.
Мне ужасно не нравился оборот, который приняла наша беседа. И я сердился на самого себя, что завелся. Все прекрасно знают, что между журналистикой и коммерцией нет никакой Великой Китайской стены, это чисто условная граница, но я горжусь, что у нас она все-таки существует. Мне оскорбительно было слышать, как легко Пьер рассуждал о том, что наших сотрудников можно купить оптом.
– Сколько у нас времени до этого голландского аукциона?
– Что значит «голландского аукциона»? – переспросил он. Видимо, в институте этого не проходили.
– Это старинное английское выражение, – объяснил я. – Аукцион, который происходит не по правилам: цена не повышается, а идет вниз.
– Кит, – сказал он, – вы меня огорчаете. Вы неконструктивно восприняли мое предложение. Так нельзя! Уверен, мистер Уайсс с пониманием отнесся бы к этому нововведению. Говард Тренч вел себя гораздо благоразумнее, когда я представил наш план в «Инкорпорейтид». Он очень заинтересован в том, чтобы увеличить у себя объем нашей рекламы.
Кто бы сомневался!
– Что же касается сроков, давайте встретимся в ближайшую среду в четыре часа в Париже. На авеню Монтень.
То есть через три рабочих дня?! Ублюдки!
Обед обошелся в 250 фунтов. Пусть Барни Уайсс раскошеливается.
Вот обо всем этом я и размышлял, сидя в пятницу в своем офисе на Парк-плейс в ожидании информации о продажах, которая должна была поступить в четыре часа.
Но первые сведения пришли раньше. Норман почти весь день провел на связи с распространителями, и они держали его в курсе дел. К тому же он зарядил весь свой отдел на отслеживание процесса, и его сотрудники обзванивали ключевые точки, особенно на железнодорожных станциях. В обед он позвонил мне и сообщил, что номер идет на «ура». Теперь, без четверти четыре, Норман был просто в экстазе.
Он влетел ко мне в офис со своей свитой, улыбка до ушей. Фил Бартон, менеджер по рознице, триумфально потрясал кулаками.
Норман принес цифры, которые получил по факсу.
– Просто фантастика, босс, номер разошелся почти целиком, – объявил он. – Восемьдесят девять процентов за первые шесть часов продажи. Практически весь тираж. Двести чертовых тысяч экземпляров. Мои ребята говорят, они сроду ничего подобного не видели. Вот список точек, где уже ничего не осталось: Смит на Слоун-стрит, Смит на Хай-Холброн, Смит на Кингз-кросс, Смит на Эпсом Хай-стрит…
– О'кей, Норман. Уймись. Я понял.
Сузи, которая всегда знает, что нужно делать, внесла поднос с шампанским и бокалами.
– Я пригласила Микки Райса, Кей Андерсон и Эллен Дурлахер, – сказала она. – Они сейчас подойдут. И еще несколько человек из «Светской жизни». Меган еще не вернулась из Питерсбурга. Она, наверное, где-нибудь в мотеле застряла.
Откупорили вторую бутылку, потом третью. Даже Микки Райс немножко оттаял.
– Микки, ты – виновник торжества, – заявил Норман в избытке чувств. – Когда я услыхал, что ты ставишь на обложку эту немецкую птичку, я решил, что это дохлое дело. Думал, нипочем не сработает. А как здорово вышло! Продается как по маслу. Ума не приложу почему. Я простой распространитель. А вы, ребята, творческие люди, гении. Иначе не скажешь. И это здорово! Я лично ничего завлекательного в этой Анастасии Фулгер не вижу. Я бы в каждый номер Уму Турман ставил.
От меня ждали тост. Я попросил всех поднять бокалы и провозгласил:
– За Микки! За Микки, который обеспечил «Светской жизни» четвертьмиллионный тираж!
В ответ раздался дружный рев одобрения и крики: «Молодец, Микки!»
Выдержав паузу, я добавил:
– И за Анну Грант, которой, к сожалению, нет сейчас с нами. За то, что она написала прекрасный текст про Анастасию Фулгер и предоставила нам сногсшибательную фотографию на обложку!
Опять раздались восторженные крики. Я поймал себя на том, что смотрю на Микки. Может быть, это была игра воображения, но мне явственно показалось, что он скривился.
Вечеринка была в самом разгаре, когда в предбаннике затрезвонил телефон, и Сузи перевела звонок ко мне.
– Мистер Кит Престон? – произнес мужской голос с сильным немецким акцентом. – С вами говорит Рудольф Гомбрич. Я сделал знак всем заткнуться, и общий смех перешел в тихий шепот. По-моему, те, кто стоял близко от меня, поняли, что мне предстоит неприятный разговор, и настороженно посматривали в мою сторону.
– Вы нас одурачили, – сказал Гомбрич. – Наверное, празднуете победу?
– Извините, не понимаю, что вы имеете в виду…
– Не надо, мистер Престон, – прервал меня Гомбрич. – Вы прекрасно знаете, о чем я говорю. И надеюсь, у вас достанет ума внимательно выслушать то, что я намерен сообщить. Мистер Бруно Фулгер крайне огорчен тем, что сегодня произошло, так же как и миссис Фулгер. Не воображайте, что мы не догадываемся, как вам удалось поднять шумиху в прессе. Вы выставили миссис Фулгер в нелепом свете, а жена мистера Фулгера не из тех, над кем можно безнаказанно потешаться. Даже после развода.
Я начал что-то объяснять в том духе, что наша статья представляет собой точное изложение сказанного Анастасией Фулгер, но Рудольф Гомбрич не дал мне закончить.
– Не перебивайте меня, мистер Престон. Вы крепко подставились, опубликовав ворованную фотографию миссис Фулгер, на которую у вас нет авторских прав и которую вы напечатали без разрешения издателя. Не притворяйтесь, что удивлены, нам все доподлинно известно, мистер Престон.
Я метнул взгляд на Микки Райса, но он его не заметил. Он все еще принимал поздравления по поводу номера.
– К чему вы клоните, мистер Гомбрич?
– В настоящий момент мистер Фулгер оценивает сложившуюся ситуацию. Однако имейте в виду, мой клиент не из тех, кто легко прощает выпады против него. И он не прощает обидчиков.
– Вы мне угрожаете?
– Не угрожаю, но вежливо предупреждаю.
После этого звонка вечеринка завяла. Может быть, дело было не в звонке, но так или иначе я почувствовал, что на нас пала какая-то тень, и прежняя веселость уже не вернулась.
Последние два года мое настроение часто подвергается резким перепадам, наверное, на меня здорово подействовал разрыв с семьей. Подъем духа вдруг сменяется тяжелым унынием. Я не придаю этому серьезного значения, подумаешь – обыкновенная депрессия, связанная с переутомлением.
Я направился домой. Внезапно на меня накатила усталость. Квартира показалась мне холодной и какой-то нежилой, и мне захотелось, чтобы рядом оказался кто-то близкий. Я позвонил Анне, но у нее был включен автоответчик, и я оставил послание о том, как хорошо продается номер, пожелал удачи в завтрашнем интервью с Эрскином Гриром и обещал перезвонить, чтобы договориться о встрече в «Дорчестере». Минуту-другую я постоял у окна, глядя на реку. Она была слишком бурной для июня. Потом, не опуская штор, отправился спать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Смертельные друзья - Коулридж Ник

Разделы:
12345678910111213141516

Часть 2

17181920212223242526

Ваши комментарии
к роману Смертельные друзья - Коулридж Ник


Комментарии к роману "Смертельные друзья - Коулридж Ник" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100