Читать онлайн Плененные сердца, автора - Кинг Валери, Раздел - 22. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Плененные сердца - Кинг Валери бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.5 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Плененные сердца - Кинг Валери - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Плененные сердца - Кинг Валери - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинг Валери

Плененные сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

22.

Голос был настолько самоуверенным и развязным, что зародившееся между Эвелиной и Брэндрейтом волшебство разлетелось в пыль, как драгоценный хрусталь о каменный пол. Эвелина отшатнулась от маркиза, словно застигнутая на месте преступления. Она надвинула на лоб шляпу и туго завязала шелковые ленты.
Глядя на стоявшую перед ней даму несколькими годами старше ее, Эвелина ощутила внезапную сильную неприязнь. Что за самодовольная усмешка и надменное выражение лица? Она прониклась к ней мгновенным безотчетным недоверием.
– Сьюзен! – воскликнул Брэндрейт. – О, простите, леди Фелмершэм. Что вы делаете здесь?
– Вы знакомы с мистером Соли? – спросила дама. – Это близкий друг моего мужа. У него дом в десяти милях отсюда. Как только мужчины услышали о гонках, ничто не могло их удержать. Естественно, я настояла на том, чтобы поехать с ними. Не оставаться же мне было одной у Соли, в особенности когда его экономка меня ни с того ни с сего невзлюбила.
– Невзлюбила? – переспросил Брэндрейт. – Но это невозможно!
Слегка склонив голову, леди Фелмершэм одарила маркиза небесной улыбкой.
– Как это на вас похоже – делать мне такие комплименты, когда вы прекрасно знаете, что я самая несносная гостья на свете. Я извела бедняжку своими многочисленными требованиями. Право же, она заслуживает жалости.
Эвелина сильно подозревала, что, какой бы добродушной ни прикидывалась виконтесса, бедная экономка дождаться не могла ее отъезда.
– И снова я вынужден возражать, – заявил маркиз. – Вы можете отрицать свои добродетели и достоинства сколько вам угодно, но мне-то они известны.
Сьюзен. Леди Фелмершэм. Повторяя про себя это имя, Эвелина пыталась вспомнить, кто это такая и какое она, собственно, имеет отношение к Брэндрейту. Она внимательно всмотрелась в эту смутно знакомую даму. Нарядное платье из вышитого розового муслина, светло-каштановые локоны надо лбом, изысканной формы кольца на тонких пальцах. Эта Сьюзен была одета по последней моде и с безупречным вкусом. Только вот Эвелина никак не могла припомнить, где же она ее видела. Должно быть, они встречались, когда Эвелина только начала выезжать в свет. Она изо всех сил напрягала память. Странное предчувствие овладело ею: все ее дальнейшее счастье и благополучие зависят от расположения или, вернее, нерасположения этой дамы.
Она взглянула на Брэндрейта, с лица которого все еще не сходило изумленное выражение. Быть может, именно из-за особого блеска его глаз она вдруг вспомнила, кто такая эта виконтесса. Сьюзен Лоренс из Уилтшира, богатая наследница, считавшаяся в свое время одной из признанных красавиц, гордая, лицемерная и бесчувственная. Эвелине она никогда не нравилась. По возможности она старалась избегать ее. Ее манера говорить с людьми, то вкрадчивая, то язвительная, была ей неприятна. Почему-то мисс Лоренс набивалась ей в подруги, хотя Эвелина и не понимала, зачем ей это было нужно. Быть может, потому, что Эвелина, через леди Эль, была в дальнем родстве с Брэндрейтом.
Эту женщину Брэндрейт некогда любил. Всем было известно, что он добивался ее внимания, но его опередили.
– Ну что же, я не стану с вами больше спорить, – сказала леди Фелмершэм маркизу. – Поручаю мои совершенства вашим заботам и требую, чтобы вы напоминали мне о них как можно чаще.
Она рассмеялась. Смех ее был нежный и мелодичный. «Специально практикуемый в целях обольщения», – подумала Эвелина.
– Однако я вне себя от любопытства. Вы не можете себе представить, как я была поражена, увидев даму в ваших объятиях. Наверное, мне следует пожелать вам счастья? – Приподняв красиво изогнутые брови, она обратилась к Эвелине: – Но с вами мы, кажется, незнакомы, милочка?
Эвелине пришелся очень не по вкусу этот покровительственный тон. Что это за обращение – «милочка», словно виконтесса обращалась к какой-нибудь девчонке, а не к женщине почти одних с ней лет.
Несколько запоздало Брэндрейт взял на себя обязанность представить их друг другу. Слегка повернувшись к Эвелине, он сказал:
– Моя кузина, – он подчеркнул это слово, – давно уже не бывала в Лондоне, но я полагаю, вы встречались, когда она впервые появилась в обществе. А если нет, то позвольте мне представить вам мисс Эвелину Свенбурн.
– Эвелина Свенбурн! Неужели? Критически настроенной Эвелине показалось, что это было первое искреннее проявление чувств со стороны виконтессы.
– Но вы так изменились! – прибавила леди Фелмершэм без особого восторга. – Вы теперь совсем другая по сравнению с той, которую я знала много лет назад.
Явная неучтивость этого замечания удивила даже Брэндрейта. Последовало ледяное молчание. Эвелина хотела было задать какой-нибудь вежливый вопрос, чтобы смягчить возникшую неловкость, но в этот момент до нее донесся откуда-то из-за плеча Брэндрейта голос Психеи.
– Нет! – раздался ее вопль, и в это же время что-то просвистело мимо самого уха Эвелины.
Эвелина обернулась посмотреть, что вызвало такой отчаянный протест Психеи. За спиной у нее никого не было. Эвелина испугалась, уж не затеял ли неугомонный Эрот снова какую-нибудь игру со своим полным стрел колчаном. Она узнала звук летящей стрелы и нерешительно дотронулась до своей шеи, куда он уже однажды попал. Потом быстро взглянула на Брэндрейта, подумав, не избрал ли бог любви на этот раз своей целью его.
Когда она увидела, что маркиз, слегка пошатываясь, прижимает руку к шее, то убедилась, что Эрот преуспел в своей проказе.
– Вы спросили, следует ли вам пожелать мне счастья? – спросил Брэндрейт виконтессу. Говорил он с трудом, глаза его были закрыты.
– Что с вами? – Леди Фелмершэм подошла к нему ближе. – Вам нехорошо? Эти гонки так утомительны. Вы, наверное, перегрелись на солнце. Сколько миль вы проехали в такой неудобной позе?
– Чуть больше двух, – отвечал он, задыхаясь. – Черт, у меня голова кружится.
Леди Фелмершэм другого приглашения не потребовалось. Она тут же ловко продела его руку под свою.
– Я только с виду такая хрупкая. Вы смело можете опереться на мою руку. Уверяю вас, я выдержу. А может быть, вам лучше посидеть немного?
– Нет-нет, пустяки, – пробормотал он, все-таки опираясь на предложенную руку.
Ужас охватил Эвелину. Она тихо позвала маркиза по имени, надеясь привлечь его внимание, но он не отозвался. Эвелина уже знала точно, что сейчас произошло. Эрот пустил в него стрелу, рассчитывая, что Брэндрейт взглянет на виконтессу. Если он это сделает, Эвелина потеряет его, быть может, навсегда.
– Брэндрейт, – позвала она погромче, но он, казалось, не слышал.
Время еще есть, он еще не взглянул леди Фелмершэм в глаза. Если бы только заставить его посмотреть на себя!
Леди Фелмершэм оглянулась на нее через плечо:
– Ну-ка, милочка, будьте умницей, принесите его милости немного бренди. Я уверена, эта гонка его слишком утомила.
Эвелина почувствовала, как чья-то рука обвилась вокруг ее талий, и сразу поняла, что это Психея пришла поддержать ее в трудную минуту.
– Не слушайте эту женщину, Эвелина. Она хочет отвлечь вас. Брэндрейт еще не взглянул на нее. Бегите скорее, ловите его взгляд! Еще не поздно!
Психея подтолкнула ее, и Эвелина подошла к Брэндрейту ближе.
– Кузен! – воскликнула она, надеясь, что это обращение, из-за которого они всегда ссорились, вызовет его интерес.
– Что такое? – спросил он, почему-то глядя не на Эвелину, а поворачиваясь в сторону леди Фелмершэм. Тут только Эвелина заметила, что опытная кокетка щиплет маркиза за руку.
С ужасом Эвелина увидела, как их взгляды встретились и выражение недоумения на лице маркиза сменилось выражением безоговорочного обожания.
– Разве я могу быть счастлив? – произнес он. – Об этом не может быть и речи. Хотя я должен признать, что ваше внезапное появление, как луч солнца, озарило мое унылое существование.
Под руку с леди Фелмершэм Брэндрейт направился к выходу на улицу, откуда еще доносились крики разгулявшейся толпы. На Эвелину он даже не взглянул. Не сводя глаз с виконтессы, он поднес к губам кончики ее пальцев в шелковой перчатке.
– Как вы живете теперь, Сьюзен? – прошептал он. – Я уже столько лет не видел вас. Надеюсь, ваш муж вас не обижает, а то мне придется вызвать его на дуэль.
Наклоняясь к нему, она смотрела на него, как на какое-нибудь божество.
– Какой вздор вы говорите, – нежно упрекнула она его. – Хотя мне известно, что в искусстве стрельбы из пистолета вы превзошли многих, должна вас предупредить, что Фелмершэм просто не знает себе равных в этом деле. Во всяком случае, в Хэмпшире, где он полновластный господин над всем и всеми. Поэтому ради вашей собственной безопасности позвольте мне заверить вас, что он просто обожает меня. К тому же он самый нежный отец, какого только можно найти в мире. Большего я желать бы не могла. И все же, когда вы спросили меня о моей жизни, я бы солгала, если бы скрыла от вас, что была глубоко несчастна и совершенно безутешна, после того как… с того самого дня, когда вы решили, что я недостойна вас.
– Я решил? Кто же из нас теперь говорит вздор? – с негодованием заявил маркиз. – Впрочем, я долгое время считал, что причина недоразумения между нами была в другом. – В этот момент он взглянул на Эвелину, и в глазах его мелькнул недобрый огонек. – Вы, может быть, вспомните, – обратился он снова к леди Фелмершэм, – что вы приняли предложение Фелмершэма, даже не дав мне возможности заявить о своих чувствах.
– Ничего подобного! – воскликнула виконтесса в притворном ужасе. – Но умоляю вас, не будем спорить о том, кто виноват в нашем разрыве. Пойдемте, дорогой, и я постараюсь, чтобы вы не скучали сегодня вечером. Я уверена, что Фелмершэм будет в восторге возобновить знакомство с вами.
– Я был бы счастлив, – отвечал маркиз. Едва они сделали несколько шагов, как леди Фелмершэм обернулась, искусно изобразив на лице изумление.
– Я чуть было совсем не забыла, – сказала она Эвелине, – я освобождаю вас от обязанности доставать бренди. Вы можете последовать за нами, разумеется, если хотите, мисс Свенбурн. Ваша тетушка очень любезно пригласила нас к себе.
Все это прозвучало достаточно вежливо, но при этом на лице виконтессы было явно написано единственное желание – чтобы Эвелина провалилась сквозь землю.
– Благодарю вас за вашу любезность, – отвечала Эвелина. – Но я предпочитаю остаться.
Она сделала реверанс и распрощалась с виконтессой. Парочка вышла на улицу и скрылась за углом.
Глядя им вслед, Эвелина чувствовала, как будто в сердце ей вонзили нож и оно истекает кровью. От невыносимой боли, сдавившей грудь, она с трудом могла дышать. Из разговора Брэндрейта с виконтессой ей стало ясно одно: маркиз винил ее, Эвелину, за свой разрыв с Сьюзен Лоренс. Значит, вот где источник его непонятной злобы. Но почему это пришло ему в голову? Кто нашептал ему эту клевету? Она никак не могла этого понять.
– Эвелина! – раздался голос Психеи.
В своем отчаянии Эвелина почти забыла и о ней, и об Эроте. Стремительно обернувшись, она увидела, что Психея манит ее из кустарника за конюшней. Но Эрота нигде не было видно.
Эвелина поспешила к подруге, которая увлекла ее за собой в заросли боярышника.
– Вы знаете, что произошло? – спросила она.
Эвелина прикусила губу. Теперь она была убеждена в давней привязанности маркиза к леди Фелмершэм. Жгучими слезами наполнились ее глаза.
– Он влюблен в нее, – произнесла она без тени сомнения.
– Ну конечно нет! – воскликнула Психея. – Просто Эрот поразил его своей стрелой, вот и все. Кто же устоит против этого?
Эвелина покачала головой:
– Вы не понимаете. Разве в этом дело? Как бы ни были могущественны стрелы вашего мужа, в данном случае они просто усилили то, что началось уже очень давно. Я знаю это.
– Какая чепуха! Брэндрейт не мог полюбить такое вздорное существо. Быть может, ему когда-то что-то показалось, по молодости лет. Но сейчас во всем виноват мой несносный супруг. Он разошелся вовсю. Ведь он и в вас стрелял, вы знаете?
– Да. – Эвелина слегка нахмурилась. Странно, но я ощущала это всего одно мгновение. Теперь мне кажется… Понимаете, я больше не сгораю от страсти, как в тот момент, когда в меня попала стрела. Я думаю, что я просто… люблю его. Я думаю, что на свой лад всегда его любила.
Слезы снова затуманили ее взгляд.
– О, я знала это! – Психея схватила руку Эвелины в белой шелковой перчатке и прижала ее к своей щеке. – Я это знала, знала!
– Но он не отвечает мне взаимностью, ведь так? По правде говоря, я не могу его винить. Я всегда была таким чудовищем, я всячески поносила его, называя игроком и распутником.
– Этим вы ничему не повредили. Разве вы не видите, как он уважает вас?
– Не знаю. А вот то, что он обвиняет меня в потере леди Фелмершэм, – это точно. А она такая красивая!
– Какое это имеет значение? Я говорю вам, что он бы и не посмотрел на нее, если бы не любовный яд Эрота!
– А зачем он вообще явился сюда? – Эвелина наконец отвлеклась от своих мыслей о маркизе и леди Фелмершэм. – Я видела, как вы с ним спорили под липами в Флитвик-Лодж. Он выглядел очень расстроенным. О, Психея, он самый красивый мужчина, какого я когда-либо встречала. А его крылья! Они изумительны! Психея сразу поникла.
– Правда? – Выпустив руку подруги, она безнадежно улыбнулась. – Я всегда просто немею при виде его. Я думаю, поэтому нам так трудно переносить все наши неприятности. Мне иногда кажется, что, будь он безобразным, я бы так не страдала.
Психея направилась к огороду, располагавшемуся за кустарниками. Следуя за ней среди грядок с горохом, Эвелина не могла удержаться от смеха, так глупо прозвучало это последнее замечание ее подруги.
– Он хотел, чтобы Брэндрейт взглянул на меня, когда он стрелял в него?
Психея бросила на нее многозначительный взгляд:
– А вы как думаете?
– Я думаю, что у него и в мыслях этого не было. Он здесь затем, чтобы все перебаламу-тить, верно?
– Вы совершенно правы. Все случилось, как он и рассчитывал. Видите ли, мой дорогой супруг явился сюда, чтобы специально разрушить все мои планы. Он собирался выстрелить в вас раньше, стараясь, чтобы вы влюбились в Шелфорда, а теперь – о Зевс, о мой божественный повелитель, такое даже представить себе ужасно! – он устроил помешательство Брэндрейта. Благодаря моему супругу маркиз глаз не сводит с леди Фелмершэм.
– Он, наверное, на вас очень за что-то зол, – заметила Эвелина. – Но почему? Я знаю, ему не нравится, что вы бываете в Флитвик-Лодж, но ведь не стал бы он вам мстить за одно это?
Психея слегка сдвинула брови.
– Не знаю, – медленно отвечала она. – Иногда мне кажется… но не будем сейчас обсуждать мои проблемы. Сейчас я куда больше озабочена вашими. Что же нам предпринять дальше? Я не склонна доверять этой леди Фелмершэм.
– И я тоже. Но я не могу понять, чем я виновата, что Сьюзен Лоренс вышла за Фелмершэма, а не за Брэндрейта.
Психея, казалось, была поражена.
– О Зевс всемогущий! – воскликнула она. – Эвелина, разве вы забыли, что вы сказали мисс Лоренс в один дождливый вечер? Это было в разгаре сезона в 1806 году.
– Откуда мне помнить? Я с ней и десятком слов тогда не обменялась. Мы никогда не были с ней дружны. Уверяю вас.
– Ну так я вам напомню. Это было в апреле, в конце апреля, как раз после Пасхи. Вы тогда очень развлекались, это был ваш первый сезон – и последний, дурочка вы этакая! – и лорд Брэндрейт только что протанцевал с вами вальс по просьбе леди Эль.
Эвелина не могла не улыбнуться.
– Я тогда, наверное, раз сто наступила ему на ноги. Потом я стала брать уроки у танцмейстера, но Брэндрейт уже больше не делал попыток меня приглашать. К тому же, когда мы кончили танцевать, я была рада, что причинила ему боль. Ни один мужчина не обходился со мной так жестоко.
– Я знаю, что произошло. – Психея рассказывала, увлекая за собой Эвелину. – Я помню все, как будто это было вчера.
– У меня такое впечатление, что вы уже давно в курсе всех моих дел.
– Разве вы еще не поняли, что я с вами уже много лет? Я так старалась свести вас с Брэндрейтом. Но не об этом речь. Он жестоко оскорбил ваши чувства… нет-нет, и не думайте возражать! Вы рассказали ему о своих надеждах вернуться в Грецию и продолжить раскопки, начатые вашим отцом, а он грубо растоптал все ваши мечты, безапелляционно заявив, что там сейчас вооруженные столкновения и надо быть круглой дурой, чтобы туда ехать. Удивительно бесчувственный идиот! И что еще хуже, он так долго об этом распространялся, что даже мне захотелось влепить ему пощечину!
Упоминание о том, как больно ранил ее тогда маркиз своим резким осуждением ее намерения вернуться в Грецию, казалось, прорвало плотину, и воспоминания, которые она долго и тщательно скрывала в каком-то уголке своей памяти, нахлынули на нее.
– Теперь я и сама помню. Сьюзен Лоренс подошла ко мне сразу после этого кошмарного вальса и начала язвить, по своему обычаю. Я была так расстроена, а тут еще она разозлила меня своим поведением. И я не сдержалась, высказав несколько весьма нелестных замечаний на его счет.
Психея засмеялась.
– И вот теперь, много лет спустя, мы оказались перед теми же неразрешенными конфликтами, которые мучили нас тогда. – Она приостановилась и задумалась. – Знаете, мне кажется, что здесь не обошлось без Немезиды. Это она терзает нас обеих. Иначе чем объяснить, что мисс Лоренс ни с того ни с сего явилась во Флитвик-Лодж, как кошмарное привидение? Однако надо сказать, что Немезида обычно куда более сурова и даже жестока; уж конечно, более жестока, чтобы просто послать хорошенькую женщину подразнить Брэндрейта. – Она с растерянным видом покачала головой. – Я чувствую, здесь что-то нечисто. Идет еще какая-то игра, непонятная мне. Неясно, кто еще участвует в ней. Да ладно. Я должна открыть вам секрет. В тот же вечер, когда вы так пренебрежительно отозвались о Брэндрейте при мисс Лоренс, я взяла у Афродиты немного ее любовного эликсира и намазала нос Фелмершэму. Правда, я ловко придумала? Ведь нос – самая выдающаяся часть его лица. Я думаю, он у него размером с крупный огурец. Вот как этот. – Психея указала на грядку. – А после этого он увидел мисс Лоренс, как я того и желала. Вы сами знаете, что четверть часа спустя он уже сделал ей предложение.
Растерянно мигая, Эвелина смотрела на подругу. Она начинала понемногу припоминать давно забытые подробности того вечера.
– Мисс Лоренс спросила меня, какого я мнения о Брэндрейте, – сказала она медленно. – Видите ли, я никогда не испытывала к ней особого уважения. Она всегда была злющая, так и норовила сказать какую-нибудь гадость о своих знакомых, причем за их спиной, стремясь как можно больше навредить чужой репутации. Единственной ее целью было приобрести титулованного мужа! Я, конечно, говорила это в шутку. Но когда я теперь думаю об этом, я полагаю, она приняла все всерьез.
Как будто пелена спала с ее глаз. Эвелина вспомнила все, словно и не забывала. Она сидела с бокалом лимонада, когда к ней подлетела мисс Лоренс с фальшивой улыбкой на розовом личике.
– Какое прелестное платье, мисс Свенбурн, – начала она сладким голоском. Эвелина выпрямилась.
– Оно переделано из старого, которое я сшила больше года назад. Едва ли оно подобает случаю, и, уж во всяком случае, прелестным его не назовешь. Я бы желала большей откровенности с вашей стороны, мисс Лоренс. Понять не могу, чего вы рассчитываете добиться вашей лестью.
Мисс Лоренс развернула роскошный веер и начала им обмахиваться.
– Вы всегда говорите такой восхитительный вздор. Я повторяю, что платье прелестно. Как вы остроумны! Меня не удивляет, что ваш кузен прислушивается к каждому вашему слову.
– Вы, очевидно, говорите о Брэндрейте.
– Вы же знаете, что о нем.
– Тогда должна вас разочаровать. Вы, безусловно, заблуждаетесь. Он вовсе мне не кузен. Просто у нас общая двоюродная тетка – леди Эль. Между нами нет кровного родства. И он вовсе не прислушивается к каждому моему слову. Скорее наоборот, ему доставляет величайшее удовольствие во всем мне противоречить. Сьюзен удивленно на нее уставилась:
– Ну, не знаю. Я только заметила, что, в отличие от всех нас, простых смертных, вы умеете надолго завладеть его вниманием. Вы – удивительное создание. А что до того, что он вам не кузен, то он-то вас величает кузиной, а любая из присутствующих дам жаждала бы услышать от него такое обращение, независимо от степени родства. Вам бы тоже не помешало умерить свой гонор. Его покровительство много может дать, в особенности вам. Ведь, кажется, маркиз – глава вашей семьи.
Эвелина вспомнила, как ей захотелось оборвать навязчивую особу словами, что Брэндрейт вовсе не глава семьи Свенбурн, но она придержала язык. Мисс Лоренс явно видела людей и события только в выгодном для себя свете, факты для нее роли не играли.
Она грустно улыбалась, передавая эти подробности Психее.
– Когда мисс Лоренс спросила меня, какого я мнения о Брэндрейте, я сказала ей, что он самый надменный и высокомерный человек, какого я знаю. Он настолько высоко ценит свое мнение, что ни во что не ставит мнение других. Я еще добавила, что он так влюблен в свою собственную особу, что никого другого полюбить не сможет, так пленен своим отражением в зеркале, что никем не сможет очароваться. Я сказала, что если она надеется поймать его в свои сети, то ей на это рассчитывать не приходится. С ее стороны было бы куда умнее найти другого, Фелмершэма, например, поскольку у него тоже есть титул, и на этом покончить.
– И она последовала вашему совету, не зная, что Брэндрейт на следующий день намеревался предложить ей руку и сердце.
– Вот как? Тогда неудивительно, что он на меня сердит. Но откуда ему стало известно, что я о нем говорила?
– Он сам слышал вас. Я никогда не видела, чтобы мужчина был так ошеломлен тем, что он о себе узнал. Но я полагаю, ваши слова оказали благотворное воздействие – с тех пор он значительно смягчил свою манеру говорить… с кем бы то ни было.
Эвелина немного помолчала. Наклонившись, она сорвала веточку мяты и, растерев ее в пальцах, поднесла к носу.
– Мне кажется очень странным, – сказала она, – что мисс Лоренс так мало полагалась на собственное чутье. Неужели она не знала, что покорила сердце Брэндрейта?
Психея покачала головой:
– Ее полная неспособность понять намерения Брэндрейта стоила ей единственного человека, которого она желала и добивалась.
– Она счастлива в своем выборе мужа? – спросила Эвелина, чувствуя себя в какой-то степени ответственной за случившееся.
– Иногда. Но я считаю ее неудовлетворенность результатом ее собственного эгоизма. Видно, жертвуя семейным благополучием ради светских претензий, вряд ли будешь особенно счастливой. Если ее удел с человеком, проводящим все свое время на охоте, не оказался очень уж хорош, ей следует винить в этом только саму себя.
– Или меня.
– Ну, в таком случае она просто дура. Хотя, пожалуй, в отместку она станет теперь завлекать Брэндрейта, чтобы постараться разрушить ваши отношения. Хотя она и собственными руками постелила себе постель, как это говорится, я уверена, она сделает все, чтобы не дать вам оказаться в той, на которую метила сама!
– Что же нам теперь делать? – спросила Эвелина.
Психея лукаво улыбнулась. Она достала маленький хрустальный флакончик.
– Этот эликсир был создан Афродитой, чтобы убивать любовь. Я воспользуюсь им для Брэндрейта, как только выпадет случай.
Эвелина поглядела на флакончик с сомнением. Если ее собственные чувства, хотя и усиленные стрелой Купидона, остались неизменными, не найдется никакой волшебной силы, чтобы положить конец любви маркиза к леди Фелмершэм.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Плененные сердца - Кинг Валери

Разделы:
1.2.3.4.5.6.7.9.10.11.13.14.16.17.18.19.20.21.22.23.24.25.26.27.28.29.30.31.32.33.34.35.36.

Ваши комментарии
к роману Плененные сердца - Кинг Валери



Редкостная лабуда. Настоящая шщизофрения. Полная чушь.Какие-то боги с Олимпа, галлюцинации, стрелы Купидона. Если автор хотела посоревноваться со "Сном в летнюю ночь" Шекспира, то не по Сеньке шапка. Конечно, роман бросила читать, как поняла это.
Плененные сердца - Кинг ВалериВ.З.,65л.
6.05.2013, 10.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100