Читать онлайн Маскарад повесы, автора - Кинг Валери, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маскарад повесы - Кинг Валери бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.77 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маскарад повесы - Кинг Валери - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маскарад повесы - Кинг Валери - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинг Валери

Маскарад повесы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

Кэт улыбнулась. Как странно видеть этого светского хлыща за кружкой пива рядом с простым крестьянином, только что ставшим отцом в восьмой раз!
Заметив краем глаза сына, мистер Коутс со стуком опустил кружку на стол, поднялся на ноги и, с трудом шевеля непослушными губами, спросил:
— Ну как, Том?
— Девочка, пап!
Услышав радостное известие, трудяга Джек Коутс, здоровяк, способный за считанные секунды уложить в честном поединке любого богатыря, расплылся в счастливой улыбке.
— У меня девочка, сэр, дочка! — взревел он и порывисто поднял кружку, расплескивая пиво. По его небритым щекам покатились слезы. — За здоровье моей дочурки!
Бакленд тоже встал во весь свой могучий рост и чокнулся с отцом новорожденной.
— За здоровье твоей дочурки, приятель! — пробормотал он, и оба осушили свои кружки. Потом они долго хлопали друг друга по плечу, вытирая вспотевшие лица, и Кэт вдруг поняла, что оба в стельку пьяны.
— Хозяин! Подать мою коляску! — громовым голосом потребовал Бакленд и высыпал на стол горсть монет. — Я должен отвезти эту обольси… обольсти… обольстительную даму домой! — И он свободной рукой сделал широкий жест в сторону Кэт.
— Мисс, если этот подвыпивший джентльмен докучает вам, только скажите, я сумею вас защитить! — выступил вперед Томас.
Поглядев на Бакленда, Кэт отрицательно покачала головой и сказала, что поедет домой с ним. Она совсем его не боялась.
— Ваша коляска сейчас будет, мой господин, сию минуту! — пробормотал жирный хозяин гостиницы, переводя глаза со щедрого посетителя на выложенные им монеты. Там было, должно быть, шиллинга на три больше, чем требовалось по счету. Вне себя от радости толстяк поспешно вытер руки грязным передником и, беспрерывно кланяясь, бросился выполнять приказание.
Джек Коутс обнял нового приятеля за широкие плечи:
— Спасибо, большое спасибо, мистер Бак! Вы — мужчина до мозга костей!
Бакленд обхватил его могучую спину, они двинулись к двери, выписывая немыслимые кренделя, и наконец вывалились на улицу. Изумленные, Кэт и Томас последовали за ними.
Холодный ночной воздух немного отрезвил приятелей. Джек охнул, когда до него начало доходить, как зверски он напился. Сын тотчас подбежал к нему и взял под руку. Поблагодарив Бакленда и попрощавшись с Кэт, он повел отца в сторону дома, но мистер Коутс, видимо, что-то вспомнив, внезапно развернулся и громко крикнул, перебудив, наверное, весь Куининг:
— Спасибо за партию в криббидж, мистер Бак! Пять фунтов, которые вы проиграли, мне очень пригодятся. Но должен вам сказать, дружище, что худшего игрока в криббидж, чем вы, мне еще встречать не доводилось!
Счастливый отец расхохотался и под уговоры заботливого сына вести себя потише побрел домой.
Несколькими минутами позже перед Кэт и Баклендом уже стояла коляска, поданная самим хозяином гостиницы, который изо всех сил старался угодить щедрому клиенту. Подсадив молодых людей в коляску, толстяк взглянул на Бакленда, тяжело привалившегося к дверце, и предусмотрительно отдал вожжи мисс Дрейкотт. Во-первых, по сравнению со своим провожатым она держалась молодцом, а во-вторых, вся округа знала, что дочка сквайра Дрейкотта отлично управляется с лошадьми и может щелчком кнута сбить муху с уха передней лошади.
Получив вожжи, Кэт сразу убедилась, что сладить с горячей, норовистой парой Эшвелла непростая задача даже для такой опытной наездницы, как она. Застоявшиеся за ночь красавцы вороные всхрапывали от нетерпения и, звонко цокая о булыжники подковами, рыли копытами мостовую.
Поглощенная лошадьми, девушка совсем забыла о Бакленде, как вдруг до нее донесся его пьяный смех. «И впрямь забавно, — подумалось Кэт. — Кто кого провожает? Неужели он действительно ждал меня всю ночь в обществе простого поденщика? Как видно, первое впечатление о человеке бывает обманчиво, и к Бакленду стоит приглядеться повнимательней…»
Едва Кэт поблагодарила хозяина за помощь, Бакленд, вконец обессилев от выпитого, привалился к ее плечу. Она улыбнулась, прищелкнула языком и, осыпая лошадей самыми ласковыми словами, какие только смогла придумать, легонько взмахнула поводьями. Красивая коляска с превосходными рессорами тронулась в путь и вскоре выехала из Куининга на грунтовую дорогу. Кэт сама потянулась к кнуту, висевшему в кожаной петле справа. Хорошо, что Бакленд напился и ничего не замечает, иначе он никогда не позволил бы ей то, что она собирается сделать!
Выхватив кнут, девушка взмахнула им что было силы, и лошади, возбужденно раздувая ноздри, тотчас легко перешли с грациозной рыси на галоп. Кэт охватило пьянящее ощущение полета, заставившее забыть обо всех заботах и горестях последних дней.
Внезапно тяжесть, давившая на ее плечо, исчезла — бивший в лицо холодный ветер подействовал на Бакленда отрезвляюще. Молодой человек сел и открыл глаза.
— Милосердный боже! — закричал он, теряя последние остатки хмеля. — Что ты делаешь, несчастная?!
«Этот поклонник Бахуса может вопить от страха сколько угодно, — решила Кэт. — Мне нет до него никакого дела!» Она снова щелкнула кнутом, и лошади понеслись еще быстрее. О, какое это наслаждение — мчаться по дороге в прекрасной коляске, колеса которой летят по рытвинам и колдобинам, как по самому ровному тротуару.
Бакленд уже хотел вырвать из рук Кэт поводья, но передумал — она держала их крепко, уверенно, а ее лицо горело решимостью и неподдельной страстью. «Не стоит спешить, — подумал он, — похоже, она знает, что делает». Схватившись за поручень перед сиденьем, молодой человек принялся наблюдать за спутницей. Растрепанная, с развевающимися по ветру рыжими локонами, в которых запутались ленты, она, казалось, забыла о самом существовании Бакленда. Что творилось в ее душе? Об этом он мог только гадать.
Между тем прелестная наездница пустила лошадей во весь опор, и они понеслись вперед на немыслимой скорости. Молодой человек с восхищением наблюдал, как она играючи управляла его норовистой парой. Господи, и эта амазонка собралась выйти за Джеймса! Можно ли представить себе что-нибудь более нелепое? А ведь она близка к успеху!
Холодный ветер, бивший в лицо Кэт, постепенно остудил ее пыл. Решив, что хорошего понемножку, она слегка натянула вожжи, переводя лошадей на спокойную рысь, а потом обернулась к Бакленду.
— Потрясающая пара! Красивая и очень резвая.
— Спасибо на добром слове, — с хозяйской гордостью ответил тот. — Мои жеребцы — само совершенство, не так ли?
— Разве лошади ваши? — удивилась Кэт. — Я думала, они принадлежат лорду Эшвеллу!
Бакленд поперхнулся.
— Так оно и есть, — откашлявшись, солгал он. — Но я лично подбирал их для его светлости!
Кажется, он неплохо вышел из положения. В конце концов, это была ложь только наполовину.
— Хвалю ваш вкус! Вы настоящий знаток, мистер Бакленд. — Кэт внимательно посмотрела на него и улыбнулась. — А вы ведь не так уж и пьяны, правда?
— Да я почти трезв и к тому же полон сил! — улыбнулся он и потянулся к поводьям. — А вот вы, милочка, выглядите совершенно измотанной!
Отдав поводья не без некоторого сожаления, Кэт откинулась на спинку сиденья.
— Я нисколько не устала, но выгляжу, должно быть, и правда ужасно.
Она провела рукой по волосам и охнула: от изысканной прически, над которой столько времени трудилась ее горничная Мэгги, не осталось и следа. Пристыженная, Кэт попыталась хоть немного привести в порядок разметавшиеся кудри, но не добилась почти никакого результата. Заметив, что Бакленд ее рассматривает, она горько усмехнулась:
— А мне так хотелось быть красивой, чтобы поразить всех на этом вечере!
— И вам это действительно удалось. Чего стоит один ваш уход! Признаться, я до сих пор не могу опомниться.
— Вы меня осуждаете? — Кэт испытующе посмотрела на него. Бакленд нахмурился. Осуждать ее? Ему это даже не приходило в голову.
— Нет, — на мгновение задумавшись, ответил он. — Но, честно говоря, ваш поступок меня изумил. Признаться, я до сих пор не могу понять, что вами руководило: любовь к людям или желание досадить миссис Криклейд, чтобы эта претендующая на великосветский лоск дама лишний раз упала в обморок? Если откровенно, я подозреваю последнее.
— А вы подали мне отличную мысль! — усмехнулась Кэт и добавила уже серьезно: — Нет, вы напрасно подозреваете в моих действиях низменный расчет. Я это сделала ради себя самой — чтобы увидеть чудо рождения, взять на руки крошечное тельце новорожденного, прижать к груди, услышать его первый крик. Клянусь, что и впредь буду приходить на помощь всем, кто во мне нуждается! Знаете, в такие минуты кажется, что сам господь спускается с небес и касается наших очерствевших сердец, чтобы напомнить — мы еще не потеряны для настоящей жизни.
Слушая страстную речь Кэт, Бакленд пустил лошадей шагом. Он смотрел на дорогу и думал о последнем сезоне в Лондоне и о шумихе, поднятой там вокруг его нового сборника стихов. Вот уж где полно очерствевших сердец, которым недоступны настоящие чувства! Восторженные дамы буквально вешались ему на шею, забрасывали записочками, умоляя о тайном свидании, падали в обморок от его поцелуев… Боже, какая скука!
— Смысл жизни в ней самой, но мы, того не замечая, бездумно шествуем к могиле… — пробормотал молодой человек.
— Разве вы тоже поэт? — подозрительно спросила его Кэт и нахмурилась. Бакленд расхохотался:
— О нет, что вы! Просто я столько времени провожу с Эшвеллом, что волей-неволей его поэтический вздор остается в памяти.
— Я бы не стала называть его стихи вздором!
— Еще бы! Вы же собираетесь выйти за Эшвелла замуж.
Кэт пристально посмотрела на Бакленда — теперь понятно, куда он клонит. Нет, она не попадется на его удочку! Девушка подняла голову и сухо ответила:
— Вы попали пальцем в небо, мистер Бакленд. Я увлечена поэзией лорда Эшвелла уже давно. Великолепные, просто гениальные стихи! Пожалуй, только вторая песнь его последней поэмы оставляет желать лучшего, но зато все остальное просто изумительно!
Бакленд неожиданно взмахнул поводьями, и лошади рванулись вперед.
— Чем же вам не понравилась вторая песнь? — спросил он, явно раздосадованный. — Я… то есть Эшвелл потратил на нее вдвое больше времени, чем на первую!
— Наверное, в том-то все и дело, — пожала плечами Кэт. — Он слишком долго оттачивал каждое слово, и в конце концов они потеряли свежесть и блеск.
Бакленд был раздражен простодушной критикой Кэт. Не для того он затеял этот маскарад, чтобы слушать досужую болтовню о своих стихах!
— Вы ведь нарочно проиграли мистеру Коутсу? — неожиданно спросила Кэт и, не дожидаясь его ответа, добавила: — Не сомневаюсь, что так и есть. Это очень благородно с вашей стороны: ведь вы и сами стеснены в средствах.
Чувствуя угрызения совести из-за своего обмана. Бакленд постарался переменить тему:
— Скажите, мисс Дрейкотт, почему вы с таким участием относитесь к крестьянам?
— Вы про то, что произошло в Куининге? Поверьте, это сущие пустяки. Чтобы помочь всем нуждающимся в Куининге и Чипинг-Фосворте, надо делать гораздо больше!
Дорога свернула, и перед ними открылась панорама еще не восставшего от сна Чипинг-Фосворта — россыпь крошечных домиков с высокими осмоленными крышами у подножия холма.
— Что за славная деревенька! — воскликнул Бакленд. — Впервые я увидел ее днем, как вы помните, после не самой приятной встречи с одной острой на язык сельской барышней. Тогда, по понятным причинам, мне было не до красот природы и этот вид не произвел на меня впечатления. Но сейчас, в холодном свете зари, Чипинг-Фосворт выглядит очень романтично… Теперь я понимаю, почему вы так привязаны к здешним местам!
Коляска въехала на старинный мост, сложенный из грубо обтесанных камней, и звонкое цоканье эхом разнеслось над речкой. Кэт улыбалась:
— Мне кажется, та встреча была так давно!
В домиках один за другим зажигались огни — деревня просыпалась.
— Ой, нас ни в коем случае не должны видеть вместе! — внезапно забеспокоилась Кэт. — Вы знаете, как это бывает! Кто-нибудь распустит сплетню, она не дай бог дойдет до Эшвелла, он начнет ухаживать за Джулией Мортон, и все мои планы в одночасье рухнут.
Усмехнувшись, Бакленд взял у нее кнут и взмахнул им над головами лошадей, чтобы продемонстрировать спутнице собственное мастерство. Подчиняясь его опытным рукам, лошади пустились вскачь и вихрем пронесли коляску мимо деревенских коттеджей, церкви Святого Андрея и гостиницы «Гусь и лебедь». Они так слаженно и аккуратно преодолели крутой поворот к имению Дрейкоттов, что девушка не смогла удержаться от восторженного возгласа.
— Отличная пара, черт побери! — воскликнула она и, заметив удивленный взгляд Бакленда, со смехом добавила: — Надеюсь, нас никто не видел.
— А я надеюсь, что вас никто не слышал. Разве воспитанной барышне к лицу такие выражения?
Когда коляска переехала еще один мост — через реку Черинг, — Бакленд постепенно перевел лошадей на спокойный шаг. Теперь Кэт могла вздохнуть спокойно — впереди молчаливой каменной громадой высилась отцовская усадьба. Лучи поднимавшегося из-за холма Каули солнца золотили ее стены, взбираясь все выше и выше.
Не доехав нескольких десятков ярдов до дома, Бакленд остановил коляску под высоким каштаном. Разгоряченные скачкой лошади недовольно били копытами, всхрапывали и дергали шеями, но молодой человек даже не посмотрел в их сторону. Повернувшись к Кэт, он вдруг молча, без всяких церемоний обнял ее и поцеловал в губы.
Как зачарованная, девушка с неистово бьющимся сердцем прижалась к нему. Ей показалось, что ее губ коснулся утренний бриз, и необыкновенное ощущение мира и покоя наполнило все ее существо, словно она после долгого изнурительного путешествия вернулась к родному очагу.
Откинув рассыпавшиеся по ее плечам волосы, Бакленд страстно поцеловал нежную шею, а потом опять приник к губам.
— Кэт, милая Кэт! — на мгновение оторвавшись от нее, выдохнул он.
Его голос подействовал на Кэт как ушат ледяной воды. Чары исчезли, она обеими руками уперлась в грудь Бакленда, пытаясь его оттолкнуть. Но куда там! Только заметив в ее глазах страх, молодой человек чуть ослабил объятия.
— Господи, что я наделала! — воскликнула Кэт. — Но вы не думайте, Бакленд, я не хотела… О, я сама не знаю, что говорю! — Она глубоко вздохнула, собираясь с силами, и продолжила уже более уверенно: — Видимо, после бессонной ночи меня немного подвели нервы. Прошу вас, забудем о том, что сейчас было! — Она взглянула прямо в его голубые глаза, казавшиеся в сумерках темно-синими, нахмурилась и покачала головой. — Это просто какое-то наваждение…
Он снова попытался ее поцеловать, но она вскрикнула и вырвалась из его объятий.
— Вы бессовестный волокита! Не смейте ко мне прикасаться!
Бакленд расхохотался, а Кэт, выпрыгнув из коляски на землю, неожиданно сделала книксен.
— Спасибо, что подождали меня в Куининге и проводили, мистер Бакленд, — светским тоном проговорила она и со всех ног побежала к дому.
Ах, как хотелось ей обернуться, но она очень боялась, что наваждение повторится. Это чувство было сродни страху, который она испытала во время погони в буковой роще. Только на сей раз Кэт преследовал не сам Бакленд, а его образ, непостижимым образом завладевший частицей ее души.


Прелестная нимфа, окутанная облаком синего атласа и рыжих кудрей, скрылась в доме. Молодой человек проводил ее взглядом и улыбнулся. Милостивый боже, она ответила на его поцелуй! Теперь остаток лета действительно обещает много интересного. Однако несколько недель пролетят незаметно, а потом снова Лондон. Улыбка сошла с лица Бакленда. Он взмахнул поводьями, и коляска тронулась. Снова Лондон, снова бессмысленная светская суета!


Посмотрев вниз на улыбавшихся Бакленда и Эшвелла, Кэт почувствовала, как у нее запылали щеки. Надо же было этим двум молодцам забрести сюда, под старый дуб, в самый что ни на есть неподходящий момент! Почему они не появились здесь пятью минутами раньше, когда она еще не успела так высоко забраться, или пятью минутами позже, когда она была бы уже на земле? Проклятие, кажется, сама судьба помогает Бакленду, выставляя ее перед поэтом в самом неприглядном виде!
— Какое счастье, господа! Вы появились как раз вовремя — мне очень нужна ваша помощь, — проговорила девушка, изображая беспомощность и испуг.
Впрочем, испуг был почти искренним: ведь, застав ее на дереве, мужчины могли увидеть ее белье, а это так неприлично! Кэт поспешно придержала рукой подол, чтобы прикрыть ноги. На ней были панталоны и нижние юбки, которые недавно прислала мадам Бомари, — настоящие произведения искусства, сплошные кружева и ленты. Кэт в жизни не видела подобной красоты. В скромности Эшвелла она не сомневалась, но нахал Бакленд, стоит ему заметить все эти ленты и кружева, наверняка не упустит случая ее помучить.
— Я застряла, господа, помогите мне, пожалуйста! — жалобно проговорила девушка, в упор глядя на Джеймса. Тот сразу принялся карабкаться на дерево, а Бакленд только неодобрительно покачал головой.
— Зачем вы туда забрались? — закричал Эшвелл. — Вы не ушиблись?
Кэт показала наверх — там на одной из ветвей находилось гнездо, до которого надо было еще лезть и лезть.
— Я хотела посмотреть на его обитателей. Гнездо очень старое, из года в год в нем селятся разные птицы.
— Похоже, вы навещаете его регулярно. Как же вы ухитрились застрять? — воскликнул Эшвелл, все ближе и ближе подбираясь к ней.
Кэт услышала его тяжелое дыхание и отметила про себя, что он совсем не такой спортивный, как Бакленд. Она взглянула вниз — второй джентльмен кружил у подножия дерева и с видимым удовольствием заглядывал ей под платье. Наглец, как ему только не стыдно!
Девушка перевела взгляд на Джеймса, стараясь понять, что он думает о ней после ее неожиданного ухода со званого вечера, да еще застав на дереве. Но на лице поэта не было заметно ни малейшего признака неудовольствия. Кэт приободрилась.
— Вас, конечно, шокировал мой поступок, — заговорила она с жеманной интонацией Джулии Мортон, — но я просто обожаю смотреть на птенчиков! Вы должны извинить мне эту слабость. К тому же обычно залезть к гнезду мне помогает мистер Барнсли.
Кэт мысленно пожурила себя за ложь, но не могла же она в самом деле признаться, что разыскивала молодую, пригодную для натаскивания на дичь пустельгу, которую недавно заметила в здешних местах.
Тем временем Эшвелл, подобравшись к Кэт совсем близко, потянулся и взял ее руку в свою.
— Вот я и настиг спрятавшуюся в дубовых ветвях лесную фею, — сказал он негромко, пристально глядя девушке в глаза.
— Вы так добры… — пробормотала она.
— О, непревзойденная красота природы! — послышался снизу звучный баритон Бакленда. — Как изыскан нежно-голубой цвет яиц в гнезде малиновки, как очаровательны полупрозрачные лепестки февральских подснежников, как изящна юная лань в лесу, длинноногая и грациозная!
Кэт очень хотелось убить проклятого насмешника, но он, к несчастью, находился вне ее досягаемости.
— Пожалуйста, помогите мне, лорд Эшвелл, — проговорила она. — Я действительно попала в глупое положение.
Вдвоем они начали осторожно спускаться вниз. Девушка с сожалением подумала, что после этого маленького приключения выглядит уже не так хорошо, как утром. Перед прогулкой она надела новенькое платье, еще одно прелестное изделие мадам Бомари — из голубого муслина, со скромным, отделанным белыми кружевами вырезом, рукавами-фонариками и несколькими рядами пышных оборок по подолу, — и водрузила на голову изящную соломенную шляпку с загнутыми по бокам полями, всю в цветах и лентах. Теперь эта шляпка лежала под деревом, а локоны Кэт, еще недавно аккуратно и со вкусом уложенные, беспорядочно разметались по плечам.
Первым ступив на землю, Джеймс тотчас поднял шляпку подал ее хозяйке. Она уже собиралась надеть ее, когда Бакленд остановил ее, попросив разрешения снять несколько приставших к волосам листьев. Кэт заметила сердитый блеск в глазах Эшвелла, но явное недовольство друга не остановило Бакленда. Он подошел к ней вплотную, с самым серьезным видом выбрал из ее волос несколько листиков и веточек и сам надел ей шляпку. При этом он наклонился так близко, что она почувствовала на щеке его дыхание. Ах, не будь рядом Джеймса, он бы наверняка ее поцеловал, и она бы нисколько не возражала!
Кэт заглянула в его серьезные глаза. Неужели и другие женщины, познавшие вкус его поцелуев, чувствовали такое же страстное желание прильнуть к его широкой груди и раствориться в его объятиях? У нее тоскливо сжалось сердце. Господи, это надо прекратить, пока не поздно! Она поспешно опустила взгляд и вдруг заметила, что в галстуке Бакленда сверкнул бриллиант. Странно, ведь Бакленд беден, откуда же у него бриллиантовая булавка для галстука? Наверное, досталась по наследству…
Когда молодой человек наконец отошел от нее, Кэт увидела, что Джеймс бросил на него мрачный взгляд, а лицо Бакленда превратилось в непроницаемую маску. Сначала девушка подумала, что поэт ревнует, но интуиция подсказывала, что дело не просто в соперничестве из-за провинциальной барышни.
Озадаченная неожиданным открытием, Кэт расправила платье, гадая, не проболтался ли Бакленд Джеймсу о первой встрече с ней в лесу. Нет, непохоже. Если бы Джеймс узнал скандальные подробности той встречи, он вел бы себя с ней вежливо, но холодно. Однако он сама любезность — значит, Бакленд не проболтался. Тогда что же происходит между ним и Эшвеллом? В чем причина их внезапного охлаждения друг к другу? Какой-то давний, неразрешенный спор? Впрочем, неважно. Главное, что это можно использовать в своих интересах! Придя к такому выводу, Кэт с очаровательной улыбкой попросила молодых людей проводить ее домой. Захватив стоявшие тут же плетеные корзинки с только что собранной ежевикой, все трое — Кэт в середине, знаменитый поэт по правую руку, мужественный красавец мистер Бакленд по левую — направились в усадьбу Дрейкоттов.
О суетность и тщеславие человеческой натуры! Как жалела Кэт, что ненавистная Джулия Мортон не видит ее в эту минуту!
Подходя к Черингскому ручью, Кэт остановилась. Ее удивило, что на полях возле деревни было гораздо меньше работников, чем обычно.
— Почему вы так побледнели? — обеспокоенно спросил Джеймс. — Что случилось?
— Не знаю, — ответила Кэт, — но на полях гораздо меньше людей, чем должно быть. Вы не представляете, до чего трудно живется здешним крестьянам в последнее время! После принятия законов о зерне они голодают, да и хлеба родится гораздо меньше, чем мы надеялись. К тому же в прошлом месяце в наших местах побывал мистер Хант, который взбудоражил крестьян своими речами.
— Да, этот человек принес много вреда! — заметил Джеймс. Кэт пристально посмотрела на него.
— Вреда? — переспросила она сердито. — Разве он сказал хоть слово лжи?
Бакленд кашлянул, и Кэт резко повернулась к нему, готовая дать бой, но по выражению его лица она поняла, что он просто призывает ее не ввязываться в спор с поэтом. Спохватившись, что этот спор и впрямь может повредить ее отношениям с Эшвеллом, Кэт снова двинулась в путь. Поэт пошел рядом. Несколько минут они шагали молча.
— Прощу прощения за резкость, милорд, — кашлянув, начала она, — иногда я бываю чересчур вспыльчива. Но вы должны меня понять… Здесь, в Стинчфилде, живется нелегко. Мы ждем лета, дрожа от страха, потому что оно может быть и слишком сырым, и слишком сухим, а ведь и то и другое губительно для урожая пшеницы и ячменя. Вся наша жизнь проходит под этим дамокловым мечом!
— Извините и вы меня за излишне поспешное суждение. Я не имел в виду ничего дурного. Просто мистер Хант, хотя он и руководствуется самыми лучшими побуждениями, вряд что ли сможет предложить достаточно эффективное решение этой проблемы.
— Вы ведь живете по большей части в Лондоне, не так ли? Скажите, вы тоже голосовали за законы о зерне?
Джеймс искоса взглянул на Бакленда, тот кивнул, и поэт ответил:
— Рискуя вызвать ваше неудовольствие, мисс Дрейкотт, я все же вынужден сказать: да, я голосовал за них. И сделал бы это снова, возникни такая необходимость.
Кэт тяжело вздохнула. Какая досада, что великий поэт голосовал за эти проклятые законы о зерне! Ведь они сделали простой хлеб недосягаемой роскошью для бедняков в долгие холодные зимние месяцы, когда крошечные деревенские домишки утопают в снегу…
Несколько мгновений они шли по тропинке, не говоря ни слова. Молчание нарушил Бакленд:
— Не кажется ли вам, что, если бы мы не защитили английское зерно высокими пошлинами, наши фермеры и землевладельцы понесли бы невосполнимые потери?
— Для меня ваш аргумент не нов, я слышу его изо дня в день, мистер Бакленд! — сухо ответила Кэт. — На первый взгляд он кажется достаточно убедительным. Но поживите-ка добрую часть зимы в деревне, посмотрите на исхудавшие лица крестьянских детей, и вы поймете, что правосудие опять выступает на стороне тех, кто и без того защищен!
— Мне кажется, мисс Дрейкотт права, Джордж, — заметил Эшвелл, глядя на ее пылавшее справедливым негодованием лицо, и Кэт ответила ему благодарным взглядом.
— А какой выход из положения предлагаете вы, мисс Дрейкотт? — начал ответное наступление Бакленд, перекладывая корзинку с ягодами в другую руку. — Вообще не облагать пошлиной привозное зерно? Я вам скажу, что тогда будет: подавляющее большинство фермеров-арендаторов во всей стране разорятся. Одним ударом мы уничтожим целый класс, который к тому же обеспечивает существование землевладельцев! Думаю, ваш отец получает весьма неплохой доход от фермы, которую мы только что миновали.
Кэт открыла было рот, но не смогла произнести и слова. Бакленд был прав!
— Это очень непростой вопрос, — уже более мягко заметил Бакленд.
— Но разве его нельзя решить так, чтобы не страдали самые бедные и беззащитные? Разве нельзя разделить бремя лишений поровну?
— Все дело в несовершенстве человеческой натуры. Но не везде дела обстоят так плохо, как вы думаете. Открою вам один секрет лорда Эшвелла, который старается не афишировать свои добрые дела: в прошлом году в Стоухерсте он установил для крестьян минимальную плату за пользование мельницей. Я прав, Джеймс?
— Что такое? — вопрос явно застиг Джеймса врасплох. — Ах, да-да, конечно!
— И поскольку Джеймс мой друг, — добавил Бакленд, — мне доставит удовольствие открыть еще одну маленькую тайну. Всем, кто трудится на его землях, он продает зерно гораздо дешевле, чем оно стоит на рынке.
Кэт посмотрела на поэта с восхищением:
— О, как это замечательно, милорд! Как вы добры! Да бог каждому такое же милосердие и справедливое сердце, как у вас!
Джеймс растерянно молчал. Он сознавал, что не заслуживал ее похвалы: ведь все, что превозносила Кэт, на самом деле совершил не он, а настоящий Эшвелл, Джордж. Но боже как приятно, когда на тебя с таким восхищением смотрит женщина, и какая женщина — бесподобная красавица, богиня, чью прелесть не в силах описать перо простого смертного! Джеймс взволнованно вздохнул. О, она само совершенство! Ее голос ангельски нежен и чист, от нее словно исходит свет доброты и великодушия… его охватило поэтическое вдохновение. Надо сегодня же засесть за стихотворение в ее честь и кто знает, может быть, из-под его пера, воодушевленного огнем этих чудных карих глаз, выйдет наконец произведение, достойное Александра Попа и Джона Мильтона.
Не в силах сдержать своего восторга, Джеймс с почтительным поклоном поднес руку Кэт к губам, и девушка едва сдержала торжествующий крик. Лорд Эшвелл выражает ей свое восхищение, он попался в ее сеть!
Подойдя к деревне, молодые люди снова в удивлении остановились — за церковью Св. Андрея виднелась внушительная толпа народа.
— Что там происходит? — нахмурившись, поинтересовался Бакленд. — Это как-то связано с тем, что поля сегодня опустели?
Однако к тому времени, как они добежали до околицы, миновав тропинку, по которой проходила граница усадьбы, все страхи Кэт улеглись.
— Господи, как глупо! — воскликнула Кэт. — Как я могла забыть?! Они собрались там из-за местной фабрики.
Молодые люди изумленно переглянулись, и в их глазах зажегся охотничий азарт.
— Из-за фабрики? — в один голос переспросили они. Кэт кивнула. К ее удивлению, молодые люди тут же побросали корзинки на землю, торопливо раскланялись и со всех ног побежали к церкви. Кэт растерянно смотрела им вслед. Не будь здесь Эшвелла, она не упустила бы возможности выяснить, о чем так горячо спорят обитатели Стинчфилда, Чипинг-Фосворта и других окрестных деревень. Но раз поэт столь явно проявляет к ней интерес, не стоит рисковать: вдруг он решит, что она невоспитанная провинциалка, охочая до низменных зрелищ.
Подхватив корзинки, Кэт свернула к усадьбе. Ничего! Приближается ее состязание с Баклендом. Вот когда она вдоволь позабавится, наказав этих двух невеж, так неучтиво бросивших ее посреди дороги!


Обиженно надув губки, как это делала Джулия Мортон, Кэт кокетливо хлопнула лорда Эшвелла веером по плечу.
— Какая жестокость, милорд, — бросить меня одну посреди дороги, под бесстыдными взглядами зевак… Почему вы так внезапно меня оставили?
— Я молю о прощении! — воскликнул Эшвелл, поднося ее руку к губам. Он улыбался, прекрасно понимая, что Кэт его дразнит. Но как мило это у нее получалось!
Поддавшись искушению, Кэт повернулась к Бакленду, болтавшему с Мэри, и нарочито громко сказала:
— А вот ваш друг, милорд, и не думает просить прощения!
— У него ужасные манеры, — так же громко ответил Джеймс. — Я советую вам держаться от него подальше.
Бакленд оглянулся, но оставил упрек без ответа, только окинул Кэт пристальным взглядом.
На этот раз она оделась с особым тщанием: ведь сегодня в имении Эммета Элдгроув-Холле состоится состязание в стрельбе, и она будет в центре внимания. Мадам Бомари оказалась настоящей искусницей с неистощимой фантазией. Из присланных ею туалетов Кэт выбрала прелестное платье тончайшего набивного батиста — мелкие сиреневые цветочки на белом фоне, — которое красиво облегало ее фигуру, и шляпку с веночком из розовых роз и темно-зеленых листьев. В руках у Кэт был изящный зонтик, который она все время крутила, забавляясь, как ребенок. Зонтик и в самом деле напоминал ей детство — ведь последний раз она держала в руках эту дамскую принадлежность в двенадцать лет.
Предстоящее событие собрало в Элдгроув-Холле весь цвет местного общества. Взглянув на зрителей, Кэт улыбнулась. О, они не пожалеют, что приехали! Денек выдался отличный: солнечный, но не слишком жаркий, на ослепительно голубом небе ни облачка. В самый раз, чтобы пострелять в свое удовольствие! Дамы, устроившиеся под огромным буком на склоне холма, уже разбились на группки и переговаривались вполголоса — явно сплетничали о ней. В сотне ярдов от них, на лужайке, возле длинного стола с напитками, сгрудились желавшие промочить горло джентльмены. Неподалеку стояли барышни — Джулия Мортон, Хоуп Керни и Черити Криклейд — и вовсю развлекались, дразня Роджера Уайтсхилла. Слушая визгливый смех первой красавицы Стинчфилда, заглушавший даже голоса кумушек, Кэт подумала, что Джулия — самое злое и жестокое создание на земле. Неужели она не понимает, что скромный, застенчивый Роджер не может достойно ответить на ее глупые насмешки?
Кэт повернулась к стоявшему рядом поэту и встретилась с ним глазами. С момента появления Кэт в Элдгроув-Холле он от нее не отходил, ни разу даже не взглянув на Джулию, и прелестная охотница с удовольствием впервые в жизни принимала знаки явного мужского внимания. Но что все-таки думает знаменитый поэт о предстоящем состязании? Об этом приходилось только гадать, потому что стоило Кэт завести на эту тему разговор, как Эшвелл почему-то умолкал. Но, с другой стороны, он никак не выразил и своего неудовольствия… Задумавшись, Кэт не сразу сообразила, что Джеймс дважды окликнул ее. Чтобы сгладить неловкость, она сказала, что утомлена слишком долгим пребыванием на солнце. Не принесет ли ей лорд Эшвелл стакан лимонада?
— О да, конечно! — с готовностью сказал поэт, потом наклонился к ней и добавил вполголоса: — Я чувствую себя очень виноватым перед вами, мисс Дрейкотт. Ведь из-за меня вы согласились участвовать в этой непристойной затее! Я не должен был поддерживать Бакленда. — Он обвел грустным взглядом многочисленных зрителей. — Представляю, какую неловкость вы испытаете, представ перед толпой в столь унижающем достоинство женщины виде — с оружием в руках. Простите меня, если можете!
У Кэт перехватило дыхание. Значит, он все-таки недоволен ее участием в состязании! Что же теперь делать? Неужели он действительно думает, что она чувствует себя униженной?
Неожиданно за ее спиной раздался смех. Кэт обернулась и увидела, что на нее с издевкой смотрит Бакленд. Неужели он слышал все, что сказал Джеймс?! Девушка с негодованием отвернулась, ее рука изо всех сил сжала ручку зонтика.
— Мне кажется, вам лучше посидеть в тени, мисс Дрейкотт, — озабоченно заметил Джеймс. — Вы и так пробыли на солнце гораздо дольше, чем следует молодой леди, у вас может быть солнечный удар!
Его забота была куда унизительнее издевательского смеха Бакленда. Сказать такое ей, славящейся своей выносливостью охотнице, многие мили проскакавшей на лошади и в иссушающую летнюю жару, и в январскую стужу! От злости кровь бросилась в лицо Кэт, и она прикрылась веером, чтобы Джеймс не заметил ее гневного румянца.
— Вы совершенно правы, милорд, благодарю вас за заботу.
Джеймс улыбнулся и, поклонившись, направился к столу с напитками. Кэт со вздохом проводила его взглядом, рассеянно втыкая кончик зонта в землю. Эшвелл был высок, недурно сложен и достаточно привлекателен, но, увы, он послушно делал все, о чем она просила. Господи, да при таком муже она умрет со скуки через неделю после свадьбы! И губы у него, наверное, мягкие и нежные, а не грубые и требовательные…
— Интересно, о чем вы думаете? — спросил Бакленд, улыбаясь одними уголками рта, отчего ямочки на его щеках только слегка обозначились.
Он стоял всего в нескольких футах от нее, заслоняя широкими плечами яркое солнце. Кэт снова почувствовала, что краснеет, но уже не от гнева, а от смущения.
— Вы были бы шокированы, если бы я вам рассказала.
— А вот и нет! — усмехнулся он. — Вы думали: «Хорошо бы он снова меня поцеловал!» Не отпирайтесь, я прочел это на вашем лице.
Кэт изумленно уставилась на него. Какая проницательность!
— Вы что, издеваетесь надо мной?
— Ладно, извините меня, я все выдумал, — усмехнулся Бакленд. — Но признайтесь, вы, наверное, уже и сами жалеете, что затеяли свою интригу? Я слишком хорошо знаю старину Джеймса — девушке вроде вас он наверняка должен был показаться слишком заурядным и скучным. Вы не могли не задуматься о том, как сложится ваша семейная жизнь с таким мужем. Будь у вас характер, как у Мэри Чалфорд, брак с Джеймсом стал бы для вас сущим раем. Но вы совсем другая — вы действительно похожи на Катарину Шекспира. Помните? «Зовут вас просто Кэт, то милой Кэт, а то строптивой Кэт, но Кэт, прелестнейшей на свете…» Поэтому вы обречены в этом браке на страдание и гибель.
Девушка вздохнула и посмотрела на склоны холма Уэйверли, где шумел Элдгроувский лес. Ах, Бакленд тысячу раз прав, она все это уже поняла!
Внезапно Кэт почувствовала какое-то напряжение в воздухе. Щурясь от яркого солнца, она перевела взгляд на собеседника и удивилась происшедшей в нем перемене: исчезла кривившая губы ленивая усмешка, в глазах зажегся тревожный огонек.
— Откажитесь от этой безумной затеи, Кэт! — серьезно сказал Бакленд. — Бросьте ее сейчас же, пока вы еще не потеряны друг для друга навсегда! Джеймс никогда не сможет сделать вас счастливой, но он слишком молод, неопытен и далек от реальной жизни, чтобы усомниться в вашей любви.
Он стиснул руку Кэт, но она сердито вырвала ее.
— Что значит «пока мы не потеряны друг для друга»? Вы хотите сказать, что любите меня и хотите на мне жениться?
Этот прямой вопрос заставил Бакленда отшатнуться, а Кэт вздернула подбородок и поправила локоны на лбу.
— Теперь я вас очень хорошо поняла! — воскликнула она. — Вы — наглый, самодовольный тип! Неужели вы думаете, что я, поверив в этот вздор, сейчас же упаду к вашим ногам? Вы глубоко ошибаетесь! И еще: я хорошо знаю стихи Джеймса и чувствую, что человек, написавший их, может сделать меня счастливой. Он намного тоньше, добрее и умнее вас!
Кэт с треском раскрыла зонтик и загородилась им от Бакленда. Что за вздор он несет! Она давно уже твердо решила, что непременно выйдет за Эшвелла замуж. Сначала вскружит ему голову, как это делает с молодыми людьми Джулия, а потом станет его женой!
Но в глубине души ее уже точил червячок сомнения. А вдруг Бакленд прав? Ах, если бы он сам был хоть чуть-чуть побогаче, она бы постаралась увлечь его, а не Эшвелла… Впрочем, разве такие повесы, как он, женятся? Нет, они кружат женщинам головы, заводят романы, но любить по-настоящему они не способны!
Даже не взглянув на Бакленда, Кэт поспешила навстречу Джеймсу, который возвращался к ней со стаканом холодного лимонада в руке.


Готовясь к третьему выстрелу, Кэт навела свой любимый пистолет с нарезным стволом и перламутровой ручкой на центр мишени. И как только ее угораздило угодить в такую западню?! Нет, она ни в коем случае не должна показывать, с каким искусством владеет оружием, иначе лорд Эшвелл окончательно в ней разочаруется!
Тяжело вздохнув, Кэт отвела дуло от центра мишени и, почти не глядя, выстрелила. Пистолет дернулся в ее руке, Девушка посмотрела на мишень, и ей захотелось умереть. Она не попала даже в «молоко»! Впрочем, первые два выстрела были немногим лучше: ведь она специально стреляла не в круг, а рядом.
Кит Барнсли разочарованно присвистнул и с издевкой посмотрел на Кэт. С каким удовольствием она влепила бы ему затрещину, чтобы стереть глумливую ухмылку с его круглой веснушчатой физиономии! Даже стеснительный Роджер Уайтсхилл не выдержал:
— Ты что, Кэт, хочешь нас всех опозорить?
Сидевшие под деревом женщины, не обращая особого внимания на состязание, продолжали негромко судачить, и время от времени до Кэт доносились обрывки их болтовни. Сейчас они говорили о вдове из Эджкота, давней любовнице мистера Дриффилда, покойного владельца суконной фабрики, и о том, кому теперь эта фабрика принадлежит. Ходили слухи, что старый Дриффилд незадолго до смерти успел продать ее лорду Саппертону…
Кэт совсем было решила, что кумушки перестали перемывать ей кости, как вдруг послышался голос миссис Мортон:
— Вы не представляете себе, как меня шокировала новость, что мисс Дрейкотт собирается состязаться в стрельбе с мистером Баклендом! Это неслыханно!
— Да-да, — поддержала ее миссис Криклейд. — Ужасная, непристойная выходка!
Готовая от стыда провалиться сквозь землю, Кэт положила пистолет на столик позади себя. Оставалось только надеяться, что их не слышал лорд Эшвелл. Масла в огонь подлил Бакленд, шепнув ей на ухо:
— Я так и знал, мисс Дрейкотт, что разговоры о вашей меткости — ловкая мистификация! Женщина по своей природе не может быть метким стрелком, и я благодарю судьбу за то, что на днях ваша пуля только слегка поцарапала мне руку. С вашей «меткостью» вы вполне могли меня убить!
Он ухмыльнулся и отошел, молодцевато поигрывая великолепным, до блеска начищенным дуэльным пистолетом с серебряной инкрустацией. Кэт проводила его глазами — вылитый разбойник с большой дороги! Больше всего на свете она хотела бы во всем блеске продемонстрировать ему свое умение стрелять, но это было невозможно! Она взглянула на своих друзей, молодых охотников — Роджера, Кристофера, Эммета и Стивена. У них был такой понурый вид, что Кэт почувствовала себя виноватой. Ради того, чтобы стать женой Эшвелла, она подвела друзей, в ущерб своим чувствам и желаниям заставила себя носить маску утонченной светской барышни. Но что будет после того, как они с Джеймсом пройдут под руку к алтарю и брачная клятва свяжет их навек? Разве сможет Кэт сбросить ненавистную маску и вернуться к привычному образу жизни? О нет, она будет обречена до конца дней своих оставаться жалким подобием Джулии Мортон!
Кэт пришлось в который раз сказать себе, что на карту поставлено будущее. Не только ее, но и Джаспера, и всего Чипинг-Фосворта. К тому же, если ее план с замужеством удастся, сколько хорошего она сможет сделать для несчастных бедняков!
Отогнав сомнения, Кэт выстрелила — пуля пробила прикрытую парусиной пробку у внешнего края самого большого красного круга. Именно туда она и метилась, но друзья-охотники, оставшиеся в неведении относительно ее замысла, застонали от разочарования.
Настал черед Бакленда. Два прекрасных выстрела почти в самый центр мишени заставили молодых людей зааплодировать. Подбежав к мишени, Кэт осмотрела ее, поздравила соперника с победой и принялась стягивать перчатки. Какое счастье, что все уже позади!
— А теперь приготовьтесь ко второму раунду! — внезапно объявил Эммет, хмуро поглядывая на Кэт.
Кэт не верила своим ушам. Неужели они решили продолжить состязание? Нет, ее нервы не выдержат такого напряжения! Она едва не заплакала от разочарования.
— Сэр, вы, безусловно, победили в первом раунде, — сказал Эммет Бакленду с присущей ему серьезностью и прямотой. — Но мы думаем, что для Кэт еще не все потеряно! — Он ободряюще улыбнулся подруге и продолжал, обращаясь теперь уже к ней: — Сегодня жарковато, тебе, пожалуй, надо немножко передохнуть.
Его слова подействовали на девушку, словно ушат холодной воды. Дерзкий мальчишка обращается с ней, как с кисейной барышней! Бакленд взглянул на нее и злорадно усмехнулся. Похоже, этот наглец торжествовал, понимая, что ей придется сбросить маску, которую она надела ради Эшвелла! Кэт выругалась сквозь зубы и увидела, что к ней приближается Стивен Барнсли — самый посредственный стрелок из их компании.
— Думается, я знаю, в чем твои трудности, — солидно произнес он. — Не спеши, целься как следует. И потом, тебе не кажется, что при выстреле дуло твоих пистолетов немного заносит влево?
Кэт сердито уставилась на увальня, изо всех сил стараясь не сорваться на крик. Краем глаза она заметила, что Кит и Роджер сконфуженно отвели взгляд.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросила она сдавленным от ярости голосом.
— Ты только не волнуйся, Кэт! — испуганно бросился успокаивать подругу Эммет. Но ее уже было не остановить.
— Ты, мазила, который не в состоянии попасть в ствол здоровенного дуба с пяти шагов, еще будешь меня учить, как обращаться с пистолетами? — крикнула она Стивену. — Да что ты в этом понимаешь?! И мои пистолеты бьют точно в цель, никуда их не заносит, заруби себе на носу!
Оскорбленный Стивен покраснел как рак.
— Ладно, я мазила, а ты-то кто? Я только хотел подбодрить тебя после провала. Мы расхваливали тебя Бакленду до небес, а ты нас так подвела! Он теперь решит, что мы тут все сумасшедшие или лжецы!
У Кэт сжалось сердце: Стивен высказал горькую правду.
— Мне очень жаль, ребята, — сказала она, — но я не могу иначе. Не стоит обращать внимание на слова человека вроде Бакленда.
Стивен с досадой хлопнул себя по бедру и пошел прочь.
— Мы еще никогда не видели тебя такой, Кэт, — тихо сказал Кристофер. — Ты стала походить на ломаку Джулию! И ты ошибаешься насчет мнения этого человека. Он в сто раз лучше поэтишки, на которого ты хочешь произвести впечатление.
Ошарашенная упреком, Кэт опустила глаза, к горлу ее подступили слезы. Только бы не разрыдаться у всех на глазах! От этого ее унижение станет еще горше, ведь друзья и впрямь могут подумать, что она превратилась в кисейную барышню и плаксу, а Эшвелл…
О, к черту Эшвелла!
Подавив слезы, Кэт взглянула на друзей.
— Я и правда вела себя глупо, ребята, но я все исправлю, обещаю!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Маскарад повесы - Кинг Валери

Разделы:
12345678910111213141516171819

Ваши комментарии
к роману Маскарад повесы - Кинг Валери



нудноооооооо
Маскарад повесы - Кинг Валерильвица
11.04.2012, 19.36





Согласна, очень нудно...
Маскарад повесы - Кинг ВалериМаруша
24.06.2012, 19.37





Не интересно, пресно...
Маскарад повесы - Кинг Валерилена
16.06.2013, 8.19





А мне понравилось.
Маскарад повесы - Кинг ВалериНадежда
27.01.2016, 22.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100