Читать онлайн В плену желаний, автора - Конн Фиби, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В плену желаний - Конн Фиби бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.54 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В плену желаний - Конн Фиби - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В плену желаний - Конн Фиби - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Конн Фиби

В плену желаний

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Мэтт шлепнул Кэрол по попке, когда она проскользнула мимо него. Она обернулась, и, хотя он не мог различить ее лица в сумерках, он знал, что она побледнела. В одной из книг, которые ему удалось проштудировать, он наткнулся на утверждение, что противоположность любви – безразличие, но не гнев. Эта мысль была такой обнадеживающей, что он до сих пор ею наслаждался. В поведении Кэрол наблюдалось множество колоритных оттенков, но чего в нем определенно не было, так то равнодушия.
– Не правда ли, пруд очень мил? – спросила Эми, когда Кэрол и Мэтт вернулись в дом. – Днем можно увидеть, как лягушки греются на солнце, устроившись на листьях лилий. Это похоже на великолепную иллюстрацию к детской книжке.
– Лягушки, – повторил Мэтт, ухмыльнувшись. – Кэрол утверждала, что на нее напала какая-то скользкая тварь.
– Хорошо, что ты был рядом и смог ее защитить, – заметил Кейси, ехидно ткнув Мэтт под ребра.
Они стали хорошими приятелями, пока вместе работали в кафе.
– Действительно.
Мэтт подмигнул Кэрол, но ее это нисколько не позабавило.
– Кажется, есть фильм «Скользкая тварь»? – спросила Сьюзан.
– Да, – ответил Гордон. – Он об ученом, который в результате неудачного эксперимента стал больше похож на растение, чем на человека, но насколько я помню, он обожал Адрианн Барбо.
Кэрол услышала, как ее друзья продолжают обсуждать фильмы ужасов по пути в столовую. Судя по всему, они совершенно не подозревали о ее душевном состоянии и веселились от души, и поэтому ей не хотелось показывать, что она действительно испугалась. Поскольку вспышка страха вырвала ее из объятий Мэтта, она, когда вино было разлито, незамедлительно подняла бокал:
– За скользких тварей повсюду!
Когда все выпили за этот странный тост, Гордон предложил другой:
– За «Алюминиевые луны» и «Темно-красную роскошь»! Желаю вам безграничного успеха и долгого счастья.
Растрогавшись, Кэрол сделала второй глоток, но, поскольку ей не хотелось, чтобы остаток вечера погрузился в винный туман, во время следующих тостов она только делала вид, что пьет. Гордон и Эми приготовили цыплячьи грудки со шпинатом в апельсиновом соке, и это было великолепно. Кейси не уставал нахваливать еду. Несмотря на голод, Кэрол с трудом удавалось сосредоточиться на процессе жевания и глотания, и все потому, что она чувствовала рядом с собой жар тела Мэтта.
Это просто химический процесс, пыталась она убедить себя, всего лишь случайное стечение обстоятельств, которому не надо придавать внимания. На самом деле ей необходим маленький лысый джентльмен со слишком громким смехом, и хотя вряд ли он будет в силах взволновать ее до кончиков ногтей, но, по крайней мере, не станет относиться к ней как к приключению на одну ночь.
– Карен сказала, что ее картины отлично смотрятся в вашем кафе, Кейси, – сообщила Эми. – У нее уже было несколько выставок, но я не помню, чтобы она была так возбуждена из-за какой-нибудь из них.
– Ее работы очень эффектны, – откликнулся Кейси. – Я так доволен, что она приняла участие в оформлении кафе! Несколько ее друзей пришли ко мне в надежде, что я предложу им выставить их работы после Карен, так что у меня и дальше будет возможность время от времени устраивать выставки оригинальной живописи. – Он поднял бокал для очередного тоста: – Я пью за тебя, Мэтт. Если бы ты не подал Кэрол идею о совместном бизнесе, то я, наверное, никогда бы не решился открыть кафе. Мэтт не принял его похвалу:
– Вы с Кэрол воплотили мечту в жизнь, так что заслуги целиком принадлежат вам.
Эми произнесла тост от себя:
– Хочу поблагодарить Кэрол за все. Если бы она так не настаивала, чтобы у каждой из нас были на вечеринке кавалеры, то мы никогда бы здесь не собрались.
Когда все подняли бокалы, Сьюзан наклонилась к Кейси, чтобы поцеловать его, а Гордон обнял Эми, Кэрол почувствовала, что Мэтт смотрит на нее, но ей не удалось разделить порыв остальных двух пар.
– Давайте считать это волей провидения, – предложила она. – В конце концов, я всего лишь хотела найти нам партнеров для танцев. Я не предвидела ни длительных романтических связей, ни делового сотрудничества.
– Ты слишком скромничаешь, – возразил Мэтт. – Кто знает, может быть, вечеринка положила начало целой цепи замечательных отношений и событий.
– Да! – воскликнула Сьюзан. – И мы видели только первые звенья этой цепи.
– Пожалуйста, – взмолилась Кэрол, – обычно я не суеверна, но не стоит преждевременно праздновать успех, пока мы не получим доход за несколько первых месяцев. – Она повозила по тарелке кусочком цыпленка: – Всякий раз, когда что-то выглядит слишком хорошо, чтобы быть правдой, ясно, что это не продлится слишком долго.
Гордон улыбнулся Эми:
– Кэрол всегда была такой пессимисткой?
Эми поразмыслила над его вопросом и удостоила его глубокомысленным ответом:
– Я думаю, что большинство из нас потеряли часть своего юношеского оптимизма за все эти годы.
На жизненном пути мы встречали и разочарования, и трагедии. Трудно не бояться того, что беда повторится вновь.
Зная, что она имеет в виду смерть мужа, Гордон пожалел о своем вопросе.
– Что ж, а я – оптимист и с нетерпением предвкушаю завтрашний вечер. Ну как, все готовы к десерту? Эми испекла безумно вкусный персиковый пирог.
Пирог действительно оказался великолепным, как и было обещано, но, даже выпив чашку кофе, Кэрол чувствовала себя усталой. Когда она безуспешно попыталась подавить зевок, ее друзья рассмеялись.
– Прошу прощения. Вы извините меня, если я пойду? Сегодня я поднялась ни свет ни заря, а завтра опять придется рано вставать. Увидимся на вечеринке.
Мэтт вскочил вместе с ней.
– Завтра мне тоже предстоит рано встать на работу, так что я провожу тебя до машины.
Он поблагодарил Эми и Гордона, пожелал спокойной ночи Сьюзан и Кейси и поспешил догнать Кэрол.
– Подожди, – окликнул он ее, шагая вслед за ней по дорожке. – Тебе нужен мой адрес.
– Мне нужно хорошенько выспаться.
– Обещание есть обещание, – настаивал Мэтт. Он вытащил из кармана визитку и, прежде чем указать направление, написал на обратной стороне адрес своего нового дома. – Я знаю, что ты не заблудишься, но почему бы тебе не следовать за мной?
Чувствуя, что попала в ловушку, Кэрол взяла карточку.
– Я смогу остаться только на несколько минут.
– Это все, о чем я прошу. – Мэтт пошел к своей машине. – Увидимся на месте.
Решившись посетить его дом, Кэрол села в свою «БМВ» и поехала за Мэттом. Они повернули на юг по Оук Нолл, затем на запад по Монтерей-роуд и, наконец, повернув на север, попали на нужную улицу в южной Пасадине. Мэтт оставил свет снаружи красивого викторианского дома, и, припарковавшись напротив него, Кэрол была одновременно потрясена и заинтригована.
– Не слишком ли этот дом велик для тебя? – спросила она Мэтта, когда он открывал дверь.
– Здесь пять спален, – ответил он, – но мне нравится иметь много комнат. Входи. – Пока они шли по дорожке, он вел ее за руку, но не решился опять дотронуться до нее после того, как открыл входную дверь. – Полы и панели здесь дубовые. Предыдущий владелец разорился примерно на полмили ковровых покрытий от стены до стены, но я намерен купить ковры, чтобы открыть полы.
– Да, это правильно.
Даже пустая гостиная оставалась привлекательной и уютной. В ней был камин, отделанный мрамором, и Кэрол тут же представила, как он будет украшен зелеными ветками на Рождество. Эта комната, так же как и столовая, была оклеена свежими белыми обоями.
– Тебе следует поэкспериментировать с другими цветами.
– Спасибо за совет, мне и самому не нравится, когда все белое.
Он провел ее через кабинет и ванную нижнего этажа, окрашенную в розовый цвет и отделанную розовым кафелем.
– Все эти работы выполнял ты? – спросила Кэрол.
– Я не могу приписать себе все заслуги. Заказ на дверцы для душа выполнила другая фирма, а кафелем занимался человек, с которым я обычно работаю над переоборудованием.
Ванная комната выглядела ослепительно новой, и, пораженная такой искусной работой, Кэрол улыбнулась:
– Это так же красиво, как результат работы оформительского отдела «Расселла». Давай посмотрим кухню.
Кэрол прошла за Мэттом через холл в обширную кухню и комнату для завтрака. Бледно-голубая с белым, она была не только очаровательна, но и хорошо спланирована, что позволяло оптимально использовать пространство и новейшие кухонные приспособления.
– Я понимаю, что тебе пришлось нанять субподрядчиков, но ты проделал необыкновенную работу, Мэтт. Я действительно потрясена.
Мэтт не ожидал похвалы своей работе и, смутившись, только пожал плечами. В доме была система внутренней связи, позволявшая передавать музыку во все помещения, и он настроил систему на свою любимую радиостанцию. Смоки Робинсон пел знаменитую песню «Слезы клоуна». Она слишком сильно трогала Мэтта, и он приглушил громкость.
– Я хочу, чтобы ты посмотрела комнаты наверху. Дубовые перила широкой лестницы были обильно украшены резьбой, но ступеньки гулко вторили их шагам, когда они поднимались на второй этаж.
– Давай начнем с дальнего конца, – предложил Мэтт и провел своеобразную обзорную экскурсию, которая должна была закончиться в его спальне.
Пройдя через ряд пустых комнат, Кэрол в восхищении залюбовалась убранством спальни. Стены там были бледно-лиловыми, почти такими же, как в ее собственной комнате. Ажурная спинка латунной кровати приковывала взор, белье от Лоры Эшли манило прилечь, кружевные занавеси на окнах были безупречны, ковер с цветочным рисунком мягко стелился под ногами, а люстра и вентилятор были очаровательны.
– Если ты сам оформил эту комнату, Мэтт, тебе не нужны мои советы и помощь. Здесь очень красиво. Просто доверься своему инстинкту, и я уверена, что у тебя будет замечательный дом.
Мэтт остался стоять у двери, слегка загораживая выход.
– Спасибо, но есть большая разница между приведением в порядок единственной спальни и оформлением целого дома. Сядь-ка на минутку, я хочу поговорить с тобой.
Кэрол оглянулась в поисках стула, но единственным местом, где она могла бы устроиться, была великолепная кровать.
– О нет, не надо. Я лучше постою. А еще лучше давай поговорим в другой раз.
Сомневаясь, что у него хватит мужества и представится другой такой же удобный случай в ближайшее время, Мэтт покачал головой:
– Нет, это недолго. Ты всегда выглядишь так, словно тебя слишком туго завели, Кэрол. Попытайся расслабиться на минутку, если можешь.
Последовав своему же совету, он скрестил руки на груди, чтобы чувствовать себя свободнее, и прислонился к дверному косяку.
– Моя жена умерла как раз перед двадцатипятилетием нашей совместной жизни. Она болела два года, и, несмотря на то, что ею занимались лучшие врачи и было обеспечено прекрасное лечение, она так и не дожила до этого юбилея. Я верил, что она выкарабкается, надеялся, что еще один курс химиотерапии или облучения излечит ее от рака и мы вместе отпразднуем не только двадцать пять лет, но и все пятьдесят. Когда она легла в больницу в последний раз, ее врач пытался сказать мне, что она оттуда уже не выйдет, но я отказывался верить ему. Дебора, однако, знала об этом и не боролась. Она просто умерла. Я знаю, это было благословением, что она избавилась от ужасных болей, но я все еще злюсь оттого, что остался один, и, хуже того, я чувствую себя виноватым, потому что не болел и дня в своей жизни, а она так страшно мучилась.
Когда Мэтт умолк, чтобы вытереть глаза, Кэрол захотелось сказать что-нибудь, что показало бы ему, как она его понимает, но она промолчала, боясь, что он оборвет ее и велит не перебивать. Она ухватилась за край кровати, комкая в ладонях покрывало. Ей было понятно, что эта исповедь для Мэтта – что-то вроде терапии, но, поскольку его воспоминания о первой жене были так живы, Кэрол сомневалась, что он когда-нибудь заинтересуется ею, и эта невозможность жестоко ранила ее.
– Последние четыре года прошли как в тумане, потому что единственное, чем я занимался, была работа. Один день не отличался от другого, и так было до тех пор, пока я не встретил тебя на барбекью в твоем доме. В тот момент, когда наши глаза встретились, я внезапно вспомнил, что значит влюбиться в женщину.
Разговор коснулся наболевшей темы, и Кэрол почувствовала, что должна ответить:
– Но ведь я не в твоем вкусе, Мэтт. Я невысокая, и не брюнетка, и в теннис играю скверно.
Мэтт пришел в недоумение:
– С чего ты взяла, что мне нравятся высокие темноволосые чемпионки по теннису?
Кэрол слабо махнула рукой:
– Ты сказал, что Дона Стросс выглядит великолепно, а мы с ней полные противоположности.
Мэтт подошел к кровати, сел рядом с ней и взял ее за руку.
– Знаешь, что я имел в виду, когда говорил, что тебя слишком туго завели? Ты как одна из этих заводных пластиковых лягушечек, прыгаешь туда-сюда, не имея представления, куда попадешь. Дона действительно привлекательна, но я просто трепался, потому что ее муж выглядел так чертовски хорошо, что, по моим представлениям, должен был бы носить накрахмаленные пижамы. Я не думал, что ты вообразишь, будто я всерьез восхищен ею, иначе попридержал бы язык.
– Стросс, вероятно, носит шелковые пижамы, если вообще их носит, но я понимаю, что ты хочешь сказать.
– Отлично, это уже прогресс. – Мэтт много раз репетировал следующую часть разговора, но все еще опасался, что выразится недостаточно ясно. – Я клянусь, что никогда не забуду ту ночь после вечеринки, но когда я проснулся на следующее утро…
Кэрол открыла рот, но, зная, что она собирается сказать ему, чтобы он прекратил, Мэтт быстрым поцелуем заставил ее замолчать.
– Пожалуйста, потерпи еще немного, – попросил он. – Когда я проснулся, ты прижалась ко мне, такая теплая и нежная, что на секунду я почувствовал, как мир снова стал прекрасным, а затем меня охватило чувство вины, потому что я наслаждался жизнью с тобой, а Дебора умерла и никогда больше не сможет любить. Какую-то секунду я испытывал то же состояние, что и в ту ночь, когда она умерла. Гнев, ярость, вина – все это было уже знакомо, и я больше не хотел испытывать подобную боль, поэтому я сел на пол, просто стараясь сохранить здравомыслие, пока ты не проснешься и я не смогу сказать тебе, что было ошибкой заниматься любовью. То, что ты разгадала меня, не удивительно, но я боялся, что ты сочтешь меня чокнутым, если я скажу тебе, что счастье, которое ты мне подарила, заставило меня испытать ужасное чувство вины.
Дэн советовал Кэрол быть терпеливой с Мэттом, но она сомневалась, что сможет прожить достаточно долго, чтобы заставить его забыть о потере жены. Она крепко сжала его пальцы:
– И эта же вина заставляет тебя говорить со мной теперь, не так ли? Ты знаешь, что сделал мне больно, и тебе стыдно. Чего же ты хочешь от меня теперь? Чтобы я простила тебя?
– Нет, я хочу попросить, чтобы ты любила меня, и только наше будущее имеет теперь значение.
Ошеломленная Кэрол решила, что плохо расслышала его.
– Прости, что ты сказал?
Она раскрыла глаза так широко, что ресницы взлетели почти до самых бровей, и Мэтт почувствовал, что ее изумление вызывает в нем прилив нежности.
– Я купил этот дом не просто для того, чтобы убежать от прошлого, но чтобы оставить его за спиной. У нас с Деборой было что-то совершенно особенное, но это не означает, что я не могу любить тебя или что у нас не получится чего-то, даже лучшего. Ты, конечно, не особенно поощряла меня, но если ты простишь мне то, что я совершенно растворился в своей печали и не смог понять, какой необыкновенной может стать наша совместная жизнь, то ты никогда не пожалеешь об этом.
Кэрол продолжала тупо смотреть на него, и Мэтт сыграл следующий такт:
– Посмотри на это с другой стороны. Мой дом намного ближе к «Темно-красной роскоши». Переехав сюда, ты сэкономишь не только время, но и немало литров бензина.
Этого прозаического комментария было достаточно, чтобы вывести Кэрол из состояния тихого шока. Она не хотела просто жить вместе с Мэттом. Женщина, которую он любил прежде, была его женой, и Кэрол не желала довольствоваться меньшим. Но, по крайней мере, он сказал, что любит ее, и с этого можно было начинать.
– Я хотела бы, чтобы ты был честен со мной тогда, в моем доме.
– Я не смог иначе, это было слишком больно.
– Но не больнее лжи? Нет, Мэтт, если мы собираемся иметь нечто большее, чем просто одна ночь, проведенная вместе, ты должен обещать быть всегда честным со мной. Любовь не может расцвести в атмосфере лжи.
– Я знаю.
Однако вместо того, чтобы дать ей обещание, которого она ждала, он обнял и поцеловал ее. Не желая отпугнуть ее, он был очень нежен, пока не убедился, что она отвечает ему, и тогда, дав волю страсти, он опрокинул ее на кровать и лег рядом.
– Я люблю в тебе все, – прошептал он в перерыве между поцелуями, – даже твой острый язычок.
Обрадованная, задыхающаяся, возбужденная, Кэрол с радостью отвечала на каждый из его нежных поцелуев со все более пылкой страстью. Мэтт расстегнул ее платье, она расстегнула его рубашку, и затем им пришлось подняться с кровати, чтобы торопливо сбросить с себя оставшуюся одежду. Мэтт приглушил свет и вернулся в постель. Аккорды песни «Летний домик» слабо доносились до них, и он прижался к Кэрол, вдыхая аромат ее кожи.
– Жаль, что у меня нет йогурта, – прошептал он, – тогда ты могла бы слизывать его с меня так, как ты слизывала его с ложки.
Кэрол поняла, чего он хочет, и с готовностью возместила отсутствие йогурта ласковыми поцелуями, дразнящим покусыванием и томным облизыванием. Его было так легко любить, когда тепло его кожи ощущалось рядом. Его вкус дарил наслаждение, запах опьянял, и Кэрол осознала, что занятие любовью с ним всегда будет приключением. Ласки Мэтта стали настойчивее, поцелуи жарче, а она все сильнее распаляла его, желая, чтобы его страсть разгоралась еще больше.
Внезапно Кэрол захотелось узнать, много ли других пар обрели то же блаженство в этой прелестной комнате, и она понадеялась, что их было великое множество. Она поняла, что попалась, когда Мэтт потянулся к ночной тумбочке за презервативом, но не стала жаловаться на то, что он соблазнил ее, воспользовавшись фальшивым предлогом. Он привез ее сюда именно для этого, для любви, и она хотела получить все, что он мог дать ей.
Изголодавшись по нему, она извивалась под ним, принимая его натиск в вечном танце, который сплавлял их души, прежде чем наступила ошеломляющая кульминация. Тихий стон Мэтта раздался в одно время с ее стоном, и, думая, что они – самая прекрасная пара из тех, кто когда-либо находил друг друга, Кэрол держала его в объятиях, пока он погружался в сон. Одна ее рука скользнула под его бедро, другая легла на спину; ее вовсе не тяготил вес его тела, ей даже нравилось это. Он, конечно, был прав, говоря, что она обычно слишком напряжена, но в этот момент она чувствовала полный покой и хотела, чтобы эта ночь не закончилась слишком скоро.
Но Мэтт не заснул. Он просто наслаждался тем, как прекрасно обнимать женщину. Он не испытывал этого слишком долго, но, прижавшись к Кэрол, он понял, что эта женщина не только разделяет его страсть – она просто создана для него. Он слегка приподнялся:
– Я не задавил тебя?
– Нет, все хорошо.
Руки Кэрол сплелись вокруг его талии. Ей было легко под его тяжестью, и последние следы ее былых тревог исчезли. Мэтт коснулся ее губ нежным поцелуем.
– Тебе действительно так спокойно, как кажется?
– Ммм.
Он уткнулся носом в ее шею, а она взъерошила его кудри:
– У тебя прекрасные волосы.
– Спасибо, а вдруг я облысею?
Кэрол слегка нахмурилась, пытаясь представить Мэтта без его великолепных серебристых кудрей:
– Придется воспитать в себе склонность к лысым мужчинам. Вряд ли это будет слишком трудно, потому что ты обладаешь великим множеством других достоинств.
– Неужели? Например?
– Не напрашивайся на комплимент. Наверняка ты слышал их огромное количество.
– Что-то не припомню, – заявил Мэтт с притворной скромностью.
Кэрол приподнялась, чтобы поцеловать его.
– Мне надо ехать домой. Пусти меня.
– Ты собираешься домой? – изумился Мэтт. Кэрол постаралась не обидеть его:
– Я же сказала тебе, что не смогу остаться надолго.
Непреклонность в ее тоне не оставляла сомнений, что она намерена ехать к себе. Мэтт перекатился на другую сторону кровати и сел:
– Я думал, ты захочешь остаться. Кэрол погладила его по спине:
– Так оно и есть, но завтра я открываю магазин. Если мы всю ночь проваляемся в постели, я буду слишком усталой, чтобы выполнять необходимую работу, а мне не хочется, чтобы первый покупатель застал меня врасплох.
До них доносилась песня Элвиса «Ты всегда в моем сердце», и, слушая его, Мэтт пришел к твердому убеждению, что Кэрол поступает неправильно. А еще он понимал, что если скажет об этом, то, вероятно, потеряет ее ни за грош. Холодок пробежал по его спине. «Не торопись», – приказал он сам себе. Оглядевшись в поисках брюк, он взял их и натянул на себя. Затем надел рубашку, но не стал застегивать ее.
– Я провожу тебя до машины.
– Спасибо, только мне нужно еще несколько минут.
Кэрол собрала свою одежду и прошла в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Ванная была оклеена красивыми обоями с букетиками фиалок на белом ажурном фоне. Кафель тоже был белым с бледно-лиловым отливом, и Кэрол подумала, что это прекрасное дополнение к убранству спальни. Приоткрыв дверь, она крикнула ему:
– Эта ванная просто очаровательна.
Сейчас Мэтта вовсе не волновали комплименты по поводу отделки дома, но он постарался не выдать, какое сильное разочарование испытывает:
– Благодарю за похвалу.
Одевшись, Кэрол вытерла салфеткой разводы туши под глазами. В сумочке у нее была щетка, и она взбила свои кудряшки, а потом накрасила губы помадой. Теперь она выглядела достаточно прилично, чтобы доехать до дома, но на самом деле ей не хотелось уезжать. Она просто мечтала остаться с Мэттом, но не могла позволить себе это и ограничилась лишь вымученной улыбкой, когда вернулась к нему в спальню.
Не давая ей возможности еще раз извиниться, Мэтт взял ее за руку и проводил вниз, а затем и к машине, прежде чем она успела выдавить хоть слово. Он описывал Дебору как домоседку со множеством друзей и интересов, и по тому, как он вел себя, было ясно, что от Кэрол он ждал того же. Что ж, она сомневалась, что хоть отдаленно напоминает Дебору, да и не желала ее напоминать.
Прежде чем сесть в машину, она произнесла:
– Завтра вечером прием. Ты придешь?
– Я не упущу этого шанса, – поклялся Мэтт. – А как насчет завтрашнего дня? Если тебе надо так много сделать, я буду рад помочь.
– Спасибо, но мы с Уэйном справимся.
Тот факт, что какой-то другой мужчина вызвался работать в ее магазине, а может быть, даже вошел в ее жизнь, окончательно вывел Мэтта из себя:
– Кто этот чертов Уэйн?
Видя его таким изумленным, Кэрол не смогла удержаться от смеха:
– Он грузчик, мечтающий стать оформителем витрин, ему двадцать два, и он не представляет для тебя никакой угрозы. Господи, Мэтт, неужели ты думаешь, что я составила расписание для своих любовников, чтобы они помогали мне в разные дни недели?
Чувствуя себя страшно глупо, Мэтт открыл перед ней дверцу машины.
– Честно говоря, никогда нельзя быть уверенным в том, что ты можешь выкинуть, но я постараюсь предусмотреть все.
Кэрол поцеловала его в последний раз, затем села в машину и уехала. Это была одна из самых трудных вещей, которую ей когда-либо доводилось делать, и, зная, что Мэтт страшно расстроен, она с надеждой подумала, что постарается вскоре вознаградить его.


После отъезда Кэрол и Мэтта Сьюзан и Кейси провели в доме Гордона еще около часа. Несмотря на то, что профессиональные интересы мужчин были совсем разными, они прекрасно нашли общий язык. Беседа протекала с легкостью, и они расстались, предвкушая новую встречу на завтрашнем приеме. Эми и Гордон помахали на прощанье с порога. Как только они вернулись в дом, Эми порывисто обняла своего друга:
– Я думаю, что Кейси и Кэрол добьются успеха, а ты?
– Я тоже. Мы сможем обедать в «Алюминиевых лунах» так часто, как ты того пожелаешь, и ты, наверное, захочешь оказать частную финансовую поддержку магазину Кэрол.
– Необязательно. Я уверена, что она сделает хорошие деньги, распространяя подарочные сертификаты.
– Будет ли это иметь успех?
– Конечно. Я лучше получу в подарок сертификат от «Темно-красной роскоши», чем миксер.
Гордон проводил ее в кухню, где они занялись посудой:
– Миксер – это подарок, который сделал бы муж, преданный, но неправильно ориентированный, каковым я не буду.
Они никогда не говорили о браке, и Эми удивилась, что реплика Гордона так смутила ее. В попытке спрятать румянец она открыла моечную машину и поставила туда первую тарелку, чтобы только не отвечать, но она чувствовала пристальный взгляд Гордона, расставлявшего чашки и блюдца. Она любила его и верила, что он любит ее, но мысль о замужестве вновь разожгла в ней прежние страхи перед одиночеством и предательством.
Гордон подметил перемену настроения Эми и точно определил ее причину. Желая продолжить этот разговор, он подождал, пока они загрузят машину и бросят скатерть и салфетки в корзину для белья. Приведя дом в порядок, он занялся приведением в порядок своей жизни.
– Давай спустимся к пруду.
– А тебя не беспокоит нашествие скользких тварей?
– Совершенно не беспокоит.
Он взял ее за руку и повел. Похолодало, и, когда они добрались до пруда, он встал позади Эми и обнял ее:
– Наверное, это одно из самых романтических мест на земле или, по крайней мере, в Пасадине.
– Иногда мне кажется, что с тобой даже поездка в химчистку будет романтичной, Эш.
– Рад слышать это. – Гордон помолчал, ожидая, что она скажет еще что-нибудь доверительное, но, поскольку она молчала, он обнял ее еще крепче. – Думаю, что в наше время предпочтительнее, чтобы двое людей вместе обсудили проблемы брака, чем чтобы женщина в тревоге ждала, сделает ли мужчина предложение. Я знаю, что у тебя много сомнений и страхов, и я готов ждать столько, сколько тебе нужно, Эми, но, пожалуйста, не надо сомневаться в том, что я очень хочу жениться на тебе. И когда ты привыкнешь к мысли, что я буду твоим мужем, мы назначим день свадьбы.
Нежный аромат жасмина наполнял воздух. Стоя у края пруда, освещенного луной, Эми нашла рассудительные слова Гордона возвышенно-романтическими, но это не означало, что ему удалось изменить ее взгляд на реальность:
– Как сказала Кэрол, когда что-то слишком хорошо, чтобы быть правдой, то понимаешь, что это не продлится слишком долго.
Расстроенный ее ответом, Гордон обнял ее за плечи и повернул к себе:
– Она действительно сказала что-то в этом роде, но хоть я и согласен, что мы не можем учесть всего, все же в наших силах создать хорошую семью, если мы оба этого захотим. Нам требуется лишь желание попытаться. Ты слишком хороша, чтобы быть правдой, Эми, но я ни за что не отступлю от своего убеждения, что хорошие вещи никогда не кончаются.
– Иногда важнее опыт, а не убеждения.
– Ну а как насчет того, что три – счастливое число?
– А тебя не смущает, что ты станешь моим третьим мужем?
– Черт возьми, нет. Жаль, конечно, что раньше меня не было в списке, однако третий по счету – тоже неплохо, если принять во внимание, что на этом счет закончится.
– Но мы недостаточно долго знаем друг друга, Эш, чтобы говорить о браке.
– Сколько еще раз я должен тебе напоминать, что мы знакомы друг с другом больше тридцати пяти лет? – Решив, что словесные аргументы менее убедительны, чем некоторые действия, Гордон поцеловал ее очень медленно и нежно. – Я люблю тебя, – прошептал он и снова поцеловал ее. – И это все, что тебе надо знать.
Находясь в его объятиях, нетрудно было поверить его клятвам. Эми вдохнула соблазнительный аромат жасмина и в одну секунду приняла решение, о котором не собиралась жалеть:
– Давай поженимся осенью, перед поступлением Джоанны в медицинскую школу. Это не слишком долгий срок для помолвки?
– Милая, любой срок короче тридцати пяти лет я считаю прекрасным.
В мальчишеском порыве он оторвал Эми от земли, но, когда ее ноги вновь коснулись земли, она подпрыгнула.
– В чем дело? – спросил Гордон.
– Не знаю, но думаю, что только что наступила на скользкую тварь.
Рассмеявшись от счастья, Гордон взял ее за руку:
– Пойдем в мою спальню, где ты всегда будешь в безопасности.
Эми шла с ним рядом, широко улыбаясь. Она действительно чувствовала себя в безопасности с Гордоном, а еще она чувствовала себя любимой, и, даже если все это было слишком прекрасно, чтобы быть правдой, она знала, что они будут продолжать это до тех пор, пока живут.


Кейси подождал, пока они со Сьюзан не окажутся в постели, и перешел к своей излюбленной теме:
– Я знаю, что ты не хочешь просто жить вместе со мной, Сьюз, и уважаю твое желание. Но проблема состоит в том, что мне теперь не нужен дом на западе Лос-Анджелеса, если мое кафе расположено в Сан-Марино. Я мог бы купить дом поближе к тебе, но очень сомневаюсь, что буду проводить там много времени, так что это пустая трата денег. Почему бы нам не сдвинуться с мертвой точки и не пожениться?
Находясь в кольце его рук, Сьюзан было трудно возражать ему, к тому же она понимала, что этот разговор тщательно спланирован. Несмотря ни на что, она заставила себя сесть.
– Я соглашусь на это лишь при условии, что ты согласишься заключить предварительный договор, устанавливающий, что «Алюминиевые луны» – это только твоя собственность, а не наша общая. Теперь уже ясно, что ты начнешь работу прежде, чем мы поженимся, и чисто технически предприятие будет принадлежать тебе, но если, не дай Бог, у нас ничего не получится, я не хочу, чтобы ты беспокоился или оставался со мной только потому, что боялся бы потерять все после развода.
– Что? – Кейси сел и включил лампу на тумбочке. – Похоже, что ты печешься об этом больше, чем я.
– Никогда не помешает быть практичным, Кейси.
На ней была прозрачная цветастая ночная рубашка, которая ему нравилась, и со своими огненными кудрями, ниспадавшими ей на плечи, она выглядела какой угодно, но только не практичной.
– Я и забыл, какой у тебя острый ум. Держу пари, что ты всегда будешь опережать меня на несколько шагов.
Сьюзан прижалась к нему и поцеловала:
– Супруги должны быть слаженной командой. Кейси толкнул ее на подушки:
– Я думаю, что у нас получится чертовски хорошая команда. У тебя есть ум и красота, а я умею готовить.
– О, Кейси, ты умеешь кое-что еще. Принимая этот шутливый вызов, Кейси посвятил большую часть ночи тому, чтобы доказать, насколько она была права.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В плену желаний - Конн Фиби



Не тратьте время. роман сам по себе неплох, но переводчик совершенно убил его.
В плену желаний - Конн ФибиTatiana
29.02.2016, 3.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100