Читать онлайн Игроки и любовники, автора - Коллинз Джеки, Раздел - Глава 72 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Игроки и любовники - Коллинз Джеки бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.44 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Игроки и любовники - Коллинз Джеки - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Игроки и любовники - Коллинз Джеки - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Коллинз Джеки

Игроки и любовники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 72

В воскресенье Даллас проснулась первой. Ее разбудила боль. Вся кожа горела. Какое-то мгновение она лежала спокойно, стараясь вспомнить, где находится. Она надеялась, что это кошмар. Но, к сожалению, такова реальность. Ужасная и неотвратимая. Восемь дней кошмара.
Даллас быстро вскочила и попыталась сбросить с тела гигантских муравьев. Они ползали везде. И сумели пробраться даже под одежду. От испуга девушка закричала и разбудила других. Эла и Эвана тоже покусали муравьи. Вскоре все стояли и отряхивали одежду. Эл разделся догола и вымылся в ручье. Даллас последовала его примеру.
Было еще рано, и солнце только начинало вставать. Воздух казался прохладным.
Эл дрожал в ручье и смотрел на своих товарищей по несчастью. Похожи на клоунов. Лицо Кристины покрыто ссадинами и порезами. А одежда грязная и изорванная.
Рубашка Берни пропиталась кровью. Он с потрясающей быстротой теряет вес.
Поля не отпускает лихорадка.
Кожа на лице Эвана покраснела и слезает от солнечного ожога.
И Даллас, его женщина. Ее не коснулось ничто. Она собрала роскошные волосы и закрутила их узлом на голове. Оливковая кожа загорела и стала темно-махагонового цвета. Она великолепно выглядит даже без украшений.
– Надо двигаться, – сказал Эл, выбираясь из ручья.
– Может, поедим что-нибудь, – попросил Берни хриплым голосом.
– Пройдем немного вверх по ручью, пока прохладно. Потом отдохнем и поедим. А уж затем двинемся в путь.
– А как же он? – Берни показал на Поля, скорчившегося на земле. Даллас наклонилась и потрогала его голову.
– У него опять температура, – взволнованно сказала она. Берни тяжело сел.
– Какого черта… Мы никогда из этого ада не выберемся. Кого мы обманываем? Нужно было оставаться в самолете… Нужно было…
– Заткнись, – сказал Эл с угрозой. – Прекрати ругаться и поднимайся. Нам нужно продолжать путь. И мы будем это делать, даже если мне придется нести Поля.
– Ты здесь не босс, – злобно закричал Берни. – Я могу не лизать тебе задницу и послать к черту! И сказать все, что хочу! – он истерически засмеялся. – Мы все подохнем, даже ты!
– Если ты так думаешь, Берни, двигай к самолету. Я выберусь отсюда живым. И мне не нужны попутчики, которые не верят. Хочешь уходить – пожалуйста. Мы отдадим твою долю еды.
– О… черт… я не это имел в виду… Конечно, я с вами…
Эван молча наблюдал, как спорят отец и Берни, и не мог понять, почему этот толстяк настолько глуп. Эл вытащит их отсюда. Он пообещал. Эван от всей души верил, что это правда.
– Меня тошнит, – шептала Кристина. – Эти гадости на руках… О, Эван, я схожу с ума.
Эван покровительственно потрепал ее по плечу.
– Даллас посмотрит и положит какой-нибудь крем.
Кристина протянула руку. Яйца, отложенные мухами, превратились в крошечных извивающихся червячков.
У Эвана от омерзения свело живот. Червячки жили на руках своей жизнью, проделывая дырки.
– Даллас, – голос сорвался, но Эван заставил себя не отвернуться. – Ты можешь что-нибудь сделать с руками Кристины?
Даллас тут же схватила щипцы и крем и попыталась вытащить червяков из рук девушки, а потом перевязала их обрывками материи.
Эл нетерпеливо ждал. Он понимал, что каждую минуту солнце поднимается все выше. И среди деревьев опять наступит невыносимая духота.
Наконец они собрались. Поля подняли на ноги, он что-то невнятно бормотал. Лихорадка возвратилась. С одной стороны его поддерживал Эл, с другой – Эван. Потом шли Кристина и Берни, а сзади – Даллас.
Они медленно тронулись.
Ручей сильно извивался, и иногда для того, чтобы пройти несколько ярдов, они тратили целый час.
Комары и мухи не отставали от них. Это была непрекращающаяся пытка. Их жужжание слышалось отовсюду.
На некоторое время к ним присоединилась группа обезьян, которые болтали между собой, наблюдая за людьми.
Время проходило в полудреме. Они тащились и падали. Влажность была настолько высокой, что дышать стало трудно. Но постепенно ручей становился шире, хотя сначала это было почти незаметно. И вот они уже увидели довольно широкую реку.
Как бы ни устал Эл, внутри он ликовал. Разве не об этом говорила Даллас! Если найти реку и идти по берегу, то обязательно встретятся люди.
Эл постоянно повторял это, таща за собой Поля. Эван отошел, чтобы помочь Кристине.
Люди сильно ослабли. Если они не достанут чего-нибудь съестного, то скоро не смогут идти. Сил не осталось ни у кого. Эл подумал об обезьянах, недавно сопровождавших их. Жареная обезьяна – прекрасная пища. У него есть пистолет… Как только он увидит их в следующий раз… Кроме того, здесь много птиц, лягушек и, наверное, рыбы, поскольку ручей стал очень широким. Когда они остановятся на ночевку, нужно поохотиться.
Поль застонал и чуть не упал. Эл старался подбодрить его.
– Пойдем, братик, мы обязательно дойдем до места… – успокаивал он. Но Поль не слушал. Его глаза устремились в пустоту.
Эл оглянулся. Люди с трудом шли за ним. Сколько еще он может заставить их продержаться…
Солнце нещадно палило. Растительность на берегу реки стала иной. Было полно корней, гнилых листьев, странных пальм и вечнозеленых растений. Гигантских деревьев становилось все меньше, и росли они не так густо. А поэтому солнце беспрепятственно жгло людей. Эл так же, как Даллас, быстро загорел. А вот Эван нещадно страдал. У него всю жизнь были солнечные ожоги. Он пошел в Эдну, от природы белокожую.
Эдна. Имя засело в памяти Эла. Как она все восприняла? Скорее всего, не находит себе места… Бедная корова! Эл пожалел ее. Боже, как она страдает. Наверное, газетчики сводят ее с ума. Интересно, считает ли она его погибшим? И вообще, что думают в мире? Неужели его списали как мертвеца или все еще продолжают искать? Смешно, что за восемь дней он слышал над головой лишь один самолет. Хотя они ведь не знают, что искать. Эл поднял ветку с дороги и крикнул другим, чтобы были осторожны.
– Мы можем остановиться? – задыхался Берни. Пот ручьями лился по красному лицу.
– Еще полчаса, – стараясь подбодрить, прокричал назад Эл.
Берни просто застонал в ответ. Каждый шаг казался кошмаром. Он не был уверен, что сможет идти дальше. Сердце лихорадочно билось, во рту пересохло. Он начинал думать, что смерть лучше, чем такое. Просто лечь и умереть… Безболезненно… Словно заснуть…
Эл понимал, что идти дальше невозможно. Он тащил Поля, и силы уходили очень быстро.
Поль. Он не мог поговорить с братом после ссоры. Его ненависть привела Эла в ужас. Он никогда не думал, что Поль носит камень за пазухой. Всегда считал его организованным и собранным. В какой-то мере Эл даже завидовал брату и полагался на него. Он отлично понимал, что без Поля он бы ничего не достиг. Эла бы удовлетворило значительно меньшее в жизни.
Но ведь Поль должен понимать, насколько он зависит от него. Они ссорились, но Эл всегда прислушивался к мнению брата, никогда не спорил по поводу финансов и всего, касающегося карьеры.
Эта сучка, Мелани, возвела между ними стену ненависти, о которой Эл даже не подозревал…
Эл решил, что, когда они выберутся из джунглей, он обязательно наладит отношения с братом. Он докажет свою любовь, уважение и благодарность, о которых Поль, наверное, и не подозревает.
Смешно все складывается. Эл всегда обращался за помощью к Полю. А теперь он сам принимает решения. Тащит людей по джунглям в надежде спастись. Может, нужно было остаться в самолете? Да, остаться и умереть от голода… Эта мысль напомнила Элу о том, что он собирался поохотиться. На следующей поляне они остановятся.
Кристина заставляла ноги двигаться. Дальше и дальше, несмотря на порезы, ссадины и ужасных червяков, которые проедали кожу. Ее съедали живьем. Пожирали руки.
Она сдержала рыдания, и Эван еще крепче прижимал девушку.
– Можешь идти? – спросил он.
Кристина молча кивнула. Она принесла уже достаточно зла, и никого задерживать не станет. Она будет идти, пока просто не упадет.
Девушка думала о матери. О красавице Эвите. О женщине, которую временами так ненавидела.
– Не задавай вопросов, мама, – когда-то орала Кристина. А когда мать по-доброму спрашивала:
– Куда ты идешь сегодня, дорогая? – она просто скалилась и отвечала:
– На улицу.
Кристина думала, что ее родители глупы. Богатые идиоты. Нино научил ее этому. Но теперь девушка поняла, что они беспокоились о ее благополучии, потому что любили ее. Во всяком случае, Эвита. Джорджа легко обдурить. Поцелуй в щечку. Примитивный вопрос: «Ты доверяешь мне, папа?». Он был глиной в ее руках.
Почему она не была с ними искренной? И не рассказала о Нино с самого начала…
Кристина со стыдом думала о сделанном, и слезы катились по ее разбитому лицу. Если бы повернуть время назад, то все было бы по-другому. Если бы Луис остался жив…
Но это невозможно.
Даллас первая услышала шум моторов и позвала Эла. Они все смотрели на небо, и внезапно там появились два силуэта.
Все следили за самолетами молча. Нет смысла махать и кричать. Да и сил не осталось.
Похожие на две большие птицы, самолеты скрылись из виду.
– Можно отдохнуть здесь, – сказал Эл. Повторять дважды не пришлось, потому, что все мгновенно опустились на землю. – Смотрите, чтобы не было муравьев, – предупредил он. – Даллас, может, подойдешь к Полю?
Она немедленно положила ладонь на горячий лоб Поля и пощупала его пульс. Несмотря на жару, его била дрожь. Тело тряслось, и зубы стучали.
– Я думал, что он поправился от лихорадки, – сказал Эл. – Вчера ему было значительно лучше.
– Здесь что-то более серьезное, – тихо ответила Даллас. – Скорее всего, малярия.
– Ты шутишь?
– Тише, не нужно, чтобы остальные слышали.
– Малярия. Но это… – Эл замолчал и безнадежно пожал плечами. – Как ее лечить?
– Никак. Я знаю мало, но нужны специальные медикаменты. По-моему, хинин.
– Боже! – Эл закрыл лицо руками.
– Я могу ошибаться, – быстро сказала Даллас – Просто малярия вызывает приступы. Больной слабеет, но это не смертельно.
– Ты думаешь, он поправится?
– Нет, не думаю. Все зависит от того, какой это тип малярии. Я помню, что у отца, который когда-то болел малярией в тропиках, иногда случались приступы. Но у него были лекарства.
– Как Поль заразился?
– От комаров. В таком климате это неудивительно.
– Черт! Нам только этого не хватало. Даллас еще раз пощупала лоб Поля.
– Если это малярия, то завтра приступ пройдет, и мы сможем идти дальше, а если найдем помощь…
– Если… если… если бы помощь пришла вовремя, то можно было бы спасти Кетти и даже Нино. Почему ты думаешь, что мы спасем Поля?
Даллас устало вздохнула:
– Что я могу сказать тебе, Эл? Мы можем только идти дальше.
– Знаю.
Было страшно жарко, и они старались прилечь в тени. Эл позволил себе расслабиться, а Даллас поделилась с ним последними орехами и сахаром. Теперь оставались только три банки икры. К счастью, можно было пить из реки, так что с водой проблем не было.
Поль ничего не ел. Даллас сумела дать ему лишь несколько глотков воды. Дрожь прекратилась, но кожа горела. Он был в горячечном бреду.
Эл не знал, сколько проспал. Как и другие, он находился в сомнамбулическом состоянии. Глаза закрыты и думается с трудом.
Он начинает слабеть… Трудно просто поднять руку.
Эл понимал, что нужно двигаться, нельзя останавливаться, пока светло. Фактор времени очень важен. Идти, пока светло, и отдыхать ночью.
Эл открыл глаза и увидел обезьян. Их было восемь. Животные катались и играли на ветках.
Он осторожно потянулся к пистолету и встал.
Обезьяны тоже двинулись, но Эл пошел за ними.
Они перемещались по деревьям с берега реки в густые заросли джунглей.
Боже, сколько он не стрелял? Десять лет? Или двадцать?
Эл вспомнил: когда ему было семнадцать. Ярмарка, девушка на одной руке и ружье в другой. Он тогда стрелял по мишеням, на которых были изображены попугаи, вращающиеся по кругу. И выбил шесть из шести. Он выиграл розового медведя, а потом в машине взял свой приз у девушки.
Эл отчетливо видел эту картину сейчас.
Он поднял маленький пистолет и выстрелил в голову обезьяны. Издав человеческий крик, она упала с ветки, а остальные обезьяны тут же исчезли. Эл не убил ее, просто ранил. И маленькое, похожее на ребенка существо смотрело на него вопросительным взглядом.
Эл ненавидел себя за то, что сделал, но прикончил обезьяну ударом по голове и отнес еще теплое тельце на стоянку.
Даллас и Эван не спали. Они с любопытством смотрели на него.
– Ты убил ее? – спросил Эван.
– Нет, – отрезал Эл. – Она упала с дерева прямо с пулей в голове!
– Но как ее можно есть? – продолжил Эван. – Она вся в волосах.
– Вот и сними шкуру, – сказал Эл. – Ты ведь изучал биологию в школе?
– Да… Но я никогда не снимал шкуру с обезьян.
– Поучись теперь.
Эван скорчил гримасу, вытащил перочинный нож, который ему подарил Эл, и с отвращением принялся за дело.
Они успели поджарить обезьяну на костре до темноты. Эл разжег огонь одной из драгоценных спичек. Было почти вкусно. Мясо напоминало кролика.
Поль до сих пор не мог есть. Но для всех остальных полный желудок показался настоящей роскошью.
Эл был горд. Он достал еду, его сын приготовил ее, и все насытились. Приятное чувство – сознавать, что он помогает людям выжить.
Эл хорошо спал и рано проснулся, а над головой кружили самолеты.
Целых три. Но пролетели они слишком быстро и слишком высоко.
Он не будил остальных. Зачем будоражить понапрасну? Самолеты не могут заметить их. Может, наконец, поиски все же начались и за ними пришлют спасателей, которые пойдут по джунглям пешком?
Эл в сотый раз размышлял о том, насколько далеки они от цивилизации. Даллас говорила, что индейские племена живут на Амазонке. А они ведь охотники и торгаши.
Он чувствовал себя лучше, чем раньше. Было воскресенье. Всего девять дней в джунглях. Но они казались вечностью. Шесть дней ожидания в проклятом самолете и три дня пешком.
На ветку присел попугай, он наблюдал за Элом похожими на бусинки глазами. Интересно, какое мясо у попугая…
Где-то рядом проползла огромная змея. Он научился не обращать на них внимания, потому что близко змеи не подползали. Важно не наступить на них.
Многочисленные мухи и комары перестали беспокоить его. Они стали привычными. От их укусов страдала только Кристина. Ее руки были в ужасном состоянии.
Поль открыл глаза и пробормотал:
– Что случилось, где мы? Я ничего не помню.
Брат выглядел истощенным. Глаза запали, а руки ослабели настолько, что еле держали чашку с водой, которую подал Эл. Но как и предсказывала Даллас, температуры не было.
Эл объяснил брату, что он был болен и что они уже скоро доберутся до места.
– Как я дошел сюда? – спросил Поль.
– Он нес тебя, – гордо сказал Эван, который вмешался в разговор и показал пальцем на отца.
Поль смотрел на Эла.
– Я не нес его, – растерялся Эл. – Просто помогал идти.
– Мой брат – герой, – шутливо сказал Поль, но его голос был похож на шепот. Однако он улыбнулся и пожал руку Элу. – Спасибо, брат.
Эл отвернулся.
– Я у тебя в долгу.
Даллас подбадривала всех и помогала подготовиться к тяжелому дню. Медикаменты таяли. Последний антисептик она нанесла на руки Кристины и на сгоревшее лицо Эвана.
Мозоли и ссадины, а они были у всех – она перевязала тряпками.
Наконец-то проснулся и Берни. Он оттолкнул Даллас, когда она хотела осмотреть его рану.
– Со мной все нормально, – отрезал он. Но толстяк выглядел ужасно. Щеки покраснели, глаза слезились и наполнились кровью. Даллас боялась, что он сляжет с лихорадкой, а нести Берни будет невозможно. Они двинулись в путь, пробираясь по тернистой тропе и зарослям, казавшимся непроходимыми. Наконец, Эл предложил пройти какую-то часть пути по воде. Там прохладнее, а течение поможет им быстрее двигаться. Они шли уже час, когда Эл заметил крокодилов. Огромные покрытые грязью страшилища направлялись с противоположной стороны реки и лениво поплыли по направлению к ним.
– Выбирайтесь из воды! – закричал Эл. – Крокодилы! Ради Бога, двигайтесь!
Берег был покрыт глиной. Он оказался очень скользким и значительно более крутым, чем когда они входили в воду.
Элу удалось сразу же выбраться, он схватил за руку Поля и вытащил его.
В это же время Эван помог Кристине и быстро последовал за ней.
Даллас удалось двигаться довольно быстро, но Берни, чье толстое тело было наполовину в воде, словно парализовало от страха.
– Давай, Берни, давай! – кричал Эл, он спрыгнул в воду и протягивал ему руку.
Даллас наклонилась и схватила Берни за руку, стараясь вытянуть его.
– Двигайся, Берни, двигайся! – вопила она, с ужасом наблюдая, как аллигаторы приближаются все ближе и ближе.
Берни тщетно пытался вылезти, но грязь была настолько скользкой, что он упал назад и чуть не потащил за собой Даллас. Из-за резких движений рана на груди открылась. Рубашка намокла от крови, но он старался подняться на ноги и выбраться из воды.
Подоспевший Эл схватил Берни за руку и потащил… Но запах крови привлек крокодилов, они ринулись на жертву. Эл тащил с одной стороны, а огромные рептилии – атаковали с другой. Гигантские челюсти сомкнулись на ноге Берни. Он завопил от боли, а крокодил потащил его в мутную воду.
Эл не смог удержать Берни.
Онемев от ужаса, они наблюдали, как толстяка затащили на середину реки. Он кричал и отчаянно вырывался.
– Неужели мы ничего не можем сделать? – умоляла Даллас – Боже! Мы должны что-то сделать!
Было уже поздно. Крокодилы сообща набросились на жертву. Берни исчез под водой. Больше он не всплывал.
Сжавшись вместе, они прождали долгие часы. В конце концов, крокодилы лениво уплыли и вылезли на другом берегу, чтобы отдохнуть на солнце. От Берни ничего не осталось. Словно его никогда и не было на земле.
– Нет смысла оставаться здесь, – наконец сказал Эл. Ему страшно не хотелось произносить это вслух. Ведь от крокодилов их отделяла лишь узкая река. А если бы они решили переплыть ее…
Кристина плакала. Эван обнял ее, и девушка подняла на него усталые глаза.
– Я хочу домой, – просто сказала она.
– Мы обязательно доберемся, – успокоил Эван. – Не беспокойся.
Остаток дня прошел, как в тумане. Словно слепые, они шли за Элом, пробираясь сквозь непроходимые заросли. Люди боялись даже взглянуть на реку. Комары и солнце сводили с ума. Все боялись наступить на змей.
Ветки мешали идти и иногда приходилось ступать в воду, чтобы обойти гнилое дерево, преграждавшее путь.
Эл, шедший впереди, был начеку. В трагедии он винил только себя. Это он предложил пойти по воде. Если бы они не вошли в реку, крокодилы бы не набросились.
Тело страшно болело, и Эл знал, что пора подумать о ночлеге и найти подходящее место. А когда они остановятся, и другие будут отдыхать, ему придется позаботиться о еде. У них осталась только икра.
Голова болела, перед глазами рябило. Он часто оглядывался назад. Поль держался сзади, он шагал словно во сне. А за ним Эван помогал Кристине. Постоянно подбадривал девушку и заставлял ее идти. А сзади шагала Даллас.
В голову Эла пришла ужасная мысль, что без Берни они двигаются быстрее. Неужели они отставали из-за него? А может быть, они бежали от воспоминаний о его ужасной смерти?
Наконец, они остановились. Эл слишком устал, чтобы охотиться. Они молча съели икру и заснули.
Но ночью пошел дождь. Огромные капли разбудили всех.
Люди были не способны ни идти, ни спать. Они прижимались друг к другу и не могли спрятаться от дождя. Он не останавливался. На рассвете, несмотря на ливень, они двинулись в путь, но из-за грязи идти было еще опаснее.
К полудню дождь превратился в шторм. На небе собрались тяжелые черные облака, раздались раскаты грома, вспышки молний освещали лес.
И впервые в жизни Даллас подумала о смерти как о спасении. Куда они идут? Зачем борются? Может быть, Берни повезло…
Вот бы лечь и заснуть. Закрыть глаза и подчиниться желанию никогда не просыпаться.
Даллас подумала, не предложить ли это Элу. Если бы она умерла у него на руках…
Девушка потеряла счет времени. Одежда промокла, разорвалась, остались одни лохмотья. Туфли износились. Вскоре придется идти босиком. Кружилась голова, тошнило.
Когда дождь закончился, они тоже остановились и прикончили две банки икры, потому что умирали от голода.
У Поля поднялась температура. Кристина кричала от боли в руках. Эван методично вытаскивал червяков и пытался успокоить ее.
Даллас придвинулась и легла рядом с Элом. Он смотрел в небо и молча молился.
Даллас обняла его.
– Мы ведь умрем? – истерично спросила она. – Ты же можешь сказать мне, Эл. Только честно. Мы умрем…
Он очень сильно ударил ее по лицу.
– Никогда! Мы доберемся. Понимаешь? Мы обязательно доберемся! Даллас поняла, почему он ударил ее, и даже обрадовалась этому.
Нельзя раскисать после того, что они пережили. Она расплакалась, а Эл обнял ее.
– Я люблю тебя, – все время повторял он. – И мы доберемся. Обязательно…
Даллас поверила ему и успокоилась. А потом уснула в его объятиях.
Вторник. Одиннадцать дней в джунглях. Кристина тихо плачет. Сводит живот. Скоро все они потеряют счет времени. Один день будет переходить в другой, принося то дождь, то грязь, то насекомых, то невыносимую жару.
Даллас села. По ней ползали насекомые, но она даже не потрудилась сбросить их.
– Где Эл? – спросила она Эвана.
– Он ушел рано, чтобы добыть что-нибудь поесть. Я хотел пойти с ним, но отец велел остаться.
Эван переносил тяготы достаточно хорошо. А что касается Кристины, то он оказался для нее могучей опорой. В нем было трудно узнать непослушного нервного мальчика.
Поля не отпускала лихорадка, он что-то бормотал. Черты лица изменились до неузнаваемости. Кожа высохла, блестела, глаза запали, вокруг образовались черные круги. Его руки бесконтрольно дергались.
Даллас скучала по Берни. Хотя он много жаловался, но всегда встречал день шуткой. Девушка старалась не думать о нем. Это было слишком больно.
Одежда покрылась грязью и отвратительно липла к телу. Даллас сняла носки и туфли и посмотрела на распухшие ноги. Борясь с болью, она забинтовала порезы материей, разорвав рукава рубашки. Усталость не позволяла двигаться, и она опять легла, даже не посмотрев руки Кристины. Чем она поможет? Еще раз вытащить червей и заставить ее корчиться от боли?
Даллас закрыла глаза и забылась в полудреме. Сегодня они не смогут двигаться из-за Поля и Кристины.
Это несправедливо. Чтобы Эл ни говорил, они все умрут здесь. Умрут… Смерть…
Эта мысль уже не беспокоила Даллас. Смерть принесет облегчение… Она будет благословением свыше.
Эл медленно шел по джунглям уже целый час. Сначала он следил за птицами, а потом заметил стадо диких кабанов. Шесть или семь животных. Если он пристрелит хотя бы одного, то они смогут продержаться несколько дней!
И он пошел по следу хрюкающих хищников, выбирая момент для выстрела.
Они были похожи на обычных свиней, только значительно крупнее. Выше в спине и с мощными торсами. А кроме того, от кабанов исходил удивительно противный запах.
Эл от отвращения сморщил нос, но охота подняла настроение, и он чувствовал себя значительно лучше, чем раньше. Нужно бороться с обстоятельствами и побеждать их. Он чувствовал, как уровень адреналина в крови поднимается. Теперь он понимал людей, которые занимались альпинизмом и пересекали океан на крошечных суденышках. Они ощущали радость победы над природой. В тридцать восемь лет он наконец-то понял, что существует другая жизнь, кроме сцены и песен.
Эл медленно поднял револьвер и прицелился в самого маленького кабана, остановившегося, чтобы что-то понюхать.
Пуля попала прямо между глаз. Точный выстрел отбросил кабана на землю, и он яростно задергался. Но всего несколько минут, а потом опрокинулся на спину и подох.
Эл бросился вперед. Тяжело тащить такого.
Но он был полон решимости. От него зависели люди. Сын. Женщина, которую он любит. Брат.
Он снял кожаный пояс и крепко обвязал им шею животного. Так можно будет тянуть его за собой. И Эл медленно двинулся в обратный путь.
Дорога заняла много времени, но он все же добрался до места стоянки. Эван тут же принялся разделывать кабана, а Даллас занялась костром.
Они сжарили несколько кусков и, как звери, набросились на жирное мясо. Пища была не самой привлекательной, учитывая невыносимый запах, жару и комаров. Но это была еда. Они сжарили больше, чем могли съесть, и завернули остатки в одеяло, чтобы взять с собой.
Подкрепив силы, люди двинулись в путь. Впереди Эл и Даллас вели Поля.
– Нужно пройти хоть немного – сказал Эл. Уже было далеко за полдень. – Как бы мало мы ни прошли, это все-таки важно.
Река становилась все шире и шире, они привыкли к крокодилам, отдыхавшим на маленьких островках на середине. Никто не забыл, что случилось с Берни, и все были вдвойне осторожны. Однажды несколько молодых крокодилов, преградили им путь. Они быстро ушли подальше в джунгли, не желая столкнуться с их разъяренной матерью.
Вести Поля было крайне тяжело. Но Эл все время подбадривал Даллас. Она с трудом переставляла ноги, но шла вперед, не обращая внимания на хлеставшие в лицо ветки и позволяя отвратительным мухам и комарам впиваться в открытое тело и откладывать там яйца. Она слишком измучилась, чтобы отгонять их.
Даллас продолжала двигаться только из-за Эла.
Она не имела права подвести его. Он уверен, что они дойдут, уверен, что они спасутся. Вскоре и он поймет – это безнадежно. И тогда разрешит ей лечь и больше не вставать. Скоро… Скоро… Скоро…
– Черт подери! – вскрикнул Эл. – Что это такое?
Даллас посмотрела вперед, но кроме джунглей и реки ничего не заметила.
Эл отпустил Поля, и он всем весом навалился на Даллас, покачнувшись, оба упали на землю.
– Ждите здесь! – взволнованно приказал Эл.
Даллас закрыла глаза. Она не сможет больше подняться.
Эван и Кристина тоже опустились на землю, радуясь передышке.
Эл бросился вперед, разыскивая за извилиной реки то, что увидел. Он не ошибся. В пятнадцати ярдах от берега стояла хижина. Весьма примитивная, насколько он заметил, но сделанная руками человека.
Элу хотелось кричать. Вопить от радости. Они все-таки добрались!
Он поспешил к хижине. Она была пуста. Ее с трудом можно было назвать строением. На четырех подпорках держалась крыша из веток, а пол был из сухой глины. Стен вообще не было, и признаков человеческой жизни тоже. На крыше росла лиана, а с нее свешивалась дохлая змея. Несколько пауков сплели паутину и уютно устроились. В углу замерла ящерица. По полу ползали муравьи.
Эл устало опустился, чувствуя страшное разочарование. Он-то думал… Черт с ним, о чем он думал… Во всяком случае, это крыша на ночь. И наличие хижины доказывало, что они недалеко от людей. Это также подтверждало, что они в джунглях не одни. Когда-то кто-то построил эту лачугу.
Он схватил шкуру змеи и выбросил в джунгли. Она полностью высохла, должно быть, провисела здесь долго. Прежде чем Эл успел подумать о еде, ящерица убежала. Жареная обезьяна, потом – кабан, так почему бы не ящерица? Жаль, что он не подумал об этом раньше.
Он вернулся и медленно повел людей в найденное убежище.
– Конечно, это не «Беверли Хиллз», – подшучивал Эл. – Но лучше, чем спать на голой земле.
Всем лачуга показалась настоящей роскошью. Они доели кабана, и даже Поль пожевал немного. Приступ малярии проходил, но он еще больше ослаб, хотя ясно воспринимал происходящее.
Они обсудили важность находки. Это определенный плюс. Значит, здесь были люди, и они находятся неподалеку от их поселения.
Ночью они заснули с относительным комфортом. И даже разрешили себе снять носки и туфли и дать ногам отдохнуть.
Но среди ночи их разбудили дикие крики Кристины.
– Мои ноги! Мои ноги! – вопила она. От нее метнулась какая-то черная тень. Эл посмотрел на ее конечности. На них были укусы и кровь.
– Скорее всего, летучая мышь, которая питается кровью, – устало констатировала Даллас – Они высасывают кровь… Но их укусы не ядовиты…
Они пытались успокоить испуганную девушку. Даллас намочила тряпки водой и приложила к ранам.
– Наверное, надо надеть обувь, – предложила она, – но сначала вытрясти ее.
После этого Эл не спал. Он лихорадочно думал. Он доберется быстрее, если пойдет один и оставит их в хижине. Воды хватало. Утром он оставит им еду. И пистолет для охраны. Это единственная возможность. Он – самый сильный… И еще может двигаться быстро… А сейчас важнее всего скорость… Если Полю не дать лекарства… Кристина тоже в плохом состоянии… Даже Даллас ослабла. Только Эван может продолжить путь.
Эл с гордостью думал о сыне. Он превратился в настоящего мужчину. Кровь Кингов течет в его венах. А ведь раньше Эван так расстраивал его.
Утром Эл приготовился идти на охоту. Он тихо разбудил Эвана и объяснил, куда отправляется. Эван хотел тоже пойти, но Эл попросил его остаться.
Он двинулся в джунгли, чувствуя себя, как дома, уверенный, что убьет кого-нибудь. Он вскоре набрел на стадо обезьян и неслышно приблизился к ним. Эл поднял пистолет, чтобы выстрелить, но внезапно его осенила мысль. А что он будет делать, когда патроны кончатся? Тогда убить будет трудно. Но все же выстрелил, думая, что решит и эту проблему, когда придет ее черед. Одна обезьяна упала, на этот раз выстрел был точным, и животное оказалось мертвым. Он взял его за ноги и отнес в хижину.
Невероятно, даже странно, но он почти наслаждался жизнью. А если еще удастся вывести всех отсюда… И он это сделает. Голыми руками. Он нашел им крышу и еду, и скоро, Эл был уверен, найдет для них медицинскую помощь.
Он уже многого достиг. А ведь в прошлом он был испорченным человеком, который мог поднять трубку и потребовать чего угодно. Эл не мог припомнить, когда делал что-нибудь сам. Теперь жизни четырех людей зависели от него. И если это в человеческих силах, он спасет их.
Он рассказал Даллас о намерении идти в одиночку.
Она кивнула, в прекрасных глазах читалось отчаяние.
Эл сжал ее руку, его переполняли любовь и нежность к этой женщине.
– Если за два дня я ничего не найду, то обязательно вернусь. Обезьяны хватит на это время. Все будет хорошо. Продержишься?
Ей удалось слабо улыбнуться.
– Если ты просишь…
– Я оставляю вам пистолет.
– Я люблю тебя, – ласково прервала Даллас. – Что бы ни случилось, я люблю тебя.
– Когда выберемся отсюда, мы с тобой все наверстаем. К черту работу, мы с тобой будем отдыхать, заниматься любовью и прекрасно проводить время по крайней мере год. Как тебе это нравится?
– Очень…
Он наклонился и поцеловал ее. Страстно и долго. И внезапно почувствовал, что хочет Даллас. Вот черт! Если он не потерял это чувство после всего того, что пережил, значит, еще не сдается. Он выживет и спасется. И все они тоже.
Он подошел к Полю и сказал:
– Держись, брат! Я скоро вернусь. Мы тебя накачаем таблетками, и ты опять придешь в норму. Ты еще организуешь для меня массу контрактов. Ты же знаешь, что без тебя я пропаду.
Поль схватил Эла за руку и напряженно зашептал.
– Забудь, что я говорил. Я не хотел… Ты сможешь это забыть?
– Я ничего не помню.
Поль кивнул, лицо дергалось, глаза еще больше запали.
– Если я умру… – медленно сказал он. – Я хочу, чтобы ты позаботился о моих детях. Хочу…
– Перестань молоть чушь! Как только тебя подлечат, ты сразу поправишься.
– Конечно, – устало согласился Поль. – Я это понимаю. Но если я умру… дети… обещай, что они будут жить с тобой… Я не хочу, чтобы они оставались с Мелани… Ей на них наплевать… Обещай мне, Эл.
– Обещаю, обещаю. Решено. Но, по-моему, ты никуда не собираешься?
– И Линда… Позаботься о Линде…
– Боже?! – Эл шутливо поднял руки. – Может, лучше продиктуешь завещание?
Поль еще крепче схватил брата за руку.
– Не расстраивайся, – прошептал он.
Эл кивнул, боясь открыть свои истинные чувства.
– Именно это я и собираюсь сделать, братик.
Кристина спала. Эван сидел рядом и отгонял мух от ее неподвижного тела.
– Присмотри за всеми, – строго сказал Эл. – Слышишь меня?
– Да, папа. Можешь на меня положиться.
Эл посмотрел на сына, словно не узнавая его. За двенадцать дней на его глазах Эван превратился в мужчину. Он больше не казался тощим, скорее, худым и мускулистым. Лицо сильно загорело, кожа слезла, а вместе с ней исчезли и прыщи.
Элу хотелось обнять его. Но он сдержался и двинулся по берегу реки, стараясь идти как можно быстрее. Он обязан это делать. Все полагаются на него.
День в хижине прошел, как во сне. Они лежали в сомнамбулическом состоянии, потели днем и дрожали ночью.
Эван освежевал и приготовил часть обезьяньего мяса. Выло плевать, какого оно вкуса, лишь бы оказалось съедобным, и люди заполнили пустые желудки.
У Поля температура то поднималась, то падала. Ему не хотелось есть. Не хотелось двигаться. Начиналась рвота.
Кристина тоже чувствовала себя скверно. Она все время тихонько плакала и стонала от боли в руках.
Даллас страшно ослабла и чувствовала тошноту. Она заставила себя поесть мяса, но потом, корчилась от боли в желудке и была вынуждена выйти из хижины, чтобы заложить два пальца в рот.
Эван следил за всеми. Прижимал пистолет. Он не мог никому помочь, но был готов к любой неожиданности.
Ночь принесла облегчение от жары, но была наполнена пугающими звуками и рычанием животных.
Эван думал об отце, как он там один в кромешной темноте? Он не взял ни пищи, ни пистолета. Как он надеется выжить без всякой помощи? И что тогда случится с ними? Эван старался держаться изо всех сил. Но всю ночь слезы не высыхали у него на щеках.
Отец оставил их одних. Они беззащитны. И умрут один за другим.
Эл удивился, как быстро он шел, когда не нужно обращать внимание на других. Он какое-то время не отходил от берега, но потом решил, что легче будет плыть, да и речное течение облегчит путь. Кроме того, вода спасет от невыносимой жары. Конечно, она таит опасности. Нужно не прозевать крокодилов. Но если плыть рядом с берегом и быть осторожным… Он соскользнул в освежающую прохладу и позволил течению нести себя. Так значительно легче. Течение оказалось очень сильным и быстро понесло его. Это было даже приятно. В первый раз, когда он заметил крокодилов, то моментально выбрался из воды. Но они просто отдыхали на островке и не обращали на него никакого внимания. Во второй раз Эл рискнул остаться в реке – крокодилы были на противоположном берегу и не заметили, как он проплыл. С тех пор он все время оставался в воде и выходил только в том случае, если хищники оказывались слишком близко.
К сумеркам Эл уже умирал от голода. Он не ел весь день, и ничего съедобного не попадалось. Он с тоской посмотрел на дерево, увешанное плодами, но тут же вспомнил предупреждение Даллас о ядовитых ягодах. Надо было запастись едой, во всяком случае, иметь при себе хоть какие-то приспособления, чтобы добыть ее. Он ведь не супермен. Нельзя прожить на одной воде. Эл просто не продумал это. Он был слишком уверен, что скоро набредет на людей. Он нашел дерево, под которым можно было свернуться и провести ночь, но заснул неспокойным сном. К утру все кости болели, да и мускулы, о которых он прежде и не подозревал, тоже.
Эл встал и потянулся, стараясь размять конечности. Но зарядка не помогла. Однако нужно было идти. Он придерживался берега реки, пока солнце полностью не взошло, а потом течение опять понесло его.
Все мысли были о еде. Жареный цыпленок. Шипящая яичница с беконом. Телятина на вертеле. Пудинг с говядиной и почками.
Эл на мгновение закрыл глаза и представил себя за огромным обеденным столом. Он бы выпил пивка… Или шампанского… Да, конечно, шампанского… Потому что он за праздничным столом… Он ухмыльнулся и в этот момент сильно ударился головой о ствол огромного дерева, упавшего в реку. Он отчаянно хватался за ветки, чтобы удержаться, но в голове шумело, перед глазами мелькали огоньки. Он чуть не потерял сознание.
С огромным трудом Эл вылез на берег и, обессиленный, свалился в грязь.
Он чувствовал, как распухает место, которым он ударился. Что дальше?
Он лежал очень тихо, почти без движения. А потом, словно во сне, услышал голоса… странные звуки иностранной речи… затем все исчезло, и он потерял сознание.
Наступило утро. До слуха Даллас долетели жужжание насекомых и крики животных. От четырех людей, которые не могли помыться, страшно пахло. От запаха тошнило, но к нему быстро привыкли. Если бы были силы, то она бы поднялась и вымылась в реке. Плевать на крокодилов, но Даллас не могла подняться. Живот сводило, хотя он был абсолютно пуст. Она чувствовала слабость и странную эйфорию. Легкость в голове и онемение конечностей. Она попыталась сесть, по повалилась обратно. Если бы в этот момент в хижину вползла змея и добралась до нее, то Даллас не сумела бы уклониться от укуса.
Эван предложил воды.
– Может, разжечь костер и приготовить мясо? – предложил он. Даллас жадно пила воду.
– Не надо, – пробормотала она. – Мне плохо.
Эван положил ей руку на лоб и испугался, потому что девушка горела. Наверное, тоже подхватила какую-то лихорадку. Он не знал, что предпринять. Кристина тоже была в бреду. У Поля произошло обезвоживание организма, и он потерял сознание, так что Эван не смог даже разбудить его. А теперь и Даллас.
Эвана охватил дикий ужас. Он обещал отцу, что позаботится о них. Но как, если они скоро умрут один за другим?
Ситуация складывалась ужасная. И он был бессилен что-нибудь исправить.
Эл ощутил движение, но оно было приятным. Странное бормотание, которое теперь казалось более отчетливым и более возбужденным.
Эл открыл глаза и увидел, что его несут на примитивных носилках. На минуту ему показалось, что его выносят из самолета и что тринадцати дней, прожитых в джунглях, не было.
Голова разрывалась от боли, он поднял руку и потрогал лоб. Что-то липкое и теплое. Потом поднес руку к глазам и увидел, что она в крови. Эл, наверное, застонал вслух, потому что носилки мгновенно опустили, и три лица уставились на него. Три молодых индейских мальчика, лет шестнадцати. Они были довольно темнокожие, с черными прямыми волосами, расчесанными на прямой пробор. Ребята были совсем голые, за исключением набедренных повязок. Но отсутствие одежды компенсировалось яркой раскраской тела.
Они, не отрываясь, смотрели на Эла и болтали на языке, которого он никогда в жизни не слышал.
– Английский, – медленно произнес Эл, но внезапно вспомнил, что его нашли без чувств, и закричал во весь голос – Английский! Вы говорите по-английски?! – орал он.
Мальчики от неожиданности подпрыгнули.
– Боже! Как я рад видеть вас! – он поднялся на одной руке. Подростки смотрели на него с подозрением.
– Самолет, – отчетливо произнес Эл, – небо, – он показал на небо, – разбился.
Юноши обменялись взглядами.
– Другие люди, – Эл точно артикулировал каждый звук, – остались там, – он показал назад и только теперь заметил, что они идут по лесу.
Спасители взволнованно заговорили между собой. Они явно не понимали ни единого слова, потом один из них сделал шаг вперед и произнес небольшую речь. Он жестом показывал, что нужно идти куда-то дальше. Потом похлопал рукой по носилкам, чтобы Эл лег на них и продемонстрировал, что они понесут его к человеку высокого роста.
Эл решил, что тот, к кому они направляются, поймет его, и лег на носилки.
Юноши легко подняли их и продолжили путешествие через душный лес. Они быстро двигались по высокой траве.
Через несколько минут они дошли до большой поляны и поставили носилки на землю.
Эл сел и понял, что его уже ждали. Почти целая индейская деревня вышла из жилищ, чтобы поглазеть на него. Женщины, дети, мужчины, молодые и старые. Они показывали на него пальцами и болтали на непонятном языке.
Женщины были абсолютно нагие, а мужчины носили набедренные повязки. Их хижины напоминали ту, в которой Эл оставил дорогих ему людей. Грубые постройки состояли из четырех опор и крыши, покрытой пальмовыми листьями.
Подростки, завершив путь, отошли от носилок и затерялись в толпе любопытных. Несколько детей не побоялись и подошли поближе. Их глаза были похожи на блестящие пуговки, а тела сильно разрисованы.
Наконец появился высокий человек. Он вышел из хижины, и все расступились, чтобы дать ему дорогу. Он действительно был очень высокого роста и явно выделялся среди толпы. Волосы были смазаны жиром и зачесаны наверх в форме башни. Из них торчал красивый гребень. Его грудь была покрыта чем-то вроде кольчуги. На нем было больше бус, браслетов и украшений, чем на остальных.
Мужчина подошел к носилкам, с достоинством посмотрел на Эла и заговорил низким монотонным голосом.
Но беда была в том, что говорил он не по-английски.
– Эй, – сказал Эл. Несмотря на облегчение от встречи с людьми, растущее беспокойство не покидало его, – может быть, хоть немного поговорим по-английски?
Вождь ответил на своем языке. Он не отрывал взгляда от Эла, явно ожидая ответа на огромное количество вопросов.
Эл попытался встать, думая, что производит смешное впечатление на индейцев и показал на себя пальцем.
– Англичанин, – ясно произнес он. – Эл Кинг.
Он думал, что его имя вызовет хотя бы какой-то интерес, ведь его знали во всем мире. А об исчезновении много передавали по радио. Эл надеялся, что известия долетели и сюда.
Но внезапно ему захотелось рассмеяться. Кого он обманывает? Он в центре джунглей и ждет, что его узнает племя голых индейцев! Как он все же зависит от своей славы! Эл вспомнил, как когда-то мечтал попасть туда, где его никто не знает. Вот это как раз такое место. Ну и дела! Не то место и не то время.
Боже! Голова разрывается от боли, живот тоже, но нужно позаботиться о тех, кто остался. При помощи жестов он начал описывать события. Летящий самолет, падение с неба, люди, поход по джунглям. Он старался подчеркнуть необходимость вернуться назад по реке.
Вождь, казалось, понял его и точно так же мимикой попытался ответить.
Эл понял, что скоро стемнеет, а ночью идти нельзя. Вождь показал, что они двинутся в путь рано утром. Потом он обратился к соплеменникам. Вышли две женщины и увели Эла в хижину.
Он последовал за ними, хотя ему хотелось задать множество вопросов. Вождь показал, что о ране на голове позаботятся, а потом они поедят.
Интересно, как далеко они от цивилизации? От радиостанции? От аэропорта? Сколько они пробудут здесь, пока привезут остальных?
Женщины раздевали его, разговаривая и хихикая между собой. Они положили его на циновку, и появились другие с глиняным кувшином, наполненным жидкостью, с виду похожей на молоко. Они вымыли порезы и ссадины. Раствор оказался прохладным и принес облегчение. Голову промыли особенно тщательно.
Эл попытался лечь и расслабиться, но слишком беспокоился о других и предпочел бы сразу отправиться обратно.
Девушки были все похожи друг на друга. Полноватые, с гладкими телами и твердой, торчащей грудью. С сальными волосами. С множеством украшений. Они носили бусы и браслеты, нижняя губа была проколота, и с нее свисала нитка с несколькими белыми бусинками. То, как деликатно они отнеслись к нему, напомнило Элу те времена, когда они с Полем побывали в японском публичном доме. Они забрали его грязную одежду, чтобы выстирать, и принесли ему набедренную повязку. Вид был глуповатый, но какого черта! Что-то же надо надеть!
Потом последовал ужин с вождем. Они расположились полукругом, вместе с другими мужчинами племени, и женщины подали вкусные блюда в глиняных мисках.
Эл не знал, что ел, да это и не имело значения. Он проглотил все с волчьим аппетитом: от каши, которая пахла бананами до твердых лепешек. Конечно, это не бифштекс с шампанским, но значительно лучше, чем ничего!
Вождь пустился в дружеские объяснения о летающих железных птицах и глупости людей, которые летают в них. Он много раз удивленно кивал головой, и Эл заметил, что члены его племени полностью повторяют все движения.
– Телефон, – повторял Эл на плохом английском, показывая, что ему нужно позвонить.
Вождь кивал, улыбался, но ничего не понимал.
Когда стемнело, Эла отвели в хижину, и впервые за тринадцать дней он лег спать в нормальном месте – в очень удобном гамаке. Он раскачивался в нем и думал о Даллас и всех оставшихся. Эл не мог дождаться утра, чтобы отправиться на их спасение.
Эван решил, что ему следует поесть, хотя другие не хотят. Он достал остатки обезьяны, которые аккуратно завернул в полотенце, и с ужасом увидел, что мясо кишит червями. Он с отвращением выбросил его. Еды не осталось, но был пистолет. Эван любовно погладил его. Он пойдет в лес и поохотится, как отец. Это нужно сделать.
Эта мысль подняла настроение, заставила подняться и размять усталые ноги. В хижине стоял ужасный запах, хотя стен не было. Эван старался не смотреть на лежавших, боясь, что кто-то из них уже умер.
Он не знал, который час, но если он достанет свежего мяса, то уговорит остальных поесть. А утолив голод, они почувствуют себя лучше.
Теперь у Эвана была цель. Лучше делать что-то, чем просто сидеть здесь.
И подросток отправился в джунгли, предвкушая приключения. Он чувствовал себя таким же сильным, как отец. Победителем.
Он увидел обезьян, но решил, что они вряд ли вызовут аппетит. Глупо стрелять в первое попавшееся животное. Это слишком легко.
Эван продолжал углубляться в лес. Он совсем не боялся и не обращал внимания, в каком направлении идет.
Пейзаж менялся. Растительность становилась редкой, а земля более чистой. Он заметил огромную черно-зеленую змею, которая обернулась вокруг ствола дерева. Это было настоящее чудовище, и Эван отошел подальше от нее.
Но внезапно в пятнадцати ярдах впереди появилась огромная черная пантера.
От страха Эван прирос к земле. Животное тоже остановилось. Несколько мгновений они просто стояли и смотрели друг на друга. Потом одновременно двинулись: Эван вытянул пистолет, а пантера приготовилась к прыжку.
Индейцы разбудили Эла до рассвета. Все уже собрались в дорогу.
Интересно, как они планируют привезти сюда четырех человек, о которых он рассказал. Эл заставил их понять, что эти люди слишком больны и не смогут идти, но индейцев это не беспокоило. Они протянули ему пару сандалий, таких же, какие носили сами, а поскольку единственной одеждой была набедренная повязка, то Эл начинал чувствовать себя своим.
Они двинулись сквозь джунгли, ожидая, что Эл пойдет также быстро. Но это было невозможно. Индейцы корчили гримасы и смеялись, но все-таки замедлили шаг. Вождь послал восемь молодых мужчин, и они оживленно болтали между собой на родном языке, радуясь, что в их обычную жизнь внесено разнообразие.
Эл объяснил как только мог о хижине, в которой он оставил больных. Индейцы, казалось, поняли его, и вождь сказал, что путь займет лишь один день. Эл потратил два дня, чтобы добраться сюда, но он не спорил. Индейцы, наверное, лучше знали.
Они дошли до реки и показали Элу, почему нашли его. Огромное дерево было специально подрезано индейцами и преграждало дорогу по реке. Так никто не мог пройти мимо этого места незамеченным.
Они принесли три каноэ из травы, спустили их на воду и несмотря на то, что путешествие шло против течения, двигались очень быстро. Индейцы прекрасно управляли маленькими деревянными веслами. Они не обращали внимания на крокодилов и объезжали островки и камни с величайшим умением.
Солнце палило, но Эл заметил, что мухи и комары оставили его в покое с тех пор, как тело помыли белым раствором. Индейцев они вообще не кусали.
В середине дня они остановились примерно на полчаса и пожевали фрукты, которые взяли с собой. Потом опять тронулись в путь. И хрупкие каноэ двигались удивительно быстро.
Индейцы точно знали, где остановиться, подтащили лодки к берегу и с любопытством побежали к хижине.
Эл пошел за ними. Он отсутствовал три дня и две ночи – в джунглях это вечность. Но он оставил им еду, воду и Эвана, который обещал позаботиться. Они не должны быть в очень плохом состоянии.
Индейцы молча окружили хижину. Эл выскочил вперед и ужаснулся тому, что увидел. Три тела и насекомые, ползающие по ним.
Он сначала подошел к Даллас и пощупал пульс. Она была жива. Кристина и Поль тоже чудом дышали. Но все трое были больны.
Воды в двух фляжках не было, люди умирали от жажды.
Эл подтолкнул индейцев, чтобы они, вместо того чтобы стоять и пялиться, принялись помогать. Кто-то побежал за водой, а остальные смахивали насекомых с неподвижных тел.
– Эван, – закричал Эл. – Где Эван?
Он осмотрел хижину, пистолета не было, и Эл решил, что сын пошел на охоту. Но как он оставил их без воды? Такого быть но могло.
Эл наклонился к Даллас. Лицо было покрыто укусами. Веки и губы невероятно опухли.
– Слышишь меня? – прошептал Эл. – Эй, красавица, слышишь меня? Она бормотала что-то невнятное. Девушку трясло от лихорадки.
Эл повернулся к индейцам и жестами объяснил, что одного человека не хватает.
Один из юношей кивнул. Казалось, что он понял Эла. Он повернулся к одному из своих друзей и заговорил на своем языке, а потом они бросились в лес.
Нужно ждать. Ничего другого не оставалось. Эл поил водой Даллас, Поля и Кристину и надеялся, что они проживут еще день.
Один из индейцев присел около Кристины и принялся вытаскивать червяков из рук. Она была настолько слаба, что даже не плакала от боли.
Другой достал магическую белую жидкость и обтер лицо Даллас.
Они все время переговаривались между собой, явно обсуждая то, что произошло, и недоумевали, как эти люди не погибли.
Они пошли к реке и поймали рыбу голыми руками. Потом почистили ее и приготовили на костре. Она оказалась очень вкусной. Эл сожалел, что другие не могли попробовать. Он оставил кусочек, надеясь, что Эван скоро появится из леса. Но он не появился.
Двое индейцев вернулись, когда стемнело. Они печально кивали головами и опускали глаза. Эти люди принесли пистолет, который Эл оставил Эвану, и рубашку мальчика, разорванную на клочки и покрытую кровью.
– Где он? – кричал Эл, не понимая их языка.
Индейцы попытались объяснить. Они жестами обрисовали огромное злобное животное.
– Онка, – повторяли они. – Онка нигра.
Эти слова ничего не значили для Эла. Но юноши продолжали объяснять. И наконец-то до Эла дошла суть их рассказа. Эван мертв. Его убила «онка нигра».
Он не мог поверить в это. Пройти столько… Это неправда…
– Тело, – сказал Эл. – Где тело?
Индейцы поняли его. Они посмотрели друг на друга и подняли руки к небу. Ничего другого сказать было нельзя.
Эл понял их. Кетти. Берни. По закону джунглей тела, которые сразу не захоронили, пожирают хищники.
И впервые в жизни Эл заплакал. Они не были слишком близки с сыном, но за последние дни научились доверять и любить друг друга. Будущее обещало им отличные отношения. Эл обнял руками голову и рыдал, как ребенок.
Индейцы смущенно отводили глаза. Так прошла ночь.
Утром они отнесли Даллас, Кристину и Поля в каноэ и быстро поплыли.
Путешествие заняло меньше времени, так как лодки плыли по течению.
Эл ехал в каноэ с Даллас, он положил ее голову себе на колени. Он винил себя в смерти Эвана. Если бы он не бросил их… Тогда бы они все умерли.
Как жестока жизнь. Если бы Эван оставался на месте, то все было бы нормально. Он явно пошел, чтобы добыть пищу… И погиб, стараясь спасти других.
Возвращение в индейскую деревню было похоже на возвращение домой. Вождь пришел к реке, чтобы поприветствовать их и посмотреть на других белых людей. Увидев, в каком они состоянии, он чмокнул языком и отдал приказания. Троих отправил в джунгли, а еще троих – на каноэ по реке.
Потом Даллас, Кристину и Поля на носилках отнесли в деревню. И женщины принялись хлопотать вокруг них.
Элу ничего не оставалось, кроме как попивать чай из трав с вождем. Они уже научились объясняться жестами.
Он чувствовал усталость. Напряжение прошедших четырнадцати дней начало сказываться. Сколько они здесь пробудут? Кто еще умрет, прежде чем они доберутся до цивилизации?
Эл пытался разузнать об этом у вождя, но тот только кивал и улыбался.
Все происходило, как в кошмарном сне.
Эл выпил чай и пошел, чтобы повидать Даллас. Женщины раздели ее и мыли истерзанное тело белым раствором.
Люди входили и выходили из хижины, чтобы поглазеть на нее, и Эла внезапно охватило яростное чувство ревности.
– Убирайтесь отсюда! – закричал он двум мужчинам, которые вежливо улыбнулись в ответ, насмотрелись в свое удовольствие, а потом побрели к хижине, в которой находилась Кристина.
Проклятые дикари! Через сколько дней они выберутся из этой дыры? Через сколько?
Это заняло три дня. Но Даллас, Кристина и Поль чуть поправились и смогли продолжить путешествие.
Эффект медикаментов, приготовленных индейцами, был потрясающим. Они сбили температуру Даллас и Полю, а к рукам Кристины привязали листья какого-то растения.
Все трое были истощены и очень слабы, но не стояли на пороге смерти.
Кристина немножко понимала язык индейцев. Некоторые слова были похожи на бразильские и португальские. Стало понятно, что выбраться отсюда можно только по реке и, когда они поправятся, то за три дня доберутся до большего поселения, оттуда еще за день их доставят в деревню, где есть маленький аэродром. А там всего несколько часов будут отделять их от внешнего мира.
– Наверное, все страшно удивятся, – сказала Даллас. Она поправлялась с каждым днем. Но чем сильнее она становилась, тем больше полагалась на Эла. Он не отходил от нее. Они говорили об Эване и Берни, о том, как все произошло и как они сами спаслись.
Поль был очень слаб и потерял волю к жизни. Он лежал в гамаке, безмолвно ел и принимал лекарства, когда индейцы убеждали его сделать это.
Кристина говорила только о родителях. Какие они прекрасные и как она постарается загладить свою вину. Она оплакала Эвана, но слезы высохли, и девушка мечтала только о доме.
Они все мечтали добраться домой. Но где дом Эла? Он старался не думать об Эдне, но она до сих пор оставалась его женой. Для нее это будет шоком.
Она уже, наверное, смирилась с тем, что и Эван, и муж погибли. И вдруг перед ней появится живой Эл, который вышел из джунглей. Чего она захочет?
Придется поехать туда и объяснить все об Эване. Он расскажет жене, что ее сын – герой. Даллас поедет с ним. Эл был уверен только в одном – они с Даллас не расстанутся, даже на короткое время. Они все обговорили и решили.
Слава Богу, Даллас поправляется, но Эл все еще беспокоился о Поле и не мог дождаться, когда его поместят в настоящую больницу.
Индейцы были очень добры и оказали им несравнимую помощь, но ее недостаточно. И когда все были готовы к путешествию, они тронулись в путь.
Вождь пришел на реку попрощаться. Он искренне огорчался, что они уезжают, и Эл по-своему привязался к этому человеку и его добрым людям. Вдали от цивилизации они отлично наладили жизнь. Элу хотелось бы что-то сделать для них. Но что им необходимо? Они прекрасно живут. Им не нужны достижения современного общества.
Вождь церемонно пожал Элу руку и, подчиняясь чувствам, Эл снял тяжелую золотую цепочку и отдал ее вождю. Тот расплылся от удовольствия, рассматривая различные медальоны и подвески. Святой Кристофер. Маленькая золотая лодочка. Бразильская рука. Чисто золотая подвеска, на которой было написано: «Эл – король» и ониксовая подвеска в золоте.
Вождь снял свое ожерелье из слоновой кости, кварца и зубов животных и надел его на шею Эла.
– Я вернусь, – улыбнулся Эл. – Когда захочу спрятаться, то буду знать, куда приехать.
Итак, они отъехали на трех каноэ, и путешествие в мир действительно качалось.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Игроки и любовники - Коллинз Джеки



-
Игроки и любовники - Коллинз Джекинаталья
3.07.2012, 23.20





Это очень очень очень круто!!!!!!rnВсем советую!!!!!
Игроки и любовники - Коллинз ДжекиМила
18.02.2013, 11.11





Слышала о писательнице хотелось бы прочесть)
Игроки и любовники - Коллинз ДжекиОля
3.06.2013, 14.15





Наконец-то среди всех этих сопливых романов я нашла тот, который буквально "проглотила"!!! супер! без всех слюней и фраз типа "она хотела оттолкнуть его, но ее тело предало ее" и прочих. фу, бред. rnэтот роман просто супер! захватил полностью! буду искать на сайте такие же захватывающие.
Игроки и любовники - Коллинз ДжекиНаталья
28.07.2015, 10.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100