Читать онлайн Любовная петля, автора - Кларк Луиза, Раздел - ГЛАВА 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовная петля - Кларк Луиза бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 1)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовная петля - Кларк Луиза - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовная петля - Кларк Луиза - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кларк Луиза

Любовная петля

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 15

Спускалась ночь, когда престарелый кучер, всю жизнь прослуживший старому Ричарду Гамильтону, подъехал к обветшалой гостинице.
Филипп раздраженно выскочил из кареты, не дожидаясь помощи седока. На Филиппе был один из его новых костюмов: короткий и узкий дублет из синего шелка и черные кюлоты, украшенные голубыми бантиками и розочками у колен; на плечах красовался голубой шелковый плащ в тон дублету, а на голове – широкополая шляпа с щегольским пером. Его длинные черные локоны подтверждали сходство с роялистом-аристократом, и, наконец, с кучером он разговаривал нарочито высокомерным неучтивым тоном, – такие черты принесли многим поклонникам монархии в последние годы незавидную репутацию.
– Снова твоя тупость и нерасторопность поставили меня и мою даму в ужасное положение. Тебе повезло, что ты сумел найти место, где мы можем переночевать, – он грустно посмотрел на старое здание, – если здесь еще найдется комната. Помоги даме выйти из экипажа, пока я буду разговаривать с владельцем этого заведения. – Он удалился, не дожидаясь ответа.
Кучер, которому дали краткие указания к дальнейшим действиям, слез с козел, жутко ругаясь. Он все еще ворчал, когда помогал спуститься по ступеням Алисе. Ее лицо выражало надменность, как у дамы высшего света, у которой лопнуло терпение, и она резко заговорила со слугой:
– Пожалуйста, избавьте меня от вашей недовольной мины, милейший. Как верно сказал мой муж, на эту тропу нас занесло ваше неумение ориентироваться, – она фыркнула и недовольно осмотрела двор.
К ним спешил конюх, одетый в грубую рубаху. Она сказала нарочито громко, чтобы этот человек услышал:
– Не ты ли настаивал, что знаешь самый короткий путь? Иначе мы поехали бы за кучером, везущим наш багаж и слуг. Теперь придется провести ночь в этом… месте, без удобств, без наших простыней и чистой одежды. Я привлеку тебя к ответственности!
С этими словами она отошла, и шуршание ее шелковых юбок было впечатляющим сопровождением ее притворному раздражению. Она была одета значительно элегантнее, чем когда приехала в Эйнсли Мейнор, так как возвращалась в Стразерн-холл, чтобы переодеться и оставить записку своему отцу, объясняющую их с Филиппом отчаянный план.
За ее спиной кучер сообщил гостиничному конюху, что он добропорядочный сторонник парламента, и не надо было связываться с этими заносчивыми роялистами. Конюх согласно кивнул и стал распрягать лошадей.
В гостинице Филипп быстро огляделся, желая убедиться, что ни Осборна, ни Цедрика, ни лейтенанта не было в баре, прежде чем громко позвать владельца и потребовать комнаты.
Хозяин гостиницы был тощим, измотанным человеком, не привыкшим иметь сразу столько посетителей. Он изумленно посмотрел на Филиппа и озадаченно повторил:
– Комнату? Личный номер? На ночь?
Филипп надменно вскинул брови:
– Правильно, хозяин. Для моей жены и меня. Есть у вас комнаты или нет?
– Ай, у нас есть комнаты. Но в такое время… видите ли, у нас размещается отряд кавалерии, мне жаль, но комнат не осталось.
Филипп прищурился:
– Вы хотите сказать, что отказываете мне ради какого-то солдата! Мы с женой вынуждены будем спать в карете! У вас во дворе! Всю ночь! Чтобы ваши солдаты оставались в теплой постели?! Что это еще за чепуха?! – голос Филиппа срывался на все более высокие ноты, и с каждой из них владелец гостиницы все больше и больше съеживался.
– Я вас прекрасно понимаю, сэр, – поспешно сказал хозяин гостиницы, надеясь усмирить поднимающийся в Филиппе приступ гнева. – Может быть, если вы вернетесь в Западный Истон…
– Западный Истон?! Что это еще такое? Эта маленькая деревня, которую мы проезжали несколько миль назад?
– Да, сэр, это…
– Абсурд! Там нет гостиницы.
Филипп был абсолютно прав – в Западном Истоне не было гостиницы. Владелец бросился объяснять заплетающимся языком:
– Нет, сэр, там ее действительно, нет, но…
– Но что тогда?
– Ну, сэр, в округе есть несколько хороших домов, которыми владеют респектабельные люди. Я уверен, что любая из этих семей рада будет помочь путнику, оказавшемуся в затруднительном положении.
– Вы отдаете себе отчет? Я пойду в дом к незнакомцу, постучу в дверь и попрошу убежища на ночь? – повторил ошеломленный Филипп.
Хозяину гостиницы оставалось только признать, что его предложение было противоестественным.
Алиса, которая вошла в гостиницу в середине этого диалога, сняла перчатки привычным жестом и устало сказала:
– Просто скажите какому-нибудь солдату, что ему надо освободить комнату на ночь, – она окинула холл пренебрежительным взглядом. – Я надеюсь, что можно было бы организовать и отдельный номер со всеми удобствами.
Владелец гостиницы от удивления открыл рот.
– Да, думаю это было бы возможно, – она махнула перчатками в направлении Филиппа. – Оставлю вас организовать это, дорогой. А я буду в баре, у меня что-то в горле пересохло.
Она исчезла, как красно-белое видение. Филипп весело посмотрел на владельца гостиницы, опрокинутое лицо которого говорило, что он потрясен властным очарованием Алисы.
– Какого солдата мне выселить? – изумленно спросил он.
Филипп вновь поднял брови, но веселье по-прежнему было в его глазах:
– У которого самая удобная комната, хозяин. Вы думаете, моя жена согласится на нечто меньшее?
– Это будет лейтенант Вестон, – сказал хозяин гостиницы, размышляя вслух.
Филиппу понравилась мысль о том, что лейтенанту придется провести ночь в конюшне, но в то же время он не хотел, чтобы этот человек начал задавать вопросы и требовать ответов, поэтому притворился пораженным.
– Не офицера! Черт возьми, даже в эти тяжелые времена нужно оставаться джентльменом. Выселите кого-нибудь из рядовых!
Хозяин гостиницы с облегчением сказал, что сделает это немедленно. Филипп кивнул и неторопливой походкой направился в бар.
Там он нашел Алису, сидящую в углу и потягивающую понемногу из пивной кружки. Громкие голоса и грубый смех, доносившиеся из бара до того, как туда вошла Алиса, смолкли, и сидевшие за столиками солдаты молча уставились на нее, некоторые исподтишка, другие открыто. Филипп взглянул на них с яростью, как должен был сделать истинно любящий свою жену муж. Мужчины в ответ на его осуждающий взгляд опускали глаза или отворачивались. Только один или двое продолжали все же смотреть на нее вопреки исходящей от Филиппа угрозе. Но и эти смелые духом отступили под натиском яростного взгляда его черных глаз.
– Это пиво, – сказала Алиса громким недовольным голосом, когда он сел за стол. – Они не смогли принести мне ничего лучшего. У них здесь даже нет приличного вина!
Она раздраженно вертела в руках пивную кружку.
– Вы распорядились насчет комнаты?
Он кивнул, боясь произнести что-нибудь, чтобы никто из внимательно прислушивающейся к ним публики не смог уловить в его голосе еле сдерживаемый смех. Алиса сжала губы тоже, видимо, сдерживаясь от смеха:
– Хорошо, – с пренебрежением она отодвинула в сторону кружку. – Я немедленно пойду наверх. Пожалуйста, закажите мне ужин и, мой дорогой, попытайтесь выманить у бармена приличное вино. Боюсь, что этот человек туговато соображает. Быть может, разговор с приличным мужчиной поможет ему понять, что я не привыкла к таким грубым напиткам, как пиво!
Филипп развалился на стуле и смотрел, как она выскользнула из комнаты; потом он лениво подозвал к столику одного из слуг и заказал лучшее блюдо и бутылку вина, которые приказал принести наверх в номер. Выполнив это задание, он за кружкой пива вернулся к праздному созерцанию пивной.
Алиса должна была обследовать верхний этаж в поисках Пруденс, пока большинство обитателей гостиницы были внизу, пили пиво или ужинали. Филипп останется в баре, отвлекая, таким образом, внимание посетителей.
Как только она обследует второй этаж, вернется в бар и заявит, что спальня, которую им предоставили, неподходящая, и настоит на том, чтобы они продолжали путешествие или сделали так, как им предложил владелец гостиницы, – вернулись в Западный Истон и сдались на милость одному из владельцев богатых домов.
План бы удался, если б неожиданно не приехал Цедрик Инграм. Филипп услышал, как он в холле громко спрашивал, на месте ли Осборн. Испуганный хозяин дрожащим голосом объяснил ему, что Эдгар в своей комнате, но он не ожидал… Потом по звуку шагов Филипп понял, что Инграм пошел наверх. Филипп отставил пиво и встал, пытаясь не спешить, но отчаянно опасаясь, что Инграм натолкнется на Алису в коридоре наверху. В лучшем случае, это нанесет урон ее репутации. В худшем, – у Инграма будет еще одна заложница в обмен на Томаса Лайтона.
Взойдя по лестнице наверх, Филипп не знал, радоваться ему или беспокоиться, так как в коридоре было тихо и пусто. Он постоял, подумал, в какой комнате искать Алису. И уже собрался пойти по коридору и пробовать открывать все двери, рискуя из-за стечения обстоятельств натолкнуться на Осборна или Инграма, когда в дальнем конце скрипнула дверь и высунулась белокурая голова Алисы. Алиса увидела его и жестом позвала к себе. Филипп поспешно пошел по коридору вне себя от радости, что она была в безопасности.
– Что случилось? – прошептала она, закрыв за ним дверь.
– Приехал Инграм, спрашивал об Осборне, – мрачно сказал Филипп. – Хозяин гостиницы послал его прямо наверх.
– Он чуть не застал меня, – вздохнула Алиса. – Что нам теперь делать?
– Задержимся пока здесь, – сказал Филипп, обдумывая всевозможные варианты. – По крайней мере, мы не можем уехать, пока не уедет Инграм.
Алиса осмотрела небольшую, по-спартански обставленную комнатку.
– Да, думаю, что да. Ну тогда давайте съедим ужин, который нам пришлют, а потом посмотрим, что делать.
Они немного помолчали. По сравнению с Эйнсли Мейнор и Стразерн-холлом комнатка была совсем крошечной. Мебель стояла самая простая и необходимая. Широкая кровать была придвинута к одной стене, возле нее стоял небольшой комод. У камина – единственный стул с прямой спинкой, и между ним и кроватью оставалось совсем мало места. Алиса опустилась на стул, предоставив Филиппу возможность сесть на кровать или стоять.
Он с сожалением посмотрел на удивительно чистые простыни, подумав о том, что всегда думает мужчина, оказавшись с женщиной наедине в закрытой комнате, где нет почти ничего, кроме двойной кровати. Филипп решил, что если он постоит, желания не будут так неотступны. Он захотел узнать, чувствует ли Алиса нечто подобное, и посмотрел на нее в упор.
Она невидящим взглядом смотрела на огонь, покусывая нижнюю губу. Филиппу показалось, что она не думала о большой кровати и о том, что под этим подразумевалось, поэтому на некоторое время почувствовал облегчение, но – вопреки всему – и оскорбленное самолюбие. Может быть, она не испытывает такого страстного желания, которое распирало его и противоречило всем его убеждениям и здравому смыслу.
Под его напряженным гипнотическим взглядом Алиса вздрогнула. В комнате уплотнялась энергия желания. Медленно, почти с неохотой, она отвела глаза от спасительных всплесков пламени и перевела их на Филиппа. «О счастье! – затрепетала его душа. – И она тоже!..» Взаимное желание заполнило комнату до отказа.
– Алиса, – выдохнул он и шагнул к ней.
Ее губы раскрылись… Она не произнесла ничего – в дверь постучали.
Филипп напрягся. Он гибко скользнул к двери, доставая меч из ножен. Алиса сидела неподвижно, затаив дыхание. Нахлынувшая обжигающая страсть сменилась нависшей опасностью, которая затормозила и несколько охладила их чувства. Алиса молча наблюдала, как Филипп открывает дверь.
Нерешительный голос хозяина гостиницы позволил им с облегчением вздохнуть.
– Я принес еду, которую вы заказывали, сэр, – сказал он, входя в комнату, когда Филипп приоткрыл дверь. Алиса заметила, что он из предосторожности не распахнул дверь настежь, чтобы любопытный взгляд не обнаружил того, кто находится внутри. Хозяин поставил поднос на комод и довольно недоверчиво осмотрел комнату.
– Еще чего-нибудь желаете, сэр?
– Нет, – сказал Филипп, – На вечер этого достаточно.
Хозяин кивнул и начал пятиться из комнаты.
– Хорошо, сэр. Если вы передумаете, то возле кровати есть звонок. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – Филипп захлопнул за ним дверь.
Он посмотрел на Алису:
– Поужинаем, миледи? Тем, что есть?
Алиса рассмеялась:
– Кажется, у нас небогатый выбор, сэр.
Они не набросились на еду, к тому же она была не самой лучшей.
За едой они разговаривали не о Пруденс, ее не оказалось ни в одной из комнат, проверенных Алисой, а о себе – своих взглядах, надеждах, о том, что они желали в будущем для Англии. Таким образом, они приятно провели около часа, и вечер за окном превратился в ночь.
Наконец, когда они опустошили бутылку ординарного кларета и расправились с остатками рагу и грубого хлеба, Филипп без особого интереса сказал:
– Я проверю, в баре ли Осборн или Инграм. Если нет, я поищу кучера и притворюсь, что браню его за нерадивость в обращении с лошадьми. К тому же проверю, в конюшне ли лошадь Инграма.
Алиса кивнула, но пока он шел к двери, мягко сказала:
– Будьте осторожны, Филипп, – она не была уверена, услышал он ее или нет.
Здесь впервые она познала агонию ожидания и необузданный страх за его жизнь. Он вернулся с хмурым лицом.
– Инграм и Осборн в пивной и, кажется, собираются провести там всю ночь. Мы не сможем уехать, как собирались.
Придавая вид практичности своим словам, Алиса сказала:
– Пока они оба внизу, мы сможем проверить оставшуюся часть гостиницы. Давайте сделаем это сейчас, Филипп, пока мы уверены в том, что они оба заняты.
Филипп согласился. Если они найдут Пруденс, то им придется придумать новый план побега. Если нет – ну, они подумают над проблемой по мере необходимости.
Закончить проверку комнат на втором этаже было делом простым. Ни в одной из них Пруденс не было и никаких доказательств того, что она когда-нибудь там была. За исключением спальни Осборна. Там на полу, возле кровати, Алиса нашла ленточку, которая – она готова была поклясться! – принадлежала Пруденс. Она все время спрашивала себя, почему ленточка для волос оказалась здесь, в этом самом месте, и беспокойство об участи сестры возрастало. Сомнений не оставалось – Пруденс не было ни в одном из номеров гостиницы. К концу поисков Алиса начала приходить в отчаянье. Когда они вернулись в свой номер, она прошептала:
– Филипп, она была здесь! Куда они могли девать ее?
– Не знаю, – хмуро ответил он. Филипп начинал думать, жива ли Пруденс вообще, но не мог об этом сказать Алисе. И без того она была перепугана.
Вдруг ее глаза просияли:
– Филипп, мы еще не проверили остальные комнаты внизу – кухню и личные апартаменты хозяев гостиницы. Может быть, она там?
Филипп не хотел убить надежду в ее глазах, поэтому осторожно сказал:
– Возможно, но я не могу придумать, как мы сможем обыскать комнаты, не вызывая подозрений.
– Я знаю! – радость брызнула из глаз Алисы. – Я пойду, спущусь вниз, как будто ищу хозяйку гостиницы. Когда найду ее, пожалуюсь на головную боль и попрошу питательного отвара. В любом случае, женщины не будет там, где я начну ее искать, поэтому я смогу осмотреть все вокруг не спеша.
– Однако это не даст нам возможности заглянуть в подвалы, – подчеркнул Филипп и рассудительно добавил: – А это наиболее подходящее место, где можно спрятать Пруденс, если, конечно, хозяин имеет отношение к ее похищению.
– А туда пойдете вы? – засмеялась Алиса и подошла к нему. Ее живые голубые глаза заглянули в его темные, зачаровывая его. Она слегка коснулась его плеча: – После того, как я вернусь с ответом, вы должны пойти на кухню и потребовать у хозяина бутылку приличного бренди. Самым несносным тоном скажите ему, что вы хотите осмотреть его погреба. Я уверена, если вы как следует нажмете на него, он вам их покажет.
– А если откажет, то мы сможем быть почти уверенными в том, что Пруденс где-то там внизу, – Филипп одобрительно посмотрел на Алису. Ее рот был в нескольких дюймах от него – он забыл все слова похвалы, что собирался сказать ей, инстинкт захлестнул его и он, изнемогая, приник к ее губам.
Его рот охватил ее, вначале нежно, потом более настойчиво, но она не отстранилась. Алиса издала тихий стон, как зов, и закрыла глаза, ее губы трепетно открылись, прокладывая ему путь в глубину себя. Руки Филиппа сжимали ее талию, нежно привлекая все ближе к себе, и она ощутила его неутоленное желание.
Алисе показалось, что только у нее и только с ним все это происходит впервые и теперь этому не будет конца, – их языки встретились и объединились в медленном танце, древнем, как само время. Она сразу утратила способность мыслить, ощущать или чувствовать окружение, забыла о мире и обо всем, что с ним связано. Его поцелуй заставлял ее тело требовать чего-то большего, расслаблял и наполнял грандиозной летаргией. Она таяла в его объятиях и хотела, чтобы поцелуй никогда не кончался.
Весь дрожа, Филипп отстранился. На мгновение он прислонился лбом к ее лбу.
– Нам лучше подумать о том, что мы должны сделать для спасения Пруденс и составить план побега сегодня вечером.
Зардевшись, Алиса шепотом согласилась. Она взглянула на него:
– Филипп?
Он коснулся пальцем ее губ.
– Нет, Алиса. Не здесь. Не так. Я решил, когда все это закончится, поговорить с вашим отцом, но до тех пор… – он глубоко вздохнул. – Идите. И будьте осторожны.
Алиса скользнула вниз по лестнице и сумела проверить кладовку и кухню, прежде чем нашла жену хозяина гостиницы в ее личной комнате. Ее беглый осмотр подтвердил, что Пруденс отсутствовала и там: это были посещаемые оживленные места, в которых постоянно находились слуги. Она взяла чай и поднялась вверх по лестнице. Теперь дело было за Филиппом.
Прежде чем спуститься по лестнице, он выждал долгие полчаса. Без труда нашел хозяина и сумел убедить его показать свои погреба. Филипп не очень полагался на свой артистический талант и побаивался, что хозяин пронюхает что-то.
Погреба были именно такими, как ожидал Филипп, – темными, сырыми и полными всевозможного хлама самых разных размеров и очертаний. Свеча, которую нес хозяин, отбрасывала устрашающие тени на стены, фантастически искажая вид предметов, хранящихся в той гнетущей темнице. Много пространства оставалось неосвещенным, но Филипп сомневался, что Пруденс была там. Ни звука, ни какого-нибудь движения, ни приглушенных сдавленных криков – от человека, отчаянно желающего освободиться. Стояла тишина, нарушаемая лишь перепуганным голосом хозяина, открывающего свои скудные запасы, да отзвуком шагов по земляному полу. Бедняга даже не протестовал, когда Филипп взял у него свечу, словно хотел получше рассмотреть бутылки с вином.
Нет, Пруденс в гостинице не было. Он по-прежнему считал, что Инграм не настолько глуп, чтобы попытаться спрятать ее где-нибудь на своей территории. Эдгар Осборн также не захочет держать ее там, у себя, столь ценный трофей может выйти из-под контроля.
Внимательно изучив набор вин у хозяина гостиницы, чертыхаясь на узкой лестнице, рассерженный Филипп вышел через черный ход, сказав, что собирается проверить, как его конюх ухаживает за лошадьми. Переговорив со слугой, Филипп понял, что Пруденс не было ни в конюшне, ни в пристройках. Надежда начала умирать в нем. Где она могла быть?
Он вернулся в гостиницу через центральный вход, чтобы проверить пивную, прежде чем подняться наверх, и мрачно заметил, что Инграм и Осборн все еще были там. Посылая в душе им проклятия, Филипп поднялся в свою маленькую комнатку в конце коридора.
– Ее здесь нет, – упавшим голосом сообщил Филипп. Они с Алисой снова остались наедине.
Алиса отвернулась:
– Что же делать?
Огорченный ее тревогой, Филипп подошел к ней. Прикасаясь к ее плечам, гладил и успокаивал ее:
– Мы ничего не можем поделать, милая Алиса. Не сегодня. Инграм и Осборн все еще в пивной, и мы не можем уехать, нас просто поймают. Хотя я не боюсь стычки ни с одним мужчиной, меня волнует ваша безопасность, если Осборн заметит вас, вы и Пруденс окажетесь в его когтях, и Томас наверняка придет к нему сам. Мы вынуждены остаться здесь на ночь и надеяться, что завтра сможем уехать как обычные путники.
Она повернулась в его руках.
– Но…
Он успокоил ее протест поцелуем. Он понимал, что не оставлял ей шанса, что вел себя не по-джентльменски, но ничего не мог с собой поделать. Ее запах опьянял его, ее тело влекло к себе неудержимо. Если она оттолкнет его, он не станет принуждать, но…
Она не оттолкнула. Ее руки скользнули у него по спине к плечам, рот открылся, вбирая его язык. Он услышал глухой стон и удивился, что простонал он сам, ее пальцы впились ему в плечи. Наконец, упившись поцелуем, они ослабели и разъяли уста.
– Что вы имели в виду, – затаив дыхание, спросила она, – когда сказали, что собираетесь поговорить с моим отцом?
Филипп языком коснулся ее губ.
– Я намеревался просить его вашей руки.
– Вы собирались спрашивать меня? Или согласия отца было бы достаточно? – она покрывала его подбородок нежными летящими поцелуями.
Филипп засмеялся:
– А вы бы ответили «нет»?
Алиса посмотрела ему в глаза – в них была острая тоска. Она знала, каково будет мнение отца о браке его дочери с сэром Филиппом Гамильтоном. Ответ будет противоположным тому, чего хотело сердце Алисы.
– Я бы самым громким голосом, какой только можно себе представить, закричала бы «да»! И Филипп, я – ваша! Сегодня. Когда вы только захотите. Отнесите меня на кровать, которую мы оба старались не замечать, и сделайте своей. Пожалуйста!
– Вы уверены, любовь моя? – Филипп хотел понять причину ее отчаяния, которое он прочел в ее лице.
Она улыбнулась.
– Да. Я уверена, Филипп Гамильтон! Сегодня, и глазах всех – мы муж и жена! – она тихо рассмеялась: – И у вашей жены репутация требовательной и сварливой женщины, поэтому вы должны подчиниться, иначе я превращу вечер в невыносимый кошмар…
Она взвизгнула, когда он поднял ее и понес к кровати. Там он еще раз остановился, улыбаясь темными глазами:
– Если вы уверены?
– Я уверена! О, Филипп, я уверена!
Он положил ее на кровать и опустился рядом на колени. Глубоко вырезанное ярко-красное платье, прозрачный шарф, окутывающий шею, тугой лиф, скрывающий девственную грудь, – одним движением все это Филипп спустил с плеч. Алиса сладострастно вздрогнула, отрешенно улыбнулась, когда его губы стали ласкать ее обнаженные плечи. Он целовал ее, и его густые волосы касались ее кожи. Алиса нежно отвела их назад. Филипп вопросительно взглянул на нее.
– Вы безжалостно терзаете меня, сэр, – хрипло сказала она.
– Это только начало, милая Алиса, – его рука сбросила остатки одежды с ее и потянула их вниз, пока из-за ткани не показалась соблазнительная грудь.
Алиса приподнялась, опершись на локоть:
– Расшнуруйте мне корсаж, сэр, потому что я не могу сделать это сама, – она прикусила губу, думая, не слишком ли она была прямолинейной. Пока его руки работали над шнуровкой, стягивающей корсаж, она потянулась к его щеке и поцеловала ее. Филипп застонал и стал работать быстрее.
Наконец, корсаж был расшнурован. Филипп снял его и быстро развязал юбку. Алиса привстала на колени и стянула платье с бедер, оставшись в свободном белье, прозрачном и легком, как воздушное облако. Глаза Филиппа затуманились, он привлек ее к себе и стал осыпать поцелуями. Алиса ответила с неистовой страстностью, увлекая его в беспредельность.
На мгновение Филипп отстранился, но только чтобы раздеться.
Алиса сбросила тяжелые складки юбки и, ничуть не смущаясь, с интересом наблюдала за ним. Она желала Филиппа, страстно желала. И наблюдать, как он сбрасывал одежду с неприличной поспешностью, доставляло ей своеобразное удовольствие. Когда была снята последняя деталь, он улыбнулся, заметив ее напряженное лицо:
– Ну что, я пригоден, мадам?
Мускулистое тело Филиппа внушало ей даже большее благоговение, чем она ожидала. Она ответила, чуть дыша:
– Филипп, я понятия не имела! Я вам так же приятна, как вы мне?
– О, да, – сказал он, опускаясь на постель рядом с ней. Она задрожала от страха и волнения. Его губы сомкнулись вокруг ее рта в требовательном поцелуе, обещающем ей нежность и страсть. Его руки гладили и ласкали ее тело, будто запоминали его.
Она не чувствовала, когда между ними исчез последний барьер, была беспредельно готова к тому, что должно было произойти. Она доверяла Филиппу и хотела отдаться ему. Ее тело жаждало его, и тихо бормоча, она притянула его поближе.
Когда он одним движением оказался над ней, инстинкт подсказал, что именно этого ей хотелось. Она развела ноги, чтобы бережно принять его, как в колыбель, и он с тихим стоном опустился в нее.
Его вторжение всколыхнуло и потрясло ее, скрыв опьяняющий туман удовольствия, на расстоянии державшего ее в плену, но она верила, что он не причинит ей боли, и он не желал этого. Он проник глубже, осторожно, но настойчиво, пока не заполнил ее всю и не вошел глубоко. Потом он замер, нащупывая отвердевший сосок и нежно покусывая его губами.
– Теперь ты моя, Алиса Лайтон. Скажи это.
– Я и до этого была твоя, Филипп. Вчера, сегодня и завтра, – ее тело нуждалось в движении. Она подалась ему навстречу, и он задохнулся от желания.
– Да, – простонал он, – Алиса, ты можешь довести мужчину до безумия.
Она изогнула шею, ее тело изгибалось, повинуясь древним, как сама жизнь, инстинктам. Она чувствовала, будто взбиралась на высокую гору, медленно, по склонам, испытывая экстаз в каждое следующее мгновение, но все же ожидая чего-то большего. И именно это неизведанное нечто заставляло ее извиваться на своем новобрачном ложе, готовясь к заветному прыжку к вершине.
Взлет произошел, как всякое противоречие, внезапно – едва Филипп проник в ее глубину. Восторг и боль острым жалом вонзились в ее тело до кончиков пальцев, она вскрикнула, онемела и ощутила холодок во рту. Сознание помутилось и поплыло, словно лодка, попавшая в круговорот, – она застонала и забилась в содроганиях.
Удовлетворенный, он зажал ее рот жадным поцелуем и, проникая все глубже в заветную бесконечность, еще и еще вызывая ее конвульсии, пока сполна не испил ликующей сладости.
Вместе они достигли пика желаний, медленно и осторожно соскользнув на другую сторону.
Потом они молча и тихо лежали, не двигаясь. Филипп рассеянно гладил тело Алисы, что вселяло в нее любовь и спокойствие. Постепенно она погрузилась в сон.
Проснувшись, Филипп подумал, что ему не надо было делать всего этого. Алиса была, как он и предполагал, девушкой, когда он взял ее. Молодая леди ее уровня и воспитания должна быть чистой, ложась в постель к законному мужу, и ему не следовало строить иллюзий на этот счет, пренебрегая реальностью.
Но, зная это, почему он умышленно взял ее в эту ночь?
Филипп любил ее. Потому что она была его. Потому что в любом случае ее репутация пострадает в глазах общественности после ночи, проведенной наедине с ним, независимо от того, было что-то между ними или нет.
Когда он задумал поехать в гостиницу в поисках ее сестры, он не прекращал думать о том, что могло произойти, если бы они не смогли уехать, как собирались. Он должен был об этом подумать. Он уже достаточно планировал в своей жизни, чтобы знать, что, скорее всего, произойдет непредвиденное, а не то, чего обычно ожидаешь.
Однако когда произошло неожиданное, он, как сделал бы любой хороший командир, воспользовался удобным случаем. После сегодняшней ночи Алиса будет принадлежать ему. Навсегда. Он читал в ее глазах сомнение, когда заговаривал с ней о том, что попросит у отца ее руки, и догадывался, что лорд Стразерн, возможно, откажет в его просьбе.
Но не теперь. Как бы не был шокирован ее отец, Алиса отдалась Филиппу. Теперь они должны пожениться.
Филипп не сомневался, что если даже они сблизились, Алиса не пойдет против воли семьи, несмотря на страстную тягу к нему. Он привлек ее к себе, чтобы ей было удобнее в его объятиях.
Оставался только один способ добиться ее руки. Он должен найти Пруденс, чтобы Томас Лайтон мог спокойно заниматься своими делами с королем.
Филипп улыбнулся про себя: перед ним стояла важная задача. Но главное, он нашел любимую. Филипп наклонился и поцеловал Алису в губы. Она затрепетала от его прикосновения. Польщенный, он с большей настойчивостью ласкал ее грудь, захватив губами соски, волновал их кончиком языка. Она становилась упругой, возбуждая его все сильнее.
Открыв глаза, Алиса сонно спросила:
– Филипп?
– Сегодняшняя ночь наша, – тихо сказал он.
Алиса с минуту смотрела на него, пытаясь угадать его желание, потом тихо засмеялась. В ответ она обняла его за шею и кончиком языка коснулась его губ. В предчувствии приближающейся страсти Филипп застонал и прижал ее к себе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовная петля - Кларк Луиза


Комментарии к роману "Любовная петля - Кларк Луиза" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100