Читать онлайн Шансы Том 1, автора - Коллинз Джеки, Раздел - ДЖИНО. 1921 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шансы Том 1 - Коллинз Джеки бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.11 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шансы Том 1 - Коллинз Джеки - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шансы Том 1 - Коллинз Джеки - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коллинз Джеки

Шансы Том 1

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ДЖИНО. 1921

Не нужно!
— Почему?
— Ты знаешь почему.
— А ты сказки еще раз.
— Джино, нет. Ты слышишь — нет.
— Но тебе же понравится.
— Нет, нет. О, Джино! О-о!
И так каждый раз. Нет, Джино. Не делай этого, Джино. Не нужно туда, Джино. И каждый раз все это заканчивалось одним и тем же. Как только рука его находила волшебную кнопку, они прекращали бормотать заклинания, ноги раздвигались, и он без всякого труда вместо пальца вкладывал свой напряженный великолепный член.
Его прозвали Жеребец Джино — и заслуженно, потому что в своем квартале он перетрахал гораздо больше своих подружек, чем любой его сверстник. Не так уж и плохо для пятнадцатилетнего мальчишки.
Джино Сантанджело. Симпатичный паренек. Живет он уже в двенадцатой по счету приемной семье и с нетерпением ожидает момента, когда можно будет свалить и из нее. Он приехал в Нью-Йорк трехлетним, еще в 1909 году. Родители — молодая итальянская пара — прослышали о том, как нетрудно в Америке отыскать свое счастье, и решили рискнуть. Миловидная восемнадцатилетняя Мира и ее муж Паоло — ему только исполнилось двадцать, и он был полон наивного энтузиазма, готовый ко всему, что в состоянии будет предложить ему Америка.
Найти работу оказалось не так-то просто. Мира устроилась на швейную фабрику. Паоло брался за все, что попадалось под руку, нимало не смущаясь тем, что иногда приходилось преступать закон.
Джино не доставлял никаких особых хлопот тем женщинам, что присматривали за ним, пока родители были на работе. Каждый день ровно в половине шестого приходила мать и забирала его домой. Этого момента Джино ждал с самого утра.
Однажды, когда ему уже исполнилось пять, Мира не пришла. Женщина, у которой он в это время находился, становилась все более и более раздражительной.
— Ну, где же твоя мамочка, а? А?! — кричала она.
Как будто он мог знать. Едва сдерживая слезы, он терпеливо ждал.
В семь часов появился отец — усталый и исхудавший, с бледным постаревшим лицом.
Женщина была уже просто в ярости.
— Вы должны заплатить мне за это время, слышите? Мальчишке следовало уйти в половине шестого, не позже!
Последовал ожесточенный спор. Выслушав поток оскорблений, отец заплатил-таки деньги. Так в свои пять лет Джино понял, что его отец не из породы победителей.
— А где мама? — спросил он его.
— Не знаю, — пробормотал Паоло, усаживая сына на плечи и направляясь к комнатушке, которая служила им домом. Накормив ребенка, он уложил его в постель.
Царившая в комнате темнота не принесла успокоения. Джино очень хотелось к мамочке, но он знал, что мужчина не должен плакать. Если он сдержит слезы, то мама обязательно придет. Если нет…
Мирид так и не пришла. Исчез и управляющий фабрики, пожилой уже человек, отец троих дочерей. Когда Джино вошел в возраст, он по очереди, одну за другой, попробовал их, после чего стал трахать их регулярно, пытаясь этим единственным, в его представлении, образом восстановить справедливость. Однако удовлетворения такая месть не приносила.
С уходом Миры жизнь изменилась. Паоло все более ожесточался, привыкая срывать накапливавшуюся злость на Джино. К семи годам мальчик уже пять раз попадал в больницу, но упрямый характер не позволял ему жаловаться. Он научился прятаться от Паоло, когда видел, что тот вот-вот набросится на него с побоями. Поскольку другого ребенка под рукой не оказывалось, Паоло стал поколачивать своих многочисленных подружек. В конце концов это привело Паоло за решетку, а Джино впервые обрел приемных родителей. Очень скоро он понял, что прежняя жизнь с отцом была по сравнению с теперешней просто раем.
Паоло пришел к выводу, что, играя в кошки-мышки с законом, можно получать
неплохие деньги, поэтому перестал брезговать даже самыми сомнительными заработками. В тюремной камере он чувствовал себя уже как дома;
Джино же все больше времени проводил в чужих семьях.
Когда же Паоло оказывался на свободе, его мало что интересовало так, как женщины. Всех их он звал «сучками».
— Им нужно только одно — перепихнуться, — объяснял он сыну. — Да на другое они и не годятся.
Иногда случалось так, что Джино оказывался невольным свидетелем его любовных утех. Зрелище внушало ему отвращение и в то же время будоражило. В одиннадцать лет Джино решил попробовать сам — со старой проституткой, почти развалиной, которая вырвала у него из пальцев двадцать центов, а потом принялась бормотать какие-то проклятья.
Окруженный с восхищением наблюдавшими за происходящим приятелями Джино слез с нее и пожал плечами.
— А не так уж и плохо, — заявил он. — Теперь не так чешется.
— Давай еще, сынок, — позвала его развалина.
И в одиннадцать лет с мужскими достоинствами у Джино вес было в порядке.
В пятнадцать он уже знал все, чему его могла научить улица, — красивый мальчишка и не из болтливых. Герой местной детворы. Время от времени к нему обращались и парни постарше, чтобы поручить какое-нибудь дело. Девушки были от него без ума.
Люди взрослые посматривали на Джино с недоверием: пятнадцатилетний подросток с холодными глазами мужчины. Что-то в его облике, несмотря на постоянную готовность улыбнуться, настораживало и пугало.
Он был не особенно высоким — пяти футов шести дюймов и это весьма беспокоило его, заставляя без устали работать над своим телом: бег, бейсбол, приседания, отжимания, подтягивание на перекладине.
Еще ему не нравились собственные волосы — черные и волнистые. Чтобы распрямить их, Джино прибегал к помощи различных кремов и помад. Зато темная, смуглая кожа лица дарила ему неоспоримое преимущество — в отличие от сверстников, он избежал прыщей. Собственно говоря, Джино нельзя было назвать красивым: нос слишком велик, губы чересчур мясисты, но какая замечательная у него улыбка, какие чудесные зубы!
Два этих фактора срабатывали безотказно.
У Джино Сантанджело был свой стиль.
— Джино, нет!
— А, оставь, Сьюзи. Дай-ка я положу его рядом, просто рядом. Внутрь не буду, клянусь тебе!
— Но, Джино…
— Вот. Я же говорил тебе. Что, плохо?
— М-м, по-моему… Но только не двигайся, пообещай мне, что не будешь двигаться.
— Конечно, не буду. Просто я хочу быть поближе к тебе, вот и все.
Нежными, неторопливыми движениями он начал проникать вглубь.
— Что ты делаешь?! — вскричала Сьюзи.
— Устраиваюсь поудобнее, — объяснил он, кладя руку ей между ног, нащупывая магическую кнопочку. Сьюзи легонько выдохнула. Нашел.
— Тебе хорошо? — заботливо поинтересовался Джино.
— О да, Джино. Да.
Значит, все готово. Нет проблем. Не отрывая пальцев от найденной точки, он принялся ритмично работать бедрами.
Сьюзи не возражала. Он знал, как доставить девушке удовольствие. Волшебную точку его научила находить четвертая по счету приемная мать, тогда ему было всего двенадцать. За этот урок он преисполнился к ней вечной благодарности. Это делало его на голову выше других парней, считавших, что в сексе самое главное — побыстрее засунуть. Джино же знал, что куда важнее сделать так, чтобы женщине самой этого хотелось — чтобы она умоляла об этом. Своим секретом он ни с кем из друзей не делился, и им оставалось лишь испытывать вечную зависть от того успеха, который выпадал на его долю.
Сьюзи возбуждалась все больше, тело ее дрожало, рот жадно хватал воздух. Джино увеличил темп.
Боже, какое наслаждение дарило ему ее лоно.
Боже, хотел бы он посмотреть на девчонку, которая сказала бы «нет».
— О-о, Джино!
Он кончил. Вытащил член, поднялся, надел брюки.
— Не стоило нам этого делать, — грустно проговорила Сьюзи.
Но на щеках ее горел румянец удовольствия, маленькие твердые груди воинственно торчали.
— Почему нет? Тебе же было хорошо, ведь так? Она негромко рассмеялась в знак согласия. Джино уже полностью оделся, ему не терпелось выйти из этого пустующего гаража, где было холодно и мрачно.
— Мне нужно встретиться с друзьями, — бросил он ей.
— Я тебя еще увижу?
— Ну, я же все время где-нибудь неподалеку.
Сьюзи направилась в одну сторону, Джино — руки засунуты глубоко в карманы брюк — бодрой походкой в другую.
Приятели уже ждали его — группка потерянной для общества молодежи, сшивающаяся возле полуразрушенного здания, где когда-то располагалась аптека. Среди парней Джино увидел своего лучшего друга Катто. Вместе с отцом тот занимался уборкой помоек, так что ему никогда не удавалось до конца избавиться от присущего этому занятию специфического запаха. «Моей вины тут нет», — с независимым видом пожимал плечами Катто. Ванны у них в доме не было, а чтобы попасть в баню на Сто девятой улице, требовалось отстоять по крайней мере двухчасовую очередь. Дальше надежды завести себе девушку, у которой была бы своя ванная комната, амбиции Катто не устремлялись.
Его другого приятеля, Кассари, прозвали Розовым Бананом. Высокого роста парень, любивший похвастать своей штукой, действительно напоминавшей крупный розовый банан.
— Засадил? — поинтересовался Банан.
— Нет, меня отшили, — усмехнулся в ответ Джино.
— Трепло, — пробормотал Катто.
Уж они-то хорошо знали, что Джино и дня не может прожить без того, чтобы не потрудиться своим тараном над какой-нибудь девчонкой.
— Так чем же мы займемся вечером? — обратился к ним с вопросом Джино.
Парни заговорили между собой, предлагая то одно, то другое, затем, повернувшись к своему кумиру, выдали обычное:
— Как скажешь.
— Я скажу, что нам нужно развлечься.
Близился вечер пятницы, Джино только что выполнил свой долг и чувствовал себя превосходно. И совершенно не важно, что в кармане у него всего десять центов, что подошвы ботинок протерты до дыр, что люди, у которых он вынужден жить, и вида его не выносят. Ему хотелось развлечений. И он имел на них право, разве нет?
Не спеша они направились в сторону центра, напоминая со стороны сбившихся в стаю крыс. Возглавлял компанию Джино. Он по-хозяйски вышагивал впереди, чуть раскачиваясь при ходьбе из стороны в сторону. Ввосьмером они заполнили всю ширину тротуара, свистом и выкриками привлекая к себе внимание проходящих мимо девушек.
— Эй, красавица, не хочешь познакомиться с моим красавцем?
— Ого, милашка, а ведь меня могут посадить за то, о чем я сейчас думаю!
Джино первым заметил машину: длинное, изящное белое чудо, брошенное на стоянке — он едва верил глазам — с ключами! Потребовалось всего несколько секунд на то, чтобы кое-как забиться в автомобиль, и сидевший, естественно, за рулем Джино резко снял машину с места. Бросив школу, весь последний месяц он проработал автомехаником и кос в чем уже научился разбираться. Внезапно он понял, что умение править пришло к нему само по себе, и, запнувшись пару раз при переключении скоростей, дорогу до Кони-Айленда он проделал без каких-либо затруднений.
Эспланада оказалась пустынной, со стороны моря дул пронизывающий ледяной ветер. Но это никого не волновало. С воплями и хохотом они бежали вдоль пляжа, швыряя друг в друга песком.
Для патрульного полицейского, терпеливо дожидавшегося возле угнанного автомобиля с револьвером в руке, они представляли собой добычу легкую и бесхитростную.
Так Джино впервые в жизни влип в неприятности с полицией. Поскольку за рулем сидел он — и он с готовностью признал это сразу же, — основная тяжесть ответственности падала именно на его плечи. Ему дали год, который он должен был провести в нью-йоркском приюте для мальчиков, довольно суровом заведении в Бронксе, куда направляли сирот и впервые преступивших закон малолеток.
До этого Джино еще ни разу но приходилось сидеть взаперти. С первых же минут пребывания там он ужаснулся ощущению полной отрезанности от мира. Заправлявшие воспитательным процессом монахи были лишены всяких сантиментов. Дневная деятельность полностью подчинена строжайшей дисциплине, зато по ночам некоторые из братьев готовы были стать с мальчиками нежными и ласковыми. Джино испытывал отвращение. Выбора у его товарищей никакого не было.
Работу, на какую его определили в портняжной мастерской, он ненавидел. Командовал в мастерской брат Филипп, не расстававшийся с тонким стальным прутом, и горе мальчишке, если тот отлынивал от порученного дела. Когда очередь подвергнуться наказанию дошла до Джино, брат Филипп предложил ему недвусмысленный выбор. Джино плюнул ему в лицо. С этого момента он подвергался порке не реже чем раз в три дня.
Джино провел в приюте уже полгода, когда в один из дней прибыл новенький — щуплый маленький мальчик, которому не исполнилось еще и тринадцати, сирота. Коста — так его звали — показался брату Филиппу настолько лакомым кусочком, что он решил не тратить времени даром. Мальчишка отверг его домогательства, но кончилось дело для него плохо. Стоя в стороне, товарищи смотрели во все глаза, как их наставник поволок упирающегося Косту в кладовку, где начал вытворять с ним такое, от чего из-за двери послышались недетские крики.
Джино стоял, как и все, не в силах что-либо сделать.
Прошло полтора месяца. Коста угасал у них на глазах. Слабый и худенький еще в день своего прибытия, теперь он превратился просто в тень. Джино старался не замечать этого. Выжить в тех условиях значило думать в первую очередь о себе.
Однако когда Джино в следующий раз увидел, что брат Филипп вновь подступает к мальчишке, он почувствовал, как мышцы его напряглись. Коста пытался сопротивляться, но монах затащил-таки его в кладовую и захлопнул за собою дверь, из-за которой через мгновение донеслись стоны и вопли.
Больше терпеть Джино не смог. Схватив лежавшие на столе ножницы, он направился к двери. Раскрыл ее рывком. Коста лежал на столе — ноги со спущенными брюками и трусами свисали вниз, на его тощую задницу всем телом навалился брат Филипп. Полностью отдавшись наслаждению, этот подонок даже головы не повернул на открывшуюся дверь. Конвульсивно дернувшись, он вошел в мальчишку. От нечеловеческой боли Коста закричал.
Не отдавая себе отчета в том, что он делает, Джино бросился на монаха, вонзив ножницы ему в руку.
— Отпусти его, ты, вонючее дерьмо! Оставь его в покое!
Брат Филипп, готовый вот-вот кончить, пораженный дерзостью нападавшего, попытался оттолкнуть Джино от себя. Это было ошибкой. Джино уже не владел собой. Вместо монаха он вдруг увидел перед собой родного отца, глаза застилала какая-то темная пелена. В этот момент он ненавидел отца за все: за уход матери, за побои, за чужие семьи, в которых ему приходилось жить, за их отвратительные однокомнатные квартирки, заменившие ему дом.
С жутким воплем он поднял и опустил ножницы. Поднял и опустил. Поднял и опустил. Он продолжал наносить удары до тех пор, пока грузное тело негодяя не свалилось к его ногам. Только тогда пелена с глаз спала, и он вновь обрел возможность ясно видеть. И в том, что он перед собой увидел, не было ничего хорошего.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шансы Том 1 - Коллинз Джеки



Очень понравился Роман, читала очень давно, но недавно решила перечетать. Это одна из не многих книг которые читаешь и они запаминаются. Спасибо большое автору.
Шансы Том 1 - Коллинз ДжекиИнна
11.11.2013, 17.10





Инна,а про что роман ?(вкратце)
Шансы Том 1 - Коллинз ДжекиКэт 63
11.11.2013, 17.31





ШИКАРНЫЙ РОМАН, КАК И ВСЯ СЕРИЯ! ПЕРЕЧИТЫВАТЬ МОЖНО ТЫСЯЧУ РАЗ!
Шансы Том 1 - Коллинз ДжекиТАТЬЯНА
15.02.2015, 14.54





Мне очень понравился роман, жд у с нетерпением продолжения! Буду читать дльше. Захватывающий, волнующий.Но в переводе много ошибок. Это мешает двольствию прочтения.
Шансы Том 1 - Коллинз Джекивера
17.03.2016, 18.29








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100