Читать онлайн Капризная вдова, автора - Кинг Валери, Раздел - 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Капризная вдова - Кинг Валери бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Капризная вдова - Кинг Валери - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Капризная вдова - Кинг Валери - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Кинг Валери

Капризная вдова

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

26

Стоя у стены бальной залы, Король не сводил глаз с танцевавшей Генриетты. Ах, как он завидовал ее партнеру, имевшему счастье брать ее за руки в парных фигурах, как ревновал! Она принадлежит только ему, Брэндишу, никто не смеет касаться его сокровища даже в невинном контрдансе!
Ее движения упоительно грациозны, блики свечей на роскошных темно-русых локонах пробуждают воспоминание об объятиях и поцелуях в библиотеке и сладостные надежды на новые ласки, а лукавая улыбка, заигравшая на губах молодой женщины, когда он вторично встретился с ней глазами, просто сводит его с ума. Скорей бы кончился контрданс, тогда Король пригласит ее на вальс, обнимет за тонкую талию, и, слившись воедино, они всецело отдадутся музыке! Какое это счастье – погружаться в бездонную глубину любимых глаз, шептать на ушко нежности, глядя, как бледные щечки заливает румянец смущения! Пожалуй, он немножко подразнит Генриетту – напомнит, сколько раз они целовались, и нахально предложит уединиться после бала, чтобы вновь предаться этому приятнейшему занятию. При мысли о новом свидании у Короля захватило дух. Пусть он еще не готов предложить ей руку и сердце, но его уже неодолимо тянет заботиться о ней, оберегать от тягот и превратностей судьбы.
Музыка кончилась, и Брэндиш ринулся сквозь толпу к Генриетте. Не обращая внимания на возмущение и громкие протесты ее партнера, он посмотрел ей в глаза и взял за руку. Как всегда, прикосновение к ней привело его в трепет, ему хотелось расцеловать каждый ее пальчик. Какая досада, что кругом люди и надо держать себя в руках! Он пригласил Генриетту на вальс, шутливо пообещав не обнимать ее слишком страстно на виду у всех, чтобы не вызвать скандала.
Она с напускной церемонностью наклонила голову в знак согласия.
– Я с удовольствием станцую с вами, мистер Брэндиш, – сказала Генриетта и вдруг улыбнулась, блестя глазами. – И разрешаю вам обнимать меня, как пожелаете! Сегодня мне все нипочем!
– Наверное, сказывается мое тлетворное влияние! – рассмеялся он.
– А вот и нет! – покачала она головой. – Виновата моя безнадежно порочная натура – обожаю танцевать с нахалами и сластолюбцами вроде вас!
– Тогда мы отличная пара! – рассмеялся он и, взяв ее одной рукой за талию, а второй за руку, вывел на середину залы, где уже вальсировали другие пары. Еще ни с одной женщиной Король не чувствовал себя втанце так легко и непринужденно, как с Генриеттой. Они заскользили по паркету, словно были единым существом, и все вокруг них слилось в сверкающую радужную дымку.
– Я люблю тебя, – сказал он, глядя ей прямо в глаза. – Я полюбил тебя с той минуты, как поцеловал в первый раз. Ты помнишь – тогда, в овраге? О дорогая, почему ты плачешь?!
– От счастья, глупенький, – прошептала Генриетта, – как еще я могу сейчас выразить свои чувства? Я так мечтала об этой минуте, но не смела надеяться, что она когда-нибудь наступит!
Он улыбнулся, хотя у него сжалось сердце при виде ее слез. Он с трудом подавил желание осушить их поцелуем.
– Ты должна стать моей! – шепнул он. – Будь мы одни, я бы не колебался ни минуты… Я мечтаю о тебе с самой первой встречи… Но не только моя грешная плоть тому виной – ты похитила мое сердце, я теряю голову от одного твоего взгляда, проклиная и благословляя то, что ты называешь своим «пороком»…
Сидя на голубом атласном стуле напротив леди Рамсден и миссис Кемпшот, миссис Литон с любезным выражением лица старательно делала вид, что внимательно слушает их болтовню, хотя душа ее пребывала в смятении. Последний разговор с Эннерсли настолько нарушил ее душевное равновесие, что она могла бы впасть в истерику по малейшему поводу.
Что за народ эти мужчины! Как ловко они пользуются женской добротой! А ведь поначалу все было так хорошо! С первой минуты в доме на Гросвенор-сквер у миссис Литон с лордом Эннерсли сложились простые, дружеские отношения, которых у нее никогда не было с покойным мужем.
Генри Литону, от природы холодному, сдержанному человеку, и в голову не приходило говорить с женой о каких-либо важных вещах. После его смерти она осталась не только без гроша, но и в полной уверенности, что навеки утратила способность полюбить мужчину. Бедная вдова, конечно, поплакала – один раз, сразу после похорон, но то были слезы не столько по мужу, сколько по нерастраченному чувству, погибшему в этом браке и, как ей казалось, безвозвратно.
Когда же в ее жизнь внезапно ворвался Эннерсли – седой красавец с пронзительно-голубыми глазами, от взгляда которых захватывало дух, она почувствовала, как встрепенулось сердце, и поняла, что еще не все потеряно и что былое равнодушие – результат ущербности ее семейных отношений, а не души, как она думала прежде. У нее и в мыслях не было влюбляться в виконта, но…
Это произошло исподволь, само собой, пока они, обсуждая каждую деталь и часто споря, планировали и готовили первый бал Энджел. Миссис Литон поняла, что по уши влюбилась. Из расположения к виконту она охотно взяла на себя обязанности, которые обычно исполняют жены, – каждый вечер вместе с поваром готовила особый отвар для укрепления сломанной руки Эннерсли; по утрам обсуждала с ним статьи из «Таймс» и «Морнинг пост», и он не раз выражал искреннее восхищение ее обществом; а вечерами, когда дочери отправлялись спать, она читала ему псалтырь. Наконец, накануне днем миссис Литон даже отправилась в табачный магазин братьев Берри за любимой нюхательной смесью виконта, надеясь, что он похвалит ее за предусмотрительность или хотя бы поблагодарит. Но он лишь рассеянно кивнул и попросил отнести табак в его кабинет.
Она застыла на пороге маленькой столовой, где виконт пил чай, и с минуту молча смотрела на любимого человека, не в силах поверить, что он проявил такое равнодушие. Тогда он поинтересовался, в чем дело, не забыла ли она дорогу в кабинет? Сухо кивнув, миссис Литон пошла выполнять поручение. В следующий раз они встретились уже за ужином в гостиной.
В надежде произвести на виконта впечатление она оделась с особой тщательностью, стараясь подчеркнуть свою зрелую женственность, и даже причесалась в его вкусе. Но все напрасно! Он держался с ней по-дружески, даже немного фамильярно, к примеру, попросил снять нагар со свечки, стоявшей рядом с его тарелкой, при этом не проявил к ней как к женщине совершенно никакого интереса. Неужели она стала для него кем-то вроде прислуги?
На балу ее беспокойство усилилось – время шло, а Эннерсли все никак не приглашал ее танцевать. Потом, увидев его вальсирующим с Салли Джерси, она поняла, что ждать больше нечего, и, донельзя расстроенная, отправилась в гостиную, где леди Рамсден разглагольствовала на свою любимую тему, – что можно и чего нельзя делать примерному члену общества.
Одно утешение – потрясающий успех любимой дочери Энджел! Гости валом валили на ее первой бал! Миссис Литон улыбнулась и мечтательно вздохнула: Золотой Заяц прибыл одним из первых и сразу пригласил Красавицу танцевать. Завидный жених! Если он сделает ей предложение, будущее всего семейства обеспечено!
– О, мне кажется, сегодня вы выглядите как-то необычно, мисс Литон! – воскликнул Филипс Золотой Заяц, усевшись возле Шарлотты на стул у стены. – Не пойму, почему! Дело не в одежде и не в прическе – они, как всегда, безупречны, – что-то новое появилось в выражении лица… Уж не влюбились ли вы в кого-нибудь из наших славных юношей? – Он изящным жестом обвел рукой бальную залу и расплылся в добродушной улыбке.
Смущенно вспыхнув, Шарлотта отрицательно покачала головой. Ее рука дернулась к переносице, чтобы поправить очки, однако их там не было. Девушка специально оставила их в спальне, но пока не привыкла к их отсутствию, поэтому то и дело касалась носа и, не обнаружив на нем очков, растерянно опускала руку.
– Хотите, я открою вам свою маленькую тайну, мистер Филипс? – спросила она, наклонившись к уху самого многообещающего поклонника своей сестры.
– Нет, милая, позвольте, я сам догадаюсь! – ответил он и, поднеся к глазам лорнет, принялся внимательно осматривать ее платье и прическу. – Наверняка все объясняется очень просто: вы изменили в своем облике какую-нибудь малозначительную деталь!
В его тоне и взгляде было столько добродушной заинтересованности, что Шарлотта улыбнулась.
– Вы посмеетесь над собой за то, что сразу ее не заметили, мистер Филипс, – обмахиваясь расписным веером, ласково поддразнила его она.
Пока Филипс разглядывал ее лицо, она, в свою очередь, тоже могла, не стесняясь, смотреть на него, и ее радовала такая возможность, потому что с первой же встречи в театре этот человек вызвал в ней живейший интерес. Было в Филипсе что-то цельное, сильное и одновременно трогательное. В последние несколько дней им довелось довольно часто беседовать, и она все больше и больше проникалась к нему уважением и симпатией. Как ее злило прозвище Золотой Заяц, этот грубый, насмешливый намек на огромное состояние Филипса! Девушка видела, что на ее нового знакомого обидное прозвище действовало, как удар хлыстом, хотя он и делал вид, что ему это безразлично. Он признался, что хотел даже расстаться со знаменитой тростью, от которой пошло прозвище, – дорогой сердцу вещицей, подарком отца ко дню совершеннолетия, но по зрелом размышлении решил, что насмешки толпы не стояттакой жертвы. Шарлотта похвалила Филипса за выдержку, и с той поры он, продолжая хлопотливо ухаживать за Энджел, стал уделять внимание и Шарлотте – справляться о ее здоровье, заговаривать с ней о погоде. Очень скоро выявилась общность их интересов, и часто, особенно когда Энджел плотным кольцом обступали поклонники, Шарлотта и Филипс подолгу беседовали на всевозможные темы – от свежего эссе в газете «Икземинер» до размещения в Британском Музее статуй из Парфенона, приобретенных графом Элгином. Одна из неиссякаемых тем их разговоров – красота и все с ней связанное – неизменно возвращала Шарлотту и Филипса к Энджел, и они вместе восхищались прелестным лицом, фигурой и музыкальной одаренностью Красавицы.
Ко дню бала Шарлотта поняла, какого рода любовь питал Филипс к ее сестре. В отличие от юнцов, превозносивших в стихах прелести Энджел, его толкала к ней благородная страсть к прекрасному, в которой не было ничего чувственного. Много лет Филипс провел в погоне за прекрасным, превратив свой огромный дом в Оксфордшире в настоящий храм искусства, полный великолепных картин, скульптур, фарфора, древних ваз, изящных табакерок, старинного оружия и драгоценностей. Филипс смотрел на Энджел с вожделением коллекционера или кладоискателя, нашедшего долгожданное сокровище. И хотя он никогда прямо не говорил о своих намерениях, Шарлотта догадалась – он видел, что красота Энджел станет венцом его блестящей коллекции.
Шарлотта только однажды попыталась открыть Филипсу глаза на маленький, но существенный изъян и его вполне невинных планах. Как-то на танцевальном вечере она спросила его, имел ли он случай поговорить с Энджел по душам. Смущенно нахмурившись, Филипс пробормотал, что имел, но недолго – из-за проклятых молокососов, вечно увивающихся за ней. Однако, по его словам, и этого оказалось достаточно, чтобы убедиться: изысканность речи Энджел под стать ее красоте, а большего ему и не требуется.
Воспоминание заставило Шарлотту улыбнуться, но она подавила смешок, потому что Филипс все еще сосредоточенно рассматривал ее в лорнет. Вдруг его лицо просветлело.
– Очки! Господи, вы сняли очки! – воскликнул он. – Это замечательно! Я оказался прав, без очков вы очень красивы! Для меня большая честь, что вы решились последовать моему совету.
– Он хорош всем, кроме одного.
– И в чем же его недостаток? – быстро, в своей обычной манере, спросил он.
– У меня все ноги в синяках оттого, что без очков я постоянно натыкаюсь на мебель!
Филипс захохотал, хлопая себя по коленям, а отсмеявшись, предложил Шарлотте тур вальса.
– По крайней мере, в моих объятиях вы некоторое время будете в безопасности! – пояснил он с невиннейшим видом, заставив девушку вспыхнуть одновременно от смущения и радости. Потом, чуть наклонив голову и приоткрыв рот, он смерил Шарлотту взглядом, по-видимому, представляя себе эту пикантную картину, и, похоже, остался ею доволен. Кашлянув, он добавил:
– Если, конечно, я сам буду достаточно осторожен и не отдавлю вам ноги!
Шарлотта, заметившая, как быстро занимают места готовые к танцу пары, поспешно вскочила на ноги:
– С радостью принимаю приглашение, но нам лучше поторопиться, иначе придется дожидаться следующего танца – сегодня в зале настоящее столпотворение!
Филипс тоже проворно вскочил и, взяв девушку под руку, повел на середину залы. К досаде Шарлотты, он выбрал место как раз напротив Энджел и ее партнера – молодого человека с красным от волнения лицом и большими карими глазами. Он не сводил с Красавицы восторженного взгляда. Шарлотта взглянула на мистера Филипса – тот тоже с обожанием смотрел на Энджел. Шарлотта вздохнула: она любила сестру, но сейчас ей было досадно, что природа не одарила ее столь щедро, как Энджел.


От нескончаемых улыбок у Энджел даже разболелись щеки. Пусть только закончится этот кошмар, она тут же покинет Лондон и никогда, и больше никогда в жизни не улыбнется! Бал начался каких-нибудь три часа назад – пытка кончится не скоро, надо терпеть, но где взять силы?! Ее несносный партнер уже в который раз наступает ей на ногу! Ах, если бы Энджел была настоящим ангелом, то с радостью взмахнула бы сейчас крыльями и улетела! Она сердито глянула на молодого краснолицего партнера, больно сжавшего ей руку, и сразу об этом пожалела – юноша покраснел еще больше и, сбивчиво извинившись за неловкость, стал превозносить ее божественную красоту. Каждый раз одно и то же! А ей надоело слушать всю эту чушь, из которой она не понимала и половины! И все же из вежливости она снова кивнула и улыбнулась молодому человеку, с неудовольствием подумав, что ее любезность наверняка примут за особый знак внимания. Как нелепо!
Отвернувшись от партнера, она стала разглядывать соседние пары и заметила… как бишь его называют? Кажется, мистер Золотистый? Мистер Заяц? Впрочем, неважно! Этот господин вовсю кружился по зале, сжимая в объятиях смеющуюся Шарлотту. Неужели этот болтливый увалень пришелся сестре по душе? Он дважды приглашал танцевать Энджел и буквально замучил ее невыносимо длинными и скучными рассказами о своем замечательном доме, так что теперь ее сердце сжималось от страха всякий раз, когда она ловила его взгляд, – не дай бог снова пригласит! Если это случится, она упадет в обморок, потому что ей невмоготу даже говорить с ним, не то что танцевать!
И все же она продолжала мило улыбаться.
Вальс казался бесконечным, Энджел вертела головой, чтобы не видеть красной физиономии партнера. После четвертого круга она заметила незнакомого молодого человека со скрещенными на груди руками, который не сводил с нее хмурого взгляда. Возможно, он за что-то на нее сердит? Но Энджел была уверена, что никогда прежде его не видела и уж тем более ничем не могла его обидеть. Заинтригованная, она начала поглядывать в его сторону при каждом удобном случае и обнаружила, что он смотрит на нее, не отрываясь. Буйная грива волос, печать ума и сильного характера на лице – он напомнил Красавице одну из неистовых, трудных для исполнения фуг Баха. Первый раз в жизни Энджел почувствовала, как при взгляде на мужчину у нее затрепетало сердце.
Показав на незнакомца глазами, она спросила у своего партнера, кто он такой.
– Корнелиус Вэллоу, – ухмыльнулся тот, – называет себя поэтом, но печатают его мало, да и то все какую-то абракадабру, я сколько раз пробовал читать, но мало что понял!
С лица Энджел впервые сползла улыбка, и Красавица так глянула на партнера, что он осекся. Она не проронила больше ни слова. Да и что она могла сказать этому неуклюжему олуху, который осмелился ругать молодого, борющегося за признание поэта, к тому же такого красавца!
Решив во что бы то ни стало познакомиться с мистером Вэллоу, Энджел упросила мисс Брэндиш представить его.
– Должна вас предупредить, милочка, что он не в чести у наших дам, – заметила старая дева, понизив голос. – Многие юные леди находят его резким и невоспитанным. Он не скрывает своего презрения к светскому обществу, и оно платит ему тем же!
Однако ее слова возымели прямо противоположное действие – Энджел еще больше захотелось познакомиться с поэтом. Когда их наконец представили друг другу, Корнелиус, коротко кивнув, поздравил Энджел с успехом на первом балу и собрался было отойти, но она остановила его, попросив сопровождать ее к столу. Удивленный, он, однако же, охотно согласился, заметив с легкой улыбкой:
– С вашей стороны странно обращаться с подобной просьбой ко мне. Это противоречит этикету!
– Разве вам не хочется есть? У меня уже с полчаса от голода урчит в животе!
– Похвальное прямодушие, мисс Энджел, – ответил поэт, глядя на нее большими карими глазами, в которых тоже появилась усмешка. – Мне не остается ничего другого, как пойти вам навстречу, иначе люди скажут, что Корнелиус Вэллоу готов уморить молодую леди голодом из-за педантизма!
– Педантизм? Мне незнакомо это блюдо, наверное, это что-то из французской кухни?
Молодой человек, взяв Энджел под руку, повел ее к выходу из бальной залы и расхохотался.
– О, да у вас острый язычок! – воскликнул он и, увидев на лице девушки замешательство, пояснил: – Вы замечательно сострили насчет педантизма!
– Неужели? – радостно удивилась Энджел. – Спасибо за комплимент! Вообще-то я остроумием не блещу, – она замолчала и слегка нахмурилась. – Честно говоря, я плохо понимаю окружающий меня мир и его законы. И еще: когда я пытаюсь читать, слова путаются, их смысл ускользает от меня, и перед глазами возникают картины, которых другие люди не видят. Город меня подавляет – я просто теряюсь среди больших домов. А у вас большой дом?
– Боюсь, что нет, – ответил поэт, погладив ее по руке. Его лицо выражало самое искреннее сочувствие.
– Чудесно! – к удивлению молодого человека, вскричала Энджел. – Вы нравитесь мне все больше!
– А вы – мне! – воскликнул он. – Поэтому хочу вас предупредить – не обижайтесь, если ваши слова снова вызовут у меня смех: я часто нахожу много забавного в самых неожиданных вещах!
– И я! – позабыв о болевших щеках, просияла Энджел. – На украшенных изморозью окнах мне чудятся интересные картинки, например, игроки в крикет. Я могу часами рассматривать их и смеяться – такие они забавные! Жаль, что, кроме меня, их больше никто не видит. А вы когда-нибудь присматривались к снежному рисунку на стекле, мистер Вэллоу? – Энджел взглянула на собеседника и вздрогнула, встретившись с его горевшими страстью глазами.
– Вы моя Снежная Королева! – произнес он пылко. – Так называется мое любимое стихотворение, которое я написал, увидев ранней весной заиндевевшую траву – она напоминала изысканные кружева на бледном лбу Снежной Королевы. Вы согласны стать Снежной Королевой, дамой моего сердца?
Они остановились в тускло освещенном коридорчике со сводчатым потолком. С обеих сторон их обтекали люди, но Энджел не видела никого, кроме Корнелиуса Вэллоу. Сердце ее неистово билось – вот он, единственный человек, способный постичь ее фантазии, ее простые радости, ее душу! Сколько тепла и понимания в его глазах!
– Дорогой мой, – прошептала она, склонившись к молодому человеку, чтобы ее не слышали посторонние. – Я согласна!
Нет, Энджел была решительно не в ладах со временем! Если до встречи с Вэллоу оно как будто остановилось, и девушке казалось, что бал будет тянуться вечно, то после ужина, когда, приличий ради, ей пришлось расстаться с возлюбленным Корнелиусом, часы полетели с безумной скоростью. Да, она уже называла Корнелиуса возлюбленным, а он ее – ненаглядной Энджел. Это была любовь с первого взгляда, и Энджел поняла, что если выйдет замуж, то только за него. Служитель муз, посвятивший себя поэзии, Корнелиус пообещал ей прочесть первые два тома своих произведений, если она того захочет. Как он мог сомневаться! Энджел мечтала послушать стихи любимого, поэтому упросила его прийти к ней на следующий день как можно раньше. С трудом заставив себя отойти от Красавицы, молодой человек спешно покинул бал, не в силах смотреть, как его богиня танцует с другими кавалерами.
Когда настал черед мистера Зайца, Энджел закружилась в его объятиях, совершенно позабыв о недавнем страхе перед ним и о многозначительном шепотке, пронесшемся по зале, когда этот господин подошел к ней уже в третий раз. Глядя в его некрасивое, с крупным носом и глазами навыкате лицо, Энджел видела прекрасные черты возлюбленного Корнелиуса.
Глубокий вздох восторга вырвался из груди девушки. Ах, Лондон чудесный город!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Капризная вдова - Кинг Валери

Разделы:
АннотацияВалери кинг1234567891011121314151617181920212223242526272829303132333435363738

Ваши комментарии
к роману Капризная вдова - Кинг Валери



Реалистично и с юмором показано, как многодетная семья во без кормильца выживает в Англии 19в. Какая идет охота за мужьями. Но тогда и другого пути не было.Хорошо, что золотой заяц достался семье. Интересное чтение.
Капризная вдова - Кинг ВалериВ.З.,65л.
30.04.2013, 11.58





полностью согласна с предыдущим комментарием)Книга Дух захватывает) понравилась)
Капризная вдова - Кинг ВалериНенка, 18 л
12.01.2014, 19.42





Klass
Капризная вдова - Кинг ВалериAnya
12.05.2015, 12.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100