Читать онлайн Маскарад повесы, автора - Кинг Валери, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маскарад повесы - Кинг Валери бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.77 (Голосов: 30)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маскарад повесы - Кинг Валери - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маскарад повесы - Кинг Валери - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинг Валери

Маскарад повесы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

По поднятому верху экипажа забарабанил дождь, и вскоре все пассажиры поняли, что в открытой коляске приятно путешествовать только в хорошую погоду, сейчас в ней стало слишком душно и холодно.
В Уинчкомбе компания путешественников остановилась в гостинице «Георг» и прекрасно поужинала. За столом Джеймс наклонился к Кэт и выразил разочарование тем, что они едут в разных экипажах.
— О, я уверена, что сэр Уильям учел все детали, — возразила девушка. — Видимо, он считает, что вы гораздо больше подходите в попутчики эрудиту-викарию, нежели мистер Бакленд. Кроме того, вы наш почетный гость; сэру Уильяму было неловко просить вас отвезти по домам девушек.
— Ну, конечно! — воскликнул сраженный ее доводом Джеймс. — Об этом я как-то не подумал.
Кэт посмотрела на него с удивлением: как легко он забывает о своей славе!
— Временами ваша скромность меня поражает, — сказала она. — Иной мог бы заподозрить, что вы только притворяетесь знаменитым поэтом Эшвеллом! Наверное, вы просто еще не успели привыкнуть к своей славе.
На щеках Джеймса выступил густой румянец. Поэт извинился и отошел, сказав, что ему нужно поговорить с леди Чалфорд.
Вскоре сообщили, что экипажи поданы, и Кэт с радостью обнаружила, что Бакленд нанял для них другую карету — закрытую, просторную и на прекрасных рессорах. От разбросанных по полу сухих цветочных лепестков исходил дивный аромат. Заглянув внутрь, девушки восторженно ахнули, а Бакленд довольно улыбнулся.
Путешественники заняли свои места, баронет велел кучеру опустевшей коляски ехать прямиком в Эджкот-Холл, и экипажи, покинув гостиничный двор, быстро покатили через маленький городок.
Путешествие в новой карете обещало быть спокойным и комфортным, однако примерно через час экипаж остановился, и внутрь заглянул кучер, со шляпы которого стекала вода.
— Извините, сэр, — сказал он Бакленду, — но мы отстали и, кажется, заблудились. Похоже, я свернул не туда мили три назад, у церкви Святого Стефена…
Девушки охнули, но Бакленд сохранил полное спокойствие.
— Ничего страшного, — сказал он. — Вернись на развилку и сверни на нужную дорогу.
Обрадованный, что его не ругают, кучер дважды поклонился, прося прощения за ошибку, потом влез на козлы, быстро развернул карету и поехал на восток. Кэт забеспокоилась было, не испугает ли это маленькое происшествие Лидию и Фанни, но девушки сразу же развеяли ее опасения.
— Мы заблудились! — восторженно воскликнула младшая мисс Чалфорд. — Какое чудесное приключение!
— Здорово! — откликнулась Фанни. — Хоуп с ума сойдет от зависти, когда я ей об этом расскажу!
Вечерело, сумеречное небо становилось еще темней от густевших с каждым часом грозовых облаков. Карета проехала уже не одну милю по дороге на Стинчфилд, но ни старомодной коляски сэра Чарльза, ни прогулочного экипажа с мистером Бримскомбом и Джеймсом нагнать не удалось.
Похолодало, дождь припустил сильнее. Поначалу никто из пассажиров кареты не замечал вконец испортившейся погоды: Бакленд весело рассказывал о том, как они с лордом Эшвеллом путешествовали по Греции, и девушки то и дело заливались смехом. Но постепенно их веселье начало угасать, уступая место беспокойству. В карете стало явно прохладнее, в щели задувал сырой холодный ветер, и даже у закаленной Кэт замерзли пальцы на ногах.
Когда колеса кареты застучали по мостовой очередной деревни, Бакленд ударил тростью в потолок, и кучер остановился возле деревенской гостиницы. Молодой человек вышел, попросив девушек немного подождать. В карете воцарилось молчание, было слышно только, как стучит дождь по крыше да лошади переступают копытами.
Прошло минут пять. Вдруг дверца кареты распахнулась, и внутрь заглянул толстяк с зонтиком в руке, по виду — хозяин гостиницы. Улыбнувшись девушкам, он взял у стоявшего позади слуги три горячих кирпича, завернутых в плотные шерстяные одеяла, и положил на пол кареты. Девушки наперебой принялись его благодарить; толстяк порозовел от удовольствия, улыбнулся еще шире и укутал ноги девушек теплыми пледами.
— Благодарю вас за заботу, сэр! — воскликнула Кэт, удивляясь про себя необычайной любезности хозяина.
— Поблагодарите лучше своего братца, миледи! — ответил тот.
К счастью для Кэт, хозяин был слишком занят и не обратил внимания ни на румянец смущения на ее щеках, ни на сдавленные смешки ее юных спутниц. Слуга передал ему огромную плетеную корзину, которую толстяк водрузил на сиденье Бакленда. За корзиной последовала большая бутыль, источающая крепкий аромат ромового пунша.
Когда Бакленд вернулся на свое место, девушки встретили его таким горячим изъявлением благодарности, что он, воздев руки, воскликнул в притворном гневе:
— Боже милостивый, если бы я знал, какой шум вы поднимете, то и пальцем бы не пошевелил!
Однако лицо его при этом расплылось в радостной улыбке. Удивительное дело, раньше он и представить себе не мог, что опекать молоденьких барышень так весело и приятно — ведь в Лондоне ему никогда не доводилось испытывать ничего подобного.
Выражение лица Бакленда не укрылось от внимания Кэт. Как он рад, что сумел им угодить, каким счастьем светятся его глаза! Впервые она подумала, что, похоже, совсем его не знает.
Между тем Бакленд, напустив на себя важный вид, снял с корзины салфетку, и обе девочки восторженно взвизгнули. У Кэт вдруг защемило сердце — о таком славном, добром муже она всегда мечтала, но увы, по ее собственной глупости брак с ним абсолютно невозможен..
В руках у Бакленда появились кружки, и он налил девушкам понемножку пунша.
— Мама меня за это убьет! — запротестовала Фанни.
— А мы ей ничего не скажем, — нимало не смутившись, ответил Бакленд, и обе девочки радостно вздохнули, донельзя довольные своим взрослым приключением.
Опустив громоздкую корзину на пол, Бакленд склонился над ней и принялся вытаскивать разнообразную снедь — печенье, груши, яблоки и виноград. Фанни и Лидия разразились восторженными восклицаниями, а когда на свет божий была извлечена обернутая золотой фольгой коробка шоколадных конфет, они единогласно решили, что Бакленд знает, как угодить женщинам.
Карета катила меж холмов все дальше и дальше, проезжая одну деревню за другой. Мерно стучали по мощеным улицам колеса, приветливо светились во тьме окна домов. Барышни начали позевывать, потом смежили отяжелевшие веки и задремали. Фанни положила голову на плечо Кэт, а Бакленд с удивлением обнаружил, что на плед, закрывавший ему колени, опустилась хорошенькая головка сонной Лидии. Через несколько минут обе уже крепко спали.
— Вы не представляете себе, сколько радости доставили сегодня этим девочкам, — вполголоса заметила Кэт. — Они надолго запомнят нашу поездку!
— А вы нет? — с лукавой улыбкой спросил он. — Может быть, налить вам еще пунша?
— Спиртное здесь совершенно ни при чем, — гордо выпятив подбородок, заявила Кэт, однако глаза ее улыбались. — Оно на меня совершенно не подействовало, но я очень тронута милыми знаками внимания, которые вы нам оказали.
Чтобы скрыть смущение, Бакленд отвернулся к окну и стал смотреть на сплошную пелену дождя, освещаемую тусклым фонарем. Почему сейчас, в эту ненастную ночь, сидя в холодной карете с уснувшей девочкой на коленях, рядом с провинциальной интриганкой, которая охотится за богатым женихом, он чувствует себя так хорошо и покойно? Удивительно, но, кажется, впервые за последние десять лет его мятущаяся душа обрела некоторое умиротворение. А ведь каким беззаботным, беспечным юнцом он был когда-то — говорил что думал, твердо верил в свою счастливую звезду… Где она теперь, эта вера? Ее забрала с собой в могилу Амелия — обольстительная, эгоистичная красавица, у которой не было сердца… Бакленд нахмурился, потому что воспоминание об ушедшей любви по-прежнему причиняло боль, и стал смотреть на капли дождя, разбивавшиеся о стекло фонаря бриллиантовыми брызгами.
— О чем вы думаете, Джордж? — прервал его размышления голос Кэт. Он взглянул на нее и, чуть поколебавшись, ответил:
— О молодой женщине, которую я знал много лет назад. Ощущение небывалой прежде близости заставило Кэт забыть о приличиях. Ей очень хотелось знать, и она спросила:
— Вы ее любили?
— Да, очень, — кивнул Бакленд и сам удивился, что признался в этом так легко.
Его слова поразили Кэт, хотя она и не понимала, почему. Она отвернулась к окну, но с ее переднего сиденья не было видно ничего, кроме отражения Бакленда в стекле. Он не спускал с нее глаз.
— А я вот еще никого не любила, — сказала она его отражению. — В ранней юности все мои друзья и знакомые то и дело влюблялись, словно любовь — какая-то непонятная заразная болезнь. Я презирала их за слабость, смеялась над их чувствами, но теперь… мне кажется, что юность с девическими грезами и волнениями первой любови прошла мимо меня.
Бакленд посмотрел на Лидию, которая уткнулась носом в пушистый плед у него на коленях, свернувшись калачиком, как котенок.
— Я думаю, ваши девические грезы кончились в тот момент, когда Джаспер научил вас стрелять, — заметил он.
— Пожалуй, вы правы, — вздохнула Кэт. — Ведь я уже не могла часами рассматривать картинки в модных журналах и болтать о мальчиках, как мои ровесницы, — мне было просто некогда. — Она не могла понять, почему рядом с ним ей так тепло. Может быть, виноват выпитый пунш? — Скажите, откуда вы родом? Тоже из Кента, как лорд Эшвелл? Вы соседи?
— Да, мы с Джеймсом знаем друг друга с тех пор, как научились лазать по деревьям.
— Как и мы с Мэри, с той разницей, что я никакими силами не могла заставить ее влезть на дерево.
— Да, по деревьям вы лазать умеете, — улыбнулся Бакленд. — Однако не слишком хорошо — ведь, помнится, однажды вы не могли сами спуститься на землю, и Джеймсу пришлось вам помогать.
Кэт вспыхнула:
— Вы отлично знаете, что я только притворялась беспомощной!
— Разумеется, знаю, но я хотел услышать это от вас, — сказал он и улыбнулся еще шире, но потом вдруг посерьезнел. — Вы одна из самых красивых женщин, которых я встречал. Почему же ваша мать не вывозила вас в Лондон, в большой свет? О, простите, — спохватился он, вспомнив, что Кэт рано осиротела. — Я совсем забыл!
При мысли о матери у Кэт перехватило горло, защипало глаза, и она лишь махнула рукой в ответ. Через мгновение, однако, справившись с собой, она заговорила чуть хрипловатым голосом:
— Как глупо с моей стороны! Я уже давно не плакала… А вы опасный человек, Бакленд! Наверное, именно так вы обольщаете женщин — выспрашиваете всю подноготную, втираетесь в доверие, заставляете их зависеть от вас? — По щекам Кэт все-таки побежали слезы. — О, простите, я сама не знаю, что говорю!
— Если вы вообразили, что я разговариваю о серьезных вещах с красотками, которые со мной заигрывают, то вы глубоко ошибаетесь, — нахмурился Бакленд. — Настоящими чувствами я не играю. Я не хотел причинить вам боль, заставить плакать или влюбить в себя, если вы это имели в виду.
Он собирался еще что-то добавить, но в этот момент Лидия вдруг зашевелилась и, приподняв голову, сонно спросила:
— Что случилось? Мы уже в Эджкоте?
— Нет, спите, дорогая, — ответил Бакленд и легонько погладил ее по голове. Лидия по-детски положила ладони под щеку и снова заснула. Поймав взгляд Бакленда, Кэт беззвучно произнесла: «Извините меня!» Боясь вновь потревожить девочек, она стала молча смотреть в окно. Интересно, какой была та женщина, которой удалось завоевать сердце Джорджа Бакленда?..
От долгого сидения в одной позе у Кэт затекли спина и ноги, поэтому девушка очень обрадовалась, увидев в окно домишки деревни Элдгроув.
Взволнованная долгим отсутствием дочери, миссис Гвендолин Керни выбежала из дома навстречу карете. Она обняла Фанни и в самых прочувствованных выражениях поблагодарила Бакленда за заботу.
— Мне это было совсем не трудно, — улыбнулся он. — Должен признаться, в дороге я заставил Фанни выпить пару глотков ромового пунша, чтобы она не простудилась. Бедняжка очень беспокоилась, что вы этого не одобрите.
— Вы поступили совершенно правильно, мистер Бакленд, — с доброй улыбкой ответила миссис Керни. — Ведь сегодня ночью так внезапно похолодало. Я очень благодарна вам за заботу о моей Фанни!
Слушая ее, Бакленд думал, насколько эта милая женщина с простыми, безыскусными манерами не похожа на кривляку миссис Криклейд, хотя они обе происходили из купеческих семей и считались в стинчфилдском обществе парвеню. Чтобы выразить миссис Керни свое почтение, он проводил ее до самых дверей, чем снискал еще большую благодарность и симпатию почтенной матроны.
— Вы благородный человек, мистер Бакленд, — снова улыбнулась она.
Дорога до Эджкота показалась путешественникам совсем короткой, потому что проснувшаяся Лидия, свежая и отдохнувшая, болтала без умолку. Когда дверца кареты распахнулась, они увидели встревоженного баронета с зонтом в руках. Поблагодарив Кэт и Бакленда за помощь, сэр Уильям принялся расспрашивать о причинах опоздания. Узнав все подробности, он неожиданно просиял, и Кэт удивилась — она еще никогда не видела сэра Уильяма таким довольным. Ей снова пришло в голову, что баронет что-то замышляет.
— Я знал, что на вас можно положиться, — сказал он Бакленду. — Не сочтите за труд, отвезите, пожалуйста, домой нашу милую Кэтрин!
Бакленд заверил сэра Уильяма, что все будет в порядке, и баронет захлопнул дверцу.
Без Фанни и Лидии карета показалась Кэт огромной и пустой. У девушки сжалось сердце — теперь, когда они остались одни, ничто не помешает Бакленду снова ее поцеловать! И о чем только думает сэр Уильям? Она сцепила руки на коленях и замерла, стараясь не смотреть на попутчика. Оба хранили молчание, и Кэт решила, что это к лучшему, она очень боялась, что не устоит перед его обаянием, и от волнения даже начала легонько дрожать.
— Да вы совсем окоченели! — воскликнул Бакленд. Накинув ей на колени плед Лидии, он хотел было взять ее за руки, чтобы согреть, но внезапно замер. Он не должен к ней прикасаться! Нельзя снова ступать на роковой путь, который однажды уже привел его к катастрофе… Между тем дождь все сильнее барабанил по крыше кареты, похоже, за окном разыгралась настоящая буря. Неожиданно в стекло ударил шквал дождя и ветра, испуганная Кэт отшатнулась, и в то же мгновение Бакленд пересел к ней. По его лицу было заметно, что он на что-то решился.
— Нет, не надо! — шепотом запротестовала девушка и выставила вперед руку, словно хотела его оттолкнуть. Зря, потому что он тут же молча и бесцеремонно завладел этой рукой.
Кэт почувствовала, что у нее перехватило дыхание, она не могла больше вымолвить ни слова. А над их головами на крышу кареты с ревом обрушился такой ливень, словно разверзлись хляби небесные. Внутри стало совсем темно. Кэт попыталась вырвать руку — бесполезно, Бакленд держал ее крепко. Его молчание начало ее пугать. Она знала, что должна сказать что-нибудь сама, как-то разрядить напряжение, и тогда Бакленд тотчас оставил бы ее в покое. Но вместо этого Кэт только беззвучно шевелила губами. Ирония судьбы — она столько раз мастерски парировала его насмешки, остроумно отвечала на его колкости, но стоило ему прикоснуться к ней, как она потеряла дар речи…
По-прежнему молча Бакленд расстегнул на ее запястье маленькую жемчужную пуговку, стащил перчатку и, перевернув ее руку ладонью вверх, прижался к ней губами. Кэт захотелось крикнуть что есть мочи, чтобы прекратить это безумие, она набрала в грудь побольше воздуха, но Бакленд внезапно поднял голову, и тишину нарушил его глубокий, выразительный баритон.
— Во тьме пленительны свиданья,
Прохладны и нежны ланиты дев младых.
Молчи, красавица, храни очарованье
Запретных радостей ночных… -
с чувством прочел он и вдруг добавил, погладив ее по щеке: — Я совсем не вижу вашего лица!
Если бы Кэт не знала наверняка, что он не лорд Эшвелл, то вполне могла бы принять его за знаменитого поэта, как тот незнакомец на башне в Тьюксбери! Теплые ласковые пальцы все еще поглаживали ее щеку. Кэт затрепетала, чувствуя, как ее заливает горячая волна.
— Бакленд, о Бакленд! — прошептала она и у нее опять перехватило дыхание, потому что его рука скользнула по ее шее, по спине и легла на талию.
Не отдавая себе отчета в том, что делает, Кэт положила ладони ему на грудь, нащупала и сжала тонкий муслин рубашки, ощущая тепло этого могучего тела. Бакленд глубоко вздохнул, обхватил обеими руками ее голову и наклонился над ней. Она почувствовала пряный запах бренди, исходивший от его губ, на ее лоб упала прядь его волос. Губы Бакленда скользнули по ее щеке, нашли рот, и Кэт почувствовала, что задыхается. На мгновение он отпустил ее, она глотнула воздуха и выпалила:
— Ах, будь ты неладен, Джордж Бакленд!
Но он тут же опять закрыл ее рот своим, и Кэт забыла обо всем на свете, кроме его губ — грубых и требовательных, нежных и мягких… Их прикосновения наполнили ее таким блаженством, что она стала казаться себе птицей, свободно парящей в безмятежном просторе неба. Откуда это удивительное ощущение свободы и умиротворения? Почему в объятиях Бакленда она чувствует себя защищенной от всех невзгод, как будто после долгого блуждания в дремучем лесу благополучно вернулась в отчий дом?
Карета остановилась, в ее окна хлынул свет фонарей, горевших у парадного входа в дом Дрейкоттов. С козел тяжело спрыгнул на землю кучер. Кажется, приехали. Бакленд хотел отстраниться, но Кэт по-прежнему сжимала в руке краешек его рубашки, словно не хотела его отпускать, боясь потерять навсегда. Дверь экипажа открылась. Сквозь странный шум в ушах Кэт услышала, что Бакленд окликнул ее, но ничего не смогла ответить. Наконец она почувствовала, как он осторожно, чтобы не причинить боли, разжал ей пальцы.
— Бакленд! — в отчаянии прошептала она.
Он нахмурился, молча покачал головой и вышел из экипажа. Словно в забытьи, Кэт машинально поправила волосы и надела шляпку.
— Мисс Кэт! — донесся до нее сквозь шум дождя озабоченный голос Мэгги.
Девушка вздохнула — придется идти! Ах, если бы кучер с Мэгги куда-нибудь на время исчезли! Но делать нечего…
Когда Кэт вышла из кареты, Бакленд стоял под дождем и смотрел на нее так, словно чего-то ждал. Ярко горевшие у входа фонари освещали его лицо, и Кэт вдруг сразу вспомнила все, о чем так хотела забыть в этой поездке, — бедность, долги, свое предложение Бакленду и его жестокий ответ… О, эти повесы проводят лето в погоне за удовольствиями, разве можно было всерьез рассчитывать на кого-то из них? Как холодно смотрит на нее Бакленд из-под полей мокрой шляпы… Каких слов он от нее ждет?
Кэт посмотрела на фасад своего дома — окно в спальне Джаспера неярко светилось. Мэгги, стоявшая за ее спиной с раскрытым зонтиком в руке, что-то говорила, но Кэт не понимала ни слова. Она видела только одно — тусклый огонек единственной свечи в окне Джаспера — и ей хотелось поскорее попасть домой.
Войдя в вестибюль, Кэт остановилась и, с удивлением взглянув на струйки воды, стекавшие с подола ее дорожного платья, стала неторопливо снимать перчатки и шляпку. Мэгги принялась рассказывать, как волновалась из-за долгого отсутствия хозяйки, но Кэт не отвечала. Она думала о тепле губ Бакленда и о холоде, сквозившем в его прощальном взгляде…
Внезапно Мэгги ахнула и испуганно попятилась, на ходу сделав книксен. Не успела удивленная Кэт сообразить, что могло ее напугать, как загадка разрешилась сама собой.
— Наконец-то вы дома, мисс Дрейкотт, — услышала она за спиной знакомый низкий вкрадчивый голос. — Рад видеть вас в добром здравии. Если бы вы знали, как долго и с каким нетерпением я вас ждал!
Саппертон! Что он здесь делает в такой час? Его появление явно не к добру!
— Не слишком ли позднее время вы выбрали для визита, милорд? — холодно произнесла Кэт, обернувшись. — А где Джаспер?
Саппертон неторопливо двинулся в ее сторону. В парадном фраке из отличного черного сукна и таких же панталонах он походил на ворона, высматривающего добычу.
— А вы, кажется, приехали в сопровождении одного лишь мистера… э-э… Бакленда, если не ошибаюсь?
— Не притворяйтесь, вы отлично знаете, как его зовут! Где Джаспер?
— Думаю, там, где я его оставил, то есть в библиотеке.
Кэт повернулась, чтобы идти в библиотеку, но Саппертон быстро загородил ей дорогу.
— Не стоит беспокоить сквайра, потому что от него сейчас мало толку, — усмехнулся он. — Спит перед камельком как младенец, хе-хе!
— Значит, он опять напился… — печально сказала девушка.
— Фу, что за вульгарное выражение! На мой взгляд, лучше сказать, что он пребывает в объятиях Бахуса!
Кэт обошла его и двинулась в гостиную, машинально расправляя мокрые прядки надо лбом.
— Вам лучше уехать, милорд, — бросила она на ходу. — Я не могу оставаться с вами наедине, это неприлично.
Она уже вошла в гостиную, когда Саппертон догнал ее, схватил за руку и резко развернул лицом к себе.
— Вот как? — рявкнул он. — А наедине с Баклендом вам оставаться прилично? О, он славится своим искусством по части совращения молоденьких девушек! Его жизнь — сплошная погоня за сомнительными радостями, он играет женскими сердцами, как фокусник мячиками! Интересно, он вас уже целовал?
Кэт не ответила на его вопрос, но румянец, окрасивший ее щеки, был красноречивее слов.
— Значит, этот развратник уже успел насладиться вкусом ваших восхитительных губ! — вскричал граф. — И что же, вам его поцелуи пришлись по нраву? Он был с вами груб или нежен? Наверное, все-таки груб, ведь он такой мужлан!
Кэт вырвала свою руку.
— Пожалуйста, уезжайте, — попросила она, — я очень устала.
— Ну разумеется, вас утомили любовные ласки! — не унимался Саппертон. — Неужели его поцелуи вам понравились больше, чем мои? Вы помните, как я поцеловал вас в первый раз?
Кэт отвернулась, подошла к камину и помешала кочергой раскаленные добела угли.
— Зачем вы мучаете меня, Саппертон? — тихо спросила она.
Тот день, когда этот мерзавец поцеловал ее в первый раз, так и стоял у нее перед глазами. Ей было всего пятнадцать, незадолго до того умерла ее мать, и, предоставленная самой себе, Кэт с беззаботностью ребенка плескалась в лесном ручье неподалеку от Куининга, наслаждаясь солнцем и пением птиц. Внезапно она услышала хриплый смех и подняла голову — на берегу, держа в руках ее выцветшее синее платье, стоял граф, который тогда еще не казался таким хилым и болезненным. Ужасно смущенная, Кэт попросила его немедленно удалиться, но он ответил, что не уйдет, пока она его не поцелует.
Неподалеку послышались голоса Кита и Стивена, Кэт показалось, что если они застанут эту сцену, то будут презирать ее до конца дней. Ей не оставалось ничего другого, как выскочить из воды. На ней была только нижняя рубашка, и, метнувшись к своей одежде, девушка заметила, что граф пожирает глазами ее уже вполне сформировавшуюся фигуру, облепленную мокрой тканью. Кэт вырвала платье у него из рук, но в этот момент он схватил ее за талию, притянул к себе и впился пропахшими табаком губами в ее пухлый розовый рот. Содрогнувшись от его зловонного дыхания, она забилась, стараясь освободиться, а Саппертон начал лихорадочно покрывать поцелуями ее лицо и шею. Наконец он все же разжал руки и со смехом смотрел ей вслед, когда она со всех ног понеслась к дому с платьем в руках. Ах, этот смех до сих пор звенит у нее в ушах.
Но что это, кажется, Саппертон снова смеется?
— По выражению вашего лица я вижу, что вам пришла на память наша встреча у ручья. Надо сказать, что вы были необычайно хороши, когда выскочили из воды, — такая юная, свежая, непосредственная!
Кэт резко повернулась к нему, угрожающе подняв кочергу.
— И вы смеете мне напоминать о том постыдном случае?! — вскричала она. — Лорд Саппертон, вы — грязный развратник, чудовище, лишенное совести и чести! Я вас ненавижу!
Он спокойно вынул из кармана табакерку и не спеша открыл ее:
— И все же рано или поздно вы выйдете за меня замуж, дорогая.
— Никогда! — воскликнула Кэт.
— Глупое, бессмысленное упрямство, потому что я все равно добьюсь своего, — заметил граф, по-прежнему не повышая голоса. — И, судя по тому, что поведал мне ваш драгоценный папочка, я уже близок к цели. Ну-ка скажите, почему вы больше не надеваете драгоценности своей матери? — Он хищно улыбнулся.
Кэт вдруг почувствовала, что валится с ног от усталости.
— Довольно, Саппертон, уйдите. У меня был трудный день, мне нужно отдохнуть, — сказала она и отвернулась к камину, чтобы поставить на место кочергу.
В следующее мгновение Кэт поняла, что недооценила его наглости. Саппертон подскочил к ней, обнял своими костлявыми, но сильными руками и начал покрывать поцелуями ее губы, щеки, шею.
— Прекратите сейчас же! — закричала Кэт, отталкивая его. В дверях появилась встревоженная Мэгги, и граф поспешно отступил, прижав руку к груди.
— Вы правы, — заметил он, — мое время еще не настало. Я вас покидаю!
Кэт проводила его взглядом, сознавая, что Саппертон так легко не сдастся.
— Извините, мисс, — робко сказала Мэгги, — я не хочу вас обидеть, но, надеюсь, вы не собираетесь замуж за эти ходячие мощи?


На следующий день Кэт опять корпела над бухгалтерской книгой, пытаясь найти способ хоть как-то урезать расходы. Она как раз переворачивала очередную страницу, когда дверь распахнулась, и в комнату ввалился Джаспер.
— Я уезжаю! — бросил он беспечно.
Кэт подняла голову и посмотрела на отца, с которым в последние два дня практически не виделась. Сквайр, помятый, но очень оживленный, был в новеньком серо-коричневом дорожном сюртуке.
— Куда же, позволь узнать, ты собрался? — спросила Кэт и сразу поняла, что этого делать не стоило. Сквайр тут же помрачнел и набычился.
— Ты мне дочь, Кэт, а не мать, не забывай! — заявил он, упрямо выпятив подбородок. — Я волен ехать куда пожелаю, тебя это не касается! Но раз уж ты спросила, то, так и быть, отвечу: я еду в Челтенхем перекинуться в картишки — у лорда Тервелла собирается подходящая компания. И пожалуйста, оставь свои укоризненные взгляды при себе!
Кэт молчала. Что тут скажешь? В доме нет ни одного лишнего гроша, ей пришлось даже продать драгоценности, память о матери, а он едет играть в карты! На что же он собирается играть, какие ставки делать? Она чувствовала, как в груди закипает ярость. Если бы он не заложил все земли и не проиграл ее приданое… О, Джаспер это сделал не сразу — он время от времени отщипывал от приданого дочери то пятьдесят, то двести фунтов, уверяя себя, что это в последний раз. Приданое стремительно таяло, и меньше чем за три года от него ничего не осталось. И теперь Кэт, преодолевая гордость и отвращение к подобного рода затеям, вынуждена искать расположения лорда Эшвелла, чтобы выбраться из нищеты, а виновник ее бедственного положения, как ни в чем не бывало, едет играть!
— Джаспер, останься! — едва сдерживаясь, чтобы не закричать, попросила она. — Пожалуйста! Мы на грани разорения! Еще немного, и нас уже ничто не спасет, ты это понимаешь? Останься, и мы вместе подумаем, как нам быть с этим. — Она махнула рукой в сторону бухгалтерской книги. — Может быть, нам повезет, и мы найдем способ урезать расходы или…
— Что я слышу?! — оборвал дочь Джаспер, сердито выкатив глаза. — Ты требуешь, чтобы я остался здесь и умер от тоски над бухгалтерскими книгами? Если ты не в силах справиться с хозяйством сама, найми экономку, а меня оставь в покое!
— Папа, пожалуйста! — взмолилась Кэт. — Если не хочешь позаботиться обо мне, подумай хотя бы о мистере Кливе! Он собирался навестить нас, и я очень надеюсь на его помощь. Но как ты будешь смотреть ему в глаза?..
— Замолчи! — вдруг дико закричал Джаспер. — И никогда, слышишь, никогда больше не упоминай о нем!
Кэт испуганно отпрянула от отца. Она почти ничего не знала об его прошлом, но покойная мать как-то рассказала, что в юности Джаспер испытал глубочайшее разочарование в любви: невеста, с которой он незадолго до того обручился, сбежала к его двоюродному брату Джеку Кливу. Джаспер так и не смог простить их обоих.
— Тебе следовало родиться мальчиком, Кэт! — выкрикнул он. — Но даже если бы ты была моей настоящей дочерью… — Он замолчал, его лицо исказилось от боли, он взмахнул руками и как помешанный выскочил из комнаты.
Опираясь на стол, Кэт с трудом села — ноги у нее были как ватные. Что происходит с Джаспером? Он стал все чаще напиваться и выходить из себя, говорит какие-то странные вещи… Еще немного, и он начнет ее бить! С виду по-прежнему веселый и добродушный, он превратился в сплошной комок нервов. Почему? Чем она перед ним провинилась?..


Три дня спустя Кэт вышла из гостиной Криклейдов в прихожую за своей шалью. Заметив на лестнице любопытные мордашки двух юных мисс Криклейд, она улыбнулась, и девочки заулыбались в ответ. Из гостиной слышались оживленные голоса гостей, но Кэт не спешила туда вернуться. Прищурившись, она подошла к лестнице и с притворной строгостью сказала девочкам:
— А вот я сейчас наябедничаю вашей маме, что вы тут сидите и подсматриваете!
Тринадцатилетняя Грейс только рассмеялась, прекрасно понимая, что гостья шутит, но младшая, Арабелла, прелестное дитя лет пяти, приняла угрозу за чистую монету.
— Не надо, не выдавайте нас, мисс Кэт! Не то мама рассердится и выпорет нас, а это так больно! — испуганно попросила она.
Кэт рассмеялась и протянула к ней руки. Малышка бегом спустилась с лестницы и кинулась ей в объятия. В этот момент входная дверь позади Кэт отворилась. Кэт обернулась и увидела, что в прихожую входят Бакленд и Джеймс.
— О, здравствуйте, Кэт! Кто эти прелестные создания? — воскликнул Бакленд, указывая на девочек. В белых муслиновых платьях, украшенных оборками и яркими лентами, они и впрямь были само очарование.
Кэт церемонно представила его обеим мисс Криклейд. Когда настал черед младшей, девочка вырвалась из рук Кэт и, старательно подражая взрослым, сделала книксен.
— Очень приятно познакомиться, сэр! — важно, как большая, сказала она.
Внезапно дверь гостиной открылась, и на пороге появилась миссис Криклейд, громко призывая нерадивого дворецкого, который куда-то подевал шаль мисс Дрейкотт.
— Ой, мама идет! — взвизгнула Арабелла, и обе девочки со всех ног бросились вверх по лестнице.
Миссис Криклейд уже собиралась отругать непослушных дочерей, но, увидев молодых людей, сразу начала «светскую» беседу:
— Как поживаете, лорд Эшвелл? У меня нет слов, чтобы выразить, как я счастлива видеть вас в своем скромном жилище! — Она взяла его под руку и повела в гостиную. — Расскажите же, какое впечатление произвели на вас здешние места. Вы уже видели орган в нашей маленькой уютной церкви? Его стоит посмотреть, потому что на нем играл сам Гендель! На обратном пути загляните на кладбище, посмотрите на могилки наших предков. Ах, там так интересно, так красиво, вы вынесете оттуда массу приятных впечатлений!
Джеймс изумленно оглянулся на Кэт и Бакленда: что за бред несет их милая хозяйка?
При других обстоятельствах эта сцена от души позабавила бы Кэт, но сейчас все ее мысли занимал стоявший рядом Бакленд. Жаль, что миссис Криклейд выбрала для своих упражнений в красноречии не его, а Джеймса. Ведь так, пожалуй, можно снова остаться с этим повесой наедине!
Ее опасения не замедлили оправдаться. Миссис Криклейд увела поэта в гостиную, а Кэт осталась в прихожей с его другом, ни жива ни мертва от волнения. Со времени поездки в Тьюксбери прошло уже три дня, все это время они не виделись, но стоило Кэт взглянуть на него, как на нее нахлынули воспоминания о его нежных губах, сильных ласковых руках и ярко-голубых глазах, в которых тогда светились ум и понимание… Но как холоден был их взгляд при прощании!
Кэт искоса взглянула на Бакленда и увидела, что он тоже смотрит на нее. Несколько мгновений оба молчали, потом Бакленд нахмурился и заговорил:
— Я должен перед вами извиниться, Кэт. На пути из Тьюксбери в Чипинг-Фосворт я вел себя недопустимо. Обещаю, что это никогда не повторится.
Кэт покачала головой.
— Я виновата не меньше вашего, — сказала она. — Наверное, вы решили, что я легкомысленная кокетка, но уверяю вас, это совсем не так! — Она порывисто повернулась и встала прямо перед ним, судорожно сжав в руке веер. — Я просто не понимаю, почему позволила вам поцеловать меня, Бакленд! И откуда у вас такая власть надо мной?! А с вашей стороны просто бессовестно пользоваться своим врожденным обаянием, чтобы кружить головы бедным дамам!
Она сердито тряхнула рыжими кудрями, а Бакленд улыбнулся.
— Предлагаю перемирие, моя милая Кэт, — прошептал он.
— Идет! — усмехнувшись, тоже шепотом ответила она. Войдя в гостиную, Кэт сразу заметила обращенные на них любопытные взгляды и сказала уже громко:
— Погода для начала сентября просто великолепная, не так ли?
— Вы правы, — поддакнул Бакленд. — Но по вечерам становится все холоднее.
Поздоровавшись с гостями, среди которых было много ее друзей и добрых знакомых, Кэт взяла с серебряного подноса стакан хереса, и они с Баклендом отошли к двери на террасу. Здесь их никто не мог слышать, и Бакленд продолжил прерванный разговор:
— Должен сказать, вы поразили меня до глубины души. До вас еще ни одна женщина не додумалась просить у меня прощения за то, что строила мне глазки. А как вы очаровательно играли с ребенком, когда мы с Джеймсом вошли! — Он замолчал, припомнив эту картину, и посмотрел на Кэт так, словно видел впервые. — Знаете ли вы, как вы хороши? Синее и голубое идут вам необычайно. Кожа у вас нежная, словно лепестки лилии, она излучает таинственный свет…
Кэт покачала головой, не веря своим ушам. Кто бы мог подумать, что он способен делать такие изысканные комплименты!
— Осторожнее, Джордж, вы заговорили стихами лорда Эшвелла, — усмехнулась она, чувствуя, как после нескольких глотков хереса по телу разливается приятное тепло. — Вы что, специально заучиваете особенно красивые строки, чтобы обольщать женщин?
Бакленд не ответил, глядя в ее насмешливые карие глаза и размышляя о том, что действительно заговорил стихами Эшвелла, но не написанными, а новыми, которые еще только рождались в его душе благодаря Кэт. Что это с ним? Пожалуй, он может действительно влюбиться в нее по уши, если не побережется! Но разве этого надо бояться? Бакленд не знал. Может быть, и надо — ведь она так и не отказалась от своего намерения завоевать сердце Джеймса!
Бакленд вздохнул и нахмурился — девчонка его просто околдовала. Чтобы немного развеяться, он нашел мисс Джулию Мортон и принялся осыпать ее комплиментами, говоря, что ее блестящие сапфировые глаза, безупречной формы нос и цветущий рот заставляют забыть о существовании других женщин. Джулия рассмеялась, кокетливо шлепнула его по руке веером и, усевшись рядом, спросила, не рассчитывает ли он обольстить ее с помощью такой откровенной лести. Бакленд, разумеется, дал утвердительный ответ, а Джулия снова залилась кокетливым смехом.
Наблюдая за ужимками Джулии, Кэт чувствовала, что готова скрежетать зубами от негодования. К ней подошел Кит и спросил, не собирается ли она купить новый мантоновский пистолет. Но его подруге было явно не до пистолетов.
— Проклятый бабник! — пробормотала она невпопад. — Бегает за каждой юбкой!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Маскарад повесы - Кинг Валери

Разделы:
12345678910111213141516171819

Ваши комментарии
к роману Маскарад повесы - Кинг Валери



нудноооооооо
Маскарад повесы - Кинг Валерильвица
11.04.2012, 19.36





Согласна, очень нудно...
Маскарад повесы - Кинг ВалериМаруша
24.06.2012, 19.37





Не интересно, пресно...
Маскарад повесы - Кинг Валерилена
16.06.2013, 8.19





А мне понравилось.
Маскарад повесы - Кинг ВалериНадежда
27.01.2016, 22.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100