Читать онлайн В плену желаний, автора - Конн Фиби, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - В плену желаний - Конн Фиби бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.54 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

В плену желаний - Конн Фиби - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
В плену желаний - Конн Фиби - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Конн Фиби

В плену желаний

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

«Булочная и кондитерская Жюльенн» была французским кафе, которое обслуживало дам, постоянно посещавших салоны модных причесок и дорогие магазины, расположенные в двух кварталах торговой зоны по Мишн-стрит в Сан-Марино, самом богатом населенном пункте в Калифорнии. Покрытые мрамором столики, располагавшиеся вдоль тротуара, были заняты подругами, выкроившими часок для перерыва в беготне по магазинам или в работе благотворительного фонда, где каждая из них руководила своим особым видом рукоделия. Как одна из блестящих деловых женщин, изредка приходящих сюда, чтобы перекусить, Сьюзан появилась за предварительно зарезервированным столиком и заказала сладкий ароматный чай со льдом и пряностями. Вскоре приехала Кэрол, а следом за ней – Эми.
Сьюзан ознакомила обеих подруг со своими трудностями еще по телефону, когда просила их приехать на ленч, но теперь, оказавшись с ними лицом к лицу, она подумала со страхом, что ее дилемма просто смехотворна.
– Бедный Кейси, он все еще в моем доме. Сегодня утром я вызывала ему врача. Его губа выглядит, как шов на лоскутном одеяле, и из-за этого он не считает себя пригодным для работы в «Расселле». К счастью для меня, ему трудно говорить, так что я дала ему блокнот и ручку для необходимого общения и сказала, что все разговоры на серьезные темы откладываются до конца недели. Я просто уклоняюсь от ответа, и ему об этом так же хорошо известно, как и мне, но что я могу еще?
Чтобы спрятать заплаканные глаза, Кэрол надела пару самых темных очков и не сняла их, даже когда изучала меню.
– Давай сначала сделаем заказ, а потом посмотрим, можно ли принять какое-нибудь решение. Салат из цыпленка и эстрагона на розмариновом хлебе с изюмом здесь всегда вкусен.
Подумав, что Кэрол страшно чем-то подавлена, Эми коснулась ее руки.
– Ты в порядке? – спросила она. Кэрол покачала головой:
– Нет, но сегодня Сьюзан больше нуждается в помощи.
– О, Господи! – спохватилась Сьюзан. – Я настолько погружена в свои проблемы, что даже не заметила твоего несчастного вида. У тебя неприятности с Мэттом?
– Об этом потом, – пообещала Кэрол.
Возле нее появился официант, и она заказала бутерброд с цыпленком.
– Принесите бутерброд с маринованной ягнятиной, пожалуйста, – сказала Эми.
С жареным луком, авокадо, помидорами и базиликом на французском батоне – это было больше, чем она обычно съедала за ленчем, но если уж она пришла к «Жюльенн», то имела полное право развернуться.
Перед Сьюзан стоял великолепный выбор.
– Стоит только прочитать здешнее меню – и возникает бешеный аппетит.
Обычно она заказывала бутерброд с цыпленком, но сегодня ей хотелось чего-нибудь нового, и она выбрала баклажаны, поджаренные с перцем, цуккини, красным луком, сыром «моззарелла» и свежим базиликом. Хотя соседние столики были заняты, каждая компания была активно увлечена своей собственной беседой, и Сьюзан не беспокоилась о том, что ее услышат.
– Я хотела бы снова выйти замуж, – с готовностью призналась она, – но не за того, с кем знакома всего неделю.
– Неделю и два дня, – напомнила ей Кэрол.
– Это правда, но ведь сейчас нет войны. Такое поспешное предложение заставляет меня сомневаться в его способности здраво мыслить. Допустим, что я ужасный человек и все такое, а он – настоящее сокровище, но что это за тип мужчин, которые предлагают женщине вступить в брак после девяти дней знакомства?
– Наверное, так поступает тот, кто влюблен, – предположила Эми. – Ты лучше нас знаешь Кейси, Кэрол. Что ты думаешь о его характере?
– А разве дело в характере? – спросила Кэрол. Сьюзан кивнула:
– Скорее всего, да. Я не могу отделаться от подозрения, что человек, который так поспешно бросается в брачные отношения, впоследствии станет избегать этих уз, причем весьма скоро.
– В этом и заключаются твои терзания? – поинтересовалась Кэрол. – Ты боишься, что пыл Кейси быстро остынет и ему захочется сбежать?
– Да, а мне хотелось бы встретить старость вместе с мужчиной, за которого я выйду замуж, – грустно объяснила Сьюзан. – Кейси привлекательный и веселый, невероятно нежный, но я чувствую, что в глубине души он напряженно, почти патетически нуждается в ком-то, и это меня пугает. Когда его первая жена бросила его, он был опустошен, и я могу расценить его услужливость, которую он проявлял на твоей вечеринке и позже, как повод включиться в нашу жизнь, зацепиться.
Кэрол тоже заказала восхитительный чай с пряностями и отпила освежающий глоток. Она снова оделась в красное, чтобы поднять настроение, но ее вариант «цветовой терапии» сработал не лучше, чем в последний раз, когда она пробовала ее.
– Мне действительно нравится Кейси, но на вечеринке в моем доме я впервые увидела его вне «Расселла», и наши характеры совершенно не совпали.
Вероятно, это в большей степени моя вина, нежели его, но, ей-Богу, очень тонкая черта отделяет человека, который на удивление услужлив, от того, кто никогда не бывает доволен действиями других. Мой горький опыт с Бобом заставил меня испугаться, что Кейси принадлежит к тому же типу.
Сьюзан откинулась назад, так как официант принес их заказ. Бутерброды были поданы со свежими фруктами на красочном, с гофрированными краями, декоративном капустном листе. Ее бутерброд выглядел совершенно очаровательно, но она засомневалась, сможет ли получить от него настоящее удовольствие.
– Кейси вовсе не склонен к критике. То есть он предлагает свои советы, не осмеивая моих достижений. Я думаю, что он слишком добродушен, чтобы таить какую-то враждебность, подобную той, которая исходила от твоего Боба. Кейси просит о любви, не пытаясь кого-либо унизить.
Прежде чем высказаться, Эми дожевала кусочек своего невероятно вкусного бутерброда.
– Говорят, что, Когда лошадь попытались сделать коллективными усилиями, получился верблюд, и у меня сейчас такое чувство, что это не тот вопрос, который может быть решен путем совместных усилий. Мы собрались обсуждать Кейси, а я совершенно не знаю его ни с какой стороны, но ведь все дело только в том, любишь ли ты его, Сьюзан, или нет. Ты не должна позволять нашим чувствам влиять на твое решение в таком важном вопросе. В конце концов, тебе с ним жить, а не нам.
– Ах да, чувства, – согласилась Кэрол. – К сожалению, чувства меняются, и иногда за одну ночь.
Сьюзан и Эми обменялись тревожными взглядами.
– Ты ничего не хочешь рассказать нам? – решилась Сьюзан.
– Да нечего рассказывать, – соврала Кэрол. Оттого, что она в первый раз пыталась что-то скрыть от своих дорогих подруг, ее охватило острое ощущение вины. Это было слишком личное и слишком болезненное чувство, чтобы делиться им. Она ограничилась только слабым намеком на свою размолвку с Мэттом и опустила все, что касалось его замечательной доблести в постели.
– Мэтт думает, что мы слишком разные люди, чтобы у нас что-нибудь получилось, вот и все.
Кэрол пристально рассматривала свой бутерброд, не осмеливаясь взглянуть на подруг, но ей не удалось их провести.
– Звучит так, словно ты не согласна с ним, – сказала Эми.
– Абсолютно, но Мэтт невыносимо упрям. Ужасно жаль, что он так чертовски хорош. – Она вытерла губы и, решив взять остаток ленча домой, отставила тарелку в сторону. – А теперь расскажи нам, как закончился твой вечер с Гордоном, и потом мы вернемся к проблеме Сьюзан.
– Нет, – возразила Эми. – В первую очередь мы должны помочь Сьюзан. Честно говоря, после брака с Биллом Данхэмом я не чувствую себя способной давать советы насчет замужества. Это была одна из величайших ошибок века.
– Это слегка напоминает крушение «Эксона Вальдеса», – сказала Кэрол с оттенком присущего ей юмора. – К тому же ты покончила с ним прежде, чем успела о чем-то реально пожалеть, кроме, конечно, твоей гордости.
– И моего доверия, – подумала вслух Эми. Она снова повернулась к Сьюзан: – Ты сообщила Патрисии о Кейси?
Сьюзан только что откусила от бутерброда и при упоминании о дочери чуть не подавилась.
– О, Господи! – пробормотала она, придя в себя. – У меня не было времени даже подумать о ней, не то что позвонить и поговорить. Когда вернусь домой, сразу позвоню. Но что мне сказать ей, чтобы это прозвучало здраво?
Эми промокнула салфеткой губы:
– Ты просто скажешь ей, что встретила мужчину, который хочет жениться на тебе. Он яркий, привлекательный, занят на ответственной работе. Он также способен весьма недурно работать кулаками.
– Этот последний пункт должен произвести на нее впечатление, – согласилась Сьюзан. – Ну почему случилось так, что швы пришлось накладывать Кейси, а не Джеку Шанку? Бедный Кейси не заслуживает такого несчастья.
Кэрол дотронулась до руки Сьюзан:
– Уже второй раз ты называешь его так, и я тоже начинаю думать о нем как о «бедном Кейси». Не думаю, что это привлекательное прозвище для мужа.
Сьюзан незамедлительно согласилась:
– Нет, конечно. Боюсь, что любовь и жалость – чувства взаимоисключающие. – Ее аппетит пропал, и она тоже отставила тарелку. – Спасибо, вы действительно помогли мне сделать выбор.
– Мы помогли? – спросила Эми.
– Да, совершенно верно. Кейси – чудесный человек во многих отношениях, но эта жалостливая черточка вынуждает меня отказать ему.
– Но ведь вы знакомы всего девять дней, – напомнила ей Эми. – И его так сильно избили, что в итоге он попал в травматологическое отделение. Дай ему время на поправку. После такой передряги любой будет выглядеть жалко. – Затем ее вдруг осенило, и она продолжила: – Ты приводила нам статистику о совместном проживании.
– Да, оно вовсе не сулит успеха в браке, и я против этого. Я и Кейси об этом сказала. Думаю, что потому-то он и предложил мне выйти за него.
– Прекрасно. Почему бы тебе не привести другую статистику, доказывающую, что люди, знающие друг друга недостаточно долгое время, также разводятся чаще? Ты должна настоять на шести месяцах, или годе, или каком тебе угодно сроке; по прошествии этого времени ты сможешь опять рассмотреть перспективу замужества, и, поскольку твои аргументы будут основаны на статистике, а не на простой прихоти, это не ранит его чувства.
Сьюзан слегка нахмурилась:
– Это разумное предложение, и хотя как ученый я против использования статистики в этических вопросах, но, возможно, мне удастся отыскать какой-нибудь труд о том, как продолжительность знакомства отражается на браке. Этого должно быть достаточно, чтобы произвести на него впечатление.
Кэрол вновь вспомнила о разговоре, который состоялся у них с Мэттом в воскресенье. У нее возникло подозрение, что он утаил что-то важное, и она не смогла согласиться с планом Эми:
– Правда всегда лучше всего, Сьюз. Скажи Кейси, что он тебе очень нравится, но ты хотела бы узнать его гораздо лучше, прежде чем рассматривать перспективу замужества. Насколько я знаю Кейси, его не так-то легко обескуражить.
– А что если бы Мэтт сделал тебе предложение? Что бы ты ответила?
– У нас слишком разные ситуации, – напомнила ей Кэрол. – Я познакомилась с ним тогда же, когда вы встретились с Кейси, но мы лишь недолго общались в среду вечером и затем в субботу, а ты провела с Кейси много времени.
– Не увиливай от моего вопроса, – рассердилась Сьюзан. – Ты сказала, что он великолепен, так что бы ты ответила, если бы в субботу он безумно в тебя влюбился и сделал бы тебе предложение?
Кэрол не позволила себе даже представить такую отдаленную, хоть и безумно волнующую возможность.
– Я сомневаюсь, что водопроводчики так импульсивны. А на сегодняшний момент я скорее выиграю в лотерею десять миллионов, чем увижу его снова. Теперь твоя очередь, Эми. Расскажи, что произошло у вас с Гордоном.
Расстроенная уклончивостью Кэрол, Сьюзан откинулась на спинку стула, в то время как Эми начала ерзать на сиденье.
– У нас произошло нечто непонятное: то ли нелепое недоразумение, то ли блестящее разоблачение. По крайней мере, мне рано делать выводы, что это было.
– Интригующая альтернатива, – заметила Кэрол. – Итак, на нашем общем счету один верный нокаут, одно предложение, которое в бридже можно было бы считать большим шлемом, и одна – что? – безвыигрышная подача. Любовь – такая очаровательная игра, не правда ли? Чертовски стыдно, что никто никогда не был способен составить удовлетворительный свод правил этой игры.
Сарказм Кэрол не укрылся от Сьюзан и Эми, но обе они были слишком поглощены своими собственными переживаниями по поводу того, как разобраться с мужчинами, чтобы заметить, как велико ее отчаяние.


Дэн Тренерри развернул свой бутерброд. Салат из тунца, обнаружил он с улыбкой, одно из его любимых кушаний. Его жена готовила лучший тунцовый салат, который он когда-либо ел. Она всегда брала пшеничный хлеб из непросеянной муки и использовала побеги люцерны вместо сельдерея. Он открыл охлажденную банку содовой.
– Ты не собираешься сделать перерыв и перекусить? – спросил он у отца.
Мэтт занимался загрузкой фургона и лишь покачал головой.
Дэн уселся на солнышке на один из пустых ящиков позади их магазина. Съев половину бутерброда, он попытался вызвать отца на разговор:
– Даже если ты не голоден, то хотя бы составь мне компанию. Ты уже рассказал, как получил синяк под глазом, но не сказал, как у вас все вышло с Кэрол. Когда ты собираешься снова встретиться с ней?
– Никогда!
– Даже если будешь выглядеть так, как в субботу? Она сама захотела увидеться с тобой.
Мэтт взмахнул гаечным ключом:
– Не имеет значения, что захочет Кэрол. В счет идет только то, что хочу я, а я порвал с ней.
Дэн унаследовал темные кудри отца и карие глаза матери. В последние четыре года он делал все, что только приходило ему в голову, чтобы вновь пробудить у отца интерес к женщинам, даже нанимал девушку из службы знакомств и приводил ее прямо к отцовскому порогу. Когда он в первый раз услышал о вечере встречи, то разволновался даже сильнее, чем отец, и вовсе не собирался позволить ему бросить все это так просто.
– Прошло четыре года, папа. Маме не захотелось бы видеть тебя таким неприкаянным. Ты сказал, что Кэрол красивая. Если она работает в «Расселле», значит, модно одевается. Чего же еще тебе надо?
– Немного покоя и тишины.
Дэн не обратил внимания на этот намек и продолжал свои поползновения:
– Нет, это важная проблема. Ты провел чертовски много времени в одиночестве с тех пор, как умерла мама.
Вдруг его осенила ужасная догадка, и он отложил свой бутерброд в сторону. Когда ему было девять лет, отец говорил с ним о птичках и пчелках. Больше они о сексе не говорили, пока Дэну не миновало двенадцать, и тогда предметом рассмотрения был уже не механизм, а ответственность.
Но что значит быть настоящим мужчиной, он усвоил не из этих довольно неловких разговоров, а из повседневного наблюдения за тем, с какой заботой отец относился к матери. Его родители были чудесной парой, и Дэн нашел только одну причину, по которой его отец отказывается от отношений с другой женщиной. Хотя дискуссия на эту тему обещала быть дьявольски трудной, он чувствовал, что должен начать ее.
Он встал, подошел к фургону и понизил голос до доверительного шепота:
– Пала, я знаю, что у людей постарше бывают опасения… Я не знаю, как бы поделикатнее об этом сказать, но иногда эти опасения оправдываются. Ты понимаешь, что я имею в виду. Если это тот случай, то у врачей сейчас появилось множество новых способов лечения. Почему бы тебе не сходить на прием и не получить помощь?
Более раздосадованный, нежели обрадованный тем, что его сын внезапно заинтересовался его здоровьем, Мэтт отступил назад:
– Черт возьми, о чем ты говоришь?
Дэн оглянулся, чтобы убедиться, что, кроме них, на стоянке никого нет.
– Ну, способность удовлетворить женщину, – выдавил он.
Мэтт сначала был шокирован тем, что Дэн решил дать ему совет по борьбе с импотенцией, когда это была последняя из его проблем, но потом рассмеялся. Он смеялся так сильно, что ему пришлось сесть на ящик рядом с сыном и отдышаться.
– С моим персональным водопроводом нет никаких чертовых неполадок, Дэн. Господи, мне только пятьдесят четыре.
Он снова начал посмеиваться, когда вспомнил ночь, проведенную с Кэрол. Вероятно, он поставил своего рода рекорд в своей возрастной категории, но они с Кэрол были слишком заняты, чтобы вести подсчет.
Все утро Мэтт ходил мрачный, но теперь Дэн заметил на его лице слабую улыбку очень довольного человека. Пораженный догадкой, что проблема гораздо серьезнее той, которую его отец все-таки мог бы признать, он пересмотрел свою точку зрения.
– Если эта улыбка означает то, что я думаю, то, отказавшись от этой женщины, ты поступаешь как дурак, а я знаю, что ты не дурак.
Мэтт был неспособен воспринять этот совет и, помрачнев, поднялся на ноги.
– Тебя не беспокоит, что я был с другой женщиной после твоей матери? – спросил он.
– Черт возьми! Конечно, нет! – хлопнул его по спине Дэн. – Поздравляю! Я бы сказал, что уже хватит, и мама тоже. Она ни за что не захотела бы, чтобы ты жил, как благочестивый монах, который отказывается искушать свою плоть, общаясь с женщинами.
– Да, я знаю, – ответил Мэтт. – Просто Кэрол не та женщина.
– Почему?
– Я послал за фотографиями с вечеринки. Подожди, пока не увидишь ее. Она миниатюрная и такая же прекрасная, как кукла Барби. В ней все безупречно. Она настоящая классическая леди. Водит «БМВ», а у меня всего лишь фургон.
Дэн вернулся к своему бутерброду.
– Ты так стараешься уговорить самого себя, верно? Я и не думал, что у тебя есть предубеждение против хорошеньких женщин за рулем «БМВ». Наши дела идут очень хорошо, папа. Я уверен, что ты в состоянии соответствовать ее вкусам, какими бы дорогими они ни были, и вообще, я сомневаюсь, что она интересуется тобой из-за денег.
Мэтт поддал ногой камешек:
– Нет, она даже не знает, что у меня кое-что есть.
– По-моему, мы с тобой ходим вокруг да около, папа. Вы с мамой были счастливы. Вы провели вместе много прекрасных лет, прежде чем она заболела. Неужели ты не хочешь снова пережить эту радость?
– Конечно, хочу, но, – тут его голос понизился до шепота, – твоя мама умерла.
Дэн уставился на него:
– Так вот что тебя останавливает? Ты чувствуешь себя виноватым, потому что жив и доволен собой, а ее больше нет?
Когда его отец двинулся прочь, снова устанавливая между ними стену молчания, которой он так часто отгораживался, у Дэна возникло искушение толкнуть его обратно на ящик.
– Ты заслуживаешь хорошего пинка под зад! – выкрикнул он вместо этого. – Почему же ты не прыгнул в мамину могилу?
Мэтт оглянулся через плечо:
– Ее кремировали, Дэн.
– О, Господи, я знаю, что могилы не было! – снова крикнул Дэн. – Я вовсе не об этом!
Сунув в рот остатки бутерброда, он яростно дожевал их, глядя вслед отцу. Они были одинакового роста и телосложения и могли бы носить одежду друг друга, если бы хотели, но на этом сходство между ними и заканчивалось.
Дэн понял, в чем беда отца. Он тоже продолжал тосковать по своей матери и всегда будет скучать, но будь он проклят, если снова позволит отцу погрузиться в могильный холод одиночества. Возможно, Кэрол действительно не та женщина, которая способна вырвать отца из установленного им самим замкнутого, круга отшельничества, но ведь может появиться и другая.
«Я должен наблюдать, что он предпримет дальше», – пообещал себе Дэн, надеясь, что фотографии с вечеринки прибудут скоро, потому что его страшно заинтересовала Кэрол. Он не мог понять, почему такой «безупречной» женщине не удалось пробить брешь в броне, которой его отец окружил свое сердце.


Сьюзан обнаружила Кейси сидящим на столе. Она одолжила ему ярко-желтые спортивные брюки, и он провел все утро на солнце с обнаженной грудью, просматривая ее журналы. Когда она вошла и наклонилась, чтобы запечатлеть на его щеке легкий поцелуй, он протянул ей открытку из «Идеального супружества». Он нацарапал в блокноте вопрос по этому поводу, и по обвиняющему выражению его глаз было понятно, что он не просто любопытствует, а ревнует.
Пространство стола было достаточно обширным, чтобы служить скамьей, и Сьюзан, усевшись напротив Кейси, постаралась не кричать слишком громко, чтобы не услышали соседи, оставшиеся дома в этот час:
– У тебя вошло в привычку читать почту, адресованную твоим подругам?
Кейси отрицательно покачал головой, затем нарисовал еще один знак вопроса в своем блокноте, которым был вынужден пользоваться для переговоров.
По-прежнему пытаясь сдерживать раздражение, Сьюзан отвернулась. Она допускала, что Кейси услышал, как почтальон сунул почту в дверную щель, и, будучи по природе таким услужливым дураком, подобрал ее и принес на кухонный стол. Тут он заметил открытку. Факт того, что он увидел ее, еще не означал, что он рылся в ее почте в поисках писем от других мужчин. Но все-таки открытка была протянута ей чересчур поспешно.
Трудно было поверить, что последний час она провела, обсуждая возможность брака с мужчиной, которого знала так мало, что была не в состоянии понять, способен ли он читать ее письма или нет. Конечно, речь шла всего лишь об отпечатанной открытке с уведомлением, что кто-то хочет встретиться с ней, а не о страстном любовном послании, которое он вскрыл, но все-таки ей было неприятно.
А что если бы они поменялись местами, спросила себя Сьюзан, и это она наткнулась бы на открытку из «Идеального супружества», адресованную Кейси? Она оглядела его. Он надел сломанные очки для чтения, но снял их, когда появилась Сьюзан. Его светло-голубые глаза блестели, но она не думала, что он хорошо видит ее без очков. Впрочем, дело было не в его взгляде, а в ее праве на неприкосновенность частной жизни.
– Несколько месяцев назад я обратилась в «Идеальное супружество», потому что хотела познакомиться с кем-нибудь особенным, таким же особенным, как ты. Я встречалась с несколькими привлекательными мужчинами, но ни с кем из них не виделась больше чем пару раз. У меня нет ни малейшего представления, кто этот конкретный джентльмен, а поскольку мне уже выпало счастье, я отклоню его предложение и откажусь от членства в клубе. – Она кинула открытку на стопку журналов рядом с его стулом. – Ты и вправду думаешь, что я хочу встречаться с кем-то еще?
Кейси написал: «Надеюсь, что нет».
Сьюзан поднялась и встала на колени возле него:
– В состоянии ли ты ехать домой?
Кейси криво нацарапал: «Ты сердишься на меня?»
Сьюзан дотронулась до его руки:
– Конечно, сержусь, и на это есть две причины. Первая: я способна понять, что ты мог заметить открытку среди другой корреспонденции, но у тебя нет никакого права спрашивать меня о ней. Я не стала бы рыться в твоих письмах и тем более читать их, а тебе следует точно так же уважать мою личную жизнь. Это понятно?
Кейси кивнул.
– Хорошо. Теперь вторая причина. Твой опыт с первой женой сделал тебя ужасно неуверенным, но это твоя проблема и решай ее сам.
Кейси на мгновение поник головой, а затем написал: «Если я поеду домой, то не смогу говорить с тобой».
Ответы Кейси были довольно предсказуемыми, и Сьюзан совсем не удивилась, но он был так опасно зависим от нее, что не только ради своего душевного спокойствия, но и для его собственного она не стала каким бы то ни было образом подбадривать его.
– Да, я знаю. Я тоже буду очень скучать по тебе, но мы расстанемся всего на несколько дней. Ты в состоянии сесть за руль, или мне отвезти тебя?
Кейси нарисовал грустное лицо и подписал: «Ты бросаешь инвалида?»
– Ты не инвалид, Кейси О'Нил. Ты сильный, находчивый мужчина, который полностью способен позаботиться о себе сам.
«Когда?» – написал Кейси. Сьюзан пылко сжала его руку:
– Почему бы тебе не прийти ко мне на обед в субботу?
Кейси перевернул страницу и большими печатными буквами написал: «СУББОТА! Я умру без твоей заботы!»
Сьюзан встала и уперла руки в бедра:
– Ты сорок шесть лет прожил без меня, Кейси, так что не умрешь и за эти четыре дня.
«До субботы пять дней», – написал Кейси.
– Ты еще не сосчитал сегодняшний день, – съязвила Сьюзан. – А теперь хватит трепаться.
Кейси стало ясно, что деваться некуда, и он пожалел, что не обладает даром художника, иначе его записки были бы более выразительными. Он изобразил широкими штрихами: «Ты не чувствуешь хоть немного жалости ко мне?»
– Нет! Ты проявил чудеса храбрости, защищая Мэтта и совершенно не заботясь о своей безопасности. Я горжусь тобой и не думаю, что ты достоин жалости. Теперь отправляйся домой, а то я начну брать с тебя арендную плату.
Кейси нарисовал улыбающееся лицо и написал: «Я готов заплатить!»
– Давай поворачивайся!
Сьюзан посторонилась, чтобы дать ему дорогу, но, едва поднявшись, он заключил ее в бурные объятия. Она обвила его руками и скользнула ладонями по его голой спине. Закрыв глаза, она подумала, что Кейси определенно чувствует себя хорошо, и это был огромный плюс в его пользу. Она наслаждалась теплом его тела, пока не высвободилась из его рук.
– Увидимся в субботу вечером, – сказала она ему. – Позвони мне раньше, если тебе не будет слишком трудно говорить. А еще лучше напиши мне письмо.
Кейси вздернул брови.
– Вот именно! Напиши любовное письмо. Я не получала их тридцать лет.
Кейси слегка нахмурился, выражая тем самым мысль, что ее последнее замечание вызывает у него сожаление. Кивнув, он открыл новую страничку и нарисовал большое сердце, а в нем – свои инициалы, затем вырвал листок из блокнота и протянул его ей.
– Да, я знала, что ты способен на это. Сьюзан в последний раз поцеловала его в щеку и удалилась в кухню, чтобы просмотреть оставшуюся почту, пока он собирается. Она проводила его до машины и помахала на прощание, но не прошло и пятнадцати минут после его отъезда, как она начала скучать по нему. Она не ожидала, что испытает эту светлую грусть.
– Наверное, надо было позвать его на обед в пятницу, – подумала она вслух, но затем решила, что разлука до субботы пойдет им обоим на пользу.
Сьюзан была достаточно умна, чтобы не пытаться готовить для Кейси. Она закажет креветки с грецкими орехами на меду в «Панда Инн» и, может быть, еще какие-нибудь их особые блюда. Да, она подаст такую восхитительную еду, что уже будет неважно, каким образом она скажет, что слишком рано думать о браке: он все равно согласится с ней.
Вернувшись в банк после ленча, Эми ответила на несколько звонков, прежде чем решила в привычной деловой манере набрать номер Лаборатории реактивного движения.
– Простите, могу ли я поговорить с Гордоном Эшбахом? – спросила она.
Затаив дыхание, она со страхом ждала, что ее попросят повторить имя или тут же ответят, что такой человек в ЛРД не работает. Вместо этого оказалось, что ее звонок попал в точку:
– Офис доктора Эшбаха, у телефона мисс Рейни. Незамедлительный ответ внезапно заставил Эмми понять, как слабо она верила в то, что Гордон окажется там. Стыдясь за себя, она пролепетала:
– Извините, мисс Рейни, я перезвоню. Я поговорю с Гордоном позже.
– Он сейчас находится здесь.
– Спасибо, но нет, не сейчас.
Эми положила трубку и, чувствуя себя чрезвычайно глупо, подошла к окну. Ее офис был недавно заново отделан в холодных голубых тонах с вкраплениями терракоты. Обстановка чудесным образом успокаивала, но сейчас Эми предпочла отвлечься на пеструю суматоху уличных красок.
Вероятность того, что человек, живущий на Хилл-крест-авеню и работающий в Лаборатории реактивного движения, может оказаться мошенником, была крайне ничтожной. В таком случае она и Гордон просто по недоразумению не поняли друг друга в субботу, и, считая это в большей степени своей ошибкой, нежели его, Эми почувствовала, что должна взять на себя исправление положения. Теперь ей захотелось узнать, так ли молода и привлекательна мисс Рейни, как ее голос.
– Он сейчас находится здесь, – тихо повторила она.
Что ж, у нее в машине лежит рубашка Гордона, и Эми может по пути домой забросить ее к нему с кратким письменным извинением. Она вернулась к столу и продолжала просмотр заявок на оплату, но ее глаза слишком часто устремлялись к часам.
Хиллкрест-авеню пересекала Оук Нолл прямо за отелем «Риц Карлтон». Улица расширялась к востоку изящным изгибом и затем делала петлю обратно на Оук Нолл. Находящееся на границе Сан-Марино и Пасадины, это место изобиловало красивыми домами. Продвигаясь вперед с адресом Гордона в руке, Эми сгорала от любопытства, какой же из этих домов принадлежит ему, к все-таки она была ошеломлена, наконец увидев его.
За несколько лет до первой мировой войны братья Чарльз и Генри Грин, исключительно одаренные архитекторы, построили в Пасадине несколько шедевров в стиле «модерн». Когда Эми обнаружила одно из них по адресу Гордона, она устремила свою машину к обочине. Расположенный в прекрасном месте, великолепно отделанный гонтом дом красовался парадными дверями со стеклами от «Тиффани», и Эми предположила, что и все остальные детали этого чудесного здания также изысканны.
Очарованная замечательным домом, она в нерешительности сидела в машине, соображая, отдать ли ей рубашку или сразу уехать. Но в этот момент Гордон подрулил сзади на своем «мерседесе» и тут же направился к ней. Эми отчаянно боялась, что он все еще слишком сердит на нее, чтобы выслушать ее извинения, как бы тактично они ни были сформулированы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману В плену желаний - Конн Фиби



Не тратьте время. роман сам по себе неплох, но переводчик совершенно убил его.
В плену желаний - Конн ФибиTatiana
29.02.2016, 3.30








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100