Читать онлайн Любовные прикосновения, автора - Кингсли Джоанна, Раздел - ГЛАВА 35 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовные прикосновения - Кингсли Джоанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовные прикосновения - Кингсли Джоанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовные прикосновения - Кингсли Джоанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кингсли Джоанна

Любовные прикосновения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 35

Всю неделю она проводила с ним каждый день. Ей доставляло величайшее удовольствие поселить отца в прекрасных апартаментах роскошного отеля Алкрон, ходить с ним по магазинам и покупать для него самую лучшую одежду, какую только можно было найти в Праге. Ежедневно Лари угощала его вкусной едой. Дэвид предоставил в их распоряжение посольский автомобиль вместе с шофером, и они не только катались по Праге, но и совершали даже поездки за город на природу. Она была на седьмом небе. Лари понимала, что это время – подарок судьбы и что она могла лишиться такого счастья навсегда. Однако чувство горечи ни на минуту не покидало ее. Чем лучше она узнавала его, тем больше восхищалась им и острее чувствовала потерю тех лет, когда он мог бы любить ее и руководить ею. Но эти годы были у нее украдены.
Они беспрестанно беседовали. Иногда по-чешски, Лари постепенно вспоминала родной язык. С каждым днем их общение становилось более искренним и глубоким. За обедом в ресторане «У трех страусов», который продолжался до вечера, Милош вспоминал, как приходил туда вместе с Кат, об увеселениях в Праге до войны и о своей юности в «Фонтанах». Он описывал блестящие спектакли с участием Катарины Де Вари, которые видел, поведал историю о том, как она впервые приехала в Прагу – девушка с фермы, которой монахиня внушила, что ее актерский талант – это дар Божий и что его нельзя предать забвению. Во время прогулки вдоль берега Влтавы одним туманным вечером Лари рассказала ему об Аните, о Ньюпорте и о мужчинах, которые были в ее жизни помимо Ника. В другой раз она призналась ему в том, как страдает от одиночества и от любви, которая живет только в ее воображении. Лари заметила, что на выбор карьеры повлиял увиденный ею великолепный гобелен, свадебный подарок Милоша Катарине. Милош не знал, что этого гобелена не было среди других конфискованных произведений искусств семьи Кирменов. Его взволновала мысль о том, что они, возможно, смогут предъявить права на него или даже тайно вывезти из страны, чтобы он достался Лари.
– Моя мечта – не увезти гобелен из Чехословакии… а увидеть его когда-нибудь висящим там, на своем прежнем месте… в нашем фамильном доме, – проговорила она.
И это еще не предел ее мечты, призналась Лари. Ей хотелось восстановить фабрику Кирменов и снова производить там великолепные гобелены. Она даже изучала производство гобеленов, когда была студенткой, чтобы возродить это искусство.
– Но для этого должна разрушиться целая система… – скептически произнес Милош. – Страна должна снова стать свободной.
– Быть может, когда-нибудь это и случится.
– Ох, моя дорогая доченька, если бы я только мог дожить до радостного дня! – вздохнул Милош.
Разумеется, они также бесконечно говорили о Кат, и это были не только приятные воспоминания. Милош поделился с Лари проблемами, которые угрожали их браку после войны. А Лари призналась ему в том, какой гнев испытывала по отношению к матери из-за того, что та покинула ее на произвол судьбы.
Но каждый из них как мог утешал другого. Оправдывая поступок Кат, Милош сказал:
– Ты должна помнить, что Катарина пережила время, когда многие дети погибли как раз из-за того, что матери оставили их у себя. Те, которых перед нашествием Гитлера отправили в Англию, выжили, а многие из оставшихся на родине погибли. Если бы ты могла поговорить с призраками жителей Лидице, среди них не нашлось бы ни одной матери, которая была бы рада, что оставила своего ребенка у себя.
На пятый день после выхода Милоша на свободу Лари предложила отвезти его в Карловы-Вары, чтобы он мог посмотреть на «Фонтаны».
Но Милош отказался.
– Мне будет тяжела встреча с родным домом после всего, что они сделали. Я предпочитаю остаться со своими воспоминаниями.
Лари решила, что отвезет отца в «Фонтаны», когда падет коммунистический режим, если, конечно, он дождется этого дня.
Милош не только наслаждался удовольствиями, которые дает свобода, но вместе с Лари делал все возможное, чтобы найти какой-нибудь упущенный из виду ключ к судьбе Кат. Они снова вернулись к тому, чем Лари занималась в прошлом – стали проверять списки умерших, регистрационные записи в больницах, снова обращались в разные министерства, посетили союз актеров. Однажды утром, в конце недели, они встретились с Дэвидом Уайнэнтом в посольстве, чтобы попросить его возобновить поиски Кат.
Однако Дэвид объяснил, что у его возможностей есть предел.
– Лари, после двадцатилетних бесплодных поисков тебе нужно посмотреть правде в глаза и признать, что в настоящий момент уже никто ничего не может сделать.
– Нет, Дэвид! Я не готова к этому, потому что мой отец чувствует, что она жива.
Дэвид посмотрел на Милоша.
– Есть ли у вас какие-нибудь доказательства, которые подкрепляют вашу веру, мистер Кирмен? Может быть, в тюрьме вы тайно поддерживали с ней контакт? Я могу понять, почему до сих пор вы никогда не говорили об этом…
Милош покачал головой.
– Ничего. У меня никогда не было никаких известий о ней. Но моя вера основана не просто на глупых чувствах, мистер Уайнэнт. Раз моя жена отправила дочь в безопасное место, значит, сама она не видела причин уезжать в другую страну. Она осталась здесь. И, как я представляю себе, раз уж Кат потеряла все – мужа, ребенка, состояние и даже свою репутацию – то решила, что может отказаться также и от своей личности. Ведь она была актрисой, поэтому просто стала играть новую роль.
– Вполне приемлемая теория, но и только, – ответил Дэвид… Ведь у нас нет сценария, в котором сообщается ее новое имя, где она живет и чем занимается. У нас нет никаких доказательств, что, потеряв все, она не… решила расстаться также и с жизнью…
– Кат не такая женщина, которая стала бы убивать себя, – твердо произнес Милош.
– Ради Бога, Дэвид, – взорвалась Лари, – если бы у нас было хотя бы малейшее доказательство того, что она жива, я не пришла бы сюда и не стала бы просить…
Дэвид нетерпеливо вскочил с места.
– Лари, как твой друг я действительно хочу помочь тебе. Но отсутствие доказательств – это не единственное, что стоит на пути. В данный момент я окажу тебе большую услугу, если посоветую не только прекратить поиски… но и покинуть страну!
Его холодное предложение подействовало на Лари как удар электрическим током. Она выпрямилась, словно готовясь к битве.
– А с какой стати?
– Встретив Милоша Кирмена и окружив его заботой, ты тем самым открыто признала его своим отцом – его, а не Джина Ливингстона, – пояснил Дэвид. – Но если ты дочь двух чешских граждан, то твой статус американки оказывается под сомнением. Если власти прямо сейчас задержат тебя, для нас, возможно, наступит трудное время.
– Дэвид, это же просто смешно. Ведь они хотят, чтобы я работала на них.
– Ты думаешь, что для них советы по оформлению интерьера важнее политики?
– И все же я сомневаюсь, что мне грозит опасность. Ведь у меня американский паспорт!
– А чехи заявят, что ты получила его обманным путем. Раз уже установлено, что мистер Кирмен – твой отец, они получили преимущество. Если выяснятся факты из твоего прошлого, то тебе, в первую очередь, никогда не разрешат выехать из страны.
Он взглянул на Милоша, как бы прося у него помощи, чтобы защитить Лари.
– Вы ведь понимаете, в чем проблема, не так ли? Вы хорошо знаете, что нынешний режим не менее деспотический, чем тот, который обвинил вас в государственной измене. Есть признаки недовольства коммунистами, но это только заставляет власти проявлять большее беспокойство и быстрее подавлять протест. Если они решат мстить и наказать Лари за обман, чтобы другим было неповадно пытаться бежать из страны с фальшивыми документами, или захотят устроить какую-нибудь провокацию, мы окажемся в весьма затруднительном положении. Милош кивнул и спокойно ответил:
– И как скоро вы предлагаете Ларейне покинуть Чехословакию?
– При данных обстоятельствах, сэр, сегодня вечером, – ответил Дэвид.
Прежде чем Лари успела что-нибудь произнести, Милош встал.
– Благодарю вас, мистер Уайнэнт. Я в высшей степени ценю вашу озабоченность благополучием моей дочери.
Он протянул руку Дэвиду через стол, Дэвид поднялся.
Лари наблюдала этот обмен рукопожатием в оцепенении. В тот момент решалась ее судьба, и все же она была не в силах протестовать. Говоря за нее, Милош тем самым проявил отцовский авторитет, и она не посмеет своими действиями уязвить его гордость.
Дэвид проводил их до дверей кабинета.
– Мне жаль, что я не смог сделать для тебя больше, – сказал он Лари, когда она выходила.
И она знала, что он имел в виду не только поиски Кат.
* * *
Если бы Лари могла принимать решение одна, то она осталась бы. Но Милош и слышать не хотел об этом. Когда они вышли из американского посольства, он заметил на другой стороне черную «шкоду» и двух человек, сидевших на переднем сиденье. Еще один мужчина, казалось, ждал троллейбус на ближайшей остановке, однако, когда троллейбус подъехал, он не сел в него. Правда, Милош и не ожидал, что его оставят без наблюдения, и все же, когда он увидел команду, занимавшуюся слежкой, которая не прилагала ни малейших усилий, чтобы остаться незамеченной, это еще больше подтвердило опасения Дэвида.
– Мистер Уайнэнт прав, – произнес Милош позже, когда они сидели в кафе «Славия». За неделю это было их третье посещение самого большого и старого кафе в Праге. Оно по-прежнему оставалось излюбленным местом встреч актеров, певцов, юных музыкантов из консерватории, а также литераторов в беретах и с сигаретами в зубах. В «Славии» было шумно из-за оживленных бесед, пылких прощаний и приветствий друзей и влюбленных. Милош подумал, что богемная атмосфера хоть немного отвлечет Лари от грустных мыслей, о необходимости отъезда.
Однако его надежды не оправдались. Она была в отчаянии. Лари еще никогда полностью не теряла контроль над своими чувствами. Много перемен ей пришлось пережить в жизни. И все же теперь Лари не могла сдержать слезы.
– Я только что нашла тебя! Позволь мне остаться! Они мне ничего не сделают, а если и решатся, то я примирюсь с последствиями.
– Ларейна, дорогая… Не совершай ошибку, тебе действительно может грозить опасность. Ведь нам до сих пор не известна судьба твоей матери. Кто знает, исчезла ли она по собственной воле или ей… помогли?
Милош подождал секунду, чтобы его слова отложились в ее сознании.
– Сейчас самое важное не допустить, чтобы жертва, которую она принесла ради тебя, была напрасной. Она хотела дать тебе лучшую жизнь и сделала это. Ты должна вернуться в Америку!
– Если только ты поедешь со мной!
Он грустно улыбнулся.
– Ты же знаешь, что это невозможно.
– На границе должно же быть какое-нибудь место…
– Milacek, – сказал он, использовав ласковое чешское слово, похожее по значению на слово «милая», – если бы это было так легко сделать, большинство столиков вокруг нас были бы пустыми.
Некоторое время они молчали. Наконец слезы Ларейны высохли, но прежде чем разговор возобновился, их внимание привлек высокий мужчина, внезапно возникший перед ними. Это был человек лет семидесяти, ссутулившийся, изможденный, в плохо сидящем плаще, с лохматыми космами длинных седых волос. Под мышкой он держал пачку беспорядочно сложенных листов. Он что-то застенчиво пробормотал по-чешски, обращаясь к Милошу.
В ответ Милош секунду пристально разглядывал его, а потом вскочил, тепло обнял его и похлопал по спине.
Наблюдая за ними, Лари внезапно поняла, что она тоже знает этого человека.
Милош отпустил мужчину, потянул его вниз, заставляя сесть на стул, и почти закричал:
– Ларейна, позволь мне представить тебе одного из старейших друзей твоей матери…
– Я уже знакома с мистером Жилкой.
– Да, я помню вас, Slecna Данн, – сказал он, употребив чешское слово, соответствующее по значению слову «мисс».
– Вы можете называть меня Slecna Кирмен.
Он слегка поклонился и обратился к ней так, как она попросила. Милош радостно и гордо посмотрел на Лари, а Йири переводил взгляд с отца на дочь. Потом он спросил Милоша:
– Ты давно… вернулся в Прагу?
– Ты имеешь в виду, когда открылись ворота тюрьмы? Неделю назад.
– Какое счастье снова видеть тебя! Если бы я знал, то устроил бы праздник.
– А разве много моих друзей еще живы?
– Любой истинный друг нашей страны, Милош, – это твой друг. Ради тебя я с легкостью заполнил бы гостями свою квартиру.
Потом он добавил:
– Конечно, она слишком мала для этого. Они рассмеялись вместе.
– Зато у меня есть большой кабинет, – весело сказал Йири и широко развел руками, показывая на переполненное кафе.
– А что ты сейчас пишешь? Где я могу посмотреть твою работу? – спросил Милош.
Йири наклонился к нему через стол.
– Чтобы увидеть мои последние пьесы, Милош, тебе нужно только заглянуть мне в глаза.
Он постучал себя по голове.
– Вот они где – все трагедии!
Наступила короткая скорбная тишина, а потом драматург сказал:
– Но она – звезда во всех моих трагедиях, и она все еще сверкает – ярче и ярче.
– Мой дорогой Йири! – сочувственно вздохнул Милош.
– Может быть, когда-нибудь мы снова сможем увидеть на сцене одну из ваших пьес, – выразила надежду Лари.
Она хотела не только приободрить Йири, но и узнать его реакцию. Лари помнила, что он точно предсказал конец Пражской весны.
– В этом нет ничего невозможного, Ларейна, – ответил Йири. – Думаю, мы уже дошли до предела терпения и не можем больше жить с повязкой на глазах и с кляпом во рту. Вы слышали о Вацлаве Гавеле? Он тоже драматург. Он попал в тюрьму за то, что сочинял такие же пьесы, как я… Вацлав в тюрьме и продолжает творить, его произведения каким-то образом попадают во внешний мир, и люди передают их друг другу. Повсюду появляются петиции с требованием освободить его. Это хороший знак! Йири поднялся со стула.
– А теперь вам придется извинить меня. Сейчас моя жена – кормилец семьи, и мне нужно быть дома, чтобы приготовить обед. Но давай поскорее встретимся снова, Милош! Ты в любой день сможешь найти меня здесь, в моем кабинете!
Милош встал и снова обнял его. Йири неуклюжей походкой направился к двери.
– Бедняга! Видишь, что сделали с ним власти? – с горечью сказал Милош.
То, что Милош встретился с Жилкой, увеличило вероятность слежки. Правительство не оставит его в покое.
– Ну пожалуйста, позволь мне увезти тебя отсюда! – снова стала упрашивать его Лари. – Если я попрошу Дэвида…
– Уж не хочешь ли ты сказать мне, что он влюблен в тебя и сделает все, о чем бы ты ни попросила? О да, я заметил это, Ларейна! Вот почему мистер Уайнэнт хотел, чтобы ты была в безопасности. Но я не собираюсь уезжать. Что бы ни случилось, мое место здесь!
Лари не стала больше спорить. Она согласилась улететь на следующий день, но обещала вернуться как можно скорее, убедившись в том, что находится под защитой американского гражданства. Чтобы обеспечить ее безопасность, Милош убеждал дочь не делать официального заявления об отказе от родства с Джином. Сам же он планировал обосноваться в Праге и продолжать поиски Кат. Лари пыталась оставить ему денег, но Милош отказался.
– А на что ты будешь жить? Ведь у тебя все отняли!
– Найду какой-нибудь способ, – просто ответил он.
– Может быть, ты сможешь продать гобелен, если я скажу тебе, где…
– Нет! – резко перебил ее Милош, встревоженный. – Я не хочу этого знать… пока не буду уверен, что они не отнимут и его тоже.
Они вернулись в отель, Лари упаковала вещи и заказала билет на следующий день, на утренний рейс. Потом позвонила в Рим, где ее ждали переговоры, и предупредила о своем прилете.
Вечером они поужинали в ресторане отеля. Им обоим с огромным трудом удавалось поддерживать хорошее настроение. Они говорили о своих планах, мечтали о скорой встрече. Лари пообещала, что это будет через два-три месяца.
Утром Милош поехал вместе с ней в аэропорт.
– Не беспокойся, у меня все будет в порядке, и мы снова будем вместе! – несколько раз заверил он ее.
Возле трапа Лари, не помня себя, обняла отца и не могла оторваться от него. Стюардесса, стоявшая рядом, поторапливала ее, говоря, что самолет улетит без нее. Тогда Милош снова начал утешать ее.
– Мы снова будем вместе, обещаю тебе. Мы все…
Лари знала, что верить в это – просто безумие. Но слова отца помогли ей в конце концов расстаться с ним.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любовные прикосновения - Кингсли Джоанна


Комментарии к роману "Любовные прикосновения - Кингсли Джоанна" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100