Читать онлайн На первых ролях, автора - Коскарелли Кейт, Раздел - ГЛАВА 75 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - На первых ролях - Коскарелли Кейт бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.64 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

На первых ролях - Коскарелли Кейт - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
На первых ролях - Коскарелли Кейт - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коскарелли Кейт

На первых ролях

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 75

После беседы с Брайаном Дилени и разговора с отцом Челси раздирала буря самых противоречивых эмоций. Хотя гнев против бабки, лгавшей так бессовестно все эти годы, не унимался, все затмевала радость от сознания того, что отец всю жизнь заботился о ней, любил и никогда не покидал. Челси не понимала, что с ней делается – ярость и счастье боролись в душе, не давая покоя.
Наконец она сообразила, что давно пора подняться к бабушке, посмотреть, не нужно ли той чего, но не могла заставить себя взглянуть на женщину, отравившую ей детство и юность! Поэтому Челси продолжала сидеть в библиотеке, пытаясь решить, что делать и как теперь жить. Всего несколько коротких фраз по телефону, и ее мир, и без того шаткий, перевернулся окончательно.
Как могла бабушка быть такой жестокой? А мать? Милая, добрая, нежная Банни – неужели она тоже состояла в заговоре и помогла намеренно отдалить дочь от отца, сделать их чужими? Почему они сделали это? Почему?
– Почему? – спросила она себя и тут же цинично усмехнулась. – Деньги, конечно, деньги. Для бабки главное – деньги. Все эти годы сна единовластно распоряжалась опекунским фондом, как источником постоянного дохода, выручавшим их в самые тяжелые времена. Но ведь бывали и такие времена, когда деньги лились рекой.
Почему же от Челси все скрывали? И снова ответ был ясен – слишком хорошо знала она Леверн. Деньги, которые давал Фрэнк Хантер на то, чтобы дочь ни в чем не знала нужды, летели все в ту же бездонную пропасть, на украшение короны и трона великой кинозвезды Банни Томас.
Челси с горечью вспоминала, что, держа ее в неведении относительно денег отца, Леверн к тому же отказывала внучке во всем необходимом, хотя ничего не жалела для Банни. Но почему она считала возможным обращаться с Челси как с Золушкой? Девушка с глубокой печалью вспомнила о том времени, когда привыкла ни о чем не просить, ни на что не надеяться и, что хуже всего, не ждать ни любви, ни поддержки. Ее лишили отца, это простить невозможно.
Челси, вне себя от гнева, поднялась, решив на этот раз добиться честного ответа. От матери, конечно, нечего ожидать, надо идти к бабке и потребовать объяснения. Именно она всему виной, Челси была в этом уверена.
Но при виде умирающей в сердце закралось сочувствие. Нет-нет, у бабушки, конечно, были причины так поступить! Она не могла быть так жестока и бесчувственна, какой кажется!
Веки Леверн затрепетали; усталые глаза уставились на измученную девушку.
– Челси, что случилось? Как мама? – встревоженно прохрипела она, подняв голову.
Обычно спокойная, девушка сейчас была непохожа на себя.
– С мамой все в порядке. Бабушка, я только сейчас говорила по телефону с отцом. Почему ты ничего не рассказала мне об опекунском фонде?
– Твой отец – подлый обманщик! Не верь ни единому его слову! – прошипела Леверн.
– Ба, я видела чеки. Беседовала с адвокатом, – спокойно объяснила Челси. – Пора сказать правду. Господь видит, в этом доме все пропитано ложью!
Леверн вновь легла и отвернула лицо.
– Ты не имеешь права разговаривать со мной таким тоном, неблагодарная девчонка, – отрезала она, не слушая Челси. Старуху сжигала безумная злоба.
– Подумать только, я доживаю последние дни, а эта дрянь обращается со мной как с преступницей! Я воспитала тебя, дала крышу над головой, хотя было нелегко кормить лишний рот. Ты никогда ни в чем не нуждалась!
– Разве, бабушка? Разве? А как насчет любви? Как насчет любви? – вскрикнула Челси, мгновенно позабыв, что находится у постели умирающей. – Почему ты лгала мне и говорила такие ужасные вещи об отце?
– Ты мерзкая тварь! Я жизнь посвятила тебе и твоей матери! Не смей так говорить со мной, – прошипела Леверн, собрав все силы, снова подняла голову и резанула взглядом внучку.
– Вся моя жизнь была ложью, бабушка. Неужели я это заслужила? За что?
– Будь моя воля, ты бы вообще не родилась, – выдавила она. – А теперь оставь меня в покое.
Окончательно доведенная, Челси все-таки решила доискаться правды и направилась в комнату Банни. Чего бы она не дала, только, чтобы иметь мать, с которой можно поговорить по душам, которая выслушает тебя и даст ответ, мать, сумеющую объяснить, почему Челси намеренно, с хладнокровной жестокостью лишили отца.
Банни принимала душ, поэтому девушка уселась на обитое розовым атласом кокетливое кресло и приготовилась ждать. Конечно, Банни не бог весть какой собеседник, но Челси так нужно было поговорить хоть с кем-то из родных, прежде чем она встретится с отцом.
Ждать пришлось долго – Банни обычно часами сидела в ванне или стояла под обжигающе горячими струями. Наконец она появилась, раскрасневшаяся, с еще необсохшей кожей, завернутая в полотенце, но при виде дочери замерла на месте. На какую-то долю секунды Челси различила осмысленные искорки в глазах, последнее время словно покрытых пеленой, слабый признак осознания реальности, но почти в эту же секунду Банни вновь тупо уставилась в пространство, приоткрыв рот, и прежняя живая милая женщина мгновенно исчезла, на ее месте осталось бессмысленное, ничего не понимающее создание, глухое к окружающему миру.
– Мама, я хочу поговорить с тобой, – начала Челси, но Банни словно не слышала и продолжала медленно вытираться полотенцем, оставляющим красные полосы на нежной коже. Закончив, она тщательно протерлась душистым лосьоном, надела приготовленный пеньюар, взяла щетку и начала расчесывать длинные рыжеватые пряди, рассыпавшиеся по плечам.
Челси с интересом наблюдала за ритуалом. Последние дни мать постепенно начала сама о себе заботиться: подпиливала и покрывала лаком ногти, мыла и накручивала волосы и даже немного подкрашивала ресницы. Казалось, как ни странно, что, по мере того, как Леверн приближалась к смерти, Банни возвращается к жизни.
– Мама, ты хоть понимаешь, о чем я говорю? Банни медленно отвернулась от зеркала, улыбнулась и тихо сказала:
– Да… Но очевидно было, что слова дочери не имели для нее никакого смысла.
– Ты знаешь, что бабушка умирает? – спросила дочь, надеясь, что ужасная новость встряхнет мать и выведет ее из апатии, но рука Банни замерла в воздухе – лишь на мгновение, потом щетка снова опустилась на волосы; женщина пристально вглядывалась в собственное отражение.
– Помнишь моего отца, мама? Помнишь? Если он такой плохой человек, как говорит бабушка, почему ты вышла за него?
Никакого ответа.
– Мама, почему ты позволила бабушке утаить от меня, что отец присылает деньги? Разве не понимала, как важно для меня было знать, что отец меня любит? Почему мне никогда не позволяли увидеться с ним?! – со слезами на глазах воскликнула девушка. – Неужели тебе и бабушке в голову не приходило, как вы меня раните? Ради Бога, скажи, почему ты это сделала?! – яростно выкрикнула Челси, до глубины души потрясенная трагедией своего детства, и, закрыв ладонями лицо, зарыдала.
Банни повернулась и взглянула на полную жизни девушку, так много унаследовавшую от отца: красоту, силу и непреклонную волю. Маска притворного тупого равнодушия сползла с лица, смытая слезами.
– Дорогая, прости меня, прости! – воскликнула Банни, вскакивая с пуфика и подбегая к дочери. Обняв трясущиеся плечи своего ребенка, Банни прижала ее к себе и тихо заплакала.
– Мы не знали, что делаем, дорогая. Поверь нам, мы не хотели причинить тебе зло, правда не хотели. Две глупые, невежественные женщины, страшно напуганные… Челси…
– Чем именно? – спросила Челси, пораженная внезапным превращением матери из инертного манекена в энергичную женщину с живыми, осмысленными, хотя и полными слез глазами.
– Бабушка не виновата, дорогая. Ты не должна ее осуждать. Она сделала это ради меня. Я так боялась потерять тебя. Фрэнк такой умный и сильный. У его семьи деньги и власть, – запинаясь, всхлипывая, объяснила Банни. – Я была уверена, что он попытается тебя отнять. Хотя я была звездой, но совсем не получила образования… И кроме того… О Боже… в моем прошлом есть… тайны… которые он мог бы использовать, чтобы доказать в суде, что я плохая мать. Чаще всего при разводе отцы охотно оставляют детей у жен, но он… он был без ума от тебя, просто страшно становилось.
Челси, словно зачарованная, слушала исповедь матери, вполне связную, разумную и убедительную. Банни была так поглощена собственным рассказом, что, казалось, не замечала пристального взгляда дочери.
– Я так любила Фрэнка, но после твоего рождения он изменился. Ни о ком не думал, кроме тебя. Ненавидел мою работу и считал, что я должна оставить кино, сидеть дома и ухаживать за тобой. Не выносил Голливуд и все время говорил о возвращении в Сан-Франциско. Наверное, скучал по дому, – тихо продолжала она, останавливаясь, только, чтобы высморкаться и вытереть глаза. – Я знала, что он рано или поздно уйдет от меня.
Замолчав, она взглянула в глаза дочери и увереннее, уже не так печально продолжала:
– Мужчинам нельзя доверять, Челси, ни одному, никогда. Так или иначе, стоит только мужчине получить все, чего добивался, он попросту устает, – и вот ты уже остаешься одна-одинешенька в этом мире, совсем как мама… когда отец нас бросил. – И, самодовольно усмехнувшись, добавила: – А знаешь, папочка вернулся, когда узнал, что я стала звездой.
– Правда? Когда это было? – с любопытством спросила Челси, никогда не слышавшая эту историю.
– О да, – с горечью объяснила Банни, – ублюдок пытался ухватить кусок пирога, да побольше. Смылся и плевать ему на то, что с нами будет, а когда я пошла в гору, папаша приполз, как паршивая пиявка. Все норовил высосать побольше «зелененьких». Принес куклу, дешевую, уродливую… А у меня была целая комната дорогих игрушек. Сказал, что любит меня, да только уж я-то его знала! Успех он мой любил, да еще денежки. Мама разрешила ему поговорить со мной, позволила именно мне сказать ему, чтобы убирался и никогда-никогда больше не смел возвращаться!
– И тебе не было больно, мама? Банни на несколько секунд задумалась.
– Не помню. Все это напоминало сцену из фильма. Я сердилась, топала ногами, дулась и указывала ему на дверь – совсем как велела мама, – сказала она, но тут ее голос оборвался, и Банни снова заплакала.
Они снова поменялись ролями, и теперь настала очередь Челси привычно утешать рыдающую мать, хотя девушка не переставала удивляться внезапному выходу Банни из башни молчания, в которой она была заточена все это время.
– Скажи, мама, скажи, как все было, когда отец ушел от нас, – мягко, ободряюще попросила Челси.
– Она знала, что я боюсь. Мама всегда знала, что у меня в душе. Она обещала мне избавиться от Фрэнка раз и навсегда и сдержала слово. С того дня, как он покинул дом, она никогда ни словом не упомянула его имя. Никогда. Словно Фрэнк исчез с лица земли. Мама могла все. О Боже, что теперь со мной станется? Как я буду без нее? – запричитала Банни. Но дочь не встревожилась: слишком часто она видела слезы матери, чтобы придавать им значение.
– Но ты понимаешь, что она долго не проживет? – с подозрением спросила Челси. Прирожденная прагматистка, она не совсем поверила в чудо внезапного озарения. Если мать знала, что Леверн умирает, что еще ей известно?
– Мама, помнишь Фернандо? – спросила она, потянувшись к туалетному столику и подвигая ближе пачку салфеток.
Потом вручила матери одну и вытерла глаза другой.
– Не говори о нем, Челси. Я обещала маме, что больше никогда не произнесу его имени.
– Помнишь, что случилось с ним? Помнишь ту ночь в библиотеке и нож для разрезания писем?
Настала тишина… Долгая… Напряженная… Наконец Банни ответила – так тихо и невнятно, что Челси пришлось переспросить еще раз:
– Забыла, все забыла, – промямлила Банни.
– Правда? Ты уверена?
Банни молча кивнула. Девушка поняла, что, если будет слишком придирчиво допытываться, мать опять впадет в транс, поэтому поспешно переменила тему.
– Мама, как чудесно, что я смогла поговорить с тобой! Бабушке уже недолго осталось быть с нами, поэтому мы должны держаться вместе, правда?
– Не уверена, что сумею жить без нее, – обреченно прошептала Банни.
– Сможешь, мама. Ты гораздо сильнее, чем думаешь сама, – ободряюще сказала Челси. – Только говори со мной почаще, хорошо?
Банни улыбнулась сквозь слезы, кивнула и, счастливо вздохнув, уютно свернулась калачиком в надежных объятиях любящей дочери.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману На первых ролях - Коскарелли Кейт



Советую прочитать! Очень хорошее произведение! Здесь и самоотверженность, и любовь, и дружба, и похоть, и печаль, надежда на лучшее, ответственность, преступление и расплата на протяжении всей жизни! Обязательно прочитайте!
На первых ролях - Коскарелли КейтМаргарита
29.09.2013, 19.02





Я бы даже сказала, что это больше похоже на психологическую мелодраму. Мне очень понравилось. Есть над чем подумать. Мамаша конечно эгоистка, повернутая на звездности и зарабатывания денег на дочери всеми способами.... Интересно и не банально!
На первых ролях - Коскарелли КейтКристина
20.06.2014, 6.20





Я думаю, и у нас сейчас есть такие матери. Советую, очень жизненно. Не легенький ЛР.
На первых ролях - Коскарелли Кейтиришка
11.08.2014, 10.22








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100