Читать онлайн С тобой навсегда, автора - Клейпас Лиза, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - С тобой навсегда - Клейпас Лиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.03 (Голосов: 327)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

С тобой навсегда - Клейпас Лиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
С тобой навсегда - Клейпас Лиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Клейпас Лиза

С тобой навсегда

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Окруженный огромными вековыми деревьями и зелеными гротами, Беркли-Холл имел вид сказочной местности. Он украшал Уорвикшир как благородный алмаз, его арки парили между небом и землей, а шпили упирались прямо в облака. Окна, своей формой напоминавшие трилистники, и пилястры придавали особняку нарядный вид.
Когда Розали и Мира с помощью слуг вышли из экипажа и прошли в дом, Мира обнаружила, что его внутреннее убранство превосходило прекрасный внешний вид – отделка из редкого желтого мрамора, блеск полированного красного дерева, бронзовые перила и пышно украшенные порталы дверей.
– Леди Беркли! – встретило их радостное восклицание подошедшей к ним полной женщины, оказавшейся экономкой. Ее сопровождали две служанки, у одной из которых был весьма расстроенный вид. – Вы вернулись раньше, чем мы предполагали.
– Да, мисс Грейсон, – ответила Розали. – У нас возникли некоторые непредвиденные обстоятельства… – Она замолчала и нахмурилась, заметив заплаканные глаза одной из служанок. – Бог мой, Нейл, почему ты плачешь?
– У нас была проблема с дисциплиной, – мрачно ответила мисс Эйсон. – Нейл предпочитает сплетничать и болтать целый день, вместо того чтобы заниматься своей работой.
Невзирая на занятость своими собственными проблемами, Мира посмотрела на понурую девушку и с сочувствием и симпатией улыбнулась ей.
Очевидно, Розали тоже почувствовала сострадание; она ласково обратилась к девушке:
– Я думала, что последний разговор о болтовне принес тебе больше пользы, Нейл. Я бы хотела поговорить с тобой после того, как устрою мою гостью.
– Да, мэм, – ответила служанка, бросая отчаянный взгляд на торжествующую экономку.
Позднее Мира узнала, что, хотя мисс Грейсон была замечательной экономкой, сама Розали играла значительную роль в управлении Беркли-Холлом. Она вникала в бесчисленные хозяйственные проблемы и принимала решения, использовала все уловки настоящего дипломата, чтобы поддерживать мирные отношения между слугами и никогда не теряла самообладания. Розали много занималась благотворительностью, поддерживала тесную дружбу с соседями и родственниками, каждый день проводила много времени с сыном и, кроме того, помогала мужу. Несмотря на то что ее дни были насыщенными и полными забот, ее голос никогда не звучал громко или резко, ее обращение всегда было мягким и доброжелательным. Как ей так легко все это удавалось?
Большинство слуг и крестьян, живших в поместье Беркли, со своими бедами в первую очередь шли к хозяйке, так как им было хорошо известно, что она не только встретит их с сочувствием и пониманием, но и обладает таким влиянием на своего мужа, какого не имеет никто. Гости и родственники, приезжавшие в Беркли-Холл, тоже отвлекали на себя ее время и внимание, наслаждаясь ее обществом и стараясь удержать рядом с собой как можно дольше. Все это делалось за спиной Рэнда Беркли, потому что все знали его горячий и ревнивый характер, и внимание к его жене не могло не вызвать его недовольства. Он весьма недвусмысленно давал понять, что именно он главный объект каждодневных забот Розали, и не выносил, если кто-нибудь пытался отнимать у нее время.
Лакей и две служанки окружили Розали и говорили одновременно.
– Мирей, я вижу, ты утомлена, – сказала Розали. Собравшаяся вокруг нее группа, казалось, совсем не раздражала ее. – Извини меня, – она выразительно посмотрела на слуг, – но есть несколько дел, требующих моего внимания.
Может быть, ты выпьешь чаю, пока я разберусь с делами?
Розали обратилась к полненькой симпатичной служанке с просьбой принести для них поднос с чаем и, проводя Миру в маленькую гостиную, обратила ее внимание на крылатых сфинксов и грифонов, которые взирали на них с лепнины под потолком.
– Как красиво! – изумилась Мира, следуя за Розали в очаровательную комнату, изящно отделанную розовым мрамором. Мягкие кресла стояли перед затейливой каминной решеткой, гравюры в золоченых рамах украшали стены. Розали просияла от ее искреннего комплимента.
– Спасибо. Сразу после нашей с Рэндом свадьбы этот особняк оформил наш знакомый, герцог Стаффордширский.
– Алек Ф-Фолкнер? – запнулась Мира, сразу почувствовав себя скованно в доме, еще минуту назад очаровавшем ее.
– Ты слышала о нем? – поинтересовалась Розали, подходя к окну и отодвигая занавеску.
– Да… – тихим голосом ответила Мира. – Вы часто.., то есть он ваш близкий знакомый?
– На самом деле нет. – Глаза Розали стали задумчивыми, она размышляла над прозвучавшим вопросом. – Я думаю, мы могли быть ближе… В конце концов дело не только в том, что он оформил наш дом; мы находимся в хороших отношениях со всей семьей Фолкнеров. Когда я виделась с ним несколько раз, у меня осталось впечатление о нем как о приятном и воспитанном человеке, и Рэндуон нравится, но…
Он очень беспокойный человек. Я не знаю, как объяснить тебе это, он очень любезный, но в то же время… – Она слегка нахмурилась и, быстро переменив тему, с улыбкой обратилась к Мире:
– В общем, вряд ли ты встретишь его здесь.
Мира неуверенно кивнула:
– Миледи…
– Я предпочитаю, чтобы ты называла меня просто по имени.
– Розали. Я хочу поблагодарить тебя за приглашение приехать в твой дом. Я признательна тебе за это, я с удовольствием временно воспользуюсь твоим гостеприимством. Но боюсь, что не смогу остаться здесь надолго.
– Мирей, даже не думай о том, чтобы уехать сейчас, – начала Розали, несколько обиженная, но улыбнулась и продолжала уже более спокойно:
– Через несколько недель, когда настанет зима, ты увидишь, что половина обширной семьи Беркли съедется к нам. Дом у нас большой, теплый, так что множество друзей и родственников гостят у нас в зимние месяцы. Это очень интересное общество, хотя не слишком спокойное, но я обещаю тебе – общение будет увлекательным.
Ты никому не создашь никаких неудобств, потому что одним гостем больше, одним меньше – разница небольшая…
Я хочу, чтобы ты осталась с нами. Однажды ты протянула мне руку помощи, когда я болела и нуждалась в дружбе. Не лишай же меня возможности отплатить тебе добром.
– Я не считаю, – медленно произнесла Мира, опустив темные глаза, – что ты мне чем-нибудь обязана. Не думаю, что когда-нибудь смогу забыть ту счастливую жизнь во Франции. Я.., я предала тебя…
– Не умышленно. Не сознательно, – настаивала Розали, но прикусила губу и бросила озабоченный взгляд на дверь. – Давай поговорим об этом позже, когда ты отдохнешь, а я не буду так сильно занята. Сейчас я просто рада, что ты здесь. А вот и Мэри с чаем. Я скоро вернусь. – Шурша юбками, Розали удалилась, оставляя за собой нежный аромат дорогих духов.
Мира села в кресло и взяла чашку чая; ее взгляд устремился на прекрасный пейзаж, открывавшийся за безукоризненно чистыми стеклами окна. Хотя сочные цвета ковров и мебели выгорали от прямых солнечных лучей, Розали настаивала, чтобы дневной свет беспрепятственно проникал в комнаты. Мира помнила эту ее привычку еще с тех времен, когда они жили во Франции. Многие предпочитали полумрак тяжелых портьер, но Розали была не из тех, кто меняет свои вкусы под воздействием чужого мнения.
«Значит, Алек оформил Беркли-Холл», – размышляла Мира. Зная его, она не удивилась причудливости отделки дома, которую заметила. Грифоны в главном зале, комнаты, украшенные китайскими птицами, множество зеркал в простенках между окнами. Она улыбнулась иронии судьбы. Стараясь избегать его, она нашла прибежище в доме, который именно он создал.
Ей было нетрудно понять, почему Розали так относится к Алеку, хотя сама миссис Беркли не могла объяснить этого. Муж Розали – Рэнд – прямолинейный человек, из тех, кто не станет говорить одно, подразумевая другое. Алек тоже был человеком крайностей, слишком неординарным, чтобы Розали чувствовала себя свободно в его обществе. Он был слишком привлекательным, слишком непредсказуемым, слишком восприимчивым. Полюбившая его женщина должна быть абсолютной идиоткой, думала Мира. От этих мыслей слеза скатилась по ее щеке и упала в чашку, потом другая; она поставила чашку на столик и принялась искать платок.
– Больше никаких слез сегодня, – послышался голос, и Мира встретила ласковый и понимающий взгляд стоявшей в дверях Розали.
– Ты так быстро освободилась? – спросила она дрожащим голосом, оставляя попытки найти носовой платок.
– Мне удалось отложить хозяйственные дела на потом.
Я объяснила слугам, что у нас в доме особенная гостья, которая останется здесь на неопределенное время, и что с ней надо обходиться как с особой королевской крови.
– Я последний человек в Англии, а не лицо, с которым следует обращаться как с особой королевской крови, – горько усмехнулась Мира, добавляя сахару в чай и нервно его размешивая. – Ты не знаешь, кто я, или…
– Я знаю, – мягко сказала Розали. Она заметила, как ложка в руке Миры резко замерла. – Гийом многое рассказал Рэнду пять лет назад во Франции.., до того, как мы были разлучены. Я знаю о твоей матери, твоем происхождении и твоем прошлом.
– Знаешь? – Мира похолодела от ужаса. – Ты знаешь и предлагаешь мне остаться у вас?
– Ах, Мирей… – Розали придвинула к ней свой стул; садясь, она машинально расправила юбки и сложила руки на коленях. Ее лицо выражало жалость и сочувствие. – Со дня моего рождения я думала, что я дочь кондитера и гувернантки… Я была служанкой. Хотя я получила приличное образование, мне приходилось много работать руками… Я чистила и скребла.., я знаю, что такое убирать за кем-то еще… Мне знакомо желание, когда хочется иметь вещи, которых, я думала, у меня никогда не будет. Но когда мне было столько, сколько тебе сейчас, я узнала, что я дитя тайной любовной связи благородной дамы и самого знаменитого денди…
– Брумеля?
– Да, Брумеля. – Улыбка Розали стала задумчивой. – Он мой отец. И я обнаружила, что дочь денди ничем не отличается от дочери кондитера, она ничем не лучше. Совершенно не важно, кто мои родители, ведь я осталась той же. Теперь люди знают меня как леди Беркли, многие из них расшаркиваются и кланяются мне, другие шепчутся по углам о моем темном прошлом, но большинство не поверит, что я когда-то бегала по лестницам, таскала уголь для топки каминов, боясь получить взбучку, если замешкаюсь. Если моя жизнь переменилась так резко, почему этого не может произойти с тобой?
– Дочь кондитера – одно, а.., я – другое. Я… – Лицо Миры было бледно, когда она произносила эти слова. – Я дочь проститутки. – Раньше она никогда не говорила этого вслух. – Это ставит меня ниже, чем…
– Нет! – Голубые глаза Розали вспыхнули, лицо ее казалось изваянным из слоновой кости. Она стала говорить, медленно и отчетливо произнося слова:
– Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь еще повторяла это. Ни мне, ни Рэнду, ни кому-нибудь другому. От этого зависит твое будущее, поняла?
Мира тряхнула головой, пораженная строгим видом Розали:
– Нет, боюсь, я не понимаю. У меня нет такого будущего, как…
– У тебя прекрасное будущее. – Розали была непреклонна. – Я намерена добиться этого, – продолжала она уже спокойнее, заметив растущее смущение Миры. – Я позабочусь обо всем. Мы будем очень умны, очень осторожны…
Верь мне, я самый большой специалист в Англии по тому, как избежать скандала. В первые два года после нашей с Рэндом свадьбы.., впрочем, это отдельная история. Ближайшие несколько месяцев ты будешь тихо жить здесь, пока сплетни о вас с лордом Саквилем не утихнут…
– Они не прекратятся никогда!
– Прекратятся. Сплетни хороши, когда они свежие. В конце концов они надоедают. И когда это случится, а о тебе забудут, мы представим тебя в качестве совершенно другой женщины – О чем ты говоришь? – ужаснулась Мира. – Ты не можешь этого!
– – Могу. Мы представим Рэнда твоим опекуном. Мирей Жермен, молодая девушка из прекрасной, старинной, респектабельной французской семьи, вместе с великолепным приданым вверенная опеке Беркли.
– У меня нет никакого приданого.
– Будет. Я обеспечу его.
– Я никогда не приму этого. И кроме того, есть сотни, тысячи способов обнаружить слабые места в моей легенде.
– Я прекрасно помню, какая ты замечательная актриса.
Ты будешь столь убедительной, что большинство людей не смогут не поверить собственным глазам.
– А те, кто видел меня в Саквиль-Мэноре? – безнадежно спрашивала Мира. – Они вспомнят меня, и они прекрасно знают, что я вовсе не из респектабельной французской семьи – Это пустяковая проблема…
– Это громадная проблема!
– Рэнд поможет нам придумать спасительную ложь. Он убедит Саквиля поддержать любую легенду, которую мы придумаем. Рэнд умеет быть очень убедительным.
– Но есть еще одна проблема, – продолжала Мира, вспоминая Алека, то, как он улыбался ей, его нежные губы, ищущие ее поцелуев. Она не желала никого другого, мысль о возможности принадлежать кому-нибудь еще была невыносима. – Я не хочу выходить замуж. Мне не нужен муж, будь он хоть трубочистом, хоть королем Англии, или кем угодно еще. Не стоит прилагать усилия, лгать, сочинять легенды ради того, чтобы выдать меня замуж. Я не хочу никого!
– Что? – Розали была потрясена. – Конечно, хочешь.
Ты же не хочешь быть одной!
– Хочу. Я хочу быть одной.
– Нет, не хочешь. Ты можешь утверждать это, но на самом деле не хочешь, – настаивала Розали. Она намеревалась прочитать Мире лекцию о преимуществах для женщины семейного положения перед одиночеством, но, увидев упрямое выражение лица Миры, на время отложила спор. – Давай больше не будем говорить об этом, – сказала она с улыбкой. – Пока ты поживешь здесь, у меня есть еще несколько месяцев, чтобы убедить тебя в том, что тебе нужен муж…
– Я не изменю своего мнения.
– Ты выглядишь усталой. Поспи часок-другой, потом мы пойдем гулять, и я покажу тебе Кристиана.
– Я не уверена, что смогу заснуть, – ответила Мира. – Мне надо столько обдумать.
– Думай только об одном, – сказала Розали, вставая и глядя на нее с нежностью. – Пройдет немного времени, и ты снова станешь смотреть на вещи так, как эго было свойственно тебе когда-то. Помнишь, какой жизнелюбивой ты была? Я до сих пор не встречала никого, кто бы так упивался жизнью.
– Я помню, что я всегда попадала в беду.
– В конце концов, это не изменилось.
* * *
Было просто невозможно противостоять несокрушимому оптимизму Розали. Мира почувствовала легкость на душе, когда зашла в отведенную ей очаровательную спальню, декорированную в бело-голубых тонах и обставленную мебелью из ореха и дуба. Платья, которые она привезла из Хэмпшира, были уже развешены в гардеробе, а остальные вещи аккуратно положены в старинный дубовый сундук. Мира с отсутствующим видом вертела в руках кольцо, служившее ручкой сундука, и оглядывала комнату. Набор щеток для волос с изящными ручками из слоновой кости лежал на туалетном столике времен королевы Анны, на каминной полке стояли расписные китайские фарфоровые статуэтки. В таком приятном окружении было совсем нетрудно расслабиться и заснуть.
Когда же Мира часа через два проснулась, у нее в душе царил покой. С помощью застенчивой полненькой служанки, которая приносила чай, ее платье было почищено, волосы аккуратно расчесаны и заколоты жемчужной заколкой.
Мира прогуливалась с Розали и Кристианом по ухоженному парку, наслаждаясь бодрящим октябрьским воздухом и радостно наблюдая за резвящимся маленьким сыном Розали.
Кристиан был самым милым ребенком из всех, которых ей приходилось видеть, белокурый и зеленоглазый, крепкий, с розовощеким круглым личиком. Он бегал вокруг, пока дамы прогуливались по парку, иногда перебивая их разговор вопросами и забавными замечаниями.
– Он необыкновенно смышленый мальчик для своих трех лет, – заметила Мира, когда Кристиан без ошибки назвал все собранные им опавшие с разных деревьев листья, а Розали довольно засмеялась.
– Его отец тоже убежден в этом. Но, к сожалению, Кристиан весь пошел в Беркли.
– Весь в Беркли? Разве это плохо?
– Это предвещает много проблем, – ответила Розали, изящно помахав рукой, тем самым показывая, что подчиняется неизбежному. – Все Беркли беспечны и безрассудны, все они были разбойниками, поджигателями и сорвиголовами… Не сомневаюсь, что Кристиан продолжит эту семейную традицию.
– Но лорд Беркли весьма солидный человек, – отметила Мира.
– Исключительно благодаря моему влиянию.
– Да, он заметно изменился после женитьбы, – согласилась Мира, вспоминая то далекое лето во Франции: Беркли был раздражительным, когда Розали не было рядом с ним.
– Особенно после рождения Кристиана, – добавила Розали. Ее глаза наполнялись нежностью, когда она смотрела на бегущего мальчика. – Этот ребенок раскрыл в Рэнде стороны, о существовании которых раньше знала только я. Он стал гораздо мягче, терпимее… – Розали усмехнулась. – Прежде он наводил страх на других.
«Как будто сейчас это не так», – подумала Мира, но вслух сдержанно сказала:
– Я помню.
– Но теперь мы с Рэндом гораздо ближе, чем я когда-то надеялась. Обязанности, о которых говорят мои подруги…
Их опасения за верность своих супругов, недоверие… У нас такого никогда не будет.
– Тебе очень повезло, – тихо сказала Мира, глядя на малыша и чувствуя тоску по такой любви и надежной семейной жизни, которую описывала Розали.
– Когда-нибудь у тебя все это будет.
Мира попыталась скрыть свои чувства за беззаботной улыбкой.
– Возможно, – согласилась она, зная, что если станет противоречить, последует еще одна нравоучительная лекция.
– Ты встречала человека, которого могла бы полюбить?
Мира ответила не сразу. Она не станет лгать Розали, но есть темы, которые нельзя раскрывать. То, что Алек Фолкнер был ее возлюбленным, навсегда останется в тайне.
– Да, – ответила она.
– Это лорд Сакв иль? – Розали вопросительно вскинула бровь.
– Я не могу, ни подтвердить, ни опровергнуть твои слова.
– Мирей, если это был лорд Саквиль… – покровительственно продолжала Розали. – По моему мнению, он был тебе больше отцом, чем… – Она умолкла. – Конечно, я не могу составить мнение о человеке, которого так мало знаю. Но любовь – настоящая любовь – возможна только между людьми, имеющими гораздо больше общего, чем лорд Саквиль и ты.
– Я знаю, что такое настоящая любовь, – тихо проговорила Мира, погружаясь в нахлынувшие воспоминания: Алек, прижимающий ее к своей широкой груди, ею глаза искрятся смехом, или пылают гневом, или задумчивы; его ранимость, которую он старательно скрывал ото всех; выражение страсти, появлявшееся на его лице, когда он смотрел на нее.
«О Алек! – отчаянно шептало ее сердце. – Почему ты позволил мне покинуть тебя?»
– Хотя мои чувства не вернуть, – с усилием продолжала она, – мне известно, что значит любить всем сердцем. Я никогда не полюблю никого так же сильно – это невозможно.
– Ты слишком молода, чтобы судить об этом с такой уверенностью, – сказала Розали. – Ты знаешь, во что верили египтяне?
Что мужчина и женщина – две половинки единого целого, которые когда-то были разделены, что мы ищем свою половину, ту, для которой созданы. Если ты твердо решила быть с Саквилем…
– Я не сказала, что это Саквиль…
– ..с мужчиной, которого любишь, – поправилась Розали. – Если ты решила быть с ним, значит, судьба обязательно сведет вас. А если он не тот, кто тебе предназначен, то твоя половинка еще ждет тебя.
– И ждет, когда начнется сезон встреч?
– Да, – засмеялась Розали. – Ждет, когда ты появишься после долгой и холодной зимы, проведенной в одиночестве.
– В одиночестве? – повторила Мира. – Нет, как бы там ни было, я не думаю, что проведу ее одна. – Неожиданно в ней вспыхнул гнев, и она не стала подавлять его. Гнев – более здоровое чувство, чем тоска; возможно, если повезет, он перерастет в безразличие. Она никогда не сможет изгнать из сердца свои чувства к Алеку Фолкнеру, но сумеет пережить это.
* * *
– Не хотите ли позавтракать, милорд?
– Спасибо, нет.
Джорджия Бредборн, недавно овдовевшая графиня Хелмсли, мягко ступая босыми ногами, прошла к маленькому столику, на котором был сервирован завтрак. Аромат крепкого кофе распространился в спальне. Ловкими движениями изящных белых рук она разлила кофе в китайские чашки. Алек, наблюдая за ней, подумал, что она все делает так, будто заранее отрепетировала – танцует ли, флиртует ли, наливает кофе или занимался любовью. Для Джорджии не существует ничего нового, никаких сюрпризов. Даже ее тело, прекрасно видное сквозь прозрачный пеньюар, было гладким и правильным, без родимых пятен или родинок на бархатной коже.
Ее речь была приятной: она очень редко противоречила ему, подчеркивая полное совпадение своих мнений с его словами.
Многие мужчины сочли бы ее идеалом, если бы приняли за чистую монету игру леди Бредборн, женщины, столь близкой к тому, чтобы быть эталоном. Алек сел и прислонился к высокой спинке кровати, ловя край простыни, соскользнувший с ног.
– Не натягивай простыню, – попросила Джорджия, улыбаясь и садясь на край постели и маленькими глотками отпивая кофе. – Мне нравится смотреть на тебя.
Она была красивой женщиной, чувственной белокожей блондинкой с аристократическими манерами.
Зная, что от него этого ждут, Алек взял ее руку и, поднеся к губам, поцеловал в ладонь.
– Как всегда, я с величайшей неохотой думаю о том, что все же придется покидать твою постель, – сказал он и легко рассмеялся.
– Как всегда, я не хочу отпускать тебя. Ты беспринципный негодяй и поэтому такой великолепный любовник.
– Пока игра оправдывает твои ожидания, – негромко добавил Алек тоном, заставившим счастливую улыбку Джорджии на секунду сделаться неуверенной.
– Надеюсь, это было больше, чем игра, – заметила она. – Когда мы с тобой вместе, я чувствую, что мы близки… Так, как я никогда не была близка с мужем. Тебе легко удается затронуть мое сердце и душу. Каждый раз, когда мы занимаемся любовью, я все сильнее чувствую, что принадлежу только тебе.
Алек прищурился. Джорджия играла весьма убедительно.
Она говорила с трогательной душевностью, выражение ее лица было искренним. Но было в нем еще что-то, какое-то напряженное ожидание, выдававшее ее истинные намерения. Она решила, что хочет стать женой Алека, но не от бешеной любви, как пытается убедить его. Многим хорошо известно, что ее долги растут, как снежный ком, а кредиторы громко стучатся в двери. Если она ждет от него предложения руки и сердца, то потеряет гораздо больше времени, чем может себе позволить женщина, оказавшаяся в ее ситуации. Хотя ее лицо и фигура были безупречны, «следы» слишком свободной, несдержанной жизни вскоре унесут ее привлекательность. Она слишком много пьет, слишком много времени посвящает вечеринкам и азартным играм. Так было еще до смерти ее немолодого мужа, так продолжается и по сей день.
– Джорджа, – негромко позвал Алек, называя ее именем, которое она терпела только от него. – Почему ты не хочешь, чтобы я уладил дела с твоими кредиторами?
– Я… – Она посмотрела испуганно. – Я… Почему ты заговорил об этом, дорогой? – Она сделала большой глоток кофе и, обжегшись, полуприкрыла глаза.
– Давай прекратим игру, – мягко сказал Алек. – Ты отказывалась принимать мои подарки по той же причине, что не разрешаешь мне оплатить твои счета: тебе нравится делать вид, будто ты больше, чем просто моя любовница.
– Я не любовница! – Джорджия резко встала с постели. – Я твоя возлюбленная.
– Джорджия, у меня нет ни желания, ни необходимости жениться на ком бы то ни было. – Алек был откровенен. – Называй себя как нравится – любовницей, возлюбленной, другом, но ситуация от этого не изменится: наши отношения достигли своего максимального развития. Другими словами, все будет так, как сейчас, поэтому тебе следует извлечь наибольшую пользу из ситуации и перестать ожидать от меня предложения, которого ты никогда не получишь. Ты никогда не станешь герцогиней Стаффордширской, но можешь много выиграть, будучи моей любовницей. Мне хочется быть щедрым с тобой…
– Пожалуйста, пожалуйста, не говори мне этого, – начала Джорджия, вытирая влажные глаза. – Я не понимаю, о чем…
– Плакать бесполезно. – Голос Алека звучал насмешливо. – Я не чувствителен к женским слезам.
– Негодяй! – Слезы Джорджии моментально высохли, и, наградив Фолкнера холодным взглядом, она уселась перед зеркалом и стала причесываться.
Алек улыбнулся, встретив отражение ее глаз в зеркале.
– Вот она – искренняя Джорджия, – прокомментировал он и положил руки под голову. – Неожиданно я нахожу тебя более привлекательной, чем раньше.
– Потому что ты относишься к тому типу мужчин, которые любят женщин, презирающих их. Тебе не нравятся те, кто старается быть добрым к тебе.
– Я могу любить любую женщину, пока она искренна, – ответил Алек. Опущенные длинные ресницы скрывали выражение его глаз. – До тех пор, пока она честна. Трудно найти женщину, которая в постели не играет какую-нибудь роль.
– Нам всем это свойственно, – холодно заметила Джорджия, аккуратно проводя расческой по своим золотистым волосам. – Вы, бедные глупые мужчины, не хотите принимать нас такими, какие мы есть. Вы всегда ищете невинность.
Алек усмехнулся.
– Боже упаси меня от женщин, старающихся разыгрывать из себя невинных, не являясь ими, хуже того – старающихся выглядеть леди, – сказал он и помрачнел от неприятного воспоминания. – Знаю на собственном опыте: притворство невыносимо.
– О ком ты думаешь? Она была притворной невинностью или притворной леди? – допытывалась Джорджия. Ее резкий голос вернул его к действительности.
– И то и другое, – ответил Алек, проведя рукой по шее.
Он так давно носил фамильный медальон Фолкнеров, что до сих пор не привык к его отсутствию. – Ты не ответила на мой вопрос. Хочешь, чтобы я оплатил счета или нет?
– Неужели оплата нескольких пустяковых долгов – все, что ты можешь мне предложить?
Вкрадчивый голос Джорджии заставил его рассмеяться:
– Судя по тому, что я слышал, они далеко не пустяковые. Я все равно сделаю тебе подарок…
– Изумруды?
– Бриллианты, – небрежно поправил Алек, вставая с постели. – Ты не стоишь изумрудов, Джорджия, хоть я должен признать, что ты была очень занятна в это утро.
– Возможно, я смогу убедить тебя в моей истинной цене.
Через несколько минут я заставлю тебя подарить мне изумруды…
Джорджия обольстительным движением скинула пеньюар. Алек задумчиво взглянул на нее, улыбнулся и поцеловал в лоб с нежностью, вызвавшей у нее приступ бешенства.
– Довольно, Джорджия. Я больше не приду. Но спасибо за приглашение… Приятно сознавать, что тебя хотят.
– Негодяй! – во второй раз повторила она это слово, отворачиваясь. – В таком случае я приму бриллианты.
* * *
В Беркли-Холле прямо на улице были накрыты столы, уставленные таким количеством еды, какое Мира вряд ли раньше видела. Жаркое и ветчину подносили с кухни так часто, как только успевали слуги, а толпа собралась, чтобы полакомиться пудингами, всевозможными булочками и другими кушаньями. Прожив месяц у супругов Беркли, Мира стала привыкать к их стилю жизни, но тем не менее ее пугало количество собравшихся людей. Пир продолжался целый день и с наступлением сумерек должен был закончиться фейерверком. Это было благотворительное мероприятие, устроенное для жителей поместья и крестьян из соседних деревень, но мелкопоместные дворяне тоже приехали сюда, чтобы поесть и повеселиться.
– Здесь, наверное, не меньше тысячи человек, – заметила с замиранием сердца Мира, кутаясь в теплую накидку от холодного ветра, который румянил ее щеки.
Розали улыбнулась, приветственно кивая знакомым, встречавшимся тут и там.
– Каждый год у нас собирается все больше народу, – заметила Розали. – Но как мы можем не пустить кого-нибудь? Большинство из них – жители окрестных деревень, работающие каждый день не покладая рук. Доставить им эту маленькую радость – лишь часть того, что я хотела бы сделать для них.
– Я слышала, многие говорят, как щедры вы с лордом Беркли. Ваши крестьяне – самые благополучные и довольные во всей Англии.
– Рэнд собирается сделать еще больше для местных жителей. Он решил обратиться к королю Георгу с предложением о созыве парламента: он будет представлять эту местность. Ему нужна новая деятельность: я буду рада, если он займется политикой. Это отвлечет его внимание от попыток раскрыть мои маленькие секреты.
Мира с удивлением улыбнулась Розали:
– У тебя есть секреты от мужа? Я думала, вы шагу не ступите друг без друга.
– Что ты! Боже, как это было бы скучно. Нет, Рэнд не бывает в курсе всех моих дел; и я уверена, что он знает об этом. Он никогда не будет распоряжаться мной.
– В чем именно? – начала Мира, но оборвала себя. – Нет, я ни о чем не спрашиваю.
– Я скажу тебе, если ты пообещаешь не говорить никому ни слова. – Розали посмотрела вокруг, чтобы убедиться, что поблизости нет свидетелей разговора, и зашептала:
– Ты знаешь, что Брумель, мой отец, последние несколько лет вынужден жить во Франции. Он бежал туда от долгов, карточных и других, которые не мог оплатить. Когда его дружба с королем Георгом прекратилась, он был на грани разорения. Ему грозила долговая тюрьма. Даже имея много влиятельных и богатых друзей в Англии, Брумель совершенно не умеет обращаться с деньгами… Он покупает все самое лучшее, бездумно тратит… Из-за своей гордости он не хочет принять от меня деньги.
– Как ужасно быть не в силах помочь, когда искренне хочешь этого.
– Да, гордость мужчины легко задеть. В некоторых вопросах они более ранимы, чем женщины. По многим причинам мой отец и муж сильно недолюбливают друг друга.
Единственное, в чем они сходятся, что мы не должны открывать мое родство с Брумелем. Но, несмотря на все разумные доводы, я не могу делать вид, будто это не так, он мой отец!
Он мой единственный родитель. Я не могу забыть об этом, как бы Рэнду этого ни хотелось.
– Конечно, – согласилась Мира.
– Тайно я нашла возможность помогать Брумелю, поскольку у него большие затруднения с деньгами. Я анонимно оплачиваю столько его счетов, сколько могу, чтобы не вызывать подозрения ни у Рэнда, ни у самого Брумеля.
– А что же семья Брумеля? Если он нуждается в деньгах, почему они не помогут ему?
Розали нахмурилась, качая головой.
– Они терпели его, пока он был богат и влиятелен, а сейчас он только помеха для них. Они делают вид, будто его вообще не существует – по той же причине они делают вид, будто и меня не существует! Они ничем не помогут ему. – Легкая улыбка заиграла на губах Розали. – Мирей, никто не знает об этом, но дважды мой отец тайно приезжал в Англию, всего на несколько часов. Оба раза я встречалась с ним, не говоря об этом мужу. Рэнд не разрешил бы мне…
– Скорее всего нет, – возразила Мира, зная, что Беркли не отказал бы жене в том, чего она по-настоящему хочет.
– Возможно, он и не запретил бы, – после минутного раздумья заключила Розали. – Но я знаю: он стал бы настаивать, что будет сопровождать меня, и этим все испортил бы.
Могу себе представить, как бы я пыталась разговаривать с Брумелем, которого так легко расстроить, с Рэндом, стоящим за спиной и сердящимся на нас обоих.
– Я понимаю, что ты имеешь в виду, – сказала Мира, и они обменялись улыбками.
– Причина, по которой я рассказываю тебе это, – продолжала Розали, – заключается в том, что я получила известие от Брумеля о его прибытии в Англию в ближайшие дни, и это будет скорее всего его последний визит. Он приезжает поговорить со своим адвокатом о кое-каких секретных фондах, которые все еще остаются в Лондоне, и побеседовать с издателем о его книге о костюмах и платьях. Он специалист по этому вопросу, и, может быть, выручка от продажи книги поможет покрыть часть долга и другие расходы.
– Как ты собираешься встретиться с ним, втайне от Беркли?
– Так же, как и предыдущие два раза: я скажу Рэнду, что поехала к матери в Лондон. Но на этот раз мне лучше не ехать одной. Как ты полагаешь?..
– Я с удовольствием буду сопровождать тебя, – ответила Мира.
Было заметно, как Розали благодарна ей за эти слова.
– Я так рада! Спасибо! Тебе будет приятно встретиться с Брумелем, уверяю. – На секунду она закрыла глаза, стараясь сдержать нахлынувшие чувства. – Я увижу своего отца, – сказала Розали, словно убеждая себя в том, что ее мечта скоро сбудется. – Я умру от счастья. Я так давно, ужасно давно не виделась с ним! Ты, наверное, думаешь, что с моей стороны странно любить человека, едва зная его.
– Вовсе нет, – ответила Мира, отвернувшись и кусая губы. – Вовсе нет.
* * *
После приятного, но ничем не примечательного ужина в Бедфорд-Хаузе гости возвращались в бальный зал, в дальней части которого расположился небольшой оркестр. Теперь благодаря леди Джорджии Бредборн Алек официально считался самым интересным холостяком в Лондоне; неудобство своего положения он чувствовал на протяжении всего вечера. Он не мог взглянуть вокруг, не встретив призывных женских взглядов. Он не мог присоединиться ни к одному разговору без обязательных вопросов о его романтической жизни, намерениях относительно этой женщины и будущих планов женитьбы. Отбиваясь, как только мог, Алек начал подумывать, что его будут травить подобным образом до конца зимы.
– Будет еще хуже, когда начнется сезон, – прервал его размышления чей-то голос.
Алек обернулся и встретил ясный, понимающий взгляд лорда Мельбурна..
– Объясни, пожалуйста. – Алек позволил себе слабо улыбнуться.
Он любил Мельбурна за дружелюбие и веселый характер.
Мельбурн был человеком, который думал так, как считал нужным думать, и говорил то, что думает; но он был чрезвычайно обходительным, поэтому даже когда его мнение было не всем приятно, к нему продолжали относиться с теми же уважением и симпатией. Такт и честность редко так удачно сочетаются в одном человеке.
– Ты находишься под прицелом, – лаконично заметил Мельбурн, делая рукой грациозный жест. – Весна не принесет тебе облегчения. Они будут кружить рядом с тобой, как китобои вокруг раненого кита. Голову даю на отсечение, что за этот год они тебя женят.
– Рискуй своей головой ради более стоящих вещей, – ответил Алек, его глаза искрились смехом. – У меня нет намерения жениться.
– Старина, у тебя нет выбора. Ни один мужчина не намеревается жениться, но рано или поздно большинство из нас приходят именно к такому финалу. Проклятие! Я тоже не собирался жениться, пока однажды, проснувшись, не обнаружил, что спящая рядом женщина – моя жена.
– Так приятная холостяцкая дрема была нарушена грубым пробуждением в браке.
– Совершенно верно, – подхватил Мельбурн, собираясь развить начатую тему, но его взгляд упал через плечо Алека.
Его лицо приняло холодное выражение. – Боже милостивый, – сказал он тихо, смущение заставило его слегка поморщить рыжеватые брови. – Кто это? Я думал, это…
Алек обернулся и бросил быстрый взгляд на только что вошедшего мужчину. Ею пальцы сжали бокал, затем он снова обратился к Мельбурну, который быстро взял себя в руки.
– Это Карр Фолкнер. Как обычно опаздывает, – медленно произнес Алек; его манера говорить была расслабленной, но глаза выдавали внутреннее напряжение. – Недавно вернулся из долгой поездки за границу. Младший брат Холта, ему чуть больше двадцати.
Мельбурн кивнул, румянец возвращался на его красивое лицо. Давняя взаимная неприязнь Kappa и Холта немало беспокоила Мельбурна, хотя он был из тех мужчин, кто не теряет спокойствие в любой ситуации.
– Я был знаком с твоим покойным кузеном, – негромко сказал Мельбурн, – но, к сожалению, не с его ближайшими родственниками. Я даже не подозревал, что у него был младший брат, так похожий на него.
– Карр никогда не появлялся в лондонском обществе.
Он предпочитал жить в загородном поместье и сидеть над книгами, – пояснил Алек, мрачнея. – До сих пор.
– Не осуждай его за это, – мягко посоветовал Мельбурн. – Он находится в том возрасте, когда молодые люди стремятся испытать все соблазны жизни: женщин, карты…
– Я подозреваю, что причины, побудившие его переехать в Лондон, этим не исчерпываются. – Алек вспомнил холодное выражение лица Карра, когда тело Холта опускали в могилу, поездку за границу, повторявшую такую же поездку, совершенную Холтом в его двадцать два года, резкую перемену в поведении Карра, прежде тихого юноши, а теперь столь же безрассудного, как был безрассуден Холт. – Боюсь, что Карр пытается занять в жизни место своего брата.
– Сознательно?
– Не знаю. – Алек передернул плечами в ответ на смех Карра. Он смеялся слишком похоже на Холта. Переливы голоса так сильно напомнили ему молодого Холта, и это воспоминание вызвало в Фолкнере бурю гнева.
Еще мальчиком Карр был лукавым и хитрым: любимец семьи, зеленоглазый, с милой улыбкой, шаловливый тихоня с ангельским личиком. Не раз Холт и Алек обнаруживали, что их планы нарушены и секреты раскрыты из-за страсти Карра подслушивать и сочинять небылицы. Когда они повзрослели, Карр превратился в типичного школяра – ничего удивительного, учитывая его замечательную память и способность повторять услышанное. Теперь они повзрослели.
Алек вспомнил, каким ненадежным был младший брат Холта, и он сомневался, что Карр изменился в лучшую сторону.
Если только существовал кто-нибудь, кого Алек мог ненавидеть, – это были именно ненадежные люди.
– Он идет сюда, очевидно, хочет поговорить с тобой, – предупредил Мельбурн, и губы Алека искривились в полуулыбке.
– Интересно, о чем.
Видит Бог, им было нечего сказать друг другу даже на похоронах Холта.
– Привет, Алек! – Подойдя, Карр крепко пожал ему руку.
После короткого знакомства Мельбурн отступил назад и посмотрел на них, извиняясь.
– Я должен потанцевать с женой, пока не вызвал ее упреков за невнимание. – Он посмотрел на обоих Фолкнеров с нескрываемым удивлением. – Рад был познакомиться с вами, – сказал он, обращаясь к Карру. – Всего хорошего.
– Благодарю, – ответил Алек, задумчиво провожая Мельбурна взглядом.
Он понимал, что именно привело в такое смятение этого джентльмена. Алек и Карр были слишком похожи друг на друга, их обоих природа щедро наделила характерными фолкнеровскими чертами. Так же, как и Алек, Карр был черноволосым, имел четкую линию бровей и золотистый опенок кожи, выступающие скулы и неуступчивый, четко очерченный рот. Но в отличие от холодно-зимних серых глаз Алека глаза Карра были темно-зелеными, он был ниже ростом и более хрупкий. В его внешности преобладало скорее изящество, чем сила Алека.
– Ты одет как щеголь, – отметил Алек. Его взгляд не упустил ни малейшей детали обновленной внешности кузена. Уложенные черные волосы блестели, одежда черного и белого цветов была безупречна. Разительное отличие по сравнению с неряшливым юнцом, корпящим над грудами книг.
– Хотелось бы надеяться, – протянул Карр, подражая тону денди. – Но эта чертовщина дорого обошлась мне.
– Как прошло путешествие? – равнодушно поинтересовался Алек, и Карр вздрогнул.
– Приятно. Нет, скорее, терпимо. – Его темно-зеленые глаза встретили взгляд Алека, и он увидел отчаяние, промелькнувшее во взгляде Kappa. – Ужасно! Я хотел поговорить с тобой.
– Обсуждай свои проблемы с кем-нибудь другим. Ты не хуже меня знаешь, у нас нет ничего общего… Более того, в семье я не считаюсь сострадательным…
– Нет, – перебил Карр, его лицо было испуганным, будто он задумался над тем, почему первым делом подошел именно к своему кузену. – Но ты единственный, кто поймет меня.
Чувствуя, что любопытные уши прислушиваются к их разговору, Алек заколебался с минуту, а потом кивнул:
– Если ты готов рисковать быть подслушанным.
– Все слишком далеко, чтобы расслышать, – сказал Карр, оглядев комнату и вновь остановив взгляд на лице Алека.
– Тогда начинай.
– Поездка была неудачной. Я не мог видеть ничего. Я не мог слышать ничего. Я не мог спать. Каждую ночь я думал об этом, я почти потерял рассудок. Вопросы без ответов медленно убивают меня.
– Холт? – тихо спросил Алек, и Карр кивнул.
– Да… Холт. Я мог бы смириться с его смертью, если бы на то была причина. Но ее не было, не было объяснения всему случившемуся и почему он был… – Карр замолчал и сделал над собой усилие, чтобы говорить спокойнее. – Я должен был выяснить, почему, я должен был выяснить… Почему ты так смотришь на меня?
– Ты что-то слишком уж искренен сегодня. Хотелось бы знать в действительности, в чем дело и к чему вся эта театральная сцена.
– Неужели так тяжело поверить в то, что я любил брата?
– Я знаю тебя и знаю, что за отношения были у вас с Холтом. Вы редко обменивались даже словом.
– Я не мог разговаривать с ним, – с искренностью сказал Карр, делая большие глаза. – Я слишком боялся его. Ты не понимаешь, каково на самом деле мне было… Всю жизнь все только и говорили, какой он замечательный… Я старался соответствовать его уровню, и всякий раз мне не удавалось.
Но я любил Холта и должен выяснить, кто убил его, иначе я буду мучиться над этим вопросом до конца жизни. Если я даже не попытаюсь, то никогда не обрету покоя. Ты не знаешь, каковы были последние месяцы…
– Я знаю, – перебил Алек. В его голосе звучала нотка искренности, свидетельствующая о том, что он задет за живое. Ее моментально уловил молодой человек. – Но не было никаких зацепок, никакой ниточки.
– Мы можем поискать их вместе.
– Ты думаешь? – холодно поинтересовался Алек– Кому из нас будет лучше, если мы начнем вновь и вновь ворошить прошлое? Потребовалось достаточно времени, чтобы я смог смириться с происшедшим…
– Я не могу больше выносить этого. Алек, ты единственный, в ком я надеялся найти опору в поиске убийцы Холта.
Я думал, ты любил его так же сильно, как…
– Черт тебя побери! – Глаза Алека внезапно вспыхнули. – Если ты собираешься и дальше бросаться подобными словами, щенок, мы продолжим разговор на улице. Холт значил для меня больше, чем брат. Еще одно такое замечание, и я сотру тебя в порошок.., или вызову на дуэль. Этого ты, пожалуй, больше заслуживаешь.
– Извини. – Карр понурил голову.
Это движение вызвало столько воспоминаний о том, как извинялся виноватый Холт, что Алек отвел взгляд и стиснул зубы.
– Черт тебя побери, – повторил он.
– Забудь об этом, – тихо произнес Карр. – Я иду в трактир «Гудменз». Посижу там вечерок, если хочешь, присоединяйся ко мне, выпьем за мое извинение. Я не" хотел обидеть тебя.
Алек не ответил, продолжая смотреть в сторону, когда Карр уходил. Заняв свое место за столом, он рассматривал вышитый узор на скатерти, внезапное видение предстало перед его мысленным взором: Холт, входящий в его комнату без стука, в хорошем настроении, слегка выпивший.
– Это я, мой уважаемый, трудолюбивый кузен, – объявлял о себе Холт, ставя бутылку джина посреди бумаг на столе Алека.
Глядя, как пятно джина расползается на чернилах, Алек притворно хмуро встретил взгляд Холта.
– Если ты пришел за деньгами – у меня их нет.
– Черт возьми… Нет, я пришел не за этим, – высокопарно сообщил Холт, грозя пальцем, как строгий учитель, в детстве преподававший им математику. – Я пришел отвлечь тебя от трудов праведных, пока твои мозги не свихнулись от всей этой писанины. Я собираюсь найти тебе женщину. – Взяв бутылку, Холт сделал глоток джина, затем продолжил:
– Тебе нужна женщина. Такая, как моя Лейла. Подумай об этом, может быть, у Лейлы есть подруга, которая…
– Черт меня подери, если я нуждаюсь в твоей помощи, чтобы найти женщину, – ответил Алек, внезапно рассмеявшись и откладывая в сторону перо. Он потянулся к бутылке и тоже сделал глоток. – Сегодня я найду себе такую женщину, рядом с которой твоя Лейла будет похожа на вывеску на повозке торговца рыбой.
– Ото! – воскликнул Холт, направляясь к двери и останавливаясь в проеме. – За честь Лейлы я вызову тебя.., когда протрезвею. – Он широко улыбнулся. – Это спасет тебя на время…
Когда оркестр начал играть полонез, Алек поднял глаза, возвращаясь к настоящему. Он почувствовал, что ему отчаянно хочется выпить.., или ему нужна женщина – что-нибудь, что могло бы отвлечь его от воспоминаний.
«Я не могу вернуть его», – убеждал себя Алек, не в силах противиться охватившему его одиночеству. Он был жив, а Холт – мертв, и у него не оставалось ничего, кроме как жить дальше, неся с собой эту боль.
Неожиданно он подумал о Мире и уже был не в состоянии повернуть мысли в другое русло. Ее темные глаза со светящимися в них лукавыми искорками.., ее прохладные пальцы на его плечах, нежные прикосновения ее рук, приносящие блаженство; их губы, сливающиеся в поцелуе. Ощущение ее тела, жаркая страсть, которую только она умеет вызвать. Ему хотелось обнять ее хрупкое тело, окунуть лицо в ее пышные волосы. Мира может помочь ему забыть боль, но Мира не принадлежит ему. Она оставила его: Алек убедил себя, что ей лучше уехать.
Алек подумал, что, наверное, надо присоединиться к Карру в трактире. В этот момент ему казалось, что выпивка стоит того, чтобы стерпеть компанию Карра. Выпрямившись и проведя рукой по черным волосам, Алек стал пробираться через толпу, наполнявшую зал.
Случайно брошенный в сторону взгляд заставил его остановиться. Ему показалось, что он узнал ее. Женщина стояла к нему спиной. Ее темные волосы были собраны заколкой, украшенной играющими в ярком свете люстр драгоценными камнями. Она стояла одна, вероятно, ожидая, когда ей принесут бокал вина или пунша. Алек смотрел на нее со смешанным чувством удивления и нетерпения. Хотя он не мог видеть ее лица, но знал – это была Мира: только она укладывала волосы в такую прическу. Она казалась немного стройнее, чем ему помнилось, в ее облике было меньше призывное™, но он чувствовал к ней такое безумное влечение, что все на свете было совершенно безразлично, кроме того, что она здесь, что он может подойти к ней, говорить с ней, обнять ее снова. Может быть, он уведет ее в сад, сожмет в объятиях, обжигая губы поцелуями… Даже не задумываясь, почему она здесь, с кем пришла на бал, Алек несколькими стремительными шагами приблизился к ней.
– Простите.
Когда женщина обернулась, нетерпение Алека превратилось в разочарование. Это не Мира. Ее лицо было уже, черты резче очерчены, брови чуть более изогнуты. Несмотря на разочарование, Алек отметил, что женщина была красива: с ясным взглядом голубых глаз и теплой улыбкой, но не так неповторимо красива, как Мира. Ее глаза не озарялись свойственным Мире оживлением, на губах не таилась характерная провокационная улыбка. Она была несовершенной копией женщины, которую он желал, – Пожалуйста, извините мою ошибку:
– Радостный блеск его глаз погас. – Боюсь, я обознался.
– Как жаль, – ответила женщина с легким акцентом и улыбнулась ему, очевидно, думая, что он хотел познакомиться с ней, но не нашел никого, кто бы его представил. – Мы, женщины, очень не любим, когда нас путают с кем-нибудь…
Это задевает нашу гордость.
Алек улыбнулся, определив ее акцент. Француженка, аристократическое произношение. Он вновь немного оживился.
– Я больше не повторю свою ошибку, – сказал он, глядя на нее серебристо-серыми глазами.
– Почему? – поинтересовалась незнакомка.
– Потому что я никогда не смогу забыть лицо столь красивое, как ваше, – сказал он, вызвав у нее улыбку.
– Не уверена, что вполне верю вам.
– Тогда не верьте мне, – ответил он, улыбаясь ей улыбкой, способной разбить сердце любой женщины. – Просто потанцуйте со мной.
Не Мира, но очень похожа.
* * *
– Где ты научилась управлять фаэтоном? – спросила Мира, крепче держась за поручни сбоку от высокого сиденья. Экипаж был открытым, и холодный октябрьский ветер дул ей в лицо, когда Розали погоняла гнедого коня, проезжая по лондонским улицам.
Розали крепко и уверенно держала поводья, наклонившись вперед и следя за дорогой. Только безрассудные сорвиголовы могли мчаться вот так в высоком открытом фаэтоне, а не респектабельные леди вроде Розали.
– Это не так уж трудно, – ответила Розали, откидывая прядь волос, упавшую на лицо. – Когда мы с Рэндом катались в Уорвикшире, он давал мне управлять экипажем, когда никто не видел. Нечего и говорить, он никогда не думал, что я стану делать это без него.
– Я до сих пор удивляюсь, что твоя мать ничего не сказала, когда мы отправились одни, без сопровождения, даже без слуги…
– Она знает, что это имеет отношение к Брумелю, поэтому не стала вмешиваться. Хотя она мне не родная мать, она вырастила меня и знает, как я тосковала по отцу. Теперь, когда я нашла его, она не будет препятствовать мне ни в чем, что касается его.
– Это ее фаэтон? – поинтересовалась Мира, придерживая капюшон плаща, чтобы ветер не сдул его с головы.
– В общем, да. Фактически он принадлежит барону Винтропу, мужчине, который.., оплачивает гардероб моей матери, квартиру и так далее… Ты знаешь.
– О! – Мира несколько секунд обдумывала новую информацию.
«Ничего удивительного в том, – говорила она себе с иронией, – что Розали не была сражена репутацией Миры в роли любовницы Саквиля. Если ее мать была в подобном положении, кто бросит в нее камень?»
– Приехали, – объявила Розали, останавливая лошадь.
Они находились поблизости от Темзы; ветер доносил отвратительный запах воды, плескавшейся о берег. Мира окинула взглядом старые стены крепости, возвышавшейся над ними.
– Почему Брумель назначил встречу в этом месте? – спросила она, слегка передернув плечами.
– Это я назначила встречу. Здесь наиболее удобно для него: он проезжает это место по дороге на улицу Треаднидл…
– Опасное место. – Мира беспокойно озиралась. – А улица, которую мы проехали, – Стренд? Это там собираются проститутки…
– Да. Но мы очень близко к Вест-Энду, где есть сторожа, чтобы защитить нас, и мы находимся не так далеко от дома моей матери. Мы встречаемся с Брумелем здесь, потому что он пересечет реку на лодке.
– На одной из тех маленьких голубых лодочек? – переспросила Мира, стараясь представить себе знаменитого Брумеля, прячущегося в утлой лодчонке перевозчика.
– Да, – ответила Розали, глядя на темные волны, бегущие перед ними. – Смотри, вон корабль «Фолли». Этот корабль стоит на якоре уже пятнадцать лет. До него добирались на лодках. Он был плавучим «логовом порока» – вино, музыка, проститутки, кабинеты – порядочных женщин туда не пускали, но, конечно, многие молодые лорды бывали там. – Она лукаво улыбнулась. – Рэнд говорил, что многие члены семьи Беркли были завсегдатаями на «Фолли», но, конечно, остальные Беркли отрицают это.
Мира тоже улыбнулась, собираясь задать вопрос, но тут послышался сухой треск, похожий на дальний выстрел. Этот звук напугал ее, к она щелкнула замком сумочки.
– Что у тебя там? – спросила Розали.
– Ничего, что мне хотелось бы использовать сегодня, – тихо ответила Мира.
В отличие от Розали она имела близкое знакомство с худшими кварталами Лондона. Да, они прятались поблизости от богатых улиц с фонарями, освещенными окнами, нарядными подъездами, но в то же время рядом находились переулки и трущобы, полные всякого сброда. Розали могла позволить себе быть легкомысленной, не зная опасностей, с которыми сталкивалась Мира. Не считая нескольких благополучно закончившихся приключений, Розали всегда находилась в безопасности. Она была уверена в своем везении, что не могло не беспокоить Миру. Таинственность иногда бывает необходима, но чрезмерная таинственность опасна.
– Сейчас я думаю, не совершили ли мы ошибку, отказавшись от сопровождения, – заключила Мира. – Находиться так близко к реке опасно. Слишком темно, ничего не видно, я не люблю все эти мрачные места…
– Мы с тобой в полной безопасности, – твердо сказала Розали. – Кроме того, я не знаю человека, кроме тебя, которому могла бы доверить подобную тайну. Иногда люди, которым больше всего доверяешь, могут первыми тебя предать.
– Ты права, – тихо согласилась Мира. – Я очень надеюсь, что Брумель скоро приедет, вот и все.
– Он скоро приедет, – поддержала ее Розали.
* * *
Трактир «Гудменз» был особенно шумным в ту ночь. Между столами сновали бесстыжие официантки, в воздухе висели винные испарения. Алек вошел, не обращая внимания на то, что при каждом шаге подошвы прилипали к грязному дощатому полу. «Гудменз» был популярным местом для сборищ и пьянок, обстановка в нем была подходящей, да и само местоположение было более-менее тихим по сравнению с другими частями города.
Карр сидел один за столом, уставленным пустыми стаканами и откупоренными бутылками. Он без удивления посмотрел на Алека, севшего напротив и откинувшегося на спинку удобного кресла.
– Значит, ты решил присоединиться ко мне, – сказал Карр, аккуратно расставляя перед собой стену из стаканов.
Алек мрачно взглянул на него:
– Я пришел сюда прежде всего, чтобы выпить, а не к тебе.
– Вот, – ответил Карр, протягивая стакан. – Я думаю, этот больше всего похож на чистый. Или будешь ждать, пока официантка обслужит тебя? Здесь есть несколько очень хорошеньких…
– Нет. Хватит на сегодня женщин, – пробормотал Алек, беря стакан и невесело разглядывая его. – Среди твоей коллекции есть бренди?
– Лучшее бренди в Роумвиле. – Карр посмотрел на стоявшие перед ним бутылки и взял одну. – Вот. – Он протянул руку, наливая бренди, а другой рукой поддерживал голову. – Боюсь, завтра утром голова будет раскалываться, – пожаловался он, наполняя свой стакан. – Я чертовски набрался.
– Не мог придумать ничего лучше, как смешивать налитки, когда так напиваешься?
– Когда напиваешься по той причине, что у меня, это не имеет значения.
– Полагаю, не имеет, – передразнил Алек, выпил бренди и потянулся за бутылкой.
Несколько минут они пили молча, пока Алек не почувствовал, что алкоголь приятно согрел его; настроение сразу улучшилось, он расслабился и удобнее уселся в кресле.
– Не повезло сегодня? – бросил Карр, его глаза блестели от выпитого. – Перед уходом я видел, что ты разговаривал с этой брюнеточкой.
– Ничего хорошего, – ответил Алек, его голос звучал глухо. Он танцевал с ней, флиртовал, поцеловал раз или два – все обещало приятную ночь… Бесполезно. Скучно.
Легкость победы разочаровала: он не принял ее предложения удалиться куда-нибудь в более тихое место, чтобы продолжить развлечение. – Я использовал ее, чтобы забыть другую, – пробормотал он. – Это не помогло. Никогда не привязывайся к одной женщине, это безумие. – В трезвом состоянии Алек ни за что не пустился бы в подобные разговоры, но большая доза спиртного и внимательный слушатель способны вытянуть откровенные признания ИЗ МУЖЧИНЫ.
– Не буду, – пообещал Карр, проглатывая последние буквы слов.
– Мне кажется, я вижу ее. – Алек провел пальцем по краю стакана, продолжая думать о своем. – Каждый раз, когда я смотрю на какую-нибудь женщину, мне кажется, что я вижу ее лицо. Я не думал, что стану таким… Я не думал, что с ней возникнут проблемы. Я спрашиваю себя: почему я хочу ее?
Она не в моем вкусе…
– Да, – отозвался Карр, согласно кивая.
– ..она не выше ребенка, она ругается, как дьявол, у нее нет родителей, семьи… И я не могу устоять перед этой вечно спорящей со мной женщиной.
– Я тоже ненавижу их. – Карр поднял голову и посмотрел на Алека. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, в тон зеленым глазам. – Мне, кажется, лучше выйти на улицу.
Голова кружится.
Алек подозвал официантку. Она кокетливо и бесстыдно улыбнулась ему, беря деньги.
– Обычно монеты кладут мне за корсаж, – сказала девица, приглашающе подмигивая.
– Почему бы нет? – промямлил Карр, вставая и шатаясь, взглядом ища дверь. – Эта комната больше, чем нужно.
Алек дал девушке еще один соверен и, стараясь контролировать себя, последовал за Карром к двери. Уголки его губ вздернулись в усмешке, когда он наблюдал, как приятель выходил из трактира.
Неожиданно раздался грохот проносящегося мимо фаэтона, и Карр посторонился, чтобы не оказаться сбитым. Когда лошади промчались, Алек посмотрел на возницу, чей капюшон откинулся и открыл лицо.
– Что за черт! – воскликнул Карр, провожая взглядом быстро удалявшийся фаэтон. – Несутся по улицам, как пара дьяволов, вырвавшихся из ада. Алек, скажи, я совсем рехнулся или это были две женщины?
– Да, – ответил Алек пораженно. – И не просто две женщины, но… – Он засомневался, но тут же разозлился на себя. – Но я же видел.
– Ночная чертовщина. Я иду домой, – бормотал Карр, надавливая пальцами на глаза и тряся головой, чтобы протрезветь..
– Ты видел обеих? – допытывался Алек, оглядывая пустую улицу. – Та, что правила, не показалась тебе похожей?
– На кого?
– На леди Розали Беркли.
– Я видел ее только однажды. Я точно не знаю! А в чем дело?
– Я знаком с ее мужем, – задумчиво сказал Алек. – Беркли никогда не разрешит своей жене посещать эту часть города в такое время, да еще без сопровождения. Но если это была Розали Беркли, то ее спутница должна быть… – Он закрыл глаза в раздражении. – Это точно она. Черт, эта женщина притягивает несчастья. Но я не собираюсь как последний дурак прочесывать лондонские улицы… Она не стоит того. Ни одна женщина не стоит уважения мужчины. Мне безразлично все это.
Обернувшись, он обнаружил, что кузен исчез. Очевидно, Карр не стал его дожидаться. Алек снова оглядел пустую улицу.
Если экипажем действительно правила леди Беркли, ее спутницей должна быть Мира. Если это была не леди Беркли, то он последний дурак: он все еще оглядывал улицу в надежде найти лошадь или фаэтон, чтобы догнать их. Ему казалось, что сегодня он обязательно увидит Миру, и от этого ожидания его бросило в жар.
– Мира, в какую историю ты попала на этот раз? – пробормотал Алек, охваченный дурными предчувствиями.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - С тобой навсегда - Клейпас Лиза

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14Глава 15

Ваши комментарии
к роману С тобой навсегда - Клейпас Лиза



Очень ммммм....очень понравился роман,жаль что такого мужчину в жизни не встретишь,можно только по мечтать о нём читая.У автора замечательный,узнаваемый стиль и вроде только начав читать книгу,она моментально заканчивается,оставляя волшебное настроение )))
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМарина
15.01.2012, 9.02





"Хороший роман."
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаНИКА
1.04.2012, 8.36





Отличный роман!Рекомендую!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЛюдмила
8.05.2012, 14.11





Да! Такого главного героя не встретишь даже в романах, также как такого бескорыстного спонсора-импотента.Главной героине могут позавидовать другие ГГ. Но почитать рекомендую.Сказка интересная.
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаВ.З.,64г.
13.07.2012, 16.19





Любой лр в той или иной степени сказка. Здесь же показано, что любовь не терпит условностей, разрушает всякие барьеры, что любовь прощает все, что любовь(в данном случае ггероя к ггероини) - бесценный дар, и никакая злая ирония судьбы не сможет быть помехой. В общем роман очень-очень-очень хороший!!!
С тобой навсегда - Клейпас Лизакуся
6.12.2012, 11.38





Читать романы Л. Клейпас одно удовольствие! Красивая любовь, страсть, интересный сюжет. Удивлена что так мало комментариев к этому роману, читаю его не первый раз, нравится очень!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЛюдмила Кл.
16.01.2013, 16.55





Роман интересный,но про Миру и ее братца-бандюгу я читала в другом романе и меня смутило,что автор решила выдать ее замуж за герцога(а они только на одну ступень ниже короля),а не за хотя бы барона или виконта.И она нигде не получала образования,тем более откуда у нее литературный вкус(читала Остен),если даже леди нанимали гувернанток.Все детство прожила в публичном доме и в 12 лет не знала чем мамка наверху занималась,а потом с братцем на пару темн.делишками занималась и вдруг превратилась в леди и после этого не хотела стать любовницей герцога,которого любила,хотя на замужество он ее уговорил.А как они графа-импотента обидели,про бедняжку потом ни слова автор не написала.Хотя интересно,что он пытался с ней заняться сексом,но не получилось и не такой уж невинной она была.Понравился ГГ-все ей простил и поэтому этот роман можно назвать хорошей сказкой!9 баллов.
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаОсоба
24.02.2013, 18.04





прекрасный роман! от начала до конца.очень понравились главные герои.
С тобой навсегда - Клейпас Лизаелена
26.02.2013, 23.47





ПРОСТО ЧУДЕСНЫЙ РОМАН!!! Очень понравился!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЛисичка
27.05.2013, 7.09





Просто замечательный роман!!!!мой самый любимый роман...вот сейчас, когда читаю другие романы, все время с ним сравниваю...потому что лучше не найти...читайте, не пожалеете
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаТатьяна К
27.05.2013, 8.32





роман мне очень понравился! Если вы ищете приятный роман чтоб был и интересным и страстым то прочтите не пожалеете.
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаТася
27.05.2013, 20.34





Побольше бы написали об образе жизни Алека. Героини врезать хотелось,хотя ее можно понять...если бы я была на ее месте,то также себя повела) красивый роман,читайте
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМари
27.06.2013, 1.32





Советую романы этого автора "Дьявол зимой" и "Сладкий папочка" потрясающие)
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМари
27.06.2013, 2.14





Прекрасный, красивейший роман!!! Спасибо автору! 10б
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаПросто читательница
16.09.2013, 10.19





Если сравнивать с другими романами - роман очень хороший. Если сравнивать с другими романами этой же писательницы - роман так себе. Обожаю романы Лизы Клейпас. Прочитала столько романов, и до сих пор равных ей не сыскать. Но этот роман как-то не тронул, не зажег. Г-героиня слегка, совсем чуть-чуть напоминает пришибленную идиотку, ну это ничего, бывают и похуже героини. Читайте, почему бы, собственно, и нет. Хоть и притянуто местами за уши, но все же роман ок.
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаБяка-кусяка
17.11.2013, 23.28





Один из самых слабых романов Клейпас. Девочка, выросшая в трущобах, терпит выходки жестокого титулованого самодура, который над ней постоянно издевается и презирает? Ну да, ну да. Она или проженная прощелыга, к которой старый благодетель импотентным приходил, или невинная овечка, жертва обстоятельств? А уж как ее Ггерой под себя подминает, фу..... Он на ее ругательства купился, типа леди не может ругаться, и решил что этосила духа, ее трущебный сленг? rnОчень слабо, очень шаблонно, ожидала от клейпас большего.
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЗаметки на полях
27.11.2013, 18.16





Читайте серию Желтофиоли не пожалеете
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМила
28.01.2014, 18.11





подскажите пожалуйста все книги из серии Желтофиоли
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаНина
16.06.2014, 10.03





Интересный роман! Девочки, а вы незнаете есть продолжение про Карра Фолкнера?
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЛека
19.06.2014, 8.56





Лека, открой википедию и почитай. Там написаны все серии книг этого автора
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаТатьяна
19.06.2014, 9.10





Татьяна, спасибо!
С тобой навсегда - Клейпас Лизалека
21.06.2014, 11.28





Классный роман!!! Люблю живое общение героев, а не просто тупо люблю, хочу!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаСветлана
12.09.2014, 7.17





Не знаю чем многим не нравится ГГ-ня, несмотря на ее положение смелая, целеустремленная с характером, заставила герцога погоняться чем кстати его избалованного женским вниманием и завоевала! Молодец! Один из самых моих любимых романов +10!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаТатьяна
1.12.2014, 6.31





Чудесный роман!!!!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМарина
3.12.2014, 19.01





Один из лучших романов у Клейпас!Очень нравится читать как ггерой добивается героини и такой искушенный мужчина теряет голову от любви и все прощает!!!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаИнга
18.02.2015, 8.00





Отличный роман! Один из любимых у этого автора. Любовь, страсть, интересный сюжет, вообщем супер!
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЛюблю романы
13.07.2015, 13.19





Роман так себе на 6 баллов у этого автора есть романы лучше
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМинажа
11.10.2015, 21.40





Роман так себе на 6 баллов у этого автора есть романы лучше
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаМинажа
11.10.2015, 21.40





Сначала вроде интересно,середина вообще нудятина,одна болтовня, я перелистывала.ну и под конец героиня своей тупостью прям убивала...опять читала между строк. 6/10
С тобой навсегда - Клейпас ЛизаЕленка
6.05.2016, 13.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100