Читать онлайн Соблазнительная лгунья, автора - Кларк Элизабет, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Соблазнительная лгунья - Кларк Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Соблазнительная лгунья - Кларк Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Соблазнительная лгунья - Кларк Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кларк Элизабет

Соблазнительная лгунья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

«Ведь за все это я должна благодарить Каролин», – говорила себе Джульетт, подходя к кондитерскому магазину на Баррингтон-стрит. Если бы не постоянное внимание и подсказки, Джульетт оказалась бы на улице в первый же вечер своей работы.
Но теперь, почти полгода спустя, Джульетт чувствовала, что справляется с работой, которую полюбила всей душой. Да, миссис Уинстон и мистер Блейк, дворецкий, еще бывали недовольны, а снобизм леди Уайтхолл иногда бывал невыносим – ах, что бы было, если б она узнала, что Джульетт работала и продавщицей спичек, и цветочницей! Но основной целью леди Уайтхолл было выдать мисс Сару замуж, а Джульетт безупречно справлялась со своими обязанностями камеристки, так как причесывать и одевать мисс Сару было одно удовольствие.
Сейчас ей очень хотелось купить конфет для Каролин, но пока каждый фартинг был на счету. Перед тем как войти в кондитерскую, Джульетт посмотрела на свое отражение в витрине и удивилась, как это бывало всегда, когда она выходила в платьях, подаренных ей мисс Сарой. Она выглядела превосходно и респектабельно, и ей сразу вспомнилось, каким контрастом был ее нынешний вид тому, как она выглядела в детстве. Волосы Джульетт уложила так, как обычно причесывала мисс Сару. Одежда немного обтягивала, поскольку она была полнее мисс Сары, а ее руки были крепче. Но все же сидело это платье хорошо, и девушка была рада тому, что мама увидит ее такой. Об этом они не могли и мечтать, когда ночевали все вместе, с мамой и сестрой, под мостами Темзы.
Джульетт знала, что некоторые хозяйки высмеивали своих служанок, если те старались нарядиться в свои выходные дни, притворяясь настоящими дамами, но мисс Сара и в этом отличалась от других.
Войдя в кондитерскую, Джульетт глубоко вдохнула, наслаждаясь лучшим на свете запахом. Да, это было главной причиной того, что ей никогда было не угнаться за прекрасной фигурой мисс Сары. Если бы у нее были деньги, она скупила бы все орехи в темном шоколаде и не смогла бы проходить в двери!
– Еще я возьму фунт грецких орехов в темном шоколаде, – прозвучал бархатный голос за ее спиной. Она обернулась, чтобы посмотреть на своего единомышленника в отношении к орехам в темном шоколаде.
Несмотря на то, что в магазине было людно, Джульетт удивилась, что не заметила этого человека. Голос звучал глубоко и властно, выдавая американский акцент говорившего, да и выглядел он как иностранец. Крупные и привлекательные черты лица, темные волосы, сильное мускулистое тело – все это казалось несоответствующим атмосфере маленькой кондитерской.
Джульетт не хотела невежливо пялиться на этого красавца, но в нем было что-то такое, что не давало ей отвести глаз.
Вдруг она почувствовала какое-то движение у себя за спиной. Маленькая худенькая девочка лет пяти проскользнула за ней. С первого взгляда на нее Джульетт могла бы рассказать о ней многое, потому что была знакома с такими обстоятельствами: девочка хотела есть, она не знала, где будет сегодня ночевать. Возможно, она уже работала и наверняка каждую ночь плакала от голода.
Джульетт собиралась предложить девочке кусочек шоколада, но малышка уже проскользнула обратно к двери.
– Не так быстро, ты, маленькая попрошайка! – раздался зычный голос.
Толпа расступилась, и Джульетт увидела хозяина магазина, тучного, одутловатого неприятного человека, который схватил девочку за ворот рубашки.
– Ну-ка, посмотрим, что ты тут успела стянуть? – сказал он.
– Вы немедленно отпустите эту девочку! – раздался звонкий голос, и Джульетт удивилась, осознав, что она сама это сказала. На самом деле этот тон ей больше напоминал леди Оливию Уайтхолл, чем ее саму. Все покупатели тут же обернулись и посмотрели на нее.
Владелец магазина, полностью обескураженный тем, что девочка была с Джульетт, поклонился и быстро заговорил:
– Прошу прощения, миледи, но я подумал, то есть я не знал, что этот ребенок – с вами.
Ребенка он все же не отпустил, хотя и держал уже более вежливо. Джульетт была в ярости. Он, может быть, и поверил ей, но не на все сто, иначе зачем бы он продолжал держать девочку?
Джульетт набрала воздух в легкие, и пуговица на груди чуть не отскочила.
– Я мисс Джульетт Уайтхолл. Мой лакей сейчас ждет меня у магазина, и я крайне рекомендую вам немедленно отпустить ребенка, – сказал она и протянула руку к девочке.
Мужчина послушался, и девушка крепко взяла перепуганную малышку за руку. Она напомнила Джульетт мышку – юркая, маленькая, голодная. Сейчас, наверное, она искренне раскаивается, что пошла сюда, а не стащила, например, яблоко у разносчика фруктов.
– Я совершенно не обязана вам этого говорить, но эта девочка – часть благотворительного проекта, которым я занимаюсь, и мы с ней пришли сюда вместе выбрать сладостей.
– Я приношу извинения, мисс Уайтхолл, – сказал владелец магазина, – что бы вы хотели сегодня взять?
Сжимая руку девочки, Джульетт заказала кулек грецких орехов в шоколаде, быстро за них расплатилась и повела девочку за собой на улицу.
Она разжала руку.
– Знаешь… – начала она, собираясь рассказать, как часто она сама оказывалась в таких ситуациях, но тут девочка, не теряя времени даром, вырвалась и побежала прочь.
– Подожди! – закричала Джульетт и кинулась в погоню.
Но у ребенка были превосходные навыки быстрого бега, особенно в толпе, ведь нередко от этого зависела ее жизнь. Джульетт остановилась и подумала, о чем она рассказала бы девочке: о том, что голод заставляет делать вещи, за которые потом не раз бывает стыдно; о том, что ты готов отдать все на свете, лишь бы выспаться в тепле и тишине. Но тут она поняла, что девочка не стала бы слушать всего этого. Ведь нынешняя жизнь Джульетт так не похожа на эти страдания.
– А я подумал, что ваш лакей помогает вам в нелегком деле погони, – услышала она низкий голос за своей спиной.
Слова были сказаны с американским акцентом, и Джульетт, оборачиваясь, практически знала, кого сейчас увидит.
Ее сердце вдруг словно подпрыгнуло – ее догадка подтвердилась. Высокий красавец, который был в магазине, сейчас смотрел на нее так, как никогда бы не дерзнул смотреть англичанин. «Интересно, все американцы такие самоуверенные или только такие красивые?» – подумала она.
– Прошу прошения, – сказала она, смущаясь под таким взглядом. Их глаза встретились, все слова вдруг вылетели из ее головы.
Мужчина улыбнулся, и она увидела, что улыбка у него искренняя и открытая.
– Я сказал, что ваш лакей мог бы помочь вам в вашей погоне, – повторил американец, подходя ближе. – Он уже побежал за девочкой?
Он посмотрел на нее, и она почувствовала, что ей самой надо бежать от этого человека, пока не поздно. Но дар речи так и не вернулся к ней.
Мужчина рассмеялся:
– Я знаю, что по-английски вы говорите, я слышал вас в магазине. – Он хитро прищурился. – Или я вновь нарушаю эти смешные английские правила этикета, заговорив с вами на улице? Или нельзя разговаривать с дамами по нечетным числам? Или мне нельзя обратиться к вам, потому что солнце золотом льется на ваши волосы? Или к таким красивым дамам можно обращаться только через адвокатов?
«Заговори же!» – приказала себе Джульетт. Она уже выставила себя дурой, но, может быть, ей хоть как-то удастся исправить впечатление?
Девушка глубоко вздохнула, попыталась подумать и сказала:
– Я… то есть мне не важно, сэр, нарушаете ли вы правила. Полагаю, вы всегда нарушаете какие-нибудь правила, особенно если вам этого хочется. Но поскольку я… – Она снова замерла и попыталась не думать о том, что он назвал ее красивой. – Вы ставите меня в неловкое положение, заставляя объяснять вам, незнакомому человеку, что я и сама нарушила правила, выйдя из дома без провожатого. – Она снова вздохнула. – И я буду глубоко вам благодарна, если вы не поставите никого в известность об этом.
В его глазах загорелся интерес.
– А зачем мне ставить кого-то в известность, мисс Уайтхолл?
Мисс Уайтхолл. Она сказала, что ее зовут мисс Джульетт Уайтхолл. Ну почему же не придумала другой фамилии?!
Впрочем, наверное, это не так важно. Уайтхоллы не ходят в эту кондитерскую, а незнакомец…
– Мне надо идти, – сказала Джульетт и почти побежала по улице, совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Ей надо было сесть в омнибус до Ист-Хенфорд-стрит. Она вспрыгнула на подножку и стала пробираться в середину. В толпе она заметила высокую фигуру американца. Он шел вдоль улицы и улыбался каким-то своим мыслям.
Ведь он поверил в то, что Джульетт и есть настоящая мисс Уайтхолл, полноватая, но настоящая аристократка.
А что, если не поверил? Если просто решил поиграть в ее игру? Что, если он идет и смеется над тем, какой дурой она себя перед ним выставила?
Девушка села и почувствовала, что краснеет от злости и смущения. Сама-то Джульетт никогда не стеснялась того, что она служанка. Мать научила ее, что женщина всегда может обеспечить себя честными средствами, при этом не прося поддержки у мужчин. Возможно, поэтому Джульетт так часто увольняли – слишком независимой и гордой она была.
На остановке Ист-Хенфорд-стрит девушка вышла и направилась к дому, где ее мать снимала комнату с четырьмя подругами. Джульетт знала, что мама болеет и давно не встает с постели, постоянно кашляет, но, войдя в комнату, она была потрясена, насколько плохо та выглядит. Лицо матери было таким бледным и осунувшимся, что девушка не смогла сдержать горестного возгласа.
«Я просто оставлю ей конфеты и деньги за квартиру и пойду», – сказала себе Джульетт, подходя к тумбочке. Она положила кулек с конфетами, но тут мать дотронулась до ее руки и слабо улыбнулась.
– Куда же ты так быстро, родная? – еле слышно спросила она.
– Да ты горишь, – сказала Джульетт, чувствуя нездоровый жар на своем запястье.
– Да, нездорово мне, – произнесла она еле слышно. – Но ведь ты помнишь, как Полли три дня пролежала с температурой во время чахотки, а на четвертый встала и пошла, как ничего и не было.
Но Джульетт понимала, что мама просто себя уговаривает. Да, иногда люди живут с чахоткой месяцы, а бывает, и годы. Но такое встречается среди людей, которые могут поехать на лечение в Грецию или на Сицилию. А вот возвращаться на пыльную фабрику – совершенно другое дело.
– Как бы я хотела принести тебе все, что я заработаю за этот год, – сказала Джульетт, протягивая сверток, – но пока у меня есть только это. Это ведь твои любимые?
Теперь на усталом лице Гарриет заиграла настоящая улыбка.
– Узнаю, узнаю мою милую девочку! – сказала она, усаживаясь в кровати. – Расскажи мне немного о своей работе. Ты ведь до сих пор на Эппинг-стрит?
– Ладно тебе! Неужели это такое уж чудо? Да, я до сих пор работаю на том же месте. И мне это ужасно правится. Сара Уайтхолл совершенно не похожа на тех богатых людей, которых мне доводилось видеть или о ком доводилось слышать. Вот ее мать, леди Оливия, – настоящая аристократка голубых кровей. А мисс Сара, полагаю, сама очень рада, что я у нее работаю. Ей самой тоже нелегко приходится, и иногда мы засиживаемся до рассвета, когда она рассказывает мне о своих планах и мечтах.
Вдруг Гарриет изменилась в лице.
Она отодвинула конфеты и собралась что-то сказать, но тут же осеклась. Такое уже было: Гарриет никак не могла набраться сил, чтобы рассказать Джульетт о том, что ее сестра Грейс умерла. Когда сердце переполнено болью, то трудно искать подходящие слова. Джульетт ужасно захотелось обнять маму, но ей пришлось сдержаться, чтобы чахотка не перекинулась и на нее.
Гарриет глубоко вздохнула и тут же закашлялась. Посмотрев в глаза дочери, она с трудом произнесла:
– Я должна сказать тебе одну серьезную вещь. Наверное, время для этого настало.
– Что… Что случилось? – испуганно спросила Джульетт.
– Ты знаешь, как сильно я тебя люблю. Ты помнишь, так я любила Грейси. Мы с тобой тогда все глаза выплакали, когда ее не стало.
Это воспоминание всегда преследовало Джульетт. Грейс умерла, когда ей было двенадцать, а Джульетт – десять. Обе они – и Джульетт и Гарриет – чуть не сошли с ума от горя.
– Но ты не знаешь одной важной вещи. Этого я не собиралась говорить тебе до тех пор, пока ты не станешь совсем взрослой. Джульетт, я не твоя мама.
Джульетт почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног.
– Как?
– Тебе было полгодика, когда твоя мама умерла, а мы с ней были лучшими подругами, она да я. Все радости пополам и горести пополам, только вот горестей было больше…
– А кем, кем она была? – нетерпеливо перебила Джульетт и сама тут же устыдилась этого.
– Твою маму звали Кейт Клейпул, она была горничной у Бэнфордов в Глендин-Плейс. А твой отец – единственный сын в семье, Уильям Бэнфорд, сын сэра Роджера Бэнфорда и леди Эдит Бэнфорд.
Джульетт встряхнула головой, потому что перед ее глазами все расплывалось.
– Твоя мама потеряла все, ей пришлось несладко, и все это из-за любви, причем, как я думаю, настоящей и взаимной. – Гарриет протянула руку к своей тумбочке, достала книжку в коричневом бархатном переплете и протянула ее Джульетт. – Это ее дневник, милая. Она хотела, чтобы я отдала его тебе, когда тебе исполнится двадцать пять, но я думаю, что двадцать четыре – это тоже немало, а ведь ты уже мудрее и взрослее, чем она могла ожидать.
Дневник. Дневник, написанный женщиной, которую Джульетт просто не знала. Женщиной, которая подарила ей жизнь.
Она открыла книжку, и ей на колени выпала фотография, на которой две молодые женщины задорно смеялись, обнявшись. Джульетт легко узнала Гарриет – хорошенькую, рыжую, веснушчатую.
– Это я и твоя мама в Брайтоне, на отдыхе, еще до того, как на нас навалились все эти неприятности. Я еще не встретила отца Грейс – владельца гостиницы, на которого мне совсем не стоило смотреть. А ведь мама твоя настоящая красавица, посмотри!
Кейт Клейпул действительно была красавицей – яркие глаза, чувственные губы, высокие скулы, роскошные волосы. А улыбку девушки на фотографии Джульетт часто видела в зеркале.
Она вдруг почувствовала, что может обидеть ту женщину, которую звала мамой столько лет.
– Вы обе такие красивые! – с нежностью сказала она. Гарриет приобняла Джульетт.
– Я понимаю, что на тебя сейчас нахлынули разные чувства. Жизнь твоей матери была очень непростой. Я знаю, что всю жизнь ты считала меня своей матерью, и тебе не надо мне ничего доказывать. Знай, что Кейт была прекрасной женщиной и настоящей подругой, и еще – она любила тебя без памяти. Я помню этот ужас – она умирала, когда ты была еще совсем малышкой. Примерно в то же время твой отец умер от холеры вместе с женой, когда они путешествовали по Индии. Лично я не вижу в этом особой утраты. Все эти богачи почему-то считают, что остальные люди – пустое место. – Гарриет раздраженно потрясла головой, до сих пор не простив этого человека. – Теперь ты сможешь прочитать этот дневник и понять, какой была твоя мама, а мне надо отдохнуть. Приезжай на следующей неделе, если сможешь, и мы тогда все обсудим подробнее.
Джульетт погладила Гарриет по руке, стараясь не расплакаться.
– Я люблю тебя, мамочка! – прошептала она на пороге.
Джульетт шла по улице, и ее сердце болело за женщину, которую она любила, и за женщину, которую она никогда не знала.
Вернувшись на Эппинг-стрит, она чувствовала себя так, будто ей приснилось все, что случилось с ней днем.
– Мисс Сара требует тебя к себе немедленно, Джульетт, – сказал мистер Блейк, спеша по своим делам. Джульетт подозревала, что у него на самом деле было доброе сердце, но иногда он слишком сурово принимался командовать. Ему было слегка за пятьдесят, и он относился ко всем слугам по-отечески. Иногда казалось, что он значительно серьезнее принимает участие в их жизни, чем от него требовали его полномочия. Это был красивый еще мужчина с прямыми чертами лица, но его улыбка могла мгновенно превращаться в суровую маску. Сейчас его ужасно взволновало то, что мисс Сара требовала Джульетт к себе в ее законный выходной.
– Спасибо, мистер Блейк, – сказала Джульетт и направилась в свою комнату. Там она надежно спрятала дневник до того момента, когда она наконец сможет его прочесть. В омнибусе она боялась выронить его из рук, поэтому только пролистала страницы, исписанные почерком, так похожим на ее собственный.
Она положила дневник в ящик ночного столика, затем снова достала и посмотрела на фотографию. Две счастливые молодые женщины смотрели на мир так, будто у них не было никаких забот. Она подумала о той тяжелой жизни, которая ждала их обеих, о том, что они выбирали для себя, о чем сожалели и кто из них был прав. Гарриет всегда говорила: «У тебя всегда есть выбор, даже если ты этого не знаешь». Но был ли выбор у ее матери?
Внезапно вспомнив, что мисс Сара ее звала, Джульетт спешно убрала дневник и поторопилась вниз. Она постучалась в комнату мисс Сары, и в ту же секунду Сара распахнула дверь и буквально втащила ее внутрь!
– Ты должна рассказать мне все-все-все, Джульетт, и если ты что-нибудь утаишь, я тебе этого не прощу!
– Все о чем, мисс Сара?
– Сколько раз я тебя просила – зови меня просто Сара! – сказала хозяйка. Она ужасно волновалась, но ей это шло. Она была из удивительной породы женщин, которым шло все и ничто не могло испортить их красоты: лицо никогда не бывало заспанным и помятым, глаза никогда не краснели и темных кругов просто не бывало. – Каждый раз, когда ты говоришь «мисс Сара», мне кажется, что я морщинистая старая дева.
– Хорошо, Сара. Но все же о чем вам рассказать? – повторила вопрос Джульетт. Конечно, речь не могла идти о ее матери.
– Об американце! По словам папы, к ним в клуб сегодня пришел шикарный американец. А знаешь почему? – Ее глаза светились от воодушевления. – Он спрашивал о мисс Джульетт Уайтхолл. Конечно, папа сказал, что ни его жена, ни его дочь не имеют такого имени, а меня зовут, ну, то есть его дочь, зовут Сара.
Джульетт вздохнула.
– Значит, сегодня же ваш отец меня уволит, причем без рекомендательного письма, – сказала она, сама испугавшись таких слов. Она просто представила, какова будет реакция леди Оливии на то, что она на каждом углу треплет имя Уайтхоллов.
– Вот об этом можешь не беспокоиться, – сказала Сара, – и все благодаря твоему американскому приятелю Томасу Джеймсону. Вообще-то я сама не дам тебя уволить, что бы ты там ни натворила. Американец, кстати, отозвался о тебе очень уважительно, извинившись, что не так расслышал имя. – Глаза Сары сияли. – Я просто потрясена. Он бы и так встретился с папой по поводу каких-то там инвестиций в кораблестроение, но зашел пораньше, и дочь семейства Уайтхоллов интересовала его значительно больше, чем дела.
– Да, как-то это все загадочно… – сказала Джульетт.
Сара села перед зеркалом, и Джульетт начала разбирать ее прическу, гордость своего парикмахерского искусства, – французскую косу.
– И вовсе это не загадочно, – сказала Сара, – как раз наоборот, все ясно как белый день. Молодой человек влюбился в мисс Джульетт Уайтхолл. Поэтому, мисс Уайтхолл, будьте так добры, расскажите: американец действительно так хорош? Думаю, папа повел бы себя иначе, если бы к нему пришел скрюченный и сморщенный старикашка.
Джульетт рассмеялась, но почувствовала, как ее сердце сжимается при мысли о высоком и сильном незнакомце с мягким низким голосом и глазами, взгляд которых был больше похож на прикосновение. Девушке вдруг показалось, что он рассматривал ее совершенно бесстыдно. Но вместо того чтобы отнестись к этому с неприязнью, она поняла, что сама хочет снова попасть во власть этого смелого обаяния.
– Я скажу вам честно, Сара. Этот американец – самый красивый мужчина из всех, кого я когда-либо видела. И дело не в его лице, – может быть, он даже не очень здорово получается на фотографиях, – дело в той мощи, которая от него исходит, в том, как он смотрит на женщину…
Сара показала зеркалу гримасу.
– Нет, это просто несправедливо! Я вот почему-то никогда не встречала мужчину, в котором бы было больше силы, чем в этой вот расческе. И конечно, чем ничтожнее человек, тем сильнее уверения мамы и папы, что именно он идеальный кандидат в мужья для их единственной дочери.
Джульетт улыбнулась:
– Может, этот американец вам действительно подойдет. Не забывайте, он-то считает, что я мисс Джульетт Уайтхолл. Вряд ли он собирается присмотреть себе в жены камеристку за этот визит в Англию. – Она внезапно замерла, задумавшись о том, что мать – вернее, Гарриет – рассказала ей сегодня.
– Что случилось? – спросила Сара, обернувшись. – Ты выглядишь так, словно вот-вот заплачешь.
– Я обязательно расскажу вам завтра, – сказала Джульетт, снова принявшись за прическу мисс Сары. Ей было невыносимо думать о Гарриет и ее болезни. А ее прошлое? Нет, сейчас она не готова говорить об этом. Джульетт стало мучительно стыдно за то, с каким удовольствием она вспоминала утреннее приключение, и девушка стала убеждать себя: глупо стыдиться того, что на самом деле является мимолетной фантазией. Конечно, если она вдруг еще раз встретит этого американца, вряд ли он отнесется благосклонно к ее лжи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Соблазнительная лгунья - Кларк Элизабет


Комментарии к роману "Соблазнительная лгунья - Кларк Элизабет" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100