Читать онлайн Охотник за мечтой, автора - Кинсейл Лаура, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Охотник за мечтой - Кинсейл Лаура бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.5 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Охотник за мечтой - Кинсейл Лаура - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Охотник за мечтой - Кинсейл Лаура - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинсейл Лаура

Охотник за мечтой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

– Она спит, – быстро ответила Зения.
– Тогда я сам пойду к ней, – лорд Уинтер с мрачным видом оттолкнулся от колонны, – если не возражаете.
Его лицо стало суровым, холодным и бесчувственным, и Зению охватила тревога, она боялась, что он напугает Элизабет. Не глядя на Зению, лорд Уинтер прошел мимо нее, и она торопливо последовала за ним.
– Милорд, она не в детской, – бросила ему вслед Зения, поднимаясь за ним по лестнице, – она в моей спальне.
Он остановился, держась за перила, и оглянулся.
– А где ваша спальня, леди Уинтер?
– На третьем этаже в западной части дома. – Его вопрос и выразительный взгляд вогнали Зению в краску.
– Понятно, – ответил он, на мгновение задумавшись, и, повернувшись, пошел впереди нее, перешагивая через две ступеньки.
Пышные юбки мешали Зении идти быстро, и она не поспевала за Арденом.
– Милорд, прошу вас! – взмолилась она. – Если вы подождете… – Но к тому времени, когда она поднялась по главной лестнице, он уже исчез на боковой лестнице, ведущей на верхний этаж.
В коридоре Зения встретилась с няней, которая как раз закрывала дверь. Увидев Зению, женщина, не закрыв окончательно дверь, сделала реверанс и с улыбкой заметила:
– Ее папа! Пожалуй, – доверительным шепотом добавила она, – им лучше немного побыть вдвоем, мадам.
Не прислушавшись к словам няни, Зения распахнула дверь в тот момент, когда лорд Уинтер усаживался на пол по-турецки рядом с Элизабет спиной к двери. Девочка улыбнулась матери, сказала «мама», недоуменно взглянула на лорда Уинтера и снова занялась своими ложками.
– Что это? – спросил лорд Уинтер, наклонившись к Элизабет и показав на ложки.
– Ло, – ответила Элизабет.
– Она еще не говорит, – сухо пояснила Зения, – ей всего полтора года.
– Ложки, – объяснил лорд Уинтер, похлопав по серебряным ложкам, словно Зения ничего не говорила.
– Ло, – повторила Элизабет.
– Ложки! – подхватил он.
Элизабет протянула ему ложки, и он, просунув между их черенками указательный палец, постучал одной ложкой о другую. Девочка радостно улыбнулась, забрала у него ложки, а потом снова протянула их лорду Уинтеру. Он опять постучал ими, Элизабет отобрала их у него и сразу же протянула обратно.
– Ло!
Раз десять серебряные ложки переходили из рук в руки, и каждый раз процедура сопровождалась неизменным возгласом «Ло!». Потом лорд Уинтер, постукивая ложками, поднес их к лицу девочки и зажал между ними ее носик. Элизабет вскрикнула от восторга, взяла по ложке в каждую руку и, встав на ноги, помахала ими у его лица. Затем забралась к нему на колени, а лорд Уинтер, откинувшись на спину, поднял ее на руки, так что она оказалась над ним, и Элизабет завизжала от удовольствия.
Зения крепко прикусила нижнюю губу, сдерживая страстное желание броситься и отобрать у него Элизабет. «Элизабет замкнутый ребенок», – говорили все. Но никто прежде не играл с ней на полу, кроме самой Зении, и никто не мог вызвать у Элизабет такого счастливого смеха.
– Ей уже пора спать, – не удержалась Зения.
– Уйдите. – Лорд Уинтер не отпускал Элизабет, и девочка, делая большие круги в воздухе над ним и иногда ныряя, икала и смеялась. Для Зении дочь уже стала слишком тяжелой, чтобы заниматься с ней такими играми.
– Ее стошнит, если она будет продолжать непрерывно икать. – Зения прислонилась спиной к двери, не собираясь оставлять Элизабет наедине с этим незнакомым мужчиной.
Довольный детский смех наполнял комнату, Элизабет, повизгивая, спланировала вниз и несколько секунд, сотрясаемая икотой, лежала неподвижно, уткнувшись носом в плечо лорда Уинтера. Он накрыл ее головку своей рукой и погрузил в шелковые кудряшки длинные огрубевшие в пустыне пальцы.
– От эмоционального перевозбуждения у нее может начаться припадок. – Зения шагнула вперед. – По правде говоря, я думаю, будет лучше, если…
– Неужели вам не нужно посетить какой-нибудь бал? Или нанести какие-нибудь визиты?
Устав лежать без движения, Элизабет вскочила на ноги и посмотрела вниз на своего отца такими сияющими глазами, что у Зении сжалось сердце. Раскинув пухлые ручонки, девочка бросилась вперед и всем своим весом плюхнулась ему на грудь.
– У-уф! – фыркнул он с гримасой, которую его дочь посчитала выражением удовольствия.
Она проделала то же самое еще раз, а потом еще и еще, пока лорд Уинтер не удержал ее и не повернулся на бок скованным болезненным движением.
– Аллах иеселлимк, дорогая. Давай попробуем что-нибудь другое.
– Прошу вас, не говорите с ней по-арабски. Она не должна знать арабский.
В течение нескольких мгновений, пока лорд Уинтер лежал неподвижно, Элизабет старалась дотянуться до отца, а когда ее старания начали приобретать нервный характер, лорд Уинтер потянулся, притянул ее к себе, прижался ртом к кружеву возле ее уха и прошептал что-то, чего Зения не могла услышать.
Нахмурившись, Зения прошла и уселась в кресло. Ее дочь и лорд Уинтер играли на ковре, не обращая на нее никакого внимания, теперь они занялись кубиками. Виконт лежал на полу, опираясь на локоть, и строил для Элизабет башни, которые она потом разрушала. После того как несколько башен было вдребезги разрушено, девочка, резко повернувшись, пошла к матери, забралась к ней на колени и потянулась к пуговице у Зении на воротнике. Зения похолодела, Элизабет улеглась и засопела в предвкушении удовольствия, а лорд Уинтер сел и повернулся к ним лицом.
– Мама, мама, – настойчиво требовала Элизабет, теребя пуговицу и прижимаясь лицом к груди Зении.
Быстро взяв полотенце, Зения накинула его себе на плечо, прикрыв Элизабет, и, глядя вниз, расстегнула под ним платье. Ее дочь откинула в сторону полотенце и с удовольствием принялась сосать. Зения почувствовала, что ее лицо и шея горят от смущения и стыда.
– Не смотрите, – сердито выговорила она, не в силах поднять глаз.
– Вы должны простить меня. Я присутствую при небывалом моменте в моей жизни.
Она сжала губы, так и не подняв головы.
– Она прекрасна, – тихо оценил лорд Уинтер.
– Полагаю, вы считаете, что Элизабет уже большая, чтобы еще кормиться грудью.
– Не могу сказать, что я вообще думал о чем-нибудь подобном.
– Леди Белмейн этого не одобряет. – Зения позволила себе сквозь ресницы взглянуть на лорда Уинтера. Он сидел на полу, скрестив ноги в лодыжках, опершись локтями в колени и крепко сжав пальцы обеих рук вместе.
– Ну что ж, значит, я одобряю, просто чтобы сделать наоборот. Кто дал ей имя?
– Она названа в честь мисс Уильямс и моей тети Люси, – ответила Зения с долей вызова.
– Мисс… А, компаньонка вашей матери. Мои родители не возражали?
– Нет.
– И ее крестили как Мэнсфилд?
– Да. – Зения сделала глубокий вдох. Молоко у нее подошло к концу, Элизабет перестала сосать и сонно вздохнула. – Да, как Мэнсфилд. – Зения застегнула платье и взглянула на лорда Уинтера, который смотрел на нее со спокойствием, окончательно лишившим ее присутствия духа. – Ваш отец настоял. Все считали, что вы умерли, а я не хотела, чтобы моя дочь осталась… без имени.
В воздухе между ними повис невысказанный вопрос: «Вы отберете ее у меня?» – но Зения боялась задать его. Она не понимала этого человека, к тому же он должен принять не только свою дочь, но и саму Зению. Она отлично помнила все его язвительные высказывания о женщинах, особенно о лживых женщинах, видела, что он ненавидит свою мать. Однако он играл с Элизабет, и, казалось, она ему понравилась. Новая ужасная мысль родилась в голове у Зении: «Что, если он каким-то образом признает Элизабет, а от меня откажется? Вдруг он лишит меня дочери?»
– Я был близок к смерти, – ровным голосом произнес он, наблюдая за Зенией.
– Я сожалею. – Зения вспомнила потемневшее седло и кровь на белой шкуре верблюда, вспомнила, как лорд Уинтер бежал к ней, как с силой бросил ее в руки к египтянину.
– Сожалеете о чем? – Один уголок его рта приподнялся в иронической улыбке. – О том, что я в конце концов выжил?
– Конечно, нет. Я сожалею, что вам пришлось страдать. И я благодарна вам за… за то, что вы для меня сделали.
– Вам не следовало поселяться здесь, – помрачнев, грубо заметил он.
– Уверяю вас, у меня нет желания жить здесь! – Зения крепче прижала к себе Элизабет.
– Потому что вы мне солгали тогда. – Он резко поднялся на ноги. – Так же, черт побери, как лжете и теперь, леди Уинтер! – Он сурово сжал губы. – Великолепная мать! Мои родители говорят, что вы посвятили себя ребенку. Боже мой, у вас чертовски хорошо получается. Я просто не узнаю вас, – скривив губы, со злостью добавил он.
– Тш-ш, – остановила его Зения, когда Элизабет беспокойно заворочалась, – она испугается вашего голоса!
Ухватившись за материнские юбки, Элизабет спустилась с колен Зении на пол, отправилась к своим кубикам и начала водружать их друг на друга.
– Вероятно, я пугаю вас, леди Уинтер, – тихо предположил он.
– Меня вы не пугаете. – Зения встала и позвонила няне. – Если мне захочется, я могу взять Элизабет и уйти к своему отцу. Он обещал, что примет меня к себе в дом в любое время.
– Нет, – моментально отреагировал Арден, – вы не можете забрать мою дочь.
– Вы не можете держать нас здесь пленницами.
– Уходите, если желаете, но свою дочь я вам не дам забрать.
– Возможно, она даже не ваша! – в бешенстве воскликнула Зения. – Почему вы так уверены?
– Она моя.
– Она совсем не похожа на вас.
– Она моя.
– Ваша! Она не вещь, чтобы принадлежать вам!
– Вы хотите сказать, что у вас был другой мужчина? – набросился на нее лорд Уинтер.
– Нет, – Зения попятилась при виде ярости, вспыхнувшей в его глазах, – конечно, нет.
– Значит, она моя, верно? Потому что вы, черт возьми, были только со мной!
Они стояли и смотрели друг на друга. Зения почувствовала, что он перевел взгляд на ее приоткрытые губы, и ярко, ощутимо вспомнила, как она чувствовала его на себе и внутри себя. На мгновение она подумала, что он подойдет к ней, что все изменится и тягостное недоразумение между ними разрешится.
– Я тосковала по вам, – неожиданно прошептала она, – мне вас не хватало.
Она сама себе удивилась, потому что до этого момента не понимала своих чувств. Ее мысли и сердце полностью занимала Элизабет, но до того, как в ее жизнь вошла дочь, Зения страдала от утраты.
– Вот как! – Он поднял брови. – Который из ваших образов горевал по мне? – Его глаза приняли странное выражение, настороженное и сердитое. – Возможно, Селим. – Он отрывисто усмехнулся. – Селим чуточку скучал обо мне.
Няня тихо постучала в дверь, и Зения, глядя себе под ноги, пошла открывать.
– Вероятно, вы захотите переодеться к обеду, милорд. – Она постаралась под равнодушным тоном тщательно скрыть обиду от его резких слов. – И мне нужно сделать то же самое. С Элизабет побудет няня. – Зения держала дверь в коридор открытой, приглашая его выйти, но он не вышел.
– Мне сказали, что теперь это мои апартаменты тоже, – с мимолетной улыбкой сообщил лорд Уинтер.
– Нет. – Зения почувствовала, что у нее остановилось сердце. – Вы, должно быть, не расслышали… – Зения склонилась над Элизабет, чувствуя себя неловко перед няней.
– Вы возражаете, чтобы я расположился вместе с вами, леди Уинтер? Но мой отец сказал, что во всех остальных спальнях сейчас идет ремонт – объяснение, шитое белыми нитками. Грубая работа, не правда ли? – заметил лорд Уинтер. – Но вы же знаете, что он во весь голос рыдает по наследнику.
– О-о, – произнесла Зения, не в силах придумать что-нибудь более вразумительное в присутствии няни, и, внезапно все поняв, посмотрела на лорда Уинтера.
– Прошу вас, не бойтесь, что я буду мешать вам закончить туалет, дорогая. Пока я буду дожидаться своей очереди, мы с Элизабет чем-нибудь займемся здесь. – Лорд Уинтер с сияющим видом улыбнулся ей. – Как видите, все будет вполне цивилизованно.


Родители Ардена всегда строго соблюдали этикет, и он знал, что на обед в Суонмир ему надлежит явиться в шелковых бриджах. Обычно на обеде присутствовали гости, но сегодня вечером посторонних не предвиделось, и стол казался еще больше, чем всегда. Было нелепо, что его мать сидит в конце стола, отец во главе, а Арден и Зения напротив друг друга, разделенные ослепительно белой полотняной скатертью. Люстра с горящими свечами отражалась в развешанных по стенам столовой зеркалах с позолоченными рамами, и единственным отступлением от правил семейных обедов стало отсутствие на середине стола огромной серебряной вазы, украшенной фруктами и свечами. Арден пожалел об отсутствии вазы, потому что расставленные вдоль стола на больших расстояниях канделябры не загораживали женщины, которая играла роль его жены.
Зения снова надела все черное, подчеркивавшее ее совершенную красоту, и казалась отстраненной на недосягаемое расстояние. Ее темные локоны плавно ниспадали на плечи, в ушах сверкали бриллиантовые серьги, а в одном из зеркал Ардену представал ее профиль, бледный и неприступный. Она аккуратно подносила ко рту серебряную ложку с бульоном, и Арден подумал, что столовые приборы с гербом Белмейнов слишком тяжелы для ее руки.
Он не мог придумать, что сказать ей, все слова застревали у него в горле и казались идиотскими и грубыми. «Ты скучала по мне?» – хотелось ему спросить, как недоверчивому тупице, и заставить ее еще раз повторить те слова, которые она сказала, а не пропустить мимо ушей. Ему хотелось услышать, как она произносит их, если она имела в виду то, что говорила, если слова ее были правдой. Тогда изменилось бы все – или ничего. Вопрос в том, хотел ли он ее?
Увидев свою дочь, в одиночестве сидящую с опущенной головой на полу посреди комнаты, он испытал глубокое душевное потрясение и мгновенно почувствовал мощную связь между ними; он не винил девочку за то, что она с сомнением отнеслась к нему, его просто поразила в самое сердце ее улыбка. Женщина в черном по другую сторону стола казалась Ардену чужой, а Элизабет – бесконечно родной, как будто он знаком с ней всю короткую ее жизнь и свою собственную. Он уже думал о сегодняшнем дне, о завтрашнем и послезавтрашнем, обо всем, что должен узнать о ней и чем должен с ней заняться.
Не требовалось слишком много сообразительности, чтобы понять Зению, которой не нравились его намерения, что свидетельствовало о ее изменившемся настроении. Он не уверен, что Зения говорила правду о тоске по нему, но он совершенно уверен, что она исполнила бы свое желание взять Элизабет и уйти к Брюсу.
Ладно, пусть так думает, решил Арден, сжав зубы. Очень скоро она поймет, что ее положение не так уж устойчиво. И если его отец не объяснил ей этого, то он сам объяснит.
– Я обдумывала, что сделать, чтобы оповестить наших соседей о твоем возвращении, – проговорила мать Ардена за устричным паштетом. – Во всяком случае, никаких танцев. Ты предпочитаешь легкий ужин или дневной завтрак, Арден?
– Что короче, – ответил он.
– Леди Уинтер еще официально не представлена, – сообщил лорд Белмейн. – Возможно, лучше устроить обед и там сделать представление.
– Пусть так, если вам хочется, – безразлично согласилась его мать. – По правде говоря, обед нельзя устроить раньше, чем через две недели. А в такое время года нужно на самом деле три недели.
– Быть может, в канун Епифании. Тогда у леди Уинтер будет время приобрести цветное платье. Должен признать, дорогая, – обратился к Зении лорд Уинтер, – при изменившихся обстоятельствах я был бы рад видеть вас не в черном.
– Очень правильно, – согласилась леди Белмейн. – Быть может, что-то бутылочно-зеленого цвета, например, атлас с черной отделкой под цвет ее глаз.
– У нее глаза синие, – поправил Арден, и они все посмотрели на него, а он, нагнувшись к своей тарелке, взял кусок паштета. – Темно-синие.
– Разумеется! Ты должен простить меня. Боюсь, я ненаблюдательна, – ответила его мать.
– Но не настолько ненаблюдательны, как я. – Арден насмешливо улыбнулся своей «жене», и когда Зения подняла ресницы, стало видно, что при свете свечей ее глаза были темными, так что неудивительно, что леди Белмейн посчитала их черными. – Ей следует носить синее, как полуденное небо. И золото, а не бриллианты, – продолжал он, и родители молча в изумлении смотрели на него, словно он лишился разума.
– Увы, к сожалению, ярко-голубой цвет не по сезону, – наконец отреагировала его мать.
– И атласные лодочки, – продолжал Арден, не обращая на мать внимания. – Что-нибудь элегантное. Она выглядит как дурацкий идол из черного дерева. Сделайте ее немного… симпатичнее.
– Никогда не знал, что тебя интересуют женские наряды, – с некоторым удивлением заметил его отец. – Но быть может, у леди Уинтер есть собственное мнение.
– Мне хотелось бы ярко-голубое платье и золото, – едва слышно вымолвила леди Уинтер, глядя на свою еду, как будто впервые ее увидела.
– Я уверена, вы будете разочарованы своим выбором, – вздохнула леди Белмейн.
– Не сомневайтесь, леди Уинтер, что бы вы ни пожелали, все можно сделать, – возразил отец Ардена.
– Что скажут люди? – пришла в ужас леди Белмейн. – Ярко-голубое в январе!
– Так они скажут? – Арден поднял руку, прося еще бокал вина. – Тогда пусть она наденет зеленое платье. Вы должны простить мне вмешательство в дела, которые меня не касаются.
– По-моему, ты должен признать, что совсем не разбираешься в моде, Арден.
– Да, с готовностью признаю.
– Ты же не хочешь, чтобы твоя жена выглядела посмешищем.
– Нет, не хочу.
– На самом деле, я думаю, что тебе больше понравится бутылочно-зеленый цвет.
– Если мое согласие на бутылочно-зеленый положит конец обсуждению, то, безусловно, я согласен. – Арден сделал большой глоток вина.
Леди Уинтер молча ковыряла вилкой своего палтуса. Арден заметил, что она очень мало ела, но он понимал ее: от обеда с его родителями пропал бы и самый зверский аппетит.
Лорд Уинтер вдруг почувствовал, что ему хочется задать Зении вопрос: «Вам не нравится рыба?» – потому что такая еда для нее незнакома. Но у него не было охоты затевать еще какой бы то ни было разговор, и всю вторую половину обеда он просидел, механически жуя жареного фазана и тушеного зайца.
– Что ты думаешь о мисс Элизабет? – спросил у него отец.
Арден положил вилку, мельком взглянул на герб Белмейнов, изображенный на обеденной салфетке, а потом посмотрел на графа через разделявшее их огромное пространство стола.
– Благодарю вас, сэр. – Он спокойно выдержал взгляд отца. – Благодарю вас, что приняли ее сюда. Благодарю вас за заботу о ней. – Арден никогда не разговаривал с отцом в таком приподнятом стиле, за исключением тех случаев, когда был рассержен. Он чувствовал себя неловко и, затаив дыхание, ждал ответа.
Ничто не изменилось в лице лорда Белмейна, и его длинные пальцы продолжали разглаживать скатерть, но он не успел ничего сказать – Зения опередила его.
– Лорд Белмейн очень щедр, но я прекрасно могла бы и сама заботиться о дочери, – выпрямившись на стуле, заявила она.
С беспокойством и непонятной досадой Арден ожидал продолжения и, взяв нож, разрезал фазана на маленькие кусочки.
– Вы достойная уважения мать, леди Уинтер, – вымолвил граф, удивив Ардена своим благожелательным тоном. – Я ни на мгновение не сомневаюсь в вас.
– Ради Элизабет я готова на все. – Она чуть улыбнулась его отцу и бросила Ардену вызывающий взгляд.
– Очень разумное чувство, – поддержала ее мать Ардена. – Надеюсь, Арден последует вашему примеру. Теперь, когда у него есть ребенок, ему пора уже отказаться от своего безрассудства и остаться дома, чтобы выполнять свои обязанности.
– Ничего подобного, – беспечно заявил Арден. – Завтра я уезжаю в Сибирь и беру с собой Бет. Мы весело проведем время, катаясь на тройке.
– Вы не смеете! – Зения задохнулась. – Я запрещаю!
Если бы она так легко не попалась на пустую приманку, его бы не понесло. Но ее ярость, присутствие родителей, окружающая обстановка, бесконечная мучительная трапеза, за которой он оставался отверженным, как всегда, лишним, соединились вместе, и в нем вспыхнул старый-старый жгучий гнев.
– А что вы можете сделать, леди Уинтер? – Арден отставил бокал с вином и пронзил ее взглядом. – Вы просто моя жена. Мать моего ребенка, которым я могу распоряжаться на законных основаниях. Неужели никто не информировал вас о моих законных правах, коими я обладаю в качестве вашего мужа? Вы не можете увезти Элизабет, как вы уже недавно угрожали, если я не дам вам на то разрешения. В то же время, мадам, я могу увезти ее куда пожелаю, вообще не сообщая вам ничего. Если вам такое положение дел не нравится, то вы должны винить только себя. У нас есть английская поговорка, леди Уинтер. Возможно, ваша мать научила вас ей; она, безусловно, понимала ее значение: «Нельзя одновременно беречь пирожное и есть его».
– Извините, я должна пойти посмотреть на Элизабет. – Побелев как мел, Зения бросила салфетку на стол возле себя и, чувствуя, как у нее задрожали губы, вскочила и быстро выбежала из комнаты; слуга, как раз входивший в дверь, вынужденно отступил назад, так что серебряное блюдо с овощами задребезжало у него в руках.
Арден не смотрел ни на отца, ни на мать, и когда рядом с ним появилось блюдо с овощами, он не мог сказать, что лежит на блюде – вареная морковь или цветная капуста. Он просто положил себе порцию и с отвращением смотрел на нее.
– Надеюсь, Арден, тебе не придется пожалеть о своих словах, – отметил отец, дождавшись, пока слуга вышел и закрыл за собой дверь.
Это был самый мягкий комментарий, который он когда-либо высказывал по поводу опрометчивых поступков своего сына.


Граф Белмейн тихо вошел в отделанную резным деревом библиотеку, где его ожидал мужчина в характерной неприметной одежде, едва различимый на фоне темных деревянных панелей, портретов и книг.
– Добрый вечер, мистер Кинг, – заговорил граф, слегка растянув красивые губы в сухой улыбке. – Боюсь, сегодняшний вечер – не очень подходящее время для каких-либо встреч. Моя сноха нездорова.
– Прискорбно слышать, милорд. – Поверенный с пониманием кивнул головой.
– Садитесь. Что-нибудь выпьете? – Из стоявшего рядом графина Белмейн налил вина в один из четырех приготовленных бокалов.
– Благодарю, милорд.
– Скажите мне, – начал граф и, налив себе густой зеленоватой жидкости из пузырька, сел, держа в руке рюмку, – ведь в последнее время мы уже не такие варвары, чтобы жена и дети все еще считались законной собственностью мужа?
– Нет, безусловно, не его собственностью, милорд. Счастлив сказать, что наши гражданские законы не одобряют рабства. Но юридические аспекты жизни жены относятся к категории прав ее мужа. В обмен на его долг содержать и оберегать жену муж получает все права на ее собственность и, конечно, имеет право на полный отцовский контроль над своими несовершеннолетними детьми. Если брак не расторгнут, то единственным дееспособным лицом с точки зрения закона является муж.
Граф задумчиво кивнул, вглядываясь в портрет, висевший позади поверенного, на котором был изображен его сын. Художнику удалось очень точно схватить высокомерие и одновременно безысходное одиночество шестнадцатилетнего юноши, до предела раздраженного тем, что по приказу отца ему приходится часами сидеть неподвижно в официальном костюме. Лорду Белмейну никогда не нравился портрет, хотя сын на нем вышел очень похожим на себя. Непонятно почему, портрет всегда причинял графу страдание, но он оставался единственным портретом Ардена. Надеясь на появление второго, третьего и четвертого ребенка, лорд Белмейн отложил на потом изображение матери с маленьким сыном, рисуя в своем воображении картину большой семьи. Но других детей так и не появилось. К тому времени, когда он окончательно понял, что их уже никогда не будет, его сын стал сердитым, скрытным, неуправляемым мальчиком, который постоянно норовил убежать от своих воспитателей. Арден рос замкнутым, порывистым и дерзким, он совершенно не ведал чувства страха, а физические наказания просто презирал. Когда Ардену исполнилось семь, у лорда Белмейна выработалось постоянное ощущение, словно он проглотил горячий камень, который лежал у него в груди под ребрами. Причиной такого состояния являлась сама мысль о непослушании и опасном безрассудстве своего единственного сына. Доктора прописали ему желудочные настойки и специальные сердечные лекарства. Стараясь не морщиться, лорд Белмейн пил последние, и в течение уже долгого времени боль не беспокоила его. Но нежданное известие, что его сын все-таки жив, пробило хрупкую, похожую на стеклянную стену отрешенности, за которой он жил с момента рождения внучки. На протяжении последних двух недель у графа снова появились мучительные боли, а поведение Ардена за обедом словно вернуло его во времена непокорного детства и бесшабашной юности сына, и лорд Белмейн почувствовал, что его болезнь с новой силой гложет его.
– Я надеялся, что его возвращение будет не более чем простая формальность, мистер Кинг. Но боюсь, я думал слишком оптимистично.
– Вот как, милорд? – Поверенный помрачнел. – У молодых есть возражения против того, чтобы еще раз произнести супружеские обещания по английским законам?
– Дело еще не доходило до такого обсуждения, мистер Кинг, – улыбнулся граф. – Но мой сын приложил все силы, чтобы указать леди Уинтер на ее юридическую недееспособность как его жены. На самом деле он подчеркнул, что обладает безоговорочной властью над ее ребенком. Боюсь, его поведение не приведет ни к чему хорошему. Честно говоря, мистер Кинг, в данный момент я почти жалею, что магометане в конце концов не изрубили его в куски, что избавило бы меня от единственного желания задушить собственного сына.
– Деликатное дело, милорд, – потупился мистер Кинг. – Значит, как я понимаю, лорд Уинтер старается убедить леди, что с ее стороны неразумно соглашаться на законное подтверждение брака?
– Не имею ни малейшего представления о том, чего хочет и чего добивается лорд Уинтер. Он самый непредсказуемый человек из всех, кого я знаю. Я никогда не понимал его и не пытался понять.
– Быть может, сэр, все обстоит не так мрачно, как кажется. Каковы бы ни были чувства лорда Уинтера, но если он старается убедить леди Уинтер отказаться от подтверждения брака, то, похоже, он чувствует, что сам не способен сделать такой шаг. Зачем иначе создавать себе трудности и убеждать ее, если можно просто отказаться от союза?
– Будь он проклят, если сделает так! – не сдержавшись, воскликнул граф, но мистер Кинг сохранял спокойствие. – Что еще он уготовил нам?
– Браки, заключенные за пределами Англии, в той или иной степени меньше подпадают под действие наших более строгих законов, пунктуально следящих за разрешением и регистрацией. Мы с вашим сиятельством подробно обсуждали такое положение касательно вашего сына и его жены. Но как я тоже уже сообщал вам, милорд, подобные недокументированные союзы часто не признаются имеющими силу, если дело когда-то доходит до рассмотрения в судах. – Поверенный угрюмо покачал головой. – Мы пришли к заключению, что для вдовы это было вполне приемлемо, так как уже ничего нельзя исправить, а законность ребенка подтверждалась свидетельством о ее крещении. Единственными важными моментами, поставленными на карту, стали законность части наследства жены и претензии ребенка на наследство. По вашему собственному желанию, милорд, обе проблемы мы сумели уладить в установленном порядке, не вызвав никаких возражений и полностью избежав всяких вопросов о том, существовал ли на самом деле брак.
– Все так. – Граф мрачно посмотрел на свое сердечное лекарство в рюмке и, запрокинув голову, проглотил его одним глотком, а потом недовольно поморщился. – Но теперь он здесь. Я не понимаю его и не могу предугадать, что он сделает.
– Как мы тоже уже обсуждали, милорд, – мистер Кинг отпил вина и прочистил горло, – с тех пор как хорошие новости о том, что лорд Уинтер жив, подтвердились, полное отсутствие документов или свидетелей делает союз и ребенка беззащитными для нападок, и величайшая угроза браку – последующее супружеское поведение партнеров. В такой ситуации мне очень не хотелось бы выступать перед судом в защиту не подтвержденного документами союза. Однажды я был причастен к делу, касающемуся недокументированного брака Гретна-Грин, и оно стало самым неприятным делом в моей практике. В таких случаях закон полон отклонений и неопределенностей, и исход дела не более предсказуем, чем очки при бросании костей. Вот почему я настоятельно советую вам добиться незамедлительного обмена клятвами, пусть в чрезвычайно узком кругу, но надлежащим образом засвидетельствованного и зарегистрированного, а также признания лордом Уинтером ребенка и принятия им на себя опекунства над девочкой. Тогда союз будет неопровержим.
– А до того?
– А до того, сэр, следует опасаться, что ваш сын или даже сама леди Уинтер могут вести себя как неженатые люди, и единственным выходом будет доказательство недоказуемого в суде. Невеселая мысль. Если ваш сын не желает подтверждать брак, у него, видимо, существует определенная причина.
– Он хочет забрать малышку. – Лорд Белмейн, наклонившись вперед, положил подбородок на лежащую на столе руку, а другую прижал к жилету. – Я думаю… я уверен, у него горячий интерес к мисс Элизабет.
– Известие гораздо лучшее, милорд. Я могу со всей ответственностью объяснить ему, что у него нет прав на девочку, если он не признает брака и откажется от опекунства.
– Только смотрите, – граф поднял голову, – говорите все ему так, чтобы не слышала леди Уинтер, иначе именно она откажется подтвердить брак.
– Поверьте, не стоит предполагать, что она на самом деле способна на такой неразумный поступок.
– Мой сын сделает все, чтобы подтолкнуть ее к такому решению.
– Не верю, что он преуспеет. Не многие женщины могут оказаться столь беспечными. Хотя в браке жена должна мириться с определенными законными ущемлениями в правах, но они едва ли таковы, чтобы по-настоящему ранить ее естественные женские чувства. По мнению большинства женщин, все обстоит совершенно наоборот. И безусловно, не может быть ничего хуже, чем сделать собственного ребенка незаконнорожденным и погубить себя откровенным отказом от брака.
– Значит, мистер Кинг, если она начнет упираться, вы будете придерживаться с ней высказанной вами линии. – Граф сел прямо. – Думаю, обе стороны должны встретиться с вами, но я уверен, что нужно говорить с каждым в отдельности. Надеюсь, вы окажете мне любезность и останетесь на несколько дней.
– Конечно, сэр. Буду рад помочь вам.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Охотник за мечтой - Кинсейл Лаура



очень понравилось
Охотник за мечтой - Кинсейл Лаураангелина
10.12.2012, 19.10





понравилось. но ровно до середины, автору не получилось вытянуть сюжет и героев, после возвращениия в англию начался бред какой то у героев)) в целом понравилось. равно на один раз)
Охотник за мечтой - Кинсейл ЛаураИнесса
20.03.2013, 7.31





понравилось. но ровно до середины, автору не получилось вытянуть сюжет и героев, после возвращениия в англию начался бред какой то у героев)) в целом понравилось. равно на один раз)
Охотник за мечтой - Кинсейл ЛаураИнесса
20.03.2013, 7.31





Мне нравятся романы этого автора, но этот, на мой взгляд, немного затянут и не очень правдоподобный.
Охотник за мечтой - Кинсейл ЛаураИванна
20.10.2013, 9.05





Интересно,но немного затянуто.
Охотник за мечтой - Кинсейл ЛаураНаталья 66
30.03.2014, 23.23





Роман затянут. Ггероиня идиотка, просто выбесила меня.
Охотник за мечтой - Кинсейл ЛаураНатали
26.03.2016, 11.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100