Читать онлайн Маскарад, автора - Кингслей Мэри, Раздел - ГЛАВА 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маскарад - Кингслей Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.59 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маскарад - Кингслей Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маскарад - Кингслей Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кингслей Мэри

Маскарад

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 16

– О нет, – простонала Бланш.
Они столько пережили, а теперь еще и это. Какое теперь имеет значение, виновен Саймон или нет. Она окажется в тюрьме, а его… Ей пришлось сглотнуть ком в горле. А его повесят.
– У вас есть, что сказать в свое оправдание? – продолжил мужчина.
– Да, почему так долго? – спросил Саймон, и Бланш неожиданно почувствовала, что он расслабился.
– Мы едва смогли выбраться из Рочестера, похоже, где-то поблизости бродит беглый убийца.
– Саймон, – прошептала Бланш.
Он взял ее за руку.
– Это – друг.
– Мы слышали, ты теперь путешествуешь не один, – сказал мужчина и присвистнул, когда Бланш появилась-таки из-за спины Саймона. – Да она прекрасна! Саймон, позволь мне самому представиться.
Он низко поклонился.
– Меня зовут Ян Монтень. Мадемуазель, как вы могли находиться в столь дурном обществе так долго?
– Я и сама не знаю, – ответила Бланш.
Мужчина перед ней был очень молод и довольно красив с общепринятой точки зрения. У него были тонкие черты лица, волосы не напудрены и собраны в хвост, но Бланш была больше по душе мужественная красота Саймона.
– Чем вы занимаетесь? – спросила она.
– Он актер труппы Вудли, – ответил Саймон вместо него, шагнул вперед и похлопал молодого человека по плечу. – Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть. Так что же случилось в Рочестере?
Ян поморщился.
– Возникли проблемы с городским судьей. Ты знаешь его? Нет? Тем лучше. Он кричал, что мы оскорбили его, грозился засадить всех в тюрьму и держать там, пока мы не скажем, где ты.
Ян так мастерски изобразил разбушевавшегося городского судью, что Бланш не смогла удержаться от улыбки.
– Городского судью зовут Квентин Хейвуд?
– Нет, какой-то сэр Хьюберт, но там был и человек с фамилией Хейвуд. Это он уговорил судью отпустить нас. Ты знаешь его?
– Он преследует нас по пятам, – угрюмо сказал Саймон.
– Вам повезло, что вас отпустили, – вмешалась Бланш.
– Если только Хейвуд не собирается проследить за ними, чтобы найти нас.
– Проклятие! – выругался Ян. – Мне и в голову такое не пришло. Тогда я убегаю. Ты знаешь, где нас найти?
– Да.
– Хорошо, тогда увидимся. Наверное, мне следует сделать круг, чтобы замести следы.
Он быстро обнял Саймона.
– Удачи, друг.
– И тебе тоже. Нам нужно убираться отсюда, и как можно быстрее, – сказал Саймон Бланш.
– Да, я понимаю, – ответила она и стала собирать одеяла. – Они могут понадобиться нам в пути.
– Нет, оставь их и пойдем.
Он взял ее за руку. Перед дверью сарая они остановились и выглянули на улицу, но снаружи все было спокойно.
Саймон быстро поцеловал ее в лоб и выбежал из сарая. Ему предстояло пересечь то, что когда-то было большим двором перед фермерским домом. Никто не появился, и Саймон благополучно добрался до рощи. Оттуда он махнул Бланш рукой, чтобы она следовала за ним.
Через несколько секунд она уже была рядом с ним. Он нетерпеливо потянул ее за руку к тропе, которая шла параллельно дороге.
– Подожди, – сказала она задыхаясь. Всю дорогу она летела, подгоняемая страхом. – Ты ничего не хочешь мне рассказать?
– Нет времени, принцесса, – ответил он, продолжая двигаться вперед, придерживая ветки, чтобы они не хлестнули ей по лицу. – Если мы хотим успеть повидать других, нам необходимо спешить.
Бланш едва поспевала за ним. Тропа была неровной, и ей все время приходилось смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о какой-нибудь корень.
– Кого других? Что ты задумал?
– Макнелли все спланировал, – бросил он через плечо и, наконец, остановился, чтобы Бланш смогла догнать его. – Мне нужно… Нам нужно новое укрытие. Макнелли позаботился об этом.
– А тот человек, что приходил в сарай?
– Прошу прощения, что держал тебя в неведении, принцесса. Ян – актер из труппы Вудли, которой руководит мой дядя. Мы должны встретиться с ними на дороге.
– Но это опасно! А вдруг они подозревают, где мы прячемся?
– Конечно, мы сильно рискуем. Однако ты должна знать, что мой дядя публично отрекся от меня, когда я был осужден. Всего лишь для пользы дела, принцесса, – успокоил он Бланш, на лице которой отразилось замешательство.
– Значит, все подумают, что он не захочет видеть тебя?
– Точно.
Саймон снова двинулся вперед, на этот раз не так быстро.
– Я не знаю, что они решили, но, наверняка, у них есть какой-нибудь план.
– А что будет со мной? Ведь меня-то они не ждут.
– Теперь они будут знать о тебе, Ян сообщит им, как только вернется. Не беспокойся, принцесса, они придумают, как тебя спрятать.
Саймон снова остановился. Выглянув из-за его плеча, Бланш увидела, что они достигли дороги.
– Похоже, нам придется подождать.
Бланш села на ствол поваленного дерева и с наслаждением вытянула ноги.
– Значит, они спрячут тебя, пока не появится возможность переправить тебя через границу?
Саймон взглянул на нее.
– Ты думаешь, я к этому стремлюсь?
– Не знаю, но это самый разумный выход.
– Но не для меня. Я уже говорил тебе, что не собираюсь покидать страну. Я должен доказать свою невиновность. Ты поможешь мне? – спросил он и протянул ей руку.
– Но какая от меня помощь? Если меня узнают, то тут же арестуют.
– Пусть все останется, как есть, – повторил Саймон. – Кажется, я слышу лошадей, да.
Его лицо просветлело, когда он увидел, что по дороге движется ветхая повозка, которой управлял сгорбленный старик.
– А вот и старик Гаффер. Теперь мы в безопасности.
С этими словами он покинул укрытие и вышел на дорогу. Бланш последовала за ним. Она действительно хотела ему верить, тогда все было бы намного проще. Почему никто никогда не говорил ей, что любовь может сделать человека несчастным?
– Хорошо, что ты снова с нами, – в который раз повторил Гарри, поднимая бокал.
Саймон сидел за столом как раз напротив и тоже поднял бокал. Похоже, в последнее время труппе Вудли очень везло. Здесь, в Мэйдстоне, где они должны были отыграть несколько представлений, управляющий и актеры, играющие главные роли, остановились в пансионе, расположенном над булочной. И теперь Саймон сидел в комнате, которую занимали его дядя Гарри, его жена Бесс и их дочь, Генриетта. Наконец, впервые с тех пор как его нашли рядом с телом Миллера, он чувствовал себя в полной безопасности.
– Да, – согласился Саймон. – Но сколько я смогу оставаться здесь?
Бесс снова наполнила его бокал.
– Не думай сейчас об этом.
– Но нам надо быть начеку, – сказала Генриетта, которая сидела тут же на кровати.
Обычно эту девушку называли Малыш Герри. На первый взгляд ее действительно можно было принять за мальчика. Она была высокой, стройной и очень хорошо смотрелась в мужских ролях. У нее даже волосы были подстрижены коротко, на манер мужской прически.
– Возможно, какое-то время нам удастся не вызывать подозрений, но мы недалеко от Кентербери, и скоро люди могут что-то заподозрить.
Саймон ухмыльнулся. Генриетта всегда была ему как сестра.
– А ты все такая же зануда. Ты даже говоришь менторским тоном.
– Я стараюсь все время совершенствоваться, но тебе этого не понять.
– А мне и так не плохо, но теперь, я заметил, что ты и вправду изменилась.
– Я уже успела забыть, каким несносным ты иногда бываешь.
– Не беспокойся. Бланш не забывает напоминать мне об этом.
– Мисс Марден? И правильно делает. Тебе повезло, что ты встретил ее.
Генриетта уселась поудобнее.
– Да, ты даже представить не можешь, насколько, – согласился Саймон.
– Ты уже подумал, как с ней быть, Саймон? – вмешалась в разговор Бесс – Она теперь в такой же опасности, как и ты.
– Я знаю.
– Она не может вернуться в Лондон, – продолжила Бесс, одновременно штопая носки. – А жизнь в театре уж точно не для нее.
– Она еще удивит вас, – сказал Саймон и обратился к Генриетте, уже абсолютно серьезно. – Ты уверена, что она в безопасности?
– Никто ничего не заподозрит, – ответила та. – Не бойся, с ней ничего не случится.
– Малыш Герри придумал отличный план, – вступил в разговор Гарри. – Мы на время отправили старика Гаффера и Долли в соседний город. Теперь даже если за нами следят, то они не обнаружат ничего подозрительного, у нас будет тот же состав, что был прежде, никаких лишних людей.
Гарри вздохнул.
– Нам пришлось хорошо заплатить Долли, но мисс Марден мы должны куда как больше.
Саймон сделал хороший глоток из своего бокала.
– Да я и не ожидал другого, – он снова повернулся к Генриетте. – Ну, Малыш Герри, что дальше?
– Ты побудешь у нас, пока не представится случай переправить тебя на континент.
– Так, значит, это – твой план?
– А чего ты хотел? Ты стал слишком известен в этой части страны, и вовсе не благодаря твоему актерскому таланту.
– А если я не собираюсь покидать Англию? Все трое, как по команде, повернули к нему головы.
– А что ты собираешься делать? – спросил Гарри. – Если ты останешься, тебя непременно схватят. И нас вместе с тобой, – добавил он угрюмо.
– Я никуда не поеду, пока не докажу, что я невиновен, – сказал Саймон и поставил бокал на стол. Его ответ был встречен молчанием. Он посмотрел на лица самых дорогих ему людей и не увидел ничего, кроме опущенных глаз. Даже они не были полностью уверены в том, что его осудили несправедливо.
– Я не убивал его, – сказал он равнодушно и поднялся.
– Саймон, никто и не говорит, что ты сделал это, – спохватилась Бесс.
– Нет?
– Нет, – сказал Гарри, поднялся и положил руку Саймону на плечо. – Но это будет очень трудно доказать.
Саймон снова сел.
– Есть один способ.
– Какой?
– Он прямо перед тобой, зануда, – ответил Саймон и потянулся, чтобы ущипнуть Генриетту за нос – Мы найдем того, кто убил Миллера.
Его родные переглянулись.
– Но как ты собираешься это сделать? – спросил, наконец, Гарри. – Если тебя узнают…
– Я полагаю, это забота Малыша Герри.
– Я сделаю все, что смогу, только скажи, как мы можем помочь.
Саймон откинулся на спинку стула. Все-таки они ему верят, какое облегчение! Если бы другие так же поверили ему, если бы Бланш могла так же поверить ему!
– Нам надо узнать, были ли у Миллера враги, – начал он, как вдруг в дверь громко постучали.
Все замерли. Сделав знак, чтобы никто не двигался, Саймон прокрался к окну и посмотрел вниз. Тридцать футов абсолютно гладкой стены.
Генриетта приподняла покрывала и показывала рукой, чтобы он лез под кровать. Снова послышался грохот, затем голос позвал:
– Гарри? Бесс? Вы там?
– Это Том, – сказал Гарри и пошел открывать дверь. Саймон с облегчением опустился на стул – всего лишь один из актеров труппы.
Том ввалился в комнату, как только Гарри открыл дверь.
– Я не хотел беспокоить вас так поздно, но решил, что вам необходимо знать.
– Солдаты?
– Нет, их я не видел. Мисс Марден, что пришла с вами…
– Что с ней?
– Она поселилась вместе со Сьюзан, но Сьюзан недавно пошла, спать, и тогда мы поняли…
– С Бланш что-то случилось?
– Мы не знаем. Мы обыскали весь дом… Том повернулся к Гарри и развел руками.
– Похоже, она сбежала.
– Утренняя почта, госпожа.
Лакей с поклоном протянул Гонории серебряный поднос. Не удостоив слугу и взглядом, она взяла письма и бросила их на обеденный стол красного дерева.
Гонория сразу отметила, что одно из писем было от Квентина, дурной знак, потому что хорошие новости он предпочитал сообщать лично. Его столь долгое отсутствие уже становилось подозрительным.
Пребывая в задумчивости, Гонория сделала глоток чая. Она любила эти ранние часы, до того как начинали наносить визиты друзья или деловые партнеры, часы, когда она могла без помех распланировать свой день. Ей нравилось жить в Стентон-Хаус одной, но скоро этому придет конец. Через некоторое время ей придется вернуться в Молтон-Холл, поместье своего мужа, который очень на этом настаивает. Он никогда не мог приехать сюда из-за своей постоянной занятости в парламенте. Гонория не боялась, что причиной такой настойчивости могут быть карточные долги – в последнее время ей не везло, но что такое несколько тысяч фунтов для такого богатого человека, как Стентон!
Если в письме Квентина не будет хоть чего-нибудь мало-мальски важного, она поедет в Лондон, и пусть Стентон думает что хочет.
Бросив салфетку на стол, она поднялась и взяла письма, лакеи позади нее и перед ней снова поклонились, она прошла мимо них, оставляя после себя шлейф аромата ее любимой сирени. В гостиной она опустилась в кресло, и слуги закрыли за ней дверь, оставив в одиночестве.
Только тогда Гонория позволила выудить из пачки письмо Квентина, но прежде все же окинула комнату взглядом, чтобы убедиться, что она действительно одна.
Недрогнувшей рукой она сломала печать и развернула письмо и пока читала его, ее лицо оставалось непроницаемым. И только когда она отложила письмо, небольшая морщинка обозначилась между бровями. Если бы кто-то из слуг оказался сейчас в комнате, то он без труда понял бы, что виконтесса в гневе.
Вот что случается, когда доверяешь решение своих проблем другому человеку! Все всегда нужно делать самой! Но дело в том, что до недавнего времени Квентин вполне справлялся и она практически не находила у него недостатков. Он был умелый любовник, хорош собой и почти такой же лицемер как она сама. Он привносил разнообразие в ее скучную жизнь, которая ничем не отличалась от жизни людей ее круга. Кроме того, на него можно было положиться. Как удачно он все подстроил для того, чтобы актера обвинили в убийстве! Но если дело доходит до решительных действий, как это было сейчас, Квентин показал себя никчемной обузой.
Актер все еще был на свободе. Гонория нахмурилась, тут же спохватилась и разгладила лоб пальцами: нужно следить за собой! У нее уже стали появляться морщинки, но пока она вполне справлялась с ними при помощи пудры и румян. Виконтесса считала, что женщине необходимо сохранять свежий вид как можно дольше. Это мужчинам позволялось стареть, лысеть и толстеть, и это никак не отражалось на их возможностях, но женщина с возрастом теряла свое могущество. Но ей это пока не грозит. Ей не пришлось бы морщить лоб, если бы не актер.
То, что актер еще находится на свободе, просто ужасно, но еще хуже было то, что Квентин до сих пор его не поймал. Чем дольше он на свободе, тем в большей опасности оказывалась Гонория. Но Квентин представлял еще большую опасность, если вдруг станет известно, что он замешан в убийстве и его арестуют, он, не задумываясь, выдаст ее, и этого нельзя допустить. Необходимо что-то предпринять. Приняв решение, Гонория поднялась и вышла из комнаты, не обращая внимания на лакеев. В коридоре ей навстречу попалась Клотильда, ее горничная. Она несла бледно-лиловое платье с сиреневыми нижними юбками, наряд, который виконтесса решила надеть сегодня. Пока ее одевали, Гонория равнодушно смотрела на свое отражение в зеркале. Есть много способов поймать вора или убийцу, и она найдет его. Саймон Вудли будет повешен в самое ближайшее время, пока он не смог навредить ей. Она сделает все возможное, чтобы защитить себя. Все возможное.
Бланш пробиралась вдоль дороги от дерева к дереву. Предыдущие несколько недель научили ее осторожности. Было темно, но временами неполная луна выглядывала из-за туч и оживляла мрачные тени вокруг. Ночь таила опасность, но Бланш даже в Лондоне не чувствовала такого спокойствия, деревья придавали ей силы, потому что напоминали о детстве. Ее родная деревня, Хартли, находилась всего в одном дне пути отсюда. Бланш поняла это, когда они с труппой Вудли прибыли в Мэйдстон. Что бы ни ждало ее там, это было лучше, чем жизнь в труппе странствующего театра или жизнь с человеком, который ничего не может тебе дать.
Бланш оглянулась: пустынная дорога серебристой лентой уходила в темноту. Саймон не придет за ней. Конечно, он не сказал ей это прямо в лицо, но ясно дал понять тогда, в сарае. Она хотела принадлежать Саймону, но оказалось, что совсем ему не нужна.
Бланш почувствовала, как ее лицо стало пунцовым. И почему только она была такой несдержанной! Что он мог о ней подумать! Конечно, во всем была виновата она одна, нельзя слепо подчиняться чувствам, ее мачеха не раз говорила, что необходимо следить за собой. Только она была виновата в том, что забыла: Саймон – актер, он может изобразить какие угодно чувства, лишь бы добиться своего. Настоящими были не его улыбка и страстные поцелуи, а его холодная расчетливость. Он использовал ее.
Поэтому она решила вернуться домой, и неважно, что ее там ждет. Ей не было места в жизни Саймона. Рано или поздно его или поймают, или он покинет страну. Мысль о том, что она больше его не увидит, снова причинила боль. Но эта боль не была настоящей, она знала наверняка. Настоящую боль она видела, когда помогала своему отцу. Также она знала, что рано или поздно раны затягиваются. Пройдет время, и Саймон исчезнет из ее жизни. Чем раньше она уйдет, тем быстрее это произойдет. Но сейчас боль была практически нестерпимой.
Вдруг она услышала цокот подков по дороге и спряталась за деревьями. Теперь, когда Саймона не было рядом, возможно, ей не грозил арест, но кто знает, какие опасности могли подстерегать ее на дороге. Женщина всегда должна быть осторожна, особенно если путешествует одна, этот урок она усвоила на всю жизнь.
Всадник приближался. Сердце Бланш с каждой секундой билось все быстрее, и ей казалось, что его грохот был слышен на милю вокруг. Девушка была совсем одна, и если этот человек ее заметит, кто знает, что может прийти ему в голову. Рядом не будет никого, кто смог бы ей помочь. В это мгновение Бланш пожалела, что оставила надежное убежище в труппе Вудли. Ах, как бы она хотела снова оказаться рядом с Саймоном!
Лошадь была уже совсем близко. Бланш замерла: всадник придержал коня, или ей показалось? Но нет, лошадь продолжала двигаться. Она обняла дерево, молясь, чтобы ее не заметили, но тут всадник оказался в полосе лунного света, и Бланш узнала его. Это был Саймон.
Лошадь неожиданно дернула головой, Саймон натянул поводья.
– Что с тобой, мальчик? – произнес он, вглядываясь в темноту под деревьями, его взгляд уперся прямо в ее лицо. – Что ты услышал?
– Меня, – сказала Бланш и вышла из своего укрытия, лошадь снова дернулась. – Как ты узнал, что я здесь?
– Что за черт! Бланш! – воскликнул Саймон и спрыгнул на землю. – Почему ты прячешься среди деревьев?
– Я не знала, кто едет по дороге, – ответила она и вышла на дорогу, без сожаления оставив свое убежище. – Но я сомневаюсь, что с тобой я в безопасности.
Саймон покачал головой.
– Хорошо, что ты откликнулась, я бы ни за что не увидел тебя.
Бланш отвела глаза, значит, ее сердце пело от радости.
– Куда ты едешь? – спросила она Саймона.
– Я искал тебя, – ответил он и взял ее за руку.
– Искал меня? Но зачем?
Саймон покачал головой.
– Не сейчас. Сначала надо добраться до безопасного места.
Он подтолкнул ее в тень деревьев, и они пошли параллельно дороге.
– Садись сюда, – Саймон указал на поваленное дерево, которое Бланш не заметила, – Я только привяжу лошадь.
– Я и не знала, что ты умеешь ездить верхом.
– Ты многого обо мне не знаешь.
Он уселся рядом с ней на бревно, она отодвинулась. Вокруг ни души, он может сделать с ней все, что угодно, но, как ни странно, она совсем не боялась.
– Почему ты ушла?
– Какая жизнь меня ждала? Все время убегать, хотя я ни в чем не виновата. Я устала, Саймон. Я хочу, чтобы у меня, наконец, был дом, свой дом. Ты же понимаешь…
Саймон пожал плечами.
– Да, наверное, хотя мне это чувство незнакомо. Для меня дом там, где моя семья. Почему ты не сказала мне, что хочешь уйти?
– Ты бы не пустил меня.
– Ошибаешься, принцесса. Я не стал бы тебя удерживать.
У Бланш перехватило дыхание. Впрочем, чего она ожидала? Она знала, что когда-нибудь станет, не нужна ему. Может, именно по этой причине она и ушла.
– Бланш, я хотя бы позаботился, чтобы тебя проводили. Неужели ты не понимаешь, что одной путешествовать опасно. Кто знает, кого ты могла встретить по дороге!
– Например, сбежавших убийц.
– Да, – сказал Саймон хмуро. – Поверь мне, принцесса, я не самый плохой человек из тех, что могли бы тебе встретиться.
– Неужели?
– Скажи, я хоть чем-то обидел тебя?
Бланш опустила глаза: да, обидел, но не в том смысле, в котором он имел в виду.
– Нет.
– Ты даже не попрощалась.
– Я думала, ты даже не заметишь, что я ушла.
– Не замечу!? Бланш, я обязан тебе жизнью!
– Саймон, я не собиралась никому ничего рассказывать, я сдержу свое слово.
– Я не об этом.
Он схватил ее за плечи.
– Куда ты собираешься идти?
– Я уже говорила тебе, домой.
– Домой?
– Да, моя деревня всего в одном дне ходьбы отсюда.
Пальцы Саймона расслабились, но он не отпустил ее.
– Я не знал.
– Я должна как-то определиться, – продолжала объяснять Бланш не столько Саймону, сколько себе. – Миссис Уиккет не захочет принять меня обратно, это ясно, как Божий день, как и то, что она не даст мне рекомендаций. Я не смогу найти место в Лондоне.
– Моя семья с радостью приняла бы тебя.
– Нет, – отрицательно покачала головой Бланш. – Здесь мне тоже не место. Это не та жизнь, для которой меня воспитывали.
Наконец, Саймон отпустил ее плечи.
– А чего ты хочешь от жизни, Бланш?
– Что я хочу и что я могу получить – это две разные вещи, – произнесла она тихо. – В Лондоне я хотя бы зарабатывала себе на жизнь, а теперь мне придется на какое-то время, пусть и ненадолго, вернуться домой. Вряд ли я смогу выйти замуж, в моем возрасте трудно найти хорошего мужа.
– Неужели все мужчины в вашей деревне дураки?
– Наверное, я так и останусь старой девой. Вечная нянька для племянников и племянниц. Возможно, я буду заниматься благотворительностью, и украшать цветами алтарь в церкви или буду помогать отцу оперировать больных. А вся деревня будет ломать голову, что же случилось после того, как я встретила беглого преступника.
– Проклятие! Мне очень жаль, Бланш. Если бы я тогда не потащил тебя за собой…
– Все это в прошлом. И честно говоря, я рада, что покинула Лондон.
– Но, Бланш, тебе придется всю жизнь быть одной.
– С такой репутацией, думаю, да.
– К черту репутацию! Неужели ты готова к одиночеству?
Она кивнула. Конечно, ее ждет одиночество. Без него.
– Я как-нибудь справлюсь.
– Я не смогу переубедить тебя?
Если бы он только сказал, что любит ее!..
– Нет.
– Проклятие! – повторил он и прижался лбом к ее лбу. – Я буду скучать по тебе.
– Ты скоро меня забудешь, – сказала Бланш спокойно. – Просто встретишь красивую женщину…
– Нет. Я никогда не забуду тебя, Бланш.
– Я тоже.
Она провела пальцами по его губам.
– Только один поцелуй на прощание, и мы расстанемся друзьями.
Мгновение он смотрел на нее, потом сказал:
– Поцелуй? Хорошая идея!
Боже, неужели он действительно собирается ее поцеловать? Она сжалась и поняла, как ей хочется, чтобы это произошло. Никогда в жизни ей больше не испытать такого чувства. Так почему бы не воспользоваться шансом, который дается ей, возможно, только раз?
– Прекрасная идея, – сказала она и прижалась ртом к его губам.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Маскарад - Кингслей Мэри



Не скажу,что шедевр,но в полне читабельно.7
Маскарад - Кингслей Мэрис
20.10.2014, 22.54





Так себе. 6 из 10.
Маскарад - Кингслей Мэрината
10.02.2015, 12.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100