Читать онлайн Приди ко мне, любовь, автора - Клейпас Лиза, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приди ко мне, любовь - Клейпас Лиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 98)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приди ко мне, любовь - Клейпас Лиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приди ко мне, любовь - Клейпас Лиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Клейпас Лиза

Приди ко мне, любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Хит все еще не привык к суровому северному климату и, каждый раз выходя на улицу, нелестно отзывался о погоде. Холод северной зимы пронизывал его до самых костей. Люси, прожившая в Массачусетсе всю свою жизнь, привыкшая к суровым зимам, просто не обращала на это внимания. Но для Хита это было почти невыносимо. С наступлением января морозы так усилились, что невозможно было находиться на улице больше пяти минут. Хит настаивал, чтобы все комнаты в доме были хорошо протоплены, а все печи и камины до отказа наполнены топливом. Это задевало Люси. Она воспитывалась в строгих традициях бережливости, особенно в отношении обогрева жилища. Тем не менее, чтобы не заставлять его раздражаться и негодовать, ей пришлось сделать над собой усилие и научиться транжирить уголь и дрова.
В один из дней сереющие сугробы, лежавшие на узеньких улочках Бостона, начали было подтаивать, но потом ударил мороз, и в результате образовался лед толщиной в несколько дюймов. Движение было затруднено, а в некоторых местах просто невозможно. В тот день Хит приехал домой изрядно продрогший, его волосы потемнели, намокнув под снегом.
– Почему ты без шляпы? – спросила Люси, хмурясь и помогая ему снять пальто.
– Забыл надеть сегодня, – едва слышно ответил он, зубы его стучали от холода. – Непростительная ошибка.
– Совершенно непростительная, – согласилась она, стягивая с него шарф и обеспокоенно наблюдая за ним. – Почему ты такой мокрый?
– На Вашингтон-стрит… там такой сильный гололед, экипаж не смог проехать. Пришлось идти пешком до угла. Уши чуть не отвалились от холода.
– Руки и лицо просто окоченели! – воскликнула она, пытаясь отогреть их ладонями, но тщетные усилия вызвали лишь усмешку на его губах.
– Не только руки и лицо.
Она была слишком обеспокоена, чтобы смеяться. Нетерпеливо она потащила его наверх, настаивая, чтобы он снял намокшую одежду и надел теплый халат немедленно. Хит долго стоял у огня, наслаждаясь теплом.
Ужинали они в спальне за маленьким столиком у самого камина. Золотистые отблески пламени отбрасывали их тени на стены комнаты. Люси развлекала Хита отчетом о лекции, на которой присутствовала днем. Хит медленно потягивал бренди и спокойно слушал ее. В этот вечер он выглядел очень задумчивым. Большим пальцем он медленно водил по краю фужера. В такие моменты в его движениях скользила медлительная грациозность, и Люси могла часами просто смотреть на него.
– А потом представитель Гоуэн сказал… Хит, ты слушаешь меня?
– Я слушаю, – вяло заверил он, усаживаясь поглубже в кресло. С огромным трудом ему удалось оторваться от созерцания ее лица в загадочном свете свечей и сосредоточиться на разговоре. – И что же сказал представитель Гоуэн?
– Он говорил о поддержке государственного кораблестроения и усилении морского флота.
– Прекрасно. Они пренебрегали этим с самого окончания войны.
– И еще он сказал, что мы имели преимущества в кораблестроении в пятидесятые годы, когда корабли строились из дерева. Но теперь, когда их строят из металла, британцы намного опередили нас. Представитель Гоуэн полагает, что следует лучше субсидировать американское кораблестроение и перевозки по морю и уменьшить налоги на все товары, которые мы будем импортировать для постройки новых кораблей.
– Так, так, – сказал он мягко, положив подбородок на руку и восхищенно наблюдая за ней.
– Если тебя интересует, что он говорил по этому поводу, то я сделала кое-какие наброски после этой лекции, ты можешь почитать. – С деланным безразличием она пожала плечами. – Ну или я сама могу рассказать тебе. Мне все равно.
– Наброски? – повторил Хит, удивленно и в то же время с любопытством. Он понимал, к чему она клонит, и ему пришлось приложить немалые усилия, чтобы сдержать улыбку, наблюдая ее тщательно разыгранное безразличие. – Я бы хотел взглянуть на них. – Очевидно, что другого ответа Люси и не ожидала, поэтому, не колеблясь ни секунды, она поднялась и направилась к своему туалетному столику.
– Вот они. – Она открыла верхний ящик, вытащила оттуда тонкую пачку исписанных листков. – Просто несколько заметок.
После того как она вручила ему свое творение, Люси почувствовала сомнение и сожаление. Она хотела выхватить листки до того, как он начнет читать их. Она не знала, что заставило ее написать об этой лекции. Утром ей показалось это забавным, но, наблюдая за тем, как он просматривал их, она не раз пожалела об этом. Это очень напоминало то, что Хит рассказывал ей о своих репортерах, о находках и ошибках, которые они совершали, и ей хотелось узнать, сумеет ли она написать статью. Люси с трепетом ждала, что он скажет ей. И только страх показаться еще более глупой, чем она уже выглядела в этот момент, заставлял ее молчать. Она заложила руки за спину и ходила по комнате, слишком взволнованная, чтобы сесть.
Пробежав глазами первую страницу, Хит резко вскинул голову и пристально посмотрел на нее.
– Вряд ли это можно назвать просто заметками, Син.
Она небрежно пожала плечами и старалась не смотреть на него, пока он читал. Закончив читать, Хит аккуратно положил статью на стол. На его лице отразилось странное выражение. Люси не могла разобрать, что оно означало.
– Отлично. У меня нет ни единого замечания. Сколько времени у тебя ушло на это?
– Час или два, не знаю точно. – На эту работу она потратила почти полдня, но зачем ему было знать об этом!
– Композиция, объем, стиль. Это как раз то, что… – Он замолчал, недоуменно глядя на нее. – Ты знаешь, с каким трудом Дэймону и мне удается заставить репортеров написать что-нибудь подобное?
От его похвал Люси почувствовала такое удовольствие, что ее губы сами собой расплылись в улыбке.
– Мне просто хотелось попробовать.
– Мне бы хотелось отдать это Дэймону.
– Ты имеешь в виду, чтобы напечатать это в «Экзэминер»?
– Да, именно это я и имею в виду.
– Не думаю, что заметка настолько хороша, – попыталась увильнуть Люси от прямого ответа.
– Да что уж скромничать теперь, – решительно возразил он. – Она достаточно хороша, чтобы положить начало любой репортерской карьере.
– Ты думаешь? – На ее лице засияла улыбка. – Если тебе так хочется этого, то отдай ее Дэймону, но не говори, кто автор. Подпиши ее каким-нибудь вымышленным именем. И если ему она не понравится, то тогда никто не узнает…
– Я не скажу ему, кто автор, – заверил он. – Но он наверняка и сам догадается.
– Ты шутишь или щадишь мои чувства, или статья тебе действительно понравилась?
– Зачем мне щадить твои чувства? – Хит снова взглянул на статью и еще раз пробежал по первой странице, все еще озадаченный и приятно удивленный чистотой слога. Чувство гордости наполняло его, ведь это написала Люси, его Люси. – По правде сказать, мне даже стыдно признаться, но я сильно удивлен.
– Стыдно?
– Мне нельзя удивляться ничему, особенно если это касается тебя. – Он поднялся о подошел к ней. Чуть приподняв указательным пальцем подбородок, он заставил ее посмотреть ему в лицо. Знала ли она, насколько она отличалась от той девчонки, на которой он женился? Год назад в ней жил лишь намек на что-то такое, что влекло его к ней. А теперь тот слабый намек словно по волшебству превращался в нечто более мощное и убедительное. Когда-нибудь с Божьей помощью она научится пользоваться этим. – Какая же ты очаровательная. – Он улыбнулся. – Сделай мне одно одолжение.
– Какое именно?
– Не позволяй мне думать о тебе как о простой партнерше по игре.
– А что, существует такая опасность? Он кинул лукавый взгляд на их постель.
– Боюсь, что, высоко ценя некоторые из твоих талантов, у меня появилась тенденция не замечать других твоих достоинств.
– А мне думать о тебе только как о партнере по игре? Улыбка коснулась его губ.
– Всегда. – Он сдернул халат с ее плеч и коснулся груди. – Ты не устала от разговоров? – прошептал он, ловя зубами мочку ее уха. – Тогда иди в постель, Синда. К сегодняшнему вечеру я приготовил для тебя новую игру. – И она послушно последовала за ним, завороженная его обольстительной, греховной улыбкой.
* * *
Статья Люси была напечатана, и незадолго до этого Хит уговорил ее написать еще одну. Вторую статью писать было намного труднее, чем первую. Но, убедившись в том, с какой готовностью Хит отвечал на ее несмелые вопросы, Люси перестала стесняться прибегать к его помощи. Он садился вместе с ней и предлагал как можно было бы исправить уже написанное. Она только успевала проглатывать раздражение по поводу того, как безжалостно он обращался с фразами и абзацами, казавшимися ей наиболее удачными. Теперь она стала понимать, насколько умело он делал свое дело. Ему всегда удавалось представить доработку статьи истинным удовольствием, а не сложной и скучной работой. Неудивительно, что Дэймон так высоко ценил его редакторские способности. Хит обладал даром писать доступно и просто, и это было самой ценной чертой его таланта. Большинство редакторов просто были не в состоянии ясно выражать свои мысли. Но только не Хит. Он всегда точно знал, что хотел сказать, и добивался, чтобы его мысли были понятны всем. Он настаивал, чтобы его репортеры были отважными и даже дерзкими, чтобы они всегда были в гуще событий и писали о том, о чем репортеры из других газет еще и не слыхивали. Его концепция газеты как источника информации радикально противостояла современным стандартам. Большинство газет являлись трибуной, с которой звучал голос лишь главного редактора, а чаще всего владельца газеты. В «Экзэминер» же предпочтение отдавалось голосам и мнениям простых репортеров, Хит лишь умело направлял их: «Не ждите, когда событие произойдет, идите и ищите его сами, определяйте его». Пока только несколько репортеров понимали, чего от них ждал Хит, и они упорно трудились, вынося на своих плечах неимоверные нагрузки, только чтобы оправдать возложенные на них надежды.
То, что Люси жила с Хитом под одной крышей и постоянно общалась с ним, давало ей огромное преимущество перед всеми остальными: она знала и понимала его лучше, чем другие. Репортер – очевидец всего, что происходит вокруг. Но она знала, что Хит хотел гораздо большего, хотя никогда не говорил об этом вслух. Он хотел научиться влиять на события, людей и решения, принимаемые ими, простой властью печатного слова. Он верил, что по-другому и не должно быть. Поэтому первостепенной задачей он считал превращение «Экзэминер» в самую информированную и влиятельную газету в Бостоне. Люси верила в то, что так и будет, и старалась вносить свой посильный вклад в достижение этой цели. Она определенно не была обделена писательским талантом, с каждым днем чувствовала себя все увереннее и увереннее и уже не сомневалась, что именно она, сама, безо всякой помощи, сможет найти правильные слова, чтобы выразить свои мысли. И что еще было немаловажным, это ее знакомства и связи с влиятельными людьми Бостона, к которым ни Дэймон, ни тем более Хит не имели доступа. Конечно, Люси была знакома не с самими важными персонами, а с их женами.
Время от времени она доказывала свою необходимость как бесценного источника информации. Например, когда никому из репортеров не удавалось вытянуть ни слова из сенатора штата в отношении предполагаемой смены переправы между восточным Бостоном и основной частью города. Люси же без особых усилий в мельчайших подробностях выспросила все о готовившемся проекте у жены сенатора, за чашечкой чая. Через женщин, с которыми она общалась, ей удавалось узнать о том, кто куда собирался ехать и зачем. Благодаря ей репортеры «Экзэминер» стали появляться в совершенно неожиданных местах как раз вовремя, чтобы раздобыть последние и интересные известия. Теперь за ними закрепилась слава самых быстроногих и осведомленных. Особо интересные, по ее мнению, события и случаи Люси оставляла для себя, и ее мастерство оттачивалось с каждым днем.
Ей нравилось быть в курсе работы и дел Хита. Ей льстило, что иногда они общались на исключительно интеллектуальном уровне. По своему прошлому опыту она знала, что большинству мужчин претило признание интеллектуальных способностей своих жен. Хит же всячески поощрял ее занятия, а иногда даже делился и дарил ей свои идеи. Казалось, все в ней приводило его в восторг, даже редкие моменты упрямства и плохого настроения. Иногда он прилагал все свои силы, чтобы сбить ее с праведного пути, заставить переступить через строгость и хорошие манеры, спровоцировать на спор или даже на ссору. Он обожал спорить с ней, посмеиваться и очаровывать снова и снова. Он мог подобрать ключи к любому из ее пристрастий и был уверен, что она переживала и хранила каждое из них так же трепетно, как и он сам. Ее воспоминания о жизни до замужества казались теперь лишь слабым отражением всего этого. Что тогда она знала о счастье? Что она вообще знала тогда о жизни?
Двадцать шестого января Виргиния ратифицировала Пятнадцатую поправку и была вновь принята в Союз. Эта новость вызвала необычайное оживление во всех газетных редакциях на Вашингтон-стрит. Все только говорили и спорили о том, что сенат потребовал проявления полной лояльности со стороны официальных органов и прессы, да о бесчисленных оговорках, касающихся избирательных прав, проведения выборов в государственные органы и публичных школах для южан. Потом, в феврале, в Миссисипи тоже ратифицировали эту поправку, и, казалось, весь штат встал с ног на голову, когда вслед за этим последовали множественные проявления жестокости и насилия в отношении черного населения штата. Чуть не каждый час приходили новые сообщения, которые необходимо было освещать или по крайней мере хоть как-то реагировать на них.
Хит работал безудержно, в неурочные часы и приходил домой лишь поздно ночью, уставший и измотанный. Никакие уговоры Люси сбавить темп и отдохнуть немного не действовали на него. Сам работая без устали, он и остальных заставлял работать так же много, добавив воскресный выпуск и увеличив объем обычных номеров на две полосы. В результате все в «Экзэминер» с удовлетворением отметили, что тираж газеты увеличился почти на пять тысяч экземпляров. Это поставило газету на одну ступень с «Джорнэл». Хита и Дэймона непомерно воодушевил такой успех. Теперь они не просто пытались выжить. Теперь они стали конкурентоспособными. По городу ходили слухи, что владельцы «Геральд» с опаской оглядывались на «Экзэминер», боясь, что скоро он опередит и их.
Люси искренне радовалась успехам Хита, но в то же время сильно переживала, что он работал практически без отдыха. По выходным он брал Люси с собой на различные мероприятия и встречи, опять же связанные с делами. Он почти полностью отверг сон и отдых, как излишнюю роскошь. Даже Дэймон признался, что просто не в состоянии угнаться за ним. Постепенно сверхплотный график работы начал сказываться на характере и поведении Хита. Теперь ничего не стоило вывести его из равновесия. От частого пребывания на улице в его голосе появилась легкая, но постоянная хрипотца, а мягкая, плавная речь превратилась в отрывистый скрежет. Заметив, как ввалились его щеки, Люси решила положить этому конец.
– Син, – сказал Хит, входя в спальню и поправляя галстук. – Ты уже готова? Нам нужно приехать… – Он резко остановился, увидев, что она все еще в халате и преспокойно сидит на кровати.
– Я никуда не поеду сегодня, – упрямо заявила она. Его губы сжались от нетерпения.
– Милочка, я уже объяснял тебе, что у нас нет выбора. На этот обед приглашены все члены Газетной ассоциации, и там обязательно будут люди, с которыми мне необходимо встретиться…
– Ты же сказал, что Дэймон тоже будет там. Он может поговорить с ними.
– У нас нет времени для спора.
– Ну вот давай и не будем спорить. – Она взглянула на него и уже не могла сдержать слез. Как всегда, он был красиво и безупречно одет, но тот особый румянец жизнелюбия исчез от непомерной нагрузки. Под голубыми глазами образовались темные, почти черные круги. Выражение лица стало жестким и усталым. Чем он был недоволен, что с таким рвением старался замучить самого себя до смерти? Была ли в том ее вина? Неужели это было настолько серьезно, что он даже не осмеливался говорить с ней об этом? – Мне не нравится, что мы выезжаем каждые выходные, – сказала она начинающим дрожать голосом. – У нас нет времени просто посидеть вместе.
– Но так не будет продолжаться всегда, – спокойно ответил Хит. – Просто именно сейчас так много всего происходит, что невозможно оставить это без внимания.
– Но ведь совершенно нет необходимости делать все самому, – выкрикнула она. – Ты ведь никому не доверяешь, а тогда чем же ты, скажи на милость, отличаешься от Дэймона в его уверенности, что только он один может справиться с этим и сделать все как надо?
– Люси, – увидев, как слезы покатились из ее глаз, Хит вздохнул и потер виски. – Хорошо. Через несколько недель я поищу возможность передать часть своих обязанностей кому-нибудь другому.
Но его слова ее не удовлетворили, а, скорее, только подлили масла в огонь.
– Я не знаю, насколько еще хватит тебя, но я больше так не могу!
Бормоча под нос проклятия, Хит скинул туфли, снял пиджак и галстук, взял Люси на руки и сел на кровать, посадив ее на колени. Люси прижалась к его груди, приткнувшись мокрым от слез лицом ему в шею. Теплота и уверенность исходили от него, сердце отчетливо билось под ее ладонью.
– Син, все будет хорошо, – шептал он ей на ухо, нежно качая словно младенца. – Мы никуда не поедем сегодня. Останемся дома.
– Теперь я не так счастлива, как раньше…
– Я знаю, знаю, милочка. Я исправлюсь. И с сегодняшнего дня все будет хорошо.
– Теперь ты не смеешься, как раньше…
– Я буду. Начиная с завтрашнего утра.
– Ты тратишь все силы на газету, а я вижу тебя только тогда, когда ты уже не в состоянии передвигаться.
– Боже мой… – Хит улыбнулся и прижался к ее волосам, целуя ее в ухо. – Я виноват. Не плачь так горько, голубушка, чшшш…
Он говорил ей что-то, успокаивал, укачивал, гладил ее по волосам до тех пор, пока она не перестала плакать. Люси с наслаждением ощутила облегчение, когда оба они откинулись на кровать. Все неприятности отступали, когда он был рядом, обнимал ее.
– Побудь со мной, – сказала она, сильно прижимаясь к нему. – Не уходи. Давай просто отдохнем немного. А потом поужинаем дома.
Вечер только начинался, и Люси была уверена, что он откажется. Даже дома у него было полно бумаг и статей, которые он просматривал каждый вечер перед тем, как лечь спать. Но сейчас он был на удивление сговорчив и не возражал, когда она, на минуту оставив его, встала и погасила свет. Когда же она вернулась, он, зевнув, крепко прижал ее к себе и положил голову ей на грудь. Люси с готовностью приняла тяжесть его тела. А когда ее пальцы скользнули в ароматный шелк его светлых волос, она в задумчивости впилась глазами в камин. Он спал, но не обычным спокойным, а каким-то всепоглощающим, жадным сном, который охватил его слишком быстро. Он даже не пошевельнулся, когда в дверь спальни осторожно постучали.
– Да? – тихо ответила Люси, глядя на дверь. – Что такое, Бесс? – Девушка осторожно заглянула в дверь.
– Миссис Рэйн, извозчик, что сказать ему?
– Поблагодари его, извинись за беспокойство и скажи, что сегодня он уже не будет нужен, – без обычной улыбки на лице проговорила Люси. – Скажи, чтобы отогнал карету. И еще, позаботься, чтобы сегодня нас больше никто не беспокоил. – Люси понимала, что говорила с Бесс слишком строго, но девушка, похоже, не обиделась на нее.
– Да, миссис Рэйн. – Дверь затворилась. Снова комнату окутала тьма, и только слабые отблески тлеющих углей мерцали в камине. Слышалось потрескивание углей и ровное дыхание Хита. Было уже далеко за полночь, а Люси все не спала, как будто только так она могла сохранить спокойный сон мужа. Возможно, когда-нибудь она будет с улыбкой вспоминать об этих напряженных часах, о том, как она предалась беспричинному страху и, нежно обвив его своими руками, пыталась укрыть от всего мира. Возможно, когда-нибудь она и улыбнется этому. Но не теперь. Не теперь.
* * *
– Тебя знобит, – настаивала она, неотступно следуя за ним, пока он ходил по комнате и одевался, чтобы уйти.
– Возможно, – спокойно ответил Хит. Вытерев полотенцем чисто выбритое лицо, он снова направился в спальню. – Зима. У любого может подняться температура. Но это не подействует на меня. Я должен работать.
– Если бы я знала, как ты упрям, то привязала тебя к кровати, пока ты спал, – раздраженно выпалила она.
Усмехнувшись, Хит потянулся, впервые за последние недели чувствуя в себе былую силу и энергию.
– Хорошо, что мы остались дома вчера. Просто немного отдыха, вот что мне было нужно.
– Тебе нужно отдохнуть еще. Ты что же думаешь, одна ночь сможет восполнить недели самоистязания? И не надейся! – Заметив, насколько беззаботным он выглядел, Люси просто пришла в ярость, и ей ничего не оставалось, как накричать на него. Иначе ей вряд ли удалось бы справиться с ним. – И если ты посмеешь опоздать к ужину сегодня и не станешь исполнять своих обещаний, данных мне вчера…
– Не будь занудой, милочка. – Он быстро поцеловал ее в нос и вышел из комнаты.
Люси изо всех сил сжала кулачки, стараясь сдержать себя хоть немного, ей не хотелось, чтобы ее голос звучал, как у торговки рыбой.
– А завтрак? – Ей все-таки удалось произнести это более или менее спокойным тоном.
Его хриплый голос едва донесся до нее из прихожей:
– У меня нет времени, Син. Увидимся вечером.
Несмотря на благоприятное начало дня, силы и бодрость покинули его примерно через час, как он вошел в офис редакции. Он сидел за своим письменным столом и читал. Легкая головная боль, которой утром он даже не придал значения, переросла в невыносимую, раскалывающую череп на куски. Эта боль, казалось, отзывалась в каждом уголке его огромного тела, включая кончики пальцев. Он пытался не обращать на нее внимания и сконцентрироваться на рукописи, лежавшей перед ним, до тех пор пока строчки не поплыли у него перед глазами. В полдень в дверь раздался знакомый стук Дэймона. Стук отозвался в голове Хита, как будто Дэймон стучал не в дверь, а ему по затылку.
– Зачем же так барабанить? – сердито хмурясь, пробурчал Хит, когда наконец Дэймон вошел в кабинет.
– Извини. Я вижу, что тебе вовсе не по душе мое вторжение. Я просто хотел уточнить некоторые детали, касающиеся моей статьи.
– Я что-то не припоминаю. Разве у нас были какие-то сомнения? Это… – Хит помедлил и потер глаза. – Про что там было? Хайрэм Рэвелз?
– Нет, это было вчера. – Дэймон молча наблюдал за ним холодно-любопытным взглядом черных глаз, что вызвало у Хита необъяснимую волну раздражения. – Это о кубинском восстании, – чуть замедленно продолжил Дэймон. – Благодаря секретарю Фишу удалось остановить президента от объявления Кубе войны. И еще я думаю, нам надо вставить абзац о метисах, бегущих в Испанию. Это должно, несомненно, вызвать сочувствие к повстанцам.
– Да, да, хорошо. Займись этим.
– Ладно. – Дэймон помедлил, перед тем как выйти из комнаты. Голос его стал тихим и спокойным. – Твоей жене удалось оставить тебя дома вчера?
– Как видишь, – ответил Хит.
– Ну и молодец. В последнее время ты не отдыхал ни минуты. Не волнуйся, ты ничего не потерял, пропустив этот ужин. Ты же знаешь, что и я умею делать дела. И если бы ты хоть немного сбавил темп, часть обязанностей я мог бы взять на себя.
Хит смотрел на него ничего не понимающим взглядом. Его глаза пылали горячечным огнем, а под ними образовались огромные черные круги. От этого взгляда Дэймон весь похолодел и смотрел на Хита чуть дыша.
– Боже милостивый! – Для такого спокойного и уравновешенного человека, как Дэймон, это тихое восклицание было равносильно крику о помощи. – Ты нездоров. Я позову кого-нибудь, чтобы тебя отвезли домой.
– Не будь глупцом! Мне просто нужно немного воды. – Голова Хита беспомощно упала на руки.
– И он еще называет меня глупцом! – проворчал Дэймон. – Потрясающе. – Он вышел из кабинета и вернулся буквально через несколько минут. Все это время Хит сидел, прислонившись пылающей щекой к прохладной поверхности своего рабочего стола, и изо всех сил пытался собраться с силами. Ему показалось, что прошло никак не менее часа, когда Дэймон вошел и сказал:
– Пожалуй, придется позвать еще кого-нибудь, чтобы мы могли отнести тебя туда. Так что я пойду…
– Я выйду сам, – сказал Хит, подняв голову и уставившись на Дэймона леденяще-голубыми глазами.
– Тебе необходима помощь.
– Нет, только не перед ними.
Дэймон понимал, что Хит говорит о сотрудниках газеты. Ему была невыносима даже мысль о том, что кто-то из них увидит его в таком жалком состоянии. Дэймон понимал, что, если ему удастся хоть немного протянуть время, сопротивление Хита исчезнет само собой. Было бы слишком безрассудно позволить ему выйти самому. Но Дэймон уже начинал вникать в природу гордости несгибаемого южанина и даже испытывал восхищение перед этим великолепным безрассудством. С другой стороны, он прекрасно осознавал, что Хит до конца своих дней будет злиться на него, если сейчас он не выполнит именно этой просьбы.
– Хорошо. Ты можешь попробовать выйти отсюда без посторонней помощи, – с неохотой проговорил он. – Я пойду рядом с тобой, но учти, коли ты свалишься на меня, то непременно нанесешь мне существенное увечье, если вовсе не покалечишь. И уж тогда я сполна стребую с тебя возмещения этого ущерба.
Хит пробормотал что-то нелицеприятное в адрес янки и одним быстрым движением поднялся на ноги, отчаянно схватившись за край стола, когда комната завертелась у него перед глазами.
– Упрямый мятежник, – не удержался и прошептал Дэймон. – До чего ты довел себя?
* * *
Встревоженная властным стуком в дверь, Люси бросилась к входной двери и подбежала, когда Соуэрс уже открыл ее.
– Хит! – вскрикнула она, увидев, что муж с трудом стоит, прислонившись к дверному косяку. Лицо его было необычайно бледно, даже загар не спасал его сейчас. Дэймон стоял с другой стороны, поддерживая его под руку.
– Я в полном порядке, – выдавил Хит.
– Он болен, – коротко сказал Дэймон, жестами указывая дворецкому, чтобы тот помог ему втащить Хита в дом. – Я уже послал за доктором, это наш семейный врач. Он будет здесь через несколько минут.
– Мне нужно немного отдохнуть.
– Проклятые южане, – сказал Дэймон. – Никогда не знают, когда пора капитулировать. – И хотя это было сказано в его обычной холодноватой манере, но в его словах прозвучала какая-то печальная нотка грубоватой мужской привязанности и сочувствия.
Втроем они подняли Хита наверх в спальню и уложили на кровать. Затем Соуэрс спустился вниз ждать доктора. При других обстоятельствах Люси, наверное, сгорела бы от стыда даже при мысли, что ей нужно будет хотя бы частично раздеть мужа в чьем-либо присутствии. Но сейчас, не задумываясь, она стащила с него пальто и сняла ботинки, едва ли заметив пристальный взгляд черных как смоль глаз Дэймона. Хит весь дрожал. Люси что-то озабоченно бормотала ему, натягивая одеяла до самого подбородка, мягко поглаживая его по плечам.
– Миссис Рэйн?
Люси узнала голос Бесс и, не подняв глаз, быстро сказала:
– Принеси еще одеяла.
– Может быть, горячие кирпичи, завернутые во фланель?
– Да, да. И поскорее.
Горничная вышла из комнаты и опрометью бросилась вниз. А Хит, прижавшись пылающей щекой к похолодевшей от страха ладони Люси, закрыв глаза, с ужасающей быстротой погрузился в сон. Люси хотелось заплакать. Он весь горел. Как могла какая-то простуда сломить его? Люси посмотрела на Дэймона; ее карие глаза потускнели от осознания собственной вины и жалости. – Он чрезмерно много работал, – прошептала она. – Я должна была остановить его.
– Вам бы не удалось, – спокойно возразил Дэймон. – Мы все пытались. Но его как будто дьявол обуял. Вы бы не смогли остановить его.
Изумленная, Люси смотрела на него испытывающим, вопрошающим взглядом. Что он имел в виду? Неужели Хит посвятил его во что-то такое, чего не рассказал ей? Или Дэймон сам догадывался о каких-то тщательно скрываемых Хитом причинах его безостановочной работы? Она так никогда и не узнает ответа на все эти вопросы, потому что доктор приехал до того, как она успела задать их Дэймону и получить ответ.
Независимо от того, какими добрыми и заслуживающими доверия ни выглядели бы доктора, Люси всегда до ужаса боялась их. Уже одно их присутствие говорило о том, что случилось что-то очень плохое. Они всегда казались ей нечуткими и бессердечными, и уже потому, что им слишком часто приходилось заглядывать в холодные глаза смерти и страданий, Люси, про себя, конечно, ставила их в особый ряд. Доктор Эванс, за которым послал Дэймон, показался Люси, пожалуй, самым приличным из всех врачей, с которыми ей приходилось сталкиваться. Он был похож на старенького доброго дедушку и, казалось, прекрасно понимал и разделял все ее страхи, постоянно уверяя, что ничего ужасного не произошло: обычная лихорадка в сочетании с сильным переутомлением. Он прописал тонизирующие средства и полный покой и с тем удалился, ласково утешая Люси. Она спустилась с ним вниз и проводила до двери.
– Как он? – из-за спины прозвучал голос Дэймона. Люси обернулась и обнаружила, что он сидит в гостиной.
– Гораздо лучше, чем я предполагала, – медленно ответила она. – Ему просто нужен покой и отдых. Я даже не могу выразить словами, насколько мне стало легче и как я благодарна вам.
– Не стоит.
Но теперь Люси было уже невозможно ввести в заблуждение безразличным тоном, которым он произнес эти слова. Дэймон мог сколько угодно стараться спрятать свои чувства, но она-то видела, с какой заботой и тревогой он нес Хита наверх, и теперь уже не сомневалась в его нежных чувствах и по отношению к ней самой.
– Я благодарна вам, – повторила она, желая выразить больше, чем обычную благодарность за все, что он сделал.
– Мне нужно возвращаться в редакцию.
– Может, перекусите или хотя бы выпьете кофе? – спросила она, вспомнив, что он пропустил обед. – Может быть, чаю?
– Спасибо, нет. У меня слишком много дел.
– Это же я постоянно слышу от Хита.
Ее замечание вызвало улыбку Дэймона.
– Должно быть, его страсть к работе заразительна.
Люси улыбнулась в ответ:
– Тогда будьте осторожны. Я не хочу, чтобы и вы свалились тоже.
– Нет. Пожалуйста, передайте ему привет и пожелание скорейшего выздоровления от меня, миссис Рэйн. И еще передайте, чтобы он не переживал за «Экзэминер». Я сохраню все в полном порядке до его возвращения.
– Я знаю, что он вам полностью доверяет.
– А вы?
Люси не могла с уверенностью сказать, почему он спросил ее об этом. Но у нее возникло подозрение, что он и сам не знал этого.
– Я тоже доверяю вам, – мягко сказала она. – Извините, мне нужно идти к Хиту. Соуэрс проводит вас.
Заинтригованная и смущенная, Люси стала подниматься вверх по лестнице, не оборачиваясь. Интуиция подсказывала, что ей нечего бояться Дэймона Редмонда. Но он обращался с ней с такой осторожной вежливостью, как будто боялся, что она может раскрыть ревностно охраняемую им тайну. Ненавязчиво он присутствовал при всем, что происходило в доме, заботясь обо всем, и оставался до тех пор, пока не убеждался в том, что он больше не понадобится.
Люси плохо спала в эту ночь, отзываясь на каждое движение Хита, просыпаясь несколько раз, чтобы уговорить его проглотить лекарство и тщательно укутать его в одеяла, потому что он все еще дрожал от холода. Уставшая от возбуждения и бессонной ночи, под утро она позволила себе недолгий сон. Она проснулась и, к своему ужасу, обнаружила, что все простыни были влажными от пота, а волосы Хита просто мокрыми. Намокший халат прилип к ее телу.
– Хит? – Она натянула на него все одеяла, стараясь хоть как-то согреть его до того, как сумеет поменять белье. Он покачал головой, густые ресницы поднялись, открывая прищуренные, охваченные горячечным огнем глаза.
– Нет, не надо, – бормотал он, делая усилие, чтобы сбросить одеяла. – Жарко. Нестерпимо жарко.
– Да, я знаю, – с нежностью проговорила она, кладя руку ему на лоб. Казалось, его кожа излучала жар, словно горящий уголь. – Лежи спокойно. Пожалуйста, не двигайся. Ради меня.
Он сказал что-то неразборчивое и, закрыв глаза, отвернулся от нее. К счастью, Бесс уже была когда-то замужем и сейчас не смущаясь помогала Люси ухаживать за больным. В ней удачно сочетались действенность и прагматизм. Люси была бесконечно благодарна ей за помощь.
– Доктор сказал, что это продлится не более двух дней, – сказала она горничной, в то время когда они входили в спальню, неся в руках свежее белье.
– Ну и хорошо, – ответила Бесс, с сомнением поглядывая на человека, лежавшего в кровати. Хит спал так, будто был без сознания.
– Тебе когда-нибудь приходилось ухаживать за своим мужем, когда он болел? – спросила Люси, побледневшая и расстроенная, но как-то необычно спокойная.
– Да, миссис Рэйн.
– Я предполагала, что на второй день лихорадка менее мучительна, чем в первый.
– Не всегда.
Когда глаза двух женщин встретились, Люси прочитала правду на лице своей горничной: у Хита болезнь протекала намного тяжелее.
– Я… я надеюсь, мне удастся покормить его бульоном чуть позже, – медленно сказала Люси, стараясь игнорировать внутренний голос, который твердил ей, что доктор ошибся и Хит был очень серьезно болен. «Нет, он пробудет в таком состоянии день или два, а потом начнет поправляться», – уговаривала она сама себя.
Но и на следующий день лихорадка не только не отступила, а стала еще сильнее. Теперь Хит уже лежал без сознания. Находясь в постоянном бреду, он то с ног до головы покрывался потом, то дрожал jot озноба. И Люси беспрестанно обтирала его, меняла простыни и давала лекарства. Она снова послала за доктором Эвансом, который на этот раз оставался много дольше, чем в первый. Он был удручен, когда, взяв ее под руку и отведя от кровати, сказал:
– Если так будет продолжаться и дальше, нам придется обложить его льдом. Температура слишком высокая. Это очень, очень опасно.
Обернув матрац клеенкой, они обложили его снегом и льдом. Но ничто не могло облегчить лихорадку.
Люси сидела подле Хита в темной комнате, неотрывно наблюдая за совершенно незнакомым человеком, который лежал перед ней. Он бредил, произносил бессмысленные фразы, с его губ срывались имена, незнакомые ей, его речь напоминала исповедь сумасшедшего. Этот человек, так сильно страдавший, которого била ужасная лихорадка, не был Хитом, ее златовласым голубоглазым мужем. И только в редкие и очень короткие моменты ей удавалось разглядеть в нем его самого. Но этих моментов было так мало! Она разговаривала с ним, но он не слышал ее. Он задавал вопросы, но не внимал ответам. Казалось, он вернулся в то далекое время, когда еще не знал ее, и с болью в сердце Люси осознала, что он еще ни разу не произнес ее имени.
Дэймон прислал женщину из своей прислуги, чтобы она помогала Люси ухаживать за Хитом. Но Люси редко отходила от его постели, ей не хотелось оставлять его надолго с незнакомым человеком. Она заставляла себя есть и спать. Но как она могла спать, зная, что с каждой минутой он ускользает от нее?
Часто ему виделось, что он снова в лагере на Гаверноре и снова идет война. Когда это впервые произошло, Люси как раз отжимала салфетку, чтобы положить ему на лоб. Она взглянула на него и увидела, что он смотрел на нее застывшим взглядом. Сердце ее екнуло. Ей показалось, что он узнал ее.
– Воды, – прошептал он. Трясущейся рукой она приподняла его голову и поднесла к губам чашку с водой. Хит начал жадно пить. Потом лицо его сморщилось, как будто ему дали отраву, и он с отвращением сказал:
– Мы не заслуживаем, чтобы нас поили такой мерзостью. И не важно, на чьей мы стороне, но мы не скотина. – Изумленно Люси убрала чашку и вся съежилась от ненависти, звучавшей в его голосе. Хит вдруг весь передернулся. – Нет одеял. Вы что, не видите, что этот человек умирает? Тупоголовые янки… Вы забираете всю нашу еду и продаете, набивая свои карманы… а нам оставляете только хрящи и жир… – Он думал, что перед ним тюремный стражник. – Бумаги, – прохрипел он. – Дайте мне бумаги.
– Какие бумаги? – переспросила она, думая, что речь идет о какой-то рукописи.
– Еще. Продовольствие. Я сейчас им устрою.
Он просил бумагу, чтобы написать на ней. Он хотел сохранить все, что было написано во время войны. Не в силах выносить это, Люси разрыдалась.
– Хит, – говорила она; слезы лились по ее лицу. – Это я… это я, Люси. Я люблю тебя. Ты не видишь меня? Разве ты не узнаешь меня?
Ее рыдания наконец достигли его слуха. Он успокоился на несколько секунд и, не переставая качать головой, смущенно заговорил:
– Не надо. Не плачь.
– Я не могу не плакать.
– Пожалуйста, Рейн. Я сделаю для тебя все, что хочешь. Не уходи, Рейн. Ты же знаешь, как ты нужна мне. Не делай этого.
Люси вся побледнела, у нее было такое чувство, будто ее ударили. Снова Рейн. Мольба, звучавшая в голосе Хита, разрывала ее сердце на части. Она нащупала сухую салфетку и вытерла лицо, тщетно пытаясь остановить поток слез.
– Мама, мне уже семнадцать лет, – мягко пробурчал он. – Я уже мужчина. Я знаю, что ты думаешь… мама, но я люблю ее. – Внезапно раздался его оглушительный смех. – Она такая красивая. Ты же не можешь спорить с этим?
Люси нагнулась к нему и положила мокрую салфетку на лоб. Ей с трудом удалось разогнуться из-за того, что спину сильно ломило.
– Рейн. – Он смахнул салфетку и схватил Люси за руку. – Черт тебя побери. Ты же не любишь его! О Боже… – Его пальцы сжимались до тех пор, пока она с силой не рванула руку, крикнув от боли. Хит содрогнулся всем телом и медленно поднял руку к виску, на котором был шрам. – Я приехал не для того, чтобы обидеть тебя. Я никогда не причиню тебе боли.
Боже милостивый! Ошеломленная его словами, Люси молилась, чтобы Господь дал ей силы вынести все это.
– Миссис Рэйн, мистер Редмонд хочет видеть вас. – Люси замерла на мгновение и потянулась за полотенцем. Сиделка, присланная Дэймоном, как раз пришла, чтобы подменить ее.
– Мне нужно умыться и сменить платье, – пробормотала Люси. Уставшая, мокрая от пота, она чувствовала, что волосы прилипли к ее лицу и шее.
– Он сказал, что зашел всего на одну минутку, – сказала Бесс. – Что-то насчет газеты.
– Тогда у меня нет времени на переодевания. Быстро найди мне расческу.
Неловкими движениями Люси попыталась привести в порядок прическу и пошла вниз, в гостиную. Дэймон поднялся, как только она вошла в комнату. На нем был темный блестящий костюм. Как всегда, он выглядел безукоризненно. Люси почувствовала странное чувство комфорта и спокойствия от одного его вида. Он был таким рассудительным и уравновешенным, что, казалось, одно его присутствие развеивало кошмар, нависший над ее домом.
– Мне неудобно беспокоить вас. Люси отрывисто кивнула ему.
– Есть какие-нибудь изменения? – осторожно поинтересовался он.
– Нет. Никаких изменений.
– Нужно, чтобы кто-нибудь из вашей семьи сейчас был рядом с вами. Может, мне послать людей за кем-нибудь?
– У меня никого нет, кроме отца. Мы понапрасну побеспокоим его. И к тому же мне самой не хотелось бы никого видеть сейчас. – Люси подумала, может, ей следовало как-то по-другому сформулировать свой отказ. Может, был в этом какой-то грех, что она сейчас не хотела присутствия даже родного отца? Но она не могла объяснить Дэймону свои чувства. Она подумала о старом Лукасе, таком удовлетворенном и спокойном, полностью поглощенном делами своего магазина. Она представила его низко склонившим седую голову над амбарной книгой. Ее отец не любил, когда в его жизнь вторгались переживания, ни свои, ни тем более чужие. Он никогда не знал, что делать, когда Люси плакала. Ему была более близка практическая часть родительских обязанностей: посоветовать или попросту отчитать ее за что-то, дать денег или подарить коробку леденцов, когда она примерно вела себя. Он все равно не смог бы поддержать ее в такой ситуации. Люси, отогнав свои мысли и спешно откашлявшись, сказала:
– Бесс упомянула что-то про газету.
– Да. У Хита была статья о государственном трудовом бюро, он брал ее, чтобы просмотреть дома. Вы не знаете, где бы она могла быть?
– Должно быть, в его письменном столе. Если вы подождете, я попробую отыскать ее.
– Я был бы вам крайне признателен.
При виде письменного стола Хита в библиотеке с аккуратно сложенными стопками бумаг, искусно вскрытыми конвертами и наугад сложенными справочниками Люси задумчиво улыбнулась. В последний раз, когда она видела его сидящим за столом, она как раз зашла сюда, чтобы отругать его за то, что он засиделся так поздно. А он, потянув ее к себе и усадив на колени, прервал ее назидание долгим поцелуем. Сейчас она отдала бы все за один такой поцелуй. Что она должна сделать для него, чтобы он, посмотрев на нее, снова назвал по имени и узнал?
Один за одним выдвигая и задвигая ящики в поисках статьи, она радовалась и этому пусть маленькому заданию. Оно давало ей возможность подумать о чем-то еще, кроме своих несчастий и усталости. Во втором ящике с правой стороны лежала небольшая, аккуратно перевязанная ленточкой пачка конвертов. Верхний был адресован Хиту, написанный витиеватым женским почерком.
Чувствуя глубокую вину, Люси уставилась на письма. Единственно правильным решением в данном случае было бы проигнорировать их наличие и сделать вид, что она вообще их не видела. Люси вспыхнула, потом побледнела и, украдкой окинув комнату взглядом, взяла пачку писем и положила в карман платья. Она быстренько просмотрит их только для того, чтобы выяснить от кого они. «Я его жена, – говорила она себе, – и имею право знать об этом. Между нами не должно быть никаких секретов. И он, конечно же, знает обо мне все». Тем не менее совесть мучила ее, когда, закрыв этот ящик, она продолжила поиски статьи. Найдя ее, она вернулась в гостиную и отдала статью Дэймону, с ужасом осознавая, что письма предательски торчат из ее кармана.
– Благодарю, – сказал Дэймон. Теперь он смотрел на нее как-то иначе. Неужели он разглядел вину на ее лице? Неужели он понял, что она нашла что-то такое в столе Хита?
Но возможно, выражение ее лица и не изменилось. Это могло быть лишь игрой ее воображения. – Если я могу быть вам полезен, – сказал он, – пожалуйста, не стесняйтесь.
– Да, конечно, – ответила Люси, с нетерпением ожидая момента, когда он покинет дом. Конечно, с ее стороны это было совершенно бессовестно. Но теперь, когда преступление уже было совершено, ей хотелось поскорее воспользоваться своим «правом» и узнать, что же в этих письмах. Она с нетерпением ждала минуты, когда останется одна и сможет просмотреть их.
Когда Дэймон ушел, она быстро задвинула шторы над дверью гостиной и села на мягкий, обитый дорогой тканью стул. Положив голову на спинку стула, Люси глубоко вздохнула и на секунду закрыла воспаленные сухие глаза. Ей с трудом верилось, что это делает она. Ее муж, больной и беспомощный, лежит там наверху, а она здесь втайне просматривает его личную переписку. «Я не должна. Я не должна… Но я имею право узнать». Быстро развязав ленточку, Люси начала перебирать конверты. Все написаны одним почерком. Их писала одна и та же женщина. Рейн? Нет. Плечи ее облегченно опустились, когда, вытащив письмо из верхнего конверта, она посмотрела на подпись в конце. Эми, Так звали его сестру по отцу. Строчки бежали то вверх, то вниз, написанные старательной, неуверенной еще рукой, что выдавало явную юность автора. Первое письмо было отправлено больше года назад, в июне 1868-го. Пробежав его, Люси выяснила, что в нем были замечания и наблюдения Эми о состоянии плантации и дома Прайсов. Наиболее часто в нем упоминалось имя брата Хита по отцу – Клэя. И лишь мельком говорилось о Рейн. Но в нем ничего не было о том, кто такая эта Рейн. Нетерпеливо Люси затолкала письмо обратно в конверт и потянулась к следующему. Она читала письмо за письмом, временами останавливаясь на некоторых фразах и предложениях, смысл которых ускользал от нее.
"Сегодня мама сказала, чтобы мы больше не упоминали твоего имени. Но Рейн и я все-таки тайком говорим о тебе. Рейн говорит, что скучает по тебе, даже после того, что произошло между вами.
У Клэя сильно болит спина. Он тяжело болен. Мама постоянно сердится. Она говорит, что ей не следовало уезжать из Англии и выходить замуж за папу. Теперь, когда его не стало, она хочет вернуться обратно. Бедняжка Клэй знает, что она вынуждена оставаться здесь только ради него. Но доктор Коллинз сказал, что Клэю необходим теплый климат.
Рейн показала мне первый цветок, который ты подарил ей. Она хранит его в Библии.
Рейн и Клэй снова поссорились.
Временами мне очень нравится Рейн. Но она так быстро выходит из себя. Она не хочет иметь ничего общего с Клэем. Я думаю, что в одном мама все-таки права: Рейн плохая жена для Клэя".
Люси затаив дыхание снова прочитала последнее предложение. Рейн жена Клэя? Тогда она, должно быть, вышла за Клэя, зная, что Хит любил ее? Почему она предпочла Клэя Хиту? Из-за земли? Из-за денег? Может, потому, что Хит был незаконнорожденным? Да, должно быть, в этом истинная причина.
"Я рассказала Клэю и Рейн о твоем письме. Клэй рассмеялся, узнав, что ты женился на янки. Он сказал, что именно этого ты и заслуживаешь. Сначала Рейн не очень расстроилась, а потом прямо-таки начала сходить с ума. Я думаю, что она все еще любит тебя. Зачем ты женился на янки? Она богата? Здесь столько девушек, которым нужны женихи. Я думаю, тебе было бы гораздо лучше жить здесь и жениться на одной из них.
Рейн больше не спит с Клэем в одной комнате. Она занимает комнату, в которой обычно останавливался ты, когда приезжал.
Мне кажется, что Клэй умирает".
Тишину, поглотившую Люси, нарушил голос Бесс.
– Миссис Рэйн?
– В чем дело? – спросила Люси, сама удивившаяся тому, насколько резко прозвучал ее голос. Она чувствовала себя, словно воришка, которого застали на месте кражи, и раздражение было единственным способом замаскировать свою вину.
– Мистер Рэйн зовет вас!
Люси вскочила с места. Письма шелестящим каскадом слетели с ее колен. В спешке Люси бросила на них сожалеющий взгляд.
– Я подберу, – сказала Бесс.
– Нет. Не надо. Я сделаю это сама позже. Оставь все как есть, пожалуйста. – Прижимая дрожащие пальцы к губам, Люси замешкалась, бросая нетерпеливые взгляды на лестницу. Она вдруг сильно испугалась. Почему он позвал ее именно сейчас? Неужели Господь дает ей последний шанс услышать, как Хит назовет ее по имени перед… Она вся содрогнулась от этой мысли.
Выжидающий взгляд Бесс наконец заставил ее действовать. Люси, стиснув зубы, сделала первый шаг, затем другой, третий, и, когда она сломя голову неслась вверх по крутой лестнице, страх ее остался позади. Невыразимое ощущение пустоты овладело ею. Сердце замерло, словно подвешенный в центре тела, застывший на века маятник.
Сиделка встретила ее у двери в спальню с серьезным сочувствующим видом.
– Ему хуже, – вымолвила она.
– Я присмотрю за ним. Оставьте нас, пожалуйста.
Приближаясь к постели, она слышала, как стонал Хит, зовя ее.
– Люси. Я хочу видеть ее…
Она мягко положила ладонь на его щетинистую щеку.
– Я здесь.
Но он не узнал ее прикосновения и продолжал повторять ее имя. Люси низко наклонилась к нему и стала ласково разговаривать, прерывая его метания нежными, такими близкими ему словами до тех пор, пока он не успокоился. Она прижимала свою руку к его лицу и стояла так, пока не почувствовала, как немеет спина. Она устала от всего, устала от постоянного напряжения и ускользающих надежд, она устала быть одна, она хотела, чтобы он снова был с ней, она устала испытывать постоянный страх, что она никогда не вернет его обратно к жизни.
Постепенно голова Люси опустилась на согнутую в локте руку. Глаза ее закрылись, обрывки ее прошлого медленно проплывали перед ней во сне. Вот Хит смеется над ее очередными уловками. Вот они вместе в постели. Вот он спрятал голову в ее коленях и произносит пьяную исповедь. Вот улыбается ей в мерцающем свете зажженных свечей. Вот успокаивает ее, когда она плачет. Его сильные руки исчезают. Она старается остановить его. Одна она мечется в темноте, ища его среди теней, тщетно пытаясь дотронуться до него. Но его нигде нет. Он ушел. Она потеряла его. А она так и не сказала ему, что любит его.
Задыхаясь от страха, Люси открыла глаза. Сердце рвалось из груди. Ночной кошмар. Моргая, она подняла голову с онемевшей руки и посмотрела на Хита. Ресницы темным веером лежали на бледной коже. Рефлексивно ее рука сама с силой прижалась к его лбу. Затем нащупала пульс. Он размеренно бился под ее большим пальцем. Жар спал. Кожа была прохладной. Может, она все еще спит? Неужели лихорадка действительно прошла? Люси не могла поверить своим глазам. Снова ощупав его, она почувствовала ровный, спокойный пульс и мерное дыхание. Радость, охватившая ее, заставила позабыть об усталости и болевших мускулах. Он снова с ней.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Приди ко мне, любовь - Клейпас Лиза

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Ваши комментарии
к роману Приди ко мне, любовь - Клейпас Лиза



Замечательный,очень волнующий роман!Советую всем прочитать его)
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаЛюбовь
14.01.2012, 22.28





Мне очень понравился роман.Клейпас так всегда захватывающе и остро описывает характер героев,их чувства(без ненужных соплей),такого мужчину не вольно хочется видеть рядом с сабой и быть главной героиней ))) советую прочитатать,в этом романе есть всё что нравится любителям романов автора.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаМарина
25.01.2012, 11.36





Очень понравился роман! Действительно, без соплей, без ненужных интриг. Не могла остановиться, пока не дочитала ))
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаВиктория
8.03.2012, 6.13





Могу сказать только одно Клейпас лучший автор,все романы интересны.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаАнна
8.03.2012, 23.34





замечательный роман.Читается на одном дыхании.О такой любви только мечтаешь.Ставлю 10 баллов.
Приди ко мне, любовь - Клейпас Лизавенера
26.03.2012, 10.52





Очень хороший роман, как и все романы Клейпас! В книге есть все: страсть, любовь, интересное развитие отношений между г-ми. Понравился гл.герой-настоящий мужчина. Так что советую!
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаЛюдмила Кл.
20.08.2012, 12.14





Очень глубокий, очень сильный роман. Считаю его одним из самых лучших романов Клейпас(на ряду "И вот появился ты" и "Подари мне эту ночь").
Приди ко мне, любовь - Клейпас Лизакуся
6.11.2012, 9.16





Очень интересный,трогательный и страстный роман,гг видятся настоящими в своих поступках.Мне напомнил этот роман"Унесённых ветром" . Перечитала в третий раз )))
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаМарина
20.12.2012, 22.36





Интереснейший роман!!! Безумно понравился!
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаОксана
9.01.2013, 23.07





Да,интересный роман,особенно в конце.Правда много политики про войну между Югом и Севером. 9 баллов.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаОсоба
1.03.2013, 0.00





Ничего нового в этом романе: противный главный, за которого бедная несчастная дура должна выйти замуж, так как он ей скомпрометировал. И оба этому не рады. Сопли, недоговоры, посылания его, а потом страдания, что он не обращает на неё внимания. Так ведь сама послала. Хотя… из-за постельных сцен можете почитать. Очень круто описано. Помню в третьем классе мне эта книга попалась. У меня подруга в библиотеку ходила, подобное читала. И я тоже зарегистрировалась. До этого подобной литературы не читала. (Но любой жанр, всё надо знать.) Книга показалась нормальной. Но как дошла до брачной ночи, так и захлопнула в возмущении. Я ж не знала, что есть чтиво и покруче. Спустя время, тут дочитала.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаДуня
31.03.2013, 14.39





Ничего нового в этом романе: противный главный, за которого бедная несчастная дура должна выйти замуж, так как он ей скомпрометировал. И оба этому не рады. Сопли, недоговоры, посылания его, а потом страдания, что он не обращает на неё внимания. Так ведь сама послала. Хотя… из-за постельных сцен можете почитать. Очень круто описано. Помню в третьем классе мне эта книга попалась. У меня подруга в библиотеку ходила, подобное читала. И я тоже зарегистрировалась. До этого подобной литературы не читала. (Но любой жанр, всё надо знать.) Книга показалась нормальной. Но как дошла до брачной ночи, так и захлопнула в возмущении. Я ж не знала, что есть чтиво и покруче. Спустя время, тут дочитала.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаДуня
31.03.2013, 14.39





На мой вкус - это худший роман Клейпас, а я их прочитала почти все. Главная героиня как-то мне не симпатична.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаВ.З.,65л.
22.05.2013, 13.28





Мне очень нравится этот роман!!! Страстный, эмоциональный и интересный! Люблю перечитывать его время от времени.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаЛисичка
6.06.2013, 11.16





ужасно нудно.действительно,один из худших романов Клейпас.Длинные описания жизни Север аи Юга после войны.Тогда уж лучше "Скарлет "почитать.Главная г прям иногда раздражала.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаТанита
11.09.2013, 21.28





Обожаю этот роман. Ничего лишнего. Постоянно перечитываю, не могу начитаться!!!rnА Хит-это воплощение настоящего мужчины!!!
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаМаргарита
17.09.2013, 21.38





Очень классный роман! В ггероя влюбляешься сразу. Так и в жизни, такие парни сводят с ума, пока другие как мямли не могут сделать первый шаг.10/10
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаЕлена
29.04.2016, 17.20





Очень классный роман! В ггероя влюбляешься сразу. Так и в жизни, такие парни сводят с ума, пока другие как мямли не могут сделать первый шаг.10/10
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаЕлена
29.04.2016, 17.20





Хороший роман - герой и героиня вызывают симпатию. Советую
Приди ко мне, любовь - Клейпас Лизамари-Софи
4.05.2016, 13.52





Оч. лю Лизу Клейпас, но, это наверное один из наихудших романов этого автора. РОМАН НЕ О ЧЕМ. Пустышка какая-то.
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаAnna
7.05.2016, 18.26





Ах, какой мужчина! А Клейпас в который раз поражает своим талантом, как разнообразно она пишет!
Приди ко мне, любовь - Клейпас ЛизаМира
9.05.2016, 12.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100