Читать онлайн Опасное пари, автора - Кинг Валери, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасное пари - Кинг Валери бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.87 (Голосов: 23)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасное пари - Кинг Валери - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасное пари - Кинг Валери - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинг Валери

Опасное пари

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

Три леди мужественно боролись со сном и тряской, сидя в старой карете леди Вудкотт, катившей их в предрассветных сумерках по улицам Лондона в направлении Гросвенор-сквер.
Эхо от ударов подкованных копыт по брусчатой мостовой гулко разносилось в ночном воздухе, отражаясь от стен домов, тесными рядами протянувшихся вдоль узких улиц. Джону, кучеру леди Вудкотт, тоже хотелось поскорее добраться до своей постели, поэтому он не уставал погонять лошадей, то и дело взмахивая вожжами. Ему было холодно.
Пассажирки, плотно закутанные в плащи, согретые накинутыми на колени шерстяными пледами, холода не чувствовали. Только трясло их не меньше, чем кучера, но с этим уж ничего не поделаешь. Фанни привалилась к теплому мягкому боку матери и мирно спала. Элли, сидевшая напротив кузины и тетушки, слегка позевывала, трясясь на выбоинах мостовой. Леди Вудкотт тоже зевнула, а затем зашептала, наклонясь к своей племяннице:
— Почему ты так любишь задирать мужчин? Ты даже не представляешь, насколько сама становишься каждый раз уязвимой, когда задеваешь их. — Она повела плечами, отчего Фанни что-то невнятно пробормотала во сне недовольным тоном. — А в конце концов за это приходится расплачиваться мне. Это на меня в итоге изливается их презрение!
— Ах, тетушка, уверяю вас, я не нарочно.
Элли поплотнее закуталась в плащ и зевнула. Она и в самом деле вовсе не собиралась задирать Равенворта. А если этого человека оказалось так легко обидеть, то это не делает ему чести. И вообще, это его трудности!
Карету подбросило на выбоине. Элли уселась поудобнее, откинулась назад и с улыбкой вспомнила о том, как они с Равенвортом танцевали вальс. О, это было волшебно! И каким сильным, красивым и даже внимательным казался в те минуты этот Равенворт…
Элли негромко рассмеялась и наклонилась поближе к тетушке, чтобы не разбудить Фанни.
— Впредь я постараюсь держать свой язык за зубами. Честное слово, постараюсь! Кроме всего прочего, мне и самой не хочется потерять такого прекрасного партнера по вальсу.
В темноте кареты послышался тяжелый вздох — это леди Вудкотт из последних сил пыталась справиться с обуревавшими ее чувствами.
— Ты говоришь о нем так… — раздался ее хриплый шепот, — так… словно он совершенно заурядный человек!
— А разве это не так? — ехидно спросила Элли.
— Пф-ф-ф! Услышали бы тебя сейчас его почитатели!
Элли повернула голову к окну, за которым проплывали серые, мокрые стены зданий. Пробиваясь сквозь вечный лондонский туман, тускло светили редкие газовые фонари, от которых на улицах, казалось, становилось только еще сумрачней и грустнее. Из полумрака вынырнула темная фигура ночного сторожа — в плаще, с зажженным фонарем в руке. Он громко стучал колотушкой, наводя страх на воров, если таковые находились неподалеку, и кричал:
— Все спокойно! Четыре часа!
Еще минута — и он исчез в ночном тумане вместе со своим фонарем.
— Собственно, мы с ним и не спорили, — задумчиво произнесла Элли. — Похоже, виконта просто задело мое отношение к его службе в армии во время войны. Он был тогда посыльным у Веллингтона — или что-то в этом роде.
Леди Вудкотт удивленно ахнула.
— Он был офицером? — Она перевела дыхание и жарко зашептала: — Так это же прекрасно! На самом деле прекрасно! Ведь офицеры — люди чести. А вот старший брат Равенворта, насколько я знаю, погиб именно как бесчестный человек. Его убили на дуэли, из-за карт. Похоже, он был шулером. Сказать по правде, я никогда его не любила. Такой злобный был мужчина — не приведи господи!
Но Элли уже не слушала тетушку. Ее мысли успели перелететь к милому образу майора Стоунсфилда. Интересно все-таки, женат он или холост? И почему только о самых важных вещах не пишут в «Таймс»?
— Тетушка, — осторожно начала Элли, — а у вас много знакомых офицеров?
— Офицеров? Да нет, в основном это шапочные знакомства. А почему ты спросила? Пожалуйста, выкини из головы всякие глупости! Ради памяти о моей покойной сестре я не позволю тебе выйти за какого-нибудь конногвардейца или еще хуже — за одного из этих, в красных мундирах. Ведь даже Бруммель не пошел в офицеры, хотя едва не разорился во время войны.
Элли щелкнула зубами, когда карета в очередной раз подпрыгнула на разбитых рессорах, и откликнулась:
— Но ведь с Равенвортом, я полагаю, вы хорошо знакомы?
Синие глаза Элли мстительно блеснули в полумраке кареты. Она припомнила слова Равенворта о его замечательных сапогах, которые он не желал пачкать в грязи вместе с простыми солдатами.
Леди Вудкотт то ли не рассмотрела взгляда Элли, то ли не придала ему значения. Во всяком случае, она простодушно ответила:
— Ну, с ним мы часто общались. Я бы даже сказала, очень, очень часто.
Фанни беспокойно заворочалась, и собеседницы на время умолкли, не желая ее будить. Карета тем временем начала замедлять свой бег. Леди Вудкотт глубоко вздохнула и переменила тему:
— Мне кажется, что из вас с лордом Барроу получится прекрасная пара. Не хочу забегать вперед, но, по крайней мере, он едва ли не единственный человек, которого не раздражает твоя манера держать себя.
Грумы соскочили с запяток, разминая затекшие ноги. Карета заскрипела, дернулась в последний раз и остановилась — уже окончательно. Элли сбросила с коленей плед, Фанни проснулась и, потянувшись, выпрямилась на сиденье.
Элли вспомнила, с какой готовностью отдал ей барон свою табакерку, и убежденно сказала, заканчивая разговор:
— Я не сомневаюсь, что из лорда Барроу получится прекрасный муж — добрый и благородный.
Было похоже, что леди Вудкотт вполне успокоили эти слова — в отличие от Фанни, которая внезапно вздрогнула и бросила на кузину быстрый взгляд. Элли заметила ее волнение и с удивлением подумала, нет ли у Фанни каких-то глубоко спрятанных намерений и планов, связанных с бароном.
Три леди выбрались из кареты и в молчании направились к дому. От свежего утреннего воздуха всех троих охватил легкий озноб.
Войдя в дом, Элли поклонилась леди Вудкотт с таким изяществом, которое и самому Равенворту не всегда удавалось, пожелала тетушке и кузине доброй ночи и поспешила наверх, в свою спальню. Поднимаясь по ступенькам лестницы, она снова вспомнила сегодняшний танец с виконтом. Элли напевала мелодию вальса, пока раздевалась с помощью Сары. Юркнув в постель, она еще успела подумать о том, какие же глупые создания мужчины, — и провалилась в глубокий долгий сон.


Элли уже спала, а в доме лорда Равенворта на Беркли-сквер все еще горел свет. Хозяин дома не переставая ходил взад-вперед по своей гостиной, не уставая удивляться доверчивости лорда Барроу.
— И она никак это не объяснила? — переспросил он, остановившись возле камина и бросив на барона взгляд через плечо. — Просто взяла и попросила у тебя табакерку, а ты спокойно отдал ее? Так? Чарльз, поверь мне, эта бестия что-то задумала!
— Не будь таким подозрительным, Джефф. Все гораздо проще. Какая разница, зачем Элли понадобилась моя табакерка. Она сказала, что вернет ее через месяц. Почему я не должен верить ей? — Лорд Барроу откинулся поудобнее на широкой кожаной софе; охотничий пес по кличке Зевс принялся тыкаться в его ладонь мокрым холодным носом, требуя внимания. — Как же ты не понимаешь, что я люблю ее! Люблю, черт побери!
Равенворт опустил взгляд на раскаленные багровые угли и облокотился на каминную полку.
— Не понимаю, что ты нашел в этой мисс Дирборн, кроме красоты, здоровья и строптивого характера. Неужели ты действительно жаждешь отправиться вместе с нею в плавание по житейскому морю? Смотри, как бы тебе не пришлось плыть в кандалах!
Лорд Барроу, перебирая пальцами мягкое ухо млеющего от удовольствия Зевса, поднял на друга удивленный взгляд:
— Ну и ну! Ведь она же сказала мне то же самое!
Равенворт повернулся к камину спиной, начиная чувствовать, как приятное тепло растекается по всему телу.
— Вот как?
— Ну, она, правда, привела какое-то другое сравнение, но это неважно. Смысл тот же. Совершенно тот же!
Равенворт подошел к столику рядом с софой, налил Два стакана бренди, протянул один из них своему другу и присел на другой край софы.
— Вот уж не думал, что мисс Дирборн может быть такой рассудительной, — заметил он.
Лорд Барроу оставил в покое собачье ухо и поднял взгляд на Равенворта. Сложные чувства обуревали его, и самым сильным из них была досада на то, что он оказался между своими самыми близкими друзьями в шатком равновесии, словно былинка на ветру: то сюда ветер подует, то туда… Внезапно ему пришла в голову неожиданная мысль, что Элли Дирборн, возможно, и впрямь не та девушка, с которой ему следует связать свою жизнь. Барон испуганно отбросил эту мысль и воскликнул:
— Ну все, с меня хватит! Сначала Элли читает мне лекцию о тебе — впрочем, ты и сам знаешь, какого она о тебе мнения. Теперь ты начинаешь говорить мне о ней… И что ты только имеешь против нее? Нет! Не отвечай! Неважно! Не хочу знать! — В его ладонь снова требовательно ткнулся холодный нос, лорд Барроу раздраженно прикрикнул на Зевса и погрозил пальцем Ра-венворту. — И попрошу тебя придержать язык, когда речь идет о девушке, на которой я собираюсь жениться! Ей-богу, такая парочка, как ты и мисс Дирборн, хоть кого может свести с ума!
Зевс обиженно отошел и улегся у камина, положив голову на белоснежные передние лапы, а Равенворт удивленно посмотрел на своего друга.
— О, прошу прощения, сэр! — Он низко поклонился. — На чем предпочитаете драться: мечи, шпаги, пистолеты? Я к вашим услугам, сообщите только имена секундантов.
Зевс насторожился, поднял голову и внимательно посмотрел на хозяина.
— Черт тебя побери, Джефф!
Даже прекрасно зная о том, что Равенворт шутит, барон не мог не почувствовать тревогу. И впрямь, не дай бог никому сойтись на дуэли с этим человеком!
— Я не дерусь с друзьями, — с преувеличенной торжественностью заявил он. Зевс удовлетворенно вздохнул, и барон протянул к нему руку. — Что, приятель, все забыли про тебя, да?
Некоторое время друзья сидели молча, уставившись в камин и маленькими глоточками попивая бренди. Наконец Равенворт произнес:
— Я не хотел никого обижать. Просто мисс Дирборн и я… Как бы это точнее сказать?.. Мы просто не можем находиться рядом.
— Вот беда-то! — воскликнул лорд Барроу и улыбнулся.
Равенворт хмуро покосился на него:
— Знаю, что это прозвучит нелепо, Чарльз, но я на самом деле убежден, что она неподходящая для тебя пара. «Вот беда-то!» — как ты только что изволил выразиться.
— Полагаешь, я не справлюсь с этой женщиной? — Барон тоже нахмурился и одним глотком допил бренди.
Равенворт поднялся, отошел к камину и мрачно уставился на начинающие темнеть угли. Почему, в самом Деле, он так настроен против этой мисс Дирборн? И с чего вдруг стал вмешиваться в личную жизнь своего Друга? Во всем виновата эта девица! Это она перевернула весь привычный порядок вещей за каких-то два месяца. Это она застряла, словно заноза, между ним и Чарли…
Он посмотрел на своего лучшего старинного друга, поднял свой стакан и примирительно сказал:
— Прости меня. Сам не знаю, что это на меня нашло. Прости, старина.
Лорду Барроу показалось, что у него гора свалилась с плеч.
— И все же мне очень хотелось бы, чтобы ты получше присмотрелся к ней. Я уверен: если вы как следует узнаете друг друга, то оба измените свое мнение и станете добрыми друзьями.
Слова Чарльза несколько озадачили Равенворта, но он тем не менее нашел в себе силы улыбнуться ему.
— Я постараюсь понять ее получше, обещаю тебе.


Майор Джеффри Стоунсфилд, виконт Равенворт, прослужил в армии до тридцати трех лет. Именно тогда, вскоре после битвы под Ватерлоо, он получил известие о преждевременной смерти своего старшего брата. Дуэль. Дуэль с лордом Крессингом. Честная дуэль, если верить Чарльзу…
Эта дуэль не только заставила виконта горевать по поводу утраты. Пора было возвращаться в другой мир, в другую жизнь, от которой он отвык, к которой не был готов. С самого раннего детства Джеффри готовился к армейской службе и достойно прошел ее, не уронив чести Равенвортов.
В годы войны он проявил себя талантливым командиром — честным и смелым, энергично и искусно руководившим своими солдатами. Но как же трудно оказалось войти в новую жизнь! Ничто в ней не радовало Джеффа. Даже боль по поводу смерти Эверетта отступила перед той болью, которую он испытал, обнаружив, что для людей из высшего общества та война, где он ежедневно рисковал своей жизнью, была неинтересна. Эта война успела стать для них древней историей, еще не закончившись… Но надо было как-то приспосабливаться к новым условиям существования. Рост, выправка, умение одеваться и держать себя с людьми очень скоро — и совершенно неожиданно для самого Джеффри — вознесли его на самую вершину священной горы, именуемой Модой. И хотя он откровенно издевался над этими смешными людишками, поглощенными собой и своим костюмом, они только еще больше уважали его за это.
Через некоторое время Джеффри решил жениться и принялся искать для себя невесту. Но и здесь его ждало разочарование. Светские мамаши, имевшие дочерей на выданье, относились к потенциальным женихам как к товару, разбирая их мужские достоинства с цинизмом барышника, покупающего лошадь. А Джефф не желал быть жеребцом. Ему были смешны и противны те ловушки, которые пытались строить для него перезрелые матроны, — своим военным умом он просчитывал их на много ходов вперед.
Между тем попытки окольцевать виконта не прекращались, более того, они начинали принимать все более истеричные формы. И верхом этой истерии оказалась та охота, которую открыла на Джеффа леди Вудкотт со своею несносной племянницей. Поначалу он не обращал на них особого внимания: леди Вудкотт была настолько глупа, что не представляла для него ни малейшей опасности, что же касается мисс Дирборн, то она, казалось, все свое внимание сосредоточила на поимке в брачные сети бедняги Чарльза. И как же был поражен Джефф, когда понял всю глубину презрения, которое эта смешная, дерзкая, безвкусно одетая девчонка испытывала к нему, Законодателю Мод! И как немного, оказывается, нужно, чтобы вызвать в окружающих ненависть…
Он попытался придать их отношениям оттенок игры и взаимного подкалывания, но из этого не получилось ничего хорошего. И самое обидное — в глазах мисс Дирборн он, Джефф, был олицетворением всего того, что сам так ненавидел в людях лондонского света! А раз так, то не приходится удивляться, что она с таким презрением отнеслась даже к самым искренним его попыткам установить между ними добрые дружеские отношения.
Конечно, ради спасения Чарльза он попытается получше понять мисс Дирборн. Но только вряд ли от этого изменится сложившееся у него мнение относительно ее характера.
Слово, данное Чарльзу, нужно держать, и поэтому — разумеется, только поэтому — вечером в понедельник Равенворт сам, первым, подошел к Элли, встретив ее в опере. Оркестр играл увертюру — длинное музыкальное вступление к опере, необходимость которого лорд Равенворт никогда не мог понять. Вот он и предложил Элли скоротать эти минуты вместе, прогуливаясь по театральному фойе.
— Мне хотелось бы извиниться перед вами за свое поведение на вчерашнем балу у Томпсонов, — сказал Равенворт. — Боюсь, что я неправильно истолковал ваши слова, хотя это, разумеется, не оправдывает мою неучтивость.
Элли закрыла свой веер, с легким треском ударила им по ладони и ответила с улыбкой:
— Очень любезно с вашей стороны, лорд Равенворт. Я была уверена, что вы неправильно истолковали мои слова, но не надеялась на то, что вы будете в состоянии заметить свою ошибку.
Он раскрыл было рот, чтобы ответить дерзостью на дерзость, но передумал, улыбнулся и предложил Элли руку. Она приняла ее и неторопливо пошла рядом с Равенвортом по фойе.
— Вам никогда не говорили, милорд, что когда вы смеетесь, то кажетесь совершенно другим человеком? Правда, я заметила, что смеетесь вы крайне редко.
— А вам никогда не говорили, что вы дрянная девчонка, мисс Дирборн?
Он хотел в очередной раз поддеть ее, но промахнулся: Элли не обиделась, не вспыхнула, но спокойно ответила:
— Разумеется, говорили. Мой папа твердил мне это каждый день. Ах, бедный покойный папа, как же он был прав! Но что поделать, такой уж я уродилась.
Они оба вежливо поклонились проходившей мимо них леди Джерси, и Элли продолжила:
— Моя бедная мама потратила столько сил, чтобы исправить эту ошибку природы, но, увы, безуспешно. Только прошу вас, не осуждайте ее за это!
— Что-то я не припоминаю вашу матушку. Боюсь, что был лишен удовольствия видеть ее. Она сейчас не в Лондоне?
Тон Равенворта был доброжелательным, поэтому Элли ответила просто:
— К сожалению, мои родители — и папа и мама — давно уже пребывают в мире ином.
— О, простите! — с участием сказал он. — Я не знал…
— Не извиняйтесь, милорд, — прервала его Элли. — Они научили меня ко всему относиться с улыбкой. И мне очень жаль, что вы не знали их. Мой папа умел посмеяться буквально надо всем.
Лорд Равенворт не нашел нужных слов и молча посмотрел на Элли. Он был удивлен, поскольку еще никогда не слышал, чтобы девушка так тепло и просто говорила о своих родителях. Желая скрыть свое смущение, он резко переменил тему разговора, поинтересовавшись, бывала ли Элли в музее Тауэра.
Но в этот момент распахнулись двери зала и в фойе выпорхнули три девицы, одетые подчеркнуто вызывающе. Равенворт сразу определил, кто они такие, а Элли изумленно ахнула.
— Святые небеса! — воскликнула она, раскрывая веер и пытаясь прикрыть лицо. — Да они же совсем голые!
Равенворт спокойно оглядел кокоток и согласился:
— Хм-м-м… Пожалуй.
Он хотел было увести Элли подальше от веселой троицы, которая с профессиональным интересом принялась пялиться на его мускулистую фигуру. Но Элли задержалась, чтобы еще раз рассмотреть барышень с головы до пят.
— Да, голые, — утвердительно кивнула она. — И… И мне теперь понятно, почему вы запрещаете мне носить перья. Впрочем, если снять перья с них, что останется?
Элли заметила усмешку Равенворта, покраснела и смущенно добавила:
— Ох, никогда я, наверное, не научусь держать свой язык за зубами!
— Не смущайтесь, мисс Дирборн. Хотя мне и не всегда по вкусу то, что вы говорите, но зато с вами не соскучишься!
Элли в последний раз смерила взглядом прозрачные лоскутки муслина, безуспешно пытавшиеся прикрыть аппетитные округлости девиц, и наконец позволила Равенворту увести себя прочь. Они неспешно направились к дверям ложи леди Вудкотт, и Элли заметила, озорно блеснув глазами:
— Вы очень добры, милорд, и я чувствую себя неловко перед вами. Простите меня, если я недостаточно почтительно отозвалась о вашей армейской службе. Я прекрасно понимаю, что не всем дано быть героями, как некоторые отважные кавалерийские офицеры.
Еще не успев договорить, Элли испугалась, что сейчас он снова рассердится на нее. Она очень удивилась, услышав смех Равенворта и заметив странное выражение его глаз.
— Вы невозможная девушка, мисс Дирборн!
— Наверное, вы правы, — грустно сказала Элли. — Я почему-то всегда говорю то, что думаю. В этом мое несчастье…
— Я начинаю бояться вашей искренности больше всего на свете!
Элли рассмеялась:
— Ну вот, теперь вы начинаете задирать меня. Поверьте, я вовсе не хотела умалить ваши заслуги. У каждого из нас своя роль в пьесе жизни. Надо кому-то быть и адъютантом, верно? Нет, нет, я с большим уважением отношусь к тому, что вы — неважно на каком посту — были в рядах армии Его Величества в те годы, когда на карту было поставлено будущее нашей страны. Когда нужно было обуздать этого сумасшедшего корсиканца, вознамерившегося взять власть над всей Европой!
Они уже подошли к дверям ложи и остановились, заглянув в глаза Равенворта, Элли была поражена их выражением. Он смотрел на нее так, словно услышал нечто долгожданное.
— Вы только что сказали самые добрые слова, которые мне только доводилось слышать в Лондоне за последние три года, — сказал Равенворт. — И я бесконечно благодарен вам за них.
Они снова посмотрели друг на друга, при этом каждый из них находился в некотором замешательстве. В тишине послышались звуки оркестра — негромко, издалека. Глаза Элли затуманились, словно заглянули куда-то далеко-далеко, она мягко улыбнулась.
— Знаете, мы с папой каждый день вместе читали «Таймс» — от корки до корки. Мы не могли оторваться от газетных листов. По ним мы следили за каждым сражением — от Коруньи до Альбуэрты и Саламанки. — Она вздохнула, покрутила в руках веер и опустила глаза. — Я очень жалею, что папа не дожил до конца войны и не узнал о Ватерлоо.
Мимо них пронеслась буйная стайка юнцов. Они летели вперед не разбирая дороги, и Равенворт вынужден был прижать Элли к стене своим телом, пропуская их.
Убедившись, что с Элли все в порядке, он выпрямился и гневно закричал им вслед:
— Эй, любезные, погодите!
Юнцы остановились, растерянно захлопали ресницами и принялись что-то бормотать в свое оправдание. Равенворт выслушал их и отпустил коротким кивком головы.
Элли плавным движением поправила прическу и отметила про себя, что этот инцидент нисколько не огорчил ее. Напротив, ей было отчего-то даже приятно стоять вот так возле стены, слегка прижатой сильным мужским телом. Нет, положительно, ей не хотелось, чтобы эта история так быстро закончилась! И она продолжила свой рассказ:
— В течение нескольких лет мы с папой переживали все детали каждой кампании. Герои этих битв становились для нас близкими и дорогими людьми. Особенно один офицер… Я никогда не видела его, разумеется, но мне ужасно хотелось бы узнать о нем как можно больше. Я так часто думала о нем… Но когда папы не стало, — нерешительно закончила она, — я уже не так внимательно следила и за битвой при Ватерлоо, и за последующими событиями.
Лорд Равенворт слушал ее со смешанными чувствами. В фойе убавили свет, стало пустынно и сумрачно, и в неярком свете оставшихся свечей он словно впервые увидел ее лицо: прекрасный точеный овал, светло-каштановые локоны, мерцающие синие глаза… Он обнаружил, что ему приятно быть рядом с этой девушкой, в которой прежде не замечал ничего, кроме ее острого язычка. А главное — она произносила те самые слова, которых он столько лет ждал здесь, в этом холодном, равнодушном Лондоне! Странно, в высшей степени странно, что эти слова он услышал именно от нее…
Равенворт достал из кармана свою табакерку, медленно раскрыл ее и спросил:
— И кто же он? Ну, тот офицер? Быть может, я что-нибудь слышал о нем.
Элли завороженно смотрела на его табакерку, эту маленькую изящную вещицу, так необходимую ей. До нее даже не сразу дошел смысл слов виконта.
— Что? Ах да, конечно!
Внезапно Элли охватило возбуждение. А вдруг Равенворту действительно что-то известно о ее дорогом майоре? Во всяком случае, это была ее единственная надежда. Она вздохнула и сказала чуть слышно:
— Его зовут Стоунсфилд. Майор Стоунсфилд.
Табакерка выскользнула из рук Равенворта и грохнулась на пол, усыпав табачными крошками носки его сияющих туфель. Элли прыснула, а Равенворт наклонился, чтобы поднять табакерку и смахнуть носовым платком пыль со своих ног. Но облачко мелко нарезанного табака уже поднялось вверх и заставило их обоих закашляться. Две пары глаз — синих и серых — наполнились непрошеными слезами.
Элли прижала к лицу платок, чтобы не рассмеяться, но все же захохотала. Равенворт чихнул, хмуро сказал:
— Ну что в этом смешного? — и снова чихнул.
Элли привалилась к стене и залилась неудержимым смехом. Задыхаясь, срывающимся голосом, она выдавила:
— Пол… полжизни за то, чтобы увидеть, как Законодатель Мод сражается со своей т-та… табакеркой!
Из глаз Элли хлынули слезы — то ли от табака, то ли от смеха. Равенворт сморщил нос, хотел что-то сказать, но тоже расхохотался. Он наконец оценил ситуацию: глупый же, очевидно, сейчас вид у лондонского Законодателя Мод! Отсмеявшись, он наклонился вперед и сказал, глядя в сияющие синие глаза:
— Вы богиня возмездия. Немезида. Признайтесь, я прав? Впрочем, я не сомневаюсь, что прав. Не знаю только, чем я сумел так прогневить вас.
Элли смахнула перчаткой слезинку с глаза.
— Немезида мстит только тем, кто желает забраться выше солнца. «Не возгордись — и не будешь наказан!»
— Нет, вы положительно несносное создание!
Элли вновь залилась смехом, но на сей раз Равенворт прервал ее:
— Если вы не перестанете смеяться надо мной, я не познакомлю вас с вашим майором.
Элли немедленно замолчала и возбужденно воскликнула:
— Так вы с ним знакомы?
— Да, и довольно близко. Очень храбрый малый. Вообще если говорить о смелости…
— Представляю! — с восторгом перебила его Элли.
Лорд Равенворт заглянул ей в глаза и внезапно подумал о том, как же много прошло в этой жизни мимо него.
— А он сейчас в Лондоне? — спросила Элли. — Я никогда не только не видела его, но даже не слышала, чтобы хоть кто-то произнес его имя.
— О да, он здесь.
Элли невольно схватила Равенворта за руку и наклонилась к нему.
— Ах, прошу вас, лорд Равенворт! Вы познакомите меня с ним? Я так хочу его увидеть! Если бы вы только знали… — Элли прикусила губу, чувствуя себя последней дурочкой. Что он подумает о ней? А впрочем, не все ли равно? И она закончила: — У меня такое чувство, словно я знаю его давным-давно.
— Легко понять. Ведь вы столько прочитали о нем… — Равенворт подумал, не сказать ли этой глупышке, что она весь вечер сегодня разговаривала со своим майором, но решил, что еще рано. — Я познакомлю вас с ним при первом же удобном случае.
Элли поймала себя на том, что держится за руку мужчины с неподобающей девушке дерзостью, и неловко отступила назад. Равенворт молча раскрыл перед нею двери в ложу леди Вудкотт.
Элли уселась рядом с тетушкой и в темноте ложи предалась мечтам о скорой встрече со своим майором. Затем ее мысли понемногу переключились на Равенворта. И впервые она подумала о нем без обычного раздражения — не как о бездушном чучеле, но как о добром и отзывчивом человеке.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Опасное пари - Кинг Валери

Разделы:
123456789101112131415161718192021222324

Ваши комментарии
к роману Опасное пари - Кинг Валери



Начало романа мне очень понравилось, было предчуствие милого противостояния, сарказма, юмора, но пожалуй потом автор изменил первоначальную задумку и вплоть до последней страницы было ощущение, что где-то когда-то я это уже читала, но в ином изложении. Кузен Элли сначала - подлец, потом - герой; лорд Равенворт сначала романа герой, франт, образец вкуса и шарма, любимец и мечта каждой женщины, а позже "последний пылко влюблённый". Но Элли - это не девушка, а кошмар, поскольку если читать роман ёё кроме игры, пари и азарта больше ничего не интересует.
Опасное пари - Кинг ВалериItis
23.07.2012, 12.50





jal potrachennogo vremeni, gg.inya prosto koshmar vrode umnaya,a po postupkam dura. nachalo romana nichego,no vtoraya polovina ujasno natyanuta, idiotskie postupki GGini vyzyvayut razdrajenie.
Опасное пари - Кинг Валериdil
24.07.2012, 17.52





СОГЛАСНА С ПРЕДЫДУЩИМИ КОММЕНТАРИЯМИ!НАЧАЛО ОБЕЩАЛО СТОЛЬКО ЭМОЦИЙ,НО В ИТОГЕ ТАКОЙ БРЕД. ЖАЛКО ПОТРАЧЕННОГО ВРЕМЕНИ!!!
Опасное пари - Кинг ВалериИННА
14.11.2012, 23.07





Эта Эли - редкостная клиническая дура. Дура от макушки до кончика ногтей.Но, как правило, подобные дуры прекрасно устраиваются в жизни и получают таких мужей, какие умным и не снились. Наблюдала эту закономерность по жизни многократно и прочла об этом и в данном романе.
Опасное пари - Кинг ВалериВ.З.,65л.
12.03.2013, 12.45





Не смотря на отрицательные комментарии все же решилась прочитать...Нормальный роман. Характеризуя героиню как дуру, мне кажется предыдущие комментарии немного переборщили. Думаю героиня скорее порывистая. Да, она не анализирует,и не просчитывает возможные последствия прежде, чем совершить какое-то действие, но не все же обладают холодным и расчетливым умом математика. Но она может признавать свои ошибки, в отличие от некоторых героинь других романов, которые не смотря на то, что виноваты ни за что не признают свою вину, во всем обвинят Гг или других и тупо и упрямо гнут свою линию. Она романтична, наивна, очень мила. Любит и терпит своих близких не смотря на их недостатки. Ее порывистость и романтизм с лихвой окупает прагматизм главного героя. Они дополняют друг друга.Так что,думаю,вместе они просто замечательны.
Опасное пари - Кинг ВалериН
8.07.2015, 7.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100